У каждого есть сердце

      Несмотря на кажущуюся сложность произошедшего, жизнь в Убежище вернулась в обычное русло в рекордные сроки. Да, на Николу косо посматривали несколько дней, но он этого ожидал. Чего он не ожидал, так это того, что Генри, обычно с трудом воспринимавший все потусторонне, в этот раз очень быстро принял то, что произошло — быстрее всех остальных. И когда Никола мимоходом его об этом спросил, тот ответил, что ведь это было решение Бога — Бог не позволил бы ему присоединить сознание двойника, если бы это несло что-то плохое.       Никола спорить не стал, поскольку это было очевидно в его интересах, но сам он внутренне усомнился такой не религиозной, но вере в доброту Бога. От него самого не укрылось то, что Бог не стал вмешиваться в откровенно плохие поступки Адама. Он это допускал и не считал нужным что-то с этим делать. Поэтому Никола сомневался, что Бог позволил бы слияние только, если бы знал, что не будет плохих последствий. Кажется, тот не торопился брать на себя ответственность за поступки людей и что-либо исправлять. Или не допускать, что было практически то же самое. Впрочем, портить жизнь Волчонку он не стал и своими размышлениями не поделился.       Но неделю спустя внезапно произошло то, чего Никола никак не мог ожидать. Его навестил Бог.       Это случилось до такой степени обыденно, что Никола даже немного пожалел об этом. Ни грома, ни молний, ни чего-либо еще столь же масштабного. Просто в один прекрасный момент в его кабинете раздалось вежливое покашливание.       — Мистер Тесла.       Никола замер и медленно развернулся в компьютерном кресле. Напротив него на диване сидел знакомый "подросток". Бог.       — Добрый вечер, — произнес Никола, заставив себя успокоиться. И не прибавил больше ничего.       "Подросток" обезоруживающе улыбнулся.       — Не нужно так нервничать. У меня к вам нет никаких претензий.       Но Никола продолжал внимательно на него смотреть.       — Простите, но я не думаю, что вы решили меня навестить просто, чтобы поболтать.       — Это так, — выражение лица "подростка" не изменилось. — Но мир не начинается и не заканчивается вами, мистер Тесла. Бывают и другие точки мироздания.       Никола моргнул. Бог над ним насмехается?       — Я шучу, — уточнил тот, и на Николу обрушилось понимание, что тот может читать его мысли.       — Могу, но не делаю это все время. Только, если мне требуется, — усмехнулся Бог. — Успокойтесь, мистер Тесла. Вы правы, я действительно здесь по делу.       — По какому? — Тесла решил, что тому нет смысла лгать, он ведь всесилен. И уж Бог бы точно не стал ходить вокруг да около, если бы хотел что-то ему запретить или наказать. Когда он являлся запрещать ему теслатричество, то ни капли не церемонился — просто поставил перед фактом запрета и исчез.       — Мне нужна ваша помощь, — после паузы произнес Господь.       Никола недоуменно на него уставился.       — Моя? — переспросил он. — Какая?       — Мне необходимо тщательное исследование аномалии, которая привела к образованию ваших с мисс Магнус двойников, — ответил тот.       Тесла покрутил в голове каждое слово произнесенной фразы.       — Но почему я? — спросил он. — У вас же есть "Небесный спецназ".       — Дин и Артур выполняют задачи другого рода. Они, скорее, детективы, а мне нужен ученый. Такой как вы.       Никола сдержал рвущуюся изнутри волну восторга и внимательно посмотрел на Бога.       — Почему вам нужен именно ученый? — спросил он.       — Вы хотите знать причины и цели, — тут же выцепил Бог из его мыслей. И вздохнул. — Причины просты — и полагаю, будут вам понятны. Я не настолько понимаю механизмы вселенной, как хотел бы. Я не знаю причин этой аномалии и не уверен, что она полностью ликвидирована. Я должен понять, как и почему это произошло.       Никола смотрел на Бога во все глаза. Тот рассуждал не так, как должно было рассуждать в его понимании всемогущее божество. Его логика слишком смахивала на человеческую.       — Вы же можете все. Почему вы просто не... уничтожите их? Проявления аномалий.       — Я должен знать, что я уничтожаю, — Бог-в-теле-подростка посмотрел на него. — Если вы не знаете, как выглядит ложка, вы не сможете ее выбросить.       — О, — Никола с непозволительной задержкой, но все же уловил, что пытаются до него донести. — Это связано с тем, что не вы создавали вселенную и миры? — не удержался он от вопроса.       Бог ответил не сразу.       — Отчасти. Но я не думаю, что и тот, кто создавал, настолько разбирался в своих Созданиях. Но ближе к делу, мистер Тесла. Вы готовы мне помочь?       — А я могу отказаться? — дерзнул тот вопросом.       Бог абсолютно человеческим жестом закатил глаза.       — Разумеется, вы можете. Для вас не будет никаких последствий. Но вы точно этого хотите?       — Нет, — сразу же ответил Никола и позволил восторгу все-таки распространиться по всему его существу. — Я сочту за честь заняться для вас этим исследованием. Но есть пара нюансов.       — Каких? — "подросток" сцепил пальцы на животе.       — У меня нет никакого оборудования для задачи таких масштабов. И достаточного количества данных.       — Это не будет проблемой. В Раю у вас будет своя лаборатория и максимальное количество имеющихся в моем распоряжении данных. В "режиме чтения", разумеется.       Тесла отложил на потом тот факт, что Бог пользовался терминологией Windows, и сосредоточился на главном.       — То есть, вы хотите, чтобы я занимался исследованиями в Раю?       Бог кивнул.       — Как вы верно заметили, на Земле у вас нет ни данных, ни оборудования. И кроме того, исследования могут занять время. Из Рая вы сможете вернуться в свой мир, ничего при этом не потеряв. И вы там уже бывали.       Никола глубоко задумался. Исследовать мироздание по поручению самого Господа? Это было невероятно почетно и нестерпимо интересно! Он бы с радостью отдал правую руку за такую возможность! Но... Но. Руку он, может быть, и отдал бы (с учетом собственной вампирской регенерации, которая ее бы восстановила), но расстаться с Хелен на неизвестный срок? Да, для нее он вернулся бы "через полчаса", но ему самому пришлось бы жить без нее... он даже предположить не мог, сколько. Исследование могло затянуться на годы и десятилетия. Как он... без Хелен? Последняя мысль была совершенно детской (и исходила от его детской версии). Но именно поэтому он не мог ее игнорировать.       — Мне нужен помощник, — он открыто посмотрел в лицо Богу. — Мисс Хелен Магнус.       Тот не ответил, но Никола, сцепив зубы, держался. Он не хотел выбирать между Хелен и этим исследованием. Он не хотел отказываться либо от одного, либо от другого.       Бог спокойно кивнул.       — Хорошо. Если она согласится, то сможет отправиться в Рай с вами на правах вашей помощницы, — и он поднялся с места.       Тесла автоматически тоже встал.       — Я завтра пришлю к вам Дина или Артура за ответом, — Бог поднял руку к плечу в прощальном жесте и растворился в воздухе.       Никола с шумом выдохнул.       — Ух ты! — вырвалось у него. — Ничего себе! Хелен!       

