Твой личный Монстр

Louna — текст песни «Штурмуя небеса»

Тем, кто принял этот бой Чья жизнь была игрой без правил. Тем, кто в небо взяв разгон Судьбу свою на кон поставил.

Этот трек посвящается им, Кто оставил на память другим Свой полёт через тернии к звёздам. Этот текст посвящается всем, Тем, кто понял в свои 27 — возвращаться уже слишком поздно.

Этим героям! Этим изгоям! Вечно живым, Дерзким и молодым! Слава героям, ломавшим схемы! Слава изгоям внутри системы! Слава всем им, кто пошёл до конца, Кто погиб молодым, но остался жить в сердцах!

Этот трек посвящается им, Кто покинул наш мир молодым, И уже никогда не вернётся. Этот текст посвящается всем, Кто ушёл навсегда в 27, Тем, кто смотрит на нас и смеётся!

Этим героям! Этим изгоям! Вечно живым, Дерзким и молодым! Слава героям, ломавшим схемы! Слава изгоям внутри системы! Слава всем им, кто пошёл до конца, Кто погиб молодым, но остался жить в сердцах!

Кто принял этот бой. Чья жизнь была игрой без правил! Те, кто в небо взяв в разгон, Судьбу свою на кон поставил!

Этот трек посвящается им, Кто покинул наш мир молодым, И уже никогда не вернётся. Этот текст посвящается всем, Кто ушёл навсегда в 27! Тем, кто в наших сердцах остаётся!

Всем, кто принял этот бой, Чья жизнь была игрой без правил! Всем, кто путь свой выбрав сам, Штурмуя небеса направил Вверх

Слава героям, ломавшим схемы! Слава изгоям тупой системы! Слава всем им, кто идет до конца! Дерзким и молодым, кто штурмует небеса!

Гарри почувствовал, как холодный ветер обжигает его лицо, когда метла набирала высоту. Лес Дин раскинулся под ними, словно бескрайнее море из снега и древних деревьев. Он украдкой взглянул на Драко, который летел чуть впереди, его чёрное пальто развевалось на ветру, а волосы цвета спелой пшеницы блестели под редкими лучами солнца. Сердце Гарри сжалось от тревоги. Он не мог допустить, чтобы с Малфоем что-то случилось. Не сейчас. Не после всего, что они пережили вместе. — Держись ближе, — крикнул Гарри, стараясь перекричать ветер. Драко обернулся, его серые глаза встретились с зелёными, и в них мелькнул упрёк. — Не волнуйся, Поттер, — прокричал Драко, но его голос звучал неуверенно. — Я не собираюсь становиться чьим-то ужином. Рон, летевший справа от Гарри, фыркнул: — Если только ты сам не решишь поужинать с оборотнями. Драко бросил на него язвительный взгляд, но ответить не успел. Внезапно внизу, среди деревьев, что-то зашевелилось. Группа замерла, мётлы зависли в воздухе. Гарри прищурился, пытаясь разглядеть, что это было. Из-под снега показалась тень, огромная и стремительная. Сердце Гарри заколотилось. Драко отправил метлу вперёд и, наложив на себя дезиллюминационные чары, под небольшим углом начал снижаться. Из-за сильного ветра воздух вокруг неясной фигуры слизеринца дрожал, но с земли его не было видно. — Это они? — прокричала Джинни, перекрывая порывы ветра. — Не знаю, — ответил Гарри, сжимая рукоять метлы. — Будьте готовы. Поттеру казалось, что всё вокруг замерло, замедлилось в пугающем ожидании. Он чувствовал, как сердце опасливо замедляет такт, каждой своей клеткой ощущая тревогу и напряжение. Драко спускался слишком низко, слишком близко к деревьям, и это заставляло его сердце болезненно сжиматься от страха за любимого. Гарри не мог избавиться от ощущения, что сейчас произойдёт что-то непоправимое. Каждая секунда растягивалась в вечность, и всё, что ему оставалось, это наблюдать за почти невидимой фигурой Драко, будто та была тенью, которая могла раствориться в любой момент. В голове у Гарри мелькали мысли — как просто всё могло рухнуть, если неправильно рассчитать высоту или переменчивый порыв ветра заставит дрогнуть метлу. За эти долгие годы, которые они провели в Хогвартсе, Гарри научился понимать и читать те мельчайшие признаки опасности, которые доходили до интуитивного уровня распознавания. И сейчас весь его опыт кричал об опасности. Он почувствовал, как пальцы сжались до белизны на рукояти метлы. Гарри мучило неудержимое желание броситься вниз, помочь, кричать или даже просто быть рядом, но он знал, что это может только помешать. Всё, что он мог сделать, это надеяться, что Драко знает, что делает, и что эти несколько секунд не станут последними в их истории. Возвращаясь обратно, он снял с себя чары и прокричал: — Я ничего не увидел! Только странные следы, пятипалые, но не человечьи. И эти следы принадлежат двуногому существу! — Драко развернулся на метле и полетел вперёд, его фигура выделялась на фоне белоснежного пейзажа. Гарри хотел крикнуть ему что-то, но слова застряли в горле. Вместо этого он лишь крепче сжал метлу и прибавил скорости. — Эй, Поттер, не торопись, — раздался голос Рона, который летел справа. — Мы же не на гонках. Или ты решил, что Малфой сбежит, если ты не будешь за ним следить? Гарри бросил на друга раздражённый взгляд, но промолчал. Это был первый раз, как Рон заговорил с ним после того случая на кухне. Гарри злился. Он вспомнил четвёртый курс, когда Рон тоже вёл себя подобным образом, задевая его издёвками. Тогда они с Роном поругались из-за Турнира Трёх Волшебников, но позже всё наладилось. Гарри понимал, что нужно потерпеть — Рон остынет, перестанет злиться, и с ним можно будет поговорить. Однако ситуация с Малфоем была иной, и это добавляло сложностей. — Или что, боишься, что на кухне тебя некому будет зажимать?! — Уизли намеренно прокричал это так громко, что летевшие рядом Фред и Джордж недоумённо переглянулись. Едва Рон успел закончить свою реплику, как Малфой резко вильнул, выписывая крутой вираж. Гарри и забыл, насколько хорошо он умел летать. Приблизившись к Рону, Драко слегка толкнул его плечом. Метла Рона опасно качнулась, но он успел выровнять её, прежде чем упасть. — Поттер, может, ты и готов терпеть такое обращение, но я — нет, — ядовито шипел Малфой, его голос звучал угрожающе. — Уизли, если тебе так не терпится потерять свою метлу, могу устроить это прямо сейчас. Рон злобно посмотрел на Драко, но ответить не смог — не хватило слов. Он знал, что Малфой, несмотря на свою репутацию, был не тем человеком, с кем стоит шутить в небе. Гарри видел, как Рон стиснул зубы, пытаясь совладать с обидой и гневом. — Хватит, — наконец сказал Гарри, пытаясь утихомирить парней. — Сейчас не время и не место. — Да, слушай его, Рон, — сказала Джинни, пролетающая рядом, её голос был решителен. — Сейчас не до ссор. Мы здесь ради дела. Фред и Джордж переглянулись, будучи уже не такими весёлыми, как обычно. Даже они почувствовали серьёзность момента и