16. контроль оргазма + спина к груди
19 декабря 2024 г., 01:44
В голове не было ни одной связной мысли: всё смазывалось неспешными, ласковыми касаниями и тяжестью рук-ног на теле. Вздохнув прерывисто, Глеб уронил голову на плечо лежащего сзади Серафима, жмурясь и невольно пытаясь толкнуться бёдрами навстречу издевательски-медленным движениям руки.
Но тяжело придавливающие к постели ноги на собственных бёдрах не дали ему и шанса. Едва слышный обессиленный скулёж сорвался с губ, и он сжал удерживающее его запястье, наверняка оставляя яркие алые полосы на коже.
Сверху послышался хмык, но чужие пальцы все также продолжали неспешно скользить по всей длине, сжимая головку и опускаясь ниже, цепляя уздечку.
Глеб чувствовал, что весь мокрый и разгорячённый от не раз сбитого чужой безжалостной рукой возбуждения на грани, но Серафим без устали мучал его второй час, отрываясь лишь чтобы не дать ему кончить.
В низу живота вновь затягивалась пружина — третий раз за последние пять минут, и Глеб не удержался от отчаянного всхлипа:
— Пожалуйста-пожалуйста, блять, — зачастил он сорванным голосом, дрожа всем телом и жмурясь до белых пятен. Он неиронично чувствовал, что ещё пару раз и его сознание окончательно покинет этот мир вместе с рассудком.
Тело нещадно дрожало, а пальцы конвульсивно сжимали крепкие, оплетённые венами предплечья, пока всё тело напрягалось сквозь сопротивление собственных уставших мышц и тяжести чужого тела.
Чувствуя, что вот-вот его разорвёт на атомы, он вскинул мокрые от текущих слёз глаза, перехватывая тёмный и жадный взгляд на собственном теле. Беззвучно он прошептал одними губами жалкое «умоляю», прикрывая глаза и надеясь, что Серафим заметил отчаяние в его мутных от перевозбуждения глазах.
И, видимо, его заплаканный взгляд сказал всё за него, потому что Серафим резко ускорился, сжимая слишком чувствительный член и сжимая головку, жадно смотря, как выламывает Глеба в его руках, а белёсые капли попадают даже на судорожно вздымающуюся грудь.
Перед глазами разрывались яркие вспышки, и уже уплывающим сознанием успел почувствовать теплые губы на собственном мокром виске. Слабо улыбнувшись, Глеб закрыл глаза, падая в долгожданную темноту.
