Elevenses

      Идея с продюсером все никак не отпускала Джесс, шанс казался ей безнадежно упущенным. Об этом то и дело говорила и Кристалл, что заставляло Хорн только сильнее злиться на Элиот. Но когда градус недовольства чуть уменьшился, и Джесс посмотрела на ситуацию более трезвым взглядом, она не показалась ей такой уж фатальной. Лондон — столица, здесь столько музыкантов, при том всемирно известных, что вряд ли хороший продюсер всего один. Где-то точно есть человек, который прямо сейчас находится в поиске новой группы, и, если тоже пуститься на его поиски, то встретятся они где-то посередине и быстрее заключат выгодный контракт.       — Мы уже так давно репетируем, — Джесс решила начать издалека.       Они с родителями размеренно завтракали. Услышав слова дочери, Джеймс и Мелисса с улыбкой переглянулись.       — Да, Джессика, так давно, что половина карьеры уже за плечами, — усмехнулся мужчина, за что, почти сразу получил локтем в бок от жены.       — Когда наработаете достаточно материала, можно будет попробовать поиграть у кого-нибудь на разогреве, или в баре, — сказала Мелисса, стараясь быть более внимательной и не подшучивать над дочерью, — все с этого начинают.       — Это долго, — раздраженно отозвалась девушка, — к тому же, зачем ждать, может быть уже сейчас можно поискать продюсера? Например, Фрэнки Слейда.       Несмотря на то, что Джесс росла в семье музыкантов, ее не особо посвящали в организационные вопросы, и никого из известных продюсеров она не знала. Фрэнки Слейд был тем, кого посоветовала ей тогда Спаркл, и именно его имя Хорн решила назвать сейчас, просто потому что никого другого на примете у нее не было.       Лица родителей изменились. С лица Джеймса улыбка сошла так быстро, что даже Джесс, которая плохо улавливала настроения других людей, напряглась.       — Что ты сказала? Фрэнки Слейд? — нахмурившись резко спросил мужчина.       — Ну да… — Джесс вся сжалась, не в силах вынести сурового взгляда отца, — говорят у него классные проекты и сам он вроде известный…       — Известный, — Мелисса тоже выглядела напряженно, — но не тем, чем ты думаешь, Джесс.       — Этот ублюдок — грязь Лондонской сцены, — едва сдерживаясь сказал мистер Хорн, — к нему приходят только те, у кого нет выбора, или те, кто не знает, чем для них это может закончиться. Особенно он любит людей без денег и связей, за которых, если что, некому будет заступиться.       Джесс испуганно посмотрела на Джеймса, осознавая насколько сильно она рисковала, отправляясь на встречу на яхте с этим продюсером. Она снова вспомнила слова Элиот и только сейчас до нее дошло, что Монтгомери была не блюстителем моральный устоев, а просто каким-то образом сразу поняла, что затея опасная.       — Он совсем не такой, каким кажется, — добавила женщина, — обходительный, приятный, всегда в дорогих костюмах. Старается производить впечатление надежного и приличного человека, но на деле…       — Ну я же просто назвала его для примера, — Джесс попыталась успокоить родителей и не очень правдоподобно усмехнулась, — просто услышала имя, даже не помню где, честно говоря.       — Обещай нам, Джесс, что если кто-то будет предлагать тебе продюсирование, ты прежде всего посоветуешься с нами, — Мелисса аккуратно сжала руку дочери.       — Обещаю, — тихо и немного пристыженно сказала девушка.       Она сжала руку матери в ответ, и заметив, что Мелиссу это чуть успокоило, сама почувствовала себя лучше. Джеймс же продолжал выглядеть напряженным:       — На днях опять был скандал после очередной его вечеринки. Уж не знаю, что на этот раз, но его задержали. Жаль, ненадолго, его адвокаты постоянно за него вступаются. Отмажут, как всегда.       — А ты сам с ним работал? — несмотря на страх, Джесс все равно распирало от любопытства.       — Я с такими не работаю, — повысив голос отрезал музыкант, но потом чуть смягчился, — и ты тоже не будешь.       — Это не шутки, Джесс, такие как он ломают жизни, — с напряжением в голосе сказала Мелисса. — Да, ничего не бывает просто, и любой продюсер будет пытаться заработать на исполнителях, но лучше выбирать меньшее из зол.       — На первых порах кто-то из нас может продвигать вас, — предложил Джеймс, — а потом, когда станете уверены в своих силах, найдем продюсера.       — Я хотела добиться всего сама, — с обидой сказала девушка, — но опять выходит, что вы за меня все сделаете.       — Вовсе нет, — поспешила переубедить ее Мелисса, — просто будем направлять. Но договариваться с клубами и барами будете сами, если тебе так важно делать это самой.       Этот вариант показался Джесс отличным и она не стала пускаться в очередную перепалку с родителями. Утро было замечательным, но неприятный осадок после истории с продюсером все же остался. Неприятно было еще и оттого, что с Элиот она не разговаривала несколько дней и, по сути, даже не поблагодарила ее за то, что та ее пусть и не очень приятным способом, но все же задержала, не дав ступить на борт той злополучной яхты. В легком смятении Джесс ждала начала репетиции, не зная, как помириться с Элиот и какие слова подобрать.       Она разыгрывалась в репетиционной, дожидаясь Спаркл и Монтгомери, когда в дверь позвонили. Хорн перестала играть и замерла, пытаясь по звуку шагов понять, кто именно пришел. Когда дверь открылась и она увидела Элиот, она тут же подскочила на ноги. Монтгомери хмуро посмотрела на нее, не рассчитывая на приветственное слово. Ничего не говоря она а прошла мимо Джессики к комбику, к которому обычно подключалась.       — Нам надо поговорить, — набравшись смелости, выпалила Хорн почти скороговоркой.       Элиот замерла, почувствовав неладное. Она была уверена, что Кристалл рассказала Джессике все и теперь ее выгонят из группы. Монтгомери расправила плечи, ей хотелось принять этот удар достойно и также достойно покинуть этот дом. Особенно ее радовало, что сцена разыгрывалась без участия Спаркл, так что она не увидит ее довольную физиономию.       — Нашли нового басиста? — усмехнувшись спросила Элиот, — что ж, поздравляю, давно пора.       — Нет, ты чего! — Джесс испуганно замахала руками, — я просто хотела извиниться и сказать спасибо.       Элиот удивленно вскинула одну бровь, она еще раз смерила взглядом Хорн, чтобы убедиться, что она не шутит.       — Тот продюсер оказался каким-то отморозком, — объяснила Джесс, — неизвестно, чем бы это все закончилось, если бы ты меня не остановила.       Хорн протянула Элиот ладонь и добавила:       — Если ты меня простишь, обещаю, что буду прислушиваться к тебе чуть чаще.       Монтгомери не торопилась протягивать свою руку в ответ. Она с подозрением продолжала хмуро смотреть на Хорн, отчего та чувствовала себя неуютно и морально готовилась к отказу. Когда же Элиот сжала ее ладонь в своей, Джесс облегченно рассмеялась.       — Я уж было подумала, что ты меня пошлешь.       — Сама Джессика Хорн просит прощения, как тут отказать, — ответила Элиот с легкой полуулыбкой, — ты тоже меня прости, я не должна была портить твое платье.       — А, забудь, — отмахнулась Джессика, — в химчистке его привели в порядок, оно как новенькое. Ждет не дождется новой вечеринки. Кстати, раз уж мы снова друзья, будет преступлением не сходить куда-нибудь вместе.       Идея показалась Джесс блестящей. Ее глаза сразу загорелись, а сама она хлопнула в ладоши.       — Спрошу у Кристалл, она знает все модные места, — крайне довольная собой заключила Джессика.       Настроение Элиот, которое только начало улучшаться, снова ухнуло куда-то вниз. Она была рада примирению и была бы просто счастлива посидеть где-то с Хорн, но точно не в компании Спаркл, которая в очередной раз будет отпускать в ее адрес колкие замечания. Но смущало ее не только это.       — Слушай, а это ведь Кристалл дала тебе контакты того продюсера? — аккуратно сказала она, — может быть не нужно так слепо доверять ей? ну, знаешь… мало ли…       — Брось, ты чего, Кристалл классная, — начала защищать барабанщицу девушка, — она точно не желает никому из нас зла, просто скорее всего не знала ничего про темные дела того мужика. Я ведь тоже не знала, пока родители не сказали.       — Да, но… — Элиот не знала, как сказать так, чтобы Джесс поняла, но в то же время не показаться сплетницей и ябедой.       — Тебе просто нужно узнать ее получше, вот увидишь, она тебе понравится, — Джесс подошла ближе к Элиот и сложила ладони, умоляя Монтгомери согласиться.       — Ты кое-о-чем не знаешь… — начала Элиот, но ее прервал звонок в дверь.       — Это Кристалл! — выпалила Джесс и побежала открывать дверь.       Элиот не знала, стоит ли говорить Джессике о кассете и о том, что Спаркл кажется неровно дышит к Джеймсу Хорну. Она могла бы, но это почти гарантированно привело бы к тому, что Кристалл расскажет Джесс про Элиот. А после поцелуя в подсобке, у Монтгомери осталось меньше причин думать, что Спаркл ошибается. Возможно, она бы набралась смелости обсудить это с Джессикой, но точно не в присутствии Кристалл и точно не прямо сейчас.       Размышляя над тем, как лучше поступить, Элиот решила, что черт с ней с Кристалл, если они пойдут куда-то вместе, то она сделает это только ради Джесс, лишь бы приглядеть за ней и не оставлять ее один на один со Спаркл и ее якобы случайными опасными предложениями.       Сначала Кристалл понравилась идея с походом в клуб, но когда Джесс перешла к той части, где говорилось про участие Элиот в этой вылазке, лицо Спаркл приобрело недовольно-сероватое выражение. Она ничего не стала говорить Джессике, но очень выразительно посмотрела на Монтгомери, будто пыталась отговорить ее одним только взглядом, но Элиот лишь едва заметно покачала головой, ясно дав понять Спаркл, что в этот раз она не откажется и пойдет с ними.       По уже сложившейся традиции Кристалл поговорила с Джеймсом и смогла уговорить его отпустить Джессику на «тихий вечер в кругу замечательный людей». Так втроем девушки запрыгнули в машину к Спаркл и поехали в сторону центра. На улицах кипела ночная жизнь, и все трое находились в ожидании того, что принесет этот вечер, но каждый думал о чем-то своем: Джесс предвкушала веселый вечер в отличной компании в модном месте, а Элиот морально готовилась не спускать с Джессики глаз и быть готовой вытаскивать ее из очередной авантюры. Что было в голове Кристалл, не знал никто.       Пестрая очередь перед клубом напоминала театральные подмостки, на которых обеспеченная молодежь играла в модную бедность. Девушки в поношенных джинсовках, колготках красиво надорванных в нужных местах, винтажных платьях, которые на самом деле стоили дороже новых и обошлись бы простой студентке в месячную зарплату. Небрежный грязный макияж, который был сделан дорогой косметикой. Парни с растрепанными волосами, в блестящих виниловых брюках, настолько узких и обтягивающих ноги, что казалось тонкая кожа вот-вот лопнет. Они курили, демонстративно запрокидывая головы и выпуская дым плотными кольцами в прохладный ночной воздух, громко смеялись. В каждом их движении было столько уверенности, будто Лондон принадлежит только им.       С упоением они играли в панков и отверженных, в бунтарей и уличных философов, в свободных художников и творческую богему. И эта игра настолько их увлекала, что со временем они сами начинали верить в то, что все по-настоящему. Но блеск дорогих часов, фамильных колец и тонкий аромат парфюма все равно выдавали их породу. Вечером они изображают детей лондонских подворотен, а утром снова наденут привычные костюмы от «Savile Row», чтобы водитель отвез их в Мейфэр на завтрак с родителями.       Это была игра с нулевым риском, бунт за счет родителей. Им не приходилось выбирать между оплатой аренды на крошечную комнату, кишащую тараканами, и покупкой новой куртки. Они могли позволить себе выглядеть бедно, потому что были богаты. Эффект поношенности, эффект грязных волос, только притворная бедность, но никак не настоящая, потому что настоящая никогда не станет модным трендом.       — Смотри, — Кристал пихнула локтем Элиот, — сколько тут твоих собратьев.       Монтгомери не ответила, лишь плотно сжала губы. Между ней и людьми у клуба была непреодолимая пропасть, которую девушка ощущала очень остро, но которая казалась незаметной для тех, кто был по другую сторону финансового благополучия.       Они подходили все ближе ко входу в заведение, из которого громыхала музыка. Охранник смерил их оценивающим взглядом, и Элиот сжалась против своей воли, выдавая свою неуверенность и осознание что ей здесь не место.       — Блонди проходит, в вы двое — нет, — вышибала пропустил вперед Кристалл, но задержал Джессику и Элиот.       Хорн опешила и лицо ее вытянулось от возмущения:       — Ты хоть знаешь, кто мой отец?!       — Вход строго с 21 года, вы не проходите по возрасту, — сказал мужчина, а потом поманил рукой следующих претендентов на вход.       — Кисы, я договорюсь, — крикнула расстроенным девушкам Кристалл, — никуда не уходите!       Очередь заставила их подвинуться чуть в сторону, что совершенно не устроило Джесс.       — Тупая горилла, да кто ты вообще… — она попыталась снова подойти к охраннику, но Элиот остановила ее.       — Не зли его, так у нас будет меньше шансов попасть внутрь.       — Ты слышала, что он сказал? — не унималась Хорн, от негодования она даже фыркнула, — вход с 21 года. Да я выгляжу на все 22!       — Тише, — попыталась успокоить ее Монтгомери, — Кристалл сказала, что разберется, подождем ее.       На удивление, эта мысль успокоила Джессику, и она позволила Элиот увести ее чуть подальше от входа, но так, чтобы не пропустить Кристалл, когда та вернется за ними. Часов у девушек не было, но за то время, пока они ждали Спаркл, они успели рассмотреть каждого в очереди и даже устроить пару-тройку споров на тему того, кого пропустят в клуб, а кого — нет. Все разы Элиот удалось победить, отчего Джессика была в легком недоумении:       — А ты оказывается знаток моды, — с легкой обидой из-за своего проигрыша проговорила Хорн, — либо в прошлом тоже вышибала.       — Нет, я просто смотрю на поведение людей, — объяснила Элиот.       — Очередные психологические штучки, — усмехнулась Джессика.       — Простая наблюдательность, — отмахнулась Монтгомери, — тебе бы тоже не помешало этому научиться, может, не влипала бы в истории так часто.       — А обо мне ты что можешь сказать? — тут же спросила Хорн и встала перед Элиот, растопырив руки и корча смешные рожи.       — Что ты умственно отсталая, — едва сдерживая смех, ответила Элиот, когда Джессика скосила глаза.       — Да я серьезно. Ну давай, Скажи! Мне ведь интересно.       Элиот снова посмотрела на нее, ее взгляд скользнул от прищуренных от улыбки глаз, к ямочкам на щеках и пухлым губам, на которых поблескивал дорогой блеск. Все мысли будто разом покинули голову Монтгомери, она просто смотрела на Джессику, не в силах подобрать нужные слова.       — Я не знаю, — тихо сказала она, — ты добрая и ранимая.       Джесс отмахнулась:       — Нет, ты меня не знаешь, на самом деле я жестокая и превосходно умею манипулировать людьми, — она попыталась сделать безразличное выражение лица, чуть втянула щеки и отбросила назад волосы, совсем как это делала Кристалл.       — Это ты описала Спаркл, — покачала головой Элиот, — хочешь быть такой же?       Монтгомери знала ответ на свой вопрос и по тому, как изменилось лицо Джессики, поняла, что попала точно в цель.       — Ну… она крутая, ты ведь не будешь это отрицать? — спросила Хорн.       — Мне ты нравишься больше, — честно призналась Монтгомери, даже не испугавшись того, как на это отреагирует Джессика.       Хорн смущенно улыбнулась и, подскочив совсем близко, обняла Элиот, отчего та почувствовала приятное шевеление в животе. Она тоже обняла Джессику в ответ. Ей не хотелось ее отпускать, но и пугать своей реакцией тоже, поэтому она быстро отстранилась.       — Я думаю, тебе нужно быть осторожнее с Кристалл, — серьезно сказала Элиот, — я не хочу, чтобы ты думала, что я пытаюсь вас рассорить, но кажется, она не до конца честна с тобой.       — Но с ней так весело и свободно, — в голосе Джесс звучали нотки грусти, — знаешь, я всю жизнь чувствовала себя как маленькая девочка, которая уже давно выросла, а ей продолжают припоминать времена, когда она снималась в рекламе и пела детские песенки. А с Кристалл… с Кристалл я чувствую себя живой и на свой возраст, с ней я могу быть самой собой.       — Что ты почувствовала, когда целовала ее? — неожиданно для себя спросила Элиот, она не могла не узнать, ведь этот вопрос не оставлял ее в покое.       — Ничего, — Джесс помотала головой и смущенно улыбнулась, — ты осуждаешь меня?       — Нет, — Монтгомери посмотрела ей прямо в глаза, — просто ты так говоришь про Кристалл, что я подумала…       — О, нет-нет, ты что, — Хорн рассмеялась с каким-то облегчением, — мне не нравятся девушки, и после поцелуя с Кристалл я это точно поняла. Знаешь, ну, когда целуешь парней, как будто земля уходит из-под ног, а с девушками — ничего, пустота.       Элиот кивнула и отвернулась. Ей показалось, что внутри нее что-то оборвалось. Они стояли молча, из клуба доносилась музыка. Монтгомери невидящим взглядом смотрела в толпу, чувствуя, как от слез все стало расплываться. Единственным утешением для нее сейчас было то, что Кристалл не разобьет сердце Джессике, а для Элиот уже одно это было очень многим. Она нащупала в кармане кольцо, то самое, которое Джесс выбросила в озеро в лагере. Она обещала продать его, но оно оказалось дорого ей как память. Его Монтгомери теперь всегда носила с собой, ей казалось, что с ним она чувствует, что Джесс рядом, даже если физически находится далеко.       — Мне кажется, Кристалл про нас забыла, — сказала наконец Элиот, когда немного пришла в себя, — ее нет уже черт знает сколько. Предлагаю валить.       Она двинулась было в в сторону главной улицы, но Джесс остановила ее:       — Да нет же, она вот-вот выйдет, она же обещала!       — Да мне быстрее стукнет 21, чем я дождусь Кристалл, — ответила на это Монтгомери и резко развернулась.       Прямо перед ней возникла троица молодых людей и, не успев среагировать, Элиот впечаталась прямо в грудь одного из них. Послышался смех, который заставил Монтгомери сразу почувствовать себя глупо. Она попыталась отойти, но молодой человек взял ее за запястья.       — А все, попалась, — рассмеялся он, — теперь не отпущу.       Элиот похолодела. Она запрокинула голову и посмотрела на парня перед собой. У него были обесцвеченные короткие волосы, винтажная фанатская футболка «Sex Pistols» и стильный пиджак в клетку. Монтгомери еще раз дернула руками, пытаясь вырваться из крепкой хватки незнакомца. Он и его приятели ухмыльнулись, заметив испуг на лице Элиот.       — А что такие куколки делают на улице? — довольно протянул его приятель, глядя на Джессику, — с такими губками как у тебя должны пропускать сразу за VIP-столик.       Он был более спортивного телосложения и в небрежно расстегнутой рубашке, в вырезе которой виднелась массивная цепь. Элиот он показался просто огромным, и она, смерив его взглядом, сразу сжалась, понимая, что ему ничего не стоит просто закинуть ее на плечо и унести. Она вырвала наконец свою руку из цепких пальцев и попятилась назад. Поравнявшись с Хорн, она тут же взяла ее за руку.       — Мы давно за вами наблюдаем, — третий откинул волосы со лба и кивнул в сторону входа в клуб. — Поможем пройти без очереди. А там, поглядим, как вы нас отблагодарите.       — Нет, — отрезала Элиот, стараясь звучать уверенно, но на деле все внутри нее дрожало от страха, — нам не нужна ваша помощь, проваливайте.       Она знала, что звучит вызывающе и если молодые люди поймут, что за ее показной смелостью ничего нет, то шансов у нее не останется. Она смотрела на них не отводя глаз, а внутри все кипело от отвращения и паники. Монтгомери надеялась отпугнуть их, но первый молодой человек лишь улыбнулся:       — У тебя острый язычок, да? — он сделал шаг и оказавшись напротив Элиот наклонился так близко, что она почувствовала мятных запах его жвачки. Он оглядел ее лицо и добавил, — думаешь, раз нацепила железяк в нос, сразу стала крутой?       — Да ладно тебе, — лениво протянул второй, бросив взгляд на друзей, — девочки просто цену себе набивают.              Первый хмыкнул, так и не сводя глаз с Элиот:       — Ага, сначала «нет», а потом все как-то само происходит.       Медленно они окружили Элиот и Джесс кольцом. Джесс сжала зубы, ощущая, как под кожей ползет холодная дрожь. Она тоже хотела, чтобы эта компания оставила их в покое, но было страшно возражать им и как-то дерзить. В страхе Хорн начала оглядываться по сторонам, ища поддержки, но никто будто и не замечал их.       — Парни, — Джесс попыталась улыбнуться, — вы очень милые, но, правда, не нужно. Мы уже собирались уходить.       — Так мы подвезем, — тут же улыбнулся парень в клетчатом пиджаке, — прокатимся, а там, может и расставаться не захочется.       Джесс еще крепче вцепилась в ладонь Элиот, готовая сорваться с места и убежать в любой момент и не важно, куда, лишь бы отделаться от настойчивых парней. Позади них вдруг возникла еще одна фигура. Из темноты улицы вышел высокий молодой человек, стекла его очков блеснули в свете мерцающего фонаря, привлекая к себе внимание Монтгомери и Хорн. Его волосы были аккуратно уложены в классическую стрижку, а прямая осанка и то, как он шел, говорили о его явно не бедном происхождении, это же подкреплялось аккуратной рубашкой из дорогой ткани, металлическим браслетом часов на запястье и идеально сидящими брюками. Он выглядел просто, но все в его облике говорило о том, что он как раз из тех, кто ничего никому не собирается доказывать.       — Наконец-то я нашел вас, — он говорил спокойно и уверенно, но с той интонацией, которая не допускала возражений, — вы же сказали, что будете ждать у входа.       Он сделал шаг вперед, встав между девушками и молодыми людьми, как бы закрывая Джесс и Элиот от них. Незнакомец перевел взгляд с Элиот на Джесс, и когда Хорн поймала его взгляд, по ее спине побежали мурашки. Ей показалось, что она уже видела эти глаза, но не могла вспомнить где.       — Ты от Кристалл? — спросила Джесс, решив, что искал он их именно по просьбе Спаркл.       — Да, она ждет вас, — кивнул он, а затем повернулся к компании молодых людей, — извините, парни, девушки со мной, а вам уже пора.       С ними он разговаривал ощутимо холоднее, но все так же вежливо. Парень в пиджаке прищурился, оценивая молодого человека, затем криво усмехнулся и сделал шаг назад:       — Ладно, мы же не знали, что девчонки заняты, просто хотели познакомиться.       Он кивнул головой в сторону, будто дав своим друзьям команду к отступлению. Напоследок они смерили взглядом Джесс и Элиот и нехотя отошли. Когда расстояние стало безопасным, и те молодые люди уже не могли их услышать, молодой человек обернулся обратно к девушкам.       — Так где Кристалл? — спросила Джессика, вытягиваю шею и рассматривая вход в клуб.       — Понятия не имею, — ответил незнакомец.       Хорн это не понравилось, она снова почувствовала себя в западне, просто нападающий сменился.       — Ты же сказал, что знаешь Кристалл!       — Сказал, да. Потому что вас, малолеток, нужно было вытаскивать из ситуации, в которую вы по тупости могли попасть, — от былой сдержанности не осталось и следа, — вам вообще пора делать уроки и спать, а то школу завтра проспите.       Он уверенно взял Джесс и Элиот под руки и попытался увести подальше от клуба, но Хорн выдернула свою руку.       — Ты вообще что себе позволяешь?! — возмущенно сказала она, — какая я тебе малолетка, мне почти 18, понятно?       Молодой человек усмехнулся и, поправив очки, снисходительно посмотрел на Джессику:       — А вход в клуб с 21, так что твое «почти» тебе все равно не поможет.       