Безумцы всех смелей!

      Следующим утром, едва натянув носки и наскоро завязав галстук, Юджи «Молнией» вылетел на урок Трансфигурации. Профессор Нанами Кенто терпеть не мог опоздания и легко мог назначить за это наказание в виде дополнительных учебных часов, а просиживать вечер за строчками: «Если я ещё раз опоздаю на Трансфигурацию, наколдую себе на лбу будильник» Юджи совершенно не улыбалось. Хотя, с тем учетом, как цепко взялась за него Нобара и как сильно не хотелось снова позориться перед этим Фушигуро, Юджи легко бы на это согласился.       У самых дверей класса обнаружилось, что его надежды пошли прахом, — шестикурсники кучковались перед закрытым кабинетом в ожидании, когда их впустят. В коридоре стоял многоголосый шум: помимо школьников на висевших в коридоре портретах переговаривались старые колдуны и колдуньи.       — Юджи! — помахала Нобара, и когда он подошел ближе, энергично зашептала: — Нам сегодня повезло. Фушигуро выписали из больничного крыла, и мы можем…       Юджи стремительно пробежался взглядом по толпе одноклассников, выискивая среди алых, синих и желтых отворотов мантий зелёные, а уже среди них… Желудок вяло кувыркнулся, когда за привалившимся к колонне Махито показался знакомый взъерошенный затылок. Фушигуро стоял спиной, уткнувшись в конспекты. Юджи быстро отвёл глаза, не дав ему шанса невовремя обернуться и — не дай Мерлин! — заметить на себе пристальный взгляд.       Очередной день позора наступил как-то слишком быстро.       — …и я придумала, — увлечённо бормотала Нобара, — когда он отвернётся, ты бросишь на его стол…       — Что? — переспросил Юджи.       Нобара недовольно поджала губы и уже собиралась высказать Юджи всё, что она думает о придурках, которые заставляют её повторять дважды, как дверь в кабинет Трансфигурации открылась, и оттуда послышалось сдержанное:       — Входите.       Ученики послушно втянулись в класс и разбрелись по местам: Юджи предусмотрительно нацелился на последний ряд, где усевшаяся за первые парты Нобара точно не могла его достать, но слишком поздно обнаружил, что в своем стремлении найти место подальше от подруги угодил прямо в кольцо слизеринцев. Оказавшиеся впереди него Махито и Джого неприятно осклабились — теперь весь урок будут на него коситься и ржать, пока он пытается трансфигурировать своё лицо: брови, нос или глаза, или что там профессор Нанами снова придумает на этот раз… Если, конечно, не решит, что с шестого курса достаточно превращений.       — Учебники убрать, перья тоже, — послышалось с учительного стола. — Продолжаем тему трансфигурации человека. В конце урока — зачёт. Его получат только те, кому удастся придать одной из черт своего лица новый вид… Нет, мистер Ино, если вы снова превратите свой нос в свиной пятачок, это не будет зачтено и вы отправитесь на пересдачу.       В классе вяло захихикали. Юджи разочарованно выдохнул, но, смиряясь с неизбежным, сунул учебник обратно в портфель. Теперь насмешек слизеринцев точно не избежать: его достигнутый на прошлом уроке максимум — это выкрасить одну бровь в зелёный цвет. Остаётся надеяться, что они будут слишком заняты собой, чтобы обращать внимание ещё и на него.       Только Юджи защёлкнул замок и хотел повернуться обратно к учительскому столу, как, к несчастью для себя, наткнулся на Фушигуро Мегуми, который — как оказалось — сел прямо позади него.       Второй раз за утро желудок неприятно скрутило: не то от стыда, не то ещё от чего.       Фушигуро, не моргая, смотрел Юджи прямо в глаза. В них не было ни презрения, ни усмешки — впрочем, Юджи не был уверен, что тот на них способен, — только удивление и настороженная внимательность, с которыми изучают потенциально безвредный, но странный предмет, способный в любую секунду выкинуть нечто из ряда вон.       — Приступайте, — командным голосом объявил профессор Нанами, и Юджи, вздрогнув, отвернулся — так быстро, что едва не свернул себе шею.       Весь урок он сидел, как на иглах нарла — казалось, Фушигуро сверлит взглядом его спину, — но оборачиваться и проверять Юджи не торопился. Как-то по-дурацки вчера вышло с этим пакетом из «Сладкого королевства»… Интересно, Фушигуро уже рассказал об этом остальным слизеринцам?       Юджи присмотрелся к Махито, который с идиотским видом пялился в зеркало, не зная, как убрать только что наколдованные шрамы, больше похожие на неаккуратные стежки (как у магловского персонажа Франкенштейна или как его там), перевёл взгляд на Джого, каким-то жутким совершенно образом сотворившего себе на лбу ещё один глаз, и догадался, что эти двое, очевидно, пока не в курсе. Может, Фушигуро рассказал это другим слизеринцам или кому-то из своей команды по квиддичу?..       