замолчали, фокусируя своё внимание на земле под ними. Гарри вдохнул полной грудью ледяной воздух, стараясь успокоиться, и тоже посмотрел на хвойный массив. Важно было понять, что это были за следы и кто их оставил. Долиш, Нотт и Забини, летевшие в хвосте, не слышали перепалки, но даже на расстоянии опытный аврор понял, что что-то не так. Он, ускорившись, поравнялся с Гарри и прокричал: — На задании нет место личной неприязни! Есть дело, и мы должны его сделать! Рон, слегка смягчившись под влиянием окружающих, кивнул, но не перестал бросать на Малфоя неприязненные взгляды. Солнце, заливая окружающий пейзаж золотистыми оттенками, медленно опускалось за горизонт, когда Гарри заметил чёрного пса, резво бегущего и петляющего, стремительно уходя от вспышек заклинаний. Сердце у него ёкнуло, когда он осознал, что это был Сириус, оказавшийся в опасности. — Я вижу следы защитных заклинаний на поляне! — выкрикнул Драко, заставив Гарри резко сосредоточиться. Он тоже постарался что-то увидеть или почувствовать, но ничего не вышло. Ни секунды не колеблясь, Гарри начал резкое снижение, желая как можно скорее помочь крёстному. Ветер свистел в ушах, но каждый порыв лишь усиливал решимость. Малфой, видя это, тоже направился вниз, за ними последовали и остальные. Ветви хлестали по их лицам и другим частям тела, но отряд почти не чувствовал физической боли — лишь жар адреналина. Когда они прорвались сквозь чащу, на поляне уже шла битва. Заклинания пересекались в воздухе, вспыхивая искрами. Сириус, наконец, обернулся из анимагической формы и уклонился от очередной атаки. Он выглядел измождённым, но при виде крестника и других членов Ордена, ликующе улыбнулся. Гарри, выхватив палочку ещё в полёте, послал оглушающее заклинание в Пожирателя Смерти в чёрной маске, тот на секунду замер и повалился в снег. — Сириус! — улыбнулся Гарри, направляясь в его сторону. — Где Римус? Где стая? — На поляне, следуйте за мной, я проведу вас. Это всё или есть ещё люди? — Блэк окинул взглядом остальных, уже успевших приземлиться. Драко стоял возле оглушённого Пожирателя, взяв его на прицел своей палочки, к нему подошёл Долиш, и они стали что-то тихо обсуждать. Джон в чём-то убеждал Малфоя, который нехотя покачав головой, всё же кивнул и, приподняв Пожирателя, сорвал с него маску. Гарри с изумлением уставился на незнакомое лицо молодого парня, ему было не больше семнадцати-восемнадцати лет. Драко недовольно скривился и парой резких пощёчин привёл его в себя. Что-то спросил, парень промолчал, тогда Малфой, тяжело вздохнув, вновь направил на него палочку и произнёс несколько заклинаний. Судя по гримасе боли на лице Пожирателя и по тому, как он выгнулся и засучил руками и ногами по снегу, это был Круциатус, но так как не было слышно крика боли, Гарри заключил, что Драко использовал еще и Оглохни. Умно, ведь громогласные крики могли предупредить остальных Пожирателей о их местоположении. — Пожиратель он или нет, я не знаю, но он монстр, и ты не можешь это отрицать, Гарри. Ты видел, что он сделал с Яксли? — Рон встал рядом с Поттером и с отвращение взирал на картину допроса. Гарри, не глядя на друга, мотнул головой, он не отрывал взгляд от Драко. — А я видел. Специально сегодня утром спустился посмотреть. Только чудовище способно на такое. Гарри глубоко вдохнул морозный воздух, набираясь решимости, и повернувшись к другу, яростным шёпотом произнёс: — Возможно, он и Монстр! Но он мой Монстр, Рон, мой! Я люблю его, и мне так глубоко плевать, что о нём думаешь ты или кто-то другой, — Гарри посмотрел другу в глаза и добавил: — Тебе стоит принять это, Рон, если ты и в дальнейшем хочешь остаться моим другом. Рон замер, потрясённый признанием Гарри. Его лицо сменило несколько оттенков, пока он пытался осмыслить услышанное. Взгляд Поттера, полный решимости и уверенности, не оставлял места для возражений. Медленно переведя дыхание, Рон отвёл глаза и посмотрел на заснеженные деревья вокруг них. — Он делает то, что необходимо, то, на что никто из нас бы не решился. И делает он это для Ордена… и для меня, — сказал Поттер, всё так же внимательно глядя другу в глаза. — Всегда думал, что знаю тебя, как облупленного, Гарри… — наконец тихо проговорил Рон, его голос дрожал от смешанных эмоций. — Но, похоже, ты продолжаешь удивлять. Дай мне… дай мне немного времени. Мне нужно это всё как-то переварить. Гарри кивнул и повернулся обратно к Драко, который всё ещё проводил допрос. Парень, сидевший на снегу перед ним, наконец-то заговорил, и, судя по тому, как изменилось выражение лица Драко, информация оказалась важной. Когда Пожиратель замолчал, Долиш что-то сказал, кивая в сторону сидящего в снегу парня. Драко повернувшись, кинул на Гарри взгляд, вопросительно подняв бровь. Поттер, понимая, что значит этот немой вопрос, отрицательно помотал головой. Малфой повернувшись к аврору, что-то едко бросил ему, махнув рукой, и направился в сторону Гарри. Джон недовольно скривил лицо и направил палочку на грудь молодому Пожирателю. Зелёная вспышка озарила уже успевшую погрузиться в сумрак поляну, и парень осел в снег. Драко же, скользнув холодным взглядом по Рону, подошёл к Поттеру и тихо произнёс: — Он сказал, что Пожирателей здесь человек двадцать, они тоже ищут стаю Уолберка, после полуночи Реддл перебросит сюда свою стаю. Надо возвращаться за остальными, кто остался возле реки. Трансгрессировать их сюда, через лес идти слишком опасно. Я никак не могу выкинуть из головы эти пятипалые следы… И уже стемнело. Лес стоял, как древний страж, окутанный ледяным дыханием зимы. Вековые деревья, словно исполины, тянули свои обнажённые ветви к небу, покрытому тяжёлыми свинцовыми тучами. Снег, хрустящий под ногами, казался бесконечным ковром, укрывающим землю, но под ним скрывалась тьма, готовая поглотить любого, кто осмелится нарушить её покой. Воздух был настолько холодным, что каждый вдох обжигал лёгкие, а выдох превращался в клубящийся туман, растворяющийся в темноте. Солнце уже давно скрылось за горизонтом, оставив после себя лишь слабый багровый отблеск, который медленно угасал, словно последний вздох умирающего. Но настоящая тьма ещё не наступила. Тени между деревьями казались живыми — они шевелились, перетекались, словно что-то огромное и невидимое скользило между стволами, наблюдая, выжидая. Гарри и Драко вслед за Сириусом вошли под защитный купол, который окутывал небольшую деревушку посреди жуткого леса. Свет в окнах не горел, но отовсюду слышались нечеловеческие стоны, прерываемые на вой. Блейз и Нотт, стоявшие