Багаж судьбы

Тэхен сидел за небольшим столиком у окна, в уютном кафе, расположившемся на первом этаже современного офисного здания, где находился его сеульский офис. За окном чувствовалось приближение зимы. Воздух стал прохладным и свежим. Облетевшие листья деревьев устилали тротуар под ногами прохожих. В кафе было тепло и светло, пахло свежесваренным кофе и свежей выпечкой. Тэхен рассеянно наблюдал за тем, как за окном сгущаются сумерки, и думал о предстоящем разговоре. Ему было немного тревожно, но он старался не показывать этого. На столе перед ним стояла чашка с дымящимся чаем с лимоном. Тэхен сделал небольшой глоток, почувствовал, как тепло растекается по телу. Лимон придавал чаю приятную кислинку, и Тэхен на мгновение отвлекся от своих мыслей, сосредоточившись на вкусе напитка. Дверь кафе тихонько звякнула, и вошел Намджун. Он снял свое длинное пальто, повесил его на вешалку у входа и направился к столику, где сидел Тэхен. На его лице играла легкая улыбка. — Не ожидал, что ты позовешь меня сюда, — сказал Намджун, опускаясь на стул напротив Тэхена. — Обычно мы встречаемся сверху. Тэхен усмехнулся и сделал еще один глоток чая. — Ты же всегда жалуешься, что в моих офисах нет нормального кофе, — ответил он. — Вот я и решил сменить обстановку. Намджун слегка улыбнулся в ответ, но его глаза оставались серьезными и внимательными. Он смотрел на Тэхена, словно пытаясь понять, что тот скрывает за своей улыбкой. — Как тебе здешний кофе? — спросил Тэхен, ставя чашку на стол. — Пока не пробовал, — ответил Намджун. — Но уверен, что здесь он лучше, чем у тебя в офисе. Он подозвал официанта и заказал себе эспрессо. — Так о чем ты хотел поговорить? — спросил Намджун, когда официант отошел. Тэхен сидел в глубоком кресле, обитом мягким бархатом. Его взгляд блуждал по кафе, избегая встречаться с глазами брата. Он глубоко вздохнул, собираясь с мыслями, которые уже несколько дней терзали его изнутри, с тех пор как он вернулся в Сеул. Слова, которые он наконец-то произнес, прозвучали как-то слишком громко и резко в этой уютной, наполненной негромкой музыкой атмосфере. — Я хочу на время оставить бизнес. Намджун не выглядел удивленным, скорее, он внимательно изучал лицо брата, как будто пытался понять, насколько серьезно его намерение. В его глазах читалось какое-то сложное сочетание эмоций: понимание, поддержка, но и легкая тревога. — Это связано с тем, что случилось с Джисоном? — осторожно спросил он, стараясь не нарушить эту напряженную тишину. Тэхен кивнул, его взгляд снова заскользил по комнате, словно ища там ответы на свои вопросы. — В каком-то смысле, да, — признался он. — После всей этой истории я понял, что слишком долго жил в режиме «борьбы». Я не помню, когда в последний раз просто наслаждался тем, что имею, а не пытался достичь большего. Он замолчал, словно боясь продолжить. Намджун терпеливо ждал, не торопя его. Он знал, что для Тэхена это было нелегкое решение, и что ему нужно время, чтобы все обдумать и высказать свои мысли до конца. Он понимал, что Тэхен всегда был очень амбициозным и целеустремленным человеком, и что решение оставить бизнес, пусть и на время, было для него очень серьезным шагом. — Я понимаю, что это может показаться странным, особенно сейчас, когда у нас столько всего происходит, — наконец продолжил Тэхен. — Но я чувствую, что мне нужно остановиться, перевести дух. Я хочу вспомнить, что для меня действительно важно, что делает меня счастливым. Он снова замолчал, и в комнате повисла тишина. Намджун молчал, но его взгляд говорил о том, что он полностью поддерживает брата. Он понимал, что Тэхену нужно время, чтобы разобраться в себе, и что он будет рядом, чтобы помочь ему в этом. Он вспомнил, как сам переживал подобный кризис несколько лет назад, когда он почувствовал, что его жизнь потеряла смысл, отношения на грани развода, и что ему нужно было время, чтобы найти себя заново. Намджун задумчиво кивнул, его взгляд блуждал по кофейне, будто он пытался найти ответ на вопрос брата в окружающих его людях и предметах. — И что ты собираешься делать? — наконец спросил он, возвращаясь к разговору. — Пока что — ничего, — честно, без раздумий ответил Тэхен. — Хочу пожить без графиков, переговоров и бесконечных встреч. Хочу уехать в Пусан, просто побыть там. Намджун снова кивнул, на этот раз более понимающе. Он знал, что Пусан для Тэхена — это уже не просто город. — И как долго ты планируешь там быть? — поинтересовался он. — Не знаю, — пожал плечами Тэхен. Намджун улыбнулся. — Значит, этот парень действительно так на тебя повлиял? Тэхен задумчиво кивнул, его взгляд был устремлен куда-то вдаль, за стены кафе, словно он видел там нечто, недоступное другим. Он вспомнил их встречу, их первый разговор, ту легкость и непринужденность, которую он почувствовал рядом с Чонгуком. — Думаю, да, — наконец ответил он, его голос звучал мягче, чем обычно. — Я впервые за долгое время чувствую, что могу просто жить. Не быть стратегом, не бороться за контракты, не оправдывать чужие ожидания, а просто… быть собой. Он сделал паузу, словно подбирая нужные слова, чтобы выразить то, что он