Тайная война

Поскольку встреча с бандитами была назначена на вторую половину дня, — как объяснил Костя, утром ночные охранники будут спать, — Агата решила проведать Егора. За ночь он мог что-то набросать, и это предсказание имело ненулевые шансы стать ключевым, или просто могло иметь большое значение. Газель уже уехала в септ, так что возможную картину пришлось бы нести так, но Вороны были к этому готовы. Ещё вчера избавившийся от всех ран Кирилл, несущий на плече копьё, немного зябко поёжился от просвистевшего между бетонных коробок холодного ветра. К морозам он был привычен, но не по погоде лёгкая одежда едва защищала его. Егор жил на отшибе, не так уж и далеко от МКАДа, так что дорога заняла практически два часа. Кирилл бы хотел воспользоваться метро, но вряд ли бы их пропустили с оружием. И дело не только в копье, хотя оно и бросалось в глаза, но и в ножах Фенриров, расставаться с которыми они не желали. И, как Кирилл уже по опыту знал, носить такие было незаконно, а денег на взятку у оборотней с собой не было. В прошлый раз от полиции пришлось убегать. В третий раз однообразные серые коробки спального района выглядели знакомыми. Агата без труда нашла путь. Стая без проблем прошла через выломанную дверь, но Кирилл ощутил странное неприятное предчувствие. Он подобрался и принюхался, открывая прикреплённую к ткани защёлку. Остальные Вороны, увидев, как встрепенулся их товарищ, тоже приготовились к возможной битве. — Что-то не так... — негромко произнёс Кирилл. — Здесь кто-то есть. В Умбре. — Уверен? — коротко спросила Преследующая Вирма. — Нет. Это просто предчувствие. — парень принюхался. Тошнотворная гнилая волна тут же накатила на его обоняние, сильнее, чем раньше. — Сильно пахнет Вирмом. — Возможно, пришли за Егором. — предположил Воющий в Пустоту. — Значит, поторопимся. Может быть, ещё не поздно. — быстро скомандовала Агата, убрав нож и готовясь перекинуться в Кринос. Первой по лестнице влетела она. За ней следовал Кусающий Тень. Обнаживший копьё Несущий Ветер держался за ним, готовясь обрушить на возможного врага мощь своего Фетиша. Замыкал построение Воющий в Пустоту, спешно прибирающий скинутый на него Кириллом чехол. Готовая к бою стая довольно быстро поднялась на шестой этаж, не сбив дыхания. Дверь казалась запертой, но была лишь прикрыта после того, как кто-то грубо выломал её. Оборотни торопливо осмотрелись в поисках возможной засады. — Эй ты! Ну-ка вышел! — отрывисто скомандовала Преследующая Вирма пытающемуся скрыться в стороне, рядом с пустым провалом шахты лифта, человеку. Тот неторопливо вышел. Он был одет в ветровку, джинсы и сапоги. На лице широкоплечего мужчины не было ни волоса, даже на бровях, а по голому черепу от затылка до лба проходила вертикальная строчка угловатых чёрных рун. Немного за его спиной держался немного сутулящийся длинноволосый парень в полумаске, держащий в руке длинную цепь с карабином на конце. Сверху раздались шаги. На лестницу с седьмого этажа спустился мужчина в очень грязных джинсах и пуховике, несущий в руках кое-как отмытую от крови бензопилу. — Как вы можете заметить, дела у вас плохи. — раздался голос снизу. Там на лестнице стоял невысокий мужчина в круглых чёрных очках, лицо которого от лба до подбородка разрезал пересекающий переносицу аккуратный шрам. В руках он сжимал какую-то широкую металлическую зажигалку и складное зеркало. Последнее оборотень неторопливо убрал в карман. — А по-моему, силы равны. — отметил оценивающий противников Кусающий Тень. Клаккарс усмехнулся. — Омти, покажись, а? — скомандовал Кронд сверху. Дверь в квартиру открылась, демонстрируя стоящий за ней пепельно-серый Кринос с ожерельем из костей на шее. Болтающийся на продетой сквозь глазницу верёвке кусок лицевой кости выглядел свежим, как и несколько обломанных рёбер. — Итак, вы убедились, что нас больше, а вы окружены. — продолжил Клаккарс. — Так что, если, конечно, вы не хотите быть зажаты