Мои счастливые 20-е

Утро началось спокойно. Лэйн проснулась чуть раньше будильника — в комнате было прохладно, и она натянула одеяло до подбородка, ещё несколько минут просто лежала, слушая, как за окном снуют машины и щебечут птицы. Было что-то приятное в этой обыденности, почти утешительное. Она встала, потянулась, и первым делом пошла ставить чайник. Пока вода закипала, проверила телефон — несколько сообщений в чате класса, очередные мемы от Анны и короткий стикер от Каина с каким-то мультяшным совёнком, который зевал. Она улыбнулась. Решение покраситься пришло спонтанно, но с каждым днём казалось всё более правильным. Анна пообещала помочь: и с краской, и с костюмом. На столе лежала распечатка с изображением Лары Крофт — строгий взгляд, фирменные шорты, ремни, грубые ботинки. На завтрак — тосты и йогурт. Ела она лениво, медленно, уткнувшись в экран, пересматривая сторисы друзей, пока чайник не щёлкнул. Заварив крепкий чёрный чай с лимоном, Лэйн поставила кружку на подоконник и начала собираться. Из шкафа достала флисовые чёрные колготки,которые от капроновых почти не отличить,чёрную длинную юбку и бардовый свитер с разрезом, перекинула через плечо сумку. Немного поколебалась перед зеркалом — волосы будто жили своей жизнью. Пришлось поработать расчёской и резинкой. Потом нанесла немного блеска на губы, тушь на ресницы — ничего особенного, но достаточно, чтобы чувствовать себя собранной. Перед выходом она проверила, закрыла ли окно, взяла наушники, в последний момент вспомнила про ключи и телефон — и только тогда, натянув пальто, вышла из квартиры. Защёлкнув замок,на телефон пришло уведомление.Сообщение было от Анны: "Сегодня после уроков, как договаривались. Мерки снимем, потом перекрасим тебя в нового человека." Лэйн улыбнулась. На секунду стало теплее. *** Они встретились по дороге в школу — случайно, но приятно. Обычно Лэйн и Каин выходили в разное время: кто-то опаздывал, кто-то спешил, кто-то просто не попадал под ритм другого. Но сегодня шаги совпали. Каин заметил её первым — она шла, закутавшись в шарф, с наушниками в ушах, но, увидев его, сразу сняла один. — Доброе утро, — сказала она. — Удивительно, но ты успеваешь, — с усмешкой ответил он. — А ты удивительно вовремя, — парировала Лэйн. Они разговорились — как-то легко, почти невесомо. Сначала шли по улице, потом свернули к магазину за горячим кофе, потом — просто так — решили пройтись к озеру. Воздух был ещё прохладным, но весеннее солнце поднималось всё выше, и было приятно идти рядом, не торопясь. Перекинулись шутками, рассказами, кто что смотрел ночью, и куда хотят поехать летом. Потом ещё один круг вдоль воды. А потом ещё. — А мы вообще куда сейчас идём? — спохватилась Лэйн, посмотрев на часы. — Эм… вроде как в школу. — Мы опаздываем? — Мы в бешеном минусе. — Сколько? — Двадцать с лишним минут. Они переглянулись — с одинаковыми выражениями на лицах, где читалась и паника, и смех, и лёгкое: «Ну что ж». — Побежали? — Или уже нет смысла? — Пошли хоть немного ускоримся… хотя бы вид сделаем, что старались. Почти на границе парка, возле озера, где лед ещё не до конца растаял, Каин неожиданно остановился. Лэйн тоже сбавила шаг, вопросительно глядя на него. Он вдруг кивнул в сторону водной глади, покрытой гладкой, прозрачной, пусть и опасной коркой. — Идём? — с лёгкой дерзостью в голосе сказал он. — На лёд? — На мгновение. Просто… иди сюда. Сначала она засомневалась. Потом — кивнула, будто что-то внутри подталкивало её на этот шаг. Они аккуратно сняли рюкзаки и пакеты, положив их на лавочку под деревом, чтобы ничего не мешало. Потом, медленно, ступили на лёд — по одному, но вскоре взялись за руки. Солнце