Между шпаргалками и признаниями

Мысли путались. Гул в голове не стихал, только набирал обороты. Сердце билось слишком громко, отчётливо, от чего ладони начинали потеть, несмотря на холод. Неуютно, словно что-то вот-вот должно было произойти. Ричард брёл по заснеженному тротуару, спрятав лицо в воротник куртки, но холод всё равно пробирался под одежду, будто пытался добраться до самого сердца. Воздух был тяжёлым, колючим, обволакивающим, а каждое дыхание отдавало ледяной горечью в груди. Он шагал быстро, нервно, словно пытался уйти от чего-то, что прочно засело в мыслях. Сумерки сгущались, фонари рассыпали тусклый свет на снег, делая его сероватым, а редкие машины оставляли за собой дрожащие блики на промёрзших окнах зданий. Стакан с кофе приятно грел ладони, распространяя вокруг аромат свежезаваренного напитка с нотками орехов и тёплого молока. Пар поднимался вверх, растворяясь в морозном воздухе. Белая крышка была немного влажной от конденсата, а на картонном рукаве оставались следы от пальцев - Ричард то сжимал его крепче, то ослаблял хватку. Он вышел из университета с единственной мыслью - согреться. Но теперь, возвращаясь обратно, уже не был уверен, что дело только в тепле напитка. Кофе оставлял лёгкую горечь на языке, смешиваясь с каким-то смутным, тревожным чувством. После прощания с лучезарным Ло прошло какое-то время. Ощущение комфорта от их разговоров рассеялось слишком быстро. Смех, уют, лёгкость - всё это осталось там, в аудитории, а сейчас Рич снова ощущал тяжесть на плечах, будто вернулся в свою привычную реальность, от которой некуда деться. Холодный ветер безжалостно пробивался под воротник, кусал уши и щёки. Сапоги глухо скрипели по снегу, оставляя глубокие следы. Он направлялся в корпус Дилана и Брэндона, но сам не мог сказать, зачем. Просто не хотелось возвращаться одному в общежитие. Просто хотелось отвлечься. Где-то вдали слышался смех студентов, кто-то выбегал из университета, натягивая шапку, кто-то толкался у входа, зябко кутая руки в карманы. Труман видел всё это, но как будто сквозь мутное стекло - мир вокруг ощущался чужим и далёким. Ему хотелось раствориться в шуме чужих голосов, забыться, позволить себе не думать. И всё же что-то внутри не давало покоя. То ли его собственные мысли, то ли глухая паника, которая никак не отпускала. Гулкое эхо шагов разносилось по пустынным коридорам корпуса, заполняя пространство между стенами. В сумеречном свете длинные тени ложились на пол, плавно двигаясь вместе с Ричардом. Он чуть замедлил шаг, доставая телефон, вяло перебирая пальцами по экрану. Его брови чуть сошлись на переносице, губы плотно сжались - он не торопился отправлять сообщение, будто обдумывал каждое слово. Глоток кофе обжёг язык, и брюнет коротко выдохнул, но пить не перестал - тот приятно согревал изнутри. Чёрные пряди волос выбились из-под шапки, в лёгком беспорядке торча на ветру, а загорелая кожа контрастировала с тусклым освещением холла. Тёмные глаза скользнули по экрану телефона, проверяя, пришёл ли ответ, а затем поднялись к лестничному пролёту. Корпус казался непривычно тихим - редкие студенты проходили мимо, не задерживая взгляд. Ричард перевёл дыхание, ссутулился, сунул телефон обратно в карман и продолжил попивать кофе, будто растягивая время. — Сынок? — голос прозвучал тихо, с легким оттенком нерешительности. — Что ты тут делаешь?.. Ричард замер. Он почувствовал, как внутри всё сжалось, но внешне не выдал ни капли удивления. Не спешил оборачиваться, даже не шевельнулся. Вместо этого он закатил глаза, сжимая стакан кофе чуть крепче, чем нужно. Конечно. Классика жанра. Стоило только подумать, что этого можно избежать, как реальность решила снова проверить его на прочность. Он не хотел этой встречи. Не сейчас. Не здесь. Он не отвечал, не реагировал, будто бы слова не были адресованы ему. Лишь злился. На мать, на обстоятельства, на самого себя за то, что этот момент не остался просто дурной мыслью. — Сынок.. — голос за спиной дрогнул, словно вот-вот сорвётся на шёпот. Парень невольно нахмурился, скрипнув зубами. Он закрыл глаза, глубоко вдохнул, будто собирался с духом, а затем резко обернулся. — Я жду друзей, у меня нет времени на разго..- — раздражённо бросил он, но голос предательски оборвался. Гнев погас сменившись растерянностью, как только он распахнул веки. Ричард уставился на неё, как будто увидел призрака. В груди что-то сжалось, словно петля затянулась вокруг лёгких, мешая дышать. Взгляд метался - от её глаз к щеке, от виска к губам, к тому, как она держит голову, как дёргается пальцами, пытаясь что-то таким образом сказать.

