Переворот мира – К чёрту преграды!

      Лань Ху и Юй Шу встретились через пару дней, после того, как семьи девушек уже покинули столицу (а сама Дэйю ещё и выслушала истерику любимой тётушки, которая не хотела оставлять её одну). Обладательница фиолетовых глаз сразу же накинулась на подругу с вопросами об А–Чэне, которого уже давно было не видно. — Канон свершился на моих глазах… — Только и ответила ей Лань Ху.       Юй Шу с печальным вздохом осела на землю, склонив голову. Она, естественно, знала, что это случится. И знала, что будет дальше: Хуа Чэн станет маленьким огоньком, который последует за Се Лянем, а потом обретёт человеческую форму и отправится на гору Тунлу.       Но сколько же ему придётся вынести… Юу Шу не могла не переживать по этому поводу. Он, в конце концов, её младший брат! Пусть и не кровный, на это ей было по барабану. — И чего ты голову повесила? Всё нормально с ним будет, — Закатила глаза Лань Ху, — Харе фигнёй страдать. — Заткнись и дай пострадать, — Послышалось ей в ответ.       Лань Ху фыркнула, а потом заметила, что в храме напротив люди обречённо молятся Се Ляню, ещё надеясь на его помощь. Они ведь не знали, что сейчас принца увели из столицы Му Цин и Фэн Синь, захватив с собой императора и императрицу. Краем глаза девушка отметила, что к храму приближается озлобленная толпа с факелами. Сразу поняв, что сейчас может произойти, и увидев, что в храме были дети, в её голове что–то щёлкнуло. — Я сейчас приду, а ты прекращай хныкать, — Бросила она подруге и двинулась к храму.       Надо было вывести этих надеющихся на помощь Се Ляня людей, пока их не сожгли. Где–то на подкорке сознания мелькнуло воспоминание о словах тётушки про сон о её смерти, но Лань Ху не обратила на него внимание. — Уходите отсюда, пока вас не убили! — Крикнула она людям, зайдя в храм.       Многие сразу же ей поверили и смылись, но другие внезапно обрели смелость и самоотверженность (скорее, идиотизм, как заключила потом Лань Ху), и решили несмотря ни на что остаться внутри храма. Закатив глаза на подобное безрассудство, девушка силой заставила выйти из храма детей.       Заметив одного ребёнка в самой глубине храма, девушка подбежала к нему, когда резко храм вспыхнул, словно спичка. Всё загоралось слишком быстро, Лань Ху внезапно отчётливо вспомнила и про слова тётушки, и про свою смерть в другой жизни. Выкинув ребёнка на улицу, она уже собиралась выбраться сама, как на её голову обрушился вовсю горящий потолок.       Она потеряла сознание сразу же, и огонь захватил её тело. Последней мыслью в её голове перед обрушением было: «Вот так и помогай людям». Она не видела, как резко поднялась на ноги Юй Синьхуа и побежала к храму, но даже внутрь не смогла зайти — её остановили, чтобы умалишённая не сгорела. Она не услышала, как Юй Шу горько закричала: «НЕТ!». И она не смогла ей сказать «Не реви!», когда девушка упала на колени, рыдая и чувствуя, как внутри разорвалась последняя нить.       Юй Шу не знала сколько сидела на земле перед храмом и со слезами смотрела на огонь, который своими тёплыми лепестками обволок стены некогда красивого храма Наследного принца Сяньлэ. Вокруг были слышны крики, бегали люди, кто–то яростно кричал, а кто–то восхвалял данное действие. — Это несправедливо… — Прошептала девушка одними губами, наконец, поднимаясь на ноги.       Ветер всё сильнее разгонял огонь, неся на своих крыльях пепел. Те, кто был в храме, стали лишь пылью, маленькими тёмными песчинками, которые разлетелись по всему миру. — Это несправедливо! — Крикнула Юй Шу, чувствуя как внутри разрывается сердце, — Там же были люди! Живые люди, как вы могли?!       Её крик наконец достиг ушей других людей и некоторые повернулись к ней с горящими от ярости глазами. — Те, кто были там, были за Духа поветрия! — Закричал кто–то из разъярённой толпы. — Да вы совсем с ума разом посходили?! Что, горе вам глаза затмило, или вы просто все сразу зрения лишились?! — Разозлилась Юй Шу, — Принц сражался за вас, за вашу идею! Это вы не хотели делить территорию с людьми из Юнъани! Вы просили его о помощи, потом отвернулись, а сейчас сжигаете его храмы, в которых были люди?! Да вы просто чудовища! Хуже Демонов!       Её крики и слова разносил ветер. Казалось, все вокруг замолчали, и только голос девушки был слышен. Все разом обезумели ещё сильнее, как только поняли смысл её слов. Когда вся эта толпа бросилась на девушку, чтобы разорвать её на части, та только обречённо смотрела на них.       И испытывала она совсем не страх. Ей было их безмерно жаль.       