Близкие

Винни вздыхает. Он сидит на кровати и в одной руке держит резиновый хуй, а во второй смазку, и чувствует себя при этом как какой-то ну очень странный правитель очень специфической страны. Поймав себя на этой ассоциации, он морщится и аккуратно складывает эротический инвентарь рядом с собой – мыть елду лишний раз не хотелось бы. Однако с пустыми руками ожидать виновника торжества становится совсем скучно, и Винни переводит нетерпеливый взгляд на дверь, ведущую в душ. К счастью, Дэйви вскоре выплывает оттуда вместе с облаком пара, влажный и уже чуть-чуть на взводе. Глядя на его подтянутый торс, Винни не в первый раз думает о том, что стоило бы возобновить регулярные пробежки. Интересно, Дэйви захотел бы бегать с ним? Дэйви приглаживает упавшие на лоб мокрые пряди и не спеша идёт к постели. И пока он идёт, смотрит он немного сквозь Винни: его очки дожидаются его на прикроватной тумбочке. Только надев их, он фокусируется на Винни, и его взгляд, и без того расслабленный, теплеет ещё сильнее. – Приятно видеть, что ты всё ещё здесь, – он наклоняется, чтобы поцеловать Винни в щёку. – Куда это, интересно, я мог деться? – Я далеко не был уверен, что твоя психика выдержит давление от нахождения в одной комнате с силиконовым фаллосом, – Дэйви выпрямляется и, отставив бедро, подпирает второе ладонью. – А что касается конкретных путей отступления, я бы ставил на окно. – Вы с Томмо один и тот же сборник шуток когда-то освоили, что ли? – ворчит Винни, невольно наблюдая за членом, который теперь покачивается почти на уровне его глаз. – Когда я оставлял тебя с этим писюном один на один, ты правда смотрел на него так, будто он тебя укусит. – Что-то ты не торопился меня от него спасать... – Винни выразительно стучит по умным часам на своём запястье. – Ну, зато теперь я здесь, и скоро мы его очень надёжно спрячем, чтобы он тебя не нервировал, – мурлычет Дэйви и наконец садится рядом с Винни на кровать. Винни издаёт не то смущённый, не то оскорблённый смешок – он сам не определился, какую эмоцию испытывает. Вполне вероятно, что и обе. – Гадость какая, – всё же комментирует он, постаравшись, однако, чтобы это прозвучало не слишком серьёзно. А то ему становится неловко каждый раз, когда Дэйви переспрашивает, точно ли Винни хочет заниматься подобными вещами. Но, видно, выходит у него неубедительно. – Если тебе не хочется... – начинает Дэйви, но Винни тут же его перебивает. – Всё нормально. Мы ведь уже это делали, так что... Просто слегка нервничаю, потому что выглядит чуть менее безопасно, чем пальцами. Дэйви склоняет голову набок и вытягивает шею, чтобы оставить на губах Винни короткий поцелуй. От губ он, придвинувшись ближе, перемещается к скулам, челюсти, прихватывает зубами мочку уха и чуть-чуть посасывает, ощупывая языком дырочку от прокола. – Всё будет хорошо, – шепчет он Винни на ухо, щекоча его своим тёплым дыханием. – Ощущается он не так страшно, как выглядит. К тому же, и я не просто так в душе так долго пропадал. Винни кивает и слегка скованно обхватывает лицо Дэйви ладонью. – Соррян. Я, наверное, только в могиле заткнусь и себя накручивать перестану, – бормочет он в губы Дэйви, прежде чем прижаться к ним в поцелуе. – Если твоя нелепая болтовня – показатель того, что ты жив, я готов её слушать двадцать четыре на семь, – отвечает Дэйви и настойчиво толкается языком Винни в рот. Засмеяться с чужим языком во рту тяжело, но у Винни получается. В такие моменты, конечно, сложно сказать наверняка, кто из них больший пиздабол: таковым Винни по определению считает себя, но и заявления Дэйви бывают очень сильные. Может, впрочем, он и не врёт. Может, чтобы терпеть Винни рядом с собой так долго, надо и правда быть слегка одержимым. Это бы многое объяснило. Пользуясь податливостью Дэйви, которая всегда кажется Винни даже слегка нарочитой, он аккуратно, но настойчиво укладывает его на кровать. Дэйви издаёт тихий высокий стон, когда Винни одновременно сжимает в руке его грудь и посасывает чувствительную