Как в зеркало гляжусь я...
27 сентября 2024 г., 17:35
Сны всегда были проблемой для Николы Теслы — хотя и не в том смысле, который вкладывали в это понятие обычные люди.
Если людей, как правило, беспокоили тяжелые сны и кошмары, то его больше всего беспокоили трудности с определением, что, собственно, было сном, а что — явью. Он с юности использовал пространство своего разума как своего рода опытную лабораторию, где тестировал свои изобретения с соблюдением всех физических законов. Доверие к этому пространству было для него жизненно важным. И если сны (любого содержания) распознавались как сны, то проблем не было. Они начинались, когда те становились настолько реалистичны, что он не мог с уверенностью сказать, было бы это в реальности или только ему приснилось. Ведь часто эти сны содержали какие-то исследования или опыты — как бы он мог положиться на результаты, если не мог точно сказать: он действительно проводил это исследование или ему лишь снилось, что он его проводит?
Каждый подобный случай он подвергал тщательному анализу, пытаясь все-таки определить, было ли это в реальности или нет. Часть, к сожалению, все равно оставляла сомнения, и он мысленно делал себе зарубку сознательно повторить опыт в других условиях и записать результаты. Досадная проблема, но увы, требовалось тратить на нее время и силы.
И потому, когда он увидел на другом конце сквера... еще одного себя, первой его мыслью было "это сон". Он быстро заморгал, потом зажмурился и снова открыл глаза. Его двойник оставался на месте. И более того, на него смотрел. Никола поднялся со скамьи и как сомнамбула шагнул к нему. Двойник продолжал неотрывно на него смотреть, а потом начал медленно становиться прозрачным. Никола ускорил шаг, потом побежал, но добраться до двойника не успел — тот все-таки растворился в воздухе. Никола испытал разочарование.
"Странный сон. Но мне пора проснуться".
— Тесла! — он вздрогнул от голоса Генри. — Ты идешь или как?
Никола обернулся и увидел, что Волчонок стоит совсем неподалеку, а рядом маячит его... в общем, жена с отпрыском. Никола заморгал. Так он спит или нет? Как это может быть? Он помнил, как вместе с Волчонком и его семьей вышел наружу, но они сразу же разделились: Волчонок с чадом и дамой ушел в парк, а Никола зашел в сквер, намериваясь вспомнить давно забытое удовольствие — в свое время он обожал кормить голубей.
Он не совсем понимал, зачем Волчонок его ждет — они были лишь попутчиками по пути на поверхность, но сейчас тот стал его единственным шансом понять, каким образом он незаметно для себя погрузился в сон и так же незаметно из него вышел.
Никола быстрым шагом пошел к семейке оборотней.
— Что ты видел? — резко спросил он, не дав Волчонку и рта раскрыть.
— В каком смысле? — тот нахмурился.
— Ты видел меня пару минут назад? Что я делал?
Генри уставился на него, кажется, подозревая какой-то подвох.
— Ну? — поторопил его Тесла.
— Видел, конечно, — ответил тот. — Ты стоял и смотрел куда-то в пространство. Моргал и щурился.
— Сколько раз ты меня окликал?
— Один, — растерянно сказал Генри. — Никола, ты в норме?
— Ущипни меня. Или ударь, — велел тот.
— Ч-что?
— Ты слышал, — прошипел Тесла. — Я должен убедиться, что я не сплю.
Генри моргнул и с силой ткнул его кулаком в ребра.
Никола молча согнулся, прижимая к боку локоть.
— Эй! — Генри потянулся к нему. — Прости, но ты сам просил.
Никола замотал головой, потирая ушиб. Боль стремительно проходила.
— Все в порядке, — он с силой выдохнул. — Но я уже ничего не понимаю.
— Ты не спишь, — уверенно заявил Волчонок, явно чувствуя облегчение. — Я могу это тебе гарантировать.
— В таком случае, твои гарантии захватывают тот факт, что я только что видел своего двойника. Уверен, что все еще хочешь их дать?
Генри на него вытаращился.
— Я знаю, что я видел, — сообщил он после паузы.
— Я тоже, — сказал Тесла. — В этом-то все и дело.