и убиты, вам стоит задуматься о том, чтобы перейти на нашу сторону. — Спирали. — с ненавистью прошипела Агата. — Танцоры Чёрной Спирали, совершенно верно. Мы — те, кто увидел истину. Всё же, согласитесь, довольно занятно, что все, кто соглашался увидеть ситуацию глазами Вирма, превращаются в его сторонников? Я, конечно, не в счёт, я никогда не был на противоположной стороне, но даже в нашей стае есть пара прозревших. — Не пытайся заговорить нам зубы! Из твоей лживой пасти вылетает лишь ложь и ничего более! — закричал Кусающий Тень. Агата напряжённо взглянула на Кирилла. Тот указал на двух противников — с бензопилой и в очках. Эти двое были ужасно опасны и просто невыносимо смердели порчей. Остальные тоже, но не настолько сильно. — Твои слова ранят меня в моё доброе сердце. — картинно расстроился Клаккарс. — Кронд, покажи этим волчатам, с кем они имеют дело. Отпиленные руки с ногами не помешают им с нами поговорить. Длиннорукий расхохотался. — Ну, вот вам и пиздец! — крикнул он и, перехватив пилу, дёрнул за стартер. Раздалось холостое рычание. Он недовольно дёрнул ещё раз. На этот раз рычание перешло в уверенное тарахтение. Цепь пришла в движение. Размахивая пилой, срубая металлическое ограждение, он ринулся вниз по лестнице. Кирилл слегка толкнул Дениса в спину и переместился мимо него к Агате. — Прорвёмся через квартиру. — негромко произнёс он, взмахивая копьём. Явившийся из ниоткуда ветер заставил Кронда потерять равновесие. Схватив пилу левой рукой, он попытался правой ухватиться за остаток ограждения, но рухнул и покатился по лестнице, отбросив ревущий Фетиш вверх, чтобы не попасть под его кровожадные зубья. Преследующая Вирма, не медля ни секунды, перекинулась в Кринос и, рыкнув остальным приказ прикрывать, рванула к потерявшейся Омти. Быстрая оплеуха по голове оставила Спирали разорванное ухо и звон в голове, а удар плечом в грудь швырнул поплывшую волчицу на пол. Абра ринулся в бой, но сориентировавшийся Воющий в Пустоту без сожаления метнул свою гитару ему под ноги. Бывший Фенрир споткнулся и начал падать, но прямо в полёте соскользнул в Кринос и, оттолкнувшись от бетона передними лапами, продолжил движение. Моментально увеличившаяся лысая туша отпихнула перепрыгнувшего брошенную гитару Инкида, от удара в воздухе приземлившегося не на ноги, а на бок и крепко приложившегося головой об стену. Ревущий Абра получил когтями по морде от перекинувшегося Дениса. Едва он отшатнулся, как в его шею вонзилось копьё. — К кухне! — крикнул теург. Клаккарс покачал головой. Теперь ему точно придётся объясняться перед тотемом. Новички Омти и Инкид облажались чуть более чем полностью, а Кронд, в котором, казалось бы, сомнений и быть не могло, умудрился лишиться Фетиша и, судя по тому, как сложно ему далась остановка кувырков по ступенькам, сломал себе руку. Если бы сейчас он вмешался, то смог бы перевернуть этот разгром. Но, немного подумав, опытный теург заключил, что сейчас лучше будет опустить расслабившийся молодняк. Поэтому вместо атаки он достал сигарету и закурил. Под прикрытием ещё одного потока ветра Северные Вороны ринулись внутрь квартиры. Кирилл, пробегая мимо поднимающейся Омти, успел задвинуть ей пяткой копья по затылку, роняя её обратно на пол. — Здесь лестница! — крикнул Теург. Агата тут же выбила стекло. — Вниз. — прорычала она. — Вой, Кус, Ветер и я. Костегрыз кивнул и вылез в окно. Попытавшийся ворваться на кухню ревущий Абра был встречен нарастившей поверх шерсти толстую плотную шкуру Агатой и ударом копья в морду. Лысый отшатнулся. Преследующая Вирма зло зарычала, смотря прямо на метиса. Тот непроизвольно сделал шаг назад. Вдруг между зубов Агаты проскочила кровавая пена. Рык перешёл в бульканье. Поднявшаяся на ноги Омти злобно смотрела на аруна, указывая на неё когтистым пальцем. Уползающий по лестнице Кусающий Тень чуть не ринулся обратно наверх, услышав прервавшийся рык. С рёвом Агата швырнула в снова