Тайна принцессы Сант-Анна

      При помощи виконта де Жоливаль принцессе Сант-Анна удалось, насколько так можно было поведать, открыть всю сущность происшедшего с ней их старому другу, капитану Язону Бофору. А также поведать о дальнейших планах — а именно о том, что дальше, чем до времени прихода дитя на свет, Марианна пока не загадывает. Не умолчал Аркадиус и о помощи, которую кузина-султнаша обещала оказать им в поисках принца Коррадо, мужа Марианны, не скрыв, впрочем, того, что поиски пока продвинулись не особо далеко. Капитан Бофор выслушал всё это, сочувственно кивая и время от времени — когда уж было совсем невмоготу — вворачивая бранное словцо. Периодически до внимания молодой женщины долетали укоризненные взгляды американца, кидаемые в сторону Жоливаля, и просящие — в её собственную. Конечно, она легко догадалась, что влюблённый в неё капитан хотел бы поговорить с нею наедине, но… Но пока не чувствовала себя в силах на подобное. Закончилось же всё тем, что рассказав свои новости и выслушав новости друзей, капитан Бофор попросил у последних разрешения снова покинуть их: — «Королева» ведь осталась там, в Дарне, — так объяснил он это своё желание, — потому как без починки на ней нельзя было выйти в порт. Сейчас, имея на руках все нужные документы, и получив деньги, Крейг уже может нанять людей, для приведения корабля в нормальное состояние. И дополнить команду, дабы найти замену тем, кто… покинул нас. Поэтому, уладив за пару дней формальности, он собирается вернуться назад, в Ливию. И, раз такое дело, я… — тут американец несколько замялся, — … если вы скажете, что я вам здесь не нужен, то я бы отправился помогать О’Флайерти. — Конечно, вы всегда нужны нам, дорогой Бофор, — прочитав во взгляде Марианны её мнение по этому вопросу, отвечал Аркадиус. — Но мы понимаем, что в этот момент, пока мы тут… ждём, ваше присутствие будет нужнее вашему другу. — Но мы будем держать вас… тебя… — тут уже и Марианна поняла, что пришёл её черед взять слово, -… в курсе обо всём, что у меня, у нас происходит. — Да-да, благодарю, — лицо американца чуть просветлело, — я буду ждать! И помните, пожалуйста, что как только «Королева» будет на ходу, мы с Крейгом снова будем готовы отвезти вас в любую угодную вам точку на карте мира. Даже если это будет не Америка. — Спасибо, Язон — молодая женщина на прощание нашла в себе силы, чтобы одарить друга слабой улыбкой. Но разговор с друзьями, пусть и принёс хорошие новости, утомил её до такой степени, что она тут же попросила перенести себя с диванчика в гостиной обратно в постель. * * * В отличие от «Королевы океана» и её экипажа, которые нашлись относительно — по восточным меркам — быстро, поиски принца Сант-Анна продвигались куда медленнее. Да, людям, посланным султаншей, удалось застать княгиню Морузи в доме последней в Янине, и даже вызнать от неё кое-какие подробности о муже Марианны и последней с ним встрече, которыми мадам Морузи не успела поделиться с Марианной и Аркадиусом на Корфу, но это не особо помогло ускорить ход поисков. — Да, мой друг, наша догадка о том, что ваш супруг мог на востоке использовать иное имя, оказалась правдой, — получив вскоре после отъезда американцев письмо от султанши, виконт де Жоливаль делился его содержимым с принцессой. — Только вот, боюсь, что этих имён будет… слишком много, для точной его идентификации. — Слишком много — это как? — удивилась молодая женщина. — Ну вот, например, княгиня пишет, что в последнее время, при поездках в Константинополь, он предпочитал называться Турхан-беем. Но дальше упоминает о том, что ранее принц использовал также имя Калеб-ага. И, кажется, было ещё одно, только не могу найти, где же она об этом написала… — Не стоит, Аркадиус, не ищите, — завидев, как