рядом, зябко передёргивали плечами, да и самому Гарри было жутко находиться здесь. Сириус попросил помочь обойти все дома и раздать зелья. Ребята переглянулись, на время опуская былую вражду. Никому не хотелось сейчас оказаться в одном из этих деревянных старых домов, в которых оборотни ждали своей трансформации. Но время поджимало, и нельзя было медлить. Долиш, Джордж, Фред, Джинни и Рон ушли за оставшимися орденцами. А спустя время к Гарри и остальным присоединились ещё Невилл, Луна, Симус Финниган и Дин Томас, спустившись на мётлах с неба. Они были недалеко, возвращаясь к реке с новостью, что никого не нашли и увидели зелёную вспышку над поляной. Решено было разбиться по четыре человека и обойти дома. Драко, Гарри, Забини и Тео оказались в одной четвёрке. Остановившись перед дверьми первого дома, Гарри нерешительно постучался. Раздался звук раздираемого когтями дерева. Рядом стоявший Драко сглотнул комок в горле и поднял палочку, дернув Гарри за рукав утеплённой мантии в попытках оттащит его от дверей к себе за спину. Поттер раздражённо вырвался и тоже поднял палочку. Двери раскрылись, на пороге показался мужчина на вид лет сорока, худосочного телосложения. Одет он был в одни просторные штаны, и парни имели возможность наблюдать, как на костлявом торсе и руках перекраивались мышцы. Было видно, как под кожей с хрустом выворачивались суставы и трансформировались кости. Но самым жутким явилось лицо, уже непохожее на человеческое, но ещё не совсем звериное. Нижняя челюсть выдвинулась вперёд, и на ней уже вылезали клыки, слюна текла по подбородку, но мужчина даже не обращал на это внимание. Глаза пока были человеческие и отображали полный спектр страданий и боли. Гарри не знал, что сказать, и просто молча протянул флакон с зельем, надеясь, что оборотень сам всё поймёт. Тот благодарно кивнул головой, навряд ли с челюстью, которая уже на половину трансформировалась, он мог бы говорить, и захлопнул дверь. Обходя дом за домом, их каждый раз ждала примерна та же картина — мужчины и женщины в мучительной стадии смены ипостаси. Луна, полная и холодная, начала подниматься над лесом. Её свет, серебристый и безжалостный, пробивался сквозь густые ветви, отбрасывая длинные, искажённые тени, которые казались живыми. Они шевелились, извивались, словно пытаясь дотянуться до тех, кто осмелился войти в их владения. Каждый шаг по снегу отдавался эхом. Гарри почувствовал, как холод проникает под кожу, несмотря на теплую мантию. Он оглянулся на Драко, который шёл рядом, его лицо было напряжено, а глаза блестели в лунном свете, как у хищника. Нотт и Блейз, шагавшие чуть позади, нервно озирались, их дыхание было частым и прерывистым. Вдалеке раздался протяжный вой, и сердце сжалось от ужаса. Ветер, ледяной и пронизывающий, завывал между деревьями, создавая жуткую мелодию, которая заставляла кожу покрываться мурашками. Он нёс с собой запах старой древесины, гнили и чего-то ещё… чего-то необъяснимо зловещего. С другой четверкой они встретились возле последнего дома, стоявшего ближе всего к лесу. Внезапно Гарри почудился красный отблеск между деревьями. Но полнолуние ещё не вступило в свои права, у них оставалось ещё несколько часов. Драко тоже это заметил и сделал несколько шагов в лес по направлению к тому месту, где Гарри что-то видел. Он искренне надеялся, что это не были чьи-то глаза. Поттер последовал за ним, остальные остались жаться у кромки леса. Совсем рядом, в лесу, снег захрустел так, словно кто-то очень тяжелый передвигался очень быстро. Гарри ощутил, как его кожа под одеждой покрывается мурашками. Малфой призвал световые чары, отхватывая у непроглядной лесной тьмы небольшой клочок пространства. Пока Драко вглядывался под ноги, Гарри уловил тень, которая, быстро двигаясь, скрылась за деревьями. Они ускорили шаг, но лес, казалось, сопротивлялся. Ветви цеплялись за их одежду, словно пытаясь удержать. Тени сгущались, становясь всё плотнее, а лунный свет, который раньше освещал путь, теперь казался тусклым и далёким. И тогда Гарри увидел их. Следы. Пятипалые, огромные, чётко отпечатанные на снегу. Они вели вглубь леса, туда, где тьма была самой густой. Его сердце заколотилось, а в горле пересохло. — Это не волки, — прошептал он едва слышно. Драко остановился, его глаза сузились. Он посмотрел на следы, затем на Гарри, и в его взгляде промелькнуло что-то, что Поттер не смог прочитать. — Нет, — согласился он. — Это не волки. — Но полнолуние ещё не наступило. Оборотни ещё не трансформировались, —прошептал Гарри, позволяя Драко, схватить себя за рукав и поволочь обратно в деревню к остальным. Раздался треск, и Гарри инстинктивно замер на месте, прислушиваясь к звукам леса. Страха не было — только адреналин, который затопил его тело, заставляя сердце биться ещё быстрее. Драко, казалось, тоже замер, взгляд его сосредоточенно всматривался в темноту. Снег снова хрустнул под чьими-то шагами и Гарри мысленно проклял их положение. Кто-то или что-то двигалось совсем рядом. Малфой поднял палочку повыше, пытаясь выхватить у тьмы больше освещённого пространства. Гарри тоже прошептал «Люмос». И тогда они увидели… Среди заснеженных веток стоял маленький, худой мальчик. Вместо одежды на нём весели потрёпанные разорванные лохмотья. Лицо было искажено болью и страхом, его глаза были потухшие, совсем не по-детски умудрённые ужасом. Гарри почувствовал, как его сердце сдавило в груди, когда мальчик пошатнулся и упал в снег. Малфой, сжав губы, попытался поставить его на ноги, но мальчик, раздираемый спазмами, только замотал головой, прося оставить его. — Не могу… больше… — сипел он, его глаза закатились, и кровь, струящаяся изо рта, казалась чернее ночи. — Помогите… нам… помогите… — Куда идти? — не раздумывая, спросил Гарри. Малфой, взглянув на него и сжав челюсть, мотнул головой, одним взглядом говоря, что это плохая идея. Но Поттер не мог бросить ребёнка в таком состоянии. — Они там… я покажу, — прохрипел мальчик сквозь стиснутые от боли зубы. Гарри и Драко двигались, крадучись, напрягаясь от каждого шороха. В тишине их шаги казались невыносимо громкими, но сдаться и повернуть обратно было невозможно. Впереди плёлся тот самый мальчик, которого, как оказалось, звали Эрик. Он выглядел таким замученным, что сердце Гарри сжалось от жалости. Его лицо, искажённое болью, казалось бледнее разорванных лохмотьев, едва прикрывающих худое тело. Каждый его шаг отдавался судорогой в искажённой позе, и он едва мог выговорить слова. Они углублялись в лес, мальчик иногда шептал что-то