Ирис

      На следующий день к Гарри пришёл Том. Он сообщил, что не против совместного сотрудничества, и добавил уже известные даты вылазок в Хогсмид, а так же планы по литературе, в которую хотел углубиться. За завтраком и обедом Реддл с друзьями радушно принимали Гарри и Драко в свою компанию . Ребята обсуждали новые расписания и спрашивали совета, на какой предмет им всё-таки стоит больше обратить внимание. В этом году их ожидала сдача СОВ, а после — выбор будущей профессии.       Гарри и Драко в этом году решили выбрать несколько занятий по душе и посещать их в качестве практикантов. Что удивительно, почти все лекции, кроме зельеварения, шли раздельно, так что они могли пересекаться лишь в свободное время. Чтобы координировать свои действия, парни договорились действовать осторожно и по ночам сбегать в Выручай-комнату для анализа ситуации и планирования.       После занятий всей разношёрстной компанией они засели в общей гостиной Слизерина и продолжили бурно дискутировать.       — Будь я на вашем месте, — задумчиво сказал Гарри. — Я бы выбрал защиту от тёмных искусств. Это довольно интересно, если вдуматься и постараться.       На диване сидели четверо: Малфой-старший, Эйвери, Лестрейндж и Малфой, напротив них — Поттер и Реддл, устроившиеся вдвоём на небольшой софе. Гарри ощущал тонкий шлейф парфюма Тома. Сладковатая смесь бурбонской ванили, кофе, пачули и чего-то ещё казалась страстной, почти вызывающей. Этот аромат выдавал сущность Реддла с головой: уверенный, обольстительный, смелый — человек, который не умеет проигрывать. Гарри слегка поёжился, поймав себя на мысли, что всё это время невольно принюхивался.       — У нас Том лучший на курсе, — с гордостью заявил Абраксас. — Да и по остальным предметам он впереди.       Поттер обрадовался возможности отвлечься от своих мыслей. Реддл снисходительно улыбнулся и ответил:       — Учителя говорят, что я делаю поразительные успехи. Это правда. Они обещали поддерживать меня в любом моём выборе. Но я пока не решил, чем бы хотел заниматься в будущем. Гораций Слизнорт предлагал стать его личным ассистентом на время, если мне это будет интересно. Независимо от моего ответа он уже пригласил меня в свой так называемый «Клуб Слизней».       — Звучит отвратительно, — с недовольством фыркнул Драко.       Его реакция позабавила Гарри. Он вспомнил, как на шестом курсе, когда профессор вернулся к преподаванию, Драко не приняли в этот клуб, и причины остались неизвестны. Скорее всего, это было связано с репутацией Люциуса Малфоя и его связями с Пожирателями смерти. Хотя сам Люциус, конечно, был вхож в этот «особенный» клуб.       Поттер не удержался и прыснул в кулак, стараясь сдержать смех, чем заработал недовольный взгляд от Драко. Однако сейчас не было времени на мелкие обиды. Сам же Гарри в своём времени был признан уникальной звездой в коллекции профессора зельеварения.       — На самом деле, — вставил Гарри, стараясь не затрагивать тему Драко, — этот клуб не так уж плох. У него есть основания. С одной стороны, ваш преподаватель явно любит собирать вокруг себя любимчиков, это заметно невооружённым глазом. Я убедился в этом лично. Особенно, когда некоторые ученики остаются после занятий, чтобы сказать пару слов, цитирую самые запоминающиеся.       Он заговорил, пародируя голос лёгким басом:       — Профессор, надеюсь, вы в добром здравии. Я принёс вам кое-что, чтобы выразить своё почтение.       Договорив, он сменил тональность на более высокий голос:       — Господин профессор, вам так идёт эта бабочка цвета слоновой кости! Я просто в восторге! Слышала, её специально для вас сшила знаменитая Арден Одли.       — Такие душки, — ехидно добавил он, уже прилично посмеиваясь.       Кто-то находил такие ситуации смешными, а кто-то молча слушал. Среди последних Гарри заметил Тома Реддла. Ему было любопытно, что происходит у того в голове: ведь он помнил, что юный Волдеморт был одним из таких подхалимов-любимчиков. Но вместо него высказался Эйвери:       — А разве это плохо? — спросил он, выгибая брови. — Иногда полезные связи помогают достичь успеха.       — В нашей школе считают, что на одних связях далеко не уедешь. Кому ты будешь нужен, если у тебя в голове ничего нет? Хочешь достичь величия? Нужно сначала уметь что-то самому. Тогда эти связи начнут работать на тебя, а не наоборот, — ответил Гарри.       