отражалось в крошечных трещинах, как в витражах, а лёгкий ветер дул в волосы, раздувая их, будто в каком-то сне. Каин поднял её руку и закружил — неловко, в своих зимних ботинках, но уверенно. Скользили, будто вальсируя, не по паркету — по льду, между хрупкостью и свободой. Лэйн рассмеялась — сначала от неожиданности, потом от чистой радости, того редкого чувства, когда всё просто. Когда есть только ты, кто-то родной рядом и музыка — пусть и в голове. Каин склонился к ней ближе, держась за талию. Он шагал уверенно, ведомый воображаемым ритмом — будто сам слышал скрипку, звучащую где-то в далёком воздухе. Он раз за разом раскручивал Лэйн, поднимал её руку, скользил, поддерживал, и каждый раз она доверчиво откидывалась назад, зная, что он поймает. Что не уронит. — Я точно провалюсь, — выдохнула она в полушутку, когда он снова наклонил её. — Нет, — серьёзно ответил Каин, глядя ей в глаза. — Я всегда буду тебя держать. Он снова прокрутил её, и она даже закрыла глаза — настолько это было легко, будто она не стояла на льду, а парила. В этот момент её сердце дрогнуло — не от страха, а от того, как красиво это было. Как правильно. Лёд не треснул. Мир не рухнул. Всё было так, как должно быть. Они танцевали, пока щёки не стали горячими от холода и смеха, а дыхание не сбилось. И только потом — когда остановились, едва отдышавшись, — снова пошли по тропинке… немного опоздавшие, промёрзшие, но с таким светом внутри, что ничто уже не могло их остановить. *** Они добрались до школы ко второму уроку — пролетев по коридору, запыхавшись, с покрасневшими щеками и растерянной улыбкой на лицах. — Ну, кажется, мы успели… более-менее, — пробормотала Лэйн, тяжело дыша. Каин засмеялся, остановился и посмотрел на неё тепло. — Спасибо за утро, — сказал он тихо. — Оно ещё только началось. — Но уже лучше, чем целая неделя. Они замерли на секунду, будто медлили с прощанием. Потом он наклонился к ней, легко поцеловал её в губы, потом в щеку. Она ответила на поцелуй — мягко, не спеша, чуть задержавшись. Словно не хотелось отпускать. — Увидимся, — улыбнулась Лэйн. — После школы, может? — предложил Каин. — Напиши. Они сняли верхнюю одежду, повесили её в раздевалке, и, обменявшись последним взглядом, разошлись в разные стороны. Уже в классе, Анна склонилась к Лэйн со своего места и прошептала: — Ну ты даёшь! Я думала, ты вообще не придёшь сегодня. Где носило? Лэйн только усмехнулась, покачав головой. — Долгая история. И тут в кабинет вошла учительница по химии с привычной стопкой тетрадей и взглядом, мгновенно выискивающим отлынивающих. — Лэйн, подойди ко мне после урока, пожалуйста, — строго сказала она, даже не глядя на журнал. — Хорошо, — ответила Лэйн, уже предчувствуя, о чём будет речь. На уроке всё плыло перед глазами: формулы, реакции, схемы. Анна шептала что-то сбоку, комментировала стиль преподавания, но Лэйн ловила себя на том, что почти ничего не понимает. Когда прозвенел звонок, она осталась на месте, как и было сказано. Учительница подошла к ней и, сбавив тон, проговорила: — Я вижу, ты не справляешься с материалом. Это не страшно — если работать. Оставайся после уроков, будем подтягивать. Договорились? — Да… спасибо, — кивнула Лэйн, чувствуя неловкость, но и облегчение. Хоть кто-то увидел, что ей нужна помощь. *** На перемене, сразу после того, как Лэйн вышла из кабинета химии, её уже ждала Анна, нетерпеливо расстёгивая молнию на кофте. — Ну что, рассказывай, — сказала она. — Ты вчера вбросила бомбу про волосы и ушла. Я до сих пор не могу успокоиться. — Сейчас, пойдём куда-нибудь присядем, — предложила Лэйн. Они подошли к привычному месту — диванам возле их класса, но те были заняты: кто-то