судорожно перебирает Жоливаль листики, молодая женщина поспешила прийти на помощь старому другу. — Неважно, узнаю ли я его, главное — что Нахшидиль его знает. И друзья приготовились, таким образом, ждать дальнейших новостей, полагая, что известия от княгини Морузи помогут людям султанши в поисках. Однако прошла неделя, другая, третья — а в письмах от «кузины» по-прежнему не было никакой точной информации. — Но как же так? — удивлялась, заслушав содержание очередного письма султанши, Марианна. — Ведь мы же знаем теперь, как Коррадо могли здесь звать! Неужели в Турции так много Турханов? Или Калебов? — Представьте себе, друг мой, но да, — отвечал на то Жоливаль. — Это вполне обычные, распространённые на Востоке имена. — А внешность? — не унималась молодая женщина. — Нахшидиль же, ещё только узнав, как выглядит Коррадо, пообещала мне, что быстро найдёт его! Тёмнокожий человек со светлыми глазами — это же такая редкость! — Увы, моя дорогая, раньше, пребывая в Европе, я тоже так считал. Но сейчас, боюсь, что буду вынужден признать, что ваша царственная кузина могла, по причиние своего образа жизни, несколько от этой самой жизни отстать… — Что вы имеете в виду, дорогой Аркадиус? — услышав такое, принцесса сильно удивилась. — Всего лишь, милая моя Марианна, — поспешил объясниться тот, — что здесь, на Востоке, люди, похожие по описанию на вашего супруга, встречаются не так уж редко. Вы знаете, выходя в город, — а виконт навещал французское посольство регулярно, — я начал присматриваться к прохожим на улицах, и не раз мне встречался человек, у которого, при тёмной, смуглой коже, были светлые глаза. — Встречался человек? Так, может быть, это был он, Коррадо! — молодая женщина всплеснула руками. — Ах, что же вы, Аркадиус! Надо было остановить его, расспросить… — О, простите меня, друг мой! — поправил себя Жоливаль. — Я, похоже, выразился неточно. Не человек, а люди. И, разрешите вас заверить, что никто из них, судя по виду, точно не мог быть вашим супругом. — Это ещё почему? — Коррадо ведь не был толстым коротышкой, правда? Или дряхлым стариком? Или женщиной… — Да, конечно… вы правы… — принцесса не стала укрывать овладевшего ею разочарования. — Поэтому я и сказал, — продолжал Аркадиус, — что не представляя себе, что среди её подданых и гостей страны может встретиться людей, по описании внешности соответствующих вашему супругу, больше чем один, госпожа Нахшидиль, оглашая вам сроки поиска, несколько, скажем так, занизила их. А ведь каждого из кандидатов «на принца Сант-Анна» нужно не только разыскать, но и расспрашивать деликатно. Чтобы не обидеть их, и не разгласить им тайн, больше, чем следовало. Люди вашей кузины, при всей имеющейся у них полноте власти, не могут же спрашивать каждого искомого человека в лоб, не пришёл ли он на свет в Лукке, как принц из семьи Сант-Анна. К этому вопросу нужно подходите аккуратно, острожно, а это требует времени. «О да, время…», — закивала Марианна, ибо на Востоке с этим ценным ресурсом обходились совсем не так, как в странах Европы. И те пара недель, обещанные когда-тот французским послом в качестве самого быстро срока для обмена корреспонденцией с Яниной, теперь уже не казались молодой женщине таким уж огромным сроком. Поэтому принцесса Сант-Анна в очередной раз повторила себе, как поучение, что нужно будет ещё подождать. Как минимум до следующего письма кузины, которая — на счастье — не стеснялась посылать их часто. Хотя, так по правде говоря, спроси кто сейчас Марианну, зачем она пытается сейчас всеми усилиями разыскать мужа, молодой женщине было бы трудно на этот вопрос ответить. Неосторожно заданной кузиной вопрос о том, примет ли супруг её с ребёнком от другого, время от времени всплывал в памяти у молодой женщины. Их