Blood Moon

      — На сегодня тренировки хватит.       — Но…       — Абрам, твое стремление совершенствоваться я уважаю, но мы и так тренируемся без продыху, — мужчина проходит мимо Абрама, направляясь внутрь поместья. — Иди попробуй достать Маргарет.       — Но я и так хорошо владею оружием, я хочу совершенствоваться в магии, — Абрам сводит брови, держа в руке гримуар Хэтфордов, который ему доверил Стюарт.       Стюарт был готов передать свой семейный гримуар ещё в первый год пребывания Абрама у Хэтфордов, но господин Алан — дедушка Абрама — был категорически против, сказав, что сперва стоит присмотреться к юноше, Абраму требуется заслужить эту семейную реликвию. И спустя полтора года непрерывного труда Абрам смог получить гримуар, после чего последущие полгода стал наседать на Альфреда — близкого приближенного Стюарта, приставленного в качестве наставника в магии. Вторая приставленная учительница — Маргарет, но хоть ей, очевидно, и известно о существовании ведьм, она таковой не является, поэтому обучает Абрама рукопашному бою и владению оружием уже два года. Весь второй месяц пребывания у Хэтфордов — первый ушел на то, чтобы немного привыкнуть, — Абрам не отставал от Стюарта с просьбой ввести в курс дела и обучить, потому дядя и приставил Маргарет, а постепенно стал и сам по возможности что-то рассказывать о семейном деле. Уже давно Хэтфорды перебрались в Англию, стали вести собственный бизнес: легальный и нелегальный. Перед правительством они имеют крупную алкогольную компанию и еще по мелочи, а в тени руководят подпольным миром Великобритании, и за не один век они преуспели и в одном, и в другом.       Альфред останавливается, окидывая скептическим взглядом Абрама и вскидывая бровь на его слова, в конце концов отвечает:       — Не будь капризным ребенком. Тебе есть, куда совершенствоваться. К тому же разве в доме Веснински тебя не обучали на постоянной основе магии? Твои навыки хороши, хотя всё ещё неидеальны.       Абрам замирает от упоминания фамилии. Он не любит вспоминать об отцовском доме и вполне доволен, что покинул его. Даже если здесь, в людском мире, Абрам официально является Хэтфордом, всё равно находятся подчиненные Стюарта или враги-ведьмы, которые называют его Веснински, и он это ненавидит.       Альфред, не дожидаясь, когда Абрам найдет, что сказать, скрывается из виду. Абрам надевает скинутый ещё перед тренировкой синий пиджак поверх чёрной любимой водолазки, но даже не утруждается застегнуть. Разминает запястья, размышляя, стоит ли ему сейчас идти к Маргарет, но делать ему в любом случае больше нечего, поскольку Стюарт сейчас отсутствует в семейном поместье, а работу, которую он оставил на племянника, Абрам уже выполнил. Абраму не нравится чувство бесполезности и бессилия, и он постоянно старается быть чем-то занят.       — Фред сказал, что ты меня ждёшь, — слышит Абрам со стороны террасы, и ему не требуется оборачиваться, чтобы понять, что это Маргарет. — Огнестрельное, холодное, рукопашка? — женщина облокачивается бедрами на перила террасы, складывая руки на груди. — Пожелания?       — Огнестрельное, — отвечает Абрам. — Через двадцать минут в тире, мне надо покормить Церб, — он скрывается в поместье, сразу же направляясь к себе в комнату.       Комната просторная, выполненная в нейтральных оттенках и минимализме, ведь Абраму просто не хотелось её обставлять, и он оставил почти всё, как было, когда он только в нее въехал. Стюарт даже спрашивал, где плакаты и прочие «подростковые штучки», предлагал даже переклеить обои, все обставить так, как хочет племянник, но Абрам не видел в этом смысла. Есть, где спать — и этого хватает, ведь он все равно большую часть времени проводит вне комнаты.       