Hexenjagd

К низкому столику в гостиной Стив и Баки сдвигают два небольших диванчика и кресла по бокам. Их всего четверо, но мало ли кто захочет посидеть в одиночестве. Питер нарезает и раскладывает по тарелкам принесенные гостями закуски, а Тони выбирает алкоголь из своей обширной коллекции. Выбрав бутылку виски, открыть которую никак не было повода, Тони возвращается на кухню, чтобы взять бокалы и ведерко со льдом. Питер непонимающе поднимает свою аккуратную бровку, когда видит в руках Старка всего три бокала. — А ты еще не дорос, — смеется Тони, пунькая мальчишку в аккуратный носик. Питеру становится очень тепло на душе от вида такого счастливого мужчины, но он все равно хмурится и обиженно поджимает губки. — Я вообще-то совершеннолетний. Почему я не могу выпить с вами? — Да? — Тони изображает эмоцию искреннего удивления, — А я думал, ты только школу оканчиваешь. Хм, ну что же, мистер я-уже-взрослый, думаю, я могу угостить тебя своим дорогим, крепким алкоголем. И, не переставая посмеиваться, он все-таки берет четвертый бокал. Питер покачивает головой, заканчивая раскладывать что-то очень вкусное, колбасно-мясное по тарелке. Чуть позже Тони возвращается, чтобы помочь Питеру отнести тарелки с закусками. Парень с наслаждением приземляется на мягкий диван, тут же укладывая голову Старку на плечо. Мужчина ерошит мягкие кудряшки, смотря на парня c обожанием и любовью. Стиву и Баки даже становится немного неуютно, ведь никогда они не видели Тони таким влюбленным. — Кхм, — привлекает внимание всех Стив, когда их вечер вроде как начинается, — Может… ты хочешь рассказать нам побольше о своем ученике, Тони? Старк усмехается, непонимающе приподнимая бровь, пока щеки Питера медленно краснели. — Вы встречаетесь? — более понятно спрашивает Баки. — Пит? — Тони наклоняется к мальчишке, будто все зависит только от него. Питер краснеет еще сильнее. Он в порыве забирает свой стакан со стола и, сделав один большой обжигающий горло глоток, говорит, чуть не закашлявшись. — Да. — Это очень хорошие новости, правда, — искренне улыбается Роджерс, поднимая свой бокал вверх. Все остальные повторяют за ним, ударяя края своих бокалов друг об друга. Беседа постепенно становится все более оживленной по мере такого, как виски в бутылке становится все меньше и меньше. Тони мягко просит Питера остановиться после первого бокала, ведь алкоголь действительно был очень крепким, и нет ничего веселого в том, если мальчишка напьется очень быстро. Парень прислушивается к совету возлюбленного. Питер постепенно знакомится с Баки и Стивом ближе. Он узнает, что они - два ведьмака, состоящие в браке и воспитывающие очаровательную дочку по имени Пегги, которой скоро должно было исполниться семь. Питер умиляется этому факту, на секунду задумываясь, как бы он мог воспитывать детей вместе с Тони. Стоило этим мыслям появиться в кудрявой голове, как глаза мальчишки тут же расширились, ведь такие мысли для Питера были слишком непривычны. Он никогда не думал о семье и уж тем более о детях. Но сейчас, уместив голову на крепком плече, находясь в теплых объятиях он, честно был не против такого расклада. Семья с Тони казалась Питеру чем-то волшебным и очень счастливым. Может быть, это желание медленно становилось его новой мечтой? — Так Питер глава Паучьего Ковена по наследству? — удивился Стив, обобщая все, что только что рассказал Старк. — Да. И поэтому его обучение немного затруднено, потому что главы в Гримуаре открываются только со вступлением новых участников в Ковен, — Тони покачивает свой стакан в руках, свободную руку вновь запустив в питеровы кудряшки, — Да и найти хороших учителей по некоторым темам трудно. — Ты про травы и зелья? — спрашивает Баки, тут же усмехаясь, когда Старк строит свою фирменную рожицу. — Может, хочешь попробовать себя в роли учителя, Баки? — предлагает Тони с какой-то хитрой улыбочкой. Питер тут же навостряет ушки, совершенно не ожидая того, что даже на посиделках с друзьями Старка будет волновать его обучение. Баки жмет плечами, перебрасываясь со Стивом взглядами, понятными только им двоим. Роджерс ободрительно улыбается и совершенно незаметно накрывает его левую руку (ту, которая без перчатки), своей ладонью. — Если Питер не против, — парень тут же улыбается и кивает, говоря, что не имеет никаких возражений, — Думаю, и Стив не против показать ему пару защитных заклинаний. — И поговорить о том, как важно не потерять свой моральный компас, — смеется Тони. — Вообще-то это очень важно! — Стив отвечает другу такой же смеющейся улыбкой. — Спасибо, — вдруг осторожно говорит Питер, тут же привлекая к себе внимание остальных. — Всегда пожалуйста, — улыбается ему Баки. Это была первая его улыбка за этот вечер, — Зельеварению, конечно, можно поучиться и в городе, а вот травы… это нужно ехать за город. Хотя, скоро Летние Проводы, как их обычно зовет Наташа. Лучше дня для практики не найти. Все ведь в силе? Тони молча кивает. Питер поднимает на возлюбленного вопросительный взгляд, впервые слыша о чем-то, что называется «летние проводы». Старк целует мальчишку в лоб и обещает, что обязательно объяснит все позже. Питер слабенько кивает, забирая с тарелки последнюю дольку яблока. Разговоры плавно уходят от магической темы к обычной жизни. Стив и Баки очень много расспрашивают о Питере, очень удивляясь, узнав, что Паркер стажируется в СИ и является учеником Тони еще и в научной сфере. По большей части Питер только слушает, немного стесняясь говорить. Лишь к концу вечера стеснение более-менее проходит, и парень начинает болтать без умолку. Но его внутренняя батарейка довольно быстро садится, потому что время уже было позднее. Вечер заканчивается совсем незаметно.

