Альтернативные

      — Что значит «что я делал у Чимина»? — с непониманием спросил Чонгук, напряжённо сведя брови к переносице. — У тебя тоже случилась потеря памяти, Хосок? Мы собирались поужинать. И я об этом предупреждал.       Завтрак прошёл спокойно, без странных вопросов, но Юнги уехал на работу, а Хосок, взбодрившись от прохладного душа и второй чашки кофе, вспомнил о своих вчерашних намерениях.       — Я помню, зачем ты к нему ездил, — мягко сказал он. — Но… скажем так, кое-что случилось. И я хочу услышать твой ответ. Можешь не вдаваться в подробности, особенно ваших с ним жарких поцелуев. Меня скорее интересует, открывал ли ты окна, например…       По этому уточнению было легко догадаться, к чему он ведёт, но Чонгук даже не пытался.       — Ты в чём-то меня обвиняешь? Это всё… из-за того ужина? Ты злишься на меня и хочешь уличить в каком-то злодеянии? Хосок, я очень виноват перед тобой и Юнги. Я признаю свою ошибку. Но не знаю, как это исправить! Не пойду же я на поклон к твоему отцу со словами, что мне тоже нравятся парни и в этом нет ничего извращённого? Мне жаль, что так вышло. Но что случилось вчера?       Старший Чон слегка стушевался, не ожидая извинений. И признаваясь самому себе: да, он злился. Он словно искал повод, чтобы выместить эту злость. Пусть не в громких криках и обвинениях, так в поисках новых ошибок Чонгука. Кто же знал, может, тот сам не заметил, что выпустил кошку в открытую дверь или окно? Или заметил, но боялся в этом признаться?       — Я не хочу тебя расстраивать, ведь… всё может обойтись, — вздохнул Хосок, сцепив пальцы в замок и чуть наклонившись вперёд. — Но я хочу услышать, что ты делал у Чимина. Просто расскажи мне.       — Ладно. — Чонгук дёрнул плечами и перечислил: — Приехал, нашёл всё необходимое, изучил рецепт, разобрался с духовкой… Положил Кляксе еды, думал, что она выйдет ко мне, замариновал рыбу. А потом вспомнил, что хотел купить цветы. И съездил за ними. В этом городе не так-то просто найти свежие фрезии! Заодно купил свечи. А когда вернулся, запёк рыбу и приготовил гарнир. К приходу Чимина накрыл стол. И да, окна я не открывал, у него есть вытяжка.       — Точно? — Хосок вгляделся в него — чуть растерянного, но, кажется, не утаившего страшной правды. — Вкусно получилось?       — Да, — Чонгук почти улыбнулся. — Чимину очень понравилось. Могу поделиться рецептом. Он простой, но там всё дело в маринаде…       — Спасибо, — выдохнул Хосок, чувствуя себя крайне неловко. Что с ним такое? Как он мог подумать так плохо о человеке, которого принял как брата? — И я не знаю, что случилось, но… Клякса пропала. Чимин искал её весь вечер. Наверное, она случайно выбежала в какой-то момент…       — Я её не видел, — Чонгук снова хмурился. — Думал, что она просто где-то спряталась и не хочет меня признавать. Вот ведь чёрт! Хосок, ты думал, что я…       — Нет, нет, — перебил тот, замотав головой. — Я пытаюсь разобраться. Знаешь, я всегда знал, что хочу стать танцором, но мой любимый жанр — детективы. И если бы не вышло с танцами, я точно пошёл бы в полицейские.       Его улыбка была осторожной и немного натянутой, но она всё же была.       — А тебе бы пошло, — легко ответил Чонгук, но ненадолго задумался. — Она же могла уйти в зеркало? Я не понимаю, как это работает, но у Чимина же есть ещё зеркала. В ванной, в прихожей. Вдруг она отправилась в тот мир, где я жил раньше?       — Но зачем, если ты здесь? — спросил Хосок, понимая, что эту вероятность нельзя исключать.       — Не знаю… Что там у этих кошек на уме? Может, она хочет связать меня с друзьями, которые не знают, что со мной случилось. И скоро мы их увидим. Как рассказывал Чимин, именно так она связала нас.       Хосок покивал, и тут соглашаясь. Это всё звучало весьма правдоподобно.       — Я надеюсь, что она вернётся. Или найдётся где-то у соседей, — признался он. — Иначе Чимин… Мало ему переживаний! Теперь ещё и это…       — Надо ему позвонить, — решил Чонгук. — Или не будить пока?       — С ним остался Тэхён, думаю, они ещё спят. Мы поздновато легли. — Хосок поднялся с дивана и благодарно сжал плечо Чонгука. — Прости за эти вопросы, малыш. Но я тоже распереживался.       — Это ты меня прости, — попросил тот, глядя на него снизу вверх чистыми глазами. — Я расстроил тебя. Но надеюсь, что всё наладится. И с твоим отцом, и с Кляксой.       

