Сяо Чжань — Мать Драконов

Ван Ибо предупреждали, что его будущей парой может стать человек. Он с детства знает о проблемах, возникших с женскими особями в их роду, и о том, что единственный выход, который видят старейшины драконьего народа – смешение энергии с огненными заклинателями. Временами он размышляет, каково это – жить с существом, о которых он так много слышал и так мало знает. Ван Ибо переживает, что его избранница окажется далеко от дома, что на её долю выпадет тяжёлая ноша. Он заведомо узнаёт о людях больше, старается много времени проводить в человеческом облике, ведь находиться всё время с огромным драконом, который даже не может поддержать разговор, наверняка одиноко. Драконий принц даже приукрашает свою пещеру, чтобы сделать её более уютной и подходящей для хрупкого создания, у которого нет слоя прочной чешуи и больших острых когтей. Он живёт в предвкушении. Когда настаёт день выбора невесты и отец собирает свиту для сопровождения к приграничным территориям, молодой наследник полностью готов к встрече со своей будущей женой и к своей задаче любой ценой получить потомство. Но никто, совершенно никто, ни одно существо во всём мире не предупреждает его, что его супругом может стать МУЖЧИНА.

🥚🥚🥚

Ван Ибо искренне удивляется, когда видит в толпе потенциальных супруг парня. Очень привлекательного, но всё-таки парня. Ван Ибо мало что смыслит в размножении и тем более в любви, но кое-какие базовые навыки у него имеются. И он совершенно не представляет, каким образом они с человеческим мужчиной могли бы произвести на свет потомство. Но нет нужды об этом думать, кто знает, почему этот заклинатель там стоит. Может, он и не участвует вовсе. «Да что за мысли у тебя такие, глупая ты башка? – ругается сам на себя наследник Огненных драконов, едва сдерживая смешок. – Конечно, у этого человека какая-то другая задача в ритуале. Не могли же люди выдвинуть мужскую кандидатуру!» Подойдя к первой девушке, принц не может не коситься туда, где стоит необычный наблюдатель. Девушка, кажется, не замечает его замешательства. Она поднимает вверх руки и замирает с придыханием. Ван Ибо прикладывает свои ладони к её и… ничего не чувствует. Самое странное во всей этой церемонии, что он понятия не имеет, что именно должно произойти. Пока его одолевает только неловкость. Особенно когда приставучий старик хватает за локоть, чтобы побыстрее перетянуть дальше. Даже драконы не позволяют себе такого поведения, как этот человечишка, но отец приказал ничему не сопротивляться, и Ибо безропотно повинуется. Он со вздохом проходит одну за другой девушку, делая умный вид. Все присутствующие выглядят так серьёзно, что было бы крайне странно обернуться и спросить: «Товарищи, а что, собственно, должно случиться?» Возможно, не надо было спать на занятиях, но Ван Ибо никогда не любил теорию. В этом и проблема. Почему нельзя выбирать жену, например, соревнуясь на скорость в полётах? Можно было бы просто выбрать самую быструю. А как вообще люди летают? Наверное, не время задаваться подобными вопросами. Когда он подбирается ближе к чудному парню, как ни странно, энергия дракона внутри него начинает искриться, а ещё Ван Ибо почему-то глупо улыбается, наблюдая, как тот машет ему из-за спины очередной девушки. Кажется, та думает, что его улыбка предназначается ей. Приходится взять себя в руки и сдержать непонятное ощущение, которое разливается по телу. Судя по вздоху, который издаёт толпа, заклинатели недовольны, что кандидатка опять не подошла. Ван Ибо подсовывают другую. Он пытается сопротивляться, но настырный старик не сдаётся. Любопытство так распирает изнутри, что Ван Ибо почти не смотрит на девушку. Его дракон неспокоен. Он кажется жаждущим. Самому Ибо тоже интересно, что вызывает этот приток энергии. Девушка выводит его из оцепенения, крепко хватая за ладони. Ван Ибо морщится. Кажется, он перетрогал сегодня существ на следующее тысячелетие вперёд. Люди опять негодуют, но что же он может поделать? Те сами подбирали всех этих принцесс. А он просто подчиняется указаниям и даже не знает, в чём заключается ритуал. Наконец-то происходящее становится интересней, потому что он оказывается совсем близко к таинственному парню. – Дождался? – ухмыляется Ван Ибо, когда между ними исчезает последняя преграда. Он до последнего ожидает, что заклинатель ответит, что это просто шутка такая, и отойдёт в сторону, но тот занимает ритуальную позицию. Никто не протестует. Драконьему принцу ничего не остаётся, как продолжить притворяться, что всё идёт по плану. Дальнейшие события Ван Ибо только ощущает, но никак не контролирует. От одного касания к чужим рукам ему кажется, что он становится всесильным. Вокруг вспыхивают искры, тотчас превращаясь в открытый огонь, и пламя само несёт их вверх. Ему даже не нужно превращаться в дракона, пламенный поток поднимает их к облакам – наследного драконьего принца и его неожиданного супруга. Когда они оказываются так высоко, что сюда не достаёт ни один человеческий взор, Ван Ибо подсознательно понимает: осталась только одна задача – поцелуй. И в этот самый миг это оказывается самым естественным и необходимым, что он когда-либо делал и испытывал в своей жизни.