***

— Так что такое Летние Проводы? — спрашивает Питер, уходя на кухню сразу же, как только прощание с Баки и Стивом заканчивается и двери лифта, в котором они уехали, закрываются. — В каждый сезон есть какой-нибудь… самый важный магический праздник, — отвечает Тони, делая пару пасов руками, чертя специальный рисунок, шифрующий определенное заклинание. Когда мужчина заканчивает, посуда сама отправляется в раковину, под струю воды и губку, а после по своим местам на полках и в шкафчиках. — Летом самым главным ритуальным праздником являются Летние Проводы или просто последний день лета. Корнями эта традиция уходит далеко в язычество, но все, что тебе нужно знать, это то, что обычно глава Ковена собирает последние летние травы, часть из которых уходит на запасы, а другая сжигается в ритуальном костре. У моего… окружения, — Тони тут же хмурится, потому что выбранное им слово ему не нравится, — У моих друзей Ковена нет, поэтому мы просто собираемся вместе, Баки обычно собирает травы, так как разбирается в этом лучше всех, а после мы разводим костер и просто хорошо проводим время. — Но теперь? Я видел, какими предвкушающими были взгляды Стива и Баки, — говорит Питер, наливая заварившийся отвар в чашку примерно до половины. Остальное он заполняет теплой водой. — Но теперь есть довольно именитый возрождающийся Ковен и каждый ритуальный праздник теперь имеет больше значения, чем простая посиделка с друзьями, — Тони благодарно принимает чашку с ароматным напитком, быстро чмокнув Питера в губы, — Потому что, видишь ли, когда такой праздник проходит по всем правилам, а в нашем случае не хватает только маленького главы, то каждый участник праздника после завершения ритуала получает прилив сил и энергии на некоторое время. Кто откажется стать сильнее? — Никто, — кивает Питер, садясь возлюбленному на колени, дожидаясь, пока он в спокойном темпе допьет свой чай. Попутно Тони закусывал печеньем, которое приготовил парень. Питер не заметил, чтобы Старк был любителем сладкого, но, видимо, это печенье действительно ему понравилось. — Тогда какой план? — спрашивает Питер, стирая крошки с уголка губ Тони, — Где вы обычно… празднуете? — В моем загородном доме. Думаю, он тебе понравится. Он стоит прямо у озера, а какой там воздух! — Тони мечтательно прикрывает глаза, — Как тебе идея уехать туда за неделю до начала Проводов? — А как же моя стажировка? Тони низко смеется, в очередной раз удивляясь тому, какое чудо ему досталось. Питер обижено поджимает губки, потому что не понимает, что именно вызвало такую бурную реакцию у Старка. — В загородном доме есть гаражная мастерская. Не такая большая, как здесь, но со всеми удобствами. Так что теоретически, твоя стажировка продолжится, просто под моим чутким присмотром, — Тони оставляет пустую чашку на столе, подхватывая Питера на руки, — Так что не волнуйся об этом. Питер уверенно кивает, поудобнее обхватывая Тони за плечи, чтобы в следующую секунду наклониться к его губам и вовлечь в долгий, чувственный поцелуй. Так заканчиваются их первые совместные выходные, полные радостных моментов.