кожу на шее, и непроизвольно толкается бёдрами, покоящимися на бёдрах Винни. – Так значит, ты говоришь, что зря время в душе не терял? – спрашивает Винни, поглаживая ягодицу и внешнюю сторону бедра Дэйви. – Прямо-таки заявляю, – Дэйви снова толкается навстречу руке Винни. – Можешь проверить. – Вот и проверю, – поддразнивает Винни. Сместив руку, он и правда обнаруживает, что между ягодицами всё уже влажно от смазки, а кольцо мышц нетерпеливо поджимается, стоит ему только коснуться входа пальцем. Винни выпрямляется, и Дэйви нехотя сползает ниже, однако ноги раздвигает с готовностью и большой охотой. – Не томи, котёнок, – выдыхает Дэйви. – Там всё для тебя готово. – Ладно, ладно... А то правда спечёшься ещё. Первый палец входит настолько легко, что Винни даже не сразу касается стенок. Видно, Дэйви не слукавил и правда избавил Винни от необходимости подготавливать его. Так что Винни сразу пробует три пальца: тоже без проблем, но всё же на этот раз Винни чувствует, как его пальцы обхватывает колечко мышц. Винни чуть раздвигает их, и Дэйви шумно вдыхает через нос, поджав губы и закрыв глаза. – Всё нормально? – Всё отлично, – заверяет его Дэйви. – Тогда может... Ляжешь на живот? – предлагает Винни, достав пальцы, и массирует вход круговыми движениями. – Ух ты, – мурлычет Дэйви. – Может, мне ещё в позу собачки встать? – Лишь бы тебе нравилось... – Тогда оставим на сладкое. Пока Дэйви подтягивает к себе ноги и переворачивается, Винни берёт одну из подушек и подкладывает под низ его живота. Дэйви одобрительно мычит и чуть сгибает ноги в коленях, но даже так его ягодицы раздвигаются недостаточно для того, чтобы обнажить тщательно растянутую дырочку. Так что Винни надавливает основанием ладони на поясницу Дэйви, ведёт руку к себе, сжимает ягодицу и оттягивает её – только после этого он наконец видит бледно-розовую кожу у входа, мокро блестящего от смазки. – Не забудь меня всё же трахнуть, когда налюбуешься, – поторапливает его Дэйви, ёрзая на подушке. Его начинающий твердеть член при этом трётся о наволочку, но когда Винни обхватывает основание, Дэйви вдруг просит: – Можешь пока не трогать? – А? – Член, – уточняет Дэйви, – можешь пока не трогать мой член, ладно? – А... Ладно, – бормочет Винни и тянется за резиновым хуём и смазкой. – А почему?.. – Хочу кончить от того, как ты меня трахаешь, – Дэйви поводит плечами, будто устраиваясь поудобнее, и Винни невольно отвлекается на перекатывающиеся под его кожей мышцы. Но затем добавляет: – Если получится, конечно. – Ну вот, я теперь чувствую ответственность... – ворчит Винни, смазывая игрушку. – Не бери в голову. Может, я передумаю через пять минут. Винни мешкает всего пару секунд, но, вдруг поймав нужный настрой, упирается резиновой головкой чуть ниже жадно раскрывающегося входа и ведёт рукой по спине Дэйви, массирует между лопаток и шепчет, касаясь губами затылка: – А если я не передумаю? По телу Дэйви проходит лёгкая дрожь. – Что ты имеешь в виду, милый? – хрипловато тянет он. – Что я буду трахать тебя, пока ты не кончишь на этом члене и только от него, – Винни чуть надавливает, проталкивая головку на считанные миллиметры. Дэйви раздосадовано стонет и толкается ему навстречу, но Винни тут же отводит руку назад. – Ну, ну. Ты же попросил, чтобы я тебя выебал. Так что лежи спокойно. – Хорошо, – выдыхает Дэйви и покорно опускает бёдра. Винни целует Дэйви в основание шеи. Когда Дэйви впервые попросил Винни быть «построже», результат был, мягко говоря, не особенно убедительный, но теперь уверенности у Винни немного прибавилось. Он научился слушать Дэйви, развивать брошенные вскользь идеи, подыгрывать так, чтобы им обоим это нравилось. Винни сам до сих пор удивляется, как естественно у него это выходит, с другой стороны, каким бы сложным человеком Дэйви ни был, он был всего один, а Винни привык с переменным успехом координировать от четырёх и более долбоклюев разом. Винни хмурится. Опять он отвлёкся. Он отрывается от шеи Дэйви и снова оглаживает напряжённые