чувствовал. — Знаешь, хен, — продолжил он, — я ведь всегда был таким… собранным, целеустремленным, всегда знал, чего хочу. Но в какой-то момент я понял, что эта гонка за успехом, она меня опустошает. Я перестал чувствовать радость от того, что делаю, я перестал наслаждаться жизнью. Он замолчал, и Намджун увидел, что в его глазах стоят слезы. — А потом появился он, — тихо сказал Тэхен. — И он показал мне, что можно жить по-другому. Что можно просто быть собой, не притворяясь никем. Намджун слушал его внимательно, не перебивая. Он понимал, что для Тэхена это очень важный разговор, и сейчас он открывает ему свою душу. — И сколько продлится эта пауза? — осторожно спросил Намджун. Тэхен пожал плечами. — Я пока не знаю, — признался он. — Может, месяц, может, больше. Но мне нужно это время. Он снова замолчал, и Намджун увидел, что он о чем-то думает. — Там я чувствую себя спокойно и умиротворенно. Там я могу быть самим собой. — И что ты будешь там делать? — поинтересовался Намджун. — Ничего, — ответил Тэхен. — Просто жить. Гулять по городу, дышать морским воздухом, читать книги, которые я давно хотел прочитать. Просто быть. Намджун кивнул. Он понимал, что Тэхену нужно это время, чтобы прийти в себя, чтобы понять, чего он действительно хочет от жизни. — Я не против, — сказал Намджун после долгого молчания. — Я просто хочу, чтобы ты не терял себя. — Не потеряю, — уверенно сказал он. — Я, скорее, только сейчас начинаю себя находить. Намджун вздохнул, но в его голосе не было ни осуждения, ни недовольства. Он молчал, отхлёбывая кофе. Он думал о том, что Тэхен всегда был очень целеустремленным и упорным человеком. И поэтому его решение взять паузу было для него неожиданностью. — Ты уверен? — снова спросил он, словно пытаясь убедиться, что брат не передумает. — Да, — Тэхен посмотрел на него твёрдо. — Я не говорю, что ухожу навсегда. Но сейчас я не хочу возвращаться в офис и притворяться, что всё в порядке. Брат задумчиво провёл рукой по подбородку. — Ты всегда был упорным, Тэхен, — наконец сказал он. — И, если честно, я удивлён, что ты решил взять паузу. — Не больше, чем я сам, — усмехнулся Тэхен. Он и сам не ожидал от себя такого поступка. Он всегда был уверен, что его жизнь — это работа, это бизнес, это постоянная борьба за успех. Но сейчас он понял, что есть и другая жизнь, что можно просто быть собой, не играя никаких ролей. — Но ты прав, — продолжил Намджун. — Ты заслужил передышку. Если это то, что тебе нужно, я поддержу тебя. Тэхен почувствовал, как у него на душе стало легче. Он понял, что брат его понимает и поддерживает, что он не будет пытаться его отговорить или заставить вернуться к прежней жизни. — Спасибо, — искренне сказал Тэхен. — Не за что, — ответил Намджун. — Главное, чтобы ты был счастлив. Тэхен поставил чашку на стол, с тихим стуком фарфора о дерево. Он почувствовал, что разговор исчерпал себя, что все важные слова уже сказаны. Внутри разливалось приятное чувство облегчения и благодарности. Он посмотрел на Намджуна, поймал его теплый, понимающий взгляд, и улыбнулся в ответ. — Мне пора, — сказал он, его голос звучал спокойно и уверенно. — У меня еще есть дела перед вылетом. Он поднялся из-за стола, расправил плечи, словно сбрасывая с них груз многолетней усталости и напряжения. Ему вдруг захотелось вдохнуть полной грудью, почувствовать свежий воздух на коже, ощутить свободу движения. — Хорошо, — кивнул одобряюще Намджун. — Тогда увидимся. — Увидимся, — ответил Тэхен, и в его голосе звучала легкая грусть от предстоящей разлуки. Он развернулся и направился к выходу из кофейни. Каждый его шаг был наполнен легкостью и уверенностью. Он больше не чувствовал себя загнанным в угол, он больше не ощущал на себе давление чужих ожиданий. Теперь он сам решал, куда ему идти и что делать. Намджун проводил его взглядом. Он смотрел, как Тэхен выходит из кафе, как растворяется в толпе прохожих на улице. И в этот момент Намджун почувствовал, что гордится своим братом. Он гордился его смелостью, его решительностью, его умением идти своим путем, не оглядываясь на чужое мнение. Намджун откинулся на спинку стула и перевел взгляд на свою чашку с кофе. Напиток уже остыл, но он сделал глоток, поморщившись от неприятного вкуса. Мысли его текли своим чередом, спокойно и неторопливо. Он думал о том, что только что произошло, о разговоре с Тэхеном, о его внезапном решении. И впервые за долгое время Намджун почувствовал, что рад за брата. Он понимал, что Тэхену необходимо это время, чтобы разобраться в себе, чтобы понять, чего он действительно хочет от жизни. Он знал, что Тэхен вернется, что он обязательно вернется, но это будет уже другой Тэхен — более зрелый, более уверенный в себе, более счастливый. Намджун улыбнулся своим мыслям. Ему было спокойно и хорошо на душе. *** Аэропорт остался позади. Тэхён даже не оглянулся на него, словно боясь, что это место, полное суеты и чужих лиц, снова засосет его в свою воронку. Сердце его колотилось с удвоенной силой, словно маленький барабанщик, отбивающий чечётку где-то под рёбрами. Его заполняло волнение от долгожданной встречи, о которой он последнюю неделю мечтал долгими ночами. А