We fell into sex in October

Первые несколько мгновений Жан не мог выдать ни слова. Ни на французском, ни английском, ни на японском. Он медленно собирал расползшиеся в стороны мысли, пытаясь выстроить что-то членораздельное, но Джереми считал его выражение раньше и позволил себе, пользуясь случаем, шлёпнуть Рико по заднице. Распластанного на их кровати. Обнажённого. С красными лентами вокруг запястий и, Sainte Vierge Marie, чёрной повязкой на глазах. Даже несмотря на это, реакция у него была мгновенная. — Нокс, блядь! — слепо дёрнувшись, Рико попытался лягнуть Джереми, который даже позволил ему это, настолько происходящее приводило его в восторг. — Что здесь происходит? — просипел Жан, когда дар речи наконец соизволил к нему вернуться. — А на что это похоже? – съязвил Рико, но без обычного запала, который он выдавал при каждом их сексе. Честно говоря, было похоже на то, что у Жана серьёзные зрительно-звуковые галлюцинации, либо Джереми рискнул скрутить Рико, не подумав о том, какие последствия ждут их обоих после. Сам Нокс, очевидно не испытывая ни капли раскаяния, развалился рядом с Рико, и провёл по его спине кончиками пальцев. К изумлению Жана, вместо новых всплесков недовольства, по телу Рико прошлась очевидная дрожь, и он выгнулся сильнее. — Наш мальчик, как оказалось, любитель повязок, — промурлыкал Джереми, глядя на Жана сияющими глазами, при этом продолжая касания к обнажённой коже, — И полной темноты вокруг. — Заткнись, — ворчания Рико начинали выглядеть комично и Жан, наконец, оттаял, приближаясь к любовникам. Рико действительно обездвижен, руки за спиной, ноги раздвинуты, Жан усиленно старался пока не смотреть, опора лишь на грудь и колени. Половина лица скрылась за плотной повязкой, но отчего-то казалось, что щёки, обычно бледные, сейчас заливались румянцем. Дыхание медленное и глубокое, такое громкое, что Жан отчётливо слышал, даже не напрягая слух. Он на пробу провёл ладонью по оттопыренной ягодице; Рико вздрогнул, но лишь поджал губы, не произнеся ни слова. Едва не хвостом виляющий Джереми пытался через мимику поделиться своим возбуждением и слегка сжал талию Рико. — Видишь? Он сегодня обещается быть милым мальчиком, — нарочно растягивая гласные в последних словах, он взглянул на Рико, который уткнулся лицом в постель, невнятно проклиная их. Ну, по крайней мере так думал Жан. — Что-что, милый? — Если вы и дальше собираетесь языками чесать, а не трахаться, то я собираюсь просто передёрнуть себе и порвать с вами обоими. Ухмылку Джереми Жан перевёл, как «ты тоже это слышал, да?» Жан слышал. Рико, вспыльчивый, нетерпеливый Рико, чей язык продолжал жалить даже когда они трахались уже больше полугода, Рико, которого приходилось часами уламывать на секс, и соглашался быть снизу в одному случае из двадцати, потребовал его трахнуть. — Всё для тебя, — Джереми закинул руки за голову, стягивая с себя кофту, пока Жан начал ощущая лёгкое тягучее покалывание внизу живота. Конечно, он не впервые видел обнажённым Рико и его ноги. Но это был первый раз, когда он мог смотреть так открыто и явно, и ему бы за это ничего не было. Стройные, сильные икры часто притягивали к себе взгляды Жана на поле, в раздевалке, в спальне. На его фетиш Рико лишь фыркал, хотя и не прятал, а будто наоборот, в присутствии Жана вытягивал ноги или скрещивал в воздухе, пока они все вместе проводили ленивые утра в постели. К моменту, когда наконец Жан заставил себя убрать пальцы с лодыжки Рико, Джереми успел раздеться полностью и забраться на кровать с ногами, почти сразу проводя по растрёпанным чёрным прядям. — Ты фантастически смотришься, детка, — щенячий восторг Джереми немного поутих, в голосе осталось искреннее восхищение, и Жан был благодарен за его привычку высказывать вслух свои настоящие мысли. Хоть кто-то из них ведь должен. Свои Жан предпочитал замалчивать, а Рико... это Рико. — Видимо не настолько, раз всё, что вы успели сделать — это полапать меня за ноги и волосы. Моро, чего ты там копаешься? Однако, несмотря на все возражения и деланное неудовлетворение от сложившейся ситуации, Рико не сдвинулся ни на дюйм, позволяя им всё. Поэтому Жан со всей наглостью провёл ладонями по чужим ногам снова, от ступней до разведённых бёдер. И чёрт побери. У Рико стоял. — И правда, Жан, — Джереми подмигнул ему; у него стоял не менее крепко, — Тратить время и дальше – просто кощунство. Так что... — он поднёс головку члена к самым губам Рико, — возьмёшь меня? Думаю, если ты будешь выделять чуть