Церб, почувствовав хозяина, уже сидит у двери в ожидании, и Абрам, проходя в комнату, чешет добермана за ухом, после чего подходит к книжному шкафу и отодвигает книги на верхней полке, ради чего ему приходится «позорно» встать на стул. За сдвинутыми книгами оказывается встроенный в стену сейф, и Абрам убирает в него гримуар, напоследок еще добавляя и запирающее заклинание. Этот гримуар принадлежит семье Хэтфордов, и он не имеет права его потерять, а здесь, в поместье, есть разные подчиненные: от дворецкого до мафиози, — потому определенно не стоит оставлять важную вещь абы как даже в запертой комнате, хотя это доверенные люди.       Доберман потягивается и зевает, спавший до прихода младшего Хэтфорда. Когда Абрам только узнал, что его фамильяр — доберман, хотел назвать его Цербером, но ему не дали так сделать, потому Абрам просто сократил до «Церб», ведь так делать запрещено не было. Не уходила у него из головы ассоциация с Цербером, когда он смотрел на своего фамильяра. Оказавшись у Хэтфордов, Абрам при знакомстве с ближними подчиненными и непосредственно самим Стюартом (хотя с ним был смутно знаком еще в детстве) предлагал познакомить с Цербером, чем вводил в замешательство, но в итоге это оказывался доберман, а не трехголовый пес, хотя Абрам не уверен, что в истинном облике духа у фамильяра нет третьей головы.       Абрам, как и договаривался, пришел в тир ровно через двадцать минут. Маргарет уже подготовила мишени и оружие к его приходу, потому было решено сразу начинать.       Маргарет Лоуренс работает на Хэтфордов с раннего возраста уже как двадцать пять лет. По меркам ведьм это не так долго, как у простых людей, но Стюарт, понимая, что она обычный человек, выгрызший себе путь самостоятельно и доказывающий свою верность на протяжении большей части жизни, действительно ценит это, к тому же он более чем уверен в её навыках, потому и приставил к Абраму, сделав одновременно и наставником, и личным телохранителем. Абрам даже поначалу отнёсся скептически к этому, поскольку она «простая смертная», но пуля пролетела в миллиметрах от его головы, а он никак не успел отреагировать. Стюарт напомнил, что они живут среди обычных людей и имеют дело с ними, хотя в редких случаях встречаются и такие же ведьмы, к тому же не стоит принижать только из-за того, что кто-то не владеет магией, однако не стоит отрицать, что против сильной ведьмы Маргарет не выстоит.       Выдох сопровождается грохотом выстрела. Рука Абрама не дрожит под тяжестью пистолета, и пуля пробивает движущийся манекен в месте, где у человека находится сердце. В поместье Веснински всегда учили управляться магией и холодным оружием, но никогда — огнестрельным. Маргарет была приятно удивлена, как быстро Абрам обучался, до этого ни разу не державший огнестрельное оружие, но она не видела, как он в одиночку приходил в тир. В последнее время он также стал обучаться самостоятельно держать огнестрельное оружие с помощью магии, и поначалу он часто промахивался, как когда только учился стрелять, но постепенно стало получаться, потому решает, что можно попробовать показать свои успехи Маргарет.       Абрам кладёт на стойку пистолет, и когда Маргарет вопросительно смотрит на него, он поднимает оружие магией. Пуля попадает ровно в то же отверстие, которое он проделал минуту назад. Абрам даже немного теряется, удивлённый настолько точным попаданием, которое и сам не ожидал, а Маргарет выглядит ошеломлённой, но минута — и её выражение лица сменяется на удовлетворённую улыбку.       — Ты действительно молодец, Абрам. Если бы не право наследства, ты бы стал хорошим преемником, — женщина дружески толкает Абрама в плечо, откладывая собственное оружие. — Хотя у тебя даже есть шанс стать наследником, если Стюарт не одумается и не заведет детей. Дураку уже больше сотни, а ни жены, ни детей. Да даже мужа нет! Свободная страна, его бы никто не осудил… Не посмел бы, — Маргарет прыснула в кулак. Она из немногих, кто позволяет себе свободное общение со Стюартом в пределах поместья, когда нет лишних глаз. В отличие от собственного отца, Стюарт более снисходителен в этом плане, но это касается только определённого круга: семьи и ближайших подчиненных.       