ещё предвкушение чего-то нового, неизведанного, что ждало его впереди. Чонгук ждал его у выхода, опершись на свой внедорожник, как всегда спокойный и уверенный в себе. Его поза излучала непринужденность, но Тэхён заметил, как он слегка прищурился от солнца, которое выглядывало из под скопившихся туч. Ветер слегка растрепал его светлые волосы, а белая рубашка, слегка прилипала к телу от влажности, оставшейся после прошедшего дождя. Он выглядел невероятно стильно и мужественно, словно сошёл с обложки модного журнала. Как только их взгляды встретились, время словно остановилось. Тэхён почувствовал, как внутри него что-то дрогнуло, готовый вот-вот разбиться на мелкие осколки. Он не мог сдержать улыбку, которая медленно расползалась по его лицу, как солнечный зайчик, проскальзывающий сквозь щели в шторах. Ему захотелось подбежать к нему, обнять его крепко-крепко и никогда больше не отпускать. — Добро пожаловать домой, — произнёс Чонгук своим глубоким, бархатистым голосом, оттолкнувшись от машины и делая шаг навстречу. Его улыбка была тёплой и искренней. Он действительно был рад видеть Тэхёна. В его глазах мелькнули искорки радости и нежности, которые не могли ускользнуть от внимания напротив. — Не знал, что Пусан — уже мой дом, — ответил Тэхён, подмигивая. В его голосе не было сарказма, скорее, удивление и тихая надежда. Он действительно не знал, что Пусан может стать для него домом. Ведь он столько лет прожил в Сеуле, что привык считать его своим родным городом. Там прошло его детство, юность, первая любовь и разочарования. Сеул был полон воспоминаний, хороших и плохих, но он был его домом. А потом были Штаты, с их бешеным ритмом и небоскребами. Там он пытался найти свое место, доказать себе и другим, что он чего-то стоит. Он учился, работал, заводил друзей, но все это было каким-то ненастоящим, словно понарошку. Он всегда чувствовал себя там чужим, гостем, временно остановившимся в этой стране. Говорят, дом — это не там, где ты живешь, а там, где тебя любят и ждут. И, возможно, именно это имел в виду Чонгук, когда говорил о Пусане как о его доме. Он чувствовал, что здесь, рядом с ним, Тэхён будет в безопасности и комфорте. Поэтому он хотел, чтобы Тэхён почувствовал себя здесь как дома, чтобы он понял, что здесь его ждут и любят. Тэхён задумался над этими словами. Что для него значит дом? Где его место? Он столько лет скитался по миру, пытаясь найти свое место, но так и не смог понять, где его настоящий дом. Может быть, он действительно здесь, в Пусане? Может быть, именно здесь он сможет почувствовать себя по-настоящему дома? Он посмотрел на Чонгука. Его лицо было спокойным и уверенным, словно он знал ответы на все вопросы. Тэхён доверился ему. Он чувствовал, что рядом с ним он может быть самим собой, что ему не нужно притворяться кем-то другим. — Может быть, ты и прав, — ответил Тэхён, наконец. — Может быть, Пусан и станет моим домом. Он улыбнулся Чонгуку, и тот ответил ему своей теплой улыбкой. Тэхён понимал, что он больше не один. Что у него есть человек, который ждет его и любит. И что, скорее, именно это и есть настоящий дом. Чонгук лишь загадочно улыбнулся в ответ. Его теплая и ласковая улыбка заставляла сердце Тэхёна биться быстрее. Он смотрел на Чонгука и пытался разгадать, что скрывается за этой улыбкой, но безуспешно. Чонгук тем временем взял его чемодан и легко загрузил его в багажник. Тэхён не мог отвести глаз от того, как напрягались мышцы на его плечах и спине под тонкой тканью мокрой рубашки. Капли дождя, которые всё ещё висели в воздухе, блестели на его коже, словно маленькие бриллианты. Тэхён невольно сглотнул слюну, завороженный этой картиной и почувствовал как по телу пробегает легкая волна возбуждения. Он знал, что Чонгук очень красив, но сейчас, когда он был так близко, он почувствовал это особенно остро. Его сердце комком ударило в пах, а по телу пробежала лёгкая дрожь. Он действительно очень скучал. Он скучал по его улыбке, по его голосу, по его прикосновениям. Он скучал по тому, как они проводили время вместе, смеясь и разговаривая обо всём на свете. Он скучал по нему самому. Чонгук закрыл багажник и повернулся к Тэхёну. Он подошёл к нему и взял его за руку. Тэхён почувствовал, как его ладонь покрывается мурашками от этого прикосновения. Он посмотрел на Чонгука и увидел в его глазах теплоту и нежность. — Поехали, — сказал Чонгук, и его голос был таким же глубоким и бархатистым, как всегда. Тэхен кивнул в ответ, все еще немного ошеломленный и взволнованный. Он сел на пассажирское сиденье рядом с Чонгуком и пристегнул ремень безопасности. Он огляделся вокруг, отмечая чистоту и порядок в салоне. Всё было на своих местах, создавая ощущение комфорта и уюта. Чонгук сел за руль и завел мотор. Машина плавно тронулась с места, и они выехали с парковки аэропорта. Тэхён смотрел в окно, наблюдая за тем, как огни Пусана постепенно приближаются и становятся всё ярче. Он чувствовал, что его сердце наполняется надеждой и предвкушением чего-то нового и хорошего. — Спасибо, что встретил меня, — сказал Тэхён, прерывая молчание. — Не за что, — ответил Чонгук, улыбаясь. — Я рад, что ты