🥚🥚🥚

Когда их ноги касаются земли, изначальная эйфория отпускает. Драконий принц краснеет, встретившись взглядом с большими глазами напротив. Он неловко делает шаг назад, разрывая объятья, и оглядывается. Притихшая толпа таращится на них так, словно прямо здесь и сейчас земля разверзлась и из чрева её появилась армия гномов или ещё чего похуже. Какая-то женщина падает на колени и начинает громко причитать, а Ван Ибо всё ещё не понимает, что ему делать дальше. На самом деле, первое, что приходит в голову – это сбежать. Драконы предпочитают уединение. Ван Ибо не привык к такому количеству незнакомцев вокруг, которые показывают на него пальцем и перешептываются. Ему хочется оказаться обратно в своей пещере, скрутиться калачиком и успокоить рвущееся наружу сердце. Охота просто взять и спрятаться от навязчивого внимания за личиной дракона, его твёрдой чешуей и устрашающим видом. Кажется, Ибо непроизвольно начинает процесс трансформации, потому что человек, его человек, хватает за рукав и испуганно шепчет: – Ты куда собрался? Я не знаю пункта назначения и не смогу сам переместиться. Да и твой отец построил барьер, блокирующий нашу магию. Ван Ибо замечает, что у того тоже багровые щёки и встревоженный вид. – Ты не умеешь летать? – спрашивает он смятенно. Человек ещё больше вспыхивает. – Забери меня отсюда, пока мои родители не учинили скандал… Пожалуйста. Ван Ибо кивает. Он всё ещё растерян, но опасность потерять только что обретённое сокровище заставляет действовать интуитивно. – Тогда держись, – говорит он, приобнимая человека за талию. Их объединённый поток энергии помогает оттолкнуться от земли, и под тысячу изумлённых вздохов Ван Ибо прямо в воздухе превращается в дракона. Он грациозно подхватывает человека на спину и делает ещё несколько осторожных витков прежде чем начать набирать высоту. Только убедившись, что чувствует чужую тяжесть и ровное течение ци, он ускоряется, направляясь домой.

🥚🥚🥚

Ещё никогда ему не доводилось нести другое существо на своём теле, и ещё никогда от этого не было так легко. С каждым новым преодолённым ли Ван Ибо чувствует, как у него становится больше сил, и это единение хочется ощущать вечность. Когда они вылетают на безоблачную долину, человек нагло хватает его за чувствительные рожки. Дракон фыркает от неожиданности, но быстро привыкает. Спустя несколько минут это даже становится приятным. Человек что-то говорит, но они летят слишком быстро – его голос растворяется в гуле ветра. Когда они подлетают к столице, если так можно назвать скопление уединённых пещер, разбросанных по горам, Ибо начинает сбавлять скорость. Обычно он любит эффектные приземления, но сегодня с ним пассажир, и он сдержанно облетает селение дважды, прежде чем плавно спуститься на главную площадь... Если так можно назвать долину, обрамлённую двумя хребтами – Хошань и Гуаншань. Человек не спешит слезать, а Ван Ибо не знает, готов ли терять этот источник тепла, греющий его спину, но в конце концов всё-таки сгибает лапы и осторожно наклоняется вправо, помогая тому скатиться. Заклинатель трогает его бок, а потом резко оказывается прямо перед носом. Они смотрят друг другу в глаза – человек и дракон. Это так странно и волнительно. Ибо снова фыркает, но теперь от смущения. Он впервые чувствует подобное в драконьей форме. Как ни странно, в отличие от всех существ, которых Ван Ибо приходилось встречать ранее, человек не кажется напуганным. Даже наоборот, в следующий миг он поднимает руку и кладёт ему на нос, ласково поглаживая. Сначала дракон замирает на месте. Он сам не знает, можно ли позволять себя касаться подобным образом. Но это оказывается так приятно, что невольно хочется закрыть глаза и довольно заурчать. – Хороший дракон, – произносит человек, и Ван Ибо впервые с их побега слышит его голос. Он громко выдыхает горячий поток воздуха в ответ и тут же пугается, не навредил ли человеку, но тот только поправляет волосы и улыбается. Когда контакт с чужой рукой обрывается, дракон немного теряется, но затем сам пододвигается мордой ближе и начинает обнюхивать заклинателя. Тот пахнет чем-то приятным и сладким, похожим на клюкву, охота попробовать на вкус. Дракон не отказывает себе в такой возможности и широким мазком проводит тому по лицу. Человек вскрикивает, и тут к Ван Ибо приходит осознание действительности. Он быстро трансформируется. – Ой, прости! – говорит он и бросается к заклинателю, чтобы вытереть своим рукавом. Тот не сопротивляется и вроде бы не злится. – Это было неожиданно, – произносит человек и начинает