Тайна принцессы Сант-Анна

      Отложив полученное из императорской канцелярии письмо, Марианна тяжело вздохнула. Вот уже несколько недель она, принцесса Сант-Анна, пыталась получить паспорт на своё новое имя – бумагу, которая позволила бы ей покинуть Францию, и отправиться домой, к мужу, в Тоскану. Первые несколько дней после той несчастной аудиенции, когда она отказала Наполеону в близости, молодая женщина с замиранием сердца ожидала, что ей доставят распоряжение императора касательно её дальнейшей судьбы, назначение ее фрейлиной в свиту кого-нибудь из императорской семьи, и чего-нибудь подобного. Но время шло, а распоряжений не приходило. Тогда принцесса решила было, что отец ее ребенка, видимо, забыл о том, что имел на нее какие-то планы. И дала своим слугам распоряжение паковать вещи, чтобы как можно скорее выехать в Италию. Раз Наполеон не выдал никакого назначения, думалось молодой женщине, значит она свободна в своих перемещениях. Но не тут-то было. Верный Аркадиус, виконт де Жоливаль, который после изменения социального статуса Марианны был повышен в чине и занял две должности сразу, управляющего и секретаря принцессы, деликатно напомнил ей, что для выезда будет необходим новый паспорт, ибо старый, на имя синьорины Марии-Стеллы, по которому она выезжала пару месяцев назад в Лукку, перестал быть действительным вместе с превращением Марии-Стеллы в Марианну д’Ассельна де Вильнёв, принцессу Сант-Анна. Он же, как секретарь Марианны, обратился в полицию с просьбой о выдаче для принцессы нового, но… получил отказ с объяснением, что его работодательнице с такой просьбой необходимо будет обратиться лично. Что принцесса и сделала, совершив визит к герцогу де Ровиго, тому самому новому министру полиции, который на словах заверил молодую женщину, что сделает все возможное, чтобы ей помочь, а на деле… На деле, как подозревала какое-то время Марианна, не делал ничего. Отчаявшись, принцесса Сант-Анна решила обратиться за помощью к своему старому другу, Шарлю Морису Талейрану. Но князь Беневентский, как оказалось, смог ей помочь только советами. Уже пару лет как не будучи министром иностранных дел, Талейран не обладал давней властью при дворе. Советы же, данные им молодой женщине, пришлись ей не особо по сердцу. Поскольку, по мнению князя, паспорт Марианне не хотел выдавать не Савари, а сам император, принцессе для разрешения ситуации следовало или попросить аудиенции у Наполеона, личной. Другим же вариантом было запастись терпением и ждать, когда правитель страны впадет в более благосклонное настроение. Недавний пожар на балу, объяснял месье Шарль Морис, сильно расстроил Наполеона. Зато вот объявление о том, что императорская чета ожидает появление наследника, вполне может стать той вещью, что смягчит Наполеона. Доротея де Перигор, жена племянника Талейрана, была фрейлиной при дворе императрицы Марии Луизы, и исходя из того, что он слышал от нее, князь Беневентский полагал, что оглашение новости случится если не в этом месяце, то в следующем. Надо только немного подождать. Но Марианне совсем не хотелось ждать, ей хотелось домой, доVilladeiCavalli, к Коррадо. Который с своих письмах увлеченно рассказывал супруге, как происходит переделка одной из комнат дома в детскую, а в парке прокладывается ручей и растительность стилизуется в английском стиле, как жена и просила. И хоть Коррадо ни разу не упрекнул Марианну тем, что она застряла так надолго в Париже, между строк в его письмах она читала, что он тоже сильно скучает по ней и с нетерпением ждет ее возвращения. И по этой самой причине принцесса Сант-Анна продолжала – следуя другому совету, данному ей подругой, Фортюнэ Гамелен - закидывать просьбами о выдаче паспорта императорскую канцелярию, министерство полиции и прочие ведомства, расспрашивая, упрашивая, намекая на то, что она готова заплатить. Но все было безрезультатно. - Снова отказали? – спросила верная Фортюнэ, завидев выражения разочарование в лице Марианны. И тут же не дожидаясь ответа, продолжала. – Подожди немного, моя дорогая, на следующей неделе вернется Уврар, и… Закончить фразу и