распластался, кто-то сидел группами, обсуждая какие-то мемы, кто-то делал вид, что делает домашку. — Ну вот, — вздохнула Анна. — Как будто вся школа решила именно сюда набиться. Они прошлись по этажу, заглянули в пару коридоров. И, к их удивлению, обнаружили свободный диван возле 11 класса — обычно туда даже подойти сложно, но сейчас он пустовал, как будто был оставлен специально для них. — Это странно… — заметила Лэйн, присаживаясь. — Наверное, всех согнали убирать классы, — пожала плечами Анна. — Нам повезло. Они уселись и свернулись на сидении, как в коконе из чужих голосов и шагов за окнами. — Так… Ну? В какой цвет? — оживлённо спросила Анна. — Зимняя вишня. Такой тёмный, почти бордовый, но с холодным оттенком. — Вау, — протянула Анна, уже представляя. — Это смело. Но, честно? Очень подойдёт. Особенно если косплей делать. — Вот и я подумала. Глаза будет подчёркивать. Только… немного волнуюсь, не будет ли смотреться слишком мрачно. — Ты с ума сошла? Это шик.Тебе точно пойдёт. Они засмеялись, и Анна уже принялась листать в телефоне примеры оттенков, прикладывая экран к Лэйн и прикидывая, как будет смотреться. В это время, минут через пять, из распахнутых дверей 11 класса начала доноситься громкая суматоха. Сначала было слышно, как кто-то громко зевнул, кто-то другой швырнул веник с грохотом. Потом — хохот, резкие фразы, крики вроде «стой, не в меня!» и «да у тебя меткость как у курицы!». — Похоже, у них уборка, — заметила Анна, с интересом глянув на шумящий класс. — С таким весельем — скорее баррикады строят. Внутри действительно царил хаос. Учительница, строгая старушка с голосом, как сухой хруст пальцев, пыталась навести порядок: — Перестаньте кидаться тряпками, Пилеон! Каин, вы тоже! Вы разве не видите, что это не цирк?! Но двое только расплылись в невинных улыбках и дружески указали друг на друга: — Это он начал. — Это он первый метнул ведро. — Вообще-то оно было пустое! — оправдывался Каин, пряча швабру за спину. Когда учительница встала ближе, они резко замерли и будто превратились в примерных учеников: один протирал парту, другой демонстративно подметал. Как только она уходила — тряпка снова летела в воздух. — Это реально цирк, — усмехнулась Лэйн, наблюдая издали. — Ты только глянь на Каина… — сказала Анна. — Так обычно ведут себя только когда рядом кто-то, ради кого хочется выпендриться. Лэйн опустила взгляд и чуть смущённо улыбнулась. Они уже начали распределять этапы работы, прикидывать, сколько времени займёт примерка, и когда будет лучше закупаться тканями, как из 11 класса вновь раздался шум, на этот раз куда более громкий. — Да какого…! — донёсся возмущённый голос Пилеона. — Это чё, блин?! Это ж новые штаны, за 40 евро, твари! Раздался характерный плеск воды и сдвигаемый стул. — Кто, мать вашу, поставил это ведро тут?! Я теперь как утопленник! Всё, я пошёл переодеваться! Анна и Лэйн прыснули со смеху, переглянувшись. — Театрал. — прокомментировала Анна. — Ставлю десять из десяти за драму, — хихикнула Лэйн. Через минуту в коридоре показался Пилеон, мокрый с бедра до колена, с тряпкой в одной руке и ведром в другой. Он громко возмущался: — Да это штаны за сорок евро, вы что, совсем офигели?! — жаловался он на весь этаж, подхрамывая, будто вода залила ему не только штанину, но и достоинство. — Каин, пошли со мной, я один не пойду переодеваться! — гаркнул он, и из класса вышел Каин с ленивой ухмылкой. — Только если ты мне не дашь ещё одним ведром по ногам, — усмехнулся он, догоняя друга. Как только они свернули в коридор, началось весёлое шутливое препирательство, которое быстро переросло в лёгкую возню. Пилеон пихнул Каина в плечо — тот не остался в долгу