Где-то на окраине

Тёплый свет настольной лампы бликами играл на стенах комнаты. Часы громко тикали где-то сзади, на стыке материи пространства и нервного срыва. В окно пробивался зачинающийся рассвет. Перемешиваясь со светом настольной лампы, лучи безжалостно поглощали её мягкие блики. Солнце медленно ползло выше. Ночные тени неспешно расползались по собственным углам и с шипением исчезали. Нео выключил лампу и мягкий полумрак окутал комнату. Тоска пожирала его сердце. Смакуя каждый кусочек она с удовольствием пихала в себя все больше. Миллиметр за миллиметром. Она методично вырывала вены и обкусывала артерии. Впивалась когтями в желудочки, вспарывала предсердия и тщательно прожёвывала кровавое месиво. Внутри каждый укус отдавался болезненным эхом. Нео устало прикрыл глаза. Больно. В голове крутились давно минувшие события. Нахмуренные брови, разгневанная гримасса и визгливые оскорбления. Слова кромсали душу всё больнее с каждым годом. Ножом резали по живому. Перешагнув через всё свое естество Нео пытался. Пытался нагнать и начать разговор, поймать играючи взгляд глаз напротив. Вернуть все как было. Пустить пузыри и блестки. Вот только мыло ещё больнее закупоривало вновь открывшиеся раны, а дешёвая мишура опадала как свежий снег. Упрямое молчание жалило. Эти отношения с самого начала были сплошной лишь болью. Минутная страсть затмила им взгляд не позволяя разглядеть крючковатые шипы последствий. Нео поддался напору очарованного человека. По глупости пустил его в душу. А после, испугавшись, выдернул с корнем. Вот только не до конца. Остатки прогнили вглубь к самой сердцевине, отравляя саму суть его существования. Нео поморщился. Не будь они оба упрямыми дураками, то все могло сложиться иначе. Сейчас он мог лишь искать мимолетного утешения в чужих обьятьях на одну ночь, а Жираф топил горечь в алкоголе. Иногда он представлял рядом с собой его призрак. Жизнерадостного молодого Жирафа. Совсем юного, еще не сломленного его жестокими чарами. Неделю назад они снова встретились. Жираф в накрахмаленной форме Фатуи и Нео. Околодемон-недоангел. С встрёпанными крыльями и красной шеей. Они невозмутимо прошли мимо, словно не выжигали образы друг друга на сетчатке. В глазах Жирафа Нео видел застывшую боль и знать не хотел что отражалось в его собственных. (То же самое) Тёмно-оранжевый постепенно менялся мягко-золотистым. Рассвет. Нео прикрыл глаза и уронил голову в скрещенные руки. Белые крылья безжизненно свисали на идеально чистый пол. Помутневшим взглядом он видел на них пыль. Воспаленное сознание рисовало сгоревшие перья и зияющую дыру в области сердца. Нео заснул. А в тысяче миль таким же больным взглядом цеплял угасающий закат Жираф.