***

      — Все готовы? — уточнил Юнги. Хосок уже сидел рядом на пассажирском сиденье, остальные были в трейлере. — Выдвигаемся.       Сокджин почти тут же весьма компактно для такого высокого плечистого парня устроился на плече Тэхёна. Пятница была сложным днём, и к вечеру он был совсем без сил и хотел немного подремать по дороге. С другой стороны от Тэхёна сидел Чимин, нервно барабанящий пальцами по своему колену. Он всё ещё считал, что ему стоило бы остаться дома: вдруг кто-то позвонит по поводу Кляксы, но друг настоял на поездке, причитая, что Чимину нужно отвлечься. Стыдно было даже взгляд на Чонгука поднимать, не то что отвлекаться.       Трейлер они арендовали отличный. Современный, вместительный, с двумя большими кроватями, мини-кухней, вмещающей в себя всё необходимое для приготовления еды, удобными диванами в обеденной зоне… Настоящий дом на колёсах, пусть и стоил он прилично, но за комфорт не грех и заплатить. Чего в нём не было, так это душевой, что в целом не являлось проблемой, ведь они поехали на то же самое озеро, на котором отдыхали в прошлый раз, а там была приличная душевая буквально в пяти минутах ходьбы от площадки для кемпинга.       Тэхён невольно улыбался всю дорогу, вспоминая, что там, куда они направлялись, у них с Сокджином всё и началось. И просто мечтал снова оказаться с ним в одной лодке. Может, в этот раз удача будет к нему благосклоннее и он всё-таки сможет что-то поймать? А даже если нет — не беда. Главное, чтобы Сокджин был рядом. С ним они точно голодными не останутся.       Чонгук сидел рядом с Чимином, с интересом посматривая в окно, но и Чимину тоже доставались взгляды — внимательные, слегка обеспокоенные. Он не торопился уточнять, что в курсе пропажи Кляксы, не поднимал эту тему.       Сокджин задремал на плече Тэхёна, а тот достал наушники. Включил музыку и тоже прикрыл глаза. Пальцы Чонгука коснулись руки Чимина под столом.       — Хочешь, можешь тоже подремать, — предложил он, кивнув на своё плечо.       Тот благодарно кивнул и прильнул к нему. Обнял за талию и осторожно спросил:       — Ты уже знаешь, да? Хоби сказал тебе про Кляксу?       — Сказал, — тихо подтвердил Чонгук и вздохнул. — Не хочу думать о том, что она сейчас где-то на улице, совсем одна, испуганная, голодная… Успокаиваю себя мыслью о зеркале. Вдруг она свяжет меня с тем миром?       — Это было бы лучше всего, — признал Чимин, не особо рассчитывая на такую вероятность. — Я повесил объявления по всему району и весь день ходил её звал…       — Она не могла выскочить незамеченной, Чимин, — уверил Чонгук, поглаживая его руку. — Давай надеяться на лучшее?       Чимин надеялся, но эта надежда не успокаивала и не позволяла расслабиться. Она горела крохотным огоньком внутри, пока вокруг бушевали волны беспокойства и тревоги. Но рядом были друзья, он позволил уговорить себя на эту поездку и сейчас постарался улыбнуться, чтобы не портить никому настроение.       Ужин начался, несмотря на прохладную погоду, на свежем воздухе. Разведённый костёр и тёплые куртки хорошо защищали от холода, небо было высоким и звёздным, и Чимин всё же немного повеселел, грея руки о чашку с пуншем.       — Сокджин, — позвал он, удобно устроившись под боком у Чонгука, — это была твоя идея, да? Ты любишь рыбачить?       Это были первые его слова, обращённые к Сокджину, после приветствия, когда они садились в машину. Их состоявшийся разговор и общее беспокойство за Тэхёна в ночь аварии изрядно сгладили острые углы, но о чём с Сокджином разговаривать, Чимин не знал. Однако был готов приложить усилия, чтобы наладить доброжелательные отношения с парнем своего лучшего друга.       — Очень, — отозвался тот. — С детства люблю. Меня ещё дедушка брал с собой на рыбалку. Помимо того, что я люблю свежую рыбу, это еще и очень медитативное занятие — смотреть на поплавок. И при этом азартное. Целый комплекс совершенно разноплановых ощущений в одном занятии. Но компанией, конечно, выезжать куда веселее, чем одному.       — Я бы, может, тоже любил рыбачить, только мне никогда не везёт, — подхватил Тэхён, подрумянивая на костре зефирку, чтобы потом, конечно, отдать её Сокджину. — И я вообще не понимаю, что я делаю не так. Даже если случается чудо и рыба клюёт, она либо срывается, либо и не рыба вовсе, а какая-то водоросль, — фыркнул он. — Проклятие какое-то!       Хосок медитативно медленно, с лёгким нажимом разминал пальцы Юнги, согревая их и расслабляя после долгого вождения.       — Да ладно, Тэхён, не прибедняйся. Одна крутая рыба на тебя клюнула! — И заразительно хохотнул.       — Сам ты рыба, — тут же отмахнулся Тэхён, вручая Сокджину угощение. — Сокджин — лебедь!       — Лебедь? — с очаровательным смущением переспросил тот и тут же рассмеялся. — Тогда главное, что лебедь клюёт на тебя, а не тебя самого.       — Разве лебеди клюются? — притворно изумился Тэхён. — Они кусаются! Или щипаются…       И легонько ущипнул Сокджина за бедро, совсем не болезненно, скорее игриво.       — А в целом похож, — заявил Чонгук, присмотревшись. — Грациозный, красивый…       — Шея длинная, — подхватил Сокджин. — Прекратите меня обсуждать. Укушу. Каждого. Чимин, а ты рыбачишь?       — В детстве держал удочку в руках, — натянуто улыбнулся тот. — Остаётся надеяться, что Чонгук — заядлый рыбак и моторная память об этом утром в нём проснётся. Потому что вёсел я не держал в руках ни разу.       — Вот этого я вообще не помню, — задумчиво сказал тот. — Чтобы я рыбачил. Но с вёслами разберусь, не переживай. Сколько у нас вообще лодок будет?       — Три, — ответил Хосок, кивком головы указав в сторону небольшой пристани. — Разделимся по парам, да, Юнги? — Он подмигнул своему парню.       — По парам, — блаженно отозвался тот с тихим стоном, возвращаясь в реальность, и отнял ладони, благодарно поцеловав его в висок. — Волшебное ощущение… Как ты это делаешь? Век бы так сидел.       — Я ещё такой же фокус могу с твоими ногами провернуть, если хочешь, — предложил Хосок. — Только в трейлере, а то замёрзнут…       — Ты такой фокус с моими ногами дома проверни, ладно? — с низким смешком попросил Юнги, притянув Хосока ближе, чтобы на ухо объяснить, чем тот закончится.       — Кстати, а как мы там разместимся? На двух кроватях, — уточнил Тэхён. — Палатка, конечно, есть, но в ней точно будет холодно.       — Кровати широкие, ляжем по трое, — предложил Сокджин. — Так даже теплее будет.       — Я вам Юнги не отдам! — хохотнул Хосок. — Потому что без него уже вообще не засыпаю.       Он с трудом сдержал на языке шутку про кота, вовремя вспомнив о пропавшей Кляксе.       — Забирайте к себе Чонгука, — заявил Тэхён и осторожно улыбнулся лучшему другу. — Чимин, ты же не против поспать с нами?       Разделяться с Сокджином он тоже не планировал.       — Чонгук, ты с кем хочешь спать? — уточнил Чимин, переводя взгляд от одной парочки к другой.       — Да мне не принципиально, — ответил тот, отставив кружку. — Там ещё есть диван, если дадите подушку и одеяло, я там могу устроиться.       — Ты разве там выспишься? — удивился Юнги. — Мы вполне разместимся втроём, не переживай.       — Тогда, если Сокджин не против, я посплю с вами, — согласился Чимин. В конце концов, спать рядом с Тэхёном было прекрасно: тот был тёплым, не похрапывал и расслаблял одним своим присутствием.       