об ужасах, которые ему пришлось пережить. Внезапно его охватила судорога. Он захаркал, выплёвывая сгустки крови в белизну снега. Гарри протянул руку, но мальчик отшатнулся, будто его касание причиняло боль. — Что с тобой? — спросил его Малфой, с тревогой в глазах озираясь по сторонам. — Он изменил нас, — выдохнул мальчик, а его спина корёжилась в неестественной позе. — Мы стали другими… — Кто? — сглотнул Гарри, уже предвидя ответ. — Страшный человек… он ставил на нас эксперименты… — прошептал мальчик, его голос был едва слышен на фоне завывающего ветра. Снежные хлопья таяли на его израненном лице, но он упрямо двигался вперёд. Парни переглянулись, Драко беззвучно прошептал одними губами: «Волан-де-Морт», Гарри также молча с ним согласился. Вдруг Эрик остановился, и его тело снова стиснули судороги. Он согнулся пополам, захрипел, а из его рта хлынула кровь — тёмная, как самые густые тени ночи. Гарри поймал взгляд мальчика, полных страха и смертельной тревоги. — Он сделал нас такими… — сипел Эрик, дрожа от каждого слова. — Мы не можем выбраться… Мы — его пленники. Гарри сжал челюсти, пытаясь подавить подступивший ужас, не сомневаясь в том, о ком шла речь. Волан-де-Морт никогда бы не остановился перед тем, чтобы использовать детей в своих жутких экспериментах. Когда они, наконец, дошли до полянки, то первое, что они услышали, были разноголосые крики и стоны, хруст ломающихся костей и вой… уже нечеловеческий. Открывшаяся картина стала их личным кошмаром. Десятки детей, изломанных и изменённых, корчились в стороне, их тела претерпевали превращение, которого не должно было случиться ни с кем и никогда. Тела вытягивались и деформировались. Коленные чашечки выгибались под неестественными углами, а лица разрывались, вытесняя клыки и обнажая двойные ряды зубов. Принадлежность к человеческому истончалась, превращая их во что-то иное, жуткое и кошмарное. Там, где когда-то были лица, сейчас виднелись уродливые оскаленные морды; из раздираемых тел хрустели кости, превращаясь в скрюченные фигуры новых, ужасных существ. Эрик обернулся к ним, его изменённое лицо застыло в жуткой гримасе, которую невозможно было назвать человеческой. Боль постепенно отступала, отдавая место неумолимой трансформации, его позвоночник выгибался, как натянутый лук. В его глазах сверкал красный блеск. — Поздно… — он едва смог проговорить, судорожно лязгнув клыками. — Бегите… Сказав это, Эрик как будто утратил последние остатки своей человечности, и теперь перед Гарри и Драко стояло существо, когда-то бывшее мальчиком. Оно осовело мотало головой и неловко после мучительной трансформации двигалось. — Убираемся отсюда, — хрипло произнёс Драко, схватив Гарри за рукав. Помедлив ещё секунду, он рванул его обратно в сторону деревни, сердито шепча: — Надо рассказать Ордену… Это не просто оборотни… Бег был отчаянным. Каждый шаг отдавался эхом в голове. Они продирались сквозь лесную чащу, вязнув в снегу и слыша за спиной вой, рычание и тяжелые шаги. Гарри понимал, что следующий бой будет не против оборотней или Пожирателей, а против чего-то абсолютно ужасающе нового. Хуже всего было то, что где-то там под личиной чудовищ, возможно, ещё были дети. Твари неумолимо приближались, и Поттер почти слышал, как под их тяжёлыми шагами трещат ветви и скрипит снег. Его разум метался между паникой и злостью, адреналин бурлил в крови. Чудовища двигались позади них, их движения были сначала неуверенными, неуклюжими. Они путались в своих удлинённых, неестественно крупных конечностях, словно они ещё не освоились в новых телах. Гарри увидел, как одна из тварей, едва удержав равновесие, прыгнула вперёд, почти настигнув их. Реакция была мгновенной — заклинание, выпущенное наугад через плечо, ударило монстра в грудь, задержав его на несколько драгоценных секунд. Позади раздался вой, пробирающий до костей, словно вся лесная чаща ожила в ответ на крик одного из изменённых детей. Ужас сковывал, но страх за собственные жизни заставлял двигаться дальше. Снег хрустел под ногами, оставляя за собой цепочку следов, каждый шаг давался всё тяжелее, ноги передвигались всё медленнее, а морозный воздух разрывал разгорячённые лёгкие. — Левее! — задыхаясь, выкрикнул Драко, сворачивая в сторону, чтобы сбить их преследователей с пути. Манёвр не удался — чудовища резко повернули за ними, взметнув лавину снега. Краем глаза Гарри увидел, как одна из тварей поравнялась с ними и уже готовилась к прыжку, Драко наставил палочку, на бегу пытаясь прицелиться, красный луч оглушающего вылетел и ударил чудовище в грудь, но то лишь пошатнулось, на секунду замедлившись. — Магия… не действует… — еле дыша, резюмировал Поттер. Малфой, скрипнув зубами, начал швыряться всеми возможными заклинаниями, пытаясь дать им ещё немного времени, чтобы добраться до Ордена. Когда сквозь спутанные ветви деревьев показалась поляна и свет, льющийся из магических светильников, висевших над головами орденцев, сердце Гарри ушло в пятки. Перед ними стояло два оборотня. Похожие на волков, но гораздо крупнее, с более широкими и удлинёнными пастями, мощными лапами, под тёмной шкурой которых перекатывались бугры мышц. Это конец. Сзади, совсем близко, раздалось рычание и звук ломающихся веток. Оборотни, припав к земле, резко, как пружина, взметнулись в огромном прыжке. И Гарри почувствовал толчок, а затем тяжесть навалившегося на него сверху тела. Он повернул голову и увидел Драко, который буквально своей спиной прикрыл его и с силой зажмурившись, словно ждал, когда когти чудовищ начнут разрывать его. Сверху раздавались звуки грызни и рычания, но больше ничего не происходило. Гарри столкнул с себя Малфоя и увидел, что стая оборотней сошлась в бое с неизвестными магам чудовищами. Поднявшись, они вышли на поляну и сразу бросились в центр, где возле домов из грубого сруба столпился Орден. Примерно пол сотни, преимущественно совсем юных волшебников, ещё не окончивших школу. Гарри почувствовал охватившее его отчаянье. Что они могли противопоставить этим тварям, на которых магия почти не действует? Но отступать было некуда, они не могли бросить стаю Уолберка — дружественно настроенные оборотни нужны были Ордену, тем более сейчас, когда они узнали про то, каких чудовищ создает Волан-де-Морт. Они с Драко наскоро поведали всем об увиденном в лесу и о том, что заклинания не действуют в полной мере на этих существ. — Можно использовать Бомбарду, взрывая землю рядом с ними, это замедлит, оттолкнёт. Можно попробовать непростительные, кто умеет… Авада не