Хорн задохнулась от возмущения и перевела взгляд на молчащую Элиот, требуя, чтобы она приструнила нахала так, как Джесс не умеет. Но к ее разочарованию, Монтгомери пожала плечами:       — На самом деле, нам и правда пора, — заметив, что Хорн ее слова не понравились, она добавила, — а что? Кристалл все равно не придет, а ночью на улице небезопасно.       — Мудрое решение, — кивнул ей молодой человек, он чуть смягчился, — помочь вам поймать такси?       — Нет! — возмутилась Джесс так громко, что парочка, стоящая неподалеку обернулась, — я пришла сюда веселиться, и я дождусь свою подругу и попаду в клуб, чего бы мне это не стоило!       Молодой человек устало вздохнул:       — Понятно. Просто, видимо, не будет…       С этими словами он снова схватил Хорн, но уже держал значительно крепче, чтобы она не вырвалась.       — Отпусти, кретин! — взвизгнула она, царапая его пальцы.       — Я помочь хочу, — зашипел он, чувствуя острые ногти Джесс.       Они остановились у автомобиля за углом клуба и молодой человек дернул рукой, чтобы немного встряхнуть Джессику и заставить замолчать. Хорн почувствовала, как от встряски у нее щелкнули зубы, и замолчала.       — Слушай внимательно, — Молодой человек наклонился ближе и заговорил спокойнее, проговаривая каждое слово, — вам обеим тут не место и ваши попытки повеселиться закончатся тем, что вас изнасилуют и продадут на органы. Так что закрой рот и смирись с тем, что сейчас вы поедете домой.       И Джесс, и Элиот от подобных прогнозов стало не по себе. Пока Хорн переваривала полученную информацию, Монтгомери решила вмешаться:       — Мы с тобой никуда не поедем, — с опаской проговорила она. Когда молодой человек открыл дверь машины, она наклонилась и тут же закрыла ее, а затем схватила Джессику, чтобы не дать ему посадить ее в машину, — где гарантия, что ты сейчас не своими планами с нами поделился?       — Нигде, — просто ответил он, — но если с теми парнями у клуба ты чувствуешь себя в большей безопасности, то прошу, они ждут.       Элиот задумалась, оценивая риски. Она снова смерила взглядом незнакомца: он вытащил их из опасной ситуации, но кто знает, что у него на уме. Денег на такси у нее не было, собственного транспорта тоже, а ждать, пока их заберет отец, придется долго, и за это время к ним снова может кто-то пристать.       — Ладно, — сдалась Монтгомери, — но ты поедешь по тем улицам, по которым я скажу, не будешь блокировать дверь, и еще мы выйдем обе, чтобы никому не пришлось оставаться с тобой наедине.       Молодой человек поднял ладони вверх и рассмеялся:       — Еще какие-то условия будут?       — Нет, но знай, мой отец работает в полиции и если что, он тебя найдет!       — Судя по тому, как вас сегодня охраняют, батя у тебя либо в отпуске, либо хреновый полицейский, — он открыл дверцу заднего сидения и жестом пригласил девушек садиться.       — Я сяду впереди, — сказала Элиот и, не дожидаясь. пока ей откроют нужную дверь, сама села в салон.       — А я повторяю еще раз для тупых, я никуда не поеду! — снова закричала Хорн, но молодой человек силой запихнул ее в машину и громко захлопнул дверь.       Элиот уже успела пристегнуть ремень безопасности и пыталась убедить Джесс, что возвращаться к клубу менее безопасно, но Хорн начала ругаться уже с ней. Когда же в машину сел молодой человек, Джессика снова переключилась на него:       — Вот нехрен же тебе делать, а? — Хорн была вся красная, — больше всех надо что ли?       — Когда-нибудь ты вырастешь, вспомнишь меня и скажешь спасибо за то, что я не прошел мимо, — отозвался он и, заведя мотор, тронулся с места.       — Боже, какое благородство! — саркастично ответила Джесс, — Эл, попроси отца вручить ему медаль. У меня были планы, а ты влез не в свое дело и все запорол!       Молодой человек ехидно ухмыльнулся и, поправив зеркало заднего вида так, чтобы в него было видно Джесс, спросил:       — А планы какие, случайно нее сиквел к «Little Horny Jess» снять?       Хорн не сразу поняла смысл вопроса, но когда до нее дошло, она ошарашенно выдохнула:       — Вот ты… сука!       