Что-то не так.

Грудь сдавило, и холодок пробежал по спине. Он не сразу понял, что сжал стакан так сильно, что тот угрожающе затрещал.

***

Третий этаж торгового центра представлял собой огромный ряд с яркими витринами, за которыми скрывались самые разные магазинчики. В воздухе витал лёгкий аромат парфюмерии, смешанный с запахом новой одежды и бумаги. Слева тянулись магазины одежды - от строгих костюмов до уютных свитеров с зимними узорами. Манекены в витринах застыли в нарочито расслабленных позах, демонстрируя новинки сезона. Один из магазинов привлекал внимание тёплым светом и вывеской, пестрящей скидками. Чуть дальше располагались лавки с бижутерией и аксессуарами: серебряные кольца и браслеты сверкали под витринным светом, а подвески с миниатюрными камнями отражали разноцветные блики. За стеклом уютно разместились часы, серьги, ремни и даже шарфы, уложенные так, словно приглашали прикоснуться. На другом конце ряда прятались сувенирные лавки. Здесь можно было найти всё: от классических магнитов и открыток с городскими пейзажами до керамических фигурок, резных шкатулок и смешных игрушек. Одна из витрин была украшена маленькими новогодними ёлками, поблёскивающими дождиком и огоньками, создавая атмосферу приближающихся праздников. Двое юношей мягко держались за руки, не обращая внимания на окружающих. Их пальцы были аккуратно переплетены, а тепло ладоней передавалось друг другу, будто скрепляя их связь. Ло рассматривал яркие стеклянные стенды с неподдельным интересом. Он редко заходил в торговый центр, а уж на верхние этажи и вовсе не заглядывал. Здесь всё казалось новым и любопытным: переливающиеся в свете подвески, сверкающие часы, манекены в стильной одежде, миниатюрные статуэтки на полках.. Джон шагал рядом с ним, и было заметно, насколько он доволен. Лицо его светилось улыбкой, а в глазах мелькало весёлое озорство. Казалось, он наслаждался каждым моментом, каждой секундой, проведённой с Ло. Он вёл его куда-то вперёд, не торопил, позволяя тому с интересом оглядываться по сторонам. Ло не знал, куда направляется Харрис, но было очевидно одно - наставник точно что-то задумал. И, судя по тому, как беззаботно он выглядел, затея его была чем-то приятным. Каштанчик с любопытством задержал взгляд на парочке, стоявшей у ювелирного магазина. Они выбирали парные кольца - аккуратно подносили украшения к свету, примеряли их друг другу, переглядывались с тёплыми улыбками. В их движениях была нежность, а в глазах - что-то сокровенное, личное. Юноша невольно опустил взгляд на их с Джоном сцепленные ладони. Его пальцы всё ещё были переплетены с чужими, а тепло наставника ощущалось так ясно, что по коже пробежала едва уловимая дрожь.

А что, если бы..