Погруженный в мысли, Юджи не сразу заметил на периферии какое-то слабое движение. Он оторвал взгляд от зеркала, из которого на него смотрело его собственное отражение с ярко-розовыми бровями, и заметил Нобару, изображающую странные пассы руками и явно пытающуюся привлечь его внимание за спиной профессора Нанами.       — Что? — одними губами произнес Юджи.       Нобара сделала непонятный знак рукой — он мог означать буквально что угодно, от «отвали» до «подожди», — и, взмахнув волшебной палочкой, отправила по воздуху крошечный клочок пергамента. Юджи успел перехватить его прямо перед тем, как профессор Нанами сверкнул в его сторону половинками очков.       Стараясь не шелестеть и не привлекать к себе нежелательного внимания, Юджи развернул пергамент:       «Пригласи его СЕЙЧАС! Отправь ему записку, он прям за тобой сидит, болван!»       Юджи на всякий случай перевернул пергамент. Обратная сторона пылала сарказмом:       «Ну или, если хочешь, пригласи его ЛИЧНО. Это же так ПРОСТО».       Юджи тяжело выдохнул. В предложении Нобары имелось разумное зерно, ведь куда проще нацарапать пару строчек, чем пытаться снова совладать с собой, лихорадочно выдумывая нужные слова и неизбежно позорясь. И перед кем! Перед слизеринским ловцом, Мерлин бы его побрал!       Стараясь сделать это незаметно, Юджи осторожно посмотрел через плечо на заднюю парту. Фушигуро увлеченно колдовал над своими глазами — внешний вид не изменился, но радужка как будто ярче стала и теперь сияла изумрудно-зеленым цветом. Юджи не помнил, какие у него были глаза — синие, вроде? — и завистливо прикусил губу. Талантливый гад он, все-таки, хоть и слизеринец… Профессор Нанами как-то объяснял, что самое сложное в трансфигурации человека — менять цвет глаз. Именно за такие чары маскировки на экзамене в Мракоборческий центр в Министерстве магии начисляют высший балл. По глазам человека узнать проще — сколько там ни ворожи с длиной, цветом волос или… бровей.       — Заканчиваем, — прокатился по классу вкрадчивый голос профессора. — До зачёта осталось десять минут.       Впереди активно зашевелился толстый зад теперь похожего на циклопа Джого — ему так и не удалось заставить третий глаз исчезнуть со лба: зрачок стал в два раза крупнее и вращался вокруг своей оси со зловещим видом. Махито, на чьём лице стало ещё больше безобразных шрамов, поглядывал на приятеля и похрюкивал от смеха в кулак.       Юджи, решив не терять время, схватился за перо и замер над клочком свежеоторванного от домашней работы пергамента.       Что писать? «Давай встретимся в субботу в Хогсмиде?» А если он субботу не может? «Не хочешь погулять на следующих выходных в Хогсмиде?» Или лучше упомянуть «свидание»? В прошлый раз он так и не решил ведь, как выразиться точнее…       — Пять минут, — сообщил прогуливающийся между рядами профессор Нанами.       Юджи стиснул зубы и наскоро нацарапал: «Пошли на свидание?». Подул на пергамент, чтобы чернила высохли скорее, смял записку и повернулся к Фушигуро, который, пристально глядя на своё отражение в установленном на парте зеркале, завершал работу, доводя её до идеала изящными взмахами волшебной палочки.       — Эй, — шикнул Юджи, — Фушигуро.       По лицу напротив скользнула тень, и через миг Юджи встретился с острым, изменённым магией взглядом. Юджи ещё ни разу не видел Фушигуро так близко и изумился, заметив, какие длинные у него ресницы. Чёрные, яркие, как мех клыкастого пушистика. Интересно, его ресницы всегда такими были или он подверг трансфигурации и их?..       — Что? — едва слышно переспросил Фушигуро, и Юджи внезапно понял, что уже секунд двадцать бессловно на него пялится.       Не раздумывая ни секунды, он выкинул вперёд руку со стиснутой запиской и разжал кулак — мятый пергамент упал на парту прямо перед носом Фушигуро, но не успел тот забрать его, как записка неожиданно поднялась в воздух и в ту же секунду вспыхнула пурпурным волшебным огнём.       Юджи обомлел, глядя, как на парту медленно планирует пепел. Фушигуро выглядел таким же напугано-удивленным, но гадать, что послужило причиной, долго не пришлось: Юджи медленно перевёл взгляд в сторону и заметил, что в соседнем ряду стоит профессор Нанами Кенто с волшебной палочкой наперевес.       — На случай, если кто-то, доучившись до шестого курса, забыл, я напомню, — произнёс профессор прохладно, пряча волшебную палочку в нагрудный карман мантии. — Разговоры, как и переписки на уроках, запрещены, мистер Итадори. Останьтесь после уроков, я назначу вам наказание.       Юджи едва не взвыл.