***

Питер замирает напротив двери родной квартиры, не решаясь звонить в звонок. Круговорот событий утянул его с головой, и парень совершенно не заметил, как лето медленно подползало к своему завершению. За все эти три месяца он навещал Мэй всего два или три раза, в основном ограничиваясь телефонными звонками или сообщениями. Но теперь, когда недельная поездка за город стояла на пороге, Питер считал своим долгом сообщить об этом Мэй. Она была его самым родным и близким человеком, поэтому, конечно же, заслуживала знать то, что ее племянник уезжает на неделю. Ну, и конечно же, она заслуживала знать о том, что у Питера начались первые в жизни серьезные отношения. Вздохнув, Паркер поднимает руку и жмет на кнопочку звонка на каменной стене. Он тут же слышит, приглушенную трель звонка за дверью, и легкое копошение. В следующую секунду дверь открывается. Мэй смотрит на него с счастливой улыбкой и легким удивлением во взгляде. Питер неловко улыбается, приподнимая руку, чтобы показать пакет из любимой пекарни тети, где пекли ее любимый торт. — Ты бы хоть позвонил, — улыбается Мэй, пуская племянника внутрь, чтобы в следующую секунду, как только закроется дверь, заключить его в крепкие объятия, — Мне кажется, или ты прибавил еще пару сантиметров в росте? Похорошел. Питер смущенно улыбается, подхватывая смех тети. Та вскоре забирает у парня пакет со сладостями и дает спокойно раздеться. Питер снимает кроссовки и надолго замирает между своеобразной границей прихожей и гостиной. Как давно он не появлялся здесь. Питера тут же окутываются воспоминания, по ощущениям произошедшие, словно в другой жизни. В основном он вспоминает школьные годы. Теплые воспоминания придают этой квартирке еще больше уюта. После оклика Мэй Питер делает шаг вперед, сбрасывая с себя ностальгическую пелену. Мэй уже успела нарезать торт на ровные кусочки и поставить на стол чашки и чайник, в котором заваривался чай. Питер садится на свое привычное за столом место, тут же замечая конверт из крафтовой бумаги, перевязанный толстой ниткой. Мэй уже успела достать его со дна пакета и теперь заинтересованно поглядывала на племянника. Конечно, ей было любопытно. — Что это? — спрашивает Мэй, садясь напротив Питера. Не дожидаясь, пока заварится чай, она кладет кусочек торта себе на тарелку и съедает первую, небольшую порцию, которую отломила маленькой ложечкой. — Ох, это фотографии Мэри и Ричарда. Я подумал… нам будет интересно посмотреть на них вместе. Мэй несмело пододвигает к себе конверт, начиная развязывать узел, сплетенный из жесткой нитки. Она шуршит бумагой, пока Питер разливает чай по чашкам и пересаживается на соседний с тетей стул. Вскоре они вместе смотрят на самую первую фотографию, где запечатлены счастливые Мэри и Ричард на какой-то вечеринке. Питер предполагает, что это был один из праздников Ковена, из-за особой формы свеч, которые видит на столе перед ними. — О, а я помню эту фотографию, — говорит Мэй спустя два или три снимка, — Ее сделал Бен, когда мы пришли поздравить Ричарда и Мэри. На фотографии, которую описывала тетя, Мэри счастливо улыбалась, держа в руках маленький комочек пеленок, из которого выглядывало сонное личико маленького Питера. Парень тут же смущено покраснел, слегка отводя взгляд. Они неспешно рассматривают фотографии и едят торт. Мэй рассказывает немногочисленные истории, которые знала про родителей Питера. Парень искренне наслаждается спокойным, плавным голосом тети и любуется фотографиями, которые она медленно перелистывает. — А это наш старый дом, помнишь? — спрашивает Мэй, рассматривая фотографию, где Мэри и Ричард дурачатся в саду. Питер смутно узнает кусты шиповника, которые раньше выращивала Мэй. — Помню, — кивает Питер, — Ты делала великолепный чай с шиповником. Им пахло на весь дом, когда мы сушили листья. — Этому рецепту меня научила Мэри, — говорит Мэй с легкой, счастливой улыбкой, растянувшейся на губах, — Можно, я оставлю эту фотографию себе? Или они не твои? Откуда ты вообще их взял? — Конечно, забирай, — кивает Питер, немного замявшись с ответом на другие вопросы, — Их… мне кое-кто отдал… Мэй с хитрым прищуром смотрит на племянника, останавливая взгляд на двух бледнеющих алых пятнышках, выглядывающих из-под воротника явно новенькой кофты. Эта одежда, в которой сегодня пришел ее племянник, совершенно отличалась от той, которую он обычно носил. Да и выглядел Питер очень счастливо. Паркер еще никогда его таким не видела. Впрочем, Мэй решает не давить. Она откладывает свою фотографию в сторону от других, и с интересом рассматривает следующий снимок, на котором изображены все те же Мэри и Ричард в компании еще одной смутно знакомой ей пары. По интерьеру Мэй понимает, что это какая-то новогодняя вечеринка. — А это кто? — спрашивает она, указывая на незнакомую пару, — Этот мужчина… он выглядит смутно знакомым, знаешь… — О, это Говард и Мария Старк, — тут же отвечает Питер, замечая сильную эмоцию удивления на лице тети, — Как я понял, они были чуть ли не лучшими друзьями. — Удивительно… — вырывается