* * *
— Генри говорит, ты сегодня видел своего двойника, — прозвучало тем же вечером в тишине спальни Хелен. Спины Николы замерла, он пожал плечами и ничего не ответил. Магнус нахмурилась. Такая реакция свидетельствовала, что случившееся — чем бы оно ни было — сильно его задело. И обычно его при этом бесполезно было расспрашивать. — Я должен сначала разобраться сам, — к ее удивлению, тем не менее, ответил Никола. — Я не могу это так оставить. Он захлопнул крышку ноутбука и повернулся к ней. — Я должен быть уверен, что это было... материально. — О, — Магнус сообразила, почему он так встревожен. — Ты думаешь, что это может быть... — Я вполне уверен в том, что видел, но не знаю, является ли это реальностью или порождением моего разума. — Ты разберешься, — уверенно сказала Хелен. Его борьба с реалистичными снами не являлась для нее тайной. — Ты много лет этим занимаешься. Он улыбнулся. — Рад видеть, что ты в меня веришь. — И всегда буду, — улыбнулась она в ответ. — Но держи меня в курсе. Если твой двойник действительно существует, нам лучше об этом знать. — Тебе легко говорить, — неожиданно огрызнулся Никола. — Отнюдь, — возмутилась Хелен. — Думаешь, меня радует перспектива иметь дело с двумя тебя? И она шутила только наполовину: конечно, она не говорила серьезно, но представить жизнь Убежища с двумя Николами Теслами? Она небезосновательно подозревала, что это был бы для нее уже перебор. Она думала, что он посмеется вместе с ней, но Никола наоборот помрачнел. — Никола? Что не так? — Меня не может быть два, — ответил он. — Я уникален, другого такого нет. — Никола... ты же не серьезно? — Хелен страшно удивилась. — Ты же не можешь рассматривать вероятность "другого тебя" в прямом смысле этого слова. Разумеется, ты уникален, и никакого другого тебя нет. Что бы ты ни видел, это абсолютно непреложный факт. — Тогда почему я чувствую, что это тоже был я? — он вдруг посмотрел ей в глаза, и она потрясенно увидела в них страх. — Я ощущаю себя раздвоившимся. — В каком смысле? — свела брови Хелен. — Это трудно объяснить. Меня как будто тянуло к нему, — он внезапно хмыкнул. — Не будь мне 156 лет, я бы уверовал, что моя матушка где-то прятала моего брата-близнеца. — Да, по крайней мере, это мы можем исключить, — согласилась Хелен. — Никола, это, конечно, проблема, но никак пока нам не угрожающая. И даже нас не затрагивающая. Тесла бросил на нее взгляд, но ничего не ответил. Хелен оценивающе на него посмотрела. — Ты не все мне рассказал, — Никола заколебался. — Давай. Облегчи душу. — Не припомню, чтобы ты занималась выслушиванием исповедей. — Едва ли это будет исповедь, — возразила Хелен. — Мне кажется, тебе станет легче. Никола встал из-за стола, в два шага подошел к кровати и с размаха плюхнулся на нее спиной. Потянулся, вытягивая над головой руки. Хелен села рядом, опершись на руку, и свободной рукой обхватила его кисть. — Рассказывай. Никола подтянулся с помощью ее руки и сел. — Ладно. Ты права, речь не о моих грехах, — он сделал паузу. — Года полтора назад у меня появились сны, которых раньше не было. Они не относились к реалистичным, поэтому я не вникал в содержание, но они всегда были нечеткими, как сквозь дымку. И представляли незнакомые для меня события. Я просто оказывался в незнакомых местах, с незнакомыми лицами. И эти сны никогда не повторялись, всегда были разными, — он замолчал. — Они тебя беспокоят? Тот покачал головой. — Не беспокоили. До сегодняшнего дня. — Тебе успел присниться сон после... твоей встречи с собой? — уточнила Хелен. — Нет. Но после того, как я увидел себя... когда я вспоминаю об этих снах, то испытываю то же самое ощущение общности. Они словно отделились в моей памяти, собравшись в группу. Это крайне странное ощущение. И оно меня тревожит. — Тебя разбередило то, что ты сегодня увидел. Не делай никаких выводов, пока не поймешь, с чем столкнулся, — сказала Хелен. Она чувствовала, что ему действительно не по себе. Хелен прижала руку к его груди, чувствуя горько-сладкую нежность. — Не думай сейчас об этом, — попросила она. — Это пока бессмысленно. Никола опустил взгляд