Veni, vidi...

«Рога Тельца»

      На следующее утро меня разбудил Ростик. Он, как и обещал, позвонил прямо из поезда и, пожелав доброго утра, сообщил, что ему ответил Вадик, и переслал мне в чат его краткое резюме. Когда я уже собирался пожелать моим путешественникам в ответ счастливого пути, Ростик добавил, что они с Артуром свозили мою машину на мойку и отправили с вокзала к дому, откуда мне предлагалось переставить её на паркинг.       — Какого черта вы не отправили авто сразу в гараж? — спросил я, так как у меня не было ни малейшего желания спускаться вниз до завтрака.       — Я побоялся, что автопилот не справится с заездом на парковку и поцарапает дверь, — стал оправдываться Ростик. — Дело в том, что там установили новую клумбу, она совсем низкая и хорошо было бы убедиться, что автопилот сможет...       Побоялся он!       — На корпусе машины есть лидары, они справляются с маневрированием не хуже человека, а то и лучше, — возразил я. — Ты просто вконец обленился и решил делегировать мне часть своей задачи! Тебе нравится дёргать меня за ниточки, контролировать.       — Серж... — начал Ростик, а голос Артура на заднем плане стал настойчиво советовать ему положить трубку.       Пусть только попробует!       — Серж, мы оказали тебе услугу, — продолжил Ростик вполголоса. — Свозили твою машину на мойку, Артур всë оплатил. Но ты всë равно недоволен.       Это возмутительно!       — А я вам услугу не оказал? Вы на моей комфортной чистой машине доехали до вокзала. Собираетесь все выходные развлекаться в Столице. И я вас спокойно отпустил, а другой на моем месте устроил бы скандал!       — Ты… всё-таки расстроился, что не поехал с нами на концерт? — сочувственно уточнил он.       — Сдалась мне ваша низкопробная попса!! — рявкнул я в ответ, хотя собирался сделать вид, что мне всë равно.       — Ясно. В общем, машина у подъезда. Хороших выходных, — добавил он и завершил вызов.       Я отправил сведения о Вадике Вите и хотел ещё полежать, но потом подумал, что у подъезда машину как раз может поцарапать какой-нибудь незадачливый идиот типа Ростика, оделся и спустился вниз, где в вестибюле меня догнало сообщение от Вити, в котором он приглашал Вадика на собеседование. Переслав Витин месседж Ростику, я вышел на улицу.       Электрокар сверкал как новый — его не только помыли, но и, по всей видимости, от души натерли полиролью. В итоге, я передумал отгонять его на парковку и решил съездить позавтракать в Артурово кафе. Вероятность встретить там моего вчерашнего красавца с пышной гривой была не слишком велика, но приятно щекотала нервы, а воображение тут же подкинуло мне пару пикантных кадров в интерьере туалета. Хотя, раз дома никого, я могу пригласить его прямо сюда...       Новое голосовое сообщение от Ростика.       Лиза, включи.       — Серж, я всё передал Вадику. Он придет в понедельник на Берсеневскую в назначенное время.       Новое голосовое сообщение от Ростика.       Что ещё ему от меня надо?!       Лиза, включи.       — Я забыл сказать, что оставил тебе завтрак. В духовке сырники, в аэрогриле — круассаны. Сливочное масло и сметана в холодильнике свежие.       Завтрак он приготовил! А мне уже не нужны никакие завтраки от тебя!!       До Лиговского я домчался быстрее, чем ожидал. На подземной парковке, правда, всë было занято, включая места для инвалидов, и мне пришлось шагать по бетонному полу добрых сто пятьдесят метров. В кабину лифта набился народ и какая-то девчонка-дошкольница всë топталась на месте и норовила наступить мне на ногу, а мать одергивала ее словами «Не толкай дедушку». О каком дедушке шла речь, так и осталось для меня загадкой, стариков рядом не наблюдалось.       Когда я вышел из душного лифта и прошёл ещё сто пятьдесят метров, ноги уже начали гудеть и мне захотелось присесть отдохнуть, но лавочек поблизости не было. Превозмогая себя и проклиная архитектора, разработавшего дизайн торгового центра, я дошел-таки до кафе, где тоже было людно и душно. Похоже, чертов Артут экономит на кондиционерах... Надо при случае поставить ему это на вид.       Распорядитель посадил меня на мое обычное место у фонтана среди кадок с растениями, предварительно переместив оттуда других посетителей, уже листавших меню. Когда такое же меню оказалось у меня в руках, я не стал отпускать официанта и сразу велел ему принести мне все блюда с первого разворота в разделе «Завтрак».       