убьет, но, возможно, ранит. Оглушающие и Петрификус Тоталус замедляют. Деффиндо — бесполезно, — Драко громко, перекрикивая гул голосов, перечислял те заклинания, которые успел испытать на тварях. — Я схожу за подкреплением, — рядом из ниоткуда возник Долиш, с беспокойством оглядываясь на край поляны, где в схватке сошлись две стаи. Аврор на секунду замер, а затем удивлённо округлил глаза. — Кто наложил антитрансгрессионые чары? Малфой выругался сквозь зубы и, прикрыв глаза, сквозь ресницы осмотрел поляну. Затем оглянувшись на стоявших неподалеку Нотта и Забини, подошёл к ним. Через минуту Тео и Блейз уже летели над лесом, ища место, где заканчиваются антитрансгрессионые чары. Тем временем, Чжоу Чанг подала всем идею, трансфигурировав из палки длинную слегка выгнутую наружу катану. Драко вооружился обоюдоострым длинным кинжалом, у Невилла в руках поблескивал в лунном свете короткий меч, а Уизли держали в руках изогнутые ятаганы. Гарри пытался сосредоточиться, но его мысли путались. Он одновременно переживал за всех здесь находящихся и в то же время ощущал решимость пожертвовать всеми, лишь бы жил Драко. Краем глаза он постоянно наблюдал за светлой копной волос, Малфой сейчас помогал трансфигурировать оружие. Джинни с беспощадной решимостью метнула заклинание Протего на сражающихся оборотней, прикрывая их от внезапных атак. В то же время Парвати и Лаванда, плечом к плечу, оберегали незащищённые фланги группы, отгоняя врагов непрерывным потоком Бомбарды. Оборотни, окружившие стаю на окраине поляны, оборонялись с внезапной жестокостью, но чудовища, ранее невиданные в волшебном мире, оказались необычайно стойкими. То и дело слышались жалобный скулёж и рыки боли. Волшебники помогали чем могли, но близко не подходили, стараясь держать дистанцию от тварей, на которых не действовала магия. Практически никто из Ордена не владел навыками боя холодным оружием. Исключением стала только Чжоу, Гарри и не знал, что она мастерски владела тонким клинком. Катана в руках Чжоу блестела в лунном свете, и каждый её взмах сопровождался лёгким свистом воздуха. Оружие, словно продолжение тела, слаженно двигалось в руках, разрезая воздух и оставляя едва заметные следы на шкуре тварей. И хотя магия практически не имела эффекта, сталь вполне могла оказать на них воздействие. Чанг грациозно развернувшись, отчего её волосы словно воронье крыло взметнулись над спиной, и одним точным движением погрузила клинок в оскаленную пасть напавшей на неё твари. Гарри Бомбардой Максима отбросил от Джорджа и Фреда сразу троих бросившихся на них чудовищ. Один из них весьма удачно влетел в дерево и сук пробил его сердце насквозь. На нём и повисла истекающая кровью тварь. — Браво! — прокричал Драко, пробегая мимо Гарри. В его руках были два тонких трехгранных стилета, а волшебная палочка покоилась в кобуре на правом бедре. Драко с холодным оружием управлялся пускай и не так ловко, как Чжоу, но тем не менее природная подвижность, гибкость, и ловкость благодаря квиддичу ему помогали. Он ловко уходил он размашистых ударов когтистых лап, успевая при этом ранить тварь. Обе руки работали с удивительной точностью. Но шкура была толстая, а порезы моментально затягивались. Гарри с удивлением наблюдал за этим поединком, гадая про себя о том, где Малфой научился так общаться с этими тонкими кинжалами. Он по полукругу обходил сражающихся, пытаясь встать так, чтобы заклинание не затронуло Драко, попутно выставляя щит, который разбивался от каждого удара, но всё-таки защищал. Малфой, в очередной раз уходя в сторону от атаки, резко выпрямившись, всадил сразу оба стилета по самую крестовину в глаза чудовищу. С отвратительным чавкающим хрустом провернув их в глазницах, он ногой оттолкнул от себя оседающего в снег монстра. Нотт и Блейз стремительно спустились к поляне, где царила хаос и паника. Они кричали, указывая в сторону реки: чар, мешающих трансгрессии, там не было. Однако ситуация на поляне стала критической. Оборотни, которые ещё недавно сражались бок о бок с волшебниками, один за другим падали под натиском неведомых созданий. Некоторые из выживших отступали в лес, не в силах вынести ужас происходящего, и Гарри не мог их винить — даже самые храбрые в их рядах начинали дрожать от страха. Долиш быстро и жестоко отдал приказ на отступление к реке. Гарри, Драко, Рон и Джинни координировали действия, удерживая строй, несмотря на хаотичные нападения. Те, у кого были мётлы взлетели над поляной, пытаясь с воздуха прикрыть бегство Ордена. Внизу, среди деревьев, началась настоящая бойня. Чудовища, не ведая страха и усталости, нападали на ослабленных волшебников, разрывая их конечности, высекая кровавые брызги на белоснежный снег. Повсюду виднелись следы борьбы — кровь, алая и чёрная, окрашивала землю. Это было жестокое зрелище. Волшебники отчаянно пытались выжить. Столпы снега, взлетающие от взрывов Бомбарды, не могли скрыть ужас происходящего. Джинни, из последних сил поддерживая Протего над оборотнями, истекала потом и кровью. Гарри снизился, пролетая мимо неё, окликнул и протянул руку, подхватывая девушку к себе на метлу. Поттер с Джинни летели максимально низко к деревьям, стараясь помогать отступать тем, кто бежал через лес. Ужас происходящего сковывал его. А ещё Гарри не мог найти светлую копну волос во всём этом хаосе. Не внизу, не в небе, его нигде нельзя было увидеть. — Гарри, я не вижу Рона! — прокричала Джинни, с беспокойством оглядывая землю, а затем небо. — Проклятье! — Гарри развернул метлу, надеясь заметить и рыжего друга и блондина, но увидел совсем не то, что ожидал. Прямо на них, клином, летела дюжина Пожирателей. Они посылали заклинания, сбивая орденцев с мётел. — Гарри, лети вперёд! — крикнула Джинни, закрывая их Протего. Только живи! Пожалуйста, будь жив! Поттер развернулся и попытался развить максимальную скорость на старенькой «Комете». Река, поблескивая в лунном свете, уже виднелась. В ушах звенело от грохота заклинаний, разрывающихся вокруг них. Джинни, сидя позади, героически продолжала удерживать Протего, защищая их от заклинаний Пожирателей. Поттер видел, как одинокие лучи отступающих атак пересекаются с тёмными вспышками летящих заклятий. Одна из вспышек пронеслась так близко, что он почувствовал, как её жар коснулся его щеки. Щит, померкнув исчез, из носа девушки пошла кровь, ее силы были на пределе. В этот момент Гарри почувствовал резкую боль в руке ниже плеча. Он посмотрел на свою руку и увидел, как кровь медленно сочится сквозь разорванную ткань рукава. Сжав зубы, Поттер