на ее руку, потом поднял глаза к лицу. У Хелен защемило сердце. В его взгляде было... практически неверие. Она провела пальцами по его груди — не дразняще, а просто ласково. — Что ты делаешь? — он так пристально вглядывался в ее лицо, что мог бы прожечь в нем дыру. — То, что хочу, — ответила Хелен, понимая, что он видит разницу с любовной прелюдией. — Тебе неприятно? — Разумеется, нет, — мгновенно ответил он. И склонил голову на бок. — Хотя заняться с тобой любовью тоже неплохая идея. — И что бы ты выбрал? — с интересом спросила Хелен. Разговор становился любопытно-забавным. Никола настолько серьезно задумался, что она с трудом сдержала смешок. — Сначала первое, потом второе, потом снова первое, — заявил он. Хелен прыснула, смеясь до слез. И уже почти успокоившись, вдруг поняла, что он делает. И резко стала серьезной. — Ты изящно сводишь все к шутке, — сказала она. — Ты всерьез думаешь, что я не способна на ласку к тебе за пределами секса? И лицо Николы застыло, словно его скрыла маска. — Значит, ты говорила об этом эксперименте? Я тебе не подопытная крыса, Хелен! — он стряхнул с себя ее руку и встал. — Я хочу побыть один. Магнус кивнула и проводила его взглядом до двери. Не то, чтобы она думала получить такой результат, но он был ожидаем. Недаром Никола на вопрос о серьезности его слов сказал ей неправду. Он был слишком умен, чтобы от него можно было скрыть ее маневры — и не был готов говорить об этом вслух. Но это касалось не только его, но и ее. И это не было благотворительностью из жалости, как он явно сейчас подумал. Она не жалела, что озвучила свои мысли. Если все так болезненно, то начинать надо отсюда — с произнесения правды.* * *
— Он был реален! Тесла ворвался в кабинет Хелен и, не обращая внимания на то, что она обсуждала что-то с Алексом и Генри, сунул флешку в слот ее ноутбука. Магнус сдержала порыв сделать ему замечание — это все равно было бы абсолютно без толку, учитывая животрепещущую для Николы тему. А тот тем временем запустил с флешки какой-то файл — и экран заполонило видео. Никола ткнул пальцем, но она уже сама заметила знакомую фигуру на фоне съемки каких-то подростков. — Ух ты! — вырвалось у Генри, когда фигура начала медленно растворяться в воздухе — и едва она это сделала, как рядом появился еще один Никола Тесла в уже знакомой ему по той прогулке одежде. — Где ты взял эту запись? — Хелен не могла отрицать своего потрясения. Она все же была практически уверена, что двойник ему причудился. — Обещание награды творит чудеса, — ухмыльнулся тот. — Мне прислали не одну, но это самая лучшая. — Слушай, ты у нас спец по всякой чертовщине, — посмотрел Генри на Алекса. — Не знаешь, что это может быть? Или кто? Но Алекс мотнул головой. — Нет, я никогда не слышал, чтобы у людей бывали исчезающие двойники. Ну, то есть... — Да? — повернулся к нему Тесла. — Брат рассказывал про "перевертышей". Но они просто мо... абнормалы, которые могут физически принимать чужой облик. И потом его сбрасывают как шкуру, — Алекс скривился. — Брат говорил, она выглядит отвратительно. — Не то, — констатировал Тесла. — Я попробую улучшить, — Генри забрал флешку и вопросительно посмотрел на Магнус. Та кивнула, отпуская его — и с ним же ушел Алекс. Они с Николой остались одни. Хелен смотрела на него в ожидании, что он скажет. Их отношения не изменились. И в тот день в том числе они занимались любовью словно ничего не произошло. Единственным нюансом было то, что Хелен сама пришла к нему в спальню, но они ни словом ни взглядом не напомнили друг другу о своей размолвке. Все осталось как раньше. — Все еще думаешь, что не справишься с двумя Теслами? — разбил тишину насмешливый голос Николы. — И как будешь между нами выбирать? Хелен тряхнула головой, избавляясь от размышлений. — Никак не буду. Ты — единственный Никола Тесла, которого я знаю, — она нахмурилась. — Но шутки в сторону. Как думаешь, что он такое? — Кто, — поправил ее Никола. — Нет. И представить себе не могу. Даже на мое воскрешение не спишешь — меня оживил сам Господь. Магнус кивнула. — И на путешествие во времени не похоже, — сказала