проинформировать подругу, как именно ей мог бы помочь барон Уврар, банкир и ее собственный любовник, прекрасной Фортюнэ не удалось, ибо в дверь тихонько постучали. Появилась Агата, горничная Марианны, и проинформировала свою хозяйку: - Ваша светлость, тут пришел некий господин Бофор... Он спрашивает, может ли госпожа принцесса принять его. - Язон, здесь? – имя давнего друга, к которому Марианна когда-то обращалась за помощью, и которого недавние события практически вытеснили из ее памяти, невероятно обрадовало молодую женщину. - Да, Агата, просите этого господина, скорее! Камеристка вышла, вслед за нею Марианну поспешила оставить и Фортюнэ, и вот через каких-то пару минут Язон Бофор переступил порог гостиной. Высокий, как всегда загорелый, энергичный и быстрый в своих движениях, Язон, казалось, принес с собою комнату ветер океана. - Вот это сюрприз, госпожа принцесса! Тебя ведь так следует теперь титуловать, правда? – приветствуя хозяйку дома улыбкой, гость не удержался от легкой остроты. – Ты обладаешь удивительной способностью при каждой нашей новой встрече иметь новый титул, и каждый раз все знатнее предыдущего! Мне страшно представить, что будет, когда я загляну к тебе завтра, или на следующей неделе! Королева, императрица? И капитан Бофор склонился перед молодой женщиной в поклоне. - На данные момент, дорогой Язон, меня вполне устраивает принцесса, - улыбнулась в ответ Марианна. – И можно безо всяческих там господ, просто по имени, как к старому другу. Мы ведь с тобой друзья, не правда ли? Хозяйка дома открыла гостью свои объятия. Однако видя, как робеет он, не рискуя ответить на ее жест, решила встать и сама подойти к нему. Совершенно забыв о том, что капитан Бофор, судя по его приветствию, был в курсе далеко не всех новостей из ее жизни. Стоило только Марианне встать, как платье обтянуло ее сильно округлившуюся за последнее время фигуру, и это не ускользнуло от внимания капитана Бофора. - Как, Марианна, ты… беременна? – сделав шаг вперёд, он от удивления так и застыл, с разведенными руками. - Как видишь – да, друг мой, - отвечала на то хозяйка дома, приближаясь к гостю. – Но не бойся, прошу тебя, это не заразно, тем более для представителей противоположного пола. А ты, должно быть, со времен своего отъезда весной из Парижа, так и не был в Нанте? – продолжила она, когда Язон робко, брал в руки хрустальную вазу, ответил на её объятия. - Увы, - отвечал на то Язон, - в Нант я и ногой не ступил, потому что за мной гнался английский корвет, а мне не хотелось вступать с ним в бой. А что было в том письме, что-нибудь важное? - Ну, тогда скорее да, а сейчас… - Марианна несколько замялась, подбирая слова ответа. – Давай присядем, Язон, и я расскажу тебе обо всём. Слова давались принцессе непросто, но капитан Бофор оказался неплохим слушателем, и за пару десятков минут ей удалось поведать другу, как случилось так, что она узнала, что ожидает ребенка, как обратилась к нему, как к своему самому близкому другу за помощью, и как не дождавшись от него ответа, вынуждена была согласиться с выбором крёстного, кардинала де Шазей. Правда, когда Марианна подошла к моменту, когда она приехала на виллу принца, и там в часовне состоялась церемония, ей показалось что Язон… вздохнул с облегчением. А после, когда она коротко, как могла, упомянула, что они с мужем сумели найти общий язык, и теперь с нетерпением ждут воссоединения и появления дитя на свет, лицо капитана Бофора неожиданно просветлело. - Еще раз поздравляю тебя, милая моя Марианна, с выходом замуж, - неожиданно для собеседницы он, когда она закончила, именно такими словами взял слово. – И желаю, чтобы твой второй муж оказался полной противоположностью первого. А еще, должен признаться, я очень рад, что твоё письмо не нашло меня… - при этих словах капитан Бофор, как показалось его собеседнице, несколько смутился, - … и ты последовала выбору семьи. Ибо я, к сожалению, не смог бы тебе помочь. - Не смог бы, но… почему? – такое откровение гостя поразило хозяйку дома до глубины души. - Дело в том, Марианна, что я… женат. Уже несколько лет как… и наши с супругой отношения