Ягоды

Бум, бах. Треск и бульканье дефлекторов. Дымящаяся контрольная панель. — Крифф! — выругался Джаррус, Силой затушив начинающийся пожар, — Эзра, ты нужен мне здесь! На этом месте Эзра мог бы совершенно справедливо побухтеть, почему они каждый раз лезут в самое пекло и почему они не берут с собой Чоппера, ведь это его работа. Но он прекрасно понимал причину, а потому молча полез под контрольную панель, паять провода. Он высунулся, когда уже все было тихо. Его голова торчала аккурат между разведенными ногами Джарруса, по его лицу ползали яркие всполохи гиперпространства. Кэнан кинул на ученика уж очень знакомый изучающий взор, и дрожь предвкушения пробрала мальчика с головы до самых пяток. Словно по канату, он взбирался по этому взгляду, и через пару мгновений уже сидел на коленях Мастера в привычной полурасслабенной, но чуть что готовой к побегу позе. Кэнан легонько нажал на его сосок сквозь одежду, но Бриджер вздрогнул и весь как-то съежился. — Твоим маленьким ягодкам все еще бо-бо? — заботливо спросил мужчина. Эзра смущенно пожал плечами, не решаясь признаться в том, что его соски до сих пор похожи на два болезненных синяка. — Прости меня, малыш, я увлекся в прошлый раз, — раскаивающимся тоном произнес Кэнан и, мягко поглаживая его бугорки круговыми движениями, начал вливать в прикосновение Силу. — Как новенькие, — тепло улыбнулся Кэнан, когда Эзра изумленно заглянул под рубашку, — Теперь скажи мне, мой мальчик, что ты хочешь, чтобы я для тебя сделал? Бриджер растерянно заглянул ему в глаза и тут же опустил взгляд. Прежде Джаррус никогда не интересовался его мнением в этом вопросе. — Ну, не стесняйся, маленький. Я в твоем полном распоряжении. — Правда? — вырвалось у Эзры удивленное. — Конечно, — Кэнан мягко усмехнулся, — Скажешь погладить — поглажу. Скажешь поцеловать — поцелую. Ты ведь у меня самый славный, самый послушный и хороший мальчик во всей Галактике. А хорошим мальчикам полагается вознаграждение. Видно было, как Эзра поплыл. Он разулыбался, раскраснелся, захлопал длиннющими ресницами. Неприхотливый, брошенный всеми, тоскующий по родительской любви, он быстро приучился к странным, но таким приятным ласкам Кэнана. Эзра разделся по пояс, кусая губы и напряженно размышляя. Дабы настроить Бриджера на нужный лад, Кэнан возобновил нежные поглаживания светло-розовых, как клубничное мороженое, вершиночек. По телу подростка сразу же пробежал приятный озноб. — Я продолжаю? — мурлыкнул Джаррус ему в висок, и Эзра согласно промычал, доверчиво зарываясь носом в основание его шеи. Кэнан молился всем известным сущностям в Галактике, чтобы их сейчас никто не потревожил. Сначала по часовой стрелке, затем против часовой. Кэнан кожей чувствовал, как учащается дыхание Бриджера, покрываясь предательскими мурашками. Пах будто свинцом налился, но он держался, продолжая ласкать мальчика медленно и осторожно. И это принесло свои плоды. Эзра полностью расслабился, тихо поскуливая от удовольствия, его глаза были плотно закрыты. — Кэнан… — негромко позвал он, и сердце джедая словно облилось горячим сахарным сиропом. — Да, мой маленький. Хочешь, полижу их? На это предложение Эзра застонал в голос, и Кэнан улыбнулся, поняв, что он на верном пути. — Давай-ка я тебя уложу, чтобы было удобнее, — Джаррус поднялся и вместе с подростком на руках направился в хвостовую часть шаттла. Эзра был доверчив и спокоен. Все шло хорошо. Подложив ему куртку под спину, чтобы было не холодно, Кэнан склонился над тяжело дышащим Эзрой. Не давая ему задуматься над своим уязвимым положением, он по-кошачьи полизал сначала один сосок, затем второй, заводясь, как гребанный скоростной кар от вкуса его гладкой, упругой кожи. «Нельзя,» — одернул он себя. Бриджер должен сохранять иллюзию контроля над происходящим. Джаррус отстранился, оглядывая ученика. Зажмурившийся, расхристанный, раскрасневшийся, пальцы судорожно стискивают куртку. — Эзра, малыш, посмотри на меня, — мягко позвал Кэнан. Юноша с явным трудом приоткрыл веки и направил на него взгляд. — Все хорошо? Кэнан с волнением наблюдал за его реакцией, но Эзра кивнул и разлепил пересохшие губы: — Еще, Кэнан. Пожалуйста! Мольба в его голосе заставила мужчину потерять голову, очнулся он лишь тогда, когда Эзра уже вовсю извивался под ним от движений его языка: — Кэнан… Кэнан! О Сила, Кэнан! — звал, уже не сдерживаясь, разгоряченный ласками юноша, — Т-так хорошо! — его голос сорвался ввысь, стоило Джаррусу пощекотать стоячую вершинку кончиком языка, — А-ааах! — Гребанные голокроны, — выругался Кэнан, чувствуя, как от этих стонов и пищания в паху становится чудовищно тесно, — Я клянусь, я доведу тебя до оргазма и кончу сам, лишь облизывая твои сладкие вишенки. Он наделся ртом на левый сосок Бриджера, с энтузиазмом насасывая, и с горячей дрожью во всем теле почувствовал, как потные пальчики проникают в его растрепавшиеся волосы и притягивают к груди. Он сосал, будто алчущий молока матери младенец, так, как будто от этого зависела его ебаная жизнь. Он подчинился рукам Бриджера, направляющим его голову ко второму сосочку, и тьма застлала его глаза, он сосал, как проклятый, и руки твердо держали его там, несмотря на всхлипы и плач, доносящиеся сверху. Ноги Бриджера обернули его, его бедра задрожали, когда он втянул в себя сосок со всей возможной силой и задержал дыхание. Эзра тоже не дышал, выгнувшись и стискивая волосы Джарруса до жгучей боли, так, что слезы брызнули из глаз. Сила милостивая, БЛЯТЬ! Да он же сам кончает, словно гребанный подросток, лишь от давления своих брюк! Джарруса тряхнуло со всей силы, но сосок он не выпустил, так и продолжая его мурыжить до железного вкуса во рту. Эзра задыхался, его тело то вздымалось, то опадало, то расслаблялось, то снова начинало исступленно дрожать. — Кэнан… — умирающим голосом выдохнул он, и наконец выпустил его волосы. Джаррус приподнялся и снова опустился — безумно кружилась голова. Инквизиторовы потроха, он не кончал так с… с… никогда? — Криффов карабаст, — тихо выругался он, закрывая глаза. Эзра медленно гладил его по волосам, и это было так чертовски прекрасно, что хотелось плакать. Как всегда, их уединение прервал выход из гиперпространства и взволнованное бормотание Геры из передатчика. — Да здесь я, — Кэнану не удалось полностью замаскировать неудовольствие в голосе, — Иду на посадку на Чоппер базу. Привез парочку протонных бомб и топливо. Судя по грозному молчанию в ответ, тви’лечка обиделась. Плевать. Кэнан оглянулся на тихое посапывание из хвостовой части Фантома и улыбнулся. Эзра сладко спал, а штанишки его были опять мокрыми.