она. — Ты имеешь в виду, что это мог быть сам я, но из другого времени? — Тесла задумался. В этот момент в кабинет вернулись Генри и Алекс. — Я обрезал, увеличил и почистил "шумы", — Генри сунул флешку в слот и запустил видео. Они вчетвером в полной тишине посмотрели его от начала до конца. — Мистика, — поежился Генри. — Неудивительно, что ты выглядел так, словно увидел призрака. — Может, это и есть призрак? — задумчиво произнес Алекс. — Что? — Тесла прожег его взглядом. — Ну, как если бы вы остались в Завесе и научились становиться видимым, — пояснил тот. Хелен и Никола посмотрели друг на друга. — Но меня воскресил Бог, — напомнил Тесла. — Это просто версия, — пожал плечами Алекс. — Но она проверяема. — Как? — Ну, вы можете побывать на том месте. Возможно, он появится еще раз. Призраки же привязаны к месту. Или Дина можно попросить проверить — он-то может просто посмотреть, что там в Завесе. — Это мысль, — медленно кивнул Никола. — Хотя мне кажется, он все же был материален. Он снова запустил видео и замедлил скорость. И уже в самом конце внезапно нажал паузу. — Нет, это не призрак. На него упал лист с дерева. Насколько я помню объяснения Дина с Артуром, призраки всегда бестелесны. Лист прошел бы сквозь него и упал на землю. — Думаю, призрака можно исключить, — Хелен посмотрела на него. — И путешествия во времени тоже. Если бы это был я из будущего, я бы исчез мгновенно, а не медленно растворялся в воздухе. Она подумала и вынуждена была согласиться. — Когда ты возвращался в свое тело, был момент, когда ты медленно становился прозрачным, но ты был, как я понимаю, просто видимым призраком, — сказала она. — Материальность все меняет, — сказал Алекс. — Он материален, но все равно исчезает в воздухе. — Мне нужно подумать, — резко сказал Никола и вышел из кабинета так же стремительно, как и появился. — Док, вы думаете, он в порядке? — на лице Генри отразилась обеспокоенность. — Не знаю. Но думаю, да, — Хелен знала, что Никола выведен из равновесия, но не сомневалась, что он справится. Хотя ей точно так же, как ему совершенно не нравилась возникшая ситуация. Она закончила наконец обсуждение дел с Генри и Алексом, отпустила их, и посмотрела последние уведомления системы безопасности. Так и есть, Никола ушел на поверхность. Очевидно, в тот сквер в надежде, что его двойник появится еще раз. Никола появился поздно вечером, злой и расстроенный. — Полный ноль, — коротко сообщил он Хелен. — Никого и ничего. — Никола, — он повернул к ней голову. — А ты не думаешь, что это все-таки ты? — Из другого времени? — Не знаю. Но твои сны говорят о некой связи между вами. — Может, это я из другого мира? Интересно, чувствуют ли друг друга двойники из разных миров? — Трудно сказать. Но ни один из твоих двойников не был вампиром — это можно сказать с уверенностью. — Да, пожалуй, он был одет более или менее современно, — вынужден был признать Тесла. — Черт, голова от этого пухнет! — он потер виски и потом поднял голову. — Завтра выстрою все варианты и буду искать способы их проверить. А сейчас, иди сюда, — и он наградил ее горящим взглядом хищника. Магнус уговаривать не пришлось. Ей самой очень хотелось забыть об этой тревожащей душу проблеме. И секс здесь подходил как нельзя лучше. Шло время. Никола с головой погрузился в методичное прорабатывание версий, и Хелен его не трогала. Изредка они обсуждали ту или иную версию, но все равно так или иначе заходили в тупик. А жизнь в Убежище шла своим чередом. Из Агнесс неожиданно вышла прекрасная мама — она воспринимала своего маленького Макса как настоящее божье чудо (чем очень возмущала Алекса, который был вынужден каждый раз ей напоминать, что это они сотворили своего ребенка, а не Бог). И ангельская благодать сослужила ей хорошую службу — она не уставала, не имела проблем с тем, чтобы встать к заплакавшему малышу ночью, у нее сразу же появилось грудное молоко... И если менее идеальная и хронически невысыпавшаяся Эрика поначалу ей очень завидовала, то позже, когда у нее полностью ушли инстинкты второй сущности, она разглядела в Агнесс прекрасную возможность