ведь с Коррадо брачный договор включал в себя дитя крови Бонапартов, а не Дамиани — пусть даже последний и хвастался тем, что является внебрачным потомком одного из представителей этого древнего рода. Поэтому предсказать себе реакцию супруга — человека, с которым она, в сущности, не так много провела вместе времени и поэтому нельзя было сказать, что хорошо знала — на её положение принцессе было сложно предсказать. Скорее, дёло всё же было в другом — поиски, обмен информации, обсуждение — это всё-таки отвлекало молодую женщину от мыслей о ситуации, о той жестокой, ужаснейшей ситуации, в которую она попала. О ребёнке, который уже скоро должен будет прийти на свет. И о том решении, что предстоит ей при этом принять. «Я ещё не знаю, что я буду делать, когда… после того, как это случится», — вспоминались молодой женщине собственные слова, сказанные в разговоре с капитаном Бофором. А также ответ, данный последним: «Как что, моя милая? Ты станешь мамой, очаровательной маленькой мамой!». Остановленный укоряющим взглядом Аркадиуса, Язон Бофор тогда не стал дальше развивать эту тему, но и благодаря тому, что она услышала, Марианна поняла, что влюблённый в неё американец был готов с распростёртыми объятиями принять её с ребёнком от другого, даже от насильника. Только вот она сама… Сама она, если так можно было выразиться, не готова была принять себя с этим самым ребёнком. Поэтому появление того, кто мог бы взять на себя это бремя принятия решения, появление супруга, который по недавно принятому кодексу считался отцом всех произведённых его женой детей на свет, могло бы стать молодой женщине неожиданной подпорой. И если вдруг тот скажет, что, по его мнению, ребёнка Дамиани стоит будет отдать в приют… или на попечение кузины-султанши… что ж, в таком случае ноша, что давила на плечи Марианны, могла бы стать чуть менее тяжёлой. «Да и вообще, мне и моим друзьям за последнее время помогли столько людей», — таким обычно рассуждением заканчивала молодая женщина размышления на эту тему, — «что и я тоже должна… обязана помочь другим». Что на практике означало, что поиски её супруга должны были продолжаться как минимум до тех пор, пока не выяснится, что он жив-здоров и не нуждается в посторонней помощи. Хотя, так по правде говоря, чем дальше время шло, тем Марианне всё меньше и меньше верилось в это. * * * Новости пришли в дом, занимаемый принцессой Сант-Анна, как обычно, в тот момент когда их уже, можно сказать, и не надеялись дождаться. Просто в одном утро, вместо посланца с письмом от султанши, явились двое. — Кто? Что? Госпожа не… — судя по доносившемуся из прихожей лепету Агаты, камеристка не узнала пришедших, и поначалу не хотела их пускать. Однако вскоре тональность голоса Агаты изменился: — Ой… О, донна. Вы?! И, судя по звуку открывшейся двери — с дивана, где полулежала принцесса, входа в комнату не было видно — прибывшему было позволено зайти в гостиную. Но в гостиной, правда, гостя встретил следующий «бастион», в виде Аркадиуса. — Позвольте, сударь, но что… — начал было виконт, но тут же и он склонился перед вошедшим в поклоне. — Ваше сия… — Что там, Аркадиус, кто это? — тут уже и Марианна вынуждена была обернуться. И тут же, при виде вошедшего, сердце молодой женщины пропустило удар. Высокий, он был одет по-восточному, в светлого цвета кафтан и шаровары, на голове имел белый муслиновый тюрбан. Что же касалось лица… То с тёмного лица гостя на Марианну смотрели синие глаза её супруга… — Коррадо, вы? Вы, живы! — не отдавая себе отчёт в том, что повторяет слова, несколько недель назад услышанные ей самой в подобной ситуации, принцесса инстинктивно протянула навстречу мужу руки. — Сударыня, вы, здесь?! — последний тоже поприветствовал супругу вопросом. — Так