смеяться. Ван Ибо краснеет пуще прежнего, пытаясь как можно скорее убрать остатки своей слюны. – Ты тоже сделал много неожиданного, – отвечает он шепотом. – Я не мог сдержаться, ты такой милый! – Я милый?! – возмущается дракон. Впервые он видит такое беспечное двуногое существо, которое не трепещет перед его видом. – Ты что, не видел моих когтей? А клыков? Я даже могу извергать пламя! – О, я видел могущественного, прекрасного дракона, – кокетничает человек. – У тебя такие сильные мышцы и блестящая чешуя! Она кажется непробиваемой. Она ведь правда непробиваемая? – Его глаза лучатся неприкрытым восторгом, и Ван Ибо чувствует, как непроизвольно распрямляет плечи. – Но ты всё равно милый, – радостно говорит человек и тычет Ибо в его человеческий нос. И самое ужасное, что губы предательски норовят растянуться в улыбке. Чтобы спасти положение, принц замахивается и не очень сильно бьёт заклинателя по плечу. – Я грозный дракон, наследник рода Огненных драконов, слышишь? – говорит он и получает в ответ рукавом по лицу. Человек показывает ему язык и начинает убегать, Ван Ибо тут же устремляется за ним. Его переполняет странный восторг. Носиться друг за другом по долине отнюдь не кажется глупым занятием. Время от времени даже удаётся поймать заклинателя за руку. Какая же мягкая кожа, хочется подержаться дольше, но тот бойко ускользает, и приходится ловить его снова. Их звонкий смех отражается от окружающих гор и разносится по всей округе. Кто знает, сколько времени они могли бы провести за этим новым, неожиданно увлекательным занятием, если бы на горизонте не появились другие драконы. Когда Ван Ибо их замечает, их силуэты уже хорошо различимы. Они приближаются очень быстро. – Ах ты негодник! – кричит на него отец, буквально на ходу приобретая человеческую форму. Его лапы не успевают коснуться земли, он сразу приземляется на ноги и, замахиваясь, бросается к Ибо. Ибо ловко уклоняется от подзатыльника. – Ты хоть понимаешь, что Сяо Чжань тоже принц?! Он наследник клана Красных заклинателей! Нельзя просто так взять и украсть человека! Как ты посмел его схватить и притащить к нам?! – не может остановиться глава Огненных драконов. – Мне пришлось самому отчитываться перед всеми людьми, что процесс слияния энергии неотвратим! Ван Ибо стоит, замерев на месте. Обвинения совершенно несправедливые, но он не знает, как лучше поступить… – Это я виноват! – выходит вперёд человек, которого, оказывается, зовут Сяо Чжань. – Я попросил меня забрать. Я боялся, что родители будут сопротивляться. – Они и сопротивлялись, – говорит отец Ибо, Ван Лунь, переведя взгляд на заклинателя, и добавляет: –… ваше высочество, – а затем сгибает одно колено и опускается на землю. Остальные драконы следуют его примеру, только Ибо стоит и тревожно оглядывается. Сяо Чжань смотрит на него оторопевши, явно не зная, что ему делать, но Ибо ничем не может ему помочь. Единственное, чем отличается его положение – отец упорно тянет его за рукав, принуждая тоже приклониться. – Не нужно… – пытается их остановить Сяо Чжань. – О великий прославленный заклинатель, явившийся в наши края во имя нашего спасения! – почтительно произносит глава драконов. – Можешь просить всё что угодно! Надеюсь, мой непутёвый сын никак тебе не навредил. «Ещё кто кому навредил!» – думает «непутёвый сын». – Встаньте, пожалуйста, – произносит Сяо Чжань. – Прошу вас, – добавляет он, когда драконы не шевелятся, и после его слов все они как один вскакивают на ноги. Ну кроме Ван Ибо, который опять не поспевает за всеобщим настроением. – Я только рад… быть полезным драконам и человечеству! – Вот и славно, – отвечает Ван Лунь, – тогда, Бо-эр, можешь показать ему, как у нас здесь всё устроено, а вечером устроим небольшое пиршество в честь гостя. Ван Ибо кивает. Его голову посещает одна мысль, он даже чуть было не произносит её вслух, но быстро закрывает приоткрытый рот. Его всё ещё удивляет, как спокойно все окружающие относятся к тому факту, что Сяо Чжань – МУЖЧИНА. Включая самого Сяо Чжаня. Может, тот больше в курсе, что им предстоит дальше, потому что Ван Ибо всё ещё мучится непониманием. – А будет какой-нибудь… свадебный ритуал? – осмеливается спросить заклинатель. – Признаться честно, я не так много знаю о быте Огненных драконов. – О дитя, – говорит старый дракон, похлопав Сяо Чжаня по плечу, – все свадебные ритуалы вас ждут в спальне, – он оборачивается и бросает строгий взгляд на Ибо. Судя по растерянному виду Сяо Чжаня, его знания тоже не особо обширны, но вопросов тот больше задавать не решается.