и толкнул в ответ. В какой-то момент они начали дурацки перехватывать друг у друга ведро, будто оно было мячом. — Смотри, не утопи меня в раздевалке, русалка ты мокрая, — смеялся Каин, уворачиваясь. — А ты не притворяйся, что не хотел на меня плеснуть ещё в классе, — отпарировал Пилеон и хлопнул его тряпкой по спине. Их «драка» была не злой — больше похоже на веселую детскую борьбу, с толчками, смехом и насмешками. Но стоило Каину заметить Лэйн и Анну, как он замер, будто споткнулся о воздух. Он выпрямился, отпустил ведро и сразу стал серьёзнее. — Эм… мы просто, ну… — пробормотал он, не зная, куда деть руки. Пилеон тут же расхохотался и громко сказал: — Да всё, понял, понял! Не дерёмся, мы культурные. Наш Каин теперь при дамах стесняется. Только что как гладиатор был, теперь — будто в музее ходит! — Отвали, — пробурчал тот, но смущённая улыбка уже выдала его с головой. После всей этой суматохи и шуточной борьбы в коридоре, Лэйн и Анна снова устроились на диване, откуда всё это и наблюдали. Лэйн всё ещё посмеивалась, глядя на смущённого Каина, а Анна, облокотившись на спинку и закинув ногу на ногу, вдруг обронила: — Кстати… Дмитрий сегодня в школу не пришёл. У него какая-то тренировка была с самого утра — вроде бы отбор или показательный. — А-а, — кивнула Лэйн рассеянно, продолжая смотреть в сторону, куда скрылись Каин и Пилеон. — Надеюсь, он там без Пилеона, а то ещё подерутся. — Ха, с Пилеоном любой день — как квест на выживание, — усмехнулась Анна. — Но нет, туда он точно без него пошёл. *** Тем временем, в палате Яна, всё было куда тише и спокойнее, чем в школьных коридорах. — Ты в больнице, говорят, чуть не дал сальто через руль? — прозвучал знакомый голос с оттенком насмешки у двери. Ян хмыкнул, не отрывая взгляда от окна: — Ну, вроде того. Только не пытайся повторить. — Я не настолько тупой, — ответил Дмитрий, заходя и криво усмехнувшись. Он выглядел уставшим, но в глазах была искренняя забота. — Рад, что живой. Серьёзно. Повисла тишина. Ян впервые за долгое время посмотрел ему в глаза. В них не было привычной злости или бравады — только что-то похожее на неловкую вину и странное облегчение. — Слушай... — начал Ян, с трудом подбирая слова, — тогда... когда ты полез в ту ссору. Я всё помню. Я был зол, но ты меня вытащил. Ты всегда меня вытаскивал, даже когда я гнал на тебя. — Да ладно, — Дима махнул рукой. — Я и сам косячил. Много. Мы просто были… тупыми. — А теперь чуть не остались без возможности передраться в следующий раз, — усмехнулся Ян, но в голосе его была мягкость, чуждая прежнему напору. — Не думаю, что хочу драться с тобой… больно дорог мне, — тихо произнёс Дмитрий, опуская взгляд. Они переглянулись. Не нужно было лишних слов. Ян протянул руку — короткий, неловкий хлопок по плечу. Дмитрий ответил тем же. Это было достаточно. Когда-то, быть может, они бы ещё долго спорили, подкалывали друг друга, влезали в ссоры. Но не сейчас. Не здесь, в белой палате с запахом антисептика и глухим эхом приборов. Это было слишком. Даже для Дмитрия. Он редко позволял себе быть слабым или мягким, но рядом с Яном, в эти минуты, злость и бравада казались неуместными. Дмитрий немного поёрзал на стуле, хрустнув суставами пальцев. Ян лежал, смотря в потолок, потом перевёл взгляд на друга. — Ты правда думал, что всё может вот так закончиться? — спросил Дмитрий, тихо. — Не знаю, — ответил Ян после паузы. — В какой-то момент… мне стало всё равно. Всё слишком сильно накатило. Словно кто-то вытащил пробку — и всё пошло ко дну. — Ты мог бы сказать. Мне. Кому-нибудь. — А ты бы выслушал? — Ян посмотрел на него внимательно. Дмитрий открыл рот, но слов не нашлось сразу. Он опустил