Ирис

      К концу первой учебной недели Гарри решил взяться за несколько книг и пойти в библиотеку. Он чувствовал, что начинает превращаться в Гермиону, которая то и дело в былые времена проводила там все свое время, когда не помогала ему и Рону с уроками в общей гостиной Гриффиндора. Драко отказался идти с ним, сказав, что ему уже успели навесить гору заданий, с которыми он должен управиться к следующему понедельнику. У самого же Поттера до обеда было только зельеварение и трансфигурация, а дальше свободный день. Прихватив с собой «Тайны наитемнейшего искусства» и положив их в маленький портфельчик, парень пошел перекусить и переодеться.       Тёмно-бутылочного, зелёного цвета гольф делал оттенок его глаз немного ярче, а черные брюки были немного расширены, поэтому он нашел подаренный в прошлом учебном году, одной из Блэков, ремень со змеей, чтобы удержать их на себе. Змейка приветственно зашипела и продолжила дремать. Как бы Гарри не старался, он не понимал, что та, возможно, хотела сказать. Обратив внимание на волосы, отметил, что те действительно со временем перестали торчать, так что ему хватало провести по ним рукой, и они сами ложились, как нужно. Посмотрев на себя в зеркало, вдруг ясно осознал, что стал выглядеть немного старше, но меньше похожим на отца. Единственное, что их разделяло раньше, это глаза, как у его матери, и шрам на лбу в виде молнии, оставшийся после проклятия Авада Кедавра. Сейчас же Поттер-младший казался совершенно другим, не похожим на самого себя. Скорее всего, дело было в том, что он не перестал заниматься спасением мира и одновременно с этим не так горел этой идеей, а просто посещал занятия, хорошо ел, ухаживал за собой и проводил неплохие вечера, несмотря на то, что в очень сомнительной компании. Гарри просто хотел, чтобы все оставили его в покое, но это было невозможно.       Собравшись с мыслями в единое целое, Поттер направился в библиотеку. Вовремя вспомнив о своем дальнем родстве с Певереллами, он сделал запрос на справочник чистокровных волшебников и сказки Барда Бидля. Ему стало немного досадно, что придется сидеть совсем одному, но не успел обдумать свою мысль, как тут же о ней пожалел. Том Реддл, возникнувший, как по волшебству, шагал навстречу.       Гарри озадачило его появление, ведь такие ситуации стали происходить все чаще. Мог ли тот следить за ним? От Реддла явно не скрылось его выражение лица, но юноша никак не прокомментировал.       — Привет, Том. Пришёл позаниматься? — спросил Поттер.       — Здравствуй, да, задали написать несколько пергаментов по истории магии и эссе по трансфигурации. А у тебя что? — Реддл подошёл поближе и начал рассматривать книги в его руках.       — Интересуюсь историей. Решил, что это принесет пользу нашему маленькому делу, — Гарри не уточнял, к чьему конкретно делу относился его интерес.       — Я могу помочь, — охотно отозвался юноша.       — А как же твои задания?       — У меня впереди ещё выходные, а ты меня заинтересовал.       Поттер почувствовал легкий румянец на своих щеках, прекрасно понимая, что последняя фраза из уст собеседника прозвучала двусмысленно. Парень повел рукой, указывая на свободные места за столом у окна, и покрепче перехватил сумку, приняв предложение Реддла.       Они сели довольно близко друг к другу, и первым делом Гарри взял сказки Бидля. По событиям пятого курса Тома, тот уже был в курсе своей принадлежности к Слизерину и Певереллам. Поэтому решил уточнить, начиная издалека:       — Ты слышал что-то о Дарах Смерти?       — Слышал, что на стенах вашей школы сам Грин-де-Вальд вырезал знак из одной сказки. Позже его так и не смогли удалить, и ученики стали его копировать, из-за чего не оставалось смысла пытаться прятать его. Но я не считаю, что это просто сказка. Говорят, что прототипом стали братья Певереллы: Антиох, Кадм и Игнотус, которые, может, и не встречали Смерть как что-то воодушевлённое, но создали довольно мощные артефакты.       Гарри пролистал вторую книгу про семьи волшебников и ткнул пальцем в три имени, от которых шли дальше имена семейств Мраксов и Поттеров, отмечая глубокую осведомленность Реддла.       — Но никто ведь не знает, где сейчас эти артефакты, если они действительно существовали, — произнес Гарри и краем глаза следил за реакцией Тома.       — У меня есть некоторые догадки, что те, кто позже породнился с Певереллами, могут прятать их. О таком ведь не говорят, — шепотом сказал юноша. — Я могу тебе доверять? — спросил Реддл, и Поттер узнал свой собственный вопрос, заданный Тому, когда за частичной правдой хотел скрыть нечто большее.       — Смотря, что ты хочешь доверить, — уклончиво ответил он.       — Я узнал, что Мраксы состояли в родстве не только с одним из создателей Хогвартса, но и с одним из братьев, — юноша говорил все тем же шепотом, но в его словах проскользнула маленькая тень гордости. — К сожалению, никому не известно, остался ли кто-либо из этой семьи в живых, чтобы расспросить их. — Вот и оно.       То, что Том Реддл пока не готов был доверить чужаку и, возможно, обдумывал, как позже сможет это использовать.       — Тогда нам нужно это где-то записать, но чтобы никто не узнал, — сказал Гарри.       — Я займусь этим, — решил Том. — Я рад, что мы собрали несколько пазлов. Без тебя я, возможно, не справился бы.       Поттер старался слишком не задумываться, что могли значить его последние слова, но выказал взаимность и пообещал встретиться вечером в гостиной.       Вернувшись в свою комнату, парень застал Малфоя усиленно трудящимся над какими-то свитками.       — Как твои успехи? — поинтересовался Гарри, привлекая к себе внимание.       Он кинул портфель на постель и сел на свободный от вещей стул напротив Драко.       — Слава Мерлину, я почти закончил, — откликнулся парень. — Профессора хотят меня довести. Тошно сидеть уже здесь, — он поднял голову и отодвинул от себя бумаги. — Что у тебя? Есть результаты?       — Не такие обширные, как тебе могло бы показаться. Но думаю, мы сможем обсудить что-то новое сегодня в общей гостиной. А там и вылазка в Хогсмид не за горами. Думаешь, мы справимся? — проявил свое волнение Гарри.       — Ты же избранный, разберемся. Что у нас сегодня на ужин? Я ужасно голодный.       — Говоришь прямо, как Рон, — ухмыльнулся он.       — А ты иногда ведёшь себя, как всезнайка Грейнджер, — беззлобно огрызнулся Малфой.       — Отвали, кто бы говорил. Это я тебя нашел сидящим за уроками, а не наоборот.       — Зато я не провожу в библиотеке всё своё время.       — Ну да, общаться со своим родственником гораздо интереснее, — посмеивался Поттер.       — Он меня хотя бы с девчонками знакомит, а у тебя она когда в последний раз была? На втором курсе? — смеялся Драко.       — На шестом, если тебя это так интересует.       — Ах, ну да, простите своего глупого слугу, сэр. Виноват.       Поттер подождал, пока Драко сменит одежду, и ребята вместе пошли в Большой зал, продолжая шуточную потасовку уже в пути. Еда, как и обычно, имела большой выбор из разнообразных блюд. С ними рядом уже привычно сидели Пирс, Алек, Том и Абраксас.       — Что вы обычно ели у себя дома? — поинтересовался Александр, накладывая себе побольше мясного пудинга с почками.       — У нас есть питтипанна, она готовится из нарезанного кубиками картофеля и мяса, часто остатков ростбифа или сосисок, обжаренных вместе с луком и специями. Обычно его подают с жареным яйцом сверху и свекольным салатом, — Драко ковырял вилкой в своей тарелке, после того как изрядно наелся. — Ещё есть тушеная баранина с капустой, в которую добавляют несколько целых стручков перца. Много чего, так сразу и не назовешь. На десерт может быть что угодно, хоть и не такое большое разнообразие, как у вас. Мне больше всего нравится выпечка, которая состоит из простой пшеничной булки, слегка приправленной кардамоном и разрезанной пополам. Между двумя половинками помещают миндальную пасту с большим количеством ванильных взбитых сливок. Сверху присыпают сахарной пудрой. Очень вкусно.       — Тебя послушать, — улыбнулся Пирс. — Так начинаешь жалеть, что неизвестно о точном местонахождении вашей школы.       — Я не думаю, что вы слишком много упустили, — сказал Поттер, вспоминая слова Виктора Крама. — Лично мне нравится здесь даже больше.       Компания ещё немного поговорила о еде до окончания трапезы и потом весело засобиралась к себе. Произнеся пароль «Серебро дороже золота», парни заходили в узкий коридор по очереди. В гостиной было все так же, как и всегда. Со вкусом обставленная, на стенах висят гобелены, изображающие подвиги знаменитых слизеринцев в средние века, одна из — со сценой убийства единорога. У стен стоят старинные буфеты из темного дерева. Освещение под стать обстановке — волшебные светильники охватывают пространство холодным болотным светом. Гостевые комнаты находятся прямо под Черным Озером и представляют собой помещения с низким потолком, стульями с тёмно-зелёной обивкой, низкими старыми тёмно-зелёными или чёрными кожаными диванами. Кому-то могло показаться, что там холодно и очень неуютно, но стоило только привыкнуть, как всё играло новыми красками. Некоторые студенты шептали заклинания, чтобы утеплиться или обогреть комнату на несколько часов.       