***

      — Ну ты гений, конечно, — проворчала Нобара после звона колокола, когда взмыленный Юджи последним вылетел из кабинета Трансфигурации. — Хоть бы по сторонам смотрел… Какое наказание он тебе назначил?       — Не знаю, — фыркнул Юджи. — Сказал явиться вечером в пятницу, там и скажет. Как обычно, думаю, — он поморщился, — усадит за строчки.       — Кошмар, — зевнул Такума. Часть его волос всё ещё была кудрявой и белой, как средневековый парик: чары развеивались медленно.       — Вот именно, — подтвердила Нобара. — Вместо одной решённой проблемы, Юджи, теперь у тебя их две.       — Благодаря твоим советам, — буркнул он, но Нобара его проигнорировала:       — Ладно, что-нибудь придумаем. Может, шоколадные конфеты с посланием? Я видела, некоторые девчонки так раньше делали… Даришь их, и стоит открыть коробку — оттуда сами собой выплывают строчки и тут же развеиваются. Тебе и говорить ничего не придётся…       Такума зажал рот рукой — то ли изображал тошноту, то ли пытался не расхохотаться во весь голос.       — Нобара, — взмолился Юджи, чувствуя, как начинает гореть лицо, — ну какие ещё конфеты?       — Шоколадные, — вкрадчиво произнесла Нобара. — Просто положись на меня, я всё устрою, и этот красавчик не устоит перед…       — Хватит, — замотал головой Юджи. — Нет, серьёзно, хватит уже. Я сам что-нибудь придумаю.       Нобара поджала губы, но настаивать не стала.       К счастью, следующим уроком у неё и Такумы стояли прорицания — Юджи же отказался от этого бесполезного, по его мнению, предмета сразу после сдачи СОВ, и теперь в его расписании висел свободный урок. Попрощавшись с друзьями у коридора, ведущего в Северную башню, Юджи задумался: Фушигуро, насколько он помнил, с третьего курса не посещал прорицания, явно предпочитая им какую-нибудь нумерологию или древние руны. Может, и у него сейчас свободный урок?.. Пора, в конце концов, в этим покончить, пока не нажил из-за него ещё больше проблем.       Немного потоптавшись в коридоре, Юджи решил попытать судьбу и наведаться в библиотеку. Если не в гостиной Слизерина, то наверняка этот книжный червь будет торчать именно там.       Библиотека Хогвартса располагалась на третьем этаже — Юджи добрался до неё всего за десять минут. Слишком быстро, чтобы успеть до конца обдумать идею, но делать нечего: если Фушигуро там, сворачивать с задуманного пути нет никакого смысла.       Поправив лямку рюкзака на плече, Юджи вошёл в библиотечный зал: замшевая тишина, прерываемая только шелестом страниц, обложила уши. Тихо, стараясь не нарушать царящего между стеллажей молчания, Юджи пошёл мимо рядов, внимательно изучая столики. Кроме кучки семикурсников из Пуффендуя и редких когтевранцев в этот час в библиотеке никого не было.       Юджи прогулялся к последнему ряду, ни на что особенно не надеясь, как ему улыбнулась удача. Или неудача — как сказать ещё…       Фушигуро, словно по волшебству, оказался именно здесь — сидел спиной к окну, разложив вокруг себя учебники и свитки, и что-то усердно читал. Юджи обратил внимание, что книга, которую он держал в руках, была перевернута вверх тормашками, но почти не удивился: многие волшебники помещали тайные записи подобным способом, так что ничего странного в этом нет.       Юджи сглотнул. Гриффиндорец он, в конце концов, или нет?! Хватит метаться, как дрожащая трясучка, это всего лишь одноклассник из Слизерина!       Юджи неуверенно сделал шаг вперёд; Фушигуро тоже его заметил и сразу напрягся. Неудивительно. За эти полтора дня странностей, непрерывно выдаваемых Юджи, кто угодно бы напрягся.        — Привет, — не зная, с чего начать, обронил Юджи и попытался изобразить непринуждённую улыбку. Рука сама собой взметнулась к затылку — Юджи запустил пальцы в волосы, стараясь скрыть смущение.       Фушигуро Мегуми отвечать не спешил, но от книги оторвался и теперь испытующе за ним следил. Магия успела развеяться, и Юджи заметил, что ресницы у него не наколдованные, а по-настоящему длинные, и глаза густого тёмно-синего оттенка — такого же, как Нептун на волшебной модели галактики, которую им не раз показывали на уроках в Астрономической башне.       