Абрам сдерживает смешок, но улыбается такому высказыванию. Только на второй год их общение со Стюартом стало более свободным, и они могут поговорить о чём-то кроме бизнеса и обучения и даже шутить. Образ строгого и бездушного дяди-мафиози рухнул, но Абрам не стал меньше уважать его. Стюарт успел стать тем, кем Абрам действительно восхищается и воодушевляется, стремясь совершенствоваться под стать. Он видел настоящие умения и силу дяди, это действительно ошеломляет и не оставляет вопросов, достоин ли он своего влияния.       Они зависают в тире ещё часа два, пока Маргарет не позвонили. Абрам не слышит её оппонента, а по коротким и приглушённым дверью ответам тяжело понять, о чём речь.       — Малой, хватит дома просиживать, собирайся и выметайся со мной. Стюарт звонил, дело в Манчестере есть, — женщина что-то печатает на телефоне, на пару мгновений задумывается, продолжает набирать. — Ты ещё тут? Беги в машину.       Абрам выходит из минутного замешательства и без лишних расспросов покидает тир, направляясь к главным воротам, где уже стоит в ожидании автомобиль. Абрам так и не научился разбираться в машинах, но одного взгляда хватает, чтобы понять, что это что-то до неприличия дорогое и обязательно бронированное. Стюарт уже отчаялся пытаться объяснить что-либо, а его внушительная коллекция у Абрама не вызвала никаких эмоций, кроме мысли: «Ебать это дорого». Дядя же называл эти огромные суммы с гордостью и благоговением.       Вышедший водитель открывает заднюю дверь для Абрама, но подходящая к ним Маргарет запротестовала:       — Ему надо научиться водить нормально, — скрещивает руки на груди. — Пусть за руль сядет, — она садится на переднее пассажирское сидение, и Абраму ничего не остается, кроме как сесть на водительское. Она, конечно, права, ему надо практиковаться в вождении, ведь делает он это очень редко, но тем не менее он не особо рад этой перспективе.       — Мне оставить вас или поехать? — уточняет мужчина у Маргарет, и она в ожидании смотрит на Абрама, который не понимает, что от него хотят. Выдвигаться?       — Мистер Хэтфорд, был задан вопрос, неужто оставите без ответа? — женщина смотрит со всей серьёзностью на Абрама, который в конечном счёте говорит, что водитель может быть свободен. Маргарет пожимает плечами и закрывает окно.       Она никогда не обращалась так. Ни разу. По имени или прозвищам — всегда, но так официально даже не в её духе. Вернее, с остальными она ведёт себя более строго и вежливо, но не с ним, и Абраму всегда казалось, что она не воспринимает его всерьез. Это даже задевало.       Абрам задумался о том, что ему не по себе ехать так далеко без фамильяра. Что, впрочем, мешает ему взять Церб с собой? Будет ли это совсем неуместно? Тем не менее, он не хочет оставлять фамильяра, к тому же он не знает, насколько долго уезжает. Абрам открывает все-таки окно и окликает водителя, давая в качестве поручения привести Церб и уточняя, что он где-то в поместье. Маргарет ничего не говорит, ведь знает про привязанность ведьм к своим фамильярам, как минимум, у неё перед глазами есть пример в качестве Стюарта и его рыси. Неразлучная пара, хотя иногда ему приходится оставлять фамильяра здесь.       Церб оказывается на заднем сидении, и лишь тогда автомобиль трогается с места. Маргарет настраивает навигатор, и Абрам следует вычисленному маршруту. Ехать четыре или даже пять часов, и это уже звучит утомительно, особенно учитывая, что сейчас уже поздний вечер, и накопленная усталость дает о себе знать.       Маргарет рассказывает о сути задания: зачистка казино и выбивание долга у владельца. Это не первое задание Абрама, но Стюарт решил, что в качестве первого опыта руководителя оно подходит. Впервые Абраму доверяют руководить, а не слушать чужие указы. Это обескураживает и вводит в мандраж. Как же он боится неудачи. Абрам просто не может позволить себе оплошать, и все его поведение мелочами выдает нервозность. Маргарет не пытается напрямую его успокаивать, а заводит непринуждённый разговор то о чём-то отстранённом, то возвращаясь к заданию и рассуждая.