Мысль пронзила его слишком быстро, слишком смело. Он представил, как однажды и они могли бы стоять так же, примеряя кольца. Как Джон, наверняка с привычной своей ухмылкой, поддел бы его за смущение. Как бы их пальцы коснулись друг друга в этот момент, как серебро холодило бы кожу, прежде чем согреться от их тепла. Щёки слегка вспыхнули. Он мотнул головой, отгоняя внезапно возникший трепет. Глупость. Конечно, глупость. Но внутри всё равно что-то заволновалось, затрепетало, оставляя за собой ощущение тихого, робкого желания. Ло неловко прочистил горло, отгоняя смущённые мысли, и с едва заметной заминкой повернулся к Джону. — Эм.. — Он почувствовал, как слова застревают в горле, но решил довести мысль до конца. — А у тебя какой любимый цвет? Шатен, всё ещё выглядевший безумно довольным, скользнул по нему насмешливым взглядом, словно сразу понял, что Ло пытается перевести тему. Однако отвечать не торопился - будто нарочно выдерживал паузу, разглядывая парня так, что у того по спине пробежали мурашки. — Оранжевый, — без тени сомнения ответил Джон, не меняя шага. Ло даже споткнулся. — Чего?! Он тут же оглядел наставника с ног до головы: чёрное пальто, чёрные ботинки, чёрные брюки, чёрная водолазка.. Разве что шарф был тёмно-серым. Ло прищурился, будто пытался разглядеть хоть намёк на заявленный цвет, но, конечно же, не нашёл. — Да ну тебя, — пробормотал он. — Ты вообще хоть раз носил что-то оранжевое? — Конечно, — невозмутимо ответил Джон. Юноша задумался.. Ну да, бывало. Те дурацкие солнцезащитные очки с рыжеватыми стёклами и оранжевой оправой, которые он надевал чисто ради стиля. Один-единственный галстук цвета спелого апельсина, который он нацепил на факультатив. Но сейчас-то? Сейчас он выглядел, как сама тьма. — Так значит, любишь оранжевый, да? — поддел его Ло, глядя снизу вверх. — Обожаю, — совершенно серьёзно кивнул Харрис. — Тогда почему ты весь в чёрном? — Контраст. — Джон хищно улыбнулся и чуть склонился к нему. — Чтобы, когда я наконец надену что-то оранжевое, ты ахнул от неожиданности. Ло фыркнул, но чувствовал, как его щёки предательски теплеют. — Ну-ну.. А ещё что? Цвета, цветы, вкусы? — Хочешь всё обо мне узнать? — Джон прищурился, лукаво улыбаясь. — Просто хочу справедливости, — пробормотал юноша, вспоминая, как сам рассказывал о себе. — Тогда запоминай. Цвет - оранжевый. Цветы.. мм, пусть будет утёсник. Вкусы.. — Шатен выдержал эффектную паузу и хмыкнул. — Мне нравится вкус твоих губ. Ло чуть не захлебнулся воздухом. — Ч-что?! — Мм? — Джон сделал вид, что ничего не говорил, и невинно пожал плечами. Каштанчик хотел было возмутиться, но в итоге только крепче сжал его руку. Этот человек сведёт его с ума. Перед ребятами раскинулись островки с живыми растениями, придавая пространству ощущение уюта и свежести. Высокие кадки с пышными фикусами и стройными драценами стояли вдоль перил, словно зелёные стражи, наблюдающие за суетой этажом ниже. Между скамьями раскинулись небольшие клумбы с тенелюбивыми растениями: тут и изумрудные папоротники, и нежные спатифиллумы, и раскидистые аглаонемы с пёстрыми красными листьями. Некоторые углы украшали крупные монстеры с широкими резными листьями, создавая эффект маленьких оазисов посреди городского интерьера. Вдоль стеклянных перегородок тянулись вьющиеся растения, их тонкие побеги словно искали путь к свету. Но особое внимание привлекал высокий стеклянный купол, устремленный вверх, пропускающий вечерний свет. В сумерках на его гладкой поверхности отражались тёплые огни торгового центра, а днём солнечные лучи мягко заливали пространство, играя бликами на листьях. Создавалось ощущение, будто третий этаж - это почти зимний сад, где природа осторожно пробирается в мир городских огней и витрин. Джон вдруг притормозил, едва уловимо замедляя шаг. Ло не сразу понял, в чём дело, пока не ощутил, как тёплая ладонь легла ему на плечо, а затем мягко, но уверенно развернула его к себе. Харрис делал это неторопливо, будто не хотел спугнуть. Его пальцы осторожно скользнули вдоль предплечья подопечного, а затем сомкнулись на запястье, но без лишнего давления - скорее просто фиксируя, словно давая юноше понять, что всё под контролем. Теперь они стояли лицом друг к другу. Джон чуть склонил голову набок, его карие глаза прищурились, изучая выражение Ло, будто он пытался что-то в нём прочесть. Уголки губ дёрнулись вверх - лёгкая ухмылка, скорее довольная, чем насмешливая. Он не спешил заговорить. Сначала позволил себе короткое мгновение тишины, чтобы просто посмотреть. — Подожди здесь, ладно? И далеко не уходи. — Джон неторопливо хмыкнул, нехотя ослабевая хватку. — Куда ты?.. — Скоро вернусь. Шатен коротко сжал его ладонь, а затем выпустил её и развернулся, оставляя Каштанчика в гордом одиночестве перед яркими витринами магазинов. Юноша моргнул, провожая его взглядом, а затем тихо выдохнул, будто только сейчас смог прийти в себя. Что-то Харрис задумал. И это точно не оставит Ло без внимания. Юноша неспешно скользил взглядом по торговому центру, пока его внимание вдруг не зацепилось за один магазинчик, спрятанный в уголке этажа. Он выглядел совершенно иначе, чем современные брендовые бутики - деревянная вывеска с изящными витиеватыми буквами, большие стеклянные окна с немного потёртыми рамами, а за ними полки, заставленные всевозможными предметами. Он замедлил шаг, глядя на вход в магазин. Поймал себя на мысли, что вполне может зайти, осмотреться - ничего страшного не случится, тем более что он всё равно не собирались тут долго задерживаться. Джон, скорее всего, не был бы против, да и точно не потеряет его в такой небольшой части торгового центра. "Ну что ж, пара минут не помешает", — подумал Каштанчик, входя внутрь, где его взгляд уже ловил старинные вещи, обрамлённые мягким светом. Раритетный магазинчик выглядел так, будто время над ним не властно. Тяжелая дверь с колокольчиком издавала тихий, приглушенный звон при открытии. Внутри пахло чем-то тёплым - смесь старой бумаги, древесины и оттенка пыли. Полки были забиты всевозможными вещами: здесь можно было найти пожелтевшие книги с кожаными переплетами, антикварные статуэтки, музыкальные шкатулки с вычурными узорами, старые часы, застывшие в вечности, и винтажные украшения, скрывающие в себе истории прошлых владельцев. Лампы с мягким светом создавали уютную полумглу, будто место жило в иной эпохе, не желая подстраиваться под современность. Где-то в углу тихо потрескивал старый проигрыватель, и если прислушаться, можно было разобрать приглушенные звуки мелодии, что крутилась на пластинке. Магазинчик будто нашептывал тайны тех, кто заходил сюда прежде, приглашая заблудиться в мире вещей, которые видели больше, чем может рассказать любая книга. Ло внимательно осматривался, словно забывая обо всём. Вдоль полок стояли вычурные статуэтки, каждая из которых была крохотным произведением искусства - изысканные фигурки с мелкими деталями, будто запечатлевшие момент, который когда-то был так важен. Одна из них привлекла его внимание: элегантная танцовщица, чьи длинные руки плавно поднимались вверх, а платье развивалось в невидимом ветре, с крошечной надписью на подставке:

"See you in heaven"

Рядом стоял небольшой витраж, отражающий свет из окна, словно напоминая о старинных замках и поэтичных фильмах. В другом углу лежали старые очки в позолоченных оправках. Они выглядели так, будто принадлежали кому-то важному, словно прошлое всё ещё ощущалось в их присутствии. Ло взял их в руки и чуть поднёс к лицу, будто не решая, увидеть ли себя через эти стекла, и в какой эпохе. Он отложил их обратно и продолжил свой путь, поглощённый предметами вокруг. Его взгляд скользнул по музыкальным пластинкам, что покоились на нижней полке в старом деревянном ящике. Цвета обложек тускло мерцали в мягком свете лампы, обещая историю, закопанную в каждом звуке. Он с любопытством рассматривал одну из них, что-то старинное и знакомое, будто она могла вернуть его в другие времена - не такие уж и далекие, когда музыка была настоящей, а звук - живым. Повсюду стояли всевозможные безделушки, каждая из которых рассказывала свою маленькую историю. Подсвечники, покрытые патиной времени, фарфоровые чашечки с утонченными узорами, старинные книги с пожелтевшими страницами - эти вещи создавали ощущение уюта, напоминая о том, что каждый предмет здесь не просто часть интерьера, а маленькая частичка воспоминаний. Всё вокруг как будто оживало, и Ло чувствовал, как уют и тёплая ностальгия обвивали его, унося в прошлое, где было место для простых и добрых радостей. Ло, неторопливо осматривая витрину, внезапно замер, когда его взгляд упал на старые монеты, аккуратно разложенные среди других купюр. Одна из них сразу привлекла его внимание. Он узнал её - та самая монета, которой часто разменивались в Сайклрайзе, в магазинчиках или в лавках. Юноша невольно ухмыльнулся, хотя воспоминания не несли радости. Он вспомнил, как когда-то она переходила из рук в руки, в том числе и в его. Но это было всего лишь поверхностное восприятие, потому что его взгляд вскоре остановился на другом. На полке среди других старинных вещей он заметил маленький кораблик. Синий корпус, чётко вырисованный кит на парусах, хорошая мачта - всё это заставило Ло замереть. Его руки, дрожащие от волнения, потянулись к находке. Он был так близко, так знакомо ощущался, как часть того времени, когда всё было простым и понятным.