Плеск настоящей воды в фонтане приглушал людское бормотанье, а живые растения на подставках вокруг создавали подобие приватности. На столе передо мной быстро выстроились тарелки с глазуньей на беконе, сырниками, оладьями со сливовым джемом и сметаной, блюдо с мясной нарезкой и круассанами, свежевыжатый апельсиновый сок и кофе «по-восточному» и я уже хотел наброситься на еду, но из невидимых динамиков вдруг полилось знакомое музыкальное вступление к песне Blanc Dimanche про ангела, в груди у меня заскребло и я велел Лизе открыть Инстаграм.       Ростик с Артуром уже прибыли в Третий Рим и оба выложили в сторис совместное селфи на вокзале. Они что, собрались фоткаться на каждом шагу? Как дети малые! Я машинально махнул в воздухе рукой и закрыл Инстаграм, а у моего столика тут же материализовался официант и протянул мне кожаную папочку.       — Что это? — спросил я.       — Ваш счет.       — Какой ещё счёт? Вы что, не знаете, кто я?       Недогадливый гарсон испуганно уставился на меня и я отправил его к распорядителю, а сам заглянул в папку со счётом. 2500 рублей! Ну и цены!       Официант вернулся в компании распорядителя, тот долго рассыпался в извинениях, ссылаясь на то, что официант у них новенький и еще не узнаёт важных людей в лицо, забрал оскорбительный счет и предложил мне в качестве компенсации их фирменный клафути с вишней.       Пока официант бегал за десертом, я подсчитал, что если бы я платил за каждый свой завтрак здесь, я бы тратил в месяц не меньше пятидесяти штук. Какая же у этого мерзавца Артура выручка?...       Наконец приступив к трапезе, я время от времени оглядывал зал в поисках моего рыжеволосого поклонника, но того нигде не было, я снова залез в соцсети и незаметно для самого себя опустошил почти все тарелки, включая керамическую кокотницу с клафути.       Кофе был вкусным, а вот гуща на дне белоснежной фарфоровой чашки лакомой встречи с поклонником мне сегодня не предсказала, ограничившись маленьким квадратиком, который означал мелкие неприятности.       Поставив несговорчивую посудину обратно на блюдце, я направился в туалет вымыть руки.       Музыку здесь слышно не было да и само оформление санузла разительно отличалось от интерьера кафе: на стенах отсутствовали панели из натурального дерева со вставками из матового стекла и репродукциями картин старинных мастеров, оправдывающими приставку “Арт” в названии заведения, на полу не было плитки со средиземноморским узором, а цветовая гамма всей комнаты была гораздо темнее, если не сказать мрачнее.       Слева из верхней части двух фальшокон с деревянными рамами и витражными вставками лился искусственный свет. В нижние части оконных рам были вставлены большие зеркала. В воздухе стоял легкий аромат цитрусовых, а на подоконнике лежали три апельсина. Прямо под окнами-зеркалами располагалась деревянная тумба с тремя раковинами, справа от которых возвышалась пирамида из сложенных свитками белоснежных полотенец, а слева — бутыль темного стекла с жидким мылом для рук.       На стене ровно напротив входной двери висело еще одно зеркало — круглое в темной деревянной раме, напоминающей шестеренку с десятью зубцами. Когда посетитель заходил в санузел, у него возникало ощущение, что за ним наблюдает его же собственное отражение. Возле зеркала висели четки с крупными прозрачными бусинами желтоватого оттенка, а над ними красовалась надпись на латыни «Johannes de eyck fuit hic 1434».       Через несколько секунд в центре туалетной комнаты появлялись две объемные фигуры в дорогих средневековых одеяниях — невысокий мужчина в черной цилиндрической шляпе с широкой тульей и подбитой мехом накидке из винно-красного бархата и миловидная женщина в белоснежном чепце и также подбитом мехом ярко-зеленом платье с длинным шлейфом в сопровождении черной лохматой собачонки. Пес приветственно вилял хвостом, мужчина пристально смотрел на вошедшего, затем поднимал правую руку к груди в почти благословляющем жесте и протягивал левую женщине — та смиренно склоняла голову и послушно клала свою руку в его ладонью вверх. В этой позе парочка застывала, чтобы через пару минут раствориться в воздухе.       В первые месяцы работы кафе поглазеть на голограммы в туалете толпами приходила молодежь. Артур не выгонял малолеток, разъяснял им, что запечатлеть оптическое чудо можно только на видео, и просил отметить под выложенными в соцсети роликами аккаунт его кафе. Поскольку видеосъемка тоже имела свои ограничения и превращала объемные фигуры в плоские, подписчики приобщившихся к зрелищу стремились посетить туалет лично, чтобы насладиться 3-D эффектом.       