* * *

      — То есть, Бог предложил тебе работу в Раю? — немного недоверчиво суммировала Магнус.       — О да! — Тесла блаженно прикрыл глаза. — И очень интересную, хотя и кошмарно сложную, — он перестал улыбаться. — Дрожь берет, когда подумаю, с какой стороны к этому подойти. Я даже отдаленно не представляю, каким образом работать с мирозданием. Я до сих пор праксианские технологии еще до конца не "переварил", а они наверняка проще.       — Но ты же сразу вернешься? — он с удивлением уловил в ее голосе легкую дрожь. — Как обычно?       Никола недоуменно моргнул. Почему она... А, он же не сказал, что она пойдет с ним — слишком увлекся тем, чтобы рассказать о самой сути предложения Бога.       — Да, но это не имеет большого значения.       — Ты серьезно? — невольно возмутилась Хелен. — Ты собираешься уйти на месяцы, а то и годы, и когда ты вернешься — не имеет значения?       Никола на секунду на нее уставился.       — Нет, не поэтому. Просто ты идешь со мной, — пояснил он.       Хелен моргнула и потом потерла лоб.       — Ты уверен, что...       — Конечно. Я сказал Богу, что ты нужна мне в качестве помощницы, и он дал разрешение.       — Почему ты сразу не сказал? — с раздражением спросила Хелен. На долю секунды она все-таки поверила, что сейчас сбудется ее самый страшный страх относительно отношений с Николой. Интересно, это долго будет с ней продолжаться? Никола ведь действительно раз за разом придерживался своих слов. Видимо, считал это "значимым".       — Не успел, — слегка развел руками Никола. — Ну, может быть, слишком увлекся описывать тебе перспективы, — его подмывало прокомментировать ее реакцию, но он придержал язык. Она еще ни словом не подтвердила, что согласилась. Его это нервировало.       — Хелен, — произнес он после паузы. — Ты же отправишься со мной? Убежище сможет прожить без тебя полчаса.       — Да, конечно, — она спокойно кивнула, отвечая сразу на оба вопроса. — Но мне все равно надо закончить кое-какие дела. Увидимся вечером.       И она ушла. "Не идеально, — подумал Никола. — Но вполне приемлемо".       Магнус не обманула Николу насчет дел (впрочем, в Убежище они вообще никогда не заканчивались), но в то же время ей нужно было время, чтобы все обдумать.       Нет, она не колебалась — разумеется, она отправится с ним в Рай. Тем более, что это давало ей дополнительный редкий шанс увидеться с Джеймсом и Найджелом — во всяком случае, она на это надеялась. И, собственно, это и следовало обдумать.       Да, для Убежища ее не будет условно около получаса, но для нее любое количество времени в Раю будет проходить с обычной скоростью. Что... Внезапно она остановилась и тихо засмеялась. Ох, Никола... Можно было сразу сообразить. Но это она с ним еще обсудит.       К сожалению, сие не снимало вопроса, что она будет в Раю делать столько времени? Даже если не годы, а лишь месяцы?       Никола получил работу, в которую он уйдет с головой — она знала, что он не планирует заниматься ею вдвоем с ней, он всегда работал один. И это поднимало, например, вопрос, сможет ли она временно возвращаться на Землю, а потом снова приходить в Рай? Сможет ли он делать то же самое?       Хотя, это были технические детали, которые никак не влияли на ее решение.       Но был и другой вопрос, гораздо менее для нее приятный. Ей категорически не понравился собственный страх в разговоре с Николой. По сути, он означал, что она не доверяет ему в их отношениях, хотя Никола и не давал ей никаких поводов. Она все еще держала дистанцию — и на него не полагалась. Она инстинктивно боялась, что он снова начнет думать только о себе. К сожалению, она пока не видела способа что-то здесь изменить. Тут разве что только время поможет.       Он снова не пришел за ней в кабинет, но она знала, что он просто дает ей столько времени, сколько ей нужно. И была за это благодарна.       А еще в этот раз она, к некоторому удивлению, обнаружила его в своей собственной спальне, не в его. Он сидел на подоконнике с бокалом вина и смотрел на водопад. Он всегда говорил, что это его умиротворяет.       Она подошла, тоже налила себе бокал "Шабли" и села в кресло около окна.       — Ты сделал это ради меня, — произнесла она, отпив вина.       Никола повернул к ней голову и непонимающе нахмурился.       — Тебе не нужна в работе моя помощь, ты просто хотел дать мне возможность побыть в Раю и повидаться с Найджелом и Джеймсом.       Это всегда было в их тесном мирке — с тех пор, как их раскидала жизнь, они всегда старались помогать друг другу побыть вместе. Поэтому ее совершенно не удивило видеописьмо Джеймса и Найджела, так же, как и сам Никола, она не сомневалась, сразу же бросился проверять, не воспользовался ли Джеймс оказией.       Но на лице Николы мелькнула какая-то сложная эмоция.       — Нет, — сказал он.       Хелен очень удивилась.       — Нет?       Он моргнул, осознав, как его слова прозвучали со стороны.       — То есть, да. Конечно, это было основной идеей. Но... не решающим фактором.       — А что было решающим? — в Хелен зажглось любопытство.       Но Никола ей не ответил, вновь уставившись на переливающийся подсветкой водопад. Хелен изучала его лицо. Он смотрит на водопад, лишь бы не смотреть на нее, или потому, что ему требуется успокоиться? Ее вопрос выглядел простым. Бога ради, какие еще причины могли быть у него позвать ее ассистенткой? Но то, что он не ответил, само по себе было "говорящим".       — Что-то не так? — спросила наконец она.       Он покачал головой и улыбнулся ей.       — Все замечательно.       — Почему ты тогда не ответил на мой вопрос?       — Это не имеет значения.       — Для меня имеет. Речь ведь обо мне.       Он вздохнул и сходил наполнить опустевший бокал. Хелен скрестила на груди руки.       — Очередные скрытые мотивы?       — Нет, — коротко ответил он. — Хелен, чего ты хочешь?       "Правды", — чуть не сорвалось с ее языка, но она сдержалась. И спросила о другом:       — Что толкнуло тебя предложить это Богу?       Он вздрогнул, практически дернулся, словно его застали на месте преступления.       — Это такой сложный вопрос? — подождав, спросила она.       — Нет. Не сложный.       — Но отвечать мне ты не хочешь. Ты думаешь, я не одобрю. Никола...       — Вряд ли ты могла бы его не одобрить.       Хелен хотела продолжить, но внезапно осеклась. Ответ Николы звучал так...       — Кого "его"? — спросила она. — С кем еще ты это обсуждал?       — Ни с кем, — Никола потер глаза. — Перестань меня допрашивать.       — Почему это? Ты только что мне солгал.       — Я не лгал! — внезапно сорвался он. — Я не лгал и не лгу тебе!       Хелен молча на него смотрела. Она действительно заколебалась, стоит ли ей идти с ним в Рай. Если Никола снова начал свои игры...       Он понял это по ее взгляду и опустил голову, закрывая глаза. Кажется, она поставила его перед жестким выбором.       — Я не лгал, — снова повторил он. — "Он" — это я.       — Ты хочешь сказать, что говорил о себе в третьем лице? — это звучало откровенно слабо.       — Нет, — к ее удивлению, ответил он. — У меня в сознании есть "детская версия" меня. Визуализация. Мальчик.       Магнус уставилась на него, а Никола снова уставился на водопад. И вот сейчас она не сомневалась, что он смотрит на эти струи, чтобы успокоиться. Она подумала над тем, что он сказал.       — И твоя детская версия толкнула тебя предложить Богу...       — Да.       Интересный поворот. Хелен встала и тоже наполнила себе бокал. Внутренний ребенок Николы. Она знала концепцию и знала предназначение. Но тогда получалось, что причины лежат совсем в иной плоскости.       — Ты попросил у Бога разрешения взять меня с собой, чтобы защитить своего внутреннего ребенка, — негромко произнесла она. И с облегчением увидела, что Никола кивнул. — Эта работа — твоя исполнившаяся мечта. Каким образом она тебя так глубоко ранила?       — Не ранила. Вернее, не она.       — А тогда что? Никола, ты мне уже так много сказал. Скажи и остальное.       — Ты действительно не догадываешься? — он вдруг посмотрел ей в лицо. — Меня ранила одна мысль, что я останусь... без тебя. Даже в Раю и с работой своей мечты.       Хелен открыла рот, но не нашлась, что сказать. Ситуация повернулась совершенно неожиданным ракурсом. И получалось, что он действительно все это время говорил правду. А еще — что ее недоверие к нему не имеет под собой никакой почвы. Оно ведь предполагало, что будучи полностью эгоистичным, он выбрал бы работу и одиночество. Но на самом деле, в его выборе была еще одна неотъемлемая составляющая — Хелен Магнус. И в этом невозможно было сомневаться — внутренний ребенок всегда отвечал за самые глубинные чувства, идущие из детства и составлявшие основу человеческой психики. Те, которые самым мощнейшим образом влияли на поступки человека и его душу.       — Нет, я не догадывалась, — призналась она. — Но я рада, что ты это сказал.       Она действительно испытывала мало с чем сравнимое облегчение. И поддавшись порыву, подошла и обняла его, положила голову на плечо.       И она почувствовала, как он в первый момент очень расслабился. Но через секунду закаменел и даже попытался отодвинуться.       — Никола, почему? — он предсказуемо не ответил. И она по наитию предположила: — Это тоже связано с твоим внутренним мальчиком?       Она видела, как он сжал губы. Но она молча ждала его ответа. В конце концов, он все же мягко ее отстранил и повернулся лицом.       — Ему страшно, Хелен.       — Ты думаешь, я могу его ранить? — она уставилась на него. — С чего ты взял? Я не сомневаюсь, что ты хорошо его защищаешь.       — Да. Именно это я и делаю.       И на нее мягко, но очень ясно снизошло озарение.       — Ты боишься, что я смогу тебя ранить, если ты позволишь мне ласку. Она значит для тебя намного больше, чем секс, — тихо произнесла она. И от заливающей его лицо беззащитности у нее защемило сердце. — Она находится на том уровне, где ранение может причинить огромную боль, нанести непоправимый вред. И ты себя защищаешь. Не впускаешь меня, чтобы не допустить такой ситуации, — она закусила губу. — Это путь к твоему сердцу, который ты всеми силами старался скрывать.       — Ты понимаешь, что ты сейчас со мной делаешь? — выдавил он через силу.       — Да. Вывинчиваю взрыватель из этой бомбы. Никола, я уже знаю и все поняла. И тебе придется жить с тем, что мне известен путь к твоему сердцу.       Он неловким движением поставил бокал на подоконник, уперся в него обеими руками, низко опустил голову. Его спина судорожно дрогнула.       — Никола, это доверие. Или его отсутствие, — она погладила его по спине ладонью. — Я не причиню тебе боли и не воспользуюсь своей властью над тобой. Мы с тобой в одной лодке.       — Как же, — тихо хмыкнул он.       — У тебя есть такая же власть надо мной — ты можешь уйти еще на 60 лет. Ну, во всяком случае, я так думала до сегодняшнего дня, — она тихо засмеялась. — Но как оказалось, ты тоже не можешь без меня обойтись, — она продолжала гладить его по спине — и не только из сочувствия, но и из желания передать ему нежность, которую испытывала.       И это сработало — или может, ее слова проникли в его сознание.       — Доктрина гарантированного взаимного уничтожения? — он оттолкнулся от подоконника, выпрямился и повернулся к ней лицом. В отблесках подсветки водопада на его щеках поблескивали дорожки слез. — В этом что-то есть.       — В этом что-то есть, — согласилась она. — Но это в любом случае наша реальность, Никола.       — Значит, мы должны быть осторожны, чтобы ничего не взорвать, — он коснулся ее лица. — Хотя не могу отрицать, что сама концепция выглядит успокаивающе.       — Это очень извращенно, но не могу не согласиться, — она вздохнула и улыбнулась. И позволила себя обнять.       — Если не станем друг другу врагами, то можем чувствовать себя в безопасности, — произнес над ее ухом Никола.       — Мы не станем, — ответила Хелен и позволила себе раствориться в том, от кого больше не берегла свое сердце.

* * *

      Они оба испытывали настолько сильное облегчение и единение друг с другом, что долгое время просто молчали, улыбались и прикасались друг к другу. И впервые чуть ли не за все их отношения это не вылилось сразу в секс.       Нарушила молчание все-таки Хелен.       — Чем, по-твоему, я должна заниматься в Раю столько времени? — спросила она, легонько водя пальцами по его лицу, словно рисуя. — Ты думаешь, я выдержу больше недели ничегонеделанья?       — Джеймс и Найджел не найдут, чем тебя занять? — вскинул бровь Никола.       — На какое-то время. Но кто знает, сколько тебе понадобится времени, чтобы решить эту задачу.       Он вздохнул и сел.       — Хелен, мы же не будем там в тюрьме. Ты сможешь вернуться, — его глаза блеснули грустью. — Я уточню и обговорю это, когда буду подписывать контракт.       — А ты сам?       Он пожал плечами.       — То же самое, но я все же беру на себя задачу, которую собираюсь выполнить. Я не вернусь насовсем, пока не закончу. Обещаешь быть со мной до конца?       — Обещаю, — сейчас это легко было сказать. И многое другое стало легко. — Будем решать проблемы по мере их поступления.       — Да, — он перехватил ее пальцы и прижал к губам. — Я тоже обещаю о тебе позаботиться.       Она кивнула и с любопытством склонила голову на бок:       — А если бы Бог не согласился? Кого бы ты выбрал?       — Тебе обязательно нужно спрашивать? — он улыбнулся, но его улыбка была несколько принужденной.       — Туше, — она улыбнулась в ответ. — Прости, не смогла удержаться.       — Как никто тебя понимаю, — и он потянулся к ее губам.       Хелен ответила на поцелуй, и они дополнили свое примирение нежным неторопливым сексом.

* * *

      Утро ознаменовалось появлением Дина с контрактом. Тесла с облегчением убедился, что право временно вернуться на Землю закреплено за ними с Хелен обоими. Ему оставалось только подписать, что он и сделал. Теперь нужно было только дождаться Дина, либо Артура. И они вознесутся в Рай.       Хелен собрала свою команду и объяснила ситуацию. Те отреагировали по-разному, но, в основном, без особых переживаний — с живущими в Убежище Алексом и Агнесс и постоянными появлениями райских обитателей, все к чему-то подобному уже привыкли.       Разве что Генри заметно расстроился и заявил, что мог бы пригодиться в исследованиях мироздания. Это же круто!       — Я не думаю, что Николе предстоит работать именно с технологиями, — сказала Магнус. — Настоящие исследования тебе будут скучны.       Тот подумал и вынужден был частично согласиться. Он много раз видел, как обстоятельно и сосредоточенно работает Тесла, и усомнился, что сам способен на что-то подобное. В долгосрочной перспективе.       Перемещение прошло донельзя рутинно. Тесла вообще никак не отреагировал, а Магнус все же на миг напряглась, но не более.       И их снова перенес Дин.       — А где Артур? — с любопытством спросил Никола.       Дин закатил глаза и улыбнулся уголками губ.       — Потом присоединится. И мы разделимся: я повезу тебя в лабораторию, а он останется с Хелен. Так что, двинули, — и он показал им на знакомую по предыдущему визиту машину.       — И где мы будем жить? — спросила Хелен, когда они покатили по общественным улицам.       — И как именно? — уточнил Тесла. — Нам нужно есть и спать? И что более насущно: здесь есть секс? — спросил он с некоторым опасением.       Дин заржал.       — Есть-есть, не волнуйся, — выговорил он сквозь смех. — Если не есть и не спать, то таких последствий, как на Земле не будет, но мы обычно это делаем, поскольку это просто приятно. Усталость все равно приходит, — он обернулся к ним, сидящим на заднем сидении. — Мы все здесь души, ребята. А душа вполне себе устает. А что касается "где", то ясно где — на своих участках.       — Порознь? — более или менее успокоившийся Тесла снова напрягся.       — Здесь не Земля, — напомнил Дин. — Если хотите общий участок и дом, то можете поступить, как Артур с Алексом — они свой замок построили на границе, он из двух частей, переход между которыми незаметен. Я долго вообще не знал, что участка там два — думал, они на одном живут, раз в одном доме. Внешне это никак не заметно.       Какое-то время они ехали молча, только Тесла буквально высовывался из окна "Детки", разглядывая общественные пространства.       — Дин, нас преследуют, — сказала Магнус.       — Это Артур на своем "мопеде", — ухмыльнулся тот. — Расслабьтесь, здесь нет и не может быть никакой опасности.       К участкам Теслы и Магнус они с Кетчем подкатили практически одновременно. Артур снял шлем и улыбнулся новоприбывшим.       — Добро пожаловать в Рай, — провозгласил он.       — Позер, — закатил глаза Дин.       — Просто тебе, Винчестер, чуждо понятие вежливости и гостеприимности, — парировал Кетч.       Он слез с мотоцикла и пожал руку сначала Хелен, потом Тесле. И двинулся вглубь ближайшего участка.       — Прошу.       Участок показался Хелен очень знакомым.       — Дин, вы ничего не перепутали?       — Нет, это просто стандартный дом, — тот быстро сообразил, в чем вопрос. — Они у многих такие, если люди не настраивают. Никола, — он перехватил того за рукав. — Соедини-ка ваши участки, и я отвезу тебя в лабораторию. Хелен с Артуром здесь сами разберутся.       — И как? — поднял бровь тот.       Дин показал ему, как стоя на границе участков, их соединить воедино.       — Молоток. Ладно, поехали, — он кивнул в сторону улицы.       — Дин, а ты не думаешь, что им обоим надо здесь сначала освоиться? — спросил Кетч.       — Не думаю, — Дин уже достаточно представлял себе Теслу, чтобы понимать — работа для него важнее любого обустройства дома. И что тот предпочитает сразу нырнуть в неизведанное, чем ходить вокруг да около.       — Он прав, — заверил Артура Тесла и, быстро поцеловав Хелен на прощание, быстрым шагом ушел за Дином.       Хелен медленно обвела глазами объединенный участок.       — И как здесь все работает? — спросила она. — Вряд ли здесь есть магазины или что-то подобное. — Она просто не могла себе такого представить.       — Нет, конечно. Мы сами генерируем то, что хотим, силой мысли. Достаточно об этом подумать и... зафиксировать желание. И вещь появится.       Артур уже готовился к вопросам, как "зафиксировать" желание, но Хелен без дальнейших объяснений тут же создала зонтик от солнца. И на ее губах заиграла предвкушающая улыбка.       — Полагаю, дом и все остальное создаются так же? — она подняла бровь.       — Да, именно. Ты очень способная, — он улыбнулся.       — По сравнению с Эшли? — Хелен вспомнила странные предметы по всему дому дочери. Та, видимо, училась генерировать.       — Нет, — к ее удивлению, ответил Артур. — В общем-то, я сейчас вспомнил одного своего однокашника. Он "разгонялся" гораздо медленнее тебя. А Эшли... она просто была "раненной". Трудности сосредоточиться и все такое. Плюс полное отсутствие желания этим заниматься.       Магнус кивнула, она не хотела вспоминать, какой нашла в Раю Эшли. Это было тяжело — и в ее воспоминаниях относилось к потере дочери на 3 года.       — Я могу генерировать все, что угодно? — уточнила она.       — Да, абсолютно все. Вплоть до дворца Далай-ламы. Надо только очень хорошо себе представлять желаемое. Ну и, разумеется, можно совмещать что угодно.       Хелен кивнула и начала генерировать. Артур с восхищением за этим наблюдал. И с возрастающим интересом.       — И где будет моя лаборатория? — поинтересовался Тесла, едва они с Дином тронулись с места.       — В отдельном здании на отдельном участке. Будешь работать один, если не считать Хелен.       Никола с удовольствием прищелкнул языком. Нет, это действительно работа его мечты.       — А кто будет меня туда подвозить? — спросил он через 10 секунд, видя, как быстро удаляется от них "домашний" участок.       — Никто. Сам себя будешь, — бросил Дин.       — Интересно, как? Здесь ни улиц с номерами домов, ни карт. И что, пешком?       Дин закатил глаза.       — Все проще, чувак. Сгенерируешь себе транспорт и будешь передвигаться по навигатору с метками.       — Сгенерирую? О, силой мысли? — Дин вскинул брови, но согласно кивнул. — Значит, вот как ты создавал предметы, когда было нужно.       — На Земле это только нам доступно с Артуром, — Дин не собирался рассказывать про Генератор Всего. Еще чего! Только не с таким способным субъектом. — А здесь — всем, верно.       Остаток пути Тесла развлекался тем, что генерировал себе разные бутылки вина. К тому времени, когда они остановились у небольшого белого здания с покатой крышей, половина заднего сидения "детки" была забита старинными бутылками.       Дин с неудовольствием бросил на это взгляд.       — Только не в моей машине. Развоплощай давай. На месте новые сделаешь.       Никола сердито насупился, но создавать проблемы на пустом месте не стал. Как он понял, никого не будет интересовать, если он создаст себе небольшой винный погреб в непосредственной близости от рабочего места. Хотя, конечно, генерация — какая великолепная штука! — позволяла делать это, не делая и шага в сторону, но обстановка винного погреба всегда на него действовала благотворно.       Дин привел его по аккуратной дорожке в здание, и они поднялись на несколько этажей на лифте. Интерьер напоминал офисный, только без единой живой души.       — А почему не на первом этаже? — поинтересовался Тесла.       — Хрен знает. Джек сам создавал.       Вход в лабораторию тоже был не у самого лифта, а подальше. Но, правда, перепутать было невозможно: лифт выходил в коридор, где была единственная дверь, все остальное пространство занимали пустые стены. Тесла про себя подумал, что у Бога очень странное представление о помещениях для научных исследований. Но смотреть в зубы дареному коню он не собирался.       Они вошли в лабораторию и остановились. Комната была пуста, за исключением огромного монитора на полстены и суперкомпьютера под ним.       — Рассчитано на то, что я сам буду генерировать, — сообразил Никола.       — Да, — сказал Дин и потом поманил его в сторону.       И Тесла только тут заметил висящий в воздухе полупрозрачный экран. Дин нажал на него, на экране появились надписи.       — Это каталоги. Ты можешь выбирать по ним любое оборудование, какое нужно. А "супер" откликаться будет только на тебя. Ну, и на Хелен. У нее тоже доступ везде. Так что можешь не заботиться о паролях.       Никола рассеяно кивнул и провел по клавиатуре суперкомпьютера пальцами. Экран тут же послушно вспыхнул.       — О, — глаза Никола зажглись не хуже экрана. Он, не глядя, сгенерировал себе кресло, уселся в него и взялся за мышь.       Дин посозерцал пару минут картину "гений за работой", хмыкнул и оставил Теслу одного. Он не сомневался, что тот сообразит, как вернуться домой. Генерировать он научился мгновенно и виртуозно.