вернулся. *** Закусочная Чонгука уже закрылась для посетителей, но внутри все еще царила тёплая атмосфера. Чонгук и Тэхён решили отблагодарить Чимина, устроив для него небольшой домашний праздник. Тэхён стоял у кухонной стойки, скрестив руки на груди и наблюдая за тем, как Чонгук ловко и быстро раскладывал продукты. Он то и дело наклонялся над столом, разглядывая, что именно тот собирается приготовить, и его брови при этом забавно сдвинулись к переносице. — Мы точно всё это осилим? — с сомнением в голосе протянул Тэхён, обводя взглядом внушительную гору овощей, мяса и лапши, которая громоздилась на столе. — Мы готовим не для себя, а для Чимина, — напомнил Чонгук, не отрываясь от своего занятия. Он кинул в кипящую воду щедрую порцию лапши, и пар от неё тут же поднялся кверху, окутывая его лицо лёгкой дымкой. — Ты просто не знаешь, он ест за троих. Тэхён усмехнулся, вспомнив аппетит Чимина, который действительно мог поразить воображение. — Когда ты так загадочно говорил о том, что у нас планы на вечер, я точно не подумал об этом, — с улыбкой, в которой, однако, чувствовалась нотка наигранного возмущения, произнёс Тэхён, обводя взглядом царящий на кухне хаос. Тэхён, хотя и с сомнением относился к количеству еды, с удовольствием помогал ему, подготавливая овощи и подавая нужные ингредиенты. — Может, ещё и торт закажем? — предложил Тэхён, улыбаясь. — Это уже будет слишком, — ответил Чонгук, хотя в его голосе слышались нотки сомнения. — Но если ты настаиваешь… — Да ладно, я шучу, — засмеялся Тэхён. — Главное, чтобы Чимин был доволен. Оба громко рассмеялись. — Нам нужен особенный ужин, — продолжил Чонгук, уже привычно закатывая рукава. — Значит, доверяешь мне готовку? — с самодовольным видом спросил Тэхен, опираясь о стойку. Чонгук хмыкнул. — Я сказал “ужин”, а не “кулинарную катастрофу”. Тэхен демонстративно закатил глаза, но всё же встал за разделочную доску. — Я займусь нарезкой. По крайней мере, я умею держать нож, — с гордостью сказал Тэхен. Чонгук лишь усмехнулся. — Только не забудь, что резать нужно овощи, а не пальцы. — О, значит, ты думаешь, что я настолько плох? — Думаю? Я видел, как ты держал нож в прошлый раз. Тэхен скептически покачал головой. Несмотря на свою деловую привычку и строгость, Тэхен с нескрываемым рвением окунулся в процесс, хотя и явно испытывал некоторые затруднения. Его руки, привыкшие к точности и четкости, сейчас пытались справиться с задачей, которая требовала не только аккуратности, но и чуточку больше чутья. Чонгук, до этого момента, словно дирижёр, руководивший этим оркестром ингредиентов, с энтузиазмом объяснял Тэхену, что и за чем следует делать. Однако, чем больше Чонгук говорил, тем более очевидным становилось: у Тэхёна явно не было врожденного таланта к кулинарии. — Смотри, вот так нужно резать лук, — показывал Чонгук, демонстрируя легкие и точные движения ножом. Тэхён, стараясь повторить эти движения, с силой вонзил нож в луковицу, отчего та разлетелась на куски разного размера, больше напоминающие обломки метеорита, чем аккуратные ломтики. — Э-э-э... ну, главное, чтобы было вкусно, — попытался оправдаться Тэхён, сгребая эти осколки в кучу. Он взялся за овощи, но получившиеся кусочки оказались неровными и слегка грубыми — каждое движение было как эксперимент, который не всегда завершался успехом. — Это просто преступление против кулинарии, — со смехом заявил Чонгук, скрестив руки на груди и наблюдая, как Тэхен с максимально сосредоточенным лицом пытается нарезать тофу. Тэхен нахмурился, держа нож в руке. — Это не так уж и просто, как кажется! — Ты просто держишь нож как человек, который никогда не видел ножа, — поддел его Чонгук, подойдя ближе. — Дай-ка сюда. Он подошёл к Тэхену со спины, почти вплотную, и накрыл своими ладонями его руки. Тэхен на мгновение замер, почувствовав тепло его тела, исходящее сквозь тонкую ткань рубашки. Сердце его вдруг забилось быстрее, а по спине пробежали мурашки. Он ощущал, как Чонгук придвинулся совсем близко, почти касаясь его спины. — Вот так, пальцы не держи так напряженно…— прошептал Чонгук у самого уха Тэхена. Его голос был тихим и тёплым, с лёгкими, едва уловимыми насмешливыми нотками. — Ты пытаешься сразить тофу или приготовить его? Тэхен нахмурился, чувствуя, как щёки его начинают слегка гореть. — Ещё одно слово, и я сражу тебя и ты у меня получишь, — пробормотал он, стараясь придать своему голосу серьёзность, хотя внутри себя уже начал смеяться. Но руки его всё же расслабились под тёплыми и уверенными прикосновениями Чонгука, позволяя ему вести свои движения. Чонгук рассмеялся в ответ, его дыхание коснулось уха Тэхена, вызывая новую волну мурашек. — Если то, что я получу мне понравится, я не против, — произнес он, слегка усиливая объятие и прижимаясь ещё ближе. Время, казалось, остановилось. Тэхен чувствовал себя странно и волнующе. С одной стороны, он был немного смущен и даже напуган этой близостью, с другой – ему было приятно и тепло от присутствия Чонгука рядом. Он ощущал его одеколон и заботу, которая выражалась в этих лёгких, почти случайных прикосновениях. Он чувствовал, как Чонгук слегка наклоняется вперёд, его