мышцы, водит игрушкой между ягодицами, проверяя, что Дэйви лежит смирно. И он не двигается, только шипит и поскуливает, когда головка скользит мимо входа. Винни решает, что этого достаточно. – Расслабься, – просит Винни, когда встречает сопротивление, направив игрушку внутрь. Дэйви мычит, и сопротивление исчезает: головка погружается целиком. – Вот так, молодец... Винни перехватывает игрушку и медленно вводит её глубже. Он снова оттягивает ягодицу, чтобы посмотреть, как растянулась розовая нежная кожа вокруг грязно-бежевого ствола, и двигает кистью. Надо признать, зрелище ему не то чтобы не нравится. Он поднимает взгляд и видит дужку очков, покрасневшую щёку, приоткрытый рот. Дэйви лежит щекой на простынях, тяжело дышит и не двигается, даже не говорит, полностью доверившись Винни. Винни целует его под лопаткой и не спеша, лёгкими толчками загоняет игрушку на всю длину. – Нравится? – шепчет он, подкручивая её. – Что мне сделать дальше, м? – Трахни меня уже, – не выдерживает Дэйви, судорожно сводя плечи, но совершенно не двигая нижней частью тела. – Пожалуйста, Винсент... – Вот так? – Винни начинает двигать рукой, куда размашистее, чем до этого: с каждым движением член показывается наполовину, прежде чем скрыться целиком. По комнате разносятся мокрые шлепки и несдержанные вздохи. – Да, да, Винсент... Очень хорошо, – Дэйви выгибается на простынях, и Винни слегка меняет угол – вздохи перерастают в стоны. И, хотя Винни, как ему кажется, выбрал не самый быстрый темп, судя по состоянию Дэйви их затея вполне может удаться. Он замедляется, чтобы посмотреть на лежащий на подушке член Дэйви – он заметно увеличился, сочится смазкой. То ли Винни такой профессионал, что вряд ли, то ли Дэйви просто действительно очень возбуждает сам процесс. И всё же теперь Винни не хочет, чтобы всё кончилось так быстро. Столько подготовки ради десяти минут? Может, это и неплохо, но у него вдруг появляется идея, которая вполне может понравиться Дэйви. – Если я сейчас отпущу, ты сможешь сам удержать его внутри какое-то время? – спрашивает он, почти остановившись, чтобы Дэйви смог ответить. Тот скрипуче мычит, вздыхает и приоткрывает глаза, через плечо глядя на Винни. – Могу, конечно. А зачем? – Просто не выпускай его, ладно? – Хм-м, – выдыхает Дэйви, прикрыв глаза обратно. – Ну, если ты просишь... Винни проталкивает игрушку до самого основания – Дэйви издаёт низкий, протяжный стон – и убирает руку. Широкое основание, пусть и подрагивая, всё же остаётся на месте. Винни поглаживает напряжённые ягодицы, поясницу, бёдра, несколько раз поочерёдно – игрушка остаётся внутри, не сдвинувшись ни на сантиметр. – Молодец, – шепчет Винни, наклонившись к Дэйви. – Молодец, не выпускай... Винни склоняется ещё ниже, ближе, подхватывает Дэйви под животом и прижимается пахом к его ягодицам, грудью к сведенным лопаткам, и начинает медленно двигать тазом. Дэйви шумно выдыхает и подаётся назад, отрывая пах от подушки. Но Винни пытается добиться ровно противоположного, так что он наваливается всем весом и, судя по тихому вскрику, у него получается. Не удовлетворившись этой догадкой, Винни ведёт рукой ниже и наощупь находит головку члена, и правда теперь придавленную сверху весом двух тел. – Винсент... – Тебе нравится? – Винни убирает руку от члена и перехватывает Дэйви поудобнее. – Очень, – стонет Дэйви на выдохе. – Нравится, как я тебя растягиваю? – шепчет Винни, возобновляя движения. Его собственный член касается одной из ягодиц Дэйви даже не рядом с его занятым входом, но остаётся совершенно мягким, безучастный ко всему происходящему. Но Винни научился не придавать этому значения. Пускай секс для него это практически никогда не про получение собственного оргазма, это не значит, что ему не нравится быть активным участником процесса. – Да, да, милый... Пожалуйста, пожалуйста, сильнее... Вот, например, то, как Дэйви, задыхаясь, просит больше... Это не возбуждает Винни чисто физически, но он чувствует что-то, вроде приятной щекотки в