облегчить себе жизнь и стала подкидывать ей малышку Элис. Алекс даже пытался поговорить с Агнесс, объясняя, что Эрика ее использует, но та в ответ только улыбнулась и сказала, что она не против. Все равно она занята с маленьким Максимилианом, так почему бы ни присмотреть одновременно и за Элис. Ей не трудно. Алексу было сложно с этим спорить, но он все равно чувствовал себя выброшенным на обочину — и теперь уже не только своим собственным сыном, но еще и "подкидышем". Когда он озвучил эту проблему Генри, тот покрутил пальцем у виска. Свободное от ребенка время — это же круто! И поделился тем, как тяжело приходилось им с Эрикой поначалу, когда инстинкты не позволяли отойти от ребенка, а времени для сна и отдыха не прибавлялось. Сейчас стало полегче, но в немаленькой степени потому, что Агнесс брала на себя роль няни. Эти проблемы Алексу были далеки, однако сам разговор навел его на множество мыслей. В частности, Алекс осознал, что если Генри страдал от переизбытка ребенка в собственной жизни, то ему самому Макса как раз не хватало. И он, подумав, изменил тактику. Он начал приходить в детскую, когда ему было удобно, и просто подменял Агги собой. Чем бы она в тот момент ни занималась (исключая кормление грудью), он приходил и мягко ее оттеснял, объясняя, что он — отец и должен заботиться о ребенке. Агги это не понравилось, но она почти не спорила, а если пыталась, Алекс напоминал, что вся ночь в ее распоряжении. Это во многом сработало — хотя он и не всегда в итоге получал Макса, но это было нормально. Агги же показывала всем видом свое недовольство, но ему почти не препятствовала. А через какое-то время не только перестала поджимать губы, но и начала уходить, оставляя его с маленьким Максимилианом одного. Она по-прежнему почти не уделяла Алексу времени, но зато она неожиданно ему призналась, что ей нравится смотреть на них с Максом, и теперь она понимает, что он имел в виду под отцовством. Алексу это доставило несравнимое удовольствие, и он решил, что пора перейти ко второй части плана: незаметно оттянуть на себя немного внимания от ребенка. Агги теперь больше не была поглощена Максом 24 часа в сутки, и он надеялся, что теперь сделать это будет немного проще. А еще он однозначно радовался, что Макс выглядел точно так, как и положено малышу его возраста, и не родился взрослым, как Джек. Жизнь шла своим чередом, и если бы не упорные исследования Теслы, все бы забыли о истории с его двойником. Но потом у Генри наконец дошли руки посмотреть записи с видеокамер участка в Старом городе, где когда-то располагалось Убежище. Там давно уже не было ни развалин, ни каких-либо следов пожара, но Генри все равно не любил просматривать эти записи, хотя это входило в его обязанности. — Док, — позвонил он ей поздно вечером. — Я кое-что обнаружил на записях в Старом городе. Вы должны это увидеть.* * *
— Неожиданно, — прокомментировала Хелен, глядя на своего собственного двойника в записи. Который точно так же, как двойник Теслы медленно растворился в воздухе. — Еще как, — глаза Николы блеснули. — Значит, дело не во мне, а как минимум в нас. Интересно. Они внимательно посмотрели обе версии — полную издалека и отредактированную Генри: увеличенную и приближенную. Двойник Хелен вел себя так, словно с кем-то общался и чего-то ждал. — Может быть, это кусок из прошлого? — предположил Генри. — Время каким-то образом совместилось... — Нет, — качнула головой Магнус. — Я думаю, мы имеем дело с искажением истории. — Что заставляет тебя так думать? — поднял брови Никола. — Куртка. Я ее знаю. Когда-то она мне очень нравилась. — И? — Я так и не смогла ее купить. Все к ней приглядывалась, но постоянно что-то мешало за ней поехать. А как только нашлось время, выяснилось, что эта модель распродана. Я об этом пожалела, но быстро забыла. Эта куртка не была уникальна. — Но сейчас ты ее вспомнила. — Да. Я уверена, это она. Но раз она на... второй мне, то она все-таки ее купила. История изменилась. — Ты это помнишь? — напряженно посмотрел на нее Никола. — Нет, — после паузы ответила Магнус. — Тогда будь точна. В твоей жизни