перешедшего в наступление Абру стол. Лысый поймал его, но пошатнулся, чем арун тут же воспользовалась, изо всех сил пнув деревянную поверхность. Предатель Гайи рухнул на спину, придавленный мебелью. Омти снова попыталась наложить на Преследующую Вирма проклятие, но альфа Северных Воронов, ускоренная Яростью, подхватила из оставшейся на раковине стойки несколько ножей и метнула их в теурга. Снаряды вошли ей в горло и руку, рефлекторно подставленную для защиты лица. Конечность с честью выдержала испытание, но вот горло быстро заполнилось кровью. Абра попытался скинуть с себя стол, но был придавлен отпихнувшим Омти в сторону Крондом в Криносе, вставшим на столешницу и одним взмахом ревущей бензопилы срезавшим ножки невезучей детали интерьера. Оценив перспективы сражения, арун ринулась к окну. Несмотря на немалые размеры, Кринос был ловок и проворен, так что она легко запрыгнула на идущую с восьмого этаже лестницу. Оставалось не позволить кому-либо последовать за ними. Два мощных удара лапой, и проржавевшие крепления, удерживающие этот сегмент лестницы, ломаются. Зубы со скрежетом смыкаются на больно отдающимся в дёсны металлическом пруте, и он тоже поддаётся. Упершись ногами в стену, Агата удерживается одной лапой за второй вертикальный прут. Она встречается глазами с несущимся к окну с бензопилой наперевес Танцором и откидывается назад, используя огромную массу Криноса себе на пользу. Ржавая лестница поддаётся и ломается под ещё одним сокрушительным ударом. Сегмент, на котором осталась арун, начинает крениться. Когда до прямого угла со стеной остаётся не больше градусов тридцати, он с треском отламывается вместе с покрытой шкурой тролля Преследующей Вирма. Обогнав стаю, арун приземлилась на спину. Не чувствующая боли гару сбросила с себя остатки лестницы и попробовала подвигать ногами, проверяя целостность позвоночника. Конечности подчинились. Рядом с поднимающейся Агатой спрыгнул Костя. — Надо сменить форму! Срочно! Завеса! Недовольно рыкнув, Агата быстро соскользнула в родной Хомид. Несмотря на отсутствие боли, она не могла не отметить своё затруднённое дыхание. Вероятно, при падении всё же повредила рёбра. Денис быстро занял освобождённое отошедшим Костегрызом место. В его взгляде читалось недовольство, но он сдержал его, понимая, что сейчас для этого не время. Кирилл полз дольше остальных из-за копья, но тоже успел до того, как из подъезда выскочил первый Танцор. — Надо уходить. — скомандовала Агата. — К Костегрызам. Мы должны сообщить. Живо! Смотрящий сквозь окно подъезда Клаккарс усмехнулся, глядя на удирающих гару. Впрочем, когда мимо него попыталась проскочить его стая, возглавляемая отпихнувшим Инкида Крондом, он был не столь благосклонен. — Стоять. — он преградил им дорогу. — Где пожар, куда бежим? — Их надо убить! Не беси! — прорычал Кронд, пила которого вновь замолчала. Клаккарс вздёрнул бровь и открыл зажигалку, указывая ей на своего бету. — Мне показалось, или ты проявил неуважение? — свои слова он подкрепил Криносом. Кронд сделал шажок назад и немного согнул ноги. — Извини, это, адреналин, да! Адреналин! — Отлично. А теперь слушайте меня внимательно. Во-первых, устраивать резню на улицах может быть опасно, так что преследовать этих щенков мы не будем. Они сейчас очухаются и дадут вой, чтобы все свободные стаи местного септа пришли сюда и начистили нам ёбла. — прорычал он. — А мы в это время проверим место встречи, о котором нам так любезно рассказал тот пиздюк. И, если повезёт, найдём там пару лохов, которых можно будет расколоть. А это значит, что сейчас мы поднимемся обратно в квартиру и через зеркало попадём в Умбру, где волками пробежим к острову. — Но сперва... — он навис над подопечными. — Сперва я хотел бы сделать предупреждение. Без такой херни, как сейчас. Если вы так опозоритесь ещё раз, я за себя уже не отвечаю, и кто-то из вас точно станет псиной-гриль. Мы должны быть страхом, а не посмешищем. Усекли?