меньше яда,наш chèri немного расслабится. То, как послушно Рико обхватил губами член Джереми, отвлекло Жана от ужасного произношения последнего. — Ну же, Жан, — взгляд Джереми слегка затуманился, но всё ещё с нежностью был обращён к нему, — Он будет себя хорошо вести. И Жан ему верил. Одежда слетела быстрее, чем он успевал подумать, что за чем расстегнуть. Избавляясь от белья, Жан наконец оказался рядом со своими парнями, и впился в губы Джереми, что с готовностью ответил на поцелуй. Это сняло оставшиеся запреты. Не отрываясь от чужих губ, Жан нащупал затылок Рико и зарылся пальцами в рассыпчатые волосы, одновременно массируя голову и направляя их послушного невидящего любовника. Джереми застонал в голос, когда Рико взял его глубже в горло, и разорвал поцелуй, немного пьяно шепча Жану. — Презервативы там... рядом с подушкой оставил. Добравшись до серебристых упаковок, Жан, не желая больше терять время, которое можно потратить на удовольствие, раскатал презерватив по члену и сполз ниже, чтобы оказаться прямо между раздвинутых ног Рико. Покрасневший твёрдый член двигался по простыням в такт его движений, оставляя влажные дорожки на простынях, что также заставляло его глухо постанывать. Ещё одна редкость; обычно Рико ограничивался шумным дыханием, не желая стонать в полный голос. — Он сегодня такой умница, Жан, скажи, — бормотал Джереми, запрокинув голову назад, и слегка поигрывая пальцами с завязками ленты на глазах Рико, — Сегодня даже сам подготовился к тебе. Но Жан и сам успел заметить. Обычно Рико оставлял "грязную работу" на них, но сегодня он явно потратил время на растяжку, судя по чуть припухшим покрасневшим краям, всё ещё покрытым смазкой. — Le plus obéissant, — шепнул Жан, как во сне, — Le meilleur. Конечно же Рико его понимал, хоть и делал вид, что родной язык Жана его раздражает. Но Жан знал, что в его комнате, в столе лежит несколько самоучителей по французскому языку. На первом же толчке Рико слегка подавился, отчего Джереми тут же содрогнулся всем телом, ощутив вибрацию, но слегка отстранился, чтобы дать ему сперва привыкнуть. — Хороший, молодец, — бессвязно бормотал Джереми, поглаживая Рико по голове. Взгляд у него был мутным, и Жан подозревал, что его собственный мало чем отличается. Удерживая чужие бёдра, он начал с медленных движений, хотя покалывание уже давно разгорелось мощным желанием, хлынув в вены, отчего Жану казалось, что он горит. Однако, с повязкой на глазах или нет, темп задавал Рико. На этот раз нетерпеливо дёрнув бёдра назад, насадившись Жана сильнее. — Не вздумай нежничать, Моро, не сейчас, — привычные властные нотки сейчас были едва различимы за жгучим желанием и хрипотцой, возникшей после неудобного для минета положения. Однако, едва рот Рико снова оказался занят, Жан понял, что такой возможностью он хотел воспользоваться на полную. По своему. Следующее движение вызвало у Рико новый стон, но в этот раз он не стал прерываться, а только прогнулся в пояснице сильнее, приманивая взгляд к движущимся под взмокшей кожей мышцами. Жан выскользнул из приятного жара, однако далеко отстраняться не стал, а прильнул губами к бедру, оставляя на нём почти невесомый поцелуй. Рико слегка дёрнулся, но не в сторону, скорее от неожиданности. Жан посчитал это хорошим знаком и продолжил выцеловывать поцелуи по длине бедра, на обратной стороне колене, на икре, опять на колене. Стоны наверху сливались, становясь похожими на белый шум для Жана, сосредоточенного на воплощении давних желаний. В конце концов поцелуи распространились гораздо выше, к копчику и наконец, на ягодицы, которые Жан раздвинул шире, а затем прикусил мягкую кожу, отчего Рико содрогнулся всем телом.. — Блядь, — протяжно застонал Джереми, — Жан, не знаю, что ты сделал, но повтори это, — он почти умолял. А Рико всё ещё плавился под их пальцами и губами. Что ж, почему бы и нет? Рико, казалось, собирался убить их обоих. Потом. Может быть. Особенно Моро. Который одними поцелуями сводил его с ума, заставлял извиваться и елозить по треклятым простыням. Он сожжёт их. И эту ебаную повязку, которую зачем-то позволил Ноксу на него нацепить. Откуда ему было знать, что от темноты, накрывшей его, от стянутых за спиной рук, его так сильно вставит? В первый и последний раз он позволял им видеть себя настолько открытым, настолько уязвимым и ничего не контролирующим. Только сегодня. С этими мыслями Рико заглотил член Джереми вновь, и подставился под поцелуи-укусы Жана. Потому что, сегодня ещё не закончилось.