История изменений не претерпела. Но это дает нам право сказать, что мы имеем дело с некоей параллельной Историей. Неполное искажение, — он постучал пальцами по нижней губе. — Ты помнишь, когда это было? — На память не скажу, но можно проверить по моим старым отчетам. — Найди, когда и где ты в то время была. Полагаю, эта история длилась не очень долго — ты не стала бы откладывать в долгий ящик такую мелочь, как покупку куртки. У Хелен была великолепная память, и она быстро вычислила время — февраль 1977. Однако, она в то время находилась в Лондоне — где, собственно, и продавалась ее вожделенная куртка. Услышав это, Никола нашел видео своего двойника и сопоставил даты. Их с Хелен двойники появлялись с разницей в 3 месяца. Подумав, он создал коэффициенты времени и расстояния и получил место собственного пребывания. Сассекс, май 1977. Хелен вопросительно посмотрела на него. Он кивнул: — Да, я был там как раз в то время. Инкогнито, разумеется. Конференция по фотоэлектрической энергии. — Это объясняет твой костюм. — Я не помню в своем гардеробе такого. Они посмотрели друг на друга. — Думаю, нам стоит сделать назад еще один шаг, — подал голос Генри. — Отступить... сколько там? — он мысленно прикинул. — 35-36 лет, это около 13 тысяч дней. Отнимем... — он быстро произвел вычисления. — Декабрь 1942 года для Теслы и сентябрь его же — для вас, док. Тесла одобряюще кивнул. — Одна только загвоздка, Вольфи. Мы не можем туда заглянуть и хоть как-то проверить. — Ну, я полагаю, сейчас у нас есть совершенно законный повод послать Алекса в Рай за Дином и Артуром, — сказала Магнус. — Двойники уже нас двоих — это определенно серьезно. Я завтра попрошу Алекса донести о проблеме в Рай. — А сейчас, как это ни отвратительно, но нам обоим нужен отдых, — позвал ее Тесла. Идя вместе с Николой по коридору в одну из их спален, Хелен поглядывала на него исподтишка. Она подозревала, что сам бы он предпочел остаться и поисследовать открывавшиеся возможности, но он знал, что тогда не отдохнет и она. — Жертвуешь своим бодрствованием ради меня, — озвучила она свою мысль. — Исключительно ради тебя,— к ее удивлению согласился он. — Никому больше не видать такой жертвы. — Я польщена, мистер Тесла, — и она чмокнула его в щеку. Вернее, попыталась, поскольку Никола снова провернул свой трюк и украл ее поцелуй, подставив вместо щеки губы, как в их первую после долгой разлуки встречу — в коридоре лекционного зала в Риме.* * *
Никола лежал без сна почти до утра — Хелен крепко спала рядом, отключившись, едва ее голова коснулась подушки. В действительности, принимая это решение, он мало чем жертвовал. Да, он мог бы еще поизучать запись с двойником Хелен или заняться обстоятельствами появления двойников их обоих, но в этом не было большого смысла — завтра Алекс вызовет к ним "Небесный спецназ", и скорее всего, Никола сможет отправиться с ними в прошлое — либо как минимум обсудить произошедшее. Его никогда не интересовали исследования ради процесса — только ради результата. Поэтому гораздо продуктивнее сейчас было провести ночь в постели с Хелен, чем за компьютером. Мыслительному процессу, собственно, это не мешало. Хотя мысли его то и дело возвращались к Хелен. И к себе самому. Все-таки все изменилось, вынужден был признать он. Обретя то, чего он давно желал — любовь всей своей жизни, он думал, что это венец всего, конечная точка. Но похоже, все было с точностью до наоборот: выглядело так, словно это было лишь начало пути. Начало совершенно другого уровня. И приходилось признать, что его это беспокоило. Потому что, как оказалось, новый уровень делал его уязвимым. Он ничем не подавал вида, но двухнедельная разлука заставила его соскучиться. Это слово было откуда-то из далекого прошлого, может, даже из детства. Он давно уехал из родного дома, жил в разных странах, 60 лет не встречался с друзьями. Он умел и любил быть один. И вот теперь ему приходилось признать, что он не может просто взять и сменить окружение, если нужно. Не то, что бы он стал считать Убежище своим домом (хотя Хелен этого определенно хотела — обстановка его