☽•••⚸•••☾

      Звук выстрела за дверью. Абрам не обращает никакого внимания на шумиху, происходящую за пределами этой комнаты, в которой он нависает над мужчиной в два раза больше него, но прикованным к стулу с руками в наручниках за спиной.       — Мне казалось, что ещё три месяца назад тебе напоминали о том полумиллионе? Если твоя семья и ты ещё целы, а бизнес на плаву, это не значит, что мы не можем всё это в одночасье разрушить. Разорить казино, отобрать твоё имущество и, дай-ка подумать, оставить тебя жалеть о своём ничтожном и беспомощном существовании? — Абрам обходит стул, едва касаясь чужого плеча, и брезгливо встряхивает руку.       — Ты!.. Мелкий паршивец! Да вы не сможете ничего сделать!..       — Лишить жизни тебя без возвращённого долга будет как-то слишком милосердно, не думаешь, Адам? — скривившись, продолжает Абрам и встаёт за спиной мужчины, опираясь на стол. Он следит за тем, чтобы не было предпринято никаких действий для освобождения. Если верить данной информации, этот человек не владеет магией и о ведьмах знать не знает, потому стоит действовать осторожно и не выдавать себя, поскольку убивать сейчас его спланировано не было. Припугнуть, покалечить, но не убить. — Весь доход твоего казино будет уходить нам, пока ты не вернешь все с процентами. А учитывая то, как долго ты увиливал, ты не вернешь всю сумму до конца своих дней. У Хэтфордов большие — огромные — проценты, ты знал?       Мужчина бледнеет, но продолжает плеваться бессмысленными громкими заявлениями: от оскорблений до угроз, а между этим мелькают мольбы. Абраму отвратительно от этой ничтожности. Хотел избежать платы? Теперь он должен больше, и сбежать некуда.       Церб на потуги выбраться рычит, стоя прямо перед мужчиной, и человек дёргается в страхе перед напряжённым и готовым наброситься в любой момент доберманом.       — Забирайте моих дочерей, можете в рабство отдать, они окупят! Жену забирайте тоже! Они так раздвигают ноги!       Абрам не выдерживает. Этот человек оказывается ещё более жалок.       От удара вылетает зуб. Ещё один удар — сломан нос, стул падает вместе с владельцем казино. Абрам не прекращает. Удар. Ещё. И ещё. Он ведь не использует магию, значит, всё в порядке, а то, что чужое лицо начинает напоминать месиво, а что-то знакомо хрустит, вполне заслужено. Кто-то оттаскивает Хэтфорда от потерявшего сознание мужчины. Руки маленькие, голос женский, суровость сменяется беспокойством, когда замечают, что Абрам в состоянии аффекта. Глупость. Он же не мог сорваться из-за тупой фразы. Не мог?       Пощёчина отрезвляет, и Абрам растерянно смотрит на пытавшуюся его дозваться Маргарет. Кажется, он слишком глубоко ушёл в свои мысли и воспоминания. Блядство.       — Он хотел отдать в рабство своих дочерей… И жену… Хотел повесить долг на них, — негромко говорит Абрам, словно пытаясь оправдаться. А, собственно, за что? За то, что он до полусмерти избил мразь, которую даже человеком нельзя назвать? Он не жалеет, но ощущает себя в глазах Маргарет неуравновешенным психом.       — Тварь, — выплёвывает Лоуренс, покосившись на лежащего мужчину. — Надеюсь, он запомнит этот визит. Я так полагаю, вы не пришли к пониманию? Да хоть самого его в рабство продавай, да только такое пузатое дерьмо никому не нужно, — шипит разгневанно наставница, в конце концов отпуская Абрама. — Дождёмся, когда придет в чувства?       Абрам с минуту молчит, наблюдая за алой, почти чёрной лужицей. Одна из ламп в кабинете перегорела, и здесь темновато. За окном сумерки окрашиваются в яркое рассветное тепло.       — Надо заставить его бояться нашего возвращения и нагрянуть внезапно, — Абрам неприязненно вытирает руки о висящий на кресле пиджак владельца казино. Маргарет кивает. — Кто-нибудь из наших ранен или мёртв?       — Тут не охранники, а подобранные с улицы хулиганы. Двое раненых, но жить будут. Погибших нет.       