Сезон выпадения инея

Для начала Гарак навёл справки по личным каналам, но «Сезон выпадения инея» оказался малозаметным явлением в мире голоновелл, а первоначальный источник и вовсе нигде не упоминался. Не удалось получить даже краткого содержания, лишь туманное упоминание, что история — как старинная мелодия — повествует о временах столь отдалённых и туманных, что и сами земляне уже плохо в них ориентируются. Иными словами — это было псевдоисторическое повествование, больше сосредоточенное на действиях и эмоциях, чем на деталях конкретного исторического периода. И это было немного странно. Несмотря на то, что Джулиан Башир больше всего ценил… далёкие от реальности голоновеллы — Гарак никогда в жизни не поверил бы, что выбираемые юным доктором шпионские истории хоть сколько-нибудь походили на то, как работали его коллеги на Земле в двадцатом веке, — всё же он тяготел к произведениям, где элементы эпохи воспроизводились с достаточной долей подробностей или же и вовсе позволяли отыграть определённый момент человеческой истории. Голоновелла «Сезон выпадения инея» ни на что из этого не походила. Это была скорее сказка, проходная развлекательная игрушка, которая не способна занять по-настоящему. На самом деле юный звёзднофлотский доктор обязан был в скором времени вовсе о ней забыть, но вместо того он зачастил в голокомнаты Кварка. Он действительно отправлялся туда каждый день — и даже больше того, он иногда проводил там час до начала рабочей смены! Теперь он мог явиться на ланч слишком поздно, оставался рассеянным, и качество бесед ощутимо ухудшилось! Джулиан Башир жертвовал собственным сном и личным временем ради игры. Гарак, безусловно, не был заботливым, эта черта характера была ему максимально чуждой, но всё же даже им овладело смутное беспокойство. Если шеф медицинской службы позволит себе долго игнорировать естественные потребности — полноценное питание и сон, — разве не окажется под угрозой вся безопасность станции? Возможно, шпион Обсидианового ордена, скрывавшийся под маской любезного портного, должен был ликовать в таких обстоятельствах, но Гарак никогда не мыслил слишком мелко и не гнался за мимолётным успехом. Он предпочитал основательность и утончённость планов. Иными словами, если бы ему захотелось вдруг нарушить размеренное течение жизни на DS9, то точно не устранив шефа медицинской службы! Можно было придумать способы куда изощрённее и зрелищнее, чем этот. Ситуация с каждым днём становилась всё неприятнее. Гараку ничего не оставалось, как действовать. Он попытался узнать больше окольными путями, но не получил ничего конкретного, а одержимость Джулиана Башира только росла. Конечно, Гарак мог бы обратиться к Дакс, задать прямой вопрос и — по всей вероятности — получить ответ, но это было… как-то неправильно, даже странно. Не хотелось увидеть в глазах очаровательной лейтенанта насмешку. В конце концов, Гарак совершенно точно не собирался становиться развлечением для какого-то там червяка, пусть и успевшего прожить несколько жизней, а заодно спрятанного в привлекательном женском теле. Был и ещё один момент, тревоживший даже сильнее. Обратиться к Дакс означало, будто бы он, Гарак, слишком откровенно обнажал свою заинтересованность в докторе Башире, хотя на самом деле ему просто приятно было делить с кем-то ланч и беседовать о литературе. Не было сомнений, что выводы из его вопросов будут сделаны категорически неверные. И вот к концу недели стало совершенно понятно, что проблема не решится сама собой, а доктор Башир не откажется от новой игрушки. Чем бы там ни была «Сезон выпадения инея», она претендовала на то место, которое Гарак не намерен был уступать. Наступил момент истины. Следовало сделать свой ход, а не отсиживаться в стороне, наблюдая и выжидая. Если он действительно хотел вернуть приятного собеседника, предстояло разобраться, отчего же тот никак не может пройти голоновеллу до конца. В самом деле! Даже шпионские игры оставались развлечением конечным, где вариантов решения, удовлетворявших самомнению Джулиана Башира, оказывалось немного. Он способен был за трое суток обнаружить их все и утратить интерес. Но эта голоновелла, по всей видимости, или имела бесконечное количество развязок, или… почему-то не давалась юному доктору. Гарак, безусловно, отмечал, что Джулиан Башир порывист и по части любовных отношений слишком наивен и поверхностен, но сбрасывать со счетов его интеллектуальные способности не следовало. Юный доктор справлялся с ролью собеседника, а этим мало кто мог похвастаться на DS9. В своей области он был весьма одарён… …Гарак осознал, что начал теряться в ходе собственных рассуждений, и почти рассердился на это. Можно было выбрать два пути — полностью отказаться от доктора Башира, тонущего в мутных водах голоновеллы, или же найти способ завершить этот… странный роман как можно скорее. Решительно разрезав кусок ткани на две равные части, Гарак с раздражением отметил, что ткань ведёт себя совсем не так, как ей полагается. Для заказанного костюма она точно не подходила. Отвернувшись от стола для раскройки, Гарак задумчиво осмотрел имеющиеся у него варианты, но в голове тем временем разворачивались совсем другие мысли. Выбор между отказаться и покончить с соперником очевиден, и Гарак уже этой ночью решился на первую вылазку. Любимое хобби должно было ему помочь обойти как протоколы безопасности, так и прочие защиты, которые берегли само ядро голоновеллы. Он совершенно точно не собирался погружаться в это, играть, искать глубину там, где её точно не было, но должен был разобраться, что именно так привлекло Джулиана Башира и как вернуть его внимание. Гарак терпеть не мог, когда кто-нибудь забирал у него то, что принадлежало ему по праву.