это получается, значит… что на «Королеве океана»… и правда плыли вы? — Да, Её Сиятельство и правда некоторое время пользовалась гостеприимством наших американских друзей, — пришёл Марианне на помощь Аркадиус. — До тех пор, пока их корабль… не постигла печальная участь… — Разрешите представить вам, супруг мой, моего друга и секретаря, виконта Аркадиуса же Жоливаль, — спохватившись, принцесса поспешила выполнить хозяйки дома. После чего, коротко поклонившись, Жоливаль продолжил: — Если Ваше Сиятельство хотели бы подробнее узнать о том, что происходило в последнее время с вашей супругой, мы с готовностью ответим на ваши вопросы. Только, перед этим, прошу, разрешите задать вопрос о том, каким было последнее письмо, что вы получили от супруги? А также что последнее вы выслали ей. После чего, давая гостю дать понять, что «хозяева дома» готовы к длинному разговору, Аркадиус указал принцу Коррадо на стул. — Последнее письмо? — на лице у Сант-Анна появилась выражение недоумения. — То, в которым вы, сударыня, — при этих словах Коррадо перевёл взгляд на Марианну, — сообщили нам о появлении на свет ребёнка, девочки, которая, к сожалению, не прожила долго. Что же касалось вашего состояния, то послание гласило, что роды были тяжёлыми, из-за чего ваше полное выздоровление ожидалось не раньше, чем через год, который вы собирались провести в Париже, под опекой лучших докторов империи. — В Париже? — заслышав такое, Марианна с Аркадиусом обменялись многозначительным взглядом. — Именно так, в Париже, — не чуя подвоха, продолжал Коррадо. — Ведь ваше письмо было отправлено именно оттуда. — Хотя на самом деле меня в момент появления на свет нашей дочери уже в Париже не было! — не удержавшись, воскликнула Марианна. — Более того, и письма этого я вам не посылала! — Не посылали? Но как же тогда… — начал недоумевать Сант-Анна. — Мы вам всё объясним, — вклинился Жоливаль, — только ответьте, пожалуйста, про ваше письмо. — Моё письмо было ответом на ваше, сударыня, — Коррадо вновь перевёл взгляд на жену. — Известия… печальные известия от вас получил в Янине, куда их переслали из Лукки. И оттуда же выслал вам ответ! — Из Лукки? — изумилась Марианна. — А разве наш… ваш… разве на Villa dei Cavalli не произошёл катаклизм?! Вы же писали, что осенние дожди размыли… — Какие ещё дожди?! — принц Сант-Анна был удивлён не менее супруги. — Ничего я такого не писал! — Стойте, Ваше Сиятельство! И вы, Марианна, прошу вас, остановитесь! — как укротитель в цирке, виконт де Жоливаль поспешил вклиниться между спорящими супругами. — Ясно же, что вы обое стали жертвой мистификации, козней человека, который желал вам обоим зла и… С этой целью стал подделывать переписку, причём посылаемую в обе стороны. Её Сиятельству даже открылось, кто это был, потому как злодей… желая причинить ей больше зла, открыл ей некоторые из своих преступных планов. «И осуществил их…», — при этих словах молодая женщина не удержалась от горестного всхлипа. Отнял у неё её доченьку, её малышку Нану, а вместо этого… Мысль о том, кого «оставил» ей бывший управляющий взамен, заставила Марианну поправить плед, которым она, по обыкновению, была укрыта. Ибо в те моменты, когда живота не было видно, у Марианны получалось поверить — пусть и не надолго — в то, что всё, случившееся с ней было страшным сном, который вот-вот закончится. — … но, поскольку, сейчас вы оба здесь, и никакие препятствия, в виде козней этого Дамиани, не стоят между вами, — от размышлений принцессу отвлёк голос виконта, — то давайте попробуем восстановить, что на самом деле происходило всё это время с вами? — Прекрасная мысль! — это был принц Сант-Анна. — Что ж, давайте, попробуем, — принцесса была куда менее полна энтузиазма, но тоже согласилась. Первым, желая