* * *

      Массив информации был настолько огромен, что Никола совершенно потерял счет времени, лишь просто открывая и открывая меню, его подпункты и даже не пытаясь вникать в сами данные. Он пытался уложить в голове то, что видел — саму структуру, но она была слишком большой и разветвленной, чтобы можно было охватить ее просто с наскока. Все чаще в мыслях мелькало, что нужно отстраниться и переварить прочитанное, а дальше методично изучать по частям, но он настолько ошалел от полученных возможностей, что просто не мог оторваться. Открывал и открывал данные и пытался вчитываться, постоянно теряя связующую нить. Это было совершенно новое, неизвестное ему направление, которое прямо-таки завораживало его сознание.       Как ни смешно, но то, чего он опасался, совершенно не оказалось проблемой. Он предполагал, что окажется перед набором непонятных символов, которые надо будет еще расшифровывать — перед неизвестной структурой неизвестных понятий, с каждым из которых придется корпеть отдельно. Он был к этому в определенной степени готов, хотя не слишком любил подобное — он предпочитал сразу пользоваться инструментами, а не мучительно определять, какой из них для чего.       Но к его вящему изумлению, система, доступ к которой он получил, очень сильно напоминала привычный Windows. Как по интерфейсу, так и по структуре. Он не очень понимал, как это возможно — он сомневался, что Бог пользуется детищем "Майкрософт", — и что он вообще пользуется компьютерными системами. Зачем это всесильному существу, которое может сразу получить что угодно? Но это стало для него буквально бальзамом на раны и позволило сразу приступить к изучению данных.       Пару раз ему казалось, что его зовет Хелен — что он слышит ее голос, но когда он поворачивался, рядом закономерно никого не оказывалось. Вероятно, это была работа его подсознания — он о ней бессознательно думал, хотя сам этого не замечал.       Однако на третий раз услышав ее голос и обернувшись, он все-таки ее увидел. Хелен стояла и просто смотрела на него. Галлюцинации? Но он же в Раю. Или...       Словно отвечая на его сомнения, Хелен подошла к нему и тронула за руку. Он вздрогнул — прикосновение было вполне реальным.       — Никола.       — К-как ты здесь оказалась? — неожиданно хрипло спросил Тесла и откашлялся.       — Приехала, — Хелен подняла бровь. — У меня теперь есть машина, где очень удобно отмечены все доступные мне места посещений. Твоя лаборатория среди них, разумеется, тоже есть.       — Что-то случилось? — Никола потряс головой, пытаясь переключиться с изучения системы в такие прозаичные вещи, как машина с отмеченными зонами посещения. Что... о чем это все? А, черт, она имеет в виду навигатор. Он потер лоб. Переключение давалось с трудом.       — Нет, конечно. Но ты здесь уже 4 дня кряду.       — Соскучилась? — выдавил он с усилием.       — Не настолько, чтобы это было проблемой. Но тебе нужен отдых. — Он отрицательно мотнул головой. — Никола, не беги спринт. Какой в нем смысл, если это марафон?       — Никакого, — признал он. — Но мне не оторваться. Ты не представляешь, сколько здесь всего!       — Не представляю. Но зато представляю, что ты легко доведешь себя так до изнеможения. Ты уже выглядишь не лучшим образом.       — Дин же сказал, что есть и спать необязательно, — Никола медленно возвращался в реальный, то есть райский мир.       — Дин сказал, что не будет последствий как на Земле — ты физически не заболеешь. Но как я узнала уже у Артура, умственная и психическая нагрузка соответствующим образом отражается на внешнем виде, — она усмехнулась. — Хорошо, что он меня предупредил. Ты выглядишь, как вставший из гроба покойник.       Она показала в зеркальце его отражение, и он даже вздрогнул. Пожалуй, некоторые покойники выглядели и получше.       — Но почему? Я не чувствую себя плохо. И всего 4 дня. Я и на Земле, бывало, дольше бодрствовал.       — Ты меня не услышал. Твое тело здесь условность — оно лишь отражает состояние твоего разума. А твой разум перегружен сверх всяких разумных пределов. Пойдем, — она легонько потянула его за рукав. — Тебе нужно отвлечься. Твой разум все равно скоро просто откажется поглощать новую информацию. Очень хочешь достигнуть этого предела?       Никола подумал.       — Нет. Не хочу. Особенно, если при этом рядом не будет тебя.       Он с трудом встал — у него безумно затекли руки и ноги. И Хелен пришлось взять его под руку, когда он, пошатываясь, все-таки двинулся к выходу.       В лифте ему пришлось упереться лбом в стену, чтобы не рухнуть, и только выйдя на улицу и вдохнув теплый свежий воздух, он начал немного приходить в себя.       — Ну и зачем было так себя доводить? — вздохнула Хелен. — Мы здесь не на пару дней.       — Я не доводил, — он стоял с закрытыми глазами, ощущая на лице солнце, и не шевелился. — Я даже ничего не чувствовал. Только пару раз казалось, что я слышу твой голос. Видимо, я о тебе думал, — он открыл глаза и улыбнулся.       — Или ты слышал меня из динамика. Тебе это в голову не приходило?       Никола ошеломленно моргнул.       — Нет. Из какого динамика?       — Я пыталась тебе звонить по компьютерной связи. Соединение прошло, но ты не ответил.       Тесла потряс головой.       — Мне в принципе это в голову не пришло, — сознался он. — Значит, мы можем в любой момент друг с другом связаться?       — Телефонной связи здесь нет, но компьютеры имеют что-то вроде беспроводной. Предустановленные контакты, с которыми ты можешь связаться.       — То есть, все доступные, — оценил Тесла и резко остановился. — Вау! Фиатовский кабриолет?..       Хелен немного потупилась.       — Ну да, — с вызовом заявила она. — Я соскучилась.       — Я ничего не имею против, — Никола медленно расплылся в улыбке. — Весенняя Вена, м-м-м...       Глядя на Хелен, он вспомнил, как они раскатывали тогда на такой машине с открытым верхом. На точно такой. Он пошел к ней, по дороге приобнимая Хелен за плечи.       — Рад видеть, что то время для тебя до сих пор много значит.       — Разумеется, — она тоже приобняла его за спину. — Вижу, ты немного пришел в себя? Выглядишь явно лучше.       — Да. Но зато почувствовал, как безумно устал, — он хрустнул шеей. — Надо все-таки дозировать. Сейчас я половину информации просто забуду.       — Ты приспособишься. Не в первый раз, — вскинула она бровь и уселась за руль.       Они неторопливо покатили по улице. Никола сидел рядом, откинувшись на спинку сидения, и отдыхал. Действительно, он не в первый раз так себя... "доводил", но впервые в жизни за ним вот таким образом приезжали. Впервые кто-то смог убедить его оторваться — кто-то, кто не ругал его, а очень хорошо понимал, как работает его мозг. Рай. Да. Если Хелен рядом.       Артур       Артур никогда не думал, что смотреть, как кто-то генерирует себе вещи и обстановку, может быть интересно. Он сам воспринимал генерацию просто как способ окружить себя предметами, приносящими тебе комфорт. Дающими утешение и помогающими принять реальность, что ты теперь в Раю на Вечность.       Но глядя, как быстро, целеустремленно и вдумчиво генерирует Хелен, он осознал одну вещь: впервые генерирующие люди стремятся воссоздать когда-то утраченное в земной жизни. То, что невозможно было ранее получить никаким способом даже при помощи реплик. Ибо запах. Ибо внешний вид, тактильные ощущения... А здесь при генерации ты сразу понимал, что получаешь именно то — оригинал, не подделку. И погружался в те самые ощущения. Это, видимо, касалось всех — он сразу вспомнил, что одной из первых сгенерированных вещей у него самого была пижамка. Детская, с примитивными мишками. Которую мама покупала ему в настолько раннем детстве, что он даже не помнил, сколько им с Алексом было. 3-4 года? Меньше? Алекс почему-то терпеть не мог свою точно такую же и охотно ею делился с Артуром.       Он вспомнил, что в детстве им с этим не везло. Если покупали одинаковую одежду, то в лучшем случае, она нравилась только кому-то одному. Если разную, то чаще всего не "попадали", и им приходилось меняться. И то же самое было с любыми подарками. Никому не было дела до того, что они действительно хотели бы получить.       Он сам видел генерированные вещи не так уж у многих. У Винчестеров да у Мика. Эшли со своим генерированием до этой черты просто не дошла и вернулась на Землю.       Но с Хелен было совсем другое дело. Она была "родом" из 19 века, не из 20-го, и это сразу начало бросаться в глаза. Часть того, что она генерировала, он не узнавал по предназначению в принципе, а часть... вызывала очень смутные воспоминания о семейном особняке. И о старых вещах, на которые можно было там наткнуться.       Они с удовольствием проводили вместе время. Она создавала предметы, дом, обстановку. Что-то у него спрашивала, он отвечал. И незаметно для себя рассказывал какие-то вещи. Безопасные. Хелен не задавала острых вопросов — это была безопасная территория.       И уже не в первый раз он позавидовал счастливчику Тесле: его любила такая умная и прекрасная женщина. Но его собственное сердце было накрепко закрыто и запечатано — слишком сильные и болезненные чувства он испытывал к Мэри, когда влюбился, чтобы размениваться на что-то более тусклое. К Хелен, к собственному изумлению, он испытывал просто дружеские чувства. А он даже не предполагал, что с женщинами можно дружить. Впрочем, что греха таить — заняться с Хелен сексом он бы тоже не отказался. Но он не сомневался, что она на это не согласится и потому даже не делал попыток. Зачем "зарабатывать" неизбежный отказ?       Когда тревога Хелен из-за зависшего в лаборатории Теслы стала очевидной, он постарался ей помочь. Попытка связаться по компьютерной связи не удалась, и Хелен отправилась за Теслой лично, а Артур вернулся к себе в Замок. Он думал, что голубки теперь надолго замкнутся в своем гнездышке, но через день Хелен связалась с ним по той же компьютерной связи и снова пригласила к себе.       Он с любопытством пришел и обнаружил, что Тесла снова уже "пропал" в лаборатории, а Хелен продолжает создавать себе вещи.       — Я думал, что Тесла подольше с тобой задержится.       Но Хелен отрицательно покачала головой.       — Он ученый, Артур. И перед ним стоит масштабная задача, которой он занимается. Я не жду, что он будет часто здесь бывать. Это нормально, — она улыбнулась. — Я сама такая же. В стеклянном доме, знаешь ли...       Артур кивнул. Он, возможно, не понимал таких отношений, но в целом суть уловил.       Где-то через неделю сплошной генерации (за время которой Хелен создала очень продуманный дом из двух половин, причем половина Теслы резко отличалась от ее собственной), перемежаемой прогулками по общественным пространствам, Хелен выразила закономерное желание побывать в Замке.       — Хочешь посмотреть, как жил Алекс? — Артур не горел желанием вести ее в Замок, но и неприятия не испытывал. Так, больше некоторую настороженность.       — Как жили вы оба, — она, казалось, почувствовала, что у него нет большого энтузиазма. — Но только, если это не доставит тебе дискомфорта.       Он пожал плечами.       — Не думаю, что доставит.       Кетч задумался и, выйдя к границам ее участка, соединил его "неполным" — дружеским, — соединением со своим.       — Вот. Теперь ты сможешь войти ко мне, просто перейдя здесь границу.       — Спасибо, — Хелен улыбнулась. — Хотя ты можешь пожалеть о своем решении.       — Тогда разъединю и все, — хмыкнул тот. — Здесь все работает только на взаимности.       Хелен кивнула и переступила границу между их участками.       Они прошли через лагуну и вышли к замку. Кетч ожидал восхищенного возгласа, но Хелен лишь молча уставилась на замок и потом с улыбкой покачала головой.       — Вы на мелочи не размениваетесь. Это твой семейный дом?       — Нет, дядин. Мы с Алексом часто бывали у него в детстве, и очень его любили.       — Дядю? — вопрос Хелен прозвучал как-то серьезно.       — И дядю, и его дом.       — Значит, вы общаетесь?       Артур покачал головой.       — Мой дядя тоже из Хранителей знаний. Их здесь в Раю очень мало. Хелен, в чем дело?       — Я... думаю, я бывала здесь. То есть, в таком замке на Земле. В своем мире, — напомнила она, когда увидела, что у Артура глаза полезли на лоб.       — Это объясняет твою реакцию. Но она не только в этом.       Хелен, казалось, заколебалась.       — Ты когда-нибудь встречал своего двойника?       — Нет. Дин — да.       — Я бывала в том замке не на экскурсии. Я знала его владельца Генриха... — она куснула губу. — У него были племянники-близнецы, и один из них погиб во время охоты, когда они были детьми. Генрих очень любил этих мальчиков и до конца жизни не разговаривал с родным братом, их отцом, из-за этого.       Артур подавил невольную дрожь.       — Значит, и в твоем мире мне предстояло расстаться с Алексом, — он покрутил головой.       — Прости, я не хотела тебя расстроить. Поэтому и не хотела говорить.       Артур кивнул и повел ее внутрь замка.       — Значит, это касается не только Дина, — вслух подумал он.       — У Дина и его двойников тоже были... повторяющиеся события? — рискнула спросить Хелен.       — Дин очень долго колесил по разным мирам, пытаясь найти копию своей семьи, которая бы жила просто своей жизнью, без потрясшей ее трагедии. Смог найти только одну и даже вмешался, пытаясь помочь. Не знаю, что у него из этого вышло.       — В чем была трагедия? — спросила Хелен. На самом деле она почти ничего не знала ни о земной жизни Артура, ни о земной жизни Дина. Они не рвались делиться информацией, а она не очень хотела узнавать об убитых ими абнормалах. Но семья?       — Мать Дина сжег на потолке демон, когда ему самому было 4 года, а его брату — полгода. Их отец не смог смириться со смертью жены и превратил себя и сыновей в охотников.       — Бог мой...       — Дин пытался найти в параллельных мирах семью, где его мать бы не погибала. Практически безуспешно, — Артур повернулся к Хелен, остановившись посреди средневековой гостиной. — Но был, по крайней мере, и один мир, где они с братом просто не родились. Так что, твое открытие лишь одно из многих, — он пожал плечами. — Не слишком приятное, но...       Хелен кивнула, осматривая комнату. Артур честно провел ее по всем помещениям своей половины. Показал импровизированную штаб-квартиру "Скайфолла" и каменный альков с балконом, где погода реагировала на его настроение.       — Это все твоя часть, — полувопросительно сказала Хелен. — А часть Алекса?       Артур показал двери на другой стороне коридора.       — Я сомневаюсь, что они для тебя открыты.       И действительно, когда Хелен попыталась войти в ближайшую дверь, у нее ничего не вышло. Она словно натолкнулась на прозрачную стену. Артур же показал, что спокойно может войти.       — Алекс запретил мне входить? Почему?       — Не запретил тебе — просто его часть замка закрыта по умолчанию. Он не открывал ее для тебя       Хелен кивнула.       — Понятно. Спасибо, что допустил меня в свою.       — Пожалуйста, — ответил тот. Как ни хотелось ему сказать "не за что", но он видел, что Хелен понимает его желание приватности. Не было смысла перед ней притворяться.       Хелен       У Хелен ушло чуть больше недели на то, чтобы воссоздать на своем участке среду, куда приятно было бы возвращаться и где можно было комфортно проводить время. Ее целеустремленность отчасти была связана с чудесными возможностями генерирования (и иррациональным страхом, что "окно" может вот-вот закрыться — она ведь пользовалась привилегиями умерших, хотя была жива), а отчасти с Николой — его пребывание "дома" предполагалось коротким, и ей не хотелось никаких "шероховатостей" и необходимости отвлекаться на то, что можно было предусмотреть.       А еще ей нравилось исподволь расспрашивать Артура — на Земле они редко общались, и он не стремился что-то о себе рассказывать. Впрочем, как и здесь, но узнавать что-то о жизни в Раю ей тоже было интересно. Это успокаивало. Это все больше и больше доказывало, что со смертью ничего не заканчивается — происходит лишь перемещение в другой мир. О том, что, кроме Рая существует и Ад, и еще кое-какие "миры", она предпочитала не вспоминать.       И кроме того, в выстраивании этого мирка было для нее что-то очень и очень личное. Артура (как и любых других, кто мог видеть) она не стеснялась, она знала, что никто не сможет понять. Но воссоздание давно утраченного превращало ее дом не просто в жилище, а в жилище, наполненное дорогими ее сердцу вещами. Возможно, что-то интуитивно мог понять Никола, а именно: как все эти вещи были с ней связаны и почему оставались ей дороги две сотни лет, но ему она доверяла. Правда, она не думала, что он сам стал бы этим заниматься даже, если бы решил выделить на это время, но она собиралась частично сделать это за него. Ибо при всей его непривязанности к вещам и местам, он был родом из того же времени, что и она. И пил вино как можно старше. И носил шейные платки до самого недавнего времени. Правда, Джеймс делал то же самое, но он всегда был исключительным консерватором.       Джеймс... За все прошедшее время она старательно воздерживалась от того, чтобы связаться со своими друзьями. Нет, ей, конечно, хотелось снова их видеть. Порой до слез. Но она знала, что сейчас, когда их общение уже не будет лимитировано, она будет проводить с ними немало времени. И возвращалась к тому же: она хотела возвращаться в покой и комфорт, а не думать о том, что бы еще добавить.       Когда Артур показал ей, как пользоваться беспроводной связью, у нее мелькнула мысль связаться с друзьями таким образом, но среди доступных контактов их не было. Она решила, что это ей не позволено — и эта мысль заставила ее заволноваться, не будет ли их общение здесь в принципе вне закона. Однако, когда она в конце концов поделилась этим с Артуром, тот засмеялся.       — Нет, конечно. Здесь невозможно иметь что-то в доступе "вне закона". Возможности или есть, или нет.       — Тогда почему Джеймса и Найджела нет в моих контактах?       — Потому что они не знают, что ты здесь. Вернее, даже не так. Я думаю, если ты отправишься их навестить, то увидишь их дома — вряд ли кто-то из них захотел от тебя лично закрыться. Но ты пытаешься связаться через ноутбук. Через предмет. Это отдельная система — вместе с домом и участком. И она пока не знает, с кем ты готова разрешить связь.       — И как мне это сделать? — Хелен нахмурилась. — Как я могу разрешить связь с контактом, которого не видит компьютер? Которого в нем нет?       — Здесь все на взаимности, — терпеливо напомнил Артур. — Тебе мало захотеть связаться с кем-то — нужно, чтобы вторая сторона тоже хотела. А она не знает, что ты здесь.       — Круг замкнулся, — констатировала Магнус. — Джеймс и Найджел не закрыты от моих посещений — как это возможно, если они не знают, что я здесь и это мешает их появлению в моих доступных контактах?       — Доступные контакты — это реакция системы взаимодействия через предметы. В прошлый раз у тебя не было ни участка, ни дома, ни компьютера — ей не на что было реагировать с той стороны, где они были. Имело значение только взаимно ли ваше с твоими друзьями желание друг друга увидеть. Но ты сейчас хочешь задействовать для этого... свои вещи, точку привязки в Раю. А они еще не знают взаимно разрешенных контактов. Для них ты "пришла" в Рай неделю назад. Их ранее не существовало. Эта система божественная, но она не читает твои мысли, Хелен, — Артур улыбнулся.       — То есть, когда я встречусь с Найджелом и Джеймсом, то система взаимодействия опознает меня как "взаимно разрешенный контакт, у которого есть соответствующее устройство связи"? И мы автоматически появимся друг у друга в контактах? — наконец поняла Хелен.       — В точку.       — К этому надо привыкнуть, — Магнус потрясла головой.       — Конечно. И если ты думаешь, что я сразу все это выяснил, то ничего подобного. Меня многому научил Алекс, который не только пробыл в Раю дольше нас всех вместе взятых, но и очень скучал, дожидаясь меня. И искал способы все изучить даже тогда, когда это никому позволено не было. А я уже потом, в свою очередь, поделился знаниями с Дином. А он — со своими родственниками. А компьютерная связь вообще появилась совсем недавно — Джек ее создал изначально в качестве прямого канала связи с нами, и уже позже внедрил и адаптировал для остальных. До ее создания мы с Дином здесь пользовались подобием "уоки-токи", чтобы друг с другом переговариваться. Тоже Алекс сконструировал. Впрочем, даже и сейчас, бывает, пользуемся по необходимости.       — А почему... Бог не создаст мобильные телефоны, которые работали бы по тому же принципу, что и ноутбуки? — удивилась Хелен.       — Не знаю, — хмыкнул Артур. — Его давно просили, он почему-то медлит.       Хелен кивнула — она понимала, что настаивать на чем-то перед Богом невозможно.       — Принято считать, что при попадании в Рай, человек сразу должен окунуться в вечное счастье, — проговорила она. — То, что говоришь ты, больше похоже на попадание на другую планету. Вроде бы знакомую, но все-таки не такую.       — Это достаточно точное описание, — Артур посмотрел ей в лицо. — Я не знаю, вполне возможно, что миллионы душ действительно тут же попадают в обстановку любви и счастья, когда больше ничего и не нужно. Но мой опыт и опыт моих друзей заключается в том, что все оказываются в полузнакомой обстановке мира, напоминающего земной, и приходится к нему привыкать. Как вообще привыкать к новому положению. К тому, что мы мертвы и больше в свою жизнь не вернемся. К тому, что мы встречаем (или не встречаем) здесь родных и друзей. Приходит понимание, что мы здесь навсегда. И те проблемы и опыт, которые у нас были на Земле, теперь тоже с нами на вечность, — он пожал плечами. — Разумеется, мы стараемся улучшить себе жизнь. Ищем возможности. И да, стараемся приблизить то, что мы потеряли — жизнь на Земле.       — Вы стараетесь оставаться людьми, — Хелен прикусила губу.       — Конечно. Мы стараемся оставаться собой.       Она покачала головой и положила руку ему на плечо.       — Спасибо. Твои слова для меня много значат.       Артур удивленно выгнул бровь, но ничего не сказал. Хелен постаралась избавиться от тягучей грусти. Эшли. Пусть Эшли опять жива, но ей все равно это еще предстоит. И гораздо раньше, чем самой Хелен.       — Думаю, пора мне навестить Джеймса, — сказала она. — Завтра утром поеду к нему. Хочешь быть тем, кто меня привезет? — лукаво взглянула она на Артура.       — Разумеется, — тот ослепительно улыбнулся. — Дай знать, когда будешь готова.       Хелен улыбнулась в ответ. Сегодня она намеривалась закончить генерирование, и завтра уже можно будет без помех переключиться на общение с друзьями. Теперь она могла себе позволить это предвкушение.       О да, появление их с Артуром в особняке Джеймса действительно произвело фурор. По дороге Артур ей признался, что часто общается с Джеймсом и играет с ним в карты. Хелен немного удивилась, но не преминула этим воспользоваться. Как и тем, что сама могла беспрепятственно войти к Джеймсу. Это было прямо-таки классически.       — Джеймс, я вам кое-кого привел.       — Клиента? — заинтересовался тот. После случая с Миком, Уотсон решил, что никто не запрещает ему продолжить детективную практику. И "сарафанное радио" уже успело привести ему пару клиентов, дела которых он успешно решил. Не Бог весть что и не криминал, но иное в Раю вряд ли могло попасться.       — Лучше, — улыбка Артура была искренней.       Уотсон уже хотел выразить сомнение, что к нему могут привести кого-то лучше клиента, но в этот момент открылась дверь, и вошла Хелен.       — Боже мой! Вот уж кого не ожидал еще раз увидеть! — он обнял ее, ощущая себя на седьмом небе. — Как ты здесь оказалась? Ты же не... — он вопросительно поднял взгляд на Артура.       — Нет, я не умерла, — поспешила успокоить его Магнус. — Мы с Николой здесь в длительной командировке. Так что в этот раз у нас будет время всласть пообщаться.       — Изумительная новость! Снова работаете на Бога?       — Никола работает, а я числюсь у него ассистенткой.       — Числишься? — критически выгнул бровь Джеймс.       Хелен пожала плечами.       — Возможно, ему и понадобится моя помощь, но пока он безвылазно сидит в лаборатории и "изучает систему", — она показала пальцами кавычки цитаты. — И я свободна делать, что хочется.       — Как он убедил тебя так надолго оставить Убежище? — Джеймс с любопытством склонил голову к плечу.       — Это особенность нашей командировки, — Хелен засмеялась. — Мы вернемся всего на полчаса позже, чем уходили, сколько бы времени мы здесь не провели.       — Потрясающе, — честно сказал Джеймс. — И я очень, очень рад слышать, что на этот раз нам не придется считать минуты.       — Я тебе еще надоем, — улыбнулась Хелен.       — Никогда! И сейчас ты мне уже точно расскажешь, что произошло после моей смерти. И что произошло с Эшли, — он посмотрел ей в глаза. — Ты же не думаешь, что я не заметил, как аккуратно ты обходила эту тему в прошлый раз?       — Ты ничем не дал этого понять.       — Я понимал, почему ты это сделала. Произошло что-то плохое, и ты не хотела нас с Найджем этим расстраивать.       — Думаю, мне лучше вас оставить, — вмешался голос Артура. — Я не настолько дурно воспитан, чтобы мешать встрече старых друзей. Пока, Хелен. Если захочется, зайди или напиши. Еще увидимся, Джеймс.       — Спасибо, — откликнулся последний и потом посмотрел на Хелен. — Хороший человек со сложной судьбой.       — Трудно с этим не согласиться, — ответила та. — Он хороший друг.       Как оказалось, это стало новой точкой отсчета. Общение с Джеймсом и часто с Найджелом плавно перетекло в компанейское общение с Артуром, его однокашником Миком и периодически — с присоединявшимся к ним Дином.       На то, чтобы, как выразился однажды Найдж, "Тесла отлип от лаборатории" ушло больше трех недель — и месяц пребывания в Раю. Хелен еще несколько раз приходилось "отлеплять его вручную" (снова по выражению Найджа), но большей частью он все-таки себя контролировал и сам возвращался. Но даже тогда он так выматывался, что у него часто не было сил даже говорить. И вот тут на помощь приходили прикосновения. Иногда секс, а иногда и ласка, которую, как Хелен и надеялась, Никола все же начал ей позволять. Она чувствовала, что после того, как они раскрыли карты, он вряд ли долго удержит свою защиту. Нет, она не пыталась ее пробить. Просто предлагала, а он не всегда отказывался. Она не знала, почему это случалось, но ее это не беспокоило. Она просто пользовалась возможностью, которая для нее открывалась.       Дин       Друзья — обычные люди? Ну ладно, не очень обычные, но и не охотники. Это было непривычно, и память отсылала Дина к школьным временам и компаниям — с той только разницей, что теперь ему не приходилось беспокоиться о Сэмми, отвлекаться на охоту с отцом и постоянно переезжать.       По правде говоря, Дин был уверен, что как только Шерлок, Невидимка и Долгожительница окажутся вместе, они замкнут свой узкий кружок и инстинктивно отторгнут прочих. Обычно это работало так. Се ля ви.       Однако, к своему удивлению, он обнаружил, что этого не произошло. Да, безусловно, очень многое они вспоминали "на троих", но никто не чувствовал себя исключенным. Непонятное остальным коротко пояснялось — а иногда и не коротко, и тогда это просто меняло направление разговора.       Когда он однажды привлек к этому внимание Хелен, она задумчиво посмотрела на него.       — Здесь мы можем не опасаться быть собой, — сказала она после паузы. — На Земле у нас нет такой роскоши.       — То есть, это вы только здесь так...       — Открыты для общения? Да. Конечно.       — Почему? — Дин не мог этого понять.       — Много свободного времени, я полагаю, — Хелен засмеялась.       Дин не очень понял, что она имеет в виду, но докапываться не стал. Какая разница? Главное, что сейчас можно было классно проводить с ними время.       Правда, выходило не так часто, как ему бы хотелось. Сэмми все еще практиковал "детский возраст" (хотя периодически взрослел до подростка) и старался вовлечь в свою "детско-подростковую жизнь" всю семью без исключения. Не то, чтобы Дину не нравилось, но он бы предпочел участвовать в этом пореже. Он даже попытался высказать брату претензии, но тот, будучи в тот момент пятилеткой, отреагировал в соответствии с этим возрастом. Дину совершенно не хотелось с этим морочиться, и он предпочел смириться. Впрочем, и своего неудовольствия он никогда не скрывал.       Хотя при этом, ни одно из "семейных мероприятий" не оставалось для него полностью тягостным. Сэму удавалось его вовлечь так, что он невольно начинал проявлять интерес. Поэтому, собственно, Дин и терпел. Они с Сэмом оба знали, что если Дина по-настоящему все достанет, он просто откажется дальше участвовать, невзирая ни на какой шантаж "мы же семья". Как бы Сэму ни хотелось вечно в это играть, он знал, где у брата пределы. Что Дина по настоящему удивляло, так это терпение родителей. Вот они, казалось, были готовы играть с Сэмом всегда. Консервативный Генри же наоборот предпочитал этого сторониться. И никогда в семейных развлечениях, где кто-то не соответствовал своему возрасту, не участвовал. Принципиально. И к нему Сэм с этим даже не подходил. Брат точно знал, из кого можно вить веревки, а из кого нет. Дин, к своему неудовольствию, оказывался в первой категории. Но это всегда было так. Всю жизнь, сколько он себя помнил. Он командовал Сэмом на правах старшего брата, но противовесом было то, что он никогда не мог ему полностью противостоять. Ведь это был Сэмми. "Хватай брата и беги на улицу". Это тогда выжгло у него в подкорке, и сейчас ничуть не изменилось, лишь исчезла тревога, что с Сэмом что-то может случиться. Брат оставался ему самым близким и дорогим человеком. Даже когда он превращался в пяти-десяти-пятнадцатилетку и тянул его в соответствующее времяпровождение.       В длительное отсутствие каких-либо заданий от Джека, Кетч предложил сыграть в пейнтбол всей компанией. Дин встретил предложение словами "гип-гип-ура!" — не охота, но все же что-то к ней близкое. Однако буквально за пару часов до начала Сэм внезапно вцепился в него как клещ и потребовал клеить с ним воздушного змея. Очередного. Дин выматерился. Это было единственной его радостью: поскольку Сэм на самом деле не был ребенком, Дин мог ругаться при нем в полную силу.       — Ты обещал!       — Я не обещал это делать сегодня!       — Вчера мы были на катамаранах!       Дин пожал плечами.       — Твой выбор.       Брат, кажется, стал еще младше. Дин скрипнул зубами, не поддаваясь на манипуляции.       — Ты еще грудничком стань, — процедил он.       Сэм, казалось, всерьез рассмотрел это предложение, но все же рисковать не стал. И только обижено выпятил губу.       — Дин! — услышал Дин вдруг и поднял голову. К его дому шли Артур и Хелен. Он автоматически кинул взгляд на часы. Черт, до встречи оставалось менее получаса.       Немногим раньше       — Ты уверен, что Дин не сочтет это нарушением личных границ? — спросила Хелен, выходя из машины.       — Думаю, не сочтет. Ты — его друг, — Артур вышел следом.       Хелен бросила на него взгляд, но ничего не сказала. Они прошли в калитку участка семьи Винчестеров и направились к дому. Тот выглядел совершенно непримечательно — Хелен видела таких в Америке сотни.       Однако где-то на полпути она инстинктивно замедлила шаг — из дома вышел и сбежал с крыльца Дин, а за ним — маленький мальчик в шортиках и футболке.       — Это его брат? — спросила Хелен. — Он тоже умер маленьким? — Она подумала об Алексе и о маленьком Дане Николы.       Но Артур в ответ засмеялся.       — Брат, да. Но он прожил до старости — гораздо дольше самого Дина.       — Но... — Хелен запнулась и потом вспомнила. — Он сменил возраст?       — Да, — Артур хмыкнул. — Мы все это иногда делаем, но Сэм делает это постоянно. Буквально живет ребенком.       — Почему? — Хелен взглянула ему в лицо.       Но Артур пожал плечами.       — Ему так хочется, — и он вскинул руку, привлекая внимание друга: — Дин!       Тот увидел их, вскинул руку в ответ и быстро пошел к ним. Предсказуемо Сэм — тоже.       — Я готов, — сообщил Дин, когда они с Сэмом приблизились. — Погнали.       — Куда это? — встрял Сэм.       — Заниматься взрослыми делами, Сэмми, — с большим удовольствием ответил Дин. Да, месть сладка. — Пока, малыш.       — Какими делами?       Но Дин не ответил, увлекая Кетча и Хелен за собой к калитке.       Хелен попыталась обернуться.       — Дин, ты уверен?..       — Смеешься? Разумеется, я уверен. Он меня уже достал своими воздушными змеями. Я ему их уже десяток склеил, а ему все мало.       — Он ведет себя так, как выглядит, — сказала Хелен.       — Именно! А это значит, что я ему даже по шее дать не могу, — с сожалением констатировал Дин. — Хоть и знаю, что он вдвое старше меня.       — У вас разные весовые категории, — с пониманием сказал Артур.       Они сели в машину и тронулись с места.       — Ты очень любишь своего брата, — произнесла Хелен через некоторое время.       — Ближе него у меня нет никого на свете, — подтвердил Дин, переглянувшись с Артуром.       — Они близки не меньше нас с Алексом, — добавил тот.       Хелен кивнула, это совпадало с ее наблюдениями.       Игра доставила всей компании огромное удовольствие, так что они договорились на завтра еще сыграть. На обратном пути они разделились: Уотсон, Найджел и Мик поехали в одну сторону, а Дин, Артур и Хелен — в другую. И вторая троица начала с того, высадила Дина около дома Винчестеров.       — Это не твой дом, — заметила Хелен.       — Родителей, брата и деда, — ответил тот.       — А вот и они, — вскинул брови Кетч, и они увидели всех вышеперечисленных около калитки. Маленький Сэм на глазах Хелен превратился в высокого худого парня с мягкой улыбкой.       Дин недоуменно уставился на своих родственников.       — Что это с вами? Я не на войну уходил, а всего лишь играть в пейнтбол, — он закатил глаза.       — Мы всего лишь хотели познакомиться с вами, — на улицу вышла Мэри и протянула руку Хелен. — Я Мэри Винчестер, мама Дина. А вы, я полагаю, Хелен, подруга Теслы?       — Приятно познакомиться, — Хелен несколько ошеломленно пожала руку. Но ее трудно было застать врасплох надолго. — Вы знаете Николу?       — Только заочно, — хмыкнул высокий плотный мужчина, явно отец Дина. — Но Дин о вас рассказывал.       — Надеюсь, только хорошее.       — Исключительно хорошее, — к ним подошел молодой мужчина с ямочками на щеках, явно не дотянувший даже до тридцати. — Я Генри Винчестер, отец Джона, — он кивнул в сторону здоровяка. — И дедушка Дина и Сэма.       Хелен больше не пыталась понять, кто из них сменил возраст временно, а кто умер в расцвете лет. Семья Дина в любом случае выглядела крайне необычно.       — Рада знакомству.       Они еще несколько минут поболтали, и Хелен с Артуром отправились домой, оставив Дина у родственников.       — Родители Дина, его дедушка... они так выглядят потому что... так хотят? — все же спросила она.       — Мы все выглядим здесь так, как хотим, — скорректировал Артур. — Но если тебя интересует, в каком возрасте они умерли, то могу подтвердить: в том, который ты сейчас видела. Ну, кроме Сэма, естественно.       — Они такие молодые...       — Борьба с монстрами рано отнимает жизни. Мы с Дином тоже до старости не дожили.       Хелен кивнула. Да, она это знала. Но видеть вот так воочию... Она остро ощущала понимание: они ведь все умерли. Общаясь с Дином и Артуром, она об этом никогда не думала. Они были небожителями. Возможность поговорить с Джеймсом и Найджелом воспринималась ею просто как редкий дар и чудо. Но при виде родных Дина пришло осознание, что это и есть обычные обитатели Рая. Души умерших. Семья умерших.       Всю дорогу назад они ехали молча. Как Хелен ни старалась, но она не могла отвлечься от мысли, что Эшли все равно умрет и пополнит ряды таких душ.       — Что-то не так? — услышала она голос Артура.       — Я думаю об Эшли. Когда придет время... она окажется здесь и будет совсем одна.       Она была практически уверена, что он ответит что-то вроде "время пройдет быстро", но Артур ее удивил.       — Может быть, тебе стоит настроить ее участок и дом для нее? Тогда она попадет не в безликий стандартный дом, а в домашнюю обстановку. Это будет для нее огромным подспорьем, поверь моему опыту, — Артур на секунду оторвал взгляд от дороги.       У Хелен перехватило горло и защипало глаза.       — А это возможно? — уточнила она, когда исчезла опасность сорваться в слезы.       — Ну, она же не закрывалась от тебя. Ты можешь просто войти к ней и начать генерировать. Это не возбраняется.       Этот спокойный тон и действительно реальная помощь (как минимум ей самой) тронули Хелен до глубины души.       — У тебя есть дети? — спросила она, поддавшись импульсу.       Если Артур и удивился, то ничем этого не показал.       — Нет. Моя работа — и образ жизни, были таковы, что я категорически этого не хотел.       — Ты никогда не имел дела с детьми, — Хелен вспомнила, в каком ужасе Артур был от маленького Макса.       — Не имел. Только хоронил чужих. В буквальном смысле. В могилы.       Хелен несколько секунд неотрывно на него смотрела, потом положила руку ему на плечо. Молча.       — Я почти ничего не чувствовал, — признался Артур. Хелен так спокойно отреагировала, что он мог с ней поделиться. — Только тяжелую печаль.       — Если бы ты их не хоронил, этого бы не сделал никто? — после паузы спросила Хелен. Ей приходилось бывать в Африке и других беднейших странах во время вооруженных конфликтов и эпидемий. Она делала временами то же самое. Но у нее, в отличие от Артура, это не было единственным опытом обращения с детьми. Никогда не было.       — Да, — он бросил на нее быстрый взгляд.       — Значит, ты делал для них — для их душ — доброе дело. Они умирали не по твоей вине. Ты дал им покой.       Артур долго молчал. Он знал, что ничто не облегчит ему этой ноши. Но это объяснение... было не хуже других. И оно было таким простым, что предлагало покой... уже ему самому.       — Спасибо, что забрала у меня тогда Максимилиана, — его губы чуть приподнялись в подобии улыбки.       — Не за что, — Хелен улыбнулась. — Ты привыкнешь.       Артур кивнул и устремил взгляд на дорогу. Ему стало легче.       Никола       Никола Тесла выключил компьютер и, не оглядываясь, пошел к выходу из лаборатории. Предварительный этап был закончен. Теперь ему требовалось несколько дней, чтобы очистить разум, и он примется собственно за то дело, ради которого его и пригласили в Рай.       Возвращаясь на только что сгенерированном "Феррари" в их с Хелен райский дом, он испытывал глубокое удовлетворение и свободу. Теперь он уже более или менее представлял "систему" в целом, и чувствовал себя практически властелином мира. Ибо "система" представляла собой саму Матушку-Землю.       Он еще не знал ее наизусть, как обычные компьютерные системы, но уже видел, как именно связаны компоненты, и понимал, где при желании можно найти "тонкие настройки". Разумеется, в режиме эмуляции, но тем не менее.       — Дорогая, я дома, — сыронизировал он, входя в дом, но тот ответил ему глухим молчанием.       Тесла вздохнул. Разумеется, Хелен не было дома. Он и не ждал, что она здесь окажется посередине дня, но в жизни ведь всегда есть место чуду, верно?       Поиграв секунд двадцать с мыслью поискать Хелен по "доступным контактам", он отказался от этой идеи и решил пройтись по сотворенному ею дому и внимательнее его осмотреть. И увлекся.       К созданию обстановки Хелен подошла основательно и функционально, он и раньше это видел, но сейчас обнаруживал тут и там всякие вещицы, о существовании которых сам давно позабыл — и которые очевидно были дороги сердцу Хелен. Это напомнило ему о некоторых вещах его собственного прошлого, и он взял себе на заметку тоже их сгенерировать. Он был не чужд этой ностальгии.       Он уже спускался обратно на первый этаж, когда внизу хлопнула входная дверь.       — Никола! — она сразу его увидела и заулыбалась. — Ты рано! Закончил?       — Предварительную фазу, да, — он перепрыгнул оставшиеся ступеньки и, заложив руки за спину, подошел к ней. — Теперь я готов сделать перерыв и посвятить его тебе целиком и полностью.       — Замечательно, — она положила руку ему на плечо, вгляделась в глаза, и потом поцеловала в губы. — Очень приятно снова видеть тебя собой.       — Я всегда был собой, — он слегка свел брови, вдумчиво ее целуя.       — Не на 100%. У тебя даже глаза были другие, когда ты наполовину витал где-то "в системе".       — Надеюсь, гению это простительно, — он обнял ее.       — Не любому. Тебе — да.       — Мне повезло, — он отстранился, лучисто улыбаясь. — Исключительно.       Хелен не сдержалась и провела рукой по его щеке. И улыбнулась, когда он подался навстречу прикосновению, прижался щекой к ее пальцам. Это было впервые — он впервые так явно и с удовольствием ответил на ее ласку.       Конечно, остаток дня они посвятили друг другу. Для них обоих это было огромным облегчением.       Никола заявил, что завтрашний день тоже будет исключительно их.       — А дальше?       — А дальше посмотрим, — он сам не знал, когда захочет оторваться от Хелен и не желал делить ее сейчас ни с кем. К его облегчению, она не сказала, что ей надо куда-то или к кому-то уходить. Кажется, она тоже по нему соскучилась. Никола испытал удовольствие от этой мысли.