Бурый кит.

Тот самый, который когда-то подарил ему дядя Джодах. Он точно помнил, как дядюшка рассказывал, как сидел за старым столом, мастерил его из грубого дерева, вырезал аккуратные детали, доводя каждую черточку до совершенства.. И вот теперь этот кораблик, утонувший много лет назад в бушующем море Сайклрайза снова оказался перед ним. Голос женщины за прилавком прервал этот момент, заставив Ло слегка вздрогнуть. — Это хороший винтажный подарок, — сказала она, едва заметно улыбнувшись. — Раньше много таких делали на продажу. Ло, не в силах поверить в услышанное, канул в замешательство. Он не сразу повернулся к женщине, а просто стоял, не в силах отвлечь взгляд от кораблика. Его сердце сжалось, и на мгновение он почувствовал, как неприятное чувство охватывает его. Не успев осознать, что говорит, он переспросил: — Этот кораблик мне смастерил дядя, он сам говорил, что сделал его для меня.. Как это возможно? Он замолчал, его голос слегка дрогнул. Юноша стоял, будто не мог поверить в происходящее. Внутри всё переворачивалось, как будто это открытие разрушало какие-то давно забытые миры. Женщина за прилавком улыбнулась, отшучиваясь: — Ну, наверное, ваш дядя просто хотел создать хорошее впечатление о себе. Эти кораблики часто делали для подарков, особенно такие, как этот, с тщательно вырезанными деталями. Она аккуратно приподнялась с прилавка, явно желая поправить товар, но вдруг её взгляд остановился, и лицо её стало ярче, когда она заметила знакомые черты в полоборота юноши. Лёгкая улыбка на её губах сменялась на изумление. — Лололошка? — воскликнула она с теплотой в голосе. Парень резко повернулся, его глаза расширились от неожиданности, и он застыл на месте, не в силах поверить. Это была она. Линда Вермут - его учительница литературы из Сайклрайза. Он узнал её сразу, несмотря на изменения, которые время всё же принесло. Её светлорусые волосы, как колосья, ниспадали на лицо, чуть спутанные, но всё такие же красивые. Глубокие синие глаза, полные жизненной энергии, сверкали радостью и удивлением, когда она узнала его. Тени на веках ложились мягкими, глубокими переливами, окрашенными в тёплые оттенки бархатцев - смесь янтарного золота, медной охры и густого терракота. Они играли, словно живые мазки художника, растворяясь в мягком мерцании вечернего света. Ло почувствовал, как внутри у него дрогнуло, и какое-то странное тепло охватило его. Она не изменилась. Она была такой же, какой он её помнил, в своём школьном времени. — Лололошка! — повторила она, улыбаясь ещё шире. — Как здорово тебя увидеть! Её голос был живым, а взгляд искренним. Ло ошарашенно стоял, не зная, как отреагировать на встречу с этим человеком, который когда-то был для него и Ричарда строгим учителем, а сейчас спокойно, даже счастливо возглашала его имя. — Линда Вермут? — произнес Ло с лёгким удивлением, не в силах скрыть растерянности. — Что вы здесь делаете? Каштанчик стоял, внутри всё словно перевернулось. Он поставил корабль на место, его рука едва не дрогнула. Лёгкая дрожь прошла по телу, когда он понял, что этот момент возвращает его назад в школьные дни. Он подошел к прилавку, и женщина неторопливо поправила свои светлые волосы, оглядывая Ло с лёгким интересом. В её глазах не было никакой тревоги, лишь искреннее внимание к нему. — Я подрабатываю здесь, — ответила наконец-то она, улыбаясь. — Уволилась со школы, потом уехала в Иллию за лучшей жизнью, но, честно говоря, ничего не сложилось.. Думала, что будет всё проще, но оказалось не так. Её слова были полны меланхолии, но она говорила терпеливо, как если бы нашла в этом какое-то успокоение. Ло, несмотря на всю растерянность, улавливал тяжёлые, но в то же время снисходительные моменты повествования, от которых её лицо становилось чуть мягче. — Теперь собираюсь обратно в Сайклрайз, — продолжила она, её голос стал чуть более тёплым, будто она снова повернулась к знакомому городу. — Закрываю свой бизнес с раритетами в Хэнфорте и возвращаюсь домой. Может быть, всё-таки там будет лучше?.. Слова звучали честно и немного задумчиво, как если бы она приняла решение, которое давно зрело, но только теперь оно обрело форму. В её голосе не было горечи, скорее - примирение с прошлым. Ло немного отвлёкся на её слова, улыбнувшись в ответ. Это было неожиданно - её интерес и забота, как в старые добрые времена, когда она была одним из немногих людей, кто