голову. — Тогда — не знаю. Но сейчас… да. Наверное, да. Повисла тишина. Только шум капельницы и приглушённые звуки из коридора. Ян слегка усмехнулся. — Знаешь, это странно. Мы столько дрались, будто всё время пытались доказать что-то друг другу. А сейчас я просто рад, что ты здесь. Дмитрий кивнул, затем встал. — Я всегда буду рядом, Ян. Даже если снова разругаемся. Только не исчезай вот так, ладно? — Постараюсь, — хрипло ответил Ян, а потом добавил: — Только ты теперь должен мне кое-что. — Что? — Мясной пирог. Из той пекарни возле школы. Дмитрий фыркнул: — Да ты уже почти помер, а всё равно не упускаешь шанса поесть. — Я бы даже из гроба за ним вернулся. Они оба рассмеялись — по-настоящему, впервые за долгое время. Смех был тихим, но освобождающим. Как точка в письме, которую так долго не могли поставить. *** После уроков Лэйн осталась в классе, уткнувшись в тетрадь и ощущая, как день становится всё более вязким. Учительница по химии подошла к её парте с неторопливым видом, держа журнал. — Лэйн, — сказала она ровно. — Это будет теперь на постоянной основе. Пока не увижу, что ты начала понимать тему. Ты сильно отстаёшь. Лэйн только кивнула. Возражать не было смысла — она и сама знала, что тонет в формулах и уравнениях. Когда дополнительные наконец закончились, на улице уже сгустились сумерки. Анна ждала её у выхода, чуть поёживаясь от вечерней прохлады. Как только Лэйн подошла, та сразу махнула пакетом из магазина. — Всё купила. И перчатки, и кисточку, и краску твою эту… "Зимняя вишня", — с улыбкой уточнила Анна. — Спасибо, — устало, но искренне отозвалась Лэйн. Они сразу направились к Лэйн домой. Квартира встретила их тишиной и лёгкой прохладой. В прихожей Лэйн мельком проверила телефон — два сообщения. Мама:"Задержусь до позднего. Ночная смена, сами справитесь." Папа: "Сегодня не смогу заехать, кое-какие дела. Всё хорошо." Лэйн молча прочитала, экран погас, и она чуть сжала телефон в руке. Что-то тянуло в груди — не страх, не тревога, а скорее та самая щемящая пустота, когда начинаешь догадываться, но ещё не готов признать. — Что-то не так? — спросила Анна, ставя пакет на кухонный стол. — Нет, просто… — Лэйн замялась, отводя взгляд. — Не знаю. Иногда мне кажется, что мама врёт. И папа что-то скрывает. Как будто… они больше не вместе, но делают вид. Анна нахмурилась. — Ты думаешь, у них кто-то есть? — Я не знаю. Я стараюсь не думать. Но чем дальше, тем всё больше… ощущение, будто что-то рушится, а я даже не понимаю, с какой стороны. Наступила короткая тишина. — Тогда давай сегодня покрасим тебе волосы, — неожиданно твёрдо сказала Анна. — И обсудим костюм. Хватит этих мыслей. Сейчас ты заслужила что-то хорошее. Лэйн впервые за день искренне улыбнулась. — Да. Давай. Лэйн глубоко вдохнула и постаралась отбросить все мысли о родителях. С Анной мир казался проще. Таким она его делала — лёгким, немного шумным, насыщенным цветами и смехом, в котором не оставалось места тревоге. — Так, чайник включён, сладости на столе, краска готова. Ты уверена, что хочешь именно «зимнюю вишню»? — уточнила Анна, распечатывая коробку и выкладывая перчатки и кисточку на кухонный стол. — Уверена, — усмехнулась Лэйн, закатав рукава. — Я давно хотела. Хватит быть серой мышью. — О-о, ты не серaя мышь. Но если хочешь стать алой — я только за, — подмигнула Анна и пошла наливать чай. Пока заваривающийся чай наполнял кухню уютным ароматом, они принялись выкладывать печенье, маленькие пирожные и какие-то орешки, которые Анна схватила по пути «просто потому что милые». Всё это как будто напоминало пижамную вечеринку, которой у Лэйн никогда не было. Но сейчас — была. — Я, кстати, совсем забыла, — вспомнила