Нобара назвала его красавчиком. Юджи задумался: с этой точки зрения он никогда его не рассматривал…       — Э-э… Как ты? — нашёлся он. — Вижу, тебя выпустили из больничного крыла.       — Об этом ты хотел меня спросить на уроке? — изогнул бровь Фушигуро.       — Нет, — запротестовал Юджи. — Конечно, нет… Ради такой глупости я бы не стал… То есть, не глупости, конечно, но…       — Итадори, — выдавил Фушигуро. — Чего ты хочешь от меня?       Вопрос звучал серьёзно и даже сурово, но в том, как крепко он сжимал в побелевших пальцах книгу, в том, как что-то треснуло в его голосе — что-то маленькое, незаметное и одновременно значительное, какие-то неуловимые терции, — было нечто, что подсказало Юджи: Фушигуро Мегуми нервничает не меньше него.       Почему-то это придало уверенности.       — Как тебе леденцы? — поинтересовался Юджи. — Убедился, что никто не пытался тебя отравить?       Он широко улыбнулся, и бледные щёки Фушигуро тут же залила краска — если это, конечно, не была вина неровного библиотечного освещения. Он, похоже, злится, решил Юджи, — с чего бы ещё ему краснеть? Вдруг в пакете была ещё одна засахаренная тараканья гроздь?..       Раздражённый Фушигуро в его планы не входил никак. Видимо, сейчас или никогда…       — Ладно, неважно, — поторопился Юджи. — Я на самом деле вот зачем пришёл… Хотел позвать тебя в Хогсмид, на выходных… Как ты на это смотришь?       — В Хогсмид? — уточнил Фушигуро.       — В Хогсмид, — кивнул Юджи, пытаясь совладать с дыханием: в лёгких осел камень величиной с кулак. — Если хочешь, конечно.       Теперь Фушигуро выглядел сбитым с толку — краска с его лица сошла так быстро, словно её и не было.       — С чего вдруг?       — Ну, с того, что мы могли бы вместе э-э-э… например, погулять… — Юджи перевёл дыхание. — Короче, скажу проще: это свидание, и я тебя приглашаю. Пойдёшь?       Ну, давай, уже говори своё «нет», взмолился он, и можно будет идти сдаваться Шляпе, говорить остальным, что не выполнил задание, и пропускать свою очередь…       Секунды тянулись медленно, словно слизь флоббер-червя. Фушигуро не торопился отвечать, Юджи не понимал, почему он молчит, когда можно было бы уже давно отказать и отправить его куда подальше…       — Хорошо, — произнёс Фушигуро Мегуми, и Юджи уже было выдохнул, что мучение наконец окончено и он может спокойно уходить лелеять свой позор в гостиную Гриффиндора, как до него дошло: это не отказ.       — Что? — севшим голосом переспросил Юджи, решив, что ослышался.       — Хорошо, — громче повторил Фушигуро Мегуми. Он вновь схватился за книгу и уткнулся в неё так, что за обложкой остались видны лишь лоб и линия волос.       Юджи опешил. Нет, шанс, что Фушигуро согласится, был, но Юджи его рассматривал только попервой, в самом начале, когда собирался воспользоваться Амортенцией или чем-то вроде неё… Вчера же, перед дверьми в больничное крыло, эти надежды испарились вовсе.       — Хорошо… это значит, ты согласен? — снова переспросил Юджи.       — Да, Итадори, — недовольно послышалось из-за перевёрнутой книги. — Ещё один вопрос, и я беру свои слова назад.       — Нет-нет! — замахал руками Юджи. — Отлично, я… Я рад! Тогда… договоримся о дне ближе к выходным, пойдёт?       Фушигуро молча кивнул.       — Не знаю, суббота или воскресенье… — бормотал Юджи: вот что теперь говорить человеку, который только что согласился пойти с тобой на свидание, а ты этого… не то чтобы планировал?.. — Чёртов Нанами, Горгона его дери, назначил мне наказание, так что… Ну я пойду лучше. Потом… договоримся. Ты можешь тоже подумать пока, куда ты хочешь, и мы составим план…       — Хорошо.       — Тогда я…       — Иди, Итадори, — подсказал Фушигуро, переворачивая страницу. — Ты хотел уйти.       — Да, — кивнул Юджи, выдыхая. — Да, точно. Тогда… до встречи!       Он вылетел из библиотеки со скоростью бешеного бладжера и опомнился, только когда оказался в кресле гостиной Гриффиндора. Все оставшиеся полчаса до обеда он смотрел на огонь в камине и никак не мог до конца осознать масштабы произошедшего.       Надо же. Фушигуро Мегуми согласился пойти с ним на свидание.