🥚🥚🥚

– Тут у нас место для собраний, – говорит Ибо, показывая Сяо Чжаню не очень большую и не очень торжественную постройку. После быстрого знакомства драконы разлетелись, оставив их снова наедине. – Хотя мы не особо часто им пользуемся… Наш народ живёт отшельниками. Мы редко друг с другом видимся в человеческой форме. Чаще встречаемся, чтобы полетать или поохотиться. – Неудивительно, что у вас проблемы с продолжением рода… – бормочет Сяо Чжань. Ван Ибо поднимает бровь. Он искренне не понимает, о чём толкует заклинатель. – Не бери в голову, я говорю лишнее, – идёт на попятную человек. Ибо приоткрывает рот, но закрывает обратно, не решаясь уточнять. Диалог у них пока строится напряжённо, да и взглядами они стараются не пересекаться. Играть в догонялки почему-то было легче. – Тут мы храним зерно и другие вещи, – произносит драконий принц, когда они подходят к амбару. Сяо Чжань просто кивает. Кажется, его это не удивляет. Ван Ибо оглядывается по сторонам, с ужасом понимая, что места для экскурсии закончились. Вернее, осталось только одно место – его жилище, которое он попытался превратить в гнёздышко для молодожёнов. Щёки вспыхивают от неловкости, когда он представляет их там вдвоём, наедине, вынужденными продолжать свадебный ритуал. Губы Сяо Чжаня дёргаются в улыбке. Или Ибо это только кажется. Они стоят в одинаковой позе, сложив за спиной руки, и обмениваются короткими взглядами, пока наконец не прыскают со смеху. – Рано или поздно тебе придётся это сделать, – смело произносит Сяо Чжань, – отвести меня домой . Хотя я не спорю, что разглядывать мешки с рисом очень увлекательно и романтично, – он наклоняется в сторону, чтобы толкнуть Ибо плечом. – Ладно-ладно, пошли, – говорит принц и, хватая того за руку, решительно выводит на улицу. Палящее солнце обжигает их сияющие лица. Ничего не объясняя, он быстро трансформируется и подхватывает Сяо Чжаня на спину. Только второй раз, а ощущение уже кажется обычным и правильным. Долина быстро оказывается далеко под ними, мерцая отблесками переплетений рек. Ибо сам не знает, почему взлетает так высоко. Он просто не может контролировать бьющую из него энергию. Носясь между облаками, он немного успокаивается, прежде чем приземляется на выступе одной из скал. На этот раз он быстро обретает человеческую форму, стоит Сяо Чжаню слезть с его спины. Тот смотрит на него своими большими глазами, изгибая в полуулыбке губы. Огонь внутри пылает ещё сильнее. Так вот что значил ритуал обмена энергией. Справившись с неловкостью, Ван Ибо подходит к высеченной в камне двери и, открыв её, приглашает гостя пройти внутрь. Не гостя , а полноправного хозяина. К этой мысли Ибо ещё не успевает привыкнуть. Человек перед ним кажется ему одновременно совсем чужим и самым родным существом на целом свете. – Ого! – вскрикивает Сяо Чжань, оказавшись в покоях принца, и тотчас сам начинает осматриваться. – Это… тут невероятно красиво, – продолжает заклинатель, а Ибо не до конца понимает, что его так сильно поражает в этих каменных стенах. – Тебе правда нравится? – спрашивает он осторожно. По мнению самого Ибо, его жилище представляет весьма обычную драконью пещеру, которую он постарался украсить живыми цветами и красными шёлковыми простынями. Основным элементом интерьера всё равно остался известняк. – Конечно, я вижу облака! – искренне отзывается Сяо Чжань, бросаясь на поверхность, которая должна служить им кроватью; она находится прямо у огромного окна, рама которого вырезана из редких сортов красного дерева, а створки – из тончайшей бумаги. – Здесь так невероятно сказочно и уютно. Я не мог себе представить, что буду жить прямо на Небесах. Чувствую себя настоящим небожителем, – он поворачивается и хихикает. А Ван Ибо ловит себя на мысли, что ведь тот прав, небожитель – это самое меньшее, кем этот человек может являться. Сердце ёкает. Он подходит ближе и садится на краю. – Ты сам их выбирал? – кивает Сяо Чжань в сторону высушенных трав, которые наполняют комнату приятным ароматом. – Я и собирал их сам, – смущённо шепчет Ван Ибо и тоже выглядывает в окно. Привычный вид впервые кажется ему божественным. Наверное, потому, что его дополняет профиль одного удивительного существа. Рука сама тянется убрать выпавшую прядь из причёски Сяо Чжаня, тот улыбается в ответ. Они проводят некоторое время в тишине, пока оба не начинают нервно ёрзать. – Кхм, – прокашливается Сяо Чжань. Ибо усмехается, отводя в сторону взгляд. Он почти уверен, что они оба думают об одном и том же: о цели их бракосочетания. – Послушай, – наконец говорит Сяо Чжань и подбирается ближе. Ибо непроизвольно хочется отодвинуться назад, но он сдерживается. – Я же могу спросить… – лукаво протягивает его новоиспечённый супруг, – а у тебя правда… – он указывает пальцем вниз живота Ибо, и тот сам опускает взгляд, словно его там что-то может удивить, – два половых члена? – на одном дыхании заканчивает Сяо Чжань. – А? Ван Ибо резко привстаёт, выпрямляя спину. Ему вдруг не хватает воздуха. Он совершенно не знает, как на это реагировать, и просто смотрит в горящие любопытством глаза напротив. – Покажешь? – произносит Сяо Чжань, прикусывая губу, окончательно выбивая наследника Огненных драконов из колеи. Удивительное, прямолинейное существо! Ван Ибо хотелось бы возмутиться, но вот только… ему же всё равно придётся это сделать, да? Он тяжело вздыхает, всё также молча, прежде чем снять с себя верхнее одеяние. Сяо Чжань рядом возится со своим поясом. Наверное, так и должно быть, думает Ибо, продолжая обнажаться. Он сильно тушуется, чувствуя себя предметом на выставке, и даже не поднимает взгляд на изучающего его телосложение человека. Только слышит тихое «Ох» и чувствует пристальный взгляд туда, где один над другим расположились два драконьих члена. Очень спокойные драконьи члены , между прочим. Ван Ибо слишком нервничает, сжимая в кулаках простыни, чтобы там хоть что-то дёрнулось. Он тяжело сглатывает, не зная, когда этот осмотр закончится. Часть его негодует, хочет поднять голову, протянуть руки и раздеть наглого человека в отместку. Вторая остаётся робко прикованной на месте. – Не влезет, – выдаёт свой вердикт заклинатель. – Я не представляю, как… Ван Ибо резко прикрывается, запахивая назад нижние одежды, и сталкивается со взволнованным взглядом Сяо Чжаня, который даже успел вскочить на ноги и схватиться руками за голову. – А я в чём виноват? – возмущается драконий принц. – Это не моя идея! Ему неприятно. Опять хочется перевоплотиться и улететь куда-то, потому что иначе он совершенно не знает, что ему со всем этим делать. Почему ему никто не объяснил раньше? Ван Ибо всегда думал, что первое деление ложа – это нечто такое естественное и само собой разумеющееся. По крайней мере, так это казалось, судя по той тишине, которая окутывала свадебный ритуал, словно все всё знают и нечего тут обсуждать. Либо все были умнее Ван Ибо, либо только делали вид, а потом скрывали результаты сей катастрофы. – Ты