подбородок почти касается его плеча. Тэхен мог ощутить его дыхание на своей шее, и от этого по его телу пробегали мурашки. Ему хотелось отстраниться, сделать шаг назад, но в то же время он понимал, что не хочет этого. Ему было хорошо и спокойно рядом с Чонгуком, и он не хотел нарушать эту идиллию. — Расслабься, всё получится, — прошептал Чонгук, его голос звучал мягко и успокаивающе. Он продолжал направлять движения Тэхен, помогая ему правильно нарезать тофу. Под его чутким руководством кусочки мягкого тофу получались ровными и аккуратными. Тэхен, всё ещё немного смущённый, почувствовал, что напряжение в его теле постепенно уходит. Он начал получать удовольствие от процесса готовки, от этих совместных действий с Чонгуком. Ему нравилось чувствовать его присутствие рядом, его тепло и поддержку. — Вот так гораздо лучше, — похвалил его Чонгук, когда они закончили нарезать тофу. — Теперь можно начать готовить. Он отстранился от Тэхена, но его руки всё ещё оставались на его талии, словно не желая отпускать его совсем. Тэхен улыбнулся в ответ, чувствуя, как его сердце успокаивается. Он посмотрел на Чонгука и увидел в его глазах тепло и нежность. — Спасибо, — прошептал Тэхен, не отрывая взгляда от глаз Чонгука. — Всегда рад помочь, — ответил тот, слегка улыбаясь. Он убрал руки с плеч Тэхёна и сделал шаг назад, оставляя ему немного пространства. Но взгляд его по-прежнему оставался прикованным к нему, словно он боялся, что тот сейчас накосячит. Несколько секунд они стояли молча, глядя друг другу в глаза. В воздухе витала тишина, нарушаемая лишь легким потрескиванием огня на плите. Тэхен чувствовал, что между ним и Чонгуком повисло приятное напряжение. Запах сушёных водорослей, свежего риса и бульона, витавший в воздухе, смешивался с лёгким ароматом жареного кунжута, создавая аппетитный букет. Тэхён, оглядываясь по сторонам, отметил, что это место действительно дышит теплом и заботой. Он представил себе, как Чонгук каждый день готовит здесь для своих посетителей, вкладывая в каждое блюдо частичку своей души. — Думаю, если ты немного потренируешься, я смогу предложить тебе вакантное местечко, — весело подразнил Чонгук, наблюдая за тем, как Тэхён пытается освоить азы кулинарного мастерства. Он стоял рядом, готовый в любой момент прийти на помощь, но при этом не вмешиваясь в процесс, позволяя Тэхёну самому почувствовать себя шеф-поваром. Свет ламп создавал атмосферу почти сказочного уюта, а за окном уже играли последние лучи солнца, разбрасывая нежные оттенки персикового и розового по всему помещению. Тэхён, на мгновение оторвавшись от нарезки овощей, посмотрел в окно и залюбовался открывшимся видом. Ему показалось, что он попал в какой-то волшебный мир, где всё было пронизано теплом и уютом. Слегка покраснев от смущения, он закатил глаза, но не смог сдержать улыбку. Он знал, что Чонгук просто шутит, и его поддразнивания не задевали его. Ему было приятно находиться рядом с ним, чувствовать его поддержку и заботу. Ударившись о стену, дверь резко распахнулась, , и внутрь ворвался Чимин. Он выглядел безупречно, как обычно: светлый шерстяной свитер без единой складки, аккуратно уложенные волосы и неизменная добродушная улыбка, которая мгновенно осветила помещение. — Судя по запаху, вы готовите что-то вкусное, — протянул он, заходя дальше. — Судя по кухне — дрались друг с другом. Кто победил? Чонгук не удержался и прыснул со смеху, отставляя миску с кимчи. Тэхен же, сохраняя самообладание, картинно вытерао руки о фартук. — Я бы сказал, что победило мое терпение, но оно уже почти на грани. — Твоя кулинария на грани, а не терпение, — уточнил Чонгук, уклоняясь от подзатыльника, которым Тэхен тут же наградил его. Чимин огляделся, быстро скользнув взглядом по хаосу. Перед ним открылось поле битвы, а не кухня. Обрывки зелени, словно листья после урагана, валялись повсюду. На деревянном столе разбрелись миски, скалки и лопатки, а рядом, на плите, булькало что-то аппетитное, источая густой аромат специй и морепродуктов. Воздух пропитался запахом наваристого бульона и кунжутного масла. — Боже, — пробормотал он, проводя рукой по лицу, пытаясь осознать увиденное. — Вы не собирались готовить, вы явно пытались доказать, что кулинария — это экстремальный вид спорта. Тэхен, стоя посреди этого хаоса, развернулся к нему с улыбкой, словно ничего не произошло. Он поправил рукава, словно только что закончил сложное хирургическое вмешательство, а не кулинарный поединок. — Привет, — весело произнес он. — Мы называем это экспериментальным подходом. Чимин слегка прищурился, осматривая его с ног до головы. Его взгляд скользил по испачканной мукой одежде, по волосам, украшенным листьями какой то зеленушки. Затем он перевел взгляд на Чонгука, который стоял рядом и с интересом наблюдал за происходящим. — Итак, значит, ты Тэхен, — протянул Чимин, кивая в сторону Тэхена. Чонгук кивнул в ответ, усмехаясь. — Чимин, это Тэхен, — представил он. — Тэхен, это Чимин, мой друг и, видимо, наш будущий критик в сфере ресторанного бизнеса. Тэхен, услышав это, расплылся в широкой улыбке и протянул Чимину руку. — Очень приятно наконец-то