Дешевый трюк принес Артуру такую же дешевую популярность и количество фолловеров у аккаунта «Арт-Кафе» в Инстаграме увеличилось в пять раз. Число взрослых платежеспособных посетителей кафе тем временем оставалось прежним. Я смотрел на всë это, чувствовал себя Кассандрой и советовал Артуру не заниматься ерундой и нанять нормального маркетолога, но он упирался и говорил, что справится сам, так как у него есть стратегия.       В итоге он объявил в Инстаграме розыгрыш: всем желающим предлагалось угадать, какая картина послужила вдохновением для интерьера уборной. Первому правильно ответившему полагался бесплатный годовой абонемент на кофе, а еще десяти счастливчикам, рандомно выбранным среди всей массы угадавших — обед за счёт заведения. Наевшийся и напившийся задарма кофе плебс в благодарность стал нахваливать Артурово кафе в соцсетях (а, может, Артур писал хвалебные отзывы сам, а псевдоклиенты только постили их на своих страницах).       Идею с картиной ван Эйка «Портрет четы Арнольфини», предметом многолетних споров искусствоведов, подсказал Артуру Олег. Он же набросал эскизы интерьера уборной и не взял за это ни копейки — Артур, правда, в благодарность подарил ему пожизненную персональную скидку аж 40% на все позиции меню и винной карты (с моей стопроцентной скидкой она, конечно, сравниться не могла, но тоже была солидной), а вот на техническую реализацию Олеговой задумки Артур потратил почти столько же, сколько на оформление интерьеров всего заведения, включая кухню и подсобные помещения, поскольку голограммы в то время были редким и дорогим удовольствием.       Я советовал Артуру не пороть горячку и подождать, пока технологию обкатают и она станет более бюджетной, но он и слушать ничего не хотел, твердил про технологический авангард и таки вбухал в дизайн своего санузла бешеные деньги. В результате, когда его арендодатель (пользуясь тем, что после дорогостоящего ремонта Артур уже никуда не переедет) захотел аванс за три месяца аренды, а не за два, как они изначально договаривались, Артур впервые попросил у меня денег в долг (сам он на тот момент уже был так закредитован, что банки отказывали ему в новой ссуде). В ответ я предложил ему бросить свой общепит, раз у него ничего не получается, и стать исполнительным директором моего издательского дома.       В наши переговоры как обычно вмешался Ростик. Он стал долдонить, что Артур просит у меня финансовой поддержки, а не критики, а к смене сферы деятельности не стремится, поскольку сеть его кафе в Третьем Риме уже вышла на самоокупаемость, что, по его мнению, якобы свидетельствовало о наличии у Артура деловой жилки. Я подумал, что банкротство Артура — лишь вопрос времени, но всё же одолжил горе-бизнесмену денег под умеренный процент и взял с него долговую расписку. Ростик стал канифолить мне мозг, что я поступаю не по-товарищески и мог бы дать Артуру беспроцентный займ, но сам заемщик недовольства не выразил и вернул мне всё до копейки, включая проценты, даже раньше срока — через пять месяцев, а не через шесть, хотя я его не торопил. С тех пор он больше не просил у меня взаймы, что было неудивительно — его петроградское кафе неожиданно вышло на самоокупаемость, а третьеримская сеть начала приносить какую-никакую прибыль.       Будучи твердо уверенным, что Артур занимается не своим делом и нуждается в мудром руководителе, я периодически повторял свой job offer, но каждый раз натыкался на бесцеремонный отказ. Артуру просто нравилось капризничать и делать всё мне на зло, и он даже не задумывался, что лишает себя уникальной возможности карьерного роста. С годами он еще обзавелся самомнением и стал разыгрывать карту своей ценности как человека и прáва свободно выбирать свой жизненный путь. Что он может в этом понимать? Он ведь не нюхал пороху.       Я развернул скрученное в свиток полотенце, вытер руки, скомкал и бросил в деревянный ящик рядом с тумбой с раковинами, слева от которого на темном имитирующем дощатый пол покрытии лежали массивные остроконечные туфли-шлепанцы с деревянными подошвами — еще один узнаваемый атрибут ванэйковского шедевра.       Я прошагал за спины голографических фигур четы Арнольфини к круглому зеркалу, над которым стоял автограф ван Эйка. В отражении я увидел мужчину в расцвете лет — он был кладезем житейской мудрости, профессионализма, зрелости и при этом не утратил жизненной энергии. И всë это ему не с кем было разделить — люди вокруг уже старели душой и телом и их закостеневающий мозг не желал учиться и перенимать ценный опыт.       