***

Услышав раздавшийся над городом вой, Костегрызы собрались на острове. Костя предупреждал их о какой-то опасности, и, очевидно, эта опасность была достаточно серьёзна, чтобы завыть, невзирая на завесу. Потрох прибыл на площадку, когда молодые уже начали сомневаться в том, что им нужно ждать, а не бежать защищать каэрн. Восстановив дисциплину, он прислушался к шёпоту из Умбры. Крысы засекли врагов, и двигались они к острову. Потому теург отдал стае приказ остаться и готовиться к битве. Числом враг их превосходил, но Вороны должны были двигаться сюда, так что Потрох не слишком переживал. Через час по мосту пришли пятеро. И, раз уж до этого они проскочили мимо духов Паучихи по Умбре, людьми эти ребята точно не были. Дух предупреждал, что они будут опасны. Пятёрка неторопливо распределилась по площадке, окружая Костегрызов. Один из них, со старым шрамом на лице, остановил взгляд сквозь чёрные очки на Потрохе. — Будем говорить, или как? — насмешливо спросил он, скаля держащие сигарету зубы. — Смотря о чём. — Костегрыз пробежался взглядом по подошедшим. Ему особенно не нравились бугай со свежей раной он когтей на лице и злой мужик с бензопилой. — О том, что тебе известно! — нарочито наигранно улыбнулся оборотень в очках. — Где можно найти остальных. Сколько их. Где ваши родственники. Прочие ме- — Извините! — его прервала одна из мам, следящих за детьми. — Не знаю, что за кино вы тут снимаете, но не курите на детской площадке! Не видите, тут табличка? Оборотень неторопливо повернул голову и посмотрел на женщину поверх очков. Она невольно отшагнула назад. — Не переживайте. Скоро эта сигарета перестанет вас беспокоить. — вежливо ответил он и повернулся обратно к Потроху. Фостерн успел заметить абсолютно чёрные, как свежий асфальт, глаза. — Так что? — Боюсь, таких сведений я сообщить не могу. — теург старался звучать уверенно, но его загривок уже весь пропотел. — Печально. Что же, мы торопимся. Не будем тратить время. После этих слов лысый метис, словно ждавший этого всю жизнь, моментально перекинулся в свой родной Кринос. Ожидавший, в худшем случае, поножовщины на глазах у свидетелей Бак оказался застан врасплох, когда Абра впился зубами в его шею под истеричные визги женщин и детей. Рыча и разгоняясь Яростью, Жорик кинулся на заводящего свою бензопилу Кронда, на лету переходя в Кринос. Юный арун собирался нашинковать его, но Танцор внезапно сам преобразился в волкочеловека, слишком быстро для хомида. Ревущая пила сделала взмах, и левая лапа парня осталась висеть на лоскутах шкуры, а Кронд нырнул к его левому боку. — Сначала устраши, потом распотроши. — насмешливо пробурчал он, погружая визжащий в кровавом экстазе Фетиш в живот Жорика, заставляя того заходиться диким воплем боли. Рыбий Потрох тоже перешёл в Кринос. Уже не было смысла сдерживаться. — Не знаю, что ты задумал, но лучше отзови своих уродов, если можешь! — прорычал теург. — Иначе узнаешь, какого быть сожранным крысами! На теле Клаккарса и вокруг него начали появляться серые грызуны. Предмет величайшей гордости Рыбьего Потроха и главная причина его ранга, договорившийся с ним сильный Дух Крысиной Стаи, вступил в бой. Однако Танцор даже не дёрнулся, лишь зачем-то полез рукой в карман. И тут же в Умбре что-то полыхнуло. Потрох услышал, как пищащий хор голосов духа визжит от боли, и, что страшнее, стремительно замолкает. На материализовавшихся крысах тоже появились ожоги. Ещё секунда — и вместо грызунов остались лишь обгоревшие куски мяса. Ещё одна — и их не стало. Дух счёл за лучшее прервать материализацию и сбежать. — Люблю запах напалма по утрам. — невпопад отметил Танцор, открывая крышку направленной на Костегрыза массивной