В этот раз их группа решила занять места напротив огромного окна, за стеклом которого забавно корчила рожицы маленькая русалка.       — Сколько вам обычно дают времени на посещение этой деревни, про которую вы постоянно говорите? — спросил Драко, севший поближе к камину.       — Примерно с двенадцати до шести, — ответил Абраксас.       — Но что в ней такого особенного?       — А вы разве не слышали? — задал свой вопрос Пирс.       Гарри и Драко покачали головами. Естественно, они слышали, но это было тайной.       — Это маленькая деревушка, расположенная недалеко от Хогвартса, населённый пункт в Великобритании, где совершенно нет магглов. Основана в средние века Энгистом из Вудкрофта, — продекламировал Абраксас. — А еще там есть множество магазинчиков, несколько кафе и баров. Нужно будет первым делом устроить вам экскурсию, перед тем, как займемся делами. Что думаешь, Том?       — Это хорошая идея, — тот скучающе листал учебник напротив, сидя в кресле спиной к окну, не задерживая ни на чем взгляд.       Юноша редко принимал участие в обсуждениях. Он вечно о чем-то думал, а Гарри смотрел на него и размышлял, каким образом ему позволено посещать деревню, когда он сирота.       До него донеслись обрывки разговора, который продолжался:       — Не дайте девушкам затащить вас в Кафе мадам Паддифут, — жаловался Пирс. — Там все до ужаса окрашено в розовый цвет и увешано бантами, за столиками только одни парочки. Страшное место, — он передёрнулся.       — Ну так, а ты думал? Хочешь быть с девушкой, то помучиться тоже придётся, — хохотал Алек.       — А у кого-то из наших Дамблдоров уже были девчонки? — спросил Пирс.       Том замер, перестав заниматься своими делами.       — Балда, конечно! — всплеснул обеими руками Абраксас. — Не забывай, что они намного старше нас. Сто процентов оставили их в своих родных краях.       — Не прям, чтобы намного, — загадочно улыбнулся Драко.       — А я слышал, что за Гарри в прошлом году бегала Лукреция Блэк. Настоящая красавица, — со знанием дела сказал Александр.       — У нас ничего не было. Мы просто общались.       — Ну конечно, — подмигнул ему Лестрейндж.       Поттер смутился и посмотрел на Реддла. Тот спрятал зловещую ухмылку за секунду до того, как парень на него посмотрел. Ему это не пришлось по душе.       Ребята стали разбредаться по комнатам, и их компания решила сделать то же самое.       Драко убежал вперед, и Поттер лениво брел по лестнице, из-за чего едва не споткнулся. Увиденное едва не заставило его ошарашенно застыть от шока. Мимо него быстро проскользнула маленькая серебряная змейка. Он поспешно начал оглядываться, а потом его осенило. Он дрожащей рукой потянулся к своему ремню. Ненастоящая змея, которая была недавно с ним, пропала, и, видимо, это именно она проползла мимо пару мгновений назад.       Сейчас парень не шел, а летел к своей комнате. Теперь он понял, почему Том помогал ему тогда, в коридоре. Он просто хотел знать точное её расположение сейчас, чтобы при удобном случае припереть их к стенке. Гарри почувствовал легкий укол разочарования. Но он быстро откинул эти мысли и подумал:       «Мелкий змеёныш, если ты думаешь, что ты умнее, то ты очень заблуждаешься. Ты сам заставил меня быть тем, кем я являюсь, и я обещаю, что ты еще успеешь об этом пожалеть».       Но сердце бешено колотилось, руки тряслись, и ладони покрылись холодным потом. Он действительно расстроился даже больше, чем испугался. Маленькое предательство засело черным комом в груди. Остановившись, постарался привести себя в порядок и решить для себя следующий план действий, возможно, даже сообщить профессору Дамблдору.       Ему не давало покоя, почему Лукреция так с ним поступила.       «Может, она не знала?» — с надеждой подумал он. — «А как же», — тут же едко пронеслось у него в голове. — «Не знала, что берет что-то от Тома Реддла и передает третьему лицу».       Гарри горько скривился на мгновение. Неужели все Блэки были и вправду такими, как говорил Сириус? Парень затосковал по крестному еще сильнее, не зная, куда ему деться и у кого спросить совета.