обиделся? – произносит Сяо Чжань, запрыгивая назад на кровать, и совершенно нахально тычется носом в щеку Ибо. – Прости… – Нет, – отвечает Ибо, отворачиваясь. Его лицо пылает. – Прости, – повторяет его супруг и оставляет влажный поцелуй на щеке. Ван Ибо чувствует, что тело предательски опережает его уровень душевной готовности к любого рода близости. Ци опять наполняется огнём. – Ты же тоже меня сейчас увидишь, разве нет? – спокойно произносит Сяо Чжань, и Ибо наконец решается на него посмотреть. У того в глазах нет насмешки, о которую он так боится порезаться. Скорее смятение и паника где-то на самом дне. Ван Ибо делает вздох и не сопротивляется нежному касанию руки к своему лицу. Клубок, сжимающий горло, немного ослабевает. – Прости, – в третий раз повторяет заклинатель. – Я просто удивился. Мы можем попробовать и ошибиться, ведь здесь никого кроме нас нет, – он опять прикусывает губу. И это выглядит соблазнительно. Их губы так близко. Ещё мгновенье спустя они решаются на первое робкое касание. Это приятно. И хочется улыбаться. Ван Ибо сам не понимает, куда так легко и быстро уходят его обиды и тревоги. – Всё в порядке, – шепчет он, очерчивая большим пальцем скулу человека. У того так трогательно вздрагивают уста. Общее волнение помогает успокоиться, как бы абсурдно это ни было. Они целуются смелее и смелее, падая на постель, не переставая улыбаться в те моменты, когда отрываются друг от друга. – Тогда показывай, – шутливо произносит Ибо, протягивая руку к поясу на чужих нижних одеждах, – ты только что обещал. Тот хихикает, отворачиваясь, и не забирает рук, которые обвивают шею Ибо. – Просто продолжай, – тихо говорит Сяо Чжань, укладываясь удобней. Ибо опять впивается в его губы и издаёт первый приглушённый стон. Сяо Чжань запускает пальцы в его волосы и стонет в ответ. Поток энергии между ними становится сильнее, опускаясь тяжёлым возбуждением, ждущим своего выхода. Ибо почти рычит, когда видит смуглую обнажённую кожу и проводит рукой рядом с тёмными сосками. Больше ни на одну секунду ему не кажется странным – вот так вот ласкать мужчину. Мужчину, который позволяет ему это делать и отзывается так сладко. – М, теперь они стали ещё больше, – протягивает Сяо Чжань, когда Ибо избавляется от своей одежды. Принц хмыкает, наблюдая, как голодно его сверлят взглядом. Искры, которые пылают в глазах заклинателя огня, говорят о чём угодно, но только не о страхе или неприязни. Вторя мыслям Ибо, тот тянет руку, чтобы по очереди приласкать оба его члена. Ибо и его дракон оба сходят с ума: один от удовольствия, которое приносит этот жест, другой от накалившейся ци. – Я всё ещё не знаю, как мы это сделаем, – хихикает Сяо Чжань, не забирая руки. – Мы необязательно должны… сегодня… до конца… Мысли сбиваются из-за переполняющих ощущений. Ибо сглатывает, выбираясь из нежных объятий. Он хочет сделать всё хорошо, справиться с задачей сделать приятно. Сяо Чжань смотрит на него удивлённо, но ничего не спрашивает, просто ждёт. И Ибо не спешит, вдоволь рассматривает, проводит руками по мускулистому торсу, прежде чем опуститься с поцелуями на живот супруга, попробовать на вкус его человеческий член. Сяо Чжань тяжело дышит и так податливо отзывается на каждое движение. Власть, с которой ему позволено касаться везде, опьяняет Ван Ибо, придаёт решительности. Он смелее разводит в стороны чужие бёдра, оставляет влажные мазки на их внутренней стороне. Его подбадривает то, как человек запускает в его волосы пальцы. Значит, ему нравится. Можно лизнуть ещё здесь. Обвести языком яички и затем чуть ниже… Ван Ибо приподнимается, чтобы воочию увидеть реакцию Сяо Чжаня, когда он касается его там . Очень осторожно прижимает палец… Тот замирает, а затем долго выдыхает. – Я… ничего не путаю? – всё равно спрашивает Ибо. Сяо Чжань качает головой. – Только… хорошо бы… У тебя есть… масло? – О, – Ван Ибо чуть не стучит себя по голове, вспоминая о сундучке, который вручил ему лекарь. Наверняка среди тех бутылочек было необходимое, – я сейчас. Он быстро возвращается назад. Сяо Чжань сидит, обняв одно своё колено, стыдливо прикрывая всё, что ещё мгновенье назад было так доступно. Ярый дракон внутри Ибо негодует: ему нужно, уже, сейчас. Но Ибо его сдерживает и спокойно открывает ящик. Пузырьков внутри оказывается гораздо больше, чем он ожидал. Он смотрит на них растерянно, но на помощь приходит Сяо Чжань. Тот протягивает руку, открывает один из них, подносит к носу и морщится. – Не знаю, что это, но это не оно, – говорит он и продолжает поиски. Ибо прыскает со смеху. Ему опять становится весело, словно они вдвоём вместе изучают какую-то новую игру, а не делают то, что должны делать супруги на брачном ложе. Сяо Чжань тоже улыбается, перебирая настойки лекаря У. – Может, его там и нет, – смеётся Ибо. – Да ну, – недоверчиво произносит Сяо Чжань, – это было бы слишком жестоко… по отношению ко мне. Даже не представляю, как может быть устроена анатомия драконьих женщин. – Я тоже, – говорит Ван Ибо, и они оба опять гогочут. Сяо Чжань продолжает копошиться среди снадобий, пока не вскрикивает «Я нашёл!» с восторгом ребёнка, которому достались сладости. Вроде бы у них теперь есть всё необходимое, кроме понимания, как заново начать. Они переглядываются и то и дело начинают хихикать. Возбуждение приутихает, а взамен ему приходит лёгкость. Ибо заваливает Сяо Чжаня на кровать и просто ложится рядом, не соприкасаясь телами. – Что? – спрашивает тот, покручивая в руке драгоценный пузырёк. – Мне просто стало любопытно, – говорит Ибо, приподнявшись, опираясь на одну руку. – Ты меня совсем не боишься? Он думает о том, с какой лёгкостью человек только что предлагал ему своё тело, несмотря на все физические ограничения. – Пф, – фыркает Сяо Чжань, – с чего ты взял, что люди – слабые существа? Мы владеем магией! Думаешь, я не способен тебе сопротивляться? – Но я… ведь дракон! Ты же знаешь о нашей силе? – О да, наслышан, у меня друг – ваш большой поклонник. – Ван Ибо решает пока не уточнять подробностей. – Просто, не знаю… у меня сложилось впечатление, что я могу… тебе доверять? – продолжает заклинатель, – Это внутреннее ощущение. Может быть, я неправ, но если ты разрешаешь касаться себя в драконьей форме, то разве я не значу для тебя достаточно много, чтобы не причинить мне вред? Ван Ибо смотрит в глаза своего человека и понимает, что он значит для него уже очень много, бесконечно много. – Драконы выбирают пару на всю жизнь, – говорит он серьёзно. – А свадебное торжество у нас ещё будет? – спрашивает Сяо Чжань. – Это оно и есть, – Ибо наклоняется ниже. Невыносимо хочется опять сократить расстояние между ними. – Побег из полного хаоса и сразу в постель? У драконов своё понимание романтики! – А так? – шепчет Ван Ибо и накрывает губами его губы. Получается очень нежно. – И как тебя бояться, когда ты такой? – отвечает Сяо Чжань и не даёт Ибо возмутиться, что он всё ещё грозный дракон, утягивая его в поцелуй.