у Мэй. Теперь она действительно узнает лицо Говарда, которое раньше часто мелькало в новостных сводках по телевизору и в газетах. — Почему? — теперь настала очередь Питера смотреть хитро и заинтересовано, ведь тетя даже не скрывала своего слишком сильного удивления. — Просто… — Мэй поджимает губы, — Ничего серьезного правда. Но насколько я знаю, твои родители работали в Оскорп, пока еще эта компания существовала. И, как я знаю, они так же хорошо знали Нормана Осборна и… разве Оскорп и Старк Индастриз не… враждовали? Питер серьезно задумывается, прежде чем произнести свои следующие слова: — Честно, не знаю. Я читал мамины записки и дневники Марии. Там не было ни слова про Оскорп. А вот про дружбу семей Старков и Паркеров было очень много. — Откуда ты мог взять дневники Марии, Пит? — с легким вздохом произносит Мэй, вновь наполняя свою чашку чаем. Это была последняя фотография. — Эти фотографии мне дал Тони Старк, — не очень громко признается Питер, — Он нашел их в вещах своей мамы, когда разбирал старый хлам. Мэй продолжает удивленно смотреть на племянника, ожидая от него продолжения этой истории. Она, конечно, знала о том, что Питер стажировался в СИ, но она сомневалась, что каждый стажер (еще даже не получивший официальную работу, на минуточку) может вот так свободно общаться с главой компании, чтобы брать у него фотографии и читать дневники его матери. — Мы… встречаемся, — еще тише произносит Питер, — Почти месяц. И на следующей неделе мы вместе уезжаем в его загородный дом вплоть до начала осени. Взгляд Мэй из дружелюбного тут же становится яростным. Она с громким стуком ставит кружку на стол и смотрит на сжавшегося племянника. — Питер Бенджамин Паркер! — ее грозный голос эхом разносится по квартире, — Ты это серьезно сейчас?! Ладно, ты вправе встречаться с кем хочешь, но вот так легко ехать с кем-то незнакомым загород?! Ты сошел с ума! Питер сжимается, но вдруг поднимает на Мэй решительный взгляд горящих карамельных глаз. — Я… не сошел с ума. Я доверяю Тони достаточно, чтобы ехать вместе с ним куда-то за город, — говорит спокойно, но достаточно решительно. Мэй даже теряется на пару секунд, впервые видя Питера таким. Она садится обратно на свой стул и вздыхает, понимая, что криками действительно ничего не добьется. — Я не отпущу тебя, пока не познакомлюсь с ним лично, — ставить ультиматум Мэй, но все равно видит легкое возмущение в глазах Питера, — Я все понимаю, ты взрослый мальчик, но… я ведь имею право знать твоих парней? Тем более в таких серьезных отношениях, — под конец она слегка смеется, показывая на шею. Питер тут же заливается очаровательным румянцем. Неужели тетя все это время видела его разукрашенную шею?! — Да, конечно, ты имеешь право знать, — кивнул Питер, — Я поэтому и пришел сегодня к тебе. Я поговорю с Тони, думаю, он согласится. Мэй кивает, успокаивающе поглаживая Питера по спутанным кудряшкам. Они вновь вместе просматривают особо понравившиеся фотографии, а после их разговор продолжается на совершенно другие темы. Питер с радостью рассказывает об успехах на стажировке и о делах Неда и ЭмДжей.

***

После той встречи с Мэй у Питера в душе поселилось легкое волнение. В тот день, только выйдя от тети, парень тут же набрал Тони, рассказав про ее ультиматум. Старк довольно спокойно выслушал Питера, почти сразу же соглашаясь. Он слышит, как дрожит голос мальчишки, поэтому пытается приободрить и успокоить Питера, но, видимо, его слова не оказали должно эффекта. Тони с радостью бы сейчас заключил Питера в объятия, но, к сожалению, не мог этого сделать из-за небольшой срочной командировки, куда уехал вчера вечером. Питер болтает с Тони почти всю дорогу до их с Мишель квартиры. К концу разговора он чувствует себя чуточку лучше, решая стараться не думать о предстоящей встрече двух дорогих ему людей. Просто он плохо представлял, что Мэй вот так вот сразу примет Старка, светская слава которого оставляла желать лучшего, с распростертыми объятиями. С таким легким волнением он живет до самой пятницы (а с Мэй он встречался вообще-то во вторник!). Сегодня как раз и был назначен этот знаменательный ужин. Конечно, Питер понимал, что Мэй не сможет ему как-либо запретить отправиться с Тони загород, но… Ее одобрение играло далеко не последнюю роль, и, если говорить честно, Питер очень расстроится, если она не одобрит Старка. Легкое волнение пожирало все силы и не оставляло место каким-либо другим эмоциям. Даже любимый тортик, найти который в кафетерии в довольно позднее для обеда время было большим счастьем, не доставлял никакого удовольствия. Питер уныло тычет вилкой съеденный на половину кусочек клубничного торта и вздыхает. — Ты сегодня какой-то грустный, — раздается мягкий голос Квентина над головой, а в следующую секунду ученый садится напротив Питера, — Опять Старк обидел? Как только к нему присоединяется Бек, Питер чувствует, как его окутывает странное спокойствие. Что-то буквально заставляет его смотреть в голубые, обеспокоенные глаза старшего. Словно… какое-то очень знакомое