Может, мне надо было в свои 30 сдать биоматериал в банк спермы, как это сделал когда-то мой отец? И сейчас моему сыну было бы столько же, сколько сыну Олега. Я бы обучил его всему, что знаю, а лет через двадцать–двадцать пять, со спокойной совестью передал ему дела. Да что там! Я бы смог хотя бы взять отпуск и съездить куда-нибудь отдохнуть. Вон хоть, как Алек, на Мальдивы.       И за неимением наследника мне нужен кто-то помоложе, менее своевольный и более покладистый...       Пройдя сквозь сотканную из света фигуру молодой супруги Арнольфини, я остановился перед ней и всмотрелся в ее лицо. Где мне найти такую же покорность?... Я скользнул взглядом по уложенным в двурогую прическу волосам под белоснежным чепцом и впервые обратил внимание, что они рыжие. Прямо как у Артура... И у моего вчерашнего поклонника… Да и сам он внешне напоминал Артура в возрасте чуть за тридцать… Наставить Артуру рога с его более молодой копией и отомстить за все унижения, которым он подвергал меня своим упрямством?...       Призрачные фигуры исчезли, а я представил, как молодой псевдо-Артур заходит в этот китчевый туалет, запирает за собой дверь и говорит, что утонул вчера в омутах моих глаз и с тех пор думал только обо мне. Я молча улыбаюсь в ответ, он приближается вплотную ко мне и трётся своей бодростью о мою, а потом расстегивает ширинку на моих брюках и ласкает меня рукой, одновременно подставляя, под мои поцелуи свой влажный глубокий рот, куда мне сразу хочется погрузить не только язык. Угадывая мое желание, он опускается на колени и приводит его в исполнение. Никакой неловкости, никакого дурацкого смеха по поводу попавших в рот волосков или жалоб на объем, никаких идиотских вопросов о том, как мне больше нравится — мои желания просто естественным образом считываются настроенным на меня любящим человеком, жаждущим быть моим вместилищем.       Я почувствовал облегчение. Как будто всë, чего мне не хватало, вдруг вырвалось наружу и обрело яркую, словно вспышка сверхновой, реальность — столь осязаемую, что мне пришлось ненадолго зайти в туалетную кабинку, чтобы справиться с бодростью.       По дороге домой, пролетая над Благовещенским мостом, я засмотрелся на горы васильков на месте гибели Корзуна и вспомнил, как Ростик накануне вечером рассказывал Артуру про журналистов, посетивших мост в сопровождении открытого сенсора. Странно, что идея сходить туда пощупать энергетический след не пришла в голову мне…       Я перевел взгляд на очередь из желающих возложить к месту трагедии цветы. Она появлялась тут ежегодно, начиная с мая 2031 — люди приходили на Благовещенский на протяжении двух, а иногда и трех недель с даты убийства Корзуна. Но в этот раз людская цепочка была особенно длинной и даже загибалась на набережную лейтенанта Шмидта. Это, по всей видимости, было связано с экосаммитом. Ну, не с ним самим, так как публичных заседаний в программе предусмотрено не было, а с тем самым бесплатным концертом группы Blanc Dimanche, который должен был состояться на Дворцовой площади под занавес экомероприятия 21 июня. Взбудораженный Алек до своего ухода в отпуск успел прожужжать мне этим концертом все уши. Panem et circenses! Поскольку с хлебом, благодаря Этьену, у Алека всё было в порядке, его одержимость бесплатным зрелищем выглядела как плебейское крохоборство.       Электрокар пролетел над решетчатым забором с табличкой «Жилой комплекс “La Pétite France”» и приземлился на площадку. Я решил отправить его на подземную парковку и уличить Ростика во вранье по поводу неспособности лидаров грамотно заехать на паркинг, отдал команду автопилоту, а затем встал у подъезда и велел Лизе снять видео и сразу отправить его Ростику.       Машина аккуратно сдала назад, затем дождалась, пока сдвижная дверь в подземный гараж полностью откроется, взяла левее и… тиранулась порогом о новую клумбу.       Я пощупал царапину. Затронут не только верхний слой автоэмали, но и грунтовка.       Пока я осматривал пострадавший автомобиль, Лиза отправила видео с неудачной парковкой Ростику и тот прислал в ответ грустный смайлик.       Всё понятно, он и навел на меня порчу. Из мести. Но какой же мерзавец!       Я проложил для автопилота маршрут до машиноместа вручную и, убедившись, что электрокар миновал злополучную клумбу, вытер пот со лба и наконец поднялся в квартиру.       Дома было душно и как-то пыльно.       Лиза, текстовое для Ростика: «Ты что, не вызвал вчера клининг?»       Новое голосовое сообщение от Ростика.       Лиза, включи.       «Серж, я был уставший с дороги и боялся, что не смогу как следует проследить и уборщики нахалтурят. Дело в том, что они стали убираться по типовым алгоритмам, которые составляют для них нейросети, а у нашей квартиры есть особенности. Но я вызову клинеров в понедельник прямо с утра».       Каков нахал, отлынивает от своих обязанностей!       Лиза, текстовое для Ростика: «То есть вы там будете развлекаться, а я должен сидеть тут в грязи?! Спасибо за заботу!»       И включи приоритет для входящих от Ростика.       Приоритетный чат для входящих сообщений от Ростика включен.       «Серж, мне жаль, что так вышло. Если тебя сильно раздражает, что квартира не убрана, ты можешь вызвать клинеров сам. Визитка с их телефонами в прихожей возле зеркала».       Лиза, текстовое для Ростика: «Не надо указывать мне, что мне делать. Уехал развлекаться, развлекайся, а я тут как-нибудь справлюсь сам».       «Хочешь, я вызову, а ты просто проследишь за ними. Во сколько тебе удобно?» — проговорил его голос извиняющимся тоном.       Лиза, текстовое для Ростика: «Сидеть из-за них полдня дома я не собираюсь».       «Они обычно справляются за три часа. Но я могу вызвать еще двоих помощников и тогда, думаю, они закончат через полтора часа. Во сколько тебе удобно? Они работают круглосуточно, можно даже ночью вызвать».       Налажал и не хочет брать ответственность за свои промахи!       Лиза, отключи приоритет для входящих от Ростика.       Приоритетный чат отключен.       Лиза, текстовое для Ростика: «Не надо пытаться усыпить мою бдительность. Я уже понял, как ты ко мне относишься».       Голосовой вызов от Ростика.       Лиза, отклони вызов.       Пусть помучается и позвонит несколько раз, а то совсем обнаглел.       К моему удивлению, вызовов больше не было.       Я спустился в прихожую и повертел в руках визитку клининговой компании, но сканировать QR-код не стал, а пошел на кухню и поочередно заглянул сначала в аэрогриль, а потом — в духовку. Запеченные сырники выглядели так аппетитно, что я съел один прямо возле открытой духовки, а потом проверил чат Ростика, но новых сообщений от него не было.              Я зашел в Инстаграм и обнаружил, что Ростик с Артуром зашли на ланч в одно из заведений Артуровой сети. Раньше Ростик, когда мы с ним ругались, терял аппетит, а теперь, судя по видео в Артуровых сторис, наворачивал гамбургер с ростбифом — specialty третьеримской сети «Арт-Кафе», которой я в Петрограде был лишен — тут на его месте в меню был бургер с котлетой из креветок. Мда…       Я открыл Витину рукопись, но то и дело отвлекался на чертов Инстаграм и чаты в мессенджере — в последних стояла тишина, а в первом фотографии и видео в сторис только прибывали и Ростик на них выглядел довольным жизнью. Специально делает вид, что ему на меня наплевать!       Выждав полчаса, я поставил недовольный смайлик на его последнее голосовое, но ничего не поменялось.       Я сделал еще одну вылазку на кухню, съел круассан и отправил Ростику сообщение «Ведешь себя как настоящий эгоист», а потом отредактировал месседж и заменил слово “эгоист” на “нарцисс”, но мое послание, судя по одной галочке в уголке, даже не было прочитано.       Что он себе позволяет?! Треплет мне нервы и без зазрения совести самоутверждается за мой счёт!       Праведный гнев захватил меня, я с силой надавил на крышку аэрогриля и она треснула.       Вот до чего довел меня этот негодяй!!       Я тут же сообщил негодяю в чат, что из-за него придётся покупать новый аэрогриль, и в качестве доказательства приложил фото испорченного, но хам снова не ответил.       Я поднялся к себе и на этот раз обратил внимание, что вся мебель покрыта тонким слоем пыли. Зайдя в комнату Ростика, пыли на его письменном столе и прикроватном столике я не обнаружил. Значит, у себя этот негодяй всё-таки убрался.       Комната Артура была заперта и мой праведный гнев только усилился.       Что ж, придется использовать тяжелую артиллерию. Пусть ему станет по-настоящему стыдно…       Лиза, текстовое для Ростика: «Где тряпка для пыли?»       Ответ пришел через минуту. Мне с холодной вежливостью сообщили, что тряпка в прачечной рядом с полиролью для деревянной мебели.       Ни стыда, но совести!!       Я уже собирался спуститься на первый уровень, но вдруг вспомнил про Благовещенский мост.       Лиза, открой «Настольную книгу сенсора» и найди там информацию про энергетический след.       Информация найдена.       Прекрасно, я прямо сегодня же ночью схожу на мост, потом дам интервью журналистам с «Эдельвейса» и покажу Ростику с Артуром, над кем они вздумали издеваться.