выказать тем супруге уважение, начал Коррадо. И последнее письмо, что было написано им, Марианна, как оказалось, получила аж в октябре. Дальше же… Поняв из писем жены, что из-за состояния её здоровья она никак не сможет приехать к нему до появления дитя на свет, принц решил отправиться по делам в Константинополь. Ненадолго, на пару месяцев — чтобы к тому моменту, как супруге и наследнику разрешат путешествовать, вернуться обратно. Однако в Янине Коррадо «догнала» та самая подделка о смерти ребёнка в родах, и плохом состоянии здоровья Марианны. И поняв, что раньше, чем через год, обсуждать с женой дальнейшие шаги по решению его проблемы не будет смысла, принц Сант-Анна решил отправиться в путешествие по Африке, которое планировал ещё весной того года, но отложил по причине женитьбы. Выслав сообщение об этом в Лукку — чтобы оттуда его переслали Марианне — принц пространствовал по Чёрному Континенту целых полгода. Вернувшись же в цивилизацию — то бишь на один из греческих островов, куда на имя Турхан-бея пересылалась корреспонденция принца Сант-Анна, Коррадо был сильно удивлён, что супруга за всё это время так ему ни разу и не написала. Ещё же больше удивился он, узнав чуть позже, что англичане разыскивают чуть ли не по всему Средиземному морю судно под американским флагом и названием «Королева океана». Которое исчезло вскоре после того, как отплыло с острова Корфу, и на борту которого якобы перемещалась принцесса Сант-Анна, особа, близко приближённая к самому Бонапарту. История, хоть и звучала неправдоподобно — в конце-концов, Марианна должна была в то время всё ещё оставаться в Париже, или же, разве что, поехать поправлять здоровье на воды — тем не менее сильно зацепила Коррадо. Пусть известия могли оказаться всего лишь слухами, но вместе с отсутствием писем от Марианны всё это навело принца на мысль, что его супруга могла попасть в беду. И пару месяцев принц Сант-Анна, под именем Турхан-бея, пространствовал по разным островам и странам Средиземноморья — греческим островам, побережью Африки, Сицилии, Мальте — в поисках следов американского корабля и своей жены. И в конечном итоге сумел найти, где нашла пристанище пострадавшая от шторма «Королева». Более того, за определённую мзду османские чиновники даже показали Турхан-бею рапорт о состоянии корабля, со списком тех, кто по прибытию был признан умершим или же — в случае живых — определён в карантин. И ни в первом — к счастью! — ни в втором — к сожалению… — никого похожего на принцессу Сант-Анна не оказалось. Потому как женщин там вообще не было. И решив, что информация о путешествии Марианны на «Королеве» оказалась ложной, Коррадо отправился-таки домой, в Лукку. Перед этим, правда, принц заглянул в Венецию, где довелось узнать о том, что в его палаццо во время его отсутствия вломились воры, которые при появлении карабинеров сбежали, оставив только труп одного из банды. Но Коррадо не стал узнавать дальнейшие подробности, потому как не хотел задерживаться в городе на Адриатике долго, торопясь домой. И, как оказалось, не напрасно, ибо дома, в Лукке, принца Сант-Анна ждал целый «ворох» известий! Во-первых, письмо от княгини Морузи, которая извещала своего друга о встрече на Корфу с Марианной. Потом, второе письмо от той же самой корреспондентки, с оповещением уже о том, что принца Сант-Анна разыскивают власти Османской империи. Далее — полицейский рапорт, на тему происшествия во владениях Сант-Анна в Венеции. И только из того документа Коррадо узнал, что убитым в палаццо был его бывший управляющий, Маттео Дамиани, который несколькими месяцами ранее сбежал из тюрьмы в Лукке. По подозрению же в убийстве задержали не кого-нибудь, а брата начальника Луккской почты — того самого человека, что перед этим помог