влияние. — Нет, конечно нет, — Питер отрицательно качает головой, отправляя в рот маленький кусочек торта. Его стажировка у Старка не была особым секретом, но Питер все равно старался не болтать об этом лишний раз. Бек был тем редким исключением, которому парень иногда рассказывал небольшие подробности, — С мистером Старком у меня все хорошо. Я… я волнуюсь кое о чем другом. О важной встрече. Неизвестно почему, но Квентин хмурится всего на секундочку. Он внимательно смотрит на Питера, а после вдруг мягко поглаживает его свободную руку, лежащую на столе. Первым порывом Питера было одернуть руку, но почему-то он этого не сделал. Эти голубые, словно стеклянные глаза, в которых нельзя было прочитать ни одной эмоции, действовали как своеобразный гипноз. — Думаю, все будет хорошо, Пит. Ты справишься. Питер слабо улыбается в ответ, с трудом опуская взгляд в тарелку, чтобы наколоть на вилку еще один кусочек торта. — Кстати, как твоя стажировка у Старка? Ты почти перестал появляться в нашей лаборатории, да и вообще… на рабочих этажах. Это самый нормальный, дружеский вопрос - мелькает в голове у Питера чужим голосом. Он хмурится, и именно эта заминка помогает ему поймать другую мысль: это очень странный вопрос. Зачем Квентину интересоваться подробностями стажировки Питера, если они довольно долго не общались? Да и вообще все поведение Бека какое-то странное. Искусственно дружелюбное, а оттого очень неискреннее. Глаза мальчишки вдруг расширяются, ведь он резко осознает, что это за странное спокойствие, окутывающее его каждый раз, когда он общался с Квентином. Это было влияние другого мага! В данном случае, скорее всего ведьмака. Быстро Питер пытается вспомнить список всех магов, работающих в Башне, который Тони дал ему еще в самом начале обучения. Имени Квентина там не было. Это не могло не настораживать. Зачем он скрывался ото всех? Питер поднимает осторожный взгляд на Бека, пытаясь сделать вид, что он все еще ничего не знает. Внутреннее чутье громко орет в голове о том, что Квентин ни за что на свете не должен узнать о том, что Питер его раскусил. Парень слабо, немного глупо улыбается, продолжая смотреть магу в глаза, чтобы не вызвать лишних подозрений. Теперь держать зрительный контакт очень сложно, ведь Питер замечает, какие у Квентина на самом деле пустые глаза. В них нет эмоций. Они совершенно пустые, как и его голос, как и его выражение лица. Он весь какой-то фальшивый, наполненный только искусственным сожалением и такой же неискренней добротой. — Да все нормально, — расплывчато отвечает Питер своим обычным голосом, — Мистер Старк доверил мне несколько своих проектов, над которыми я сейчас работаю. Питер довольно резко закрывает рот. Он совсем не хотел говорить о тех проектах, которые ему доверил Тони. Это… это тоже влияние Квентина? Но как он заставил парня говорить то, что ему нужно? Если честно, Питер даже не почувствовал чужой магии. От этого вмиг ставшего неприятным диалога его спасает родная, сильная рука, легшая на плечо. — Боюсь, это производственная тайна, господин Квентин, — с дежурной улыбкой говорит Тони, — Узнаете на презентации, когда они будут полностью готовы. А теперь я бы хотел забрать своего стажера. — Конечно, мистер Старк, — так же улыбается Бек. Он наконец-то отпускает руку Питера, и, помахав тому на прощание, уходит. Паркер вновь чувствует, как его начинает грызть легкое волнение. Что же, это лучше, чем то искусственное спокойствие, которое зачем-то наслал на него Бек. — Вы вовремя, — облегчено улыбается Питер, пока Старк допивает остатки кофе из его стаканчика. На людях (особенно в компании) он все еще обращался к Тони на «вы». — Не нравится мне этот Бек, — говорит Тони, не сводя хмурого взгляда с уходящего сотрудника ровно до того момента, пока его силуэт не исчезает за поворотом. Питер встает со своего места, выбрасывая пустую коробочку и стаканчик из-под кофе в мусорку. Он слабо кивает Старку и сдерживает себя, чтобы не поцеловать любимые губы на глазах нескольких десятков сотрудников. — Волнуешься? — спрашивает Тони, ведя парня к выходу. — Очень сильно. Вы не представляете, как может быть страшна Мэй в гневе, — отвечает Питер, не отказывая себе в том, чтобы поближе прижаться к Старку, крепко обнимающему его за плечи. Мимо проходящие сотрудники смотрят на них как-то странно и хитро, но именно сейчас Питеру глубоко насрать на это. Пусть думают, что хотят. Волнение вдруг притупляется, а по телу разливается тепло. Тони делится с ним своей уверенностью, и это куда лучше искусственной тишины Бека, которую он пытался подселить парню в душу. На самом деле вопрос о Квентине стоило бы обсудить, но Питер не хотел портить такой день. Успеется. — Все будет хорошо, Пит. Я буду стараться изо всех сил, чтобы понравиться твоей тете. Они только что зашли в лифт для руководства, поэтому Питер, не стесняясь, тут же припадает к любимым губам, успев шепнуть быстрое, искреннее «спасибо». Тони крепко обнимает мальчишку за талию, с радостью забирая предоставленную инициативу. Они не виделись