металлической зажигалки, изрезанной странными рунами. А потом он щёлкнул, выпуская из неё огонь. Поток едва зеленоватого пламени прошёлся по песку, земле и дереву, оставляя искажённый обгорелый след. Потрох лишь чудом смог увернуться, панически бросившись в сторону. Клаккарс посмотрел на оппонента поверх очков. Пугающие, неестественные глаза пробили Костегрыза на дрожь. Потрох взвыл. Это был клич о помощи. Наверное, будь это легенда, он бы использовал этот вой, чтобы посмеяться над своими врагами и пообещать им скорое возмездие. Но это был клич о помощи. Бак с трудом вырвался из хватки покрывшегося отвратительным бородавчатым покровом метиса, но его левая лапа висела плетью из-за выгрызенных мышц, а грудь была покрыта кровоточащими ранами, стремительно окрашивающими его мех в красный. Жорик, поддавшийся лисьему бешенству, пытался отползти в Люпусе, но терзающий его враг с наслаждением погружал бензопилу в его спину. Колечко же рвали двое оставшихся Танцоров, буквально разбирая его по кусочкам, пожирая по частям прямо на поле боя. Бросившись в сторону, спасаясь от возможного залпа из оказавшейся столь разрушительной зажигалки, Потрох схватил наполовину погребённый в песок крупный камень и вполне буквально вложил в него свою Ярость, швыряя импровизированное оружие во врага. Тот, всё ещё оставаясь в Хомиде, ловко уклонился. Щелчок зажигалки обрушил на Костегрыза новый поток огня, от которого он не смог уйти идеально. Левая рука попала под удар, тут же отозвавшись ужасной болью. Добивающего удара не произошло, хотя Потрох и ожидал его. Под свист ветра невысокому теургу Спиралей пришлось отпрыгивать от удара копьём. Заметивший позорно опрокинувшего его оборотня, которого сам Кронд в своих мыслях мягче чем "пидрилой" не называл, галлиард быстрым движением вдоль позвоночника прикончил свою добычу и ринулся к Кириллу, на бегу подзаводя Фетиш и закачивая его новой партией Гнозиса. На его пути встала снова покрывшаяся шкурой тролля Агата, заточившая когти об деревья во время их броска к месту боя. Кронд попытался разобраться с противницей быстро, одним восходящим движением. Пила разорвала плоть аруна на правом бедре, но там и остановилась. Арун жёстко схватилась за подпиленный тормоз цепи, отталкивая Фетиш от себя, и попыталась впиться зубами в горло галлиарда. Впрочем, тот, наученный оставившим шрам горьким опытом, дёрнулся в сторону, подставляя плечо и мышцы шеи. Клыки Агаты сомкнулись поверх правой ключицы. Кроме того, своим поворотом Кронд выиграл пространство, чтобы вырвать оружие из хватки противницы. Ушедшая вниз пила прошлась по голени и стопе девушки. Надавивший на противницу плечом Кронд позволил оторвать от себя кусок, но опрокинул аруна, чтобы тут же опустить бешено вращающиеся зубья на её живот. В последний момент Преследующая Вирма успела откатиться, но разрывающая промёрзлую землю пила тут же прочертила линию к ней. Арун приготовилась лишиться куска грудной клетки, но Фетиш затих и вместо того, чтобы разорвать её шкуру, просто ударил по ней. Кронд недовольно отдёрнулся назад и снова завёл своё оружие. Рык Резни был хорош всем, кроме своих непредсказуемо коротких периодов работы. В это время Кусающий Тень беззвучно запрыгнул на спину Абры, чтобы перекусить его позвоночник. К своему удивлению, он обнаружил на Танцоре хорошо знакомую по тренировкам со старшими Потомками Фенрира защиту. Танцор носил шкуру тролля. — Сюрприз, мудак! — прорычал предатель, стаскивая рагабаша со своей спины и швыряя его головой на землю. Тот сгруппировался и кувырнулся через плечо, тут же вспрыгивая на ноги. Без малейшего промедления парень взорвался градом ударов когтями, заставляя Абру ненадолго