познакомиться лично, Чимин. Надеюсь, ты не слишком строг к нашим экспериментам. Чимин пожал ему руку, все еще находясь в легком шоке от увиденного. — Посмотрим, — ответил он с улыбкой. — Я всегда рад попробовать что-нибудь новенькое. Он оглядел кухню еще раз, и его взгляд упал на странную конструкцию из овощей, возвышающуюся на столе. — И что это должно было быть? — поинтересовался он, указывая на нее пальцем. Тэхен пожал плечами. — Это должен был быть салат, — признался он. — Но, кажется, что-то пошло не так. Чимин рассмеялся. — Да уж, это точно, — согласился он. — Главное, что пахнет всё очень аппетитно. Что у вас тут намечается? — Готовим твой любимый кимчичигге, — ответил Чонгук, все еще улыбаясь. — Надеюсь, всё-таки оно съедобное, потому что я очень голоден. — Всё готово, — уверенно сказал Чонгук, перенося на стол тарелки с ароматными блюдами. Чимин, удобно расположившись за столом, с нетерпением поглядывал на аппетитные блюда и закуски, которые Чонгук расставлял перед ним, усаживаясь напротив, рядом с Тэхеном. Он пробовал одно блюдо за другим, то одобрительно кивая, то шутливо морщась, когда ему попадалось, что-то явно не идеальное. — Тэхен, — с деланной серьезностью начал он, поддевая вилкой кусочек овоща, — если бы ты не был успешным бизнесменом, я бы посоветовал тебе избегать ресторанного бизнеса любой ценой. Тэхен усмехнулся, откидываясь на спинку стула. — Вот поэтому я и держу при себе профессионального повара, — кивнул он в сторону Чонгука, который в ответ лишь пожевал уголок губ в притворном раздумье. — Ага, только этот повар бесплатно работает, — хмыкнул Чонгук. — Бесплатно? — переспросил Тэхен, с вызовом прищурившись. — Ты ведь сам сказал, что удовольствие от процесса — лучшая плата. — Я так говорил? — Чонгук сделал вид, что глубоко задумался. — Ага, говорил, — вставил Чимин, подливая масла в огонь, отчего Тэхен довольно улыбнулся. Ужин продолжался в теплой и расслабленной атмосфере. Шутки Чимина, непринужденный смех, обмен новостями – всё это создавало ощущение, что время замедлилось и остановилось только для них троих. Они наслаждались моментом, обществом друг друга и вкусной едой. В какой-то момент разговор плавно перетёк к теме Бостона, и тон за столом сразу стал более серьёзным. Чимин поставил пустую чашку на стол и, скрестив задумавшись руки на груди. — Если честно, я рад, что всё закончилось. Всё могло быть гораздо хуже, но вам, можно сказать, повезло. Тэхен встретился с ним взглядом и слегка кивнул в знак согласия.— Да, повезло, что у нас был ты, — искренне поблагодарил он Чимина. — Спасибо, что помог мне. Чонгук, который до этого момента молча слушал, тоже мягко улыбнулся, выражая свою поддержку и благодарность. Его взгляд на мгновение встретился с взглядом Тэхена. — Да ладно, что уж там, — немного смущенно отмахнулся Чимин. — Всё равно, спасибо, — повторил Тэхён. — Ты очень помог, благодаря тебе, мы быстро поняли как нам действовать против Джисона. При упоминании Джисона лицо Чимина стало более серьезным. — Надеюсь этот тип получил то, что заслужил, — произнес он с нескрываемым удовлетворением в голосе. — Он долгое время всех обманывал и манипулировал, прикрываясь своей дружелюбностью. Рано или поздно это должно было закончиться. — И хорошо, что всё раскрылось именно сейчас, — добавил Чонгук. — Лучше поздно, чем никогда. — Согласен, — кивнул Тэхен. — Главное, что теперь он не сможет никому навредить. — Надеюсь, это послужит ему хорошим уроком, — сказал Чимин. — И, что он больше никогда не сможет попытаться провернуть подобное. — Сомневаюсь, что такие люди меняются, — вздохнул Тэхен. — Но, по крайней мере, теперь мы знаем, чего от него можно ожидать. — Это точно, — согласился Чонгук. *** Чимин, наблюдательный от природы, не мог не заметить, как Тэхен и Чонгук весь вечер обменивались взглядами. Воздух между ними буквально искрился, и он сразу предположил, что они продвинулись дальше в своих отношениях. Тэхен, казалось, невзначай, лениво касался края своего стакана, его пальцы, словно в танце, повторяли движения Чонгука, который в этот момент что-то говорил. Чонгук, в свою очередь, дольше обычного задерживал взгляд на Тэхене, словно пытаясь уловить каждое его слово, каждое движение. Чимин, сидя напротив, не мог сдержать улыбки. Он наблюдал за этой игрой взглядов и жестов, за тем, как они пытались скрыть свои чувства друг к другу. — Ребят, вы, конечно, можете и дальше делать вид, что между вами ничего нет, но... давайте будем честными? Вы чертовски очевидны, — наконец произнес Чимин, нарушив эту игру в молчанку. Тэхен, услышав эти слова, слегка напрягся. Он не ожидал, что их секрет будет раскрыт так быстро и так прямо. — О чём ты? — он пытался сделать вид, что не понимает, о чём идет речь. — О вас двоих, — ответил Чимин, — Послушайте, даже если бы я был слепым, я бы всё равно почувствовал, как искрит воздух, когда вы рядом. Чонгук, в отличие от Тэхена, не стал отрицать очевидное. Он лишь улыбнулся, словно признавая правоту Чимина. Тэхен же предпочел отмолчаться. Он понимал, что Чимин прав, что их чувства слишком очевидны, чтобы их можно было скрыть. Но он также понимал, что