Пойдя по пути ярости, они перестали быть теми, кем были. Убив стольких невинных в храме, они уже сами перестали быть людьми. Юй Синьхуа могла понять тех, кто убивал на поле битвы, но такие убийства она ненавидела.       Когда её окружили, она поняла, что сейчас её забьют до смерти, но даже не двигалась. Девушка не видела смысла уже им доказывать, кричать о несправедливости. Она только мысленно корила тех, кто отвечает за судьбу (если такие существуют). — А–Ху… А–Чэн… — Прошептала девушка, чувствуя, как по щеке скатывается горькая слеза.       Морально подготовившись к физической боли, она открыла глаза, чтобы увидеть, что вся толпа, которая только что хотела на неё наброситься, отошла на пару шагов назад и смотрела круглыми глазами на неё. Юй Шу нахмурилась, не понимая из–за чего те вдруг передумали устраивать над ней самосуд, как услышала оглушительный гром.       Подняв голову вверх, она увидела как прямо над ней собирается грозная туча, в которой искрили белоснежным светом молнии. — Небесная кара… — Успела прошептать Юй Шу перед тем, как самая мощная молния ударила прямо в неё.       Когда она вспоминала собственное вознесение, то не могла не удивиться. Она думала, что это будет больно и неприятно, но девушка вообще не почувствовала хоть что–то. Она только успела отчётливо ощутить, как ноги перестали касаться земли, а яркий белый свет ослепил глаза, унося её вверх.       К Небесам.       Люди внизу изумлённо смотрели ей вслед. Некоторые из них не видели вознесение принца, ведь оно случилось ночью, когда он сам и вся столица спали, а теперь они могли видеть воочию Небесную кару, которая забрала на Небеса девушку, становившуюся в этот момент Богиней.       Они ещё не знали, Богиней чего именно станет Юй Синьхуа, но когда узнают, некоторые из них лишь хмыкнут и ответят: «Не удивительно», а другие же будут в ужасе ждать посмертного суда.       Почувствовав под ногами твёрдую почву, девушка, наконец, разлепила глаза, которые успела зажмурить. По сравнению с Сяньлэ в Небесной столице было… тише. Здесь тоже бегали и кричали люди, но не от страха, а, скорее, от предвкушения и удивления. Как потом узнает Юй Шу, её вознесения не выдержал колокол и упал прямо на Генерала Мингуана, который от такого поворота событий сначала офигел знатнейше, а потом долго и настолько красочно выражал свое мнение по этому поводу, что некоторые небесные чиновники даже записывать начали.       Встав на ноги, Юй Шу оглядела толпу, и отчего–то некоторые из них начали отводить глаза. Потом она поймёт, что именно их так смутило. Они видели всё, что происходило в Сяньлэ, и знали, что именно она говорила. Заметили, как твёрдо она отстаивала собственное мнение и доброе имя Се Ляня.       И теперь эти фиолетовые глаза смотрели прямо на них, словно бросая вызов, который никто из них не был готов принять. — Добро пожаловать, — Прозвучал голос, и Юй Шу повернулась к женщине со свитком в руках, — Меня зовут Линвэнь. — Совершенная Владыка Линвэнь? — Переспросила дева Юй. — Именно, — Кивнула заведующая бюрократическими делами и канцелярией на Небесах, — А вы — Совершенная Владыка Юй Синьхуа, Богиня Судьбы и Правосудия. — Чего? — Только и смогла выдавить из себя девушка, начиная осознавать тот факт, что она всё–таки смогла вознестись, и какой именно у неё титул.       На полное осознание ей понадобилось несколько дней, в течение которых в Сяньлэ продолжал властвовать Ад. Горели храмы, умирали люди, воры грабили дома богатых господ. И никто на Небесах и не думал помочь принцу.       Юй Шу бы помогла, если бы её саму не накрыла депрессия. На её глазах умерла её лучшая подруга, её названная сестра. Лань Ху сгорела заживо. Умер и Хуа Чэн, но на его счёт она не волновалась, твёрдо зная, что в определённый день он восстанет и тогда плохо станет уже Небесам. А вот Лань Ху… Единственное, на что надеялась Юй Шу — это на то, что в царстве мёртвых её подругу не выдержат и выпернут обратно, и та станет Демоном, как она того и хотела.       А пока она сидела во дворце, который ей практически впихнули в руки, и смотрела на добрый миллион свитков, лежавших на полочках. Вообще–то ещё никогда не было Богини Судьбы и Правосудия, но свитки, в которых были написаны судьбы людей, откуда–то взялись сами по себе. Юй Шу поднялась из–за своего стола и прошлась мимо полок. Случайно она задела рукавом один из свитков, который сразу же упал на пол и начал катиться, разворачиваясь. Девушка медленно и безразлично смотрела на то, как он разворачивается, как вдруг её глаза зацепились за имя, написанное в самом начале свитка:

Ци Жун.

      И вот здесь она вдруг вздрогнула и резко наклонилась вниз, поднимая свиток. Её глаза быстро бегали по строчкам, когда она внимательно читала жизнь, которую двоюродный брат Се Ляня уже прожил и что его ожидает дальше. Из канона она знала его судьбу, но была крайне удивлена и обрадована, когда подтвердилась её догадка.

Будущее неопределённо.

      У Ци Жуна было ещё много вариантов, как прожить свою жизнь дальше, и описанный в новелле был самым вероятным. Юй Шу дочитала весь список, а потом вернулась в начало и заметила одну интересную деталь.       Её собственное имя. — Охренеть, — Вырвалось у неё случайно.       Девушка откинула свиток и бросилась вон из своего дворца, а потом сразу же вниз, в Поднебесную. Буквально через пару секунд произойдёт судьбоносное событие — смерть князя Сяоцзиня. И, если позволить ему умереть, он станет Демоном ранга Свирепый и никогда не будет счастлив. Никогда не получит то, о чём мечтал. Никогда не помирится с братом, которого на самом деле любил.       И Юй Шу нашла лазейку, возможность, чтобы это предотвратить. Наверное, это будет единственный раз, когда ей будет разрешено показаться людям, как Небожителю. Потому что это описано в свитке судьбы! И пусть только кто–нибудь попробует ей что–то сказать по этому поводу!       Она приземлилась прямо на улице, где Ци Жуна десяток человек загоняли в охваченный огнём дом, горя желанием причинить члену императорской семьи боль. Взяв в руки приличных размеров и веса палку, девушка приложила все свои возможные силы и кинула её прямо в толпу с криком: — Отошли немедленно!       Удивлённые люди замерли, чтобы посмотреть на неё, и ей хватило этого мгновения, чтобы подбежать к Ци Жуну, схватить его за шиворот и вернуться обратно на Небеса. — Владыка Синьхуа! — Сразу же услышала она голос Линвэнь, — Вас просит явиться к себе Император. — Зашибись, быстро же он, — Буркнула Юй Шу, а Ци Жун ошарашенно моргал, глядя на Небесную столицу, — Ишь, шустрый какой дедуля…       Она недолго доказывала Императору почему и зачем забрала Ци Жуна. Услышав про свиток и увидев горящие глаза девушки, Цзюнь У решил не спорить (и правильно сделал, ибо велика вероятность получить этим самым свитком по шапке в первую же встречу). Не выгонять же парня, которого богиня выбрала себе в помощники?       А этот помощник приходил в себя ещё час, но когда пришёл, Юй Шу самой захотелось вернуть его обратно. Поток его ругательств она оборвала лаконичным: — Жить хочешь? — Хочу. — Вот и закрой рот. — Но… — Ци Жун, замолчи! У меня и так из–за всего голова болит. Поверь, то, что ты здесь — это лучшее, что могло тебя ожидать. Если хочешь, сам свиток с собственной судьбой почитай, вон он, на полу валяется.       Ци Жун действительно прочитал свиток, пока Юй Шу заваривала себе чай, мучаясь от головной боли. И после этого несостоявшийся Демон замолчал на несколько дней, обдумывая всю свою жизнь.       А ещё через месяц он сменил зелёное ханьфу на светло–голубое, которое подготовила для него Богиня, и Юй Шу впервые увидела искреннюю, пусть и грустную, улыбку на его лице и слёзы в уголках глаз, когда он думал о судьбе старшего брата. В тот момент они сели рядом и долго молчали, вспоминая своё прошлое и тех, кого больше не было рядом.       Небесная столица приходила в себя после всех событий, когда Се Лянь вознёсся во второй раз. Юй Шу и Ци Жун (потому что Ци Жун не мог не прибежать посмотреть на своего брата) услышали его разговор с Цзюнь У, и, когда Се Лянь получил две канги и собирался исчезнуть, Ци Жун не сдержался: — Лянь–гэ, ты идиот?! На кой хрен оно тебе надо?!       С удивлением принц посмотрел на младшего брата, а потом на его лице появилась добрая улыбка, и раздался ласковый голос: — Я рад, что ты в порядке, А–Жун. Прости, что не был лучшим братом. И спасибо вам, дева Юй, я знал, что вы вознесётесь. — До встречи, Ваше Высочество, — Только и ответила с улыбкой Юй Синьхуа, после чего Бог Войны в Короне из Цветов был изгнан с Небес во второй раз.       А Цзюнь У с подозрением посмотрел на Богиню Судьбы, на что та, взяв своего помощника за локоть, убралась оттуда подальше, не желая больше попадаться Императору на глаза, ибо меньше знать будет, то крепче спать будет. К тому же, она ему не доверяла, так как даже не начала поиск свитка с его судьбой, а канон она помнила, как Отче наш.       И вроде бы снова всё стало тихо и более–менее спокойно, как через ещё один месяц открылась гора Тунлу, и небесные чиновники опять офигели от жизни.