Ирис

      Невозможно оправдаться, когда тебе не хотят верить.

      Франц Кафка

      Гарри не мог сосредоточиться из-за громкого шума в общей гостиной. Он устало облокачивался на руку, без особого энтузиазма листая страницы. Ему было душно, даже сидя в одной рубашке. Парень поднял глаза и посмотрел на Тома. Он сидел напротив в таком же мягком кресле с бархатной обивкой. Их разделял только маленький круглый столик. Ему, казалось бы, было совсем нипочем. На его губах играла легкая улыбка, и он время от времени отвлекался на поздравляющих его слизеринцев с прошедшим днем рождения и новым годом. Вроде виновник торжества, а сам сидит с ним здесь, забившись в угол и листая учебники. Поза юноши говорила о покое и расслабленности, тогда как Поттер сидел сгорбившись и напрягаясь от каждого вскрика.       — Я так не больше не могу, — простонал Гарри, когда ему пришлось в третий раз перечитывать страницу фантастических животных и мест их обитания.       Реддл отвлекся от своего занятия и поднял голову. Его брови немного поползли вверх, в немом вопросе.       — Мы можем перенести, — просто сказал он, легонько захлопнув книгу. — У нас ведь еще все каникулы впереди.       Гарри замялся, не зная, что ответить.       — Мы с братом уезжаем на эти каникулы, — сказал он и повторил жест Тома с учебником, откидываясь на спинку кресла. — Хотим отдохнуть немного, пока для этого есть время.       — И куда? — невинно поинтересовался Реддл.       — Мы перебирали идеи, хотели в Америку. Но там сейчас сильнее стал орудовать Грин-де-вальд. Поэтому, возможно просто вернемся к себе домой или в путешествие по Азии, — Поттер смотрел в глаза собеседника и даже не стеснялся своей лжи.       Они с Драко на самом деле запланировали скорейшую поездку в Албанию за диадемой Кандиды Когтевран, пока до нее не добрался кто-то другой.       — Ну хорошо, — пожал плечами Том. — На каком моменте ты остановился? — юноша пересел на подлокотник его кресла, поближе к нему и обнял спинку одной рукой, чтобы не упасть.       — Что-то о единорогах. Вот, смотри, — Гарри снова открыл книгу, косясь на правый бок собеседника.       Его отвлек какой-то сверток, пролетевший мимо уха. Реддл нахмурился и сердито посмотрел на кого-то.       — Простите, — выдавил из себя один из второкурсников, мгновенно заливаясь краской.       Мальчишка побежал подобрать упавшее, как его остановил Том, просто махнув рукой в свою сторону.       — Уже довольно поздно. Не заставляйте меня разводить каждого по своим постелям, — лицо юноши не выражало никаких эмоций, кроме строгости.       Стайка однокурсников мальчика моментально уволокла его за собой от греха подальше. Никому не хотелось выполнять внеклассную работу после занятий или помогать профессорам с грязной работой.       — Не обращай внимания, пускай развлекаются, — сказал Гарри.       — Тогда меня совсем перестанут слушаться, ведь я староста. Да и нужно было бы уже разганять этот балаган.       — Лучше взгляни, — парень настойчиво тыкал ему учебник, заставляя отвлечься.       Том хмыкнул, но не сказал ничего. Он просто принялся читать вслух настолько тихо, на сколько это было возможно, в бурной гостиной, битком набитой учениками:       — Кровь единорога является своего рода магическим питьём, обладающим магическими свойствами. Свежая, густая, тёплая кровь, выпитая из раны единорога способна вернуть к жизни, даже если человек на волосок от гибели. Но испив эту кровь однажды, человек подвергается страшному проклятию, которое следует за ним всю жизнь.       — Как тебе это? — риторически спросил Поттер.       — Нужно быть совсем ума лишенным, чтобы подвергнуть себя таким мукам, — Реддл презрительно фыркнул. — И какой только помешанный согласится пойти на такое?       Гарри минуту всматривался в его лицо и засмеялся, хохоча до безумия. Реддл не скрыл своей ошарашенности, пока парень задыхался от смеха, едва в силах удерживать себя на прежнем месте, чтобы не свалиться на пол.       — Буд-то бы я сказал что-то смешное, — злился Том, придерживая его одной рукой. — Прекрати, ты обращаешь на нас нежелательное внимание.       Поттер чувствовал, что вот-вот сорвется, когда в его памяти начали всплывать картины той самой ночи в лесу на первом курсе, где Волдеморт был так слаб, что использовал тело профессора Квирелла, чтобы выжить, а потом испил кровь бедного единорога.       — Да что же это такое? — в голосе юноши прозвучала обеспокоенность.       Он трансфигурировал стоящий рядом круглый, стеклянный подсвечник в стакан и наколдовал туда воды. В момент, когда Гарри пытался отдышаться, Том поднес к его губам стакан с жидкостью и заставил пить. Почувствовав на языке прохладную свежесть, ему мгновенно стало лучше.       — Спасибо, — сказал парень, после того, как откашлялся. — Мне действительно нужно отдохнуть.       — Не объяснишь? — Реддл грозно насупился, но в глазах все еще мелькала нотка тревоги.       — Всего рассказать не получится, — уклончиво ответил Гарри, прийдя в себя до конца. — Видел своими глазами одного такого волшебника. А он, лишь бы выжить еще хотя бы какое-то время, не поскупился на то, чтобы попытатся убить бедное животное и мучить, ради исцеления.       Между ними двумя повисла тишина. Они обратили внимание, что гостиная так же пребывала в немом оцепинении. Синхронно обернувшись, парни заметили столпотворение. Предчуствуя неладное, Поттер первый кинулся туда, распихивая по пути несколько ребят. А те даже не возражали. Ему открылся кошмарный вид на Малфоя, распростертого на полу, как тряпичная кукла. Тот лежал бледный, как мел. Его глаза жутко закатились, что были видны только белки глаз, а сам он держался за свою шею мертвой хваткой.       Поттер не знал, что делать с липким ужасом, охватившим все тело. Его взгляд метался от одного лица к другому.       — Зовите мадам Помфри, чего встали? — рявкнул он на Пирса и Александра, которые удачно стояли неподалеку.       — Что произошло? — за ним вслед подлетел Том, который мигом сосредоточился, когда увидел Драко перед собой.       Гарри свирепел с каждой секундой и понимая, что времени на выяснения может не быть, собрался с силами и начал поднимать своего названого брата.       — А то ты не знаешь! — гаркнул он, отталкивая Реддла и распихивая толпу зевак.       Драко на его руках хрипел и задыхался, царапая нежную кожу. Выскочив из гостиной, Гарри принялся бежать так быстро, как только мог себе позволить. Эта ситуация была совсем не такой, как с Роном. Под рукой не было шкафчика Слизнорта и безоарового камня. Слизнорт! Поттеру хотелось стукнуть себя по лбу, но с этим чуть не справилась совсем молодая версия мадам Помфри, школьной медсестры, которая бежала к нему навстречу в ночнушке и домашнем халате. Рядом с ней плыли наколдованные носилки.       — Святой Мерлин. Клади его сюда! Ну же! — женщина помогла ему перекласть парня.       Гарри крикнул ей что-то и побежал обратно. Он знать не знал, в какой комнате мог жить профессор зельеварения. Поттер мог не сомневаться в умениях целительницы, но перестраховаться не мешало.       Не успел он и несколько метров пробежать, как появился Эйвери. Поттер был готов расстерзать мальчишку на месте. Он схватил того за лацкан пиджака, грубо притянув к себе. Пирс испуганно смотрел на него, не в силах вымолвить и слово.       — Ты сейчас же покажешь мне комнату Горация Слизнорта, а потом объяснишь, какого дъявола там произошло, иначе клянусь, я превращу тебя в слизняка до конца твоих дней! Веди! — Гарри тут же его отпустил и последовал за ним.       Профессор зельеварения явно не ожидал ночного визита, стоя в старомодной пижаме и халате.       — Батюшки мои, мальчики! Вы слишком поздновато для...       Но не успел он договорить, как Поттер грубо его перебил:       — Где у вас безоаровый камень? Ученика отравили!       Слизнорт растерянно моргнул, застыв в дверном проеме. Гарри лишь закатил глаза и вздохнув, вежливо отвел профессора в сторону, чтобы самому поискать волшебный шкаф. Его раздражала эта реакция Слизнорта, так как тот был уже давно не юным учеником, да и сейчас ему ничто не представляет угрозы. Поттер так же злился на самого себя, что допустил отравления Драко, ведь ему казалось, что они отвечают друг за друга. Снова он не уделил ему должного внимания и вот что из этого получилось.       — Профессор, прошу вас, не стойте, — спокойно произнес парень, собирая все свое самообладание в кучу.       — Да, конечно. Безоаровый камень можно найти у меня в кабинете или вот, погодите.       Гораций быстро прошаркал в угол своей спальни и порылся в ящичках, вытаскивая оттуда фиолетовую коробочку.       — Ждите меня в госпитале, молодые люди, — волшебник протянул безоаровые камни Гарри и выставил их с Пирсом за дверь.       Отойдя примерно на метров двести, Поттер свернул в противоположную от больничного крыла сторону и потащил Эйвери за собой.       — У тебя есть пять минут на объяснения, — сказал Гарри, грозно насупившись. — Я слушаю.       Он сложил руки на груди и смотрел, как трясет пятикурсника перед ним.       — Мы разговаривали, — заикаясь произнес Пирс. — Драко взял какую-то бутылку и залпом выпил. А потом ему стало плохо, а дальше ты и сам знаешь.       — О чем вы разговаривали? — насторожился Гарри.       — Да просто о планах на каникулы.       — Что за бутылка?       — Скорее всего, кто-то из старшекурсников оставил.       — Кто еще был с вами?       — Никого! — честно признался Пирс. — Только несколько ребят подходили поздороваться и все.       — Кто именно подходил?       — Я не уверен. Не знаю, как их зовут.       Гарри внимательно следил за эмоциями на лице юноши и когда тот начал избегать его взгляда, понял, что он что-то недоговаривает.       — Не лги мне, — твердо произнес парень, выделяя каждое слово. — Я спрашиваю еще раз: кто подходил к вам?       — Мальсибер и Нотт. Но я правда не знаю, как их зовут. Думаешь, они замешаны?       — Не твоего ума дело, — выплюнул Поттер.       Он развернулся на пятках и сгорбившись направился проведать Малфоя, искренне надеясь, что тот будет в порядке.