Лэйн, поправляя волосы. — Утром сказала Каину, что занята после уроков, и не смогу увидеться. А он потом тоже написал, что у него какие-то дела. Наверное, разруливает что-то своё. — Ага. Ты ему не по фиг. Заметно, — отозвалась Анна, доставая полотенце и застилая им спинку стула. — Ну что, садись. Сейчас будем делать из тебя диву. Лэйн рассмеялась, села, сжав в руках чашку с горячим чаем, и почувствовала, как в теле впервые за весь день появляется тепло, не связанное с нервами или тревогой. Анна ловко распутала волосы Лэйн, надела перчатки, перемешала краску и начала аккуратно наносить её кисточкой, прядь за прядью. — Я как будто художник, только вместо холста — твоя голова, — пробормотала она сосредоточенно. — А я — шедевр, — пошутила Лэйн. — Почти. Осталось только не испортить пропорции. И в эту минуту, среди запаха чая, химии и весёлого ворчания, Лэйн впервые за долгое время почувствовала себя почти счастливой. Анна надела перчатки, достала из пакета осветляющий порошок и оксид. Пока она размешивала состав в пластиковой мисочке, Лэйн застелила плечи старым полотенцем и села на стул посреди кухни. — Всё, ты готова? — спросила Анна, поднимая кисточку с густой белой смесью. — Если я облысею, ты возьмёшь за это ответственность? — с ухмылкой уточнила Лэйн. — Конечно. Посажу тебя на самую жёсткую реабилитацию. Шапки, маски, и, возможно, венки из цветов — для драмы. — Прекрасно. Начинай. Анна принялась аккуратно разделять пряди и наносить осветлитель, работая уверенно, как будто уже делала это десятки раз. Периодически она фыркала, если какие-то волосы прилипали к пальцам или падали на нос Лэйн. Они обе смеялись и не могли остановиться. — Представь, если сейчас кто-нибудь позвонит по видео, — пробормотала Анна, промазывая корни. — Типа твой Каин. — Только не говори, что ты случайно оставила камеру включённой, — прищурилась Лэйн. — Нет! Хотя... — она театрально приподняла бровь. — Если он увидит тебя в таком виде, то точно поймёт, что любит по-настоящему. Только любовь выдержит такой трэш. — Да иди ты! — рассмеялась Лэйн и легонько толкнула подругу локтем. — Надеюсь, он как раз сейчас что-то чинит и даже не держит телефон в руках. Когда осветлитель был нанесён полностью, Анна поставила таймер и они сели на диван в гостиной. Лэйн тянула чай, Анна листала телефон, поглядывая на подругу через плечо. — Слушай... — начала Лэйн, немного неуверенно. — А не хочешь остаться с ночёвкой? Анна подняла взгляд, слегка удивлённая. — Правда? А то я уже морально была готова поплестись домой с краской на руках. — Я серьёзно. Ты первая, кому я вообще такое предлагаю. Хочется, чтобы ты осталась. Просто... как-то тепло, когда ты рядом. Анна улыбнулась. И на мгновение в её взгляде не было ни язвительности, ни шутливого флирта — только искренность. — Конечно, останусь, — сказала она мягко. — Только найди мне пижаму. Я, конечно, девушка без комплексов, но всё же не настолько. Лэйн кивнула, чувствуя, как к горлу подступает странное, почти счастливое волнение. Пока осветлённые волосы Лэйн пропитывались тёплым оттенком зимней вишни, Анна ловко разделяла очередную прядь и ловко проводила кисточкой у корней. — Ты вообще думала, куда бы хотела поехать зимой? — вдруг спросила она, сосредоточенно вглядываясь в затылок подруги. — Пока нет, — ответила Лэйн, вяло потягивая остывший чай. — Скорее всего, проведу её здесь. А что? — Я вот думала, что круто было бы вернуться в Гуцульщину, — мечтательно проговорила Анна. — Помнишь, я как-то упоминала? Мы с отцом, Димой и ещё кое-кем там были. Катались в горах, жили в домике с печкой, ели мамалыгу с сыром и просто валялись в снегу. Хотелось бы это повторить. Лэйн