***

      Тэхён проснулся раньше остальных. Он не стал будить даже Сокджина, лишь слегка полюбовался его безмятежно красивым лицом, расслабленным и спокойным, а потом поправил одеяло на его плечах, поцеловал поверх ткани, чтобы не потревожить сон, и пошёл вниз. Чонгук спал на диване, компактно устроившись и укрывшись одеялом. Тэхён поставил чайник в надежде, что шум не разбудит парня, и выглянул на улицу.       Вдохнул свежий прохладный воздух, прислушался к тихому шёпоту природы. Вгляделся в таинственный пейзаж: над тёмной гладью озера стелился туман, а низкие облака серыми шапками венчали горные вершины. Деревья, ещё сохраняющие разноцветную листву, казались ещё ярче на фоне серого неба.       Лодки, привязанные к деревянному причалу, слегка поскрипывали, покачиваясь на воде. Вёсла уже лежали наготове, а на дне каждой лодки сверкали лужицы дождевой воды. Тэхён сходил умыться, потом прогулялся до пристани и вернулся. Дождь лишь моросил, не представляя серьёзной угрозы для запланированной рыбалки. Но зайдя в трейлер, Тэхён на всякий случай проверил прогноз погоды и убедился, что они взяли с собой дождевики.       А потом принялся готовить завтрак, стараясь не слишком шуметь.       Потихоньку просыпались и остальные.       — Там дождь? — уточнил Хосок, выглянув в окно, усыпанное мелкими капельками.       — Не очень сильный, терпимо. Через пару часов вообще должен прекратиться, — отозвался Тэхён, сворачивая омлет в очередной рулетик. — Кофе будешь?       — Сейчас только зубы почищу, — благодарно улыбнувшись, Хосок вышел наружу.       Следом встал и Чонгук — он сел, накинув на голову одеяло на манер капюшона, и только забавно мычал в ответ на вопросы Тэхёна, а потом пил поданный кофе, постепенно просыпаясь. В тот момент Тэхён даже подумал, что этот парень милый, когда сонный. Когда не называет Сокджина красивым и не смотрит на него так заинтересованно.       — Давайте почаще куда-нибудь ездить, — попросил Юнги, когда поднялся, умылся и получил свою чашку кофе. — Обожаю, когда меня кормят завтраком. — Но тут же перевёл взгляд на Хосока и уточнил: — Готовить завтрак тебе, сердце моё, я люблю ещё больше.       Сокджин проснулся последним, но резко, словно его разбудили. И ещё какое-то время ходил с недоумённым видом. Но за завтраком постепенно освоился и даже неожиданно спросил, передавая Чимину соус:       — А какие цветы вы все любите? Чимин, какие тебе нравятся?       — Все, но больше — пионы и фрезии, — улыбнулся тот. — Чонгук подарил прелестные фрезии, такие нежные.       — А ты, Чонгук? — Сокджин перевёл взгляд.       — Лилии, — ответил парень, не задумываясь. Задумался он уже после, что было видно по лицу. — Кажется, в моём мире они нравились кому-то… Или кто-то ими пах? Я не помню…       — Люблю лилии, такая потрясающая форма для воплощения в дереве, — Юнги улыбнулся. — Красивые, сильные цветы. Но пахнут так ярко, что предпочитаю смотреть издалека. Тебе повезло, если у тебя не начинается аллергический насморк от них.       — Юнги в твоём мире пахнет розами, — задумчиво напомнил Чимин. — А лилиями?.. Ваш Сокджин? Какой-то другой омега?       Чонгук закивал, соглашаясь.       — Я не помню, но это вполне возможно. Яркий, сильный аромат очень подходит Сокджину. Тебе нравятся лилии, Сокджин? — спросил он, чуть улыбаясь.       — Так, — подал голос Тэхён даже раньше, чем его парень успел ответить. — Чонгук, давай уже проясним, наконец? Это — не тот Сокджин, которого ты знал раньше. Они, конечно, похожи, но это другой человек. И я с ним встречаюсь.       — А что я такого сказал? — изумился Чонгук, приподнимая брови. — Всего лишь поддерживаю беседу.       Сокджин успокаивающе накрыл руку Тэхёна своей.       — Ну что ты, милый? Конечно, мы совсем разные люди. Но Чонгук уже в этом мире, он хочет узнать нас всех лучше. Он задаёт вопросы, проводит аналогии… Мне нравятся ирисы. И камелии, как выяснилось. Мы с Тэхёном посадили камелию. Жду не дождусь весны, чтобы посмотреть на её цветение.       Тэхён прикусил краешек губы, сдерживая рвущиеся с языка слова. Говорить Чонгуку было вообще не обязательно. Взгляд, которым он одаривал Сокджина, Тэхёну ни капли не нравился. В его глазах Тэхён видел не тот интерес, с которым готов был смириться. Или это ему лишь чудилось? Возможно, он не был бы так подозрителен к Чонгуку, если бы не замечал, как каждое его слово отражалось на Чимине. Тэхён всегда всё замечал. Он старался оправдать Чонгука тем, что тот лишился очень важных воспоминаний, он сам находил Сокджина куда более привлекательным, как мужчину, чем Чимина, но с Чимином Тэхён дружил с детства и просто не оценивал его привлекательности с этой точки зрения. А Чонгук — оценивал. Прямо при Чимине. И это раздражало, если не сказать больше.       Он больше ничего не сказал, лишь наградил Чонгука ещё одним предупреждающим взглядом, допил свой кофе одним глотком, а потом поднялся, чтобы убрать со стола.       — Давайте собираться, а то самое удачное время пропустим. — Хосок тоже встал из-за стола, поцеловав Юнги в висок. — Пойду проверю, как там наши удочки.       — Возьми у нас пару грелок, чтоб руки не замёрзли! — подсказал Тэхён, натягивая на себя дождевик.       — Нам точно нужно туда лезть? В лодку, в озеро? — несчастно пробормотал Чимин, уже стоя на берегу рядом с остальными. — Холодно, мокро…       — Давай полезай! — Юнги хлопнул его по плечу. — Вытащишь первую рыбу и преисполнишься такой гордости за себя, что дождь перестанешь замечать.       — Из всех нас только два страстных рыбака, а страдают все, — ворчал Чимин. — Почему бы вам с Сокджином не выбрать себе хобби, которым можно заниматься в тепле?       — Обсудим это, когда поедем на зимнюю подлёдную рыбалку, — хохотнул Юнги, придерживая выбранную лодку, в которую уже загрузил снасти. — Хоби, прошу.       — Такое хобби у вас уже есть, вы занимаетесь им два раза в неделю, — подхватил Хосок, забираясь в лодку. — Кстати, может, пора объединиться? — предложил он Тэхёну с Сокджином, устраивающимся в соседней. — Или рано ещё об этом говорить?       — Это надо спросить у Сокджина. И Чимина, — ответил Тэхён, взяв вёсла. — Но вернёмся к этому разговору позже. Отличного всем улова! — И они первыми отчалили от пристани.       — Если хочешь, можем просто сделать вид, что рыбачили, — шепнул Чонгук Чимину. — Посидишь у меня на коленях, а не на мокрых досках…       — Ладно уж, раз выбрались… Я обещал Кляксе свежей рыбки, — вздохнул тот. — Как подумаю, что она одна на улице под дождём… Хорошо бы она и впрямь была сейчас в другом мире. С твоими друзьями и братом, в тепле. Давай в лодку, Чонгуки, чует моё сердце, это только начало… Если Сокджин с Юнги так спелись, рыбачить мы будем часто…