***

      Тем временем Том гневно тряс Александра за плечи. Они были вдвоем в общей спальне. На прекрасном лице Реддла стали проступать нечеловеческие черты. Он был крайне раздражен.       — Что произошло?       — Я не знаю!       — Не заставляй меня применять легилеменцию, Лестрейндж. Я спрашиваю, ты отвечаешь. И ты знаешь, как я отношусь к вранью. В последний раз: как так вышло, что старший Дамблдор внезапно отравился?       Том был намного выше своего однокурсника, что пугало юношу еще больше. Особенно, как тот нависал над ним, словно хищная змея, которая готовится к броску.       — Ты хотел, чтобы Гарри проводил больше времени за нашим делом, — угрюмо промямлил Алек.       — Не таким способом! — воскликнул Том и сделал небольшой шаг вперед. — Это очень рискованно. Ты хоть понимаешь, каких усилий стоило мне расположение младшего? — шипел он. — Если я скажу, что я в этом не замешан, он мне не поверит. Хоть я действительно не имел понятия о вашем плане. Чья это была идея? — темная прядка волос упала парню на лоб, а сам он пытался успокоиться.       Проявление слабости и мягкотелости было крайне нежелательным для того, кто должен слушаться беспрекословно. Они должны начинать бояться, но с уважением, а не потому что он мог их обидеть.       — Мы всего-лишь поделились с Мальсибером и Ноттом, — запричитал Лестрейндж. — Кто же знал, что получится вот так? — он начинал злиться, ведь хотел как лучше, чтобы угодить другу.       — Старшекурсникам? — ужаснулся Реддл.       Только этого не хватало. Это было не вовремя и совершенно не вписывалось в планы.       — Да. Они сказали, что сами сделают, ведь тебя хорошо знают.       — Ясно, — Том отмахнулся.       — Прости, мы хотели, как лучше.       — Хорошо. Дальше я сам. Впредь без самодеятельности, ты знаешь, что будет в противном случае.       Том поправил свой пиджак и покинул помещение. Он несколько часов бродил по замку, пытаясь найти правильные слова, но когда добрался до больничного крыла, вся решительность испарилась. Том вспомнил, с какой ненавистью в глазах посмотрел на него Гарри в гостиной.       «Плевать, я не сделал ничего плохого. Он меня поймет» — успокаивал себя Реддл. — «Какое мне вообще дело до того, что он скажет?» — встрепетнулся юноша.       Тихо приоткрыв дверь, чтобы никого не побеспокоить, он проскользнул внутрь. Парень застал картину, как Гарри спал на стуле рядом с койкой брата, слегка съехав с него. Его очки упали ему на колени, но Дамблдор сохранял угрожающую позу даже во сне, словно был готов вскочить на ноги в любую секунду. Руки покоились на груди, а голова опиралась на плечо, волосы спутались, буд-то он постоянно запускал туда пальцы. Лицо выражало угрюмость. Его брови были сведены к переносице, а нос время от времени морщился. Ему явно снилось что-то неприятное. Был ли это исход сегодняшнего вечера? Мысли то и дело сменялись в его голове одна на другую.       Реддл вдруг почувствовал отчаянную жажду обладать таким же верным человеком. Был ли кто-то готов на такую же преданность ради него? А был ли он сам готов на это в ответ? Его компания определенно была не против, но они были с ним только из-за взаимовыгоды и будущей славы, а ему хотелось бескорыстности. Он застыл в двух шагах от них и задумчиво уставился, спрятав руки в карманы брюк. Непонимание застыло на его лице, пока он не заметил напряженность младшего. Было ли разумно надеяться на разговор здесь и сейчас или для таких как он это было неуместно?       Драко сминал руками и ногами простыни под собой, ворочался то в одну сторону, то в другую. Его лоб был покрыт испариной, а лицо отражало только боль. Наверняка его опоили не простой отравой и парня ждали сутки напролет, проведенные в мучениях. На момент Тому почудилось, что он чувствует удовлетворение. Почему? Может, ему и нравилось ощущение удовольствия, когда он запугивал сиротских детишек маглов в приюте, но сейчас перед ним был обычный волшебник. Он прогнал эти впечатления прочь. Реддл достал палочку и применив Манящие чары, подозвал к себе еще один стул. Елегантно сел рядом и расслабился, отпустив эмоции. Ему стоило быть сдержаннее.       Он слегка потрепал Гарри за плечо, чтобы тот проснулся и мигом притворился сочувствующим. Дамблдор испуганно отпрянул, но заметив Тома вернулся на место. Он нашел упавшие очки и надел. Парень явно сопротивлялся желанию зевнуть.       — Что ты здесь делаешь, Том? — скептически изогнул бровь он.       Не нападает, уже хорошо.       — Я пришел принести соболезнования.       — Уходи. Думаешь, это поможет моему брату чувствовать себя лучше? Его накормили дюжиной таблеток и снадобий, только лучше не стало. Он все еще страдает и все из-за тебя.       Том обиженно нахмурился. Его действительно оскорбили эти слова.       — Ты не прав, — ответил он.       — Да неужели?       — Я узнал, кто мог это сделать.       — Правда? — язвительно процедил Гарри. — Отлично. И кто?       — Пара старшекурсиков: Мальсибер и Нотт, — откровенно признался Реддл.       Но вместо благодарности он заметил проблеск разочарования на светлом лице.       — Ты хочешь, чтобы я наказал невиновных, потому что тебе так хочется? Нравится подставлять других вместо себя или так тяжело признаться? — процедил парень.       Том отшатнулся. Кипящая злость поднималась волной. Губа резко дернулась.       — Ты снова атакуешь, когда я не виновен. Я говорю правду.       — Действительно. Наверное, это такая же правда, как и с Лукрецией Блэк? — продолжал молодой человек.       Они оба вскочили на ноги и сыпали друг на друга оскорбительными словами.       За окном разразилась мелодия дождя, капли которого настойчиво стучали по стеклам. Звуки были ритмичными и монотонными, создавая ощущение непрерывного потока, который, казалось, мог смыть все на своем пути. Ветер иногда поднимал свою симфонию, заставляя деревья за окном трепетать и шуршать, как будто они пытались вмешаться в происходящее внутри.       Вдруг раздался глухой удар грома — он пронесся по небу, как гневный крик природы, подчеркивая накал страстей в комнате. Парни замерли на мгновение, их голоса затихли под звуки стихии. Этот резкий звук словно отразил напряжение в воздухе, напоминающее о том, что даже самые сильные ураганы начинаются с мелкой бури.       Дождь продолжал барабанить по крыше, а вспышки молний разрывали темноту за окном, освещая лица Гарри и Тома в тусклом свете. Каждый треск и шорох за пределами комнаты казался эхом их ссоры — непрекращающаяся борьба слов и эмоций, которая могла бы затмить даже самую мощную грозу.       В такие моменты тишина между разрядами искр становилась особенно ощутимой, словно сама природа затаила дыхание в ожидании развязки конфликта внутри. Дождь продолжал лить свои слезы на землю, а гром гремел в унисон с их сердцами, которые не могли найти общий язык.       — Ты не понимаешь.       — О, — протянул Гарри. — Я не понимаю? Так просвяти же меня, хотя вряд ли у тебя получится меня переубедить в обратном. Я не хочу тебя видеть. Ты только и делаешь, что причиняешь людям боль.       С каждым словом в груди Тома словно разрасталась целая буря, а по сердцу словно резали раскаленным ножом.       — Я думал, что ты единственный, кто меня понимает и верит.       — Знаешь, Том, мне тоже поначалу так казалось. Только вот, тебе все время хочется доказывать, что я ошибся.       Реддл отказывался принимать эти слова.       — А мне поначалу казалось, что ты не такой, как твой дядя. Выходит, что я тоже ошибся? — с досадой ответил он.       Он пытался найти другой подход к Дамблдору, но тот напрочь отказывался это принимать.       Парни тяжело дышали и каждый настаивал на своем. Гарри сжимал руки в кулаках, готовый ударить его или выхватить волшебную палочку, чтобы проклясть.       — Невозможно оправдаться, когда тебе не хотят верить, — раздалось на койке рядом.       Малфой, видимо, проснулся от их жаркого спора. Он морщился и пытался приподняться, чтобы сесть на локтях.       — Лежи, мадам Помфри сказала, что тебе нельзя вставать, — сказал Гарри, переключая свое внимание с одного собеседника на другого. — И что ты хочешь сказать? Думаешь, что это не он? — обескураженно спросил парень.       — Я в этом уверен. Абраксас расплывчато намекнул, что мне лучше не пить ничего, потому что на меня точат зуб. Я не послушал, подумал, что он просто развлекается. Как видишь, хорошая вышла шутка, — он прекратил свои попытки подняться и упал обратно на белоснежные подушки. — Стал бы он предупреждать об этом, будь это Том? Реддл видел, как Гарри задумался.       «А меня он даже слушать не захотел» — удрученно подумал юноша.       — Говоришь, Мальсибер и Нотт, — будто бы издалека услышал он слова младшего Дамблдора. — Будь по-твоему. Я проверю и поверь, правды добьюсь. Твои приоритеты — чтобы они не подставили тебя.       — Думаешь, я просто так за тобой бегаю? — не выдержал Том. — Я рассчитываю на тебя и устал повторятся. Доброй ночи, благодарю, что составили компанию, — отсутствующе произнес он и ушел, развернувшись на каблуках.