направил метлу вверх, уходя из-под атаки. То, что творилось внизу было гораздо страшнее, Гарри видел тела своих соратников — окровавленные, лишённые конечностей, кто-то ещё был жив и взывал о помощи. Твари вгрызались в них, раздирая зубами и когтями. Страшная мысль пронеслась в голове о том, что Драко и Рон сейчас тоже, возможно, где-то там умирают, или уже… Гарри из последних сил посылал оглушающие заклинания в Пожирателей и пытался помогать тем, кто находился в лесу, замедляя продвижение монстров и накрывая щитом союзников. Ночной морозный воздух больше не пах древесиной и хвоей, в воздухе витал страшный металлический запах крови. Какофония ужасных звуков раздавалась отовсюду: вой, рычание, грызня, крики, взрывы. Пожиратели добивали тех, кто смог выбраться из леса. Гарри видел, как небольшая группа, прихватив с собой несколько раненых, трансгрессировала возле реки. Но среди них не было ни Драко, ни Рона. Поттер опустил метлу на другом от леса берегу реки, надеясь, что твари не смогут пройти по хрупкому льду. — Трансгрессируй, — коротко и резко сказал он Джинни тоном, не терпящим возражений. — А ты? — прошептала она, всматриваясь в темноту за рекой. — Поищу Рона, — сглатывая комок в горле, ответил Гарри. — И посмотрю, может, кому-то нужна помощь… может, ещё кто-то смог… — Я помогу! — девушка упрямо скрестила руки на груди, а затем с надеждой добавила: — Может, он уже на базе? — Я сказал, убирайся от сюда! — прорычал Гарри, у него не было ни времени, ни желания спорить с ней. Джинни, надув губы, трансгрессировала, пообещав вернуться, если окажется, что Рон уже вернулся в Нотт мэнор. Гарри был уверен в том, что Драко и Рон остались где-то в лесу, яркую огненно-рыжую макушку и отливающие серебром в свете луны волосы нельзя было выпустить из внимания. Он сел на метлу и взмыл в воздух, стараясь держаться ближе к земле, вглядываясь в тела распростёртые на снегу. Сердце гулко отбивало тяжелый ритм, а внутри было оцепенение. Сейчас он среди трупов искал своего любимого и друга, которые вероятно уже были мертвы. Он заставлял не думать себя об этом, но мысли снова и снова возвращались к ужасным образам, вспыхивающим в голове. Многие тела были окровавлены и обезображены, перевернуты лицом в снег и залиты кровью. Гарри, убедившись, что рядом нет ни тварей, ни Пожирателей, опустился на землю и, достав мантию невидимости из рюкзака, накинул её на себя. Он с замиранием сердца и ледяной пустотой внутри переходил от тела к телу, вытирая с лиц кровь, переворачивая их, и вглядывался, надеясь не увидеть того самого, которым он ещё с утра любовался. Поттер заметил Лаванду Браун, которую смог опознать только по ленточке, вплетённой в косу, и браслету на запястье, который она носила ещё со школы. Потому что лицо у неё было съедено. Чуть дальше лежало маленькое хрупкое тело без рук и части ноги. Поскальзываясь на лужах застывающей крови, он перевернул и увидел Дена Криви, ему было не больше четырнадцати лет. Смахивая с глаз слёзы, он двигался дальше, пытаясь не пропустить ни одного погибшего. А затем он услышал слабый хрип и, оглянувшись на звук, почувствовал, что умер. По коже Гарри пробежал холодный ток, он не мог сказать, было ли это предчувствием или просто остатками разума, который отказывался принять ужасный конец. Ледяное опустошение в его груди отдавало в каждом шаге, каждое движение становилось тяжелым и невыносимым. Светлые волосы, измазанное в крови лицо и только пол тела. Но он был ещё жив. Гарри подошёл, обессиленно рухнув на колени, он протёр лицо от крови, ожидая увидеть серые глаза и тонкие скулы, шрамы, пересекающие переносицу и бровь. Но увидел другое лицо. Гавейн Робардс, он был ещё жив, хрипя от невыносимой боли, сжимая и разжимая пальцы на руках. — Добей… — еле дыша, прохрипел он, указывая подбородком на лежавший рядом кинжал. — Прошу… облегчи… Гарри, ничего не чувствуя, взял нож и, установив его остриём вниз напротив сердца, резко, со всей силой надавил на рукоятку, погружая его в ещё живого человека. Он понимал, что всё равно ничем не смог бы ему помочь — любая попытка транспортировать, окончилась бы болезненной смертью. Сколько он просидел в снегу, не в силах заставить себя встать и пойти дальше? Ноги затекли и сначала промокли из-за растаявшего под ним снега и крови, а затем замёрзли до полной потери чувствительности. Краем глаза он заметил движение, кто-то в чёрном направлялся к нему уверенной походкой, Гарри не мог разглядеть лица из-за застилавших глаза слёз. И только когда неясная фигура протянула руку и сдёрнула с его головы капюшон мантии невидимости, Поттер увидел серые, словно зимнее небо глаза. — Гарри, вставай, надо убираться, — Драко мягко, но настойчиво потянул его за руку, заставляя встать и пойти. — Ты жив… — Поттер неверяще уставился на него, а затем порывисто обнял. Сердце, разрывающееся на тысячи осколков, вдруг внезапно собрало эти осколки в единое целое. Поток эмоций, который захлестнул его, был, как штормовое море, неожиданно успокоившееся благодаря присутствию одного-единственного человека. Гарри чувствовал, как напряжение, сковывавшее его всё это время, постепенно отступает, оставляя место горячему, почти болезненному чувству облегчения. Его объятие было крепким и отчаянным, словно он боялся снова потерять Драко. Это было своего рода утверждение реальности — Драко был тут, живой и невредимый, и, что более важно, он был с ним. Гарри закрыл глаза и вдохнул знакомый запах, как будто хотел впитать каждую деталь этого момента. — Я же обещал, — Драко стиснул его в руках, одновременно пытаясь посмотреть в глаза Гарри, чтобы убедиться в том, что всё в порядке. Он, мимоходом заметив рану на его руке, забрал боль себе, но даже не почувствовал её, ощущая лишь облегчение от осознания, что Поттер жив. — Рон, надо найти Рона, — прошептал Гарри. Драко вздрогнул и передёрнул плечами от воспоминаний о том, что случилось с рыжим. Но ничего не сказал, решив, что это может подождать. Всё равно он ничего уже не сможет изменить — Уизли на базе. — Жив? — Жив, — мрачно ответил Драко. *** Всё случившееся для Драко стало шоком. Сначала Эрик, превратившийся в хрен пойми что, неизвестное магическому миру. Ещё и магия на них не действует, что вообще стало крайне неприятным открытием. Всё это было грёбаной ловушкой, начиная с его сна и заканчивая антитрансгрессиоными чарами, наложенными Пожирателями. Проводив взглядом Гарри, который подхватил на метлу девчонку Уизли, Малфой кинулся прикрывать отступление. Отбрасывая Бомбардой