* * *

      — Ты в самом начале сказала одну странную фразу.       Никола с закрытыми глазами лежал головой на коленях у Хелен, которая ласково ерошила ему волосы. Он забавно хмурился, но ее не останавливал.       — В каком конкретно начале? — уточнила та.       — Ты сказала что-то вроде "ты действительно думаешь, что я не способна на ласку за пределами секса?"       — А, да. Кажется, сказала. И что?       — Откуда ты это взяла? — он приоткрыл один глаз.       — Что взяла? — она вскинула брови.       — Что я могу так подумать.       — А почему нет? — после паузы спросила Хелен. — Что именно тебя удивляет?       Он медленно поднялся с ее колен и сел. Его волосы в лихорадочном беспорядке топорщились во все стороны. Он внимательно посмотрел ей в глаза так, что Хелен стало несколько неуютно.       — Почему ты так смотришь?       — У тебя есть сомнения в том, что ты способна на обычную ласку? — неторопливо сформулировал Никола.       — Я способна на нее.       — Я не об этом спросил, — он взял ее за руку.       Хелен развернулась и села "правильно", откинувшись на спинку дивана. Ее рука все еще оставалась в его руке.       — Я не сомневаюсь, — сказала она. — Но я осознаю, что со стороны может показаться, что я не способна, — она перевела на него глаза. — У нас с тобой никогда этого не было, и я сделала предположение. Раз ты никогда не предлагал и ни разу даже не озвучил, что хочешь...       — ... то я считаю тебя заведомо на это неспособной, — закончил за нее Никола и покачал головой. — А проблема оказалась во мне.       — Это не было проблемой, — она снова повернулась к нему всем телом. — Ты имел полное право себя защищать.       Он кивнул и больше ничего не прибавил. Но это было и не нужно. Они оба хорошо друг друга понимали. Что бы между ними не происходило.       На то, чтобы насытиться друг другом у них ушло больше одного дня, а затем Никола наконец соизволил выразить желание увидеть остальных друзей. В результате его временный "отпуск" затянулся больше, чем на неделю.

* * *

      — Чему ты так улыбаешься?       Это был последний их вечер наедине прежде чем, как сказал Никола, он снова погрузится в работу. Его мозг отдохнул и уже рвался приступить к исследованиям.       — Смотрю на своего клона. Он играет в пружинку — перекидывает с руки на руку.       — Смотришь, как играет? Каким образом? — удивилась Хелен.       — Визуализация. Мальчик.       — О, — она живо вспомнила, как он теми же словами описывал своего внутреннего ребенка. — Ты изучаешь его?       — Нет, — он длинно втянул в себя воздух. — Мне просто нравится на это смотреть. На него. Такая безыскусная радость.       Хелен невольно улыбнулась выражению его лица — слегка смущенному и очень открытому. Она еще не успела к нему привыкнуть. Но ей очень нравилось. И она точно знала, что никому, кроме нее, он не будет настолько открыт. Никогда.       — Ему хорошо у тебя, — она сжала его пальцы.       Никола медленно кивнул.       — Он счастлив. Он уже не помнит о боли. Вернее, она хранится в его памяти — я могу ее увидеть, но вряд ли он сможет. У него очень простые и прямые ассоциации. Чтобы вспомнить боль, ему надо ее снова испытать.       — Но ты этого уже не позволишь. Ох, — Хелен невольно уставилась на него. — Ты не просто хотел его спасти. Ты хотел гарантировать, что ему больше никогда не будет больно.       Никола кивнул и отвел взгляд.       — Даже если боль буду испытывать я, он сам ее не почувствует. Он внутри моего сознания как совершенно отдельная сущность. У него нет доступа к моим рецепторам, — он сделал паузу. — Будь у него интеллект, вероятно, он смог бы получить доступ к моим воспоминаниям и сознанию. Но он не может. Так что, он в безопасности.       Хелен вытянула руку по спинке дивана и добралась до его воротника, просунула под него ладонь. Она постепенно изучала, где и как именно он лучше воспринимает нежность. Она знала, что он замечает ее экспериментирование, но видела, что он не против. И сам делает то же самое. Они оба изучали друг друга на новом для себя уровне.