действительно понимал его. — Вот оно что.. Занятно. — пробормотал в растерянности Ло. — Вы ничуть не изменились, такая же молодая. — Какой внимательный.. Спасибо, ты тоже хорошо выглядишь, подрос, — сказала она, тепло оглядывая его. — Стал таким взрослым.. А как там Ричард? И Джодах, как он? Я видела Ави не так давно, в Сайклрайзе. Может, месяц назад — добавила Линда. Голос был мягким, но с едва заметной ноткой воспоминаний. — Перебрасывала весь раритет отсюда туда, вот и увидела его на вокзале. Он был в достаточно хорошем настроении. Слова женщины повисли в воздухе, и Ло чувствовал, как внутри него поднимается волна вопросов: как это возможно? Где она его видела? Почему он не написал об этом? Почему не ответил на сообщения? Он хотел было спросить, но внезапно его мысли прервал знакомый звон колокольчика, когда дверь магазина открылась. — Нашёлся, Каштанчик. — раздался голос Джона, полный весёлой иронии. Он с улыбкой потрепал по макушке, подойдя к прилавку. — Тебя нельзя оставлять одного ни на минуту - обязательно куда-нибудь денешься. Ло чуть смутился, глядя на парня, который с таким увлечением наблюдал за ним. Тот явно был рад его найти, а вот юноша всё ещё не мог совладать с чувствами, которые нахлынули после встречи с Линдой и её неожиданными словами о дядюшке Джодахе. Женщина, тем временем, весело взглянула на пришедшего молодого человека. Он выглядел уверенно, но не заносчиво - скорее, с той лёгкой самоуверенностью, что присуща людям, знающим себе цену. Чёрная одежда подчёркивала его строгий стиль, но то, как он смотрел на Ло, полностью разрушало этот образ. Женщина заметила, как незнакомец заботливо скользнул взглядом по лицу юноши, словно проверяя, всё ли с ним в порядке, а затем легко потрепал его каштановые волосы, вызывая у Ло лёгкий румянец. Линда тут же всё поняла. Ухмыльнувшись, она сцепила пальцы перед собой, едва заметно качнув головой. — Ну, я не буду вас задерживать, — сказала она с лёгким смешком, слегка смущённым, но тёплым. — Но если вдруг снова увидимся, Лололошка, обещай, что расскажешь мне как поживаете в Хэнфорте с Ричардом! Ло, всё ещё пребывая в лёгком оцепенении, не сразу нашёлся с ответом, но Джон, видя это, спокойно взял ситуацию в свои руки. — Благодарю вас, — вежливо сказал он, без лишней напыщенности. Затем легко, без усилий, взял Ло под руку и мягко повёл его к выходу. Линда осталась на месте, наблюдая за ними с лёгкой улыбкой, пока звон колокольчика снова не отозвался в тишине магазина. В груди будто что-то сжалось, неприятное, давящее чувство не отпускало юношу - он не мог точно понять, что именно так всколыхнуло его эмоции - слова Линды, этот кораблик или сам факт неожиданной встречи с прошлым. Джон, заметив его состояние, аккуратно остановился и чуть наклонился, вглядываясь в лицо Ло. — Эй, Каштанчик. — мягко позвал он, и юноша наконец-то сфокусировал на нём взгляд. — Неприятная встреча? Ло всё ещё стоял, ошеломлённо глядя перед собой, его мысли метались, разбиваясь о волну растерянности и недоумения. — Нет, что ты.. Это мой учитель литературы из Сайклрайза. Просто.. поговорили. — О как.. Я понял, что это твоя знакомая, как только она упомянула тебя и Ричарда. — хмыкнул Джон, явно довольный своими дедуктивными способностями, — У меня для тебя есть кое-что. Прежде чем избранник успел что-то ответить, Джон без лишних слов нацепил ему на голову тёплые наушники. Юноша заморгал, ещё больше сбитый с толку, но стоило мягкому, пушистому ворсу коснуться его ушей, как лицо его чуть расслабилось. Наушники приятно грели, обволакивая тёплым уютом, и, в отличие от шапки, совершенно не трепали его густые волосы. Ло осторожно дотронулся до них, пальцы погрузились в невероятно мягкий белый мех. На каждой стороне красовалась большая голубая звёздочка, словно лёгкий акцент среди пушистого ворса. Они выглядели мило, но не слишком по-детски - просто уютно и тепло. Каштанчик поднял растерянный взгляд на Джона, который с лёгкой улыбкой наблюдал за ним. Тот аккуратно сжал его плечи, слегка склонив голову набок, будто проверяя, комфортно ли Ло. — Вот так, гораздо лучше, — удовлетворённо проговорил он, не сводя глаз с юноши. — Теперь ты точно не замёрзнешь. Ло смотрел на Джона, и в груди разливалось тёплое, щемящее чувство. Улыбка Харриса была приятной, мягкой - той самой, которую он видел нечасто, но от которой всегда внутри становилось тепло.