с понедельника, поэтому успели безумно соскучиться друг по другу. Сейчас для них не было ничего важнее этих долгих, чувственных поцелуев, от которых подкашиваются колени. Желая найти дополнительную опору, Питер крепче обнимает Тони за плечи. В следующую секунду Старк сильно кусает нижнюю губу мальчишки, отчего из его груди вырывается звонкий стон. Нехотя им приходится остановиться и отстранится друг от друга, ведь внизу живота уже начало скапливаться тягучее тепло и волнение. — Уже собрал вещи? — спрашивает Тони, любуясь покрасневшим, тяжело дышащим мальчишкой. Он не сдерживается, осторожно проводя большим пальцем по припухшей нижней губе Питера. — Д-да, — кивает Паркер, — Только сумку все равно надо забрать. — Конечно. У нас есть время, перед ужином с твоей тетей. Они уже почти были готовы начать еще один поцелуй, как лифт остановился, а его двери плавно разъехались, выпуская Питера и Тони на парковку. Парень бросил на возлюбленного какой-то странный взгляд и, быстро чмокнув в губы, направился к машине. Он постепенно начинал привыкать к тому, что переднее пассажирское место - всегда для него. Ну, за исключением тех случаев, когда за рулем водитель, а не Старк. До квартиры Питера они доезжают без каких-либо происшествий, успев обсудить, какой лучше десерт купить к чаю. Выбор падает на пирожные или торт из любимой пекарни Мэй. Машина тормозит у подъезда, Тони вбивает в навигатор место их следующей остановки, а Питер отстегивает ремень безопасности. — Я быстро, — говорит Питер, чмокая Старка в щеку. — Я хочу с тобой! — тут же говорит Тони, отстегивая свой ремень следом. Питер смотрит на мужчину с легким недоумением, вызывая у Старка искреннюю улыбку, — Мне интересно посмотреть на квартиру, в которой ты живешь. Питер, почему-то, не совсем верит этим словам. Старк начал уговаривать его переехать в Башню где-то полторы недели назад, главным аргументом называя то, что Питеру очень неудобно постоянно кататься туда-сюда. И, в принципе, Паркер был согласен со своим возлюбленным, но… Но он не мог просто взять, и бросить Мишель, которая в одиночку точно не потянет аренду столь… дорогой для студентов квартиры. А просить ее искать новое съемное жилье просто потому, что ему самому хочется переехать к своему парню-миллиардеру, было как-то некрасиво. — Ну… хорошо, — все-таки соглашается Питер, — Но мы все равно ненадолго. Я только заберу сумку и, может быть, немного поговорю с ЭмДжей, если она дома. Тони, с видом крайне довольного пса, следует за Питером, вызывая легкое удивление со стороны прохожих. Ну да, такие знаменитости для их райончика были редкостью. Питер ведет их на второй этаж, и, почувствовав у двери запах духов Мишель, жмет на звонок. Через пару секунд дверь действительно открывается. Мишель даже не меняет выражение лица, когда видит на пороге дома своего друга и его парня-знаменитость. Питер немного спешно здоровается с ЭмДжей и убегает в свою комнату, пока Тони с интересом смотрит по сторонам, не забыв поздороваться с Мишель. Девушка продолжает хмуро смотреть на Старка, сложив руки на груди. — Говорите сразу начистоту, — говорит она. Тони вздыхает, удивляясь тому, насколько проницательной была эта девчонка. — Если я куплю тебе собственное жилье, любое, какое ты захочешь, ты не будешь против, если Питер съедет? Я так же оплачу аренду на все то время, пока ты будешь искать квартиру и пока будет происходить ее покупка. Переезд и услуги дизайнера тоже на мне. И вновь Мишель не показывает удивления, искорки которого можно увидеть на дне ее строгих, задумчивых глаз. Про себя ЭмДжей удивляется тому, какой Старк понимающий ухажер, раз готов тратить деньги на друзей своего парня. Вряд ли бы многие стали думать о причинах, по которым их пара отказывает им в начале совместной жизни. Вслух, она, конечно же, ничего из этого не говорит. — В принципе, я не против, — отвечает Мишель, — Но не думайте, что я продаю своего друга. Я соглашаюсь только потому, что вижу, как сильно Питер любит вас, и как вы любите его. Мало кто будет думать о друзьях своего парня или девушки, знаете ли. — Спасибо. Тогда свяжись со мной, как только найдешь подходящий вариант, — с улыбкой довольного кота Старк отдает ЭмДжей свою визитку, которую та тут же прячет в карман. В следующую секунду со второго этажа спускается Питер, с довольно большой сумкой в руках. Раз они уезжают на неделю, значит, и вещей ему понадобится много. — Не нравятся мне ваши хитрые лица, — вздыхает он, спокойно отдавая сумку Тони, который только рад был помочь своему сокровищу. В следующую секунду Паркер уже тянет мужчину к выходу. — Но я хотел посмотреть твою комнату! — возмущается Тони, просящим взглядом смотря на мальчишку. Тот, к сожалению, останется непреклонен к грустному взгляду голубых глаз. — Прости, но мы торопимся, — Питер оборачивается к ЭмДжей, — Я обязательно отпишусь тебе вечером. — Удачи, — Мишель слабо улыбается парочке, решая, что вместо того, чтобы вспоминать университетскую программу этим вечером, займется поисками подходящей квартиры.