***

      — Наверное, ещё рано, — негромко произнёс Сокджин, когда они были уже на середине озера. — Объединять группы. Чонгук не делает наше с Чимином общение легче. Я боялся, что тот будет ревновать тебя, своего лучшего друга, но никак не ожидал, что… И мне даже не за что Чонгука упрекнуть, всё вроде понятно и просто, он хочет узнать нас лучше, найти новых друзей… Но в отношении Чимина это выглядит бестактно. Впрочем, это часто бывает у молодых парней, мудрость и какая-то эмпатия приходят со временем.       — Чем дальше, тем меньше он мне нравится, — признался Тэхён. — Вроде бы ничего такого он не делает, а напрягает всё сильнее. Мне за завтраком даже показалось, что, не будь рядом Чимина и меня, Чонгук бы уже на свидание тебя приглашал.       Он передал Сокджину удочку и баночку с наживкой, стянув с головы мешающий капюшон.       — На собственном опыте знаю, как сильно ты можешь понравиться, как хочется тебя куда-нибудь пригласить и пообщаться, но это уже не спишешь на то, что он потерял память! Мы же встречаемся. Мог бы разобраться со своими чувствами, не наглея до такой степени.       — Он попросил мой номер телефона и предлагал погулять вместе, когда мы занимались у Хосока в среду, — признался Сокджин. — Знаешь, если позовёт… я не буду отказываться. Чтобы чувствительно щёлкнуть его по носу, мне нужен повод. И пусть только он мне его даст.       Он сосредоточенно забросил удочку с наживкой и заметил:       — Вроде дождь едва идёт, а под ногами уже лужа. Посмотрим, как будет клевать, может, и не станем задерживаться.       — Вот ведь чёрт, её даже вычерпать нечем, — фыркнул Тэхён, переставляя ноги в резиновых сапогах так, чтобы те не касались лужи. И хоть обувь была непромокаемой, он настолько не хотел находиться в воде, что даже не смотрел на неё, полностью сосредоточившись на своём поплавке. — Интересно, Хосок с Юнги в этот раз что-нибудь поймают или будет как в прошлый раз? — хохотнул он, решив забыть о Чонгуке на время.       В конце концов, Сокджин был с ним. Не засматривался на этого наглеца в ответ. Не кокетничал.       — Вроде погода не располагает к нежностям, — посмеялся тот. — Будем надеяться, что поймают, нас на этот раз много, надо всех накормить.       Впрочем, об этом он мог не беспокоиться. Поплавок заплясал в воде очень быстро, и вскоре Сокджин вытянул средних размеров серебристую рыбину.       — Добро пожаловать, — приговаривал он, засовывая бьющуюся рыбу в ведро. — Жди подружек.       — Как ты это делаешь? — изумился Тэхён, но тут же заулыбался и потянулся к нему. — Поцелуй меня немедленно. Может, мне тоже повезёт?       Сокджин с удовольствием выполнил требование: первый поцелуй с утра был сладким и пробирал до мурашек.       — Тебе обязательно повезёт, — пообещал он. — Я должен принести тебе удачу.       