комнаты была целиком делом ее рук), но к самой Хелен он опасно привык. Как и ко многому другому, с ней связанному. Он привык, что больше не нужно изощряться, чтобы она просто до него дотронулась, не говоря уже о том, чтобы поцеловала. Она спокойно воспринимала, когда он вел ее в спальню. Их отношения давно перестали быть тайной, и она не делала из этого проблемы. У них был великолепный секс, много секса. Но на новом уровне именно это по совокупности и вызывало внутреннюю тревогу. Нет, не потому, что он опасался, что все вскоре исчезнет — в самом начале такое присутствовало, но давным-давно растворилось в небытие. Их отношения были у них в руках, он в этом не сомневался. А значит, он был в безопасности. В этом смысле. Тревогу вызывало то, что, как ни странно, из этого вытекало. Возможности. Они могли иметь больше. Он мог иметь больше. Но за это нужно было платить. И величина этой платы была такова, что вызывала к жизни маленького мальчика, о существовании которого Никола давно забыл. И которому было страшно даже самую малость обнажить сердце. В буквальном смысле раны в сердце он не боялся, но в особом, другом плане... он знал, что, если его доверие предадут, ему будет в лучшем случае безумно больно, а о худшем он вообще не хотел думать. То, как они жили, его удовлетворяло. Но что в последнее время с ним происходило? Он совершил мировую технологическую революцию, но какое гигантское место неожиданно занял в его сознании TN 2! Да, разумеется, эту установку он тоже собирался запускать в производство в будущем, но сейчас он просто хотел поразить и порадовать Хелен. Двухнедельная разлука его больше злила, чем пугала. А по возвращении он совершенно осознанно выбрал комнату Хелен, чтобы провести там первый день "дома". А еще от облегчения, что вернулся, он слишком молол языком, и Хелен тут же вцепилась в его... да, почти жалобу, что все ее ласки относятся только к сексу. Он не ожидал этого, иначе держал бы язык за зубами. Но он был уверен, что Хелен полностью устраивает весь расклад, и что ей даже в голову не придет на это как-то отреагировать. Она ведь не реагировала на большинство его жалоб, в лучшем случае закатывая глаза. Но он снова ее недооценил. Она все заметила и даже напрямую озвучила. И что он, предполагается, должен был на это ответить? "Да, мне всерьез не хватает твоих нежных прикосновений"? Это значило бы показать, что ему это нужно. Слабость. А слабость можно использовать как оружие. Особенно, если дать, а потом отнять. Когда ты получаешь в руки нечто необходимое другому, у тебя в руках оказывается большая власть и способность причинить этому "другому" боль. Конечно, это была Хелен, но он не желал даже ей давать в руки такое оружие. Зачем рисковать и открывать без повода ахиллесову пяту? И она ведь устроила ему этот эксперимент. На какой-то момент он даже представил, что мог бы получить не только секс... Представил и помечтал. Но Хелен снова вмешалась своей попыткой реализации, попыталась втянуть его в это. Нет. Он четко знал разницу между мечтой, которая тебе ничего не стоит, и ее воплощением, плата за которое может стоить тебе слишком многого. Он не любил об этом думать — вообще предпочитал не зацикливаться на плохих мыслях, и решил проблему привычным образом. Он вызвал образ маленького себя, взял на руки и обнял. Постоял так, потом выпустил своего маленького Николу, который уже успокоился, и прижал палец к губам, напоминая, что о страхах нужно молчать. Мальчик серьезно кивнул и исчез. Никола открыл в темноте глаза и повернулся к Хелен. Она спала лицом к нему, почти касаясь пальцами его плеча. Он продолжал на нее смотреть, медленно погружаясь в дрему. И уже совсем на краю сна вдруг услышал "Ты всерьез думаешь, что я не способна на ласку к тебе за пределами секса?" Он раскрыл глаза, но Хелен продолжала спокойно спать. Он раздраженно фыркнул и перевернулся на спину. Фраза продолжала царапать сознание, но он не понимал, что с ней не так, а затем обнаружил, что уже спит — вокруг было все слишком фантасмагорично, чтобы быть правдой, и с облегчением оттолкнул тревоги реальности.