***

Из квартиры Мэй доносится приятный аромат специй. Волнение, грызущее его уже несколько дней, вновь становится сильнее. Питер вновь заносит руку над дверным звонком и останавливается, не находя в себе сил надавить на простую черную кнопочку. Мозолистые пальцы вдруг мягко скользят по запястью, сжимая ладонь Питера в своей руке. Парень прикрывает глаза, чувствуя безоговорочную поддержку. В следующую секунду Тони, продолжая держать руку Питера в своей, жмет вместе с ним на дверной звонок. — Я рядом, — шепчет он на ухо Питеру, оставляя быстрый поцелуй в шею. Мальчишка отвечает ему легкой, счастливой улыбкой. Они размыкают руки, и ровно в этот момент дверь открывается, являя их взору нарядную, но немного хмурую Мэй с выражением напускной строгости на лице. — Питер, — мягко отвечает она на объятия племянника. Парень проходит вглубь прихожей, с легким волнением ожидая, что случится дальше. На лице Старка зависла эмоция искреннего удивления, ведь эта женщина, открывшая им дверь, никак не может быть чей-то тетей! Мэй словно читает отражающиеся на лице миллиардера эмоции, поэтому слабо улыбается, ведь ей не мог не нравится такой комплимент. — Рад наконец-то познакомиться с вами, — говорит Тони, когда молчание затягивается. Он протягивает Мэй пакет с логотипом пекарни, который та довольно охотно принимает, — Питер очень много рассказывал о своей… тете. Мэй довольно усмехается, наконец-то пропуская Старка в дом. Она проходит мимо Питера, чтобы отнести десерты на кухню, попутно бросая племяннику какой-то странный, хитрый взгляд. Питер поворачивается к Тони. Вздохнув, он берет мужчину за руку и ведет на небольшую кухню. Тони с интересом осматривает и так небольшую квартирку, которая была еще меньше, чем та, в которой Питер жил сейчас. Смотря на интерьер, действительно складывалось ощущение, что здесь живут счастливые люди. Старк вспоминает свои апартаменты, понимая, что они довольно холодные и пустые, а здесь, переступая порог, тебя словно с ног до головы окутывают ощущения тепла и уюта. И Тони очень нравится эта домашняя атмосфера. Кухонный стол уже был накрыт: Мэй достала старую, но довольно хорошую скатерть, которую использовала только по особенным случаям. Посреди стола стояло большое блюдо с индейкой, а по краям были разложены тарелки, бокалы и столовые приборы, к которым Мэй вскоре добавила пузатые бокалы для вина, увидев, что вместе с коробкой ее любимого торта в пакете был спрятан еще один - с бутылкой красного вина внутри. Мэй ненадолго замирает, рассматривая этикетку на незнакомом языке, откуда ей был понятен только год выдержки. И даже по этой довольно пугающей циферке она могла понять, что это был очень дорогой алкоголь. — Прошу, не обращайте на это внимания, — говорит Старк, когда замечает, как долго она смотрит на бутылку, — Я искренне хотел принести достойный подарок к этому ужину. Мэй вежливо улыбается, думая о том, что у богачей действительно сильно разнится понятие достойного подарка. Она достает из ящика под плитой штопор, и вместе с бутылкой отдает его Старку. Тот открывает бутылку и разливает вино по бокалам. Все садятся за стол, и семейный ужин официально начинается. — Итак, я бы хотела… услышать вашу историю, — говорит Мэй, делая пару маленьких глотков вина, понимая, что такого алкоголя она еще никогда не пробовала, — Как же так получилось? Питер слегка краснеет под этим уверенным, хитрым взглядом тети. Они как-то не обсуждали «историю своего знакомства», поэтому теперь парень даже не знал, что сказать. Его выручает Тони, заменив тарелку парня на свою, в которой уже успел нарезать мясо ровными, небольшими кусочками. Питер удивленно посмотрел на счастливого мужчину, слабо ему улыбнувшись. Такая забота парню была очень приятна. И, конечно, все это не укрылось от глаз Мэй. — Я лично проводил интервью для будущих стажеров, — начинает он своим обычным голосом, которым ведет презентации с большой сцены, — Думаю, это была любовь с первого взгляда, потому что Питер сразу же привлек мое внимание, как только переступил порог кабинета. А потом меня поразил еще и его гениальный ум. Мне тогда