мозгу, когда удаётся найти ту самую песню, которая будет стоять на повторе следующие несколько дней. – Нравится этот твёрдый хуй внутри? – Винни скользит пальцами свободной руки по нижней части лица Дэйви, задевая приоткрытые губы. В ответ Дэйви только надломленно стонет, и Винни, снова поймав этот непривычный настрой, зажимает ему рот ладонью. Дэйви всхлипывает: с каждым толчком его член трётся о ткань постельного белья, тяжёлое дыхание касается указательного пальца Винни в быстром, срывающемся ритме. – Удерживай его внутри, – напоминает Винни, вдруг почувствовав прикосновение чего-то твёрдого к низу живота. – Мф-фи... – мычит Дэйви. Судя по интонации, просит прощения. Винни переносит вес, опираясь на локоть той руки, которой он зажимает Дэйви рот, и подталкивает игрушку обратно внутрь второй рукой. По телу Дэйви проходит крупная дрожь, и Винни, подумав, решает на этом не останавливаться. Не отпуская игрушку, он старается не отстраняться совсем, всё ещё прижимается к Дэйви своим телом, но чуть сбоку, и начинает двигать кистью. Игрушка скользит легко, только влажно хлюпает с каждым толчком, когда Дэйви сгибает колени, явно намереваясь встать. – Пожалуйста, сильнее, Винсент, – хрипит он, встав на колени, и касается грудью кровати. – Нихуя йога пошла, – не удерживается Винни, но тут же откашливается, смутившись, и продолжает работать игрушкой. – Просто в этой... ах!.. позе ты задеваешь... м-м... ровно то, что нужно, – такая длинная фраза явно даётся Дэйви с трудом. – Давай, зайчик, я почти... На последних словах Дэйви срывается на особенно громкий стон и фразу так и не заканчивает. Вместо этого только отрывисто дышит, постанывая на каждом выдохе, в такт движениям Винни – видимо, они нашли идеальный угол и темп. Винни очень старается его придерживаться, каждый раз попадать в одну и ту же точку, и с каждым толчком дыхание Дэйви становится всё короче, Винни уже видит, как подрагивают его бёдра, и... Белая толстая струйка летит на подушку, а за ней ещё, и ещё, будто каждым толчком Винни нажимает на какую-то кнопку, отвечающую за подачу спермы. Может, дело в ракурсе или ещё в чём, но Вини правда кажется, что Дэйви ещё никогда не кончал так много. Винни достаёт игрушку, и Дэйви валится набок. Винни гладит его по ногам, бокам, рукам, целует в плечи, лицо прежде чем лечь рядом и тесно прижаться своим тёплым телом к его прохладному от испарины. – Спасибо, зайчик, – Дэйви поворачивается, чтобы дотянуться до губ Винни и нежно его поцеловать. – Ты как всегда великолепен. – Ты тоже, – находится с ответом Винни. Дэйви удивлённо приподнимает брови. – Вот как? – Угу. Ты секси, вообще-то. Ментально у меня жесточайший стояк сейчас. Дэйви смеётся, и хотя Винни сам слегка стыдится своего же комплимента, по этому смеху он понимает, что Дэйви тоже слегка смутился. – И на что конкретно у тебя стояк? – любопытствует он кокетливо, но совершенно очевидно, что ему правда интересно. Винни не умеет делать комплименты, и он решает хотя бы сейчас компенсировать все разы, когда в ответ на приятные слова со стороны Дэйви он только смущённо смеялся и менял тему. – На твою красивую спину и зад, который так хорошо принимает член. На твой большой хуй, который встаёт даже на одни только звуки моего голоса. На то, как ты слушаешься меня и доверяешь мне. На то, как отчаянно ты меня хочешь каждый раз, неважно, какие у меня беды с башкой и либидо. И на то, как ты готов мои беды с башкой и либидо терпеть. На то, что мы с тобой нужны друг другу не только ради секса, и на то, что с тобой мне не стыдно им заниматься так, как я могу. Дэйви поворачивается к нему всем телом и притягивает к себе для очередного поцелуя, долгого и почти что трепетного. – У меня слёзы навернулись. – Ментальные? – Ага. – А кое-что вообще не ментальное, – Винни двигает бедром, в которое упирается снова начинающий твердеть член Дэйви. – На звуки голоса... – цитирует Дэйви. – Я без претензии. – Вот и славно, – непринуждённо оседлав Винни сверху, мурлычет Дэйви.