им нужно время, чтобы разобраться в себе и в своих отношениях. Чимин, увидев их реакцию, понял, что его слова достигли цели. Довольный и расслабленный, он потянулся, бросив на Чонгука лукавый взгляд. — Ладно, ребят, я, конечно, рад вашей компании, но я не намерен становиться третьим лишним. — Что? — невинно переспросил Чонгук. — Ой, да ладно вам, — хмыкнул Чимин, поднимаясь со стула. — Я не слепой. В общем, вечер ваш, а я, пожалуй, пойду. Он направился к выходу, не дожидаясь ответа. — Чимин, но ты ещё не попробовал десерт! — крикнул ему вслед Чонгук. — Я оставлю его вам, думаю, вам будет чем заняться! — раздался задорный голос. — Спокойной ночи, голубки, — бросил он через плечо и, не дожидаясь ответа, исчез в вечерней темноте. Тэхен, всё ещё держа в руках вилку, медленно перевёл взгляд на Чонгука. — Ты понял, что он имел в виду? Чонгук тихо усмехнулся, подперев подбородок ладонью. — Думаю, точно понял. Тэхен провёл ладонью по волосам, затем нервно поправил рукав рубашки. Это было глупо — он привык чувствовать себя уверенно в любой ситуации, но сейчас непонятное волнение поселилось где-то глубоко внутри. — Ну что, — Чонгук слегка качнулся на пятках, сложив руки на груди, — мытьё посуды входит в твои бизнес-способности? Или мне готовиться к очередной катастрофе? Тэхен фыркнул, его губы тронула лёгкая улыбка. — Я, между прочим, прекрасно справлюсь, — он взял первую тарелку со стола, демонстративно направляясь к раковине. Чонгук, не сдержавшись, рассмеялся, наблюдая, как Тэхен сосредоточенно взялся за губку, будто заключал очередную сделку, требующую максимальной собранности. — Тебе стоит видеть своё лицо, — пробормотал Чонгук, подойдя ближе. Тэхен бросил на него взгляд поверх плеча, но вместо ответа просто продолжил смывать остатки соуса с тарелки, словно этот процесс был чем-то исключительно важным. Чонгук не двигался, оставаясь рядом. Тихий ритм капель воды, скользящих по керамике, смешивался с едва уловимым дыханием, которое теперь казалось громче обычного. Он вспомнил их первую близость — Все в порядке? — спросил Чонгук чуть тише, глядя на профиль Тэхена. Тот замер, держа тарелку в руках чуть дольше, чем нужно. — Да, — неуверенно тихо прозвучало в ответ. Чонгук чуть наклонил голову, не отводя взгляда. — Правда? Тэхен не ответил сразу. Он поставил тарелку в сушилку, стряхнул капли воды с пальцев, затем медленно повернулся. Их взгляды встретились, и в этот момент Тэхен понял: ему не скрыться. Волнение накатывало волнами — не тревожными, а тёплыми, ожидающими. — Чонгук… — голос Тэхена был чуть хриплым, но он не отступил. Чонгук тоже не двигался, его глаза оставались прикованы к Тэхену. В этом взгляде не было сомнений. Только уверенность и любопытство. — Да? Мир за пределами закусочной перестал существовать. Исчезли голоса прохожих, шорох волн, даже свет ламп казался теплее, будто намеренно создавая для них двоих этот момент. Тэхен выдохнул, провёл ладонью по столешнице, словно собираясь с мыслями. — Я… — он замолчал, но не потому, что не знал, что сказать. Чонгук не торопил. Тэхен смотрел в эти тёмные, глубокие глаза, в которых отражалось всё. Их случайная встреча в аэропорту, звон колокольчика, напряженные дни в Бостоне, их переписки по ночам, их шутки, забота, уважение. Всё, что привело их к этому вечеру. Он набрал воздуха, словно готовясь нырнуть в самую глубину собственных ощущений. — Я думал, что справлюсь, если буду держать это в себе. Голос чуть дрогнул, но не от неуверенности, а от того, насколько весомыми казались эти слова. — Но не могу. Чонгук молчал, ожидая продолжения. Его взгляд был тёплым, терпеливым. — Я чувствую к тебе больше, чем просто благодарность. И это… больше, чем просто интерес. Последняя фраза повисла в воздухе, оставляя после себя приятную, но тревожную дрожь. Чонгук выдохнул, его губы дрогнули в лёгкой улыбке, а в глазах отразилось то же самое чувство, что кипело в груди Тэхена. — Я знаю, — его голос прозвучал мягко, но в нём не было ни удивления, ни сомнений. Тэхен замер. Чонгук чуть склонил голову, пристально изучая лицо Тэхена, будто вчитывался в каждую эмоцию, прячущуюся в тени его глаз. — И если честно, — тихо и со спокойной уверенностью продолжил Чонгук, — я пытался убедить себя, что это не важно. Он сделал маленькую паузу, прежде чем добавил, — Но каждый раз, когда я смотрю на тебя… понимаю, что это судьба. Тэхен моргнул, в груди что-то сжалось. Судьба. Это слово не прозвучало как красивый оборот речи или романтическая фраза, которую легко можно было бы отбросить. В нём было нечто большее. — Судьба? — переспросил Ким, пробуя это слово на вкус. Чонгук кивнул, затем опустил взгляд, словно вспоминая что-то далекое, но важное. — Знаешь… — он чуть улыбнулся, но эта улыбка была задумчивой, — перед тем, как я улетел в Бостон, я встретил старика. Думаю, это именно он дал тебе тогда пуговку. Тэхен удивленно прищурился, но промолчал, позволяя Чонгуку продолжить. — Он рассказал мне легенду. Тэхен слегка наклонил голову, заинтересовавшись. — Легенду? Чонгук провёл рукой по деревянной столешнице, словно машинально собирая мысли. — В давние времена, — начал он, — двое