Совсем не переживая, что это подвергнет их опасности, она размахнулась и ударила свой сумочкой молодого человека. На секунду он потерял управление, но почти сразу снова схватился за руль. Элиот попыталась успокоить подругу, но Джессика была невероятно зла, Монтгомери даже показалось, что от досады она вот-вот расплачется, незнакомец надавил на больное.       — Видимо после этой поездки в полицию придется идти мне, — поправив волосы сказал он.       — Удачи, — прошипела Джесс, — за такую херню не сажают.       — Нет, но административное наказание получить можно. Статья 39 или 5 — в зависимости от настроения судьи.       — Ты что, тоже коп? — скривилась Элиот, придирчиво оглядывая водителя.       — Хуже— усмехнулся он, — окончил юрфак в Оксфорде. Я адвокат.       — А… — протянула Элиот и прищурилась, — ребята с яркими белоснежными улыбками, готовые за деньги вытащить всяких отморозков из любой ямы? — Не дожидаясь ответа она добавила с явным презрением, — я вас просто обожаю!       — Знал, что дочка полицейского будет без ума, — отозвался молодой человек.       — Ну и что оксфордская элита забыла в модном клубе? — желчно спросила Джессика, — вечер встречи выпускников?       — Почти. Но вместо приятного вечера развожу двух героинь дешевого триллера по домам. Надеюсь, меня не потеряют.       Остаток пути Джесс еще перебрасывались с их спасителем колкими фразами, пока Элиот напряженно держалась за ручку двери и наблюдала за молодым человеком, готовая в любой момент дать отпор. Но он и не думал хитрить или отклоняться от того маршрута, который диктовала девушка. Но это не усыпило бдительности Монтгомери, которая всегда была настороже.       Молодой человек остановился у супермаркета за квартал от дома Элиот и торжественно произнес:       — Приехали, леди, — он посмотрел в сторону Монтгомери, — надеюсь вы больше никуда не сунетесь и мистер доблестный полицейский не будет вылавливать ваши тела из канавы.       Джесс не дослушала его витиеватую фразу и громко хлопнув дверью вышла на улицу, Элиот же скривилась от цинизма, которым были пропитаны слова молодого человека.       — Не будем, — почти сквозь зубы проговорила она, затем сделала над собой усилие и буркнула, — спасибо.       — Хорошего вечера, — он попрощался с ними, но в ответ девушки не пожелали ему того же.       Как только он уехал, Элиот вздохнула облегченно:       — Пойдем быстрее ко мне, я попрошу отца подбросить тебя до дома.       Джесс замахала руками, заставляя Монтгомери замолчать. Она оживленно рылась в своей сумочке, торопясь что-то найти. Вытащив из нее ручку, она схватила Элиот за руку и начала писать что-то на запястье.       — Эй, ты чего делаешь? — Элиот наклонилась, чтобы выяснить, что именно задумала Хорн.       — Ты должна пробить его по базе, — объяснила Джесс дописывая последнюю букву.       Прозвучало это максимально карикатурно, в духе какого-то голливудского боевика, и это заставило Монтгомери усмехнуться. Она наконец-то могла рассмотреть то, что написала ей Джессика, и поняла, что это автомобильный номер.       — Похоже настоящий маньяк тут ты, — ухмыльнулась Монтгомери, — если хотела узнать о нем побольше, надо было спрашивать, а не сумкой его избивать.       — Блин, Эл, ну пожалуйста. Твой отец работает в полиции, чего тебе стоит просто навести справки? — начала умолять ее Джессика.       — Вообще-то это не особо законно, — покачала головой Монтгомери.       — Тогда не говори мистеру Монтгомери, просто сама как-нибудь, аккуратненько…       — Джесс, у тебя все так просто, я не могу, — Элиот с улыбкой посмотрела на Джессику, — просто скажи, зачем? Он же вон, довез нас, даже правила не нарушал.       — Мне кажется, я его уже где-то видела, — честно призналась Джесс, — его глаза… они мне кого-то напоминают, и от этого мурашки. Вот и хотела узнать, кто он. На всякий случай.       Элиот вздохнула, снова посмотрела на номер на своем запястье и закрыла его рукавом куртки:       — Ладно, но эта история останется только между нами.