Он услышал, как рядом хмыкнул Малфой, и сразу понял, к чему тот клонит. Все расценили это как подтверждение слов Поттера, а не наоборот, отчего Гарри незаметно закатил глаза. Именно это он имел ввиду: нужно уметь думать головой и путать факты так, чтобы никто ничего не понял. Если рядом с тобой есть такие неординарные и в прошлом влиятельные личности, как его сосед, то это вдвойне упрощало задачу, даже если собеседники чувствовали что-то ещё. Ведь люди верили в то, во что они сами хотели верить.       Но одного человека ему, возможно, не удалось убедить до конца, даже если бы он говорил со стопроцентной уверенностью. Том сидел, наполовину повернувшись к Гарри, закинув ногу на ногу с отсутствующим выражением. Руки его покоились на спинке софы. Одним лёгким движением он мог бы дотронуться до затылка соседа своими длинными и наверняка очень холодными пальцами. Заметив, что Гарри на него смотрит, Реддл выгнул бровь в немом вопросе и едва ухмыльнулся краешком губ. Он казался спокойным, расслабленным, но при этом взрослым, словно возвращённым из страниц Дневника. Мысль о быстротечности времени ужасала.       Когда до отбоя оставалось совсем немного, Том поднялся и поблагодарил всех за вечер, намекнув, что пора заканчивать. Гарри заметил, как Реддл вежливо подгоняет учеников, которые нехотя собирали учебники и пергаменты. Некоторым студентам даже двадцати четырёх часов в сутках не хватало, чтобы закончить домашние задания или обсудить сплетни.       Драко ушёл чуть раньше, и Поттер на мгновение замешкался, но всё же быстро вышел, пока никто не обратил внимания. Парень проходил мимо невысоких статуй змей, и только мерцающие, зелёные факелы освещали ему путь. В его новых очках глаза уставали немного больше обычного, отчего под конец дня начинали слегка слезиться. Шум в ушах становился сильнее, а болезненная пульсация в висках нарастала. Голова раскалывалась и не хотела соображать, что он едва мог дойти до комнаты. Понимая, что может потерять сознание, он попытался облокотиться о стену, как вдруг его подхватили крепкие и сильные руки.       Гарри ошарашенно обернулся, стараясь вглядеться в тёмный, мутный силуэт. Но смотреть было необязательно, голос он узнал сразу.       — Что же Вы так неосторожно? — спросил Том.       Реддл усадил его на холодный каменный пол и начинал прощупывать пульс на шее. Руки его действительно, очень холодные, практически ледяные.       — У Вас учащённое сердцебиение. Мне следует позвать целителя?       Том звучал обеспокоенно, но Гарри не верил ни глазам, ни ушам.       — Сними их, — едва смог выдавить из себя Поттер.       — Что именно?       — Очки. Эти проклятые очки, — чуть громче сказал парень, с трудом глотая слюну. — Сними их, — с нажимом приказал он.       Том выполнил просьбу, и Гарри мгновенно почувствовал облегчение. На плечи ему накинули что-то лёгкое, и юноша помог ему встать.       — Я помогу дойти до твоей комнаты. Сколько осталось?       — Всего несколько метров. Здесь поворот налево и третья дверь справа, — глухо ответил Гарри.       Он был совсем уязвим и не понимал, почему простые оптические стеклышки так сильно его ослабили, что ему было необходимо принимать помощь Реддла, вместо того, чтобы оттолкнуть от себя его руку, цепко придерживающую чужие плечи. Когда они дошли, Том вернул ему очки, и Поттер нацепил их обратно, попутно скидывая с себя накидку.       Парень протянул её обратно юноше, но внезапный холод заставил его поёжиться.       — Спасибо, — только и сказал он. — Дальше я точно сам.       — Был рад помочь. Сходите к школьной медсестре на четвёртом этаже. Она поможет исправить это маленькое недоразумение. Спокойной ночи.       — Подожди, — Гарри схватил того за запястье.       Том недовольно нахмурился, и холодная, хищная аура обволокла Гарри, заставив его отступить на полшага. Парень тут же отпустил его руку, и ощущение исчезло.       — Почему ты пошёл за мной?       — Хотел сказать кое-что по поводу наших сборов. Мои друзья также выказали своё желание там присутствовать.       — И это всё? — удивился Поттер.       — Да, — только и ответил Том. — Мне следует уйти. Ведь, как староста своего факультета, я не могу подавать плохой пример учащимся, разгуливая после отбоя. До свидания.       Он развернулся и быстро удалился, держа в руке школьную мантию, оставив Гарри с его мыслями и сомнениями стоять посреди коридора в одиночестве.