🥚🥚🥚

– Только один… – говорит Сяо Чжань, когда Ибо готовится проникнуть в его тщательно растянутый вход. Он и не собирался больше. Даже это кажется много, когда он осторожно проталкивает внутрь головку нижнего члена. Ван Ибо замирает, но Сяо Чжань трогает его за руку, заставляя продолжить и наклониться вперёд. Он повинуется. На самом деле, скольжение получается не таким уж трудным, как показалось сначала. Он медленно двигается дальше, чувствуя, как с каждым фэнем сильнее накаляется его тело. Сяо Чжань протяжно стонет, откинув назад голову. Картина набухших на шее вен сводит Ван Ибо с ума. Он впивается в неё губами, одновременно входя до предела. Кожа огненного заклинателя обжигает, но это приятно. С каждым толчком их энергия переплетается всё сильнее. Ибо теряется в нахлынувших на него ощущениях. Он уже совсем не бережно врывается в чужой рот и чувствует, как в ответ ему в спину впиваются ногти. Кажется, что ещё чуть-чуть и они оба сгорят или сожгут весь дом, но даже падение небес не способно их сейчас остановить в этом неистовом желании быть одним целым. – Сюда, – шепчет Сяо Чжань, направляя его второй член так, чтобы он касался его собственного. Они оба такие влажные, и соприкосновение становится катализатором нового вихря силы. Нижний член Ибо всё ещё внутри, сжатый узкими стенками, а верхний теперь скользит в такт, то и дело задевая член Сяо Чжаня. Он чувствует, как огненный шар внутри него накаляется до предела, готовый взорваться в любую секунду. Сяо Чжань закидывает ноги ему выше на талию, подстраиваясь под рваные, потерявшие ритм, толчки. Их энергия так гармонично двигается в одном направлении, что они вскрикивают одновременно, тут же изливаясь семенем. И даже сейчас Ибо всё равно не может перестать ни двигаться, ни стонать в приоткрытый рот Сяо Чжаня. Они ещё долгое время приходят в себя, переплетаясь всеми конечностями. – Мы прожгли простынь, – со смешком подмечает заклинатель, и Ван Ибо только тогда отрывает голову от его груди, чтобы посмотреть, куда тот указывает. – Ой, значит, мне не показалось, что из меня льётся огонь. – Не показалось, – подтверждает Сяо Чжань и снова хихикает. Его волосы так красиво завились от пота, и Ибо ничего не может с собой поделать, воруя очередной поцелуй из его уст. Оба его члена снова дёргаются, хоть он ещё даже не успел выйти. – Драконы настолько могучи? – шепчет Сяо Чжань, лукаво приподняв бровь.

🥚🥚🥚

Они занимаются этим ещё дважды, прежде чем лениво раскидываются на обгоревших остатках шёлковой простыни, из которой во все стороны торчат перья. Похоже, придётся менять постель. – Это был лучший секс в моей жизни, – довольно сообщает Сяо Чжань. Ван Ибо напрягается. – А у тебя был другой? – спрашивает он, пристально уставившись на супруга. Тот тяжело сглатывает и замолкает, его и без того разгорячённое лицо краснеет ещё пуще. – Я думал… что одно из условий участия в ритуале… – Я дурак, прости меня! – вскрикивает Сяо Чжань, подтверждая дурные мысли Ван Ибо. Тот мрачнеет. – Это всё очень далеко в прошлом! Мы с этим парнем взаимно ненавидим друг друга, не более. – Ты был с мужчиной? Ван Ибо не знает, как ему на это реагировать. Единственное, в чём он уверен наверняка, – что об этом ни в коем случае не должен узнать его отец. – Отныне я буду только с тобой! – продолжает человек. – Это было глупостью. Разве я мог предполагать, что меня ждёт брак с таким великим и могущественным созданием? – великое и могущественное создание хмыкает. – Я… я буду тебе хорошим мужем и выполню возложенный на меня долг… и… – Разве ты совсем недавно не говорил, что это невозможно? – фыркает Ван Ибо. – … и моё сердце уже принадлежит только тебе… – заканчивает Сяо Чжань и хватает руку Ибо, прикладывая к своей груди. Дракон чувствует идущее оттуда тепло. Ни с чем несравнимый жар, который уже связывает их воедино. Признание, что вырвалось из уст заклинателя, кажется ему слишком порывистым, слишком поспешным, но по совершенно неведомой причине ему хочется верить. Может быть, потому что собственное сердце откликается на этот зов. Ван Ибо смотрит в умоляющие глаза напротив и понимает, что прошлое и вправду не имеет никакого значения.