* * *

      Перед самым пробуждением мне снова снилась Фина. Я прятался от нее в Третьеримском бестиарии за клеткой c огромным орангутаном, которого когда-то в детстве испугался до слез. Фина тогда сначала обнимала меня, а потом сказала, что обезьяны — наши далекие предки, мне стало только хуже и я заплакал сильнее. В моем сне Фина обнаруживала меня за клеткой с обезьяной, качала головой и говорила, что я уже взрослый, а я топал ногами, пытался пристыдить ее и убедить, что я еще маленький. Я даже проснулся от собственного вскрика «Маленький!!» и сел в кровати.       Что значит этот сон? Что я хочу снова стать беззаботным ребенком?... Должно быть, я переусердствовал на ниве взрослого осознанного поведения и нуждаюсь в отдыхе.       Я взял с прикроватной тумбочки кейс с коммуникатором и хотел, как обычно, выключить звуки природы, но вдруг понял, что в комнате тихо.       Я так устал ночью после визита на мост, что забыл включить гаджет?…       Я сунул в ухо коммуникатор.       Устройство подключено к нейронной сети.       Добрый день, Сергей Матвеевич!       Доброе утро, Лизанька! Сколько времени?       Третьеримское время двенадцать часов три минуты.       Сегодня воскресенье, 10 июня 2040 года.       Новых сообщений нет.       Как это нет? Раньше Ростик после размолвок всегда присылал мне на следующее утро в мессенджер извинения и я как взрослый осознанный человек великодушно прощал его. Чем он там занят сегодня, что ему некогда мне написать?!       Лиза, открой Инстаграм.       Новых сторис ни у Ростика, ни у Артура не было, их поток иссяк примерно в полночь после окончания идиотского «Музфеста», где выступали одни низкопробные голограммы, но Ростик девять часов назад выложил пост — фотографию Ниагарского водопада, которую, по всей видимости, сделал во время своей поездки в Ниагара-Фолс, и охи и вздохи в стихах про тоскующее в разлуке сердце, упивающееся счастливыми воспоминаниями.       Это что-то новое… И это объясняет его молчание в чате — он сочинял для меня стихи, хотел сделать мне сюрприз. Но пока он не пришлет мне персональные извинения за свое поведение, принимать его сентиментальные вирши я не стану.       Под постом со стихами было три сотни лайков и 25 комментариев, самый залайканный можно было прочитать сразу — «Твои стихи так же хороши, как твоя проза» в сопровождении пылающего сердца. Вот это лесть! Зачем Ростик поставил на нее лайк? Надо проверить, что это за…       В аккаунте льстеца с юзернеймом «damian1984» и без аватарки было двести с хвостиком подписчиков и никакой другой информации, как, впрочем, и постов. Очередной бестолковый ноунейм, который вообразил себя знатоком литературы…       Когда я вернулся на страницу Ростика, под его последним постом было уже триста семнадцать лайков, а льстивый коммент ноунейма получил еще семь.       Да у них тут коллективное помешательство! Но Ростик сам виноват: строчить в 53 года любовные стихи — тот еще китч. Просто, наследник Василевса…       Как там, кстати, наша «поэзия в упадке»?...       Лиза, открой Инстаграм Константина Васильева.       Батюшки, как он подряхлел!… И по-прежнему сидит в Третьем Риме и удаленно работает на нашего политэмигранта Потифарова. Хотя тот обещал помочь Василевсу с оформлением «Грин карты». Но, как там говорят, обещанного три года ждут? В случае с Василевсом срок, правда, скоро приблизится к тринадцати…       Хотя Василевс сам себя наказал: нужно было переходить работать ко мне, когда приглашали. Но он, видите ли, решил хранить верность Потифарову. И что, оценил он твою верность? «Грин карту» тебе так и не сделал.       В предпоследнем посте Василевс хвастался, что они с его обожаемым Сашенькой подали документы в ЗАГС. Он даже отметил аккаунт Сызранцева, приписав, что после регистрации брака тот наконец станет Васильевым. Тоже мне достижение!       На страницу Сызранцева я даже не стал заходить, так как прекрасно понимал, что ничего, кроме фотосвидетельств его участия в многочисленных тусовках и блядства, я там не увижу. И бедный Василевс женится на этой молодой потаскухе!       Хотя Сашеньке-то уже перевалило за 40… Выходит, Василевс у нас женится на старой потаскухе. Батюшки, какой невезучий...       Всё еще искренне сочувствуя Василевсу, я встал с кровати и направился в ванную.       Напоминание о начале нового лунного цикла.       Первые лунные сутки начались сегодня в полночь и закончатся в 03:50 в понедельник.       Сегодня в 19:08 Луна переходит в знак Рака.       День благоприятен для путешествий и зачатия.       День неблагоприятен для общения, денежных операций и операций с недвижимостью, смены места работы, застолий, употребления алкоголя, споров, выяснения отношений, физической нагрузки и стрижки волос. Новые начинания также лучше отложить — до второго лунного дня.       День нейтрален для бизнеса, творчества, науки, искусства, обучения, отдыха, секса…       А какой лунный день у нас был вчера?… Переадресовав свой вопрос Лизе, я узнал, что вчера были 29-е лунные сутки. Значит, гадать на кофейной гуще было нельзя! Вот до чего меня довели Ростик и Артур со своими выкрутасами!