слегка удивилась. — Дима был с вами? — Ага. Ян тоже, — добавила Анна. — И его отец. Ну, все почти. Было странно, шумно, весело. А воздух... ты бы офигела, честно. Прям хочется туда сбежать, как только начинает пахнуть зимой. Лэйн молча кивала, пока Анна не продолжила, наклоняясь ближе. — Поехали со мной в этом году? — Что? — Ну правда! — Анна чуть не уронила кисточку, схватившись за плечо Лэйн. — Это было бы круто. Там всё, как будто из сказки: ёлки, горы, запах дерева, тишина и снег — такой хрустящий, что можно слушать, как он скрипит. Тебе бы понравилось. Да и костюмы можно прихватить — устроим фотосет! Лэйн слегка засмущалась. Такой порыв был неожиданным, но приятным. Она посмотрела на Анну с лёгкой улыбкой. — Может, и правда стоит попробовать. — Вот! Я знала, что ты нормальная. — Анна хлопнула в ладоши и взялась докрашивать последние пряди. — Всё, через десять минут — смывать, потом кондиционер, маска, молитвы, и можно быть красоткой. Когда краска была смыта, а волосы высушены, девочки выглядели почти как из клипа. Лэйн вертела головой, глядя в зеркало — насыщенный, глубокий цвет "зимней вишни" придавал ей дерзости и тепла. — Осталось зафиксировать момент, — сказала Анна, хватая телефон. — Липсинг или танцы? — Оба, — фыркнула Лэйн. Они сняли пару глупых видео, по очереди подпевая под музыку и дурачась на фоне кухни, а потом, устроившись в пледе на диване, включили сериал. В комнате пахло краской, чаем и чем-то почти домашним. Такого у Лэйн давно не было. После того как сериал фоном завершился, а чай был допит, девочки перешли к следующему этапу — делу. Лэйн достала из шкафа старую портняжную ленту, Анна — блокнот с набросками, и они начали снимать мерки. В комнате снова зазвучал оживлённый шёпот, смех и шелест ткани. — Так, талия у тебя вообще миниатюрная, я завидую, — бурчала Анна, обводя цифры. — Пояс сделаю я, а вот верхнюю часть тебе шить самой, иначе я сойду с ума. По деталям — я закупаю перчатки и ремни, а ты берёшься за ножны и жилет. Договорились? — Договорились. А по времени? — Если не лениться, то недели две. Если как обычно — до весны, — усмехнулась Анна. Лэйн хмыкнула, зарываясь в плед, и в этот момент зазвонил телефон. Имя "Ян" высветилось на экране. Она взглянула на Анну, та в ответ сделала выразительную рожицу: «Отвечай!» — Алло? — Лэйн сдерживала улыбку. — Ты чё, спишь? — голос Яна был удивлённо-жизнерадостным. — Я думал, ты онлайн. Пошли в роблокс? — Я с Анной, — сказала она. — Мы у меня. — Чего?! С Анной?! — Ян рассмеялся. — Да вы что, сговорились? Всё, я захожу. Групповуха в роблоксе — это святое. Через пару минут звонок перешёл в видеосвязь. Ян появился на экране в тёмной комнате, лохматый, в какой-то футболке с затертым логотипом. — Ну привет, девушки из модного журнала! — начал он с усмешкой, но в следующую секунду осёкся, вглядываясь в экран. — Подожди. Подожди, ты что, покрасилась?! Лэйн улыбнулась и повернула голову, чтобы было видно лучше. — Вау. Вишня? — Ян был искренне ошарашен. — Офигеть. Слушай, тебе... чертовски идёт. Типа... прям эффектно. Анна в это время уже подключалась к серверу, сверкая ухмылкой. — Так, всё, хватит любоваться, Ян. Заходи, сейчас будем строить дом, а потом я вас всех скину с лестницы. — Ну всё, держитесь, — сказал он, снова засмеявшись. Игра закрутилась стремительно: смех, подколы, Ян скидывает Лэйн с обрыва, Анна мстит, строя лабиринт без выхода, все трое спорят, кто быстрее построит башню, и кто хуже ориентируется в управлении. Они играли до двух часов ночи, и ни один из них не хотел первым нажать «выйти». Казалось, что за экраном — настоящий мир, где всё чуть легче, где дружба простая, а ночи — бесконечные.