🥚🥚🥚

Первое время драконье царство находится в эйфории, что наконец у их рода появилась надежда на выживание. Пусть решение и слегка… необычное. Ван Ибо давно не видел такого количества своих сородичей в человеческой форме. Некоторых он вообще встречает впервые… в любом виде. Такое чувство, что все до единого драконы хотят увидеть его мужа. Обаятельного мужа, который умеет впечатлить толпу. Хотя спустя время Ван Ибо уже отлично замечает разницу между болтливым Сяо Чжанем наедине с ним и нарочито вежливым Сяо Чжанем среди чужих людей. Одна и та же сияющая улыбка теперь кажется ему совершенно разной . – Я так устал, – ноет заклинатель, заваливаясь на их бедную, вечно горящую постель. – Ты очаровал моего троюродного дядю, – говорит Ван Ибо, снимает обувь и ложится рядом. Это место стало их любимым по очень многим причинам, включающим, конечно, красивый вид из окна. – Какого из них? – страдальчески отзывается его супруг. – Сколько у тебя вообще дядь? – Когда-то ситуация с размножением не была такой плачевной. Ситуация с размножением. Несмотря на растущее взаимопонимание, с этим у них всё ещё проблемы. Они прекрасно изучили тела друг друга, гонимые постоянно вспыхивающей между ними страстью, но всё равно не решили вопрос с вмещением невмещаемого. Наибольшим достижением со стороны Ибо было добавить к одному своему члену ещё палец, но даже это казалось чем-то жутким. Заверения Сяо Чжаня, что он в порядке, не помогали. Ван Ибо не верил, что можно быть в порядке с выступившими на глазах слезами, и быстро сдавался. Иногда они даже не пытались. В их интимной жизни даже стала прослеживаться система: «Сегодня мы стараемся осуществить своё предназначение, а сегодня у нас перерыв». В такие «выходные» Ибо больше всего любит брать мужа сзади, пуская второй член скользить между его бёдрами. Их анатомия позволяет обоим достигать вершины блаженства в этой позе. Ван Ибо больше не боится вбиваться глубоко и резко, потому что стоны Сяо Чжаня становятся от этого только громче. И голову тот закидывает так, что Ибо непроизвольно тянется ладонью к его шее, иногда засовывает ему в рот пальцы, заставляя быть тише. И эти приглушённые гортанные звуки возбуждают отнюдь не меньше. Они бы могли быть более чем удовлетворены своей супружеской жизнью, если бы не висящее над ними чувство долга. – А что… если попробовать вставить их по очереди… – задумчиво произносит Сяо Чжань, лёжа в постели после очередного соития. – Мы можем попробовать, – несколько сонно произносит драконий принц. Отец Ван Ибо следит, чтобы их реже беспокоили по пустякам, заканчивая побыстрее все приёмы. Он даже как-то грозился издать указ со сводом правил, необходимых для соблюдения идеального спокойствия во всём королевстве, но Ибо тут же запротестовал. Ему было вполне достаточно того, что его личная жизнь и без того является достоянием общественности, затаившей дыхание в ожидании нового поколения. – Стой, – беспокойно произносит его супруг, – ты сам не знаешь принцип работы своих органов? – Руководства по пользованию мне никто не выдавал, – обиженно фыркает Ван Ибо. – А весь опытный путь мы с тобой проходим вместе. – М, мне это нравится, – бессовестно заявляет Сяо Чжань, снова лаская его члены. Те тут же отзываются, игнорируя то, каким уставшим чувствует себя их хозяин. Сяо Чжань же кажется полным сил и энергии, несмотря на то что точно так же, как Ибо, провёл всё утро на встрече старейшин. Ибо даже чуточку завидно, что его супруга не так выматывают все эти государственные дела. – Попробуем? – шепчет тот так соблазнительно, что Ибо понимает, что сможет трахнуть его ещё раз, даже если после этого отключится на сутки. – По очереди? – спрашивает он хрипло своего неугомонного заклинателя, который уже перекинул через него ногу, занимая позу наездника, и прижал один из его членов ко всё ещё влажной от семени дырочке. – Ты знаешь, что когда-нибудь сведёшь меня с ума? – проговаривает Ибо, нетерпеливо толкаясь внутрь. – Если ты устал, я могу сам, – шепчет Сяо Чжань, двигаясь назад, чтобы насадиться до упора. Действие вызывает новый всплеск энергии между ними. Ван Ибо чувствует, как его дракон набирается сил. Вместо ответа он просто переворачивает супруга на спину, закидывает себе на плечи его ноги и задаёт быстрый ритм. Он собирается объяснить, что в этой позе будет удобней быстро менять одновременно изливающиеся члены, но разговаривать больше не получается. Дыхание сбивается, а рот занимает язык Сяо Чжаня, который заставляет дотянуться к себе несмотря на неудобное для этого положение. Он соскальзывает ногами с плеч на талию Ибо, не желая расставаться с его губами. В пылающем между ними желании есть что-то дикое, первозданное, подобное той энергии, которую они сотворяют. Ибо сначала доводит до разрядки мужа, охватывая рукой его пульсирующий член. Тот извивается так, словно пытается ускользнуть от слишком сильных ощущений, но Ибо, прекрасно зная, что ему нужно, только ускоряет ритм, заставляет кричать громче, кончать дольше. Он не отпускает его член, пока тот совсем обессиленно не разваливается на простынях. И только тогда он хватается руками за бёдра супруга и двигается дальше, чтобы догнать уже собственное удовольствие. Он честно пытается резко вытащить один член и поменять его на второй, проникая глубоко внутрь. Кажется, кроме того, что семя теперь покрывает ещё больше пространства на смуглой коже, ничего не происходит. – Думаешь, что мы бы почувствовали, если бы это случилось? – спрашивает Ван Ибо, когда к нему возвращается желание связывать звуки в слова, а слова – в осознанные мысли. Сяо Чжань хихикает, переворачиваясь на бок и утыкаясь носом в подушку. Ван Ибо тоже улыбается, хоть и не понимает, что такого смешного он сказал. – Почему мы оба всё ещё не знаем, что именно должно произойти? – наконец объясняет причину своего хохота заклинатель, и Ибо становится от этого только смешнее. – А вдруг ничего не случится даже тогда, когда мы справимся? – Ибо смеётся ещё больше, прикрывая рукой глаза. Есть во всём этом элементы абсурдности. – Ты сейчас точно попал внутрь обоими? – продолжает Сяо Чжань. – Думаешь, я знаю? Они изливаются одновременно. – Можно попробовать быстрее. Их смех кажется немного истерическим, но даже это не мешает переплетаться руками и в небольших паузах рвано касаться губ друг друга. По крайней мере, между ними царит настоящее единодушие.