поднять руки для защиты. Впрочем, тот быстро сориентировался и обратился к дарованной тотемом силе страха. Денис отдёрнулся под потемневшим взглядом метиса. Сама идея атаковать нечто настолько пугающее вдруг показалась ему абсурдной. Абра, как пловец, бросился на Кусающего тень, раздвигая выставленные для защиты лапы. Протаранивший его плечом Бак не позволил вонзить зубы в горло рагабаша, но не сумел повалить Танцора. Заточенные когти Костегрыза оставили глубокие раны на его бедре, но Абра смог восстановить равновесие. Бак кинул взгляд на Колечко. Весь израненный рагабаш с трудом поднимался на ноги. Рядом с ним валялась девушка из Танцоров, перешедшая в Хомид из-за потери сознания. По светлым волосам расползлось кровавое пятно. Разобравшийся с ней Воющий в Пустоту оказался в тяжёлом положении. Каким-то образом сжатая в левой лапе одного из Спиралей цепь плотно обвилась вокруг его рук, скрещённых и протянутых вперёд. Галлиард со злобным рыком прыгнул на врага, надеясь достать его зубами, но тот отскочил и раскрутил цепь. Та, как будто бы ненадолго удлинившись, обвилась вокруг щиколоток Криноса Кости, стреноживая его. Галлиард рухнул, как подкошенный. — Отходим! Отходим! Живо! — скомандовал Клаккарс, так и оставшийся в Хомиде. Пытавшиеся его достать теурги с удивлением взглянули на поле боя: по всему выходило, что оно оставалось за Танцорами. Тем не менее, предатели бросились к мостам. Инкид, поставивший колено между лопаток лежащего на груди Воющего в Пустоту, что-то с сожалением прорычал и, обхватив шею Костегрыза, вскрыл ему глотку когтями, перерезая артерии и выдирая большой кусок трахеи. Тут же цепь, как живая, расплелась и слетела с дёргающегося в предсмертных судорогах гару. Рагабаш подхватил Омти и побежал. Кирилл бросил на него долгий взгляд. С одной стороны, он мог бы опрокинуть Танцора и пригвоздить его к земле, забирая его вместе с девушкой. С другой, Потрох уже ринулся к груде изрезанного мяса и меха, раньше бывшей Жориком, а Костя на глазах захлёбывался в собственной крови. Парень мучительно выбирал между спасением своего товарища, пусть и не слишком любимого, и убийством двух врагов. Он сделал шаг наперерез бегущему Инкиду, но не смог сделать второго. Грязный галлиард оказался для него ценнее, чем Кирилл думал раньше. — Держи их! — прорычал он пытающемуся преследовать лысого метиса Кусающему Тень, разворачиваясь к Косте и разгоняя тело всплеском Ярости. Абра, использовавший тот же приём, безнадёжно оторвался от своего преследователя, так что Денис недовольно рыкнул и ринулся к Инкиду. Тот взмахнул цепью, направляя её на ноги Фенрира, но тот без труда перепрыгнул препятствие. К его удивлению, та, как живая змея, изменила траекторию и обвилась вокруг его лодыжек. Не ожидавший этого рагабаш при приземлении потерял равновесие и рухнул на четвереньки. Цепь тут же расплелась и выскользнула из-под оборотня. Тот с рычанием вскочил на ноги и, подстёгиваемый Яростью, ринулся в погоню. Но едва Кусающий Тень практически настиг почему-то не ускоряющегося Инкида, ему пришлось бросаться вниз, спасаясь от вспышки зелёного огня. Та ударила ему в плечо и правую часть груди, сжигая мех и уродуя мясо чёрной ожоговой коркой и рубцами закручивающихся спиралью мутаций. Но Потомок Фенрира, не чувствующий боли, тут же вскочил на ноги, готовясь бросится и на бегущего Инкида, и на остановившихся у моста Абру с Крондом, и даже на дожидающегося последних членов стаи Клаккарса, так и не сменившего форму. — Стой! — прозвучало сзади. Он узнал этот вой. Преследующая Вирма. Она приказывала ему отпустить врагов. Литания приказывала подчиняться ей как альфе стаи и аруну. Учения племени и долг