нельзя назвать… сердечными. Но, тем не менее, она носит мое имя и… «Так вот почему тогда, зимой, зовя уехать с собой в Америку, он не предложил мне брак!» поймала себя на мысли Марианна, не обращая внимание, что думает вслух. - Да, именно по этой причине, мой милый друг, - Язон же предпочел ответить на вопрос, хоть тот и не был задан. – Ты то тогда считала себя вдовой, но я… не бы был свободен, хоть был и очень одинок. Последние слова были произнесены с такой болью в голосе, что Марианна, не удержавшись, рискнула пуститься в расспросы. - Одинок, но почему? Если тебе не сложно… если хочешь, расскажи мне о… ней, - молодая женщина не назвала супругу Язона по фамилии, но ему и так было ясно, кто имелся в виду. - Её зовут Пилар, и она была дочерью моего знакомого, дона Агостино, землевладельца во Флориде. Агостино не скрывал симпатий к Соединенным Штатам, и после его смерти испанский губернатор сразу же взялся за Пилар. Он конфисковал ее земли, а ее бросили в тюрьму без всякой надежды выйти оттуда. Единственной возможностью спасти Пилар и навсегда обеспечить безопасность оставалось принятие американского гражданства. Мы с Пилар знали друг друга довольно давно, и… казалось, что испытывали определенную симпатию друг к другу. А ее отцу я многим был обязан. После смерти моих родителей дон Агостино был единственным, кто оказывал мне помощь. Вот я и решил, что… мы с его дочерью могли бы составить пару. - Но как же так вышло, что… ваш брак оказался неудачным? – выслушав Язона, задалась вопросом Марианна, ибо его история до некоторой степени показалась ему похожей на нее саму и Коррадо, и молодой женщине думалось, что двое уважающих друг друга людей могли бы найти общий язык. - Увы, Пилар, она… - капитан Бофор, однако, засмущался еще больше. – Очень скоро оказалось, что та сторона брака… физическая… ее совершенно не привлекает. Видит Бог, я старался как мог, я просил ее, и прошу, в те редкие моменты, когда она разрешает себя навестить. Дать мне шанс, хотя бы раз еще… чтобы она… в надежде, что она подарит мне наследника, и тогда я… зная, что род Бофоров не окончится на мне… оставлю ее на всегда. - Бедный мой Язон! – не удержавшись, Марианна погладил собеседника по руке, хоть он это и не заметил. Как же его история была похожа на судьбу принца Коррадо, только… «Только у Язона», вынуждена была констатировать про себя принцесса Сант-Анна, «дела обстояли еще хуже». - В последний раз, когда я навещал Пилар, перед моей отправку этой зимой, - капитан Бофор же продолжал, - она попросила меня взять ее с собой. Я согласился, с радостью, думая… надеясь, что пара месяцев вместе, в море… сделают нас ближе. Но увы, как оказалось, Европа была интересна моей жене только тем, что она вспомнила дальних родственниках, в Испании. О тетушке аббатисе, в Бильбао, в монастыре которой Пилар смогла бы как можно скорее принять постриг. И я отвез ее туда как раз перед тем, как… мой корабль разбился у берегов Англии… Теперь, надеюсь, ты понимаешь, почему… - тут Язон неожиданно поднял на Марианну глаза, - … я тогда набросился на тебя с тем непристойным предложением провести вместе ночь, как зол я был на твой пол, после того как моя жена… покинула меня таким образом. «Да-да, конечно, понимаю», закивала в ответ Марианна, а мысли в ее голове, еще какой-то час назад вертевшиеся вокруг исключительно собственных переживаний, неожиданно целиком и полностью оказались заняты проблемами Язона. - Как же мне хотелось бы тебе помочь, - снова начала она думать вслух. – Ведь должен же быть какой-то способ, человеку получить свободу, когда его супруга таким образом оставляет его. - Я думал об этом, - сказал Язон, - но хоть я протестант, Пилар-то осталась католичкой, у а них не существует понятие развод. «Развод… Тепло, теплее. А что, если написать крестному, и…» Воодушевленная идеей, Марианна вскочила со своего места, чтобы колокольчиком вызвать Агату и попросить принести письменные принадлежности, но… Движение это оказалось слишком резким, в голове у молодой женщины зашумело и она, не устояв на ногах, упала, теряя сознание, на руки испуганному Язону.