тварей, он продвигался вглубь леса, Блейз и Нотт, сидевшие на одной метле, прикрывали его сверху, а по бокам находились близнецы Уизли. Отступали как члены Ордена, так и небольшая группа выживших оборотней. Малфой отдал должное Чанг, несмотря на свою неприязнь, отметив про себя её уровень владения катаной. Сам же Драко, хоть и учился у «любимой тетушки» техникам владения кинжалам и время от времени тренировался, сбрасывая пар с Дейвисом на стилетах, но ему всё равно было далеко до такого мастерства, коим блистала азиатка. Тварей можно было убить только попав в голову, от остальных ранений они быстро регенерировали. Использовать Аваду было нецелесообразно, сильное непростительное проклятье отнимало много сил, а вот степень поражения была незначительная — небольшая рана и подпаленная шерсть. Единственным выходом оставалось холодное оружие, которым практически никто не владел. Но надо отдать должное рыжим близнецам, которые, несмотря на отсутствие должных навыков, вполне сносно рубили ятаганами. Они действовали синхронно, прикрывая друг друга и не давая чудовищам подобраться слишком близко. Сказывалась их физическая сила, с которой они перерубали одним движением конечности, которые, впрочем, снова отрастали, но не так быстро, что давало время продвигаться вперёд. Твари окружали их по флангам, стремясь взять Орден в кольцо. Увидев это, Снейп, два оборотня и Блэк в анимагической форме бросились на правый фланг, левый прикрывали Долиш и Робардс. Драко уже видел, как сквозь ветви деревьев в предрассветной мгле подплёскивает лёд реки. И когда, казалось бы, до спасения оставалось совсем немного, одна из тварей, вырвавшись вперёд в длинном прыжке, настигла его и повалив на землю попыталась вгрызться в голову. Малфоя чуть не вырвало, чувствуя смрадное дыхание из пасти. Он попытался столкнуть чудовище с себя, одновременно рукой добираясь до пояса, на котором висел стилет. Сжав рукоять, он резким движением вогнал в затылок монстру тонкий нож. Позволив себе несколько секунд отдышаться, Драко сбросил его с себя. К тому времени, когда он вышел из леса, возле реки кипела битва — твари и Пожиратели с неба теснили Орден от места, где заканчивались антитрансгрессионые чары. Драко увидел, как одно из чудовищ набросилось на Браун и, повалив ее, в снег вцепилось ей в лицо. Кровь алыми брызгами расплескалась по снегу, и всё, что Малфой смог сделать, — это отбросить урода от уже мёртвой девушки. Нотт с Блейзом и ещё несколько орденцев вели неравный бой с Пожирателями в небе. Драко, нервничая всё сильнее, время от времени ментально тянулся к своему ядру, чувствуя, что Поттер был не так уж и далеко, но он был ранен. Малфою не хватало концентрации, чтобы перетянуть на себя его боль, и оставалось надеяться на то, что Гарри ранен несильно. Он заклинанием отбросил тварь от тощей фигуры одного из братьев Криви, не пойми откуда взявшемуся на поле боя, пареньку было не больше четырнадцати лет. Но стоило Драко отвлечься на Пожирателя в небе, как другая тварь кинулась на парня, чуть ли не в прыжке перегрызая ему руку. Криви закричал, упав на землю. Малфой послал оглушающее в Пожирателя и кинулся на помощь парню, но тот уже был мёртв. Снейп, оборотень и пёс загнали чудовище на границу чар, и в этот момент Люпин (а в том, что это был он Драко даже не сомневался, ощущая знакомую в оборотне магию) кинулся на тварь, буквально отгрызая ей голову. После чего Блэк принял свой облик, и они со Снейпом и оборотнем трансгрессировали, подхватив с собой труп чудовища. Что ж, умно. Ордену нужно изучить, с чем им сейчас придётся иметь дело. Нотт и Блейз так же трансгрессировали, как и близнецы вместе с Чарли. Драко Диффиндо разрубил метлу одного из Пожирателей и вовремя успел оглянутся назад, чтобы всадить стилет в глаз приблизившейся твари. — Малфой, трансгрессируй! — проорал ему Долиш, сражаясь спиной к спине с Робардсом. Драко лишь усмехнулся, понимая почему на поле остались только авроры, Кингсли жаждал узнать, что скрывалось в голове Яксли, но он не мог уйти, не дождавшись Гарри, он был где-то в небе, не так далеко. Драко уже хотел взять лежавшую неподалёку метлу и найти его, как сначала услышал из леса протяжный крик боли, а затем увидел рыжую макушку. Когда он бросился очертя голову наперерез тварям в лес, в его голове билась только одна мысль: как он посмотрит в глаза Поттеру, если не попытается сейчас спасти его друга. Уизли, лёжа в снегу, из последних сил Бомбардой отбрасывал от себя чудовище. Малфой встал на пути твари и уже ставшим привычным движением всадил ему в глаз стилет. Рон Уизли, теряя сознание, выпустил палочку из рук. Драко, выругавшись сквозь зубы, резким движением снял с брюк ремень и, присев возле него, наложил жгут выше колена, потому что дальше ноги не было. Из разорванной подколенной артерии кровь била фонтаном. Малфой затянул ремень туже, дожидаясь остановки кровотечения. — Вулнера санентур, — Драко сделал попытку применить заживляющее заклинание, хорошо помогающее даже при глубоких порезах, но совершенно бесполезное при разорванной в хлам артерии. Помимо отгрызенной ноги, бок и торс Уизли были разорваны когтями, и на этих ранах заклинание также не срабатывало. Удивительно было, как этот крепкий сукин сын умудрился с такими ранами продержаться до прихода Драко. Подхватив Уизли подмышки, Драко быстрее двинулся в сторону границы чар. Две твари, склонившиеся неподалёку, вгрызались в плоть невезучего волшебника, они были настолько увлечены, что даже не обратили на него никакого внимания. Трансгрессировав на базу, Малфой передал Уизли Слизнорту и, окинув взглядом безрадостную картину возле забора особняка, уже собирался вернутся обратно, но его перехватил Тео. — Ты куда собрался? — Нотт схватил Драко за плечо и окинул обеспокоенным взглядом на наличие ран. — Поттер ещё не вернулся, — коротко ответил Малфой, скидывая с себя руку друга. — Плевать! Ты подохнешь там один! — Теодор снова схватил его за запястье, не позволяя трансгрессировать одному. — Тео, лучше отойди! — угрожающе прошипел Драко, направляя на него палочку. — Там больше не осталось живых! — с этими словами перед особняком с лёгким хлопком трансгрессировала небольшая группа орденцев, состоящая из Долгопупса, Лавгуд, Финнигана и Дина Томаса. Драко с затаённой надеждой пробежался по их уставшим лицам, но Гарри среди них не было. — Кретин, — Нотт с тревожным взглядом всё-таки отпустил его руку и отступил в сторону. — Он бы не вернулся ради тебя. Малфой, не обращая на него внимания, трансгрессировал.

