Сезон выпадения инея

Изучая что-либо, Гарак старался уделять внимание мельчайшим деталям, рассматривать всё со скрупулёзностью и тщательностью, что не раз пригождалось ему в жизни. Навыки, полученные ещё в те времена, когда Тэйн натаскивал его с особой жёсткостью, не затупились с годами, напротив, Гарак сделал всё, чтобы развить их до совершенства. И конечно, он сумел разобраться в голоновелле, созданной всего лишь землянами. Но с каким бы пренебрежением он ни относился к литературным произведениям Земли в сравнении с великой литературой Кардассии, это не помешало ему оценить изящество конкретного замысла. Центральный сюжет здесь не подавался прямо, как в тех голоновеллах, что обычно предпочитал юный доктор, а проступал исподволь, напоминая скорее иллюзию в лунном сиянии, чем действительно чёткую последовательность шагов и действий. Сцены могли многократно повторять друг друга, диалоги можно было разворачивать в любом направлении, основная линия не сдвинулась бы с места, пока игрок — и главный герой — не нащупал бы ту тонкую взаимосвязь между несколькими почти невинными жестами и взглядами, парой словно оторванных от реальности фраз. Это произведение разительно отличалось от всего, что прежде завоёвывало внимание Джулиана Башира, не только воздушностью построений сюжетных арок. Раньше у всех голоновелл была ещё одна вполне определённая красная линия, признак, который так или иначе присущ был почти каждой из них. Вокруг главного героя постоянно возникали красивые женщины. Иногда их нужно было спасать, иногда они оказывались на противоположной игроку стороне, и требовалось завоевать их доверие, склонить их на свою сторону, но так или иначе, они всегда готовы были оказать главному герою максимум внимания и не были против поцелуев. Гарак снисходительно относился к тому, что доктор Башир жаждал ощущать себя привлекательным для противоположного пола. В конце концов, у каждого свои слабости. И пока это всего лишь голограммы, к тому же не отнимающие юного офицера Звёздного флота надолго, Гарак согласен был их терпеть. Но в данной голоновелле, в этом «Сезоне выпадения инея», главному герою женщины вовсе не уделяли внимания. Более того, в сюжете была прописана только одна девушка, да и то обозначалась она как безымянная «младшая ученица», все слова которой сводились к «Шисюн, учитель отправился на пик» и «Шисюн чрезмерно утруждает себя, быть может, пора немного отдохнуть?». И это самое отдохнуть не предполагало… совместный отдых. Наиболее интересной личностью среди персонажей был этот самый «учитель», а игрок подключался к сюжету как «старший ученик». Гараку не составило труда обнаружить, какие сюжетные сцены уже были пройдены доктором Баширом. По всему выходило, что он никак не мог подтолкнуть сюжет развиваться дальше. И это самое «дальше» следовало изучить ещё более пристально, со всей возможной тщательностью, потому что Гарак собирался… определённым образом вмешаться. *** Когда Гарак на следующий день собирался приступить к ланчу — в гордом, пусть немного оскорблённом одиночестве, — к нему неожиданно подсела Джадзия Дакс. — Чем обязан такой приятной компании? — поинтересовался Гарак, сделав вид, что вовсе не понимает, зачем Дакс расположилась напротив, на том самом месте, где обычно усаживался доктор Джулиан Башир собственной персоной. — Увидела, что вы скучаете, — усмехнулась она и сделала глоток рактаджино. — А ещё узнала, что кое-кто решил провести обеденное время в голокомнатах. Гарак не стал разыгрывать карту «Кто же это?», а только напустил на себя вид осуждающий, но немного равнодушный. Будто бы его совсем не задевало то, что доктор Башир предпочёл голоновеллу предполагавшейся беседе о литературе. — Странно, что врач из Звёздного флота настолько пренебрегает своим здоровьем, — сказал он в ответ ровным голосом, даже немного… нудно. — Регулярное питание и сон являются основами хорошего самочувствия. Как шеф медицинской службы, доктор Башир часто давал подобные рекомендации многим проживающим на станции, удручает, что он не способен сам следовать им. — Честно говоря, я не предполагала, что будет именно такой эффект, — поделилась Дакс вполголоса, сделав вид, что досадует, но взгляд её был одновременно хитрым и оценивающим. — Мне было интересно, подтолкнёт ли голоновелла Джулиана к нужным мыслям, но я не рассчитывала, что он настолько увлечётся. — К нужным мыслям? — повторил Гарак, делая вид, что вовсе не разобрался в том, в чём именно особенность конкретной новеллы. Дакс смерила его внимательным взглядом, точно стараясь раскусить, притворяется ли он или действительно не стал проверять, что «Сезон выпадения инея» представляет собой, но, похоже, по непроницаемому выражению лица ничего не смогла прочитать, сдалась и ответила: — О природе влечения, которое ему присуще. Ответ был загадочным, смысл его, с одной стороны, оставался предельно ясным, с другой же — оставался не до конца очерченной иллюзией, и не более. Гарак благоразумно кивнул, не желая углубляться. — Обычно такими голоновеллами увлекались женщины, — добавила Джадзия чуть погодя, видимо, слегка разочарованная тем, что не добилась желаемого эффекта. — Они произошли напрямую от тех литературных произведений, которыми забавлялись землянки. И авторы, и читатели — в основном женщины. Возможно, вам будет любопытно изучить этот момент, Гарак, вы же цените разнообразные течения литературы. — Возможно, — не поддался он ей и в этот раз. За всем этим таилось что-то большее, чем только желание Джадзии Дакс в очередной раз посмеяться над наивностью доктора Башира. Она упрямо подначивала самого Гарака, а ему не нравилось, когда инициатива в игре исходит от другого существа. Он сделал вид, что мало заинтересован в продолжении разговора, и Дакс оставила его наедине с яблочным пирогом. На самом деле эти мельчайшие намёки в сочетании с тем, что он узнал о голоновелле, уже складывались в определённый рисунок. Не хватало только нескольких заключительных черт. Гарак наметил следующий шаг на вечер.