сбежать Дамиани из тюрьмы! — Начальник почты! Ну конечно! — при этих словах Жоливаль позволил себе ненадолго прервать собеседника. — А я-то думал, каким это таким образом Дамиани удавалось вводить в заблуждение столько людей… Помните, моя дорогая, — при этих словах Арикадиус кинул взгляд на Марианну, — я рассказывал вам о странных слухах, что ходили о вас в Париже? Что кто-то кому-то там написал, ссылаясь ещё на кого-то… А они просто вскрывали письма, читали, и — при необходимости — дописывали своё! «Да, конечно», — молодая женщина закивала собеседнику, не особо задумываясь о услышанном. Потому как-то, что она услышала от супруга чуть ранее, начало вселять в её сердце определённую надежду. Ибо Коррадо — как оказалось — разыскивал её не просто так, не из праздного любопытства, не из желания выяснить, каким ветром супругу занесло на корабль каких-то там американцев. Нет, муж, похоже, что искренне переживал за неё, думал, что она попала в беду, хотел ей помочь. А значит… Додумать мысль молодая женщина не успела, потому как супруг коротко — описанием последнего из полученных писем, от самой султанши-валидэ, которое гласило, что принцесса Сант-Анна, находящаяся в Константинополе, разыскивает мужа, по причине чего принца срочно просят дать о себе знать — закончил свои речи. — Поэтому я, как вы, сударыня, уже наверняка догадались, получив такое послание, тут же снова отправился в дорогу. Ваша кузина оказалась настолько любезна, что сообщила мне адрес, по которому я смог вас найти. А также… из её послания я догадался — хоть Её Величество напрямую ничего не написала об этом — что вы… что вас тоже постигли… неприятности. Это ведь вас Дамиани держал в моём палаццо в неволе? В рапорте полиции было упоминание о том, что единственными людьми, кого обнаружили в палаццо, были две немые рабыни. — А? — столь резкий переход от рассказа о событиях в жизни Коррадо к вопросам о её собственной удивил и смутил молодую женщину. Но, к счастью, на помощь ей снова пришёл Аркадиус: — Ваше Сиятельство совершенно правы. Бывший управляющий Вашей Светлости, сбежав из тюрьмы, высылал поддельные письма не только вам от имени супруги, но ей от вашего. Таким образом, принцесса с новорожденной дочерью оказались в Венеции, где их ожидала… ловушка. — А… с какой целью он это сделал? Я помню, вы говорили, что он открыл вам что-то из своих планов. Потому как мне никаких писем с требованием выкупа не приходило. — Нет, Коррадо, Дамиани были нужны не деньги, — тут Марианна почувствовала, что, как бы больно ей ни было, она должна будет сейчас взять слово. — Он… он сказал мне, что вы… умерли… По причине чего он возомнил себя единственным оставшимся в живых наследником Сант-Анна. И потребовал от меня, чтобы я… для продолжения рода… легла с ним, как жена с мужем… А чтобы сделать меня… более сговорчивой… он убил дочь, нашу дочь, мою Нану! — Как?! — удивился на то принц. — Но в письме же утверждалось, что ребёнок умер при родах? — На самом деле нет, — видя, как побледнела Марианна, Аркадиус снова взял слово. — Девочка пришла на свет живой, а умерла позже, когда её разлучили с матерью. В то время, как тот подлый человек, её убийца… «Я понял, я понял, не продолжайте», — закивал, услышав такое, Сант-Анна. — … и только появление нас, верных друзей вашей супруги, позволило ей обрести свободу. И Жоливаль кинул в сторону принцессы беглый взгляд, который Марианна прочитала как «он не знает, кто убил Дамиани, и пусть так и будет». После чего молодая женщина, в очередной раз за этот день собрав силы в кулак, снова открыла рот. — А потом, встретив на Корфу княгиню Морузи, которая сообщила мне, что Дддд… что говоря про вас, Дамиани солгал, мы отправились на ваши поиски! — Только вот на «Королеве океана» вспыхнул