***

      — О чём задумался? — спросил Чонгук, взглянув на молчаливого Чимина.       Они тоже забросили удочки, остановившись в совсем другой части озера. То было таким обширным, что соседних лодок не было видно на горизонте. Юнги провёл небольшой инструктаж на пристани, объясняя, что и как нужно делать, и с наживкой они всё же справились, пусть и не с первого раза.       — Никак не могу перестать думать о Кляксе, — признался Чимин и сдвинулся ближе к нему. — А ты хорошо обращаешься с вёслами. Такие сильные руки…       — Да брось, это всего лишь кошка, — хмыкнул Чонгук, — меня она однажды бросила, судя по твоим рассказам, вот теперь настал твой черёд. Ушла, не попрощавшись…       — Всего лишь?.. — Чимин чуть не задохнулся от возмущения. — Это кошка, которая нас связала. Которую ты, чуть не плача, звал обратно. Которая мурчала у меня на груди, когда мы снились друг другу. Ой, молчи, Чон Чонгук, иначе я тебя стукну!       — А ты сможешь? — поддразнил тот. — Ладно, ладно, я понимаю всю глубину твоих переживаний. И разделил бы их, наверное, если бы помнил. Но мне кажется, что она нас просто бросила. Это же кошка, а не таракан, чтобы прошмыгнуть незамеченной. Я вот точно не видел, чтобы она убегала на лестницу.       — Хочется надеяться, что она в Бостоне, с твоими друзьями. Мурчит сейчас Сокджину, пока я за неё волнуюсь… — Чимин постарался улыбнуться. — Ему, наверное, полезно. Мурлыканье всегда успокаивает.       Поплавки на воде оставались неподвижны, и Чонгук вновь взглянул на Чимина.       — Если Клякса не вернётся, я тебе новую подарю, — пообещал он неожиданно.       Чимин заулыбался от этих слов, но покачал головой.       — У Тэхёна аллергия на шерсть, — тихо сказал он. — Заводить новую кошку я точно не буду. Он и так таблетки пьёт каждый раз, когда заходит, а бывает он у меня часто.       — Аллергия на шерсть? — переспросил Чонгук и произнёс раньше, чем осознал это: — А в моём мире аллергия у него была на красное мясо…       Он замер, глядя на Чимина большими удивлёнными глазами.       — Я это вспомнил!       — Ты мне рассказывал об этом! — вспыхнул радостью Чимин. — О, дорогой, однажды ты вспомнишь всё-всё!       Он даже удочку отложил, чтобы обнять Чонгука и прижаться поцелуем к его губам.       — У него… — Чонгук едва не задыхался, крепко ухватившись за руку Чимина, словно тонул в обрушившихся на него воспоминаниях. — Светлые волосы. Он… обожает мотоциклы… И снимается… в кино!       Чимин крепче обхватил его, поддерживая, и зажмурился от радости. Как бы ему хотелось, чтобы Чонгук быстрее вспомнил: и своё прошлое, и их отношения. И тогда, наверное, то странное напряжение, что периодически рождалось в нём самом, отпустило бы. Тогда бы он вновь ощутил восторг от простого соприкосновения рук, как раньше.

***

      — Что это за чудеса? — в который раз спросил Тэхён, выуживая очередную рыбу и снимая её с крючка.       Чудес, на самом деле, не было. Просто мелкий дождь, чуть усилившийся, несмотря на все прогнозы, насыщал воду кислородом, а рыба становилась более активной. Капли дождя, создающие рябь, делали рыбу смелой, затрудняя видимость.       — Что это за… — повторил Тэхён, опустив взгляд на дно лодки — воды в ней значительно прибавилось.       Сокджин тоже посмотрел под ноги и растерял гордую улыбку.       — Так, поворачиваем к берегу, — решил он. — Иначе вся наша рыба из ведра уплывёт.       Он хохотнул, но взгляд у него был очень серьёзным, а движения сосредоточенными. Сокджин смотал удочку и сел на вёсла, попросив:       — Не делай резких движений, сиди на месте и расскажи мне что-нибудь, чтобы было веселее.       — Веселее… — эхом повторил Тэхён, глядя на воду под ногами, которая кажется стремительно прибывала. Или он зря паниковал? — Однажды мы с Чимином, ещё давно, в детстве, играли в спецагентов. Нашли старую картонную коробку из-под холодильника и краски у папы в гараже. Измазались просто все, с ног до головы, пока её раскрашивали в камуфляж. А потом решили протестировать. Чимин принёс все мягкие игрушки, которые были в моей комнате. А я залез в коробку. И кричал оттуда, что эти стены непобедимы, пока он закидывал меня игрушками. В самый разгар битвы коробка не выдержала и сложилась, накрыв меня с головой. Сначала я испугался, а потом смеялся так громко, что на шум прибежала мама.       — Что сказала? — со смешком поинтересовался Сокджин и потянулся за ведром с рыбой, протянув его Тэхёну. — Поставь рядом. И не смотри вниз. Смотри только на меня.       В глазах Тэхёна на миг застыл ужас — под ногами становилось всё больше воды. Такой холодной, что он даже сквозь резиновые сапоги ощущал её температуру. Но смотрел на Сокджина, стараясь не поддаваться панике.       — Что мы не спецагенты, а грязные еноты, — ответил он. — Велела немедленно идти умываться.        — Я очень бы хотел однажды познакомиться с твоей семьёй, — признался Сокджин. Голос у него был нежным, но взгляд — жёстким и сосредоточенным. И где-то в глубине — испуганным. — Мне кажется, они чудесные люди. Если только это не будет иметь таких же последствий, как у Хосока.       — Я тоже хочу вас познакомить, — отозвался Тэхён, прижав ведро к груди. — У меня прекрасные родители. Они стали мне родными. И, конечно, они не то чтобы обрадовались, узнав о моей ориентации, но я всегда верил, что они меня поддержат. И сейчас мама спрашивает, когда я уже найду себе хорошего парня. Я нашёл… Сокджин! Ты уверен, что… мы сможем доплыть? — Он посмотрел не вниз, а в сторону, до берега было ещё далеко.       — Сможем, — уверенно кивнул тот, опустив взгляд. — Это не дождь. Это течь в лодке. И вода прибавляется. Поэтому мы сейчас сделаем иначе…       Он протянул вёсла Тэхёну и стянул с себя дождевик. Буднично, спокойно, словно внутри всё не дрожало от ужаса.       — Мы уберём половину веса, — объяснил он. — Я буду плыть рядом и направлять лодку к берегу, а ты одним веслом — помогать мне. Ничего не бойся, я знаю, что делаю. Здесь недалеко, мы доплывём.       — Вода же ледяная, Сокджин! — вот теперь Тэхён точно запаниковал. — Как ты будешь плыть? А если твои ноги сведёт судорогой?       — Буду двигаться очень быстро. А если простужусь — возьму у Юнги больничный на пару дней, приеду в твою квартиру и буду капризничать и требовать платочки и имбирный чай. — Сокджин стянул с ног резиновые сапоги, чтобы обувь не тянула его ко дну, и очень осторожно, чтобы не накренить лодку, сполз в воду. — Рыбу не расплещи! И работай веслом, милый. Давай, всё получится.       Вода обожгла холодом, и он инстинктивно сжался, зажмурившись, но тут же схватился за борт, подталкивая лодку к берегу. Нужно было очень быстро плыть — и тогда всё будет хорошо.       Тэхён чертыхнулся в сторону и постарался следовать его указаниям, загребая одним веслом. Ведро он всё-таки отставил, рыба билась в нём, не добавляя ситуации спокойствия. Пальцы Тэхёна дрожали, весь он дрожал, постоянно оглядываясь на Сокджина, проверяя, что он ещё здесь.       Они проплыли так метров пятьдесят, и дождь, как назло, усилился, забарабанил крупными каплями прямо по дереву и рукам. Тэхён потянулся поправить капюшон. Весло выскользнуло из пальцев. Он приподнялся, вновь ругнувшись, попытался его поймать… Но тут лодка накренилась. И Тэхён очутился за бортом.       Шок парализовал его на мгновение. Заставил оцепенеть. Холод вонзился в кожу тысячей игл, проникая до самых костей. Тэхён не умел плавать. Никогда не стремился научиться. И это точно были не самые лучшие условия для того, чтобы начинать.       Он попытался вдохнуть, но вместо воздуха в рот попала вода — ледяная, как будто горькая. Вода вокруг казалась бесконечно тёмной и безжалостной.       Имя Сокджина застряло в горле. Руки Тэхёна пытались найти опору, беспорядочно двигаясь, но хватали лишь пустоту. Его тянуло вниз. Ноги, налитые свинцом, не слушались. Сердце готово было разорваться. В ушах загудело. Перед глазами всё стало мутным.       Лёгкие вспыхнули, требуя воздуха. Тэхён попытался задержать спасительный кислород, но тело предавало. Его охватил не только страх, но и отчаяние. До берега слишком далеко…       Тёмная вода сомкнулась над ним, словно гигантская ладонь закрыла собой свет, пока вторая тянула вниз, глубже, ко дну.       Неужели это конец?..       А как же Сокджин? Как же их камелия? Послания друг другу. Знакомство с родителями… Тэхён барахтался, боролся, но вспышки перед глазами — не свет над поверхностью. Разум отключался.