***

      Гарри просто мечтал о сне, ведь его режим давно был сбит. Глаза невыносимо жгли, а голова гудела от пережитых событий. Он начинал сомневаться в своих предубеждениях, потому что Том назвал те же имена, что и Пирс. Или все же это было частью плана? Драко скучающе смотрел в потолок, время от времени засыпая и снова просыпаясь.       — Что ты имел в виду, когда сказал об оправданиях и вере? — тихо спросил Поттер, когда Малфой проснулся в очередной раз.       Кроме них в лечебной палате никого не было. Возможно, что Хогвартс действительно был самым безопасным местом во всем волшебном мире до того, как Том превратился в Волдеморта окончательно и стал преследовать Гарри.       — Если бы сейчас все не было так, как есть, ты бы поверил в мою невиновность? Что я не хотел убивать профессора, а просто хотел покоя и счастья для своей семьи и себя. Поверил бы? — грустно спросил Драко.       Он явно задавал себе этот вопрос не впервые и его это действительно изматывало.       — Да, — Гарри сидел у изножия его кровати, так как пятая точка грозилась перестать существовать после нескольких часов, проведенных на твердом деревянном стуле.       Молодой человек хотел что-то ответить, но начал кошмарно кашлять, захлебываясь.       — Воды, — ели выдавил из себя он.       На его простынях проступали алые капельки крови. Поттер тут же вскочил и подал ему стакан. Парень со всей осторожностью приподнял голову Драко и помог смочить горло. Затем он взял один из маленьких флакончиков голубоватого цвета и вылил содержимое в рот Малфоя.       Парень невольно усмехнулся.       — Наверное, ты в восторге от того, что тебе нужно ухаживать за мной.       — О да, предел моих мечтаний, — пошутил Гарри и вздохнул, когда на изможденном лице собеседника проступило облегчение.       — Говоришь, что поверил бы, — продолжил он. — Почему?       — Я был там.       — Где?       — Я был у двери винтовой лестницы Астрономической башни, когда ты влетел, — произнес Гарри.       — Но я тебя не видел, как это возможно? — его бледное лицо немного вытянулось в удивлении.       — Дамблдор успел обездвижить меня до того, как ты обезоружил его. Я был в мантии-невидимке.       — Так вот почему я не ошибся. Я действительно слышал несколько голосов.       — Ты прав, это был я. Так что я знаю, какие потрясения ты перенес.       В помещении царила умиротворенная тишина, нарушаемая лишь мягким потрескиванием дров в камине. Огонь лениво облизывал поленья, издавая тихие щелчки, будто кто-то перебирал сухие ветки пальцами. Иногда слышался глухой треск, когда одно из поленьев раскалывалось под жаром, выпуская искры, которые на мгновение освещали темные углы комнаты. Время от времени раздавался легкий свист — огонь находил скрытые карманы воздуха в древесине и с жадностью поглощал их. Тепло от камина наполняло помещение, а звуки огня обволакивали пространство, словно мягкое одеяло, приглушая все внешние шумы. Этот негромкий аккомпанемент огня создавал иллюзию безопасности и покоя, заставляя забыть обо всем за пределами комнаты.       — Тогда ясно, — только и сказал Драко, отвернувшись.       Через несколько минут он снова засопел, но уже не так беспокойно, как раньше.       Поттер аккуратно перебрался на соседнюю койку, надеясь, что медсестра не прогонит его утром. Он даже не подозревал, какой день его поджидает следующим.