Абрам достаёт рацию, чтобы сообщить об окончании задания на сегодня. Как бы эта меркантильная тварь ни пряталась и ни закрывалась толпой охранников, укрыться не получится. Его найдут, вытрясут деньги и выпотрошат, и Абрам это сделает самостоятельно. Но семью не тронут: он даст приказ. Пусть за свои грехи Адам Эванс платит сам.       — Пусть проверят здесь всё. Его не трогать. Кто-то должен будет остаться в Манчестере. Через месяц, когда его бдительность снова заснёт, напомним о себе. Если же он будет отдавать долг, тогда для того, чтобы держать его на поводке, иначе снова пропадёт, — выкладывает Абрам, после чего они покидают кабинет. — Хотел бы я, чтобы он сгнил здесь же, но тогда и деньги мы не увидим, — тянет Хэтфорд, осматриваясь по пути к чёрному выходу и ускоряя шаг. Полиции нет. Простых игроков казино тоже. Всё тихо, и Абраму от этого даже не по себе. Город только-только начинает просыпаться.       Абрам так и не спал с момента их приезда в Манчестер, поскольку если бы они медлили, то Эванс мог бы успеть сбежать, потому было решено врываться внезапно и сразу. И они действительно застигли врасплох. Сейчас, пока подчинённые остаются здесь всё переворачивать, Абрам с Маргарет скорее всего отправится в отель, хотя вряд ли заснёт, пока не будет все зачищено, и то уходит по наставлению Маргарет, которая пытается заверить, что их людям можно довериться, потому можно и отдохнуть.       Предстоит поговорить со Стюартом, и Абрам из-за этого лишь сильнее нервничает: ему кажется, что он оплошал, потому дядя будет очень сильно разочарован, и Абрам очень этого боится. Страх неудачи его преследует, выдрессированный еще в отцовском доме. А здесь страх наказания мешается с боязнью увидеть разочарование в глазах человека, которым вдохновляешься.

☽•••⚸•••☾

      — Ты неплохо справился, но о действенности будем судить лишь когда будет понятно, подействовало ли это на него.       Абрам замирает и, кажется, забывает, как дышать. Вроде Стюарт сказал «неплохо», но это и не «хорошо», к тому же вдруг не повлияло, долг не будет возвращен, этот визит был бессмысленным…       Абрам остается внешне невозмутимым. Нельзя показать все эти переживания и предстать слабым. Но мысли путаются и давят.       — Я подумаю, что ещё можно будет поручить под твоё руководство. Давай лучше пока поговорим о твоём обучении, — Стюарт кажется незаинтересованным темой должника, потому переводит на другую, над которой размышлял уже. И Абрам не понимает, как можно оставаться таким спокойным, когда речь идёт о таких больших суммах, но вспоминает, что Стюарту часто приходится иметь дело с задолжавшими ему людьми, являющимися уже шестерёнками в нелегальном бизнесе Хэтфордов. Очевидно, прощать им никто ничего не собирается, но это уже часть рутины.       — Я тренируюсь столько, сколько могу, но если думаешь, что надо больше, я услышал…       — Ты не понял. Я говорю об университете. Тебе необходимо высшее образование. Поступишь там в Оксфорд или Кембридж, — Стюарт неопределенно ведёт рукой. — После окончания обучения сможешь вернуться к работе. Тебя, конечно, не отчислят, но всё равно постарайся хотя бы немного учиться, — Стюарт потирает устало переносицу, задумываясь о том, куда стоит отправить племянника на обучение. — Не завожу собственных детей, так Мэри, как кукушка, подкидывает собственного… Дорогая сестрёнка, — ворчит беззлобно старший Хэтфорд, очень тихо, сам с собой, но Абрам это слышит и едва сдерживается от того, чтобы закатить глаза. — Давай, у тебя есть время подумать, куда поступать.       — Да-да, обязательно подумаю на досуге, — Абраму даже не требуется изменять спокойную интонацию, чтобы это прозвучало съязвленным. Он не думал о высшем образовании, не умеет контактировать с незнакомыми людьми, особенно со сверстниками, а обучаться на экономике или чем-то еще, что ему навяжут скорее всего, просто неинтересно. Но необходимо. — Сообщи, как придумаешь, что мне поручить, — бросает напоследок Абрам.