…       Не дочистив зубы, я под неодобрительные комментарии интеллектуального помощника наскоро умылся, вернулся в спальню, где в лучах послеполуденного солнца вальсировали пылинки, и вспомнил, что так и не сходил в прачечную за тряпкой. Черт знает что…       Надо поесть и проветриться.       Я быстрым шагом вышел из комнаты и направился в гардеробную, где не сразу нашел чистый летний костюм — он почему-то оказался на рейлинге для ношеной одежды. Зачем чертов Ростик его перевесил? Наверняка, чтобы отомстить мне за то, что я вчера на него обиделся. Сначала провоцирует, а потом еще и мстит мне за мои естественные реакции!       Есть уже хотелось невыносимо и я, захватив вешалку с костюмом, рубашку, трусы и носки, спустился на кухню, где вспомнил, что на завтрак ничего нет — всё, заказанное вечером в «Арт-Кафе», я вечером же и съел, а ночью, после возвращения с Благовещенского моста, добил сырники и последний круассан.       Я собрал упаковки от вчерашней доставки в бумажный пакет с логотипом «Арт-Кафе» и оставил его возле помойного ведра (где Артуровому бизнесу было самое место), переоделся в прихожей, надел ботинки, нанес одеколон, подхватил портфель и вышел из квартиры. По пути до лифта я проверил погоду и, узнав, что на улице почти +30, решил спуститься на парковку прямо на лифте.       На подземном этаже было прохладно, электрокар поблескивал в свете люминесцентных потолочных ламп еще не успевшими запылиться бортами и свежей царапиной на пороге под левой дверью. Мда… Если бы не чертов Ростик, у меня всё было бы хорошо. Но он всюду лезет и всё портит! Просто, какой-то злой гений…       Я снял машину с сигнализации, сел в салон и велел автопилоту проложить маршрут до Лиговского.       Пробок нигде не было, подземная парковка торгового центра была забита, но мне удалось найти одно место для инвалидов и оставить машину там. Лифт был пуст, а вот на входе в Артурово кафе мне пришлось ждать, так как прямо передо мной туда зашел высокий широкоплечий мужчина примерно моего возраста, но явно пытавшийся молодиться с помощью отчаянных тренировок в спортзале. Вот что значит низкая самооценка…       Лицо раскачанного страдальца показалось мне смутно знакомым и я зашел в стеклянное фойе вслед за ним.       — Я броньировал стольик на одного. На имья Пэриса Питерсона, — сказал он распорядителю и я сразу вспомнил, откуда мне было знакомо его лицо.       Мерзавец работал на «Би-би-си» и двенадцать лет назад накрапал заметку про передел собственности в сфере книгоиздательского бизнеса в нашей стране. Мой «Альдебаран» фигурировал там как одна из компаний, которые государство привлекло для «создания иллюзии», что изъятые у прежних собственников активы всё еще находятся в частной собственности. Мерзавец даже указал, на каких условиях новые владельцы получали в свое распоряжение эти самые активы. Заказной характер статьи был очевиден: ее проплатил опальный Потифаров — в качестве мести за неудачи в бизнесе и вынужденную эмиграцию — он же проинформировал нашего писаку насчет распределения долей. Сам налажал, связавшись с коррупционными схемами своего братца, а виноватыми пытался выставить меня и государство…       — Добрый день, Сергей Матвеевич! Рады снова видеть вас, — прервал мои размышления возвратившийся в фойе распорядитель.       Автора заказухи как на зло посадили практически напротив меня, под репродукцией картины Лукаса Кранаха Старшего «Суд Париса», где Парис полулежал перед тремя обнаженными рыжеволосыми дамами-богинями в полном рыцарском доспехе, сняв с правой руки латную перчатку. Неужели распорядитель хотел польстить наглецу… Или, может, запал на эту гору мускулов?       Я старался не смотреть в сторону мерзавца-журналюги, но его огромную тушу были не в состоянии заслонить даже разлапистые листья окружавших меня растений, что не лучшим образом действовало на мой аппетит. Сам мерзавец ел как в последний раз и даже ни разу не отвлекся на гаджеты, а потом сразу попросил счет.       Когда он собрался уходить, я решил проверить свои догадки относительно симпатий распорядителя, тоже встал и направился вдоль кадок с папоротниками к двери в санузел, поглядывая в сторону стеклянного аквариума на входе в кафе.       Завидев интуриста, распорядитель сначала расплылся в слащавой улыбке, а затем протянул мерзавцу перевязанную лентой коробочку с фиолетовыми макарунсами, как будто ушлый обжора был ресторанным критиком, от которого зависела репутация заведения.       — Не понимаю, что люди находят в этих качкáх, — проговорил из-за моего левого плеча насмешливый мужской голос. — У них же нет мозгов, одни мускулы.       — У них не только мозгов нет, но и потенция слабая, — отозвался я, провожая мускулистого импотента взглядом.       — Нам… явно есть о чем поговорить, — констатировали из-за плеча. — Обменяемся номерами?       Повернувшись, я увидел своего рыжеволосого поклонника: он улыбнулся, откинул назад свою роскошную гриву и достал из кармана джинсов смартфон. На ловца и зверь.       Я продиктовал ему цифры, Лиза тут же сообщила о входящем вызове с незнакомого номера, зарегистрированного в Петроградской области.       — Максим, — сказал конь.       — Сергей.       Он потряс мою руку:       — Тогда до связи, Сережа. Мне… уже пора.       Он торопливо направился к выходу, а я всё же решил зайти в туалет, где первым делом велел Лизе добавить номер Максима в список контактов.       