Джон.. запоминал.

Он подмечал каждую мелочь, даже если никогда не подавал виду. Он слушал, он понимал. Именно поэтому выбрал головной убор, который не портил бы волосы, позволял прядям свободно спадать, не сбивая привычный облик. И, конечно же, он не забыл про цвет. Голубой, любимый цвет Ло, теперь сиял в виде аккуратных звёзд на пушистых наушниках. Юноша шмыгнул носом, осознание заботы и внимания Джона с новой силой ударило по чувствам. Он не смог удержаться - просто шагнул ближе и крепко прижался к нему, уткнувшись в грудь. Он ощущал всё: тёплое прикосновение, уверенные руки, что тут же сжались на его спине, будто не давая даже подумать о том, чтобы отстраниться. Ло закрыл глаза, позволяя себе просто утонуть в этом моменте. — Спасибо, — выдохнул он, голос дрогнул от переполняющих эмоций. Всё, что давило, тревожило, всё, что застыло в голове тёмным комом после разговора с Линдой - исчезло. Джон с лёгкостью перекрыл плохие мысли своим появлением и этим тёплым, таким простым, но одновременно значимым жестом. — Ты так легко поддаёшься нежности. Стоит мне хоть немного позаботиться о тебе, как ты сразу прячешься у меня в груди, — Харрис лениво провёл рукой по спине Ло, чуть выше поясницы, прежде чем замереть. — Но мне это нравится, Каштанчик. Ло не смог сдержать тихого смешка. Это прозвище.. Он заметил, что Джон повторяет его с особой теплотой. — Ну.. ты сам виноват, — пробормотал он, чуть покачав головой, чувствуя, как кончики ушей пылают. — Кто просил тебя быть таким внимательным? — Ты, — без раздумий ответил шатен, отстраняясь, но не убирая рук. Их взгляды пересеклись, и юноша на мгновение задержал дыхание. Глаза Джона светились довольством, но в них было и нечто большее - что-то глубокое, тёплое, что-то, от чего Ло захотелось утонуть в них окончательно. — Я?.. — Разве не ты рассказывал мне на фудкорте, что любишь голубой? Разве не ты ворчал, что не носишь шапки, потому что они мнут твои волосы? — Джон наклонился чуть ближе, ухмыляясь. — Разве не ты заслуживаешь того, чтобы о тебе заботились? Ло опустил взгляд, сжимая пальцы на ткани чужого рукава. Его сердце стучало так громко, что, казалось, могло выдать всё с потрохами. — Ты специально, да? — пробормотал он, а потом, прежде чем Джон смог сказать что-то ещё, робко добавил: — Смущаешь меня. В ответ Харрис не сказал ни слова. Он лишь тихо хмыкнул и провёл пальцами по волосам избранника, чуть тронув мягкий ворс на наушниках. — Пойдём, — наконец произнёс он, не спеша разрывать их близость. — У меня ещё есть идеи, как тебя порадовать.