🥚🥚🥚

Однажды Ван Ибо всё-таки решает обратиться за мудростью к предкам и проводит неделю в старой библиотеке. Самая большая проблема в том, что он не особо знает, что именно ищет. Складывается ощущение, что все древние трактаты только вскользь касаются вопроса продолжения рода. Какое упущение! К счастью (или нет), драконий принц находит нужные (как ему кажется) сведения в справочнике лекаря из Уси. Правда, сначала приходится перечитать все способы борьбы с оспой, списки трав для эликсира, способствующего укреплению мужской силы, руководство по иглоукалыванию и многое другое. Где-то в самом конце всё-таки не забывают и о женской части драконьего населения. И, о Небо, Ван Ибо действительно находит болеутоляющую мазь, облегчающую участь самки при соитии! Сяо Чжань, конечно, на самку похож мало, но ведь не может болеутоляющая мазь навредить. «Нужно попробовать!» – решительно сворачивает свиток Ван Ибо, а уже через несколько дней гордо демонстрирует мужу готовое лекарство. – Что это? – спрашивает тот с подозрением. – Чудодейственная вещь из «Справочника о травах и не только» лекаря Гона! Сяо Чжань хмурится. – И кто её готовил? – Лекарь У, разумеется! Я не настолько самонадеянный, – говорит Ван Ибо и добавляет со смешком: – Ты знаешь, как я готовлю. – Я так понимаю, способ применения похож на масло, – заключает человек, нюхая содержимое небольшой коробочки. Он набирает немного липкого вещества на пальцы и растирает. – Хуже ведь не будет, – вторит он мыслям самого Ибо. «Хуже будет», – думает Ван Ибо вечером, когда Сяо Чжань пронзительно кричит, а затем вспоминает весь свой запас ругательных слов, сидя задницей в корыте с водой. Ван Ибо узнаёт много нового о благородном наследнике Красных заклинателей. – Кто придумал это злодейское зелье? Я скручу ему шею, вырву глаза и заставлю их сожрать. Драконий принц судорожно сглатывает. – Он уже умер, – напоминает он, – примерно десять тысяч лет назад. – Мы найдём и оскверним его могилу, – грозно произносит Сяо Чжань, но вид его уже кажется менее страждущим. Ван Ибо заламывает руки и не признаётся, что не смог разобрать несколько поплывших иероглифов из древних письмён. Может быть, он всё-таки ошибся с видом ядовитой стеллеры. Как истинный стратег, наследник Огненных драконов решает по этому поводу промолчать, чтобы не оказаться на месте лекаря Гона и не испытать на своей шкуре все проклятья мужа. В конце концов, даже молодой дракон может ошибиться.

🥚🥚🥚

Во всевозможных попытках – более удачных и совсем катастрофических – проходит ещё месяц. Тогда Ван Лунь вызывает сына к себе. Ван Ибо чувствует неладное. Во-первых, слишком уж официальным выглядит приглашение. Во-вторых, небо затягивает тучами, то и дело извергающими молнии. Это могло значить только одно: отец недоволен. Догадаться, чем именно, было не так тяжело, хотя Ибо до последнего надеется, что речь пойдёт об усилении северной границы, недостатке золота в казне или засухе, о чём угодно, только не… – Как продвигается зачатие ребёнка? – быстро переходит к делу глава Огненных драконов. – Мы над этим… работаем, – отвечает Ибо, стараясь не выдавать волнения. – Почему этот человек оказался ни на что негоден? – лишая зятя не только имени, но и всех титулов, пренебрежительно спрашивает Ван Лунь. Ибо едва сдерживает возмущение, вспоминая, как отец заставлял всё драконье царство падать к ногам его супруга. – Отец, проблема, вероятно, во мне, а не в нём… – пытается возразить принц. – Конечно проблема в тебе! – повышает голос отец. – Ты слишком мягкий и чрезмерно его бережёшь. Любой на твоём месте уже решил бы вопрос силой. – Никто не посмеет причинить вред моему супругу! – решительно отвечает Ван Ибо, сжимая в кулаки руки. Пространство вокруг начинает искриться от переизбытка драконьей силы. – У тебя есть месяц, – не обращает внимания на его слова глава, – иначе я буду думать над другим решением, и оно тебе не понравится. Молодой дракон, скрипя зубами, вырывается из отцовского дворца. Он совсем не понимает, почему этот мир устроен так, что кого-то сегодня превозносят, а завтра уже порицают. И почему именно им с Сяо Чжанем выпало нести эту ношу, смысл которой никто не может объяснить, но все вокруг упорно делают вид, что так и надо. Ребёнком ему казалось, что речи взрослых такие непонятные, потому что он слишком мал, но, когда вырос, осознал, что взрослые чаще всего сами не понимают, о чём говорят, а мир – клубок одного сплошного недопонимания. Вот только теперь это стало его проблемой.