Пока я мыл руки и, глядя на себя в зеркало, думал, что дам горé мускулов сто верст форы, у меня за спиной материализовались фигуры четы Арнольфини. Когда я взялся за полотенце, молодая рыжеволосая жена в белоснежном чепце покорно протянула руку своему мужу, а дверь в санузел распахнулась.       На пороге стоял Максим:       — Мне надо бежать, но я просто не мог отказать себе в удовольствии познакомиться поближе...       Призрачные фигуры исчезли, словно не желая портить нам атмосферу приватности, я молча улыбнулся и указал на приоткрытую дверь в одну из двух кабин туалета, приглашая нового знакомого внутрь.       Что меня ждёт? Игра на флейте? Или сразу нечто большее?... Ну, в любом случае день сегодня для всего этого неплохой.       Замок на двери закрылся почти бесшумно. Я сразу снял пиджак и повесил его на крючок. Губы Максима, которые тут же припали к моим, были более пухлыми, чем у Артура, но менее мягкими, чем у Ростика. На его щеках и подбородке сначала ощущалась шероховатость, но как только его рука забралась через ширинку мне в брюки и принялась скользить по моей бодрости вверх-вниз так уверенно, словно это была моя собственная рука, я на какое-то время утратил способность фиксировать иные детали.       Резинки ни у меня, ни у Максима с собой не оказалось, но они обнаружились на полочке над мини-раковиной рядом со средствами гигиены для женщин и букетом одноразовых зубных щеток в керамическом стакане.       — На тебя не налезет, — сказал Максим, глядя на серебристые конвертики с надписью «Visit». — Эти презики тесноваты даже для стандартного члена. Поэтому предлагаю надеть защиту только на меня и заняться фротом.       Я кивнул, попытался вспомнить, какие резинки покупает для нас Ростик, но так и не смог.       Максим тем временем расстегнул джинсы, приспустил их вместе с трусами, сдвинул крайнюю плоть, ловко надел резинку, приблизился вплотную ко мне, быстро вернул мне полную боевую готовность, крепко обхватил наши причинные места и принялся ласкать всë теми же движениями вверх-вниз, но теперь сериями по два коротких за раз.       Интенсивность воздействия подвела меня к самой грани болевых ощущений, но ни разу не позволила ее перейти. А через пару минут я и вовсе вышел на финишную прямую.       — Осторожно, — выдохнул Максим и во время придержал меня за шею, чтобы я не приложился затылком о стену.       Его вторая рука сделала паузу и напряжение чуть спало. Максим жадно припал к моим губам, его рука снова пришла в движение, а язык коснулся моего языка. Затем он вынул у меня из уха коммуникатор и, тяжело дыша, стал вполголоса говорить мне в ухо непристойности про мою бодрость. Не в силах понять, что действует на меня сильнее — его слова или его прерывистое дыхание, я пришёл к финишу. И такого финиша я не мог себе представить даже в своей вчерашней фантазии. Наконец-то нашелся человек, который понимает, что мне нужно... И не только понимает, но и знает, как мне это дать.       Пока я приходил в себя, Макс выбросил использованную резинку, дёрнул из диспенсера пару бумажных салфеток — для себя, и для меня, а затем стал намывать руки в раковине.       — У тебя… пуговица на пиджаке вот-вот отвалится, — сказал он, глядя на меня через зеркало.       Я застегнул ширинку на брюках и взглянул на свой пиджак на стене — нижняя пуговица печально болталась на растянувшейся нитке.       — Некому пришить, — усмехнулся я.       — Ты в разводе?       — Я сам себе хозяин, — ответил я, подумав, что после всех кульбитов Ростика и Артура имею полное право не считать их семьей.       — Ты так ее потеряешь, — сочувственно отозвался Макс.       Что он имеет в виду?       — Кого? — уточнил я.       — Пуговицу, — Макс вытер руки, оторвал несчастную пуговицу, перекусив нитку зубами, и сунул в карман моего пиджака, а потом, словно в утешение, долго целовал меня в губы.       Мои руки сползли ему на ягодицы, я ощутил, как и у него, и у меня пониже пояса снова начало призывно набухать, но Макс сказал, что ему пора.              — Я тебе напишу, — добавил он, вручил мне коммуникатор, о котором я уже позабыл, и подхватил свою кожаную папку. — Если не умеешь пришивать пуговицы, отнеси пиджак в ателье. Или в химчистку. Там всё сделают.       Он подошел к двери, прислушался, затем быстро отпер замок и вышел, прикрыв дверь за собой.       Я хотел защелкнуть замок, но не мог отойти от стены. Я чувствовал себя так же, как после нашего самого первого секса с Артуром, когда я впервые попробовал фроттаж и массаж простаты. И тогда, и сейчас мой партнёр уверенно взял инициативу в свои руки (буквально). И тогда, и сейчас у меня было стойкое ощущение, что меня поимели. И тогда, и сейчас мне так понравилось, что было неловко признаться в этом даже самому себе.       Я сунул в ухо коммуникатор.       Устройство подключено к нейронной сети.              У вас одно новое голосовое сообщение. От Максима.       Лиза включи.       — Было охуенно. И теперь я ужасно хочу тебе отсосать. Встретимся в следующее воскресенье?       Я поставил на его сообщение лайк, запер дверь и, представляя, как Максим осуществляет своё заветное желание, пришел к финишу ещё два раза. В том, что Максим играет на флейте виртуознее, чем Ростик, сомнений у меня не было.