показалось, и до сих пор кажется, что нет человека идеальнее. На губах Питера расплывается счастливая, ностальгическая улыбка. Он накрывает руку Тони своей под столом, и дополняет его рассказ: — Я зашел туда самым последним, но… мы проговорили еще целый час после моей презентации, обсуждая различные проекты Тони. Я нашел ошибку в его чертежах. — И я окончательно пропал, — ответил Тони с влюбленной улыбкой, не сводя своего теплого взгляда с мальчишки. — А потом? — спросила Мэй, с неким счастьем наблюдая за племянником. — А потом мы постоянно сталкивались в коридорах компании, — продолжил Тони, — Я встречал Питера даже в те дни, когда заглядывал в СИ всего на пару минут, чтобы подписать нужные документы. Чуть позже я позвал Питера на конференцию, а после… все само завертелось. — О, это уж точно, — кивает Питер. Сейчас, вспоминая эти события, ему почему-то казалось, что все они словно произошли в прошлой жизни. Мэй довольно улыбается и кивает. Большая часть волнения исчезает из ее души, ведь она видит, что Питера в этих отношениях действительно любят. Она не могла не радоваться, ведь ее племяннику действительно повезло найти состоявшегося, понимающего и поддерживающего мужчину. Просто мечта, что еще тут сказать. Общее напряжение постепенно исчезает, разговор становится более оживленным и спокойным. Они разговаривают обо всем на свете: о стажировке Питера, о планах на будущее, о каких-то забавных историях из детства. — А вы знали, что ваши родители знакомы с родителями Питера? — спрашивает Мэй, когда разговор доходит до темы детства и семьи. Лицо Старка на секунды становится нечитаемым. Взгляд голубых глаз становится тяжелым, и Тони чуть крепче сжимает руку возлюбленного. Такая реакция Питеру была непонятна, но он еще давно заметил, что о родителях (и своих, и Питера) Старк вспоминает как-то нехотя. — В детстве и… молодости я хорошо знал Мэри и Ричарда. Но когда мы с Питером познакомились я даже и не подумал, что общаюсь с их сыном. Эта тема всплыла совершенно случайно, но этот факт лишь подтверждает, что мы друг другу предначертаны. Питер тут смущенно краснеет, а его сердце в очередной раз за этот вечер пропускает удар. Мэй довольно улыбается, видя такую яркую реакцию племянника. Вскоре она встает из-за стола и отворачивается, чтобы нарезать торт и заварить чай, так как настало время десерта. Питер тут же смотрит на Старка смущенно-возмущенным взглядом. — Ты… ты решил превратить меня во влюбленную лужу сегодня? — возмущенно шипит он, пока Тони осыпает мальчишеское лицо поцелуями. — Конечно, нет. Я просто люблю говорить о своей любви к тебе, — влюбленно отвечает мужчина. Питер чувствует, как постепенно отключаются его мозги. Это все действительно было чем-то волшебным. Ему так нравилось слушать бархатный, с легкой хрипотцой голос Тони, буквально поющий ему хвалебные оды. — Я люблю тебя, — срывается с мальчишеских губ, совершенно неожиданно. Он тоже хочет петь оды своему возлюбленному, но сегодня было сказано достаточно красивых слов. Поэтому в ход пошла тяжелая любовная артиллерия. Кажется, они еще ни разу не признавались друг другу. Старк замирает на пару секундочек. Он внимательно смотрит на смущенное мальчишеское лицо, в его горящие счастьем карие глаза. На губах расползается легкая улыбка. Тони приближается к губам парня, чтобы негромко прошептать: — Я тебя тоже, малыш. Питер никогда бы не подумал, что его первое признание будет очень тихим, произнесенным за спиной нарезающей торт тети. Это было очень неожиданно, тепло и по-своему романтично. Мальчишка улыбается от этих мыслей, и уверенно стирает оставшиеся между ним и Тони миллиметры, целомудренно целуя в губы. Их поцелуй недолгий, но очень чувственный. Оба мысленно считают секунды и отстраняются тогда, когда не проходит и минуты. А в следующие мгновения к ним поворачивается Мэй, держа тарелку с нарезанным тортом в руках. Она, конечно же, подмечает шальной вид племянника и довольное лицо Старка, но решает ничего не говорить, считая, что незачем совать свой нос в чужие отношения. Весь оставшийся вечер Тони и Питер не размыкают сцепленных под столом рук.