влюбленных благодаря этим пуговицам могли найти друг друга, после долгих лет и времен разлуки. Он поднял взгляд, и в его черных глазах мелькнули звезды. — Эти пуговицы были не просто украшением, — тихо добавил он, — а символом надежды. Когда два сердца бились в унисон, они верили, что даже самые долгие годы разлуки не смогут разлучить их. Пуговицы стали своего рода маяками, сигналами судьбы, которые позволяли найти путь обратно друг к другу, несмотря на все невзгоды. Тэхен не сразу нашёл, что сказать. Ему казалось, что его дыхание стало чуть тяжелее. — И ты веришь в это? — спросил он, его голос звучал чуть тише обычного. Чонгук улыбнулся. — Да. Быстрый ответ. Но он пронзил Тэхена сильнее, чем любое признание. В груди разгоралось тёплое чувство. Глубокое, как два черных омута напротив. — Тогда почему ты ничего не сказал раньше? Чонгук чуть прищурился, его губы тронула лёгкая усмешка. — Потому что ждал, когда ты сам осознаешь. Тэхен почувствовал, как его сердце замерло на долю секунды. Чонгук видел его. Настоящего. Ждал. Терпеливо, без давления, без требований. Просто был рядом. Он медленно сделал ещё один шаг вперёд. Теперь их разделяло лишь несколько сантиметров. — Я… — он замолчал, потому что слова больше не имели значения. Тэхен провёл языком по губам, чувствуя, как сердце отбивает рваный ритм. — Что, если эта судьба… — он сделал паузу, взвешивая каждое слово. — Что, если она ошиблась? Глаза Чонгука чуть сузились, но не от сомнения. Скорее, от любопытства. — Ты правда так думаешь? Тэхен хотел сказать «да». Хотел придумать еще один аргумент, еще одну преграду, ещё одну логическую причину, чтобы сохранить контроль над своими эмоциями. Но не смог. Вместо этого он тихо выдохнул и покачал головой. — Нет. Чонгук кивнул, словно именно этот ответ он и ожидал услышать. — Тогда зачем ты ещё сомневаешься? Тэхен усмехнулся, но это было больше похоже на признание. — Потому что это пугает. Чонгук слегка качнул головой. — Мы много чего пережили за последние месяцы, — мягко сказал он. — Я сомневаюсь, что ты легко поддаешься страху. — Может быть, — честно ответил Тэхен. — Но это другое. Чонгук не сводил с него взгляда, изучая каждую эмоцию на лице, но не вмешиваясь, не торопя. — И что теперь? — спросил он. Тэхен посмотрел на него. На его мягкие черты, на лёгкий свет, отражающийся в глазах, на едва заметную тень улыбки, которая согревала глубоко изнутри. Он больше не хотел убегать. Поэтому сделал последний шаг вперёд. Теперь их разделяли считанные сантиметры, и Тэхен ощущал, как тепло Чонгука медленно накрывает его, как океан накрывает берег — спокойно, но неумолимо. — Теперь… — он провёл ладонью по деревянной столешнице, не решаясь дотронуться до Чонгука, но не отводя глаз. — Теперь я просто хочу знать… — Что? — тихо спросил Чонгук. — Как долго ты собирался ждать? Чонгук медленно улыбнулся. — Сколько понадобится. Тэхен моргнул. Внутри что-то дрогнуло, но не от сомнений. От осознания. Чонгук не торопился. Никогда не давил. Не требовал. Он просто ждал. Ждал, пока Тэхен сам придёт к этому выводу. И теперь Тэхен понимал — ему больше не нужно ничего доказывать. Он медленно поднял руку, его пальцы скользнули по запястью Чонгука, останавливаясь там на мгновение, убедаясь, реальный ли он. Чонгук не пошевелился, но Тэхен видел, как его дыхание стало чуть глубже. — Судьба, значит, — тихо выдохнул Тэхен, слегка наклоняя голову. Чонгук кивнул, и в его глазах вспыхнуло что-то, от чего у Тэхена внутри стало жарко. — Ты сам это сказал, — напомнил Чонгук, его голос прозвучал чуть ниже обычного. Тэхен чуть прищурился. — Мне кажется, ты меня переиграл. Чонгук усмехнулся, но в этой усмешке была нежность. — Нет, — сказал он, медленно сжимая пальцы на запястье Тэхена в ответ. — Просто я давно понимал, чем это закончится. Тэхен наклонился чуть ближе, их лбы почти соприкоснулись. — И чем же? Чонгук не ответил сразу. Он смотрел прямо в глаза, словно читал в них что-то, что никто другой не мог увидеть. Затем, медленно, осторожно, он поднял руку и кончиками пальцев коснулся линии скулы Тэхена. Это прикосновение было таким лёгким, что по телу пробежала дрожь. Тэхен не шелохнулся, только глубже вдохнул, ощущая, как в груди что-то сжимается и одновременно расправляется, наполняя всё его существо жаром. — А ты как думаешь? — наконец произнёс Чонгук, его голос прозвучал почти шёпотом, но этого было достаточно, чтобы внутри Тэхена всё перевернулось. Мир за пределами закусочной перестал существовать. Тэхен медленно опустил взгляд на губы Чонгука. Это было почти инстинктивно, непроизвольно — так же естественно, как дыхание, как биение сердца. Он почувствовал, как пальцы Чонгука чуть сильнее сжались на его запястье, как его собственные руки дрогнули, прежде чем плавно опуститься ему на талию. Секунды тянулись, как в замедленной съёмке. Здесь не было поспешности. Не было спонтанности. И когда Тэхен медленно закрыл глаза, убирая последние сантиметры между ними, его губы встретились с губами Чонгука. Чонгук чуть сильнее притянул его ближе, пальцы скользнули по спине, оставляя за собой тепло. Медленно и неторопливо отвечая на поцелуй.