* * *

      — Что ж, приступим.       Никола размял пальцы и устроился перед включенным суперкомпьютером. Пора было повнимательней присмотреться к тому, как все началось. Система предоставляла возможность заглянуть в любое место на Земле и на любой скорости прокрутить время — как на камерах видеонаблюдения. Он нашел собственную лабораторию, где работал с пространственным разломом, и ввел дату, когда к нему пожаловали Хелен и Генри, что в итоге привело к тому, что ему пришлось выключить поле навсегда, выбросив на помойку полгода напряженной работы. Он посмотрел на собственный уход в разлом и возвращение. Приблизил разлом, вгляделся, но ничего необычного не заметил. Нажал на "паузу" и увеличенная картинка замерла.       — Ладно. Попробуем тебя раздеть.       Он нашел настройку "слоев" пространства и начал по одному их выключать. Когда он отключил следующий за Завесой слой, экран резко почернел. Никола вскинул брови и уменьшил увеличение. Да. На месте разлома чернела глубокая дыра. Огромная, намного больше человеческого роста. Никола запустил "видео", потом ускорил его. Дыра постепенно "заживала" и в конце концов полностью закрылась. Но рождения клона он так и не увидел.       — Что ж, вернемся назад.       Он вернулся к исходной точке и отключил еще слой. И снова запустил быструю перемотку. Снова ноль. Он методично повторял свои действия, и вскоре был вознагражден. Он увидел, как рождалось нечто, превратившееся в конце концов в его клона.       Подавив желание сразу пойти дальше, Никола снова вернулся к исходной точке и стал отключать по одному остальные слои. Просмотрел их все, изолировал те, которые не получали повреждений, выбрал остальные в рабочую группу и снова запустил время на перемотке.       — Ага.       Он увидел это почти сразу. "Заживание" ткани пространства началось одновременно с формированием клона. Он тщательно изучил точку отсчета, включая и отключая рабочие слои и то увеличивая, то уменьшая картинку, то замедляя, то ускоряя время. Под конец он разделил экран по горизонтали и записал изображение с обоих экранов в единое видео. Удовлетворенно потянулся и запустил получившийся файл. На нем синхронно восстанавливались слои пространства и формировалось образование, ставшее его клоном. Процессы происходили одновременно с точностью до секунд.       — Одна загадка разгадана.       Он вернулся домой спустя двое суток непрерывного исследования с добычей в руках и показал Хелен запись.       — Аберрация самовосстановления, — она понимающе кивнула. — Это имеет смысл. Пространство восстанавливается самопроизвольно и восстанавливает все, что есть в его ткани.       — В том числе, человеческую ДНК, если ее частицы попали на разорванную материю. Да.       — Это было гениально, — честно сказала Хелен.       Он улыбнулся.       — Я нащупал лишь самый кончик нити. Мне предстоит распутать целый клубок.       — Ты разберешься. Господь знал, кого об этом просить.       Его улыбка немного увяла.       — Я бы предпочел не иметь такой ответственности.       — Ты все еще его боишься, — они никогда этого не обсуждали, но Хелен видела его страх.       Он зябко повел плечами.       — Общение напрямую немного помогло, но старые привычки умирают долго. Мне трудно преодолеть это. Тем более, что Господь действительно всемогущ и всеведущ.       — Знаешь, что я об этом думаю? — он вопросительно поднял на нее глаза. — По-моему, он гораздо более человечен, чем кажется. Вспомни, его мать была человеком.       Тесла задумался и был вынужден признать, что уже замечал отдельные "человеческие" моменты в отношении Бога.       — Я далека от того, чтобы предлагать общаться с ним, как с человеком, но, по-моему, с ним все же можно разговаривать. Да и само то, что он... — она запнулась, — обсуждал со мной возвращение Эшли, а тебя попросил помочь, а не ставил перед фактом... Он ведь мог просто одним движением сделать по-своему.       — Он и делал — когда запрещал мне теслатричество. Появился, сообщил, что я должен все прервать и больше к этому не возвращаться, и исчез.       — Но даже тогда он тебе объяснял, почему, разве нет? И он не грозил карой, насколько я понимаю, — Никола отрицательно покачал головой. — Это и называется "вести себя по-человечески".       — Думаешь, он унаследовал от умершей при родах матери человеческое поведение? — Тесла не скрывал скепсиса.       — Нет. Но мы явно знаем не все. Возможно, на него оказали влияние какие-то родственники. И вспомни, что Дин обращается с ним очень запанибратски.       Тесла медленно кивнул.       — Да, там определенно есть предыстория. А Дин еще и имеет на него какое-то влияние. Он не был уверен, что у него получится замолвить за меня словечко — я это видел, но он сделал попытку и достиг успеха.       — Мне кажется, что деловой подход без фамильярности с Богом вполне уместен, — она коснулась его рукава. — Он, конечно, всемогущ, но явно не рвется пользоваться насилием. Вспомни, он отдал тебе твоего клона, хотя это была очень нестандартная просьба.       — Да, — Никола больше ничего не прибавил. То были рациональные причины, и в совокупности их было немало, но... всесильность и всезнание Божества, с которым он встречался лицом к лицу, пробуждали к жизни первородный ужас, который он пока преодолеть не мог. Ужас этот уходил корнями куда-то в раннее детство, когда отец читал ему Новый Завет и часто возвращался к откровению Иоанна Богослова с его будущим апокалипсисом.       После первой раскрытой загадки, Никола начал набирать новые, которые так легко ему не сдавались. Он понаблюдал за своим клоном после его рождения. Будучи в процессе образования тот находился в том слое пространства, в котором начал рождаться. Однако после завершения, его выкинуло через все слои в то пространство, в котором находилось все человечество. Никола предположил, что ткани слоя его просто отторгали, как нечто чужеродное. Но находиться в обычном пространстве он долго не мог — начинал мерцать и растворялся в воздухе. Отключение слоев показало, что, становясь прозрачным, он снова втягивался в тот слой, в котором был рожден. И в нем исчезал. Проверка остальных слоев ничего не показывала. Уже ставший полностью целостным "слой клонирования" поглощал свое создание без следа.       Никола запустил поиск по ДНК во времени и пространстве — и получил огромное количество результатов. Впрочем, его замешательство длилось недолго — ДНК у них с клоном была одинакова, так что поиск выдавал результаты по ним обоим. Никола предположил, что единственный способ их разделить — это проверить каждую найденную точку визуально и выделить себя. Учитывая, что он находил своего клона по откату во времени на несколько десятков лет назад, это был каторжный труд.       Никола его отложил и взялся с другого конца. Он вычислил и проверил день, когда Хелен сражалась с Адамом в заброшенном доме. Отключил лишние слои и проследил, что происходило в искомых. Пространство получило повреждения, но клона в них не родилось. Поиграв со слоями, Никола понял, почему — уровень повреждений не доходил до "клонирующего слоя". Значит, оставался "Келлорем", отправивший Хелен на 113 лет назад.       Движимый импульсом, Никола прервал исследование и заглянул в свое последнее перемещение из Убежища в Рай. Все слои остались совершенно целыми, словно они втроем с Дином просочились между молекулами. Что ж, вероятно, этого следовало ожидать. Божественное перемещение не наносило вреда пространству. Он вспомнил хронографы и заодно проверил одно из последних перемещений Алекса. Чисто.       Значит, все-таки это была работа устройств Адама.       Он нашел момент перемещения Адама, а следом и Хелен через "Келлорем". Ожидаемо клон Хелен родился здесь. Как и — что было неудивительно — клон Адама. Они оба повели себя точно так, как повел себя клон Николы — сначала клонирующий слой их "выплюнул" в основное пространство, затем их тела стали нестабильны и втянулись в свой "родной" слой, где так же исчезли.       Никола нахмурился. Можно было надеяться, что клон Адама такой же безмозглый, как клон Хелен, но что, если нет? У его собственного клона разум немного присутствовал. Что, если у клона Адама его еще больше? К сожалению, проверить это он не мог — система не давала перемещаться в нужную точку, только увидеть происходящее. Он подумал было сразу сообщить Господу, чтобы тот развоплотил и этого клона тоже, но потом передумал. Если Хелен всего дважды перемещалась через пространство, то Адам делал это намного больше. Вполне вероятно, что этих клонов создалось больше одного. А выявить их будет еще сложнее, чем отличить его собственные перемещения от перемещений его клона. Адам рассыпался прахом в 1898, а исчез из своего времени в начале 2011 года. Сколько бы его клонов не сотворилось, они ни разу не видели ни одного. Он решил, что срочности сообщать о них Господу никакой нет. Надо сначала понять, куда они все исчезают и как их всех отыскать. Он хотел понять механизм — только зная его, можно было что-то гарантированное исправить. А Господь нанял его именно для этого.       Он сидел в своем личном винном погребе со множеством стоек, заполненных великолепным вином, и меланхолично приканчивал очередную бутылку. Не то что бы это помогало мыслительному процессу, но хоть немного облегчало существование. Никола Тесла вошел в фазу, которую ненавидят все исследователи — "плато". Он узнал много, но прогресс исследования застопорился, и он не мог сдвинуться с места. Весь предыдущий опыт говорил, что нужно прекратить биться головой в стену — то бишь снова и снова перебирать то, что он знал, но проще было сказать, чем сделать. Вино его утешало, поэтому он сидел здесь и пил, ожидая, когда настигший его "изобретательский блок" растворится. Ничего другого сделать он просто не мог — ему нужно было расслабиться и отвлечься. Причем в одиночестве.       Он ощутил внутри легкий щелчок. И еще один. И еще. Он недоуменно моргнул, но потом сообразил и закрыл глаза. Его клон развлекался, пуская с рук молнии. Никола улыбнулся. Простые детские радости.       Он продолжал смотреть на играющего ребенка, но через пару минут удовольствие начало сменяться работой мысли. Он никогда не задумывался... Его клон играл с электричеством.       Да, разумеется, это была его полная генетическая копия, которая должна была унаследовать и все последствия крови Источника. Но дальше начинались интересные вещи. Он видел клона играющим в пружинку и некоторые другие простые вещи... он быстро "зашел" в чужую память, проверяя предположение, и оно оказалось верным. Его клон копировал то, что успевал увидеть на улицах. Он вычленял то, что приносило ему удовольствие и начинал делать сам. Подражательство. И какие-то слабые задатки обучаемости. Это заставило Николу мимолетно улыбнуться. Однако интереснее было другое. Пускание с рук молний его клон нигде не мог увидеть, чтобы скопировать. А это означало, что он каким-то образом научился делать это сам. С нуля.       Никола отставил пустую бутылку и выпрямился. У него было чувство, что он практически ухватил потерянный кончик нити. Теперь нужно было его не упустить и тщательно проанализировать все, что было ему известно.       Клон не имел доступа к его телу, не был "подключен" к рецепторам — Никола это проверял, клон никак не реагировал. Но сейчас он почувствовал его молнии, как слабые щелчки внутри. Значит, клон использовал его собственное электричество для своих игр. И очевидно, умел им управлять. Он умел играть им.       Никола для эксперимента обратился в вампира, но клон никак не отреагировал. Однако, когда он потянул на себя электропоток, тот сразу же прекратил пускать молнии и потянулся в указанную сторону. Никола провел еще несколько экспериментов, задействуя вместе и попеременно магнетизм и электрокинез, а так же вызывая внутри себя слабые электрические импульсы, и с интересом уставился на своего клона. Тот реагировал только на чистое электричество.       Он позвал своего маленького Нико, и клон на него отреагировал. Он вел себя как перед слиянием, когда Никола демонстрировал Господу их связь — с удовольствием шел на интуитивный контакт. И Никола обнаружил, что сам внутренне откликается — Нико, как он часто называл свою детскую копию, поскольку так в детстве звала его мама, по своему почину потянулся к клону и стал играть с ним, обмениваясь с ним искрами.       Никола смотрел на это завораживающееся зрелище, игнорируя легкое покалывание электричества. Клон был визуализацией, обобщением новой сущности внутри его разума. Так же, как Нико собирательно олицетворял определенную часть его самого. А общим знаменателем между ними было управление электричеством. Он вспомнил, что клон не реагировал даже на самого Господа, когда тот попытался понять, есть ли у него разум. Но сразу же отреагировал на самого Николу и был совсем не против войти в его разум. Электричество. Электричество было основой их связи. Электричество. Перед глазами вспыхнуло воспоминание о потрескивающих искорках в поврежденной Завесе. Завеса пронизала электричеством, она частично из него состоит.       — Значит, вот как ты меня позвал к себе в катакомбы. Ты передал свое желание через Завесу, и импульс оказался настолько сильным, что мы сбились с курса, попав прямо к тебе. Хотя это, видимо, больше случайность, но...       Он зажмурился, изо всех сил напрягая разум. Мальчик-клон, электричество, Завеса... Завеса, имеющая внутри электрический слой... самовосстанавливающаяся, закольцованная на саму себя... Дьявол, он чувствовал, что близок к пониманию, очень близок к открытию, но никак не мог увидеть все целиком. Образы дразняще кружились в его сознании, но в руки не давались.       — Никола?       Он резко выдохнул и открыл глаза. Он был в лаборатории, а неподалеку стояла Хелен и смотрела на него.       — Что случилось? — спросил он, потирая лоб. От напряжения у него начала болеть голова.       — Ничего, кроме того, что ты снова сидишь здесь уже 5 дней безвылазно. Хотя, — она оценивающе оглядела его, — выглядишь не так плохо, как можно было бы ожидать.       — Большую часть времени я провел за "Шато-Марго" урожаев 1891, 1876 и 1869. Плато — ужасная фаза. Но, похоже я только что ее прошел.       И он в двух словах пересказал ей свое открытие.       — Значит, вы связаны электричеством, — задумчиво произнесла Хелен. — Жаль, что уже невозможно сравнить ваши ДНК. Возможно, мы смогли бы выделить "электрическую спираль".       — Спираль... Спираль... — Он почти ухватил это. Он близок как никогда. Еще одно усилие...       Хелен смотрела на Николу и сразу поняла, что ему удалось. Она всего несколько раз была свидетелем, как он совершает открытия, и это невозможно было ни с чем перепутать. Признаться, она очень любила эти уникальные моменты. И втайне очень гордилась, что при них присутствовала.       Лицо Николы на мгновение напряженно застыло, словно он удерживался на кончике тончайшей иглы, потом он открыл глаза — и его лицо из ничего не выражающего и ошеломленного резко вспыхнуло облегчением. Глаза загорелись, щеки порозовели. Хелен невольно заулыбалась.       — Что ты понял? — она сама сгорала от любопытства.       — Связи ДНК. Вот почему у моего клона есть минимум интеллекта. Клонирование проходило по большему количеству связей, и те, что отвечали за управление электричеством были напрямую связаны с разумом, а они получили дополнительное усиление за счет электрической составляющей слоев. Наверное, по этой же причине его втягивал "клонирующий" слой...       И это произошло снова. Глаза Николы вспыхнули пониманием и восторгом, он резко повернулся к суперкомпьютеру.       — Да будь я проклят!       Его пальцы лихорадочно заметались по клавиатуре, и Хелен невольно перевела глаза на экран. Монитор отразил земной шар, с которым что-то стремительно происходило.       Никола с размаху нажал последнюю клавишу, словно заканчивая на высшей ноте крещендо, и торжествующе уставился на экран.       — Боже мой, — выдохнула Хелен, потрясенно глаза на лишенный привычного ландшафта земной шар, отпутанный чем-то, напоминающим пульсирующие сосуды. — Это же...       — Мы сделаны по образу и подобию самой Земли, — произнес Никола.       — А она — живая! — глаза Хелен зажглись восторгом. — В самом прямом смысле живая! Это потрясающе!       — Да, и заодно объясняет все оставшиеся загадки, — Никола разделил экран, выбрал на Земле один из сосудов, приблизил его и отключил все слои, кроме "клонирующего". С минуту шарил в настройках и потом с удовлетворенной ухмылкой вывел на экран нужную.       — Эти сосуды жидкостные, в них "кровь", и они плотно спаяны с этим слоем, — он пощелкал включение/отключение соседних, демонстрируя это. — Вот куда исчезали клоны — их просто уносило в сосуды потоком, а те потом вновь "выплевывали" их как чужеродное. И так до бесконечности.       — Но они перемещались во времени, — слегка нахмурилась Хелен.       Никола переключился на первый экран и приблизил Землю — та отобразилась словно в системе трехмерных координат: часть сосудов прошивала ее насквозь.       — Это сосуды времени, — произнес он, в доказательство отображая информационную табличку с определением. — И они пересекаются с "кровеносными". Смотри.       Он вывел на второй экран данные о составе жидкостного наполнения сосудов обоих видов, сгенерировал рядом с собой доску и мел и быстро произвел расчеты.       — Скорость и направление течений постоянны, а значит, временные и пространственные перемещения вполне предсказуемы. Вот и наш коэффициент расстояния, и те самые 35 с половиной лет. Судя по тому, что мы оба оказывались в то время поблизости, клонов тянуло к нам, что влияло на их "маршрут". А близость, вероятно, становилась причиной их отторжения из "крови". Между нами появлялась связь на уровне ДНК — и одновременно ослаблялась связь с "клонирующим" слоем, и их выкидывало. Но их тела были нестабильны, и они снова втягивались обратно.       — Ты величайший гений, — Хелен смотрела на него и не могла перестать улыбаться. — Величайший из всех на земле!       — Так обними меня, — ухмыльнулся тот и с удовольствием принял объятия. — Я сделал это!       Не выпуская Хелен из кольца рук, он повернул голову, глядя на пульсирующие сосуды Земли. Хелен сделала то же самое.       — Я это сделал, — слегка недоверчиво произнес Никола. Полученная разгадка оказалась намного шикарнее, чем он мог даже вообразить.       Они вернулись домой, чтобы Никола смог отдохнуть, и провели вдвоем несколько дней, после чего Тесла вернулся в лабораторию. Он закончил то, что осталось недоделанным, и задумался, что делать дальше. Он должен как-то сообщить Господу, что работа завершена или тот сам уже все знает? Ни к чему так и не придя, он связался с Дином.       — Нет, он вряд ли знает, — помотал головой тот. — Просто выбери его в доступных контактах и напиши, что закончил. Мы с Артуром всегда так делаем.       Бог у него есть в доступных контактах? Брови Николы невольно поползли вверх, но он проверил — действительно.       — Спасибо, — поблагодарил он Дина и отключился.       Написать Богу сообщение? Да раз плюнуть. Никола несколько криво улыбнулся и сделал так, как предложил Дин.       Чего он не ожидал, так это того, что Бог появится почти мгновенно.       — У вас есть результаты?       Никола даже подпрыгнул от неожиданности.       — Да, — он обернулся к Господу. — Я разобрался в проблеме.       И он постарался как можно короче изложить суть дела, сопровождая рассказ иллюстрациями на мониторе.       —... обнаружить все места образования клонов можно, просто отследив разрывы на соответствующем слое, — закончил он.       Бог медленно кивнул.       — Хорошая работа, мистер Тесла. Остается только удалить двойников на стадии их формирования и очистить "кровь" от посторонних ДНК, если такие найдутся. Это не составит сложности.       Никола понял, что тот сейчас снова исчезнет, и рискнул.       — Господь...       Тот обернулся и посмотрел на Николу совершенно человеческим взглядом.       — Джек, пожалуйста, — промолвил он.       Тесла переглотнул. Это не делало его задачу легче.       — Хорошо. Джек... я думаю, что... было бы неплохо, если бы вы... сохранили все образцы ДНК, которые сможете обнаружить. Эта информация... может оказаться полезной. Хорошо бы ее иметь.       Джек невольно поднял брови и задумался, а затем просто кивнул. И растворился в воздухе.       Тесла недоуменно заморгал. И что, это все? Вот так просто?       Когда он вернулся домой и пересказал разговор Хелен, она улыбнулась.       — Я же говорила, что он человечный.       — Он божество!       — Человечное божество, — согласилась она и потом покачала головой. — Надеюсь, когда-нибудь ты сможешь общаться с ним без страха.       — Сомневаюсь, — мрачно отозвался тот. — И я не боюсь... опасаюсь.       — Он вернул тебе жизнь, когда ты уже умер, — ее голос дрогнул. — Он разрешил тебе создать TN, хотя придерживался иного мнения на этот счет. Он дал тебе работу мечты и каникулы в Раю. И ты все еще опасаешься его гнева?       Никола ничего не ответил, но перечисление Хелен заставило его невольно задуматься.       — Как думаешь, сколько нам отмерено еще "каникул"? — спросил он вместо этого.       — Трудно сказать. Но думаю, мы скоро это узнаем.       Она была права. Еще через день Дин сообщил им, что должен вернуть их на Землю в трехдневный срок.       Никола и Хелен посмотрели друг на друга.       — Давай проведем это время с друзьями, — произнесла она.       — Сам хотел предложить, — откликнулся Никола. — Ты-то провела с ними намного больше времени, чем я.       — Ты выполнял работу для Бога, которая мне это позволила. Кстати, обратил внимание, что он не потребовал от нас немедленного возвращения? Хотя мог бы.       Спорить здесь было не о чем, поэтому Никола ничего не ответил. На его внутренние страхи рациональные наблюдения почти не влияли. Хотя да, почти.       Во второй раз прощание проходило намного легче. Отчасти потому, что все-таки они успели всласть пообщаться, а отчасти потому, что, как сказал Джеймс, возможно, они видятся не в последний раз.       — Кто знает, может, Бог отправит вас еще в одну командировку сюда? — лукаво подмигнул он.       — Кто знает, — согласилась Хелен. Она на это не рассчитывала, но тайную надежду все же лелеяла.       Никола и вовсе промолчал, не желая загадывать.       Они попрощались, Дин и Артур отвезли их к порталу и перенесли в земной мир.       Кабинет Хелен был пуст. Она вскинула брови и пожала плечами.       — Что, даже без транспарантов? — притворно возмутился Тесла.       — Увы. Путешествия в Рай превратились у нас в такую прозу, — сокрушенно посетовала Магнус и фыркнула. — На самом деле, я этому рада. Чем меньше это нагоняет страха на мою команду, тем лучше.       — Да они прям смельчаками стали, — хмыкнул Дин и качнул поднятой ладонью. — Пока! Еще свидимся.       Артур хотел последовать за ним, как в этот момент в кабинет заглянул Алекс.       — Генри, ты не... — он остановился, увидев присутствующих. — Арти?       Взгляд Артура скользнул вниз и остановился на маленьком Максе, которого Алекс держал на руках. Алекс перехватил сына поудобнее, но уже не рискнул предложить брату его взять.       Хелен коснулась рукава Артура.       — Подойди, — еле слышно прошептала она. — Ничего не случится.       Чувствуя на плечах горькую тяжесть, тот сделал несколько шагов к брату и племяннику. Приблизился вплотную, остановился. Перемазанный кашей Макс с интересом уставился на него и потом протянул к нему ручку.       — Ня.       Алекс улыбнулся и все-таки предложил:       — Возьмешь?       Артур через силу протянул руки, принимая детское тельце, и замер, глядя на племянника. Он был готов к мгновенным воспоминаниям о безжизненном обвисшем тельце, но... Хелен оказалась права. Ничего не произошло. Он смотрел на малыша и думал только о том, что у него действительно глаза Алекса. В прошлый раз он не ошибся. В прошлый раз. Он осознал, что в прошлый раз он держал на руках Макса. Живого и похожего на брата. Он слабо улыбнулся и перестал держать ребенка на расстоянии от себя.       — Ня, — твердо сказал Макс.       — От тебя пахнет чем-то вкусным, — "перевел" Алекс и повел носом. — Ананас? Нет, с ним придется подождать еще месяцок, малыш.       — Ня, — скривился тот, и Алекс протянул руки, забирая сына у брата.       Артур отдал ребенка, но прежде чем Алекс его унес, неожиданно для себя пощекотал племяннику подбородок. Макс захихикал, и Алекс быстро его утащил, пока тот снова не начал кукситься.       — Прости, еще увидимся, — крикнул он через плечо.       Артур глупо кивнул и с недоумением посмотрел на свои руки. Он? Пощекотал подбородок малышу?       — Вот видишь, не так было сложно, — к нему подошла Хелен.       — Я никогда в жизни не щекотал грудного ребенка, — тот потряс головой. — Откуда это взялось?       — Наверное, видел, как кто-то так делает, — предположила Хелен.       — Без понятия, — выдохнул тот через нос и повернулся к ней. — Спасибо.       Хелен с улыбкой кивнула и махнула ему рукой на прощание. Артур исчез в привычной белой вспышке перемещения.       Вот и все.       — Никогда бы не подумал, что может быть проблемой взять на руки собственного племянника, — сказал Никола.       — Из этого не следует, что таких проблем не существует. Ты помнишь, что они с Дином воины?       — Не похоже, чтобы у Дина были такие проблемы, — возразил Тесла.       — У Дина был младший брат, так что, конечно, их не было. В любом случае, я думаю, все уже позади.       Тесла пожал плечами. Его это не слишком интересовало. И его голову сейчас занимали несколько другие заботы.       Тем же вечером ложась спать, Генри обнаружил в собственной спальне на тумбочке два безымянных пакета. Он посмотрел на них, потом решил, что глупо и лениво тащиться за щупом и металлоискателем, и просто взял ближайший. Развернул. Внутри оказалась картонная коробка лакричных конфет.       Генри удивился. Кто мог прислать ему лакричное ассорти? В детстве он был от лакрицы без ума, и хотя потом остыл, слабость к этим сладостям у него оставалась. Док? Но с чего это вдруг? У него же сегодня не день рождения. Он покрутил коробку и внезапно остановился. На крышке мелко значилось "1900". Что? Конфеты из прошлого? Но коробка выглядела как из магазина. Он открыл ее и наконец увидел то, что так жаждал найти — записку дарителя.       Генри, я помню, что ты до сих пор любишь лакричные сладости. Эти были когда-то мои любимые, и Рай предоставил мне возможность снова испробовать их на вкус. Поверь, настоящее лакричное ассорти — это совсем не то, что можно купить сегодня.       Хелен       Генри заулыбался. Он не очень понял, каким образом Рай помогал достать конфеты из 1900 года, но какая разница? Он запустил руку в коробку, вытянул наобум конфету и сунул ее в рот. О да, док была совершенно права — это точно было что-то особенное.       Дожевав конфету, он посмотрел на второй пакет. Интересно, что еще Док захватила ему из Рая?       Он содрал упаковку и недоуменно уставился на компьютерную игру. Чего? Это было как-то не в стиле Дока.       Впрочем, из этой коробки тоже торчал кончик записки. Он вытащил ее и начал читать.       Дин заверил, что тебе эта игра понравится. Он сравнил по каталогам — в нашем мире такой никогда не было.       Думаю, вместо новой приставки будет в самый раз.       TN       Генри вытаращил глаза, второй раз за 5 минут испытав шок. Тесла??? Тесла притащил ему из Рая компьютерную игру?       С какой стати? Но внезапно он кое-что вспомнил — как провожал их сегодня в Рай. Неужели они с доком приняли так близко к сердцу его жалобу, что он не может пойти с ними?       Он покачал головой, не зная, как к этому относиться. Это было слегка унизительно — ему как ребенку выдали утешительный приз, но с другой, разве можно было не оценить жеста? После короткого колебания, он решил, что незачем кривиться на явное проявление заботы. И с удовольствием запустив руку в коробку конфет, стал изучать описание игры на коробке.