бунт, — это снова был Жоливаль, — и те, кому досталось судно в руки, высадили нас. — Так именно поэтому, — осенило вдруг принца Сант-Анна, — власти Дарны ничего не знали о женщинах на борту? — Именно так, Ваше Сиятельство! И, упреждая ваш следующий вопрос, отвечу сразу, что высадившись на ближайшую землю, мы узнали, что за «Королевой» и её пассажиркой охотятся англичане. Поэтому до того, пока не оказались тут, в безопасном месте, предпочитали не использовать свои настоящие имена. — А в Османскую столицу вы направились потому, что княгиня Морузи сообщила вам, что я… направлялся сюда? — Да, — отвечала Марианна. — Но такое долгое путешествие, должно быть, утомило вас? — окинув супругу заботливым взглядом, Коррадо придвинул свой стул как можно ближе к её диванчику. — А то я вижу, сударыня, вы всё время лежите. Вы больны? Принцесса Сант-Анна опустила глаза. Вот и пришёл вопрос, которого она боялась больше всего. — Нет, супруг мой. Я беременна. — Беременна? Но как?! — до принца, казалось, не дошёл сразу смысл слов жены. — Как мы вам уже сообщили, — на защиту молодой женщины бросился её верный друг, — вашу супругу держал и всячески измывался над нею ваш бывший управляющий, Маттео Дамиани. Который возжелал… кхм… продолжить свой род с помощью принцессы Сант-Анна! — Ребёнок? Так вы ждёте ребёнка… от Дамиани! — вскричал, услышав такое, принц Коррадо, и Марианна с огорчением вынуждена была констатировать, что удивлению в голосе её мужа сопутствовали не огорченные или гневные эмоции, а скорее радость. — Сладчайший Иисусе! У Сант-Анна будет наследник! — завторил принцу женский голос, и молодая женщина, переведя взгляд в сторону двери, увидела, как в комнату, отодвинув Агату, вбегает экономка Сант-Анна, донна Лавиния. — Донна Лавиния? Вы? Живы?! — не веря своим глазам, начала лепетать Марианна. — Но как же… Но письмо… но оползень… — Мы же выяснили, что никакого оползня не было, друг мой! — тут же поспешил успокоить принцессу виконт. — Это… были всё козни… чтобы заманить вас в Венецию! Но Марианна всё продолжала повторять, как заведённая: — Коррадо — жив! Лавиния — жива! Живы, живы! Они все живы! А потом от утверждений перешла вдруг к просьбам: — А вдруг он… и тут солгал? Вдруг и моя Нана — жива? И начала протягивать руки к мужу. — Коррадо, прошу вас! Умоляю! Вы нашли меня, вы нашли Лавинию! А что, если наша дочь жива! Прошу вас, умоляю, найдите её, отправьтесь на поиски! Сейчас только вы один можете помочь мне… найти её! В вас, в супруге моём и защитнике, осталась одна моя надежда! Однако принца Коррадо, казалось, столь бурно выражаемая просьба супруги скорее удивила и… напугала. — Успокойтесь, сударыня, прошу вас! — встав, он начал отцеплять хватавшиеся за его кафтан пальцы жены. — Вам надо подумать ребёнке. — Ребёнок! Где мой ребёнок!!! — продолжала голосить Марианна. — Где моя дочь, найдите её, прошу! — Я имел в виду ребёнка, которого вы носите. Которого вы, если я правильно понял, должны уже скоро родить. — Нет! Нет! Я не ношу никакого ребёнка, моя дочь уже пришла на свет! Только нас… разлучили… но вы должны… Коррадо… Аркадиус… прошу вас… умо… И, не договорив последней фразы, принцесса упала без чувств обратно на диван. — Донна Марианна! Ваше Сиятельство! — пока мужчины обменивались изумлёнными взглядами, к диванчику приблизилась донна Лавиния. Аккуратно похлопала принцессу по щеке. Потом, достав из кармана флакончик, поднесла к носу молодой женщины соль. А потом, заметив разливавшуюся по полу прозрачного цвета лужицы, быстро взяла дела в свои руки. — Господин де Жоливаль — вас ведь так зовут, господин виконт? Прошу указать мне, где находится спальня Её Светлости и вызвать помощь, чтобы её туда перенесли. Потому как у принцессы, похоже, начались роды.