рагабаша призывали игнорировать приказ. Скрипя зубами, он отступил, глядя, как бессознательную Омти уносят перешедшие в Хомиды Инкид и Абра. Кирилл же вкладывал все силы, чтобы зарастить горло товарища по стае. Иней был прав, знаний ему не хватало, зато в душе парня всё ещё хранился полученный от победы над бейном Зимы Гнозис. Сжигая его, теург компенсировал нехватку знаний силами, заставляя созданную из духовной материи плоть встать так, как нужно умирающему организму, пробивая в своей заплатке сосуды и собирая в ней хрящи. Лишившись значимой части духовной энергии, он всё же смог восстановить шею Кости до того, как тот начал своё последнее превращение в родную форму. Воющий в Пустоту шумно вдохнул, втягивая воздух через новое горло. Тут же он, жалея об этом решении, закашлялся, выхаркивая из лёгких натёкшую туда из разорванных сосудов кровь. Кирилл бросил взгляд на поле боя. Рыбий Потрох хлопотал над телом Жорика. Возможно, тот всё-таки выжил. Бак тащил к нему израненного Колечко, держащегося за его правое плечо. От моста мрачно ковылял Кусающий Тень. По огромному ожогу на его груди и общей мрачности рагабаша Кирилл мог без труда догадаться о том, что Спирали сбежали. Настроение Несущего Ветер стремительно рухнуло в пропасть. К теургу подошла немного хромающая Агата. Она тоже была мрачнее тучи. Кирилл без лишних слов опустился на колено и начал работать над её ногой. Бензопила оставила на ней ужасные раны, закрыть которые парню удалось с большим трудом, снова используя силы вместо умения. — Будут шрамы. — отметил он. Преследующая Вирма равнодушно кивнула. На место ярости битвы пришла апатия. Следующим стал Кусающий Тень. Увидев, что Несущий Ветер приближается к нему, он зло оскалился и помотал головой. — Это был не простой огонь. Могло возникнуть заражение или что похуже. — настоял Кирилл. — Тебя придётся провести через очищение, а сейчас дай мне обработать рану. Или ты станешь для нас обузой в пути, когда боль вернётся. Рагабаш промолчал, но не стал мешать, когда Кирилл начал стягивать рубцы. Помня о том, что ему предстоит обработать и руку Потроха, теург ограничился тем, что вернул конечности подвижность. Силы были уже на исходе. Последним стал лидер стаи Тихой Крысы, удержавший Жорика на грани смерти и теперь сращивающий самые опасные раны на теле Колечка. Кирилл положил руку ему на плечо и торопливо занялся обгоревшей плотью Костегрыза. — Нам нужно уходить. — повернулся к нему Потрох. — Спирали от чего-то бежали. Ты ведь не будешь спорить, что победители здесь именно они? Нам надо скрыться в каэрне. Уйдём через Умбру. Передай это своим. Фостерн не спрашивал, последуют ли за ним Вороны. Он констатировал факт, что его стая сейчас уйдёт, и советовал союзникам поступить также. Кирилл кивнул. Как зеркало они использовали водную гладь. Крысы обошлись стёклышком от разбитой бутылки. Городская Умбра, вся затянутая странной, неестественной паутиной, покрытая проявляющимися на домах гнилыми пятнами плесени, оказалась очень неприветливой. А из-за периодически проходящих по сети пауков, от крохотных до настоящих великанов, передвигаться по ней быстро оказалось невозможно. Впрочем, отчасти дело было в том, что Жорика и Колечко пришлось тащить на себе, притом в основном Косте и Кириллу, как наименее пострадавшим. Впрочем, один из истекающих кровью Костегрызов так и остался в Люпусе, отчего Вой просто закинул его на плечо и понёс без особых проблем. А вот с Криносом Колечка Кириллу потребовалась помощь Агаты. Однако, несмотря на все препятствия, стаи сумели добраться до парка и вывалиться в материальный мир в заброшенном дворце. Здесь можно было перевести дыхание и зализать оставшиеся раны.