***

Красное солнце поднималось из-за горизонта, заливая окрестности светом. Оно освещало поле, покрытое снегом, на котором остались следы недавней битвы. Кровь, смешанная с белоснежным покровом, создавала жуткий контраст, заставляя каждую тень словно вспоминать крики и стоны. В воздухе висел тяжелый запах крови и магии. Свет, пробивающийся сквозь облака, словно пытался стереть ужасы ночи, но лишь подчёркивал их. Драко смог выдохнуть, только когда трансгрессировал их с Гарри на базу. Под взглядами орденцев он с сожалением убрал руку с плеча Поттера. Весь снег перед забором был алого цвета. Трупы тех, кому не удалось помочь, лежали в стороне, а на носилках, стеная — те, кого ещё можно было спасти. Две девушки-интерны руководили лечением, то и дело ругаясь сквозь зубы на нехватку зелий. Макгонагалл и Слизнорт останавливали кровь. Паркинсон, точно следуя указанием, магловским способом пыталась сшивать раны. Остальные, кто не учувствовал в битве, бегали туда-сюда, подносили воду и бинты, левитировали носилки с ранеными в мэнор и просто толпились, обсуждая произошедшее. Гарри рухнул на колени возле Колина Криви, лежавшего чуть в стороне. Ему даже не пытались помочь, и Малфой понимал почему. Из распоротого живота выпали органы, залечить такую рану без профессиональной работы целителя или зелий, коих сейчас катастрофически не хватало, было невозможно. Поттер трясущимися руками стягивал края раны, причиняя лишнюю боль парню. — Гарри, ему не помочь, — мягко сказал Драко, присаживаясь на корточки рядом. — Я виноват… Это всё моя вина! — его голос дрожал, а из глаз шли слёзы, очерчивая тонкие полосы на запёкшейся на щеках крови. — Нет. Ты ни в чём не виноват, — Малфою до безумия хотелось обнять сейчас Гарри, прижать к себе, вытереть его слёзы, успокоить поцелуем… Его колотило, голос срывался, а дыхание было тяжелым и прерывистым. Но больше всего Драко не нравился его взгляд. Зелёные глаза поблескивали искорками подступающей паники, они лихорадочно блуждали, будто искали спасение в обрывках зимнего пейзажа. Он смотрел на трупы, на неподвижные тела, как будто каждый из них был его личным поражением. Дыхание становилось всё более прерывистым. Малфой видел, как губы Гарри дрожат, как в глазах вспыхивает отчаяние и страх. Драко помог подняться ему на ноги и, не в силах оторвать взгляд от любимого, сделал шаг ближе, встав вплотную, и крепко обнял его, стараясь игнорировать чужие взгляды. Он не позволял себе думать о том, что говорят орденцы, его мир состоял только из Гарри, который нуждался в поддержке. — Просто дыши, — прошептал он, касаясь лба Гарри своим, — я здесь. Ты не один. — Это просто дети… они дети… они не должны были умереть, — горячо шептал он, судорожно стискивая руку Малфоя. — Гарри, у тебя паника. Сосредоточься на дыхании. Просто дыши и считай. — Не могу… — прохрипел Поттер. Ноги подкосились, и он чуть не упал, но Драко подхватил его. — Милый… — Драко развернул его спиной к людям, которые уже во все глаза смотрели на них. — Они не должны видеть тебя в таком состоянии. — Я ничего не могу… я не могу никого спасти. Все вокруг меня умирают… Я во всём виноват, — Гарри сглотнул, но не смог приостановить слёзы, которые накрывали его, как волна. — Милый, послушай меня, — тихо сказал Драко, стараясь удержать его взгляд, — ты сделал всё, что мог. Иногда, несмотря на наши усилия, мы не в силах всего предотвратить. Это не твоя вина. Он чувствовал, как Гарри сжимает его руку с такой силой, будто это единственное, что держит его на плаву. Драко ощущал, как пульс Поттера учащается, дыхание становится всё более прерывистым. Всё вокруг словно затихло, и только они двое существовали в этом заполненном ужасом и виной мире. Малфой сглотнул, понимая, что каждая попытка успокоить Гарри лишь усугубляет ситуацию. В этот момент он понял, что слова не помогут. Драко наклонился ближе, ощущая тепло дыхания Гарри, и, не раздумывая, поцеловал его. Это был решительный, страстный поцелуй, который должен был снять напряжение и дать веру во что-то лучшее. Гарри замер на мгновение, его тело расслабилось под натиском нежности. Воспоминания о страхе и боли на секунду отошли на второй план, уступая место искрам надежды, которые вспыхнули в его глазах. Драко не отпускал его, и в этом поцелуе они вместе обрели поддержку. Стараясь абстрагироваться от шокированных лиц, Малфой мягко, но уверенно, приобняв немного успокоившегося Гарри за плечи, повёл его в сторону мэнора. И только оказавшись в комнате, надёжно заперев двери и наложив Оглохни, Драко сам тяжело рухнул на пол, увлекая за собой Гарри. Он трясущимися руками прижал Поттера к себе и тихо прошептал: — Всё… Теперь можно. Теперь отпусти себя. Гарри, всхлипывая, прижался к Драко, его плечи тряслись от рыданий, а руки судорожно хватались за перепачканную в крови рубашку Малфоя. В этот момент все страхи, вся вина, все невыносимые воспоминания о потерянных жизнях слились в одно безумное море эмоций, которое затопило его. Драко, чувствуя боль своего любимого, крепче обнял его, словно желая защитить от всех ужасов окружающего мира. Внутри него тоже бушевал шторм, закрывая глаза, он пытался забыть о кровавых следах на снегу и криках умирающих. Но в темноте на него, не мигая, смотрели красные глаза тварей, он слышал их рычание, звук раздираемой плоти и перемалываемых костей в их пастях. К его уже привычному списку кошмаров добавился ещё один. Нескоро они смогут забыть эту ночь. Но Гарри сейчас нуждался в нём, в его поддержке. Драко впервые видел Поттера в настолько уязвимом состоянии. Даже в подземелье Малфой мэнора он не был так потерян. — Мы справимся, — шептал он, хотя сам не верил в эти слова, — мы вместе. Ты не один, Милый.