Внутренняя борьба Вити Пчелкина

      Космос, как и обещал, пытался слезть с кокса, но проблема заключалась в том, что свою потребность в нем он душил в Вите. И пытался делать это вполне буквально. Он зажимал его, где мог, бесил своей прилипчивостью на людях, просто не давал прохода.       Он вдавливал его в кровать так, что оставались синяки (надо сказать, что после того раза в его квартире Витя проснулся с синей шеей, и объяснять это было просто убийственно, он ходил и огрызался на всех), а Витя еще и не давался так, как хотел Кос.       — Отъебись, Кос, ну это невозможно.       Витя отталкивал его от себя, но Кос продолжал прижимать его к стене в каком-то узком кабинетике вечером, когда уже почти никого не было в здании. Ему будто было пятнадцать. Он толкался бедрами, и все бы ничего, но получить разрядку им все равно было не суждено, а Витя потом ходил злющий. К тому же, Космос лез слишком нагло, трогал так, будто он какая-то девка, которая легко дастся.       — Ты сучишься, Пчела, вот чего ты не даешься?       — Ты смеешься, что ли? И так пидорства достаточно. — огрызался Витя, стоя с закинутой головой, пока Космос зацеловывал его прямо под подбородком, — Ох… Ну все, хватит, нам еще работать сегодня. Кос…       Витя не знал, догадывались ли Белый с Филом о причине их внезапного примирения и неожиданной чистоте Коса, но, думал, два и два сложили, что это Витя посодействовал. Возможно, просто считали, что на них так повлияло копание могилы в лесу. Потому что никто с ними об этом больше не говорил, это осталось только между ними.       После того вечера, когда Витя пришел в фирму, увидел только рассерженный взгляд Белова, но ему было так плевать, что он даже не стал выслушивать, просто выслал его еще раз. От драки их сдержал Фил, казалось, единственный разумный человек.       — Тихо! Сидите на жопе, блять, и так достаточно разрисованных рож.       — Что происходит?       В кабинет вошел Космос и сразу увидел напряженную сцену. Они с Витей утром разминулись, тот спрашивать не стал, только надеялся, что он не за коксом попрется.       — Нормально все. — буркнул Витя, ловя напряженный взгляд, но просто мотнул головой, обозначая, что это неважно.       — Кос…       Руки Космоса потянулись к его брюкам. Витя не настолько доверял тонким дверям их фирмы, чтобы трахаться за ними, но Космос его не слышал.       — Твою мать, сука.       Космос достаточно резко развернул Витю так, что нагнул его над столом, прижимая своим немаленьким весом. Он задергался, но без толку.       — Кос, блять, я не собираюсь трахаться с тобой здесь. И явно не в таком, сука, положении, а ну выпустил.       Вите его поза совершенно не нравилась. Он до сих пор не мог собрать остатки своей гордости, глуша мысли о том, как он подставлялся под касания Коса, и до чего он его доводил. Если Кос приступит черту, Витя ему не простит.       — Вить, ну, Вить…       Космос прижался лбом к его загривку, потираясь, как кот. Он мягко поцеловал голую кожу. Как же Витю выводила эта косова прилипчивость и мягкость. Он выпрашивал у него уже вторую неделю. Казалось, будто это ему позарез как надо, чтобы дурь из головы выбить.       Витя только вздохнул и затих. Он не знал, что еще сказать.       — Я осторожно. Честно.       — Кос, да иди ты в жопу… — Витя прервался, прикрывая глаза, — Иди нахер, не буду я. Не здесь.       Космос вдохнул запах его волос, резко с нажимом проводя между его ягодиц прямо сквозь брюки, где они сильно натянулись, так что Витя весь вздрогнул, тут же пинаясь.       — Ублюдок. — выдохнул он, чувствуя, как возбуждение накатило на него волной.       Космос отстранился, проводя рукой по спине от затылка до поясницы. Им пришлось разойтись, потому что у каждого были свои обязанности. Только Витя остаток вечера ходил таким раздраженным, что бесил всех вокруг. А он злился, что не получил разрядку, и что вообще ее в таком ключе хотел.       Ему их отношения казались странными. Они редко оставались наедине, и при этом почти всегда Космос только распускал руки. Ему, казалось, было вполне нормально, он не видел в этом ничего такого, что нельзя сказать о Вите, который последние дни был будто на измене. Он боролся со своими желаниями и предрассудками одновременно. Получалось скверно.       Вите нравилось то, как Космос его трогал, он был ему самым близким человеком, но одновременно с этим он это ненавидел. Казалось, будто он не должен этого хотеть, не должен был получать удовольствие таким образом. Несколько лет назад они презирали таких, а теперь ведут себя, как они. И в их ситуации Витя чувствовал, что Кос никак не марался, тогда как он сам, при этом, по горло в этом говне. И вообще захлебнется, если Космос получит то, что так хочет.       — Ты чего такой загруженный? — спросил Фил, присаживаясь на стул рядом.       Витя сидел за столом над бумагами, уперев ручку в лоб, и смотрел куда-то мимо страниц. Космос не появлялся в его поле зрения, так что думалось легче.       — Пчел?       — А?       Витя резко поднял голову, сталкиваясь взглядом с Филом, который внимательно смотрел.       — Чего загруженный, говорю?       — Да так, ерунда, не обращай внимания. Замотался просто.       — Ехал бы домой.       Фил хлопнул его по плечу и поднялся с места. Домой. Он бы с радостью, да за ним Кос попрется, а там уж неизвестно, что будет.       — Да, наверное, ты прав.       Витя вышел из офиса, так и не столкнувшись с Космосом, так что просто уехал в квартиру. Саню и Фила он предупредил, телефон выключил. Ему вообще не хотелось ни с кем сейчас решать никакие вопросы.       Приехав домой, Витя ушел в ванную, смыть с себя весь этот день, наполненный пустыми размышлениями. Он стоял под кипятком, чувствуя, как пар заполняет все вокруг. Пытался представить, каково бы ему было, если бы все случилось. Наверное, хорошо, раз кого-то к этому тянет. Но внутренняя неуверенность грызла изнутри. Витя опустил руку вниз, коснулся расслабленного члена, мысли были не те. Протянув ладонь назад, он осторожно коснулся ягодиц и тут же отдернул руку. Стыд обжег лицо.       — Черт. Какая же херня…       Витя дернулся, когда услышал, как поворачивается ключ в двери. Будто был пиздюком, а родители приехали домой, пока он непристойные картинки разглядывал. Он бы испугался, но ключи были только у Космоса, и тот явно сейчас был зол, потому что в скважину попал не сразу, а поворачивал ключ слишком нервно. Витя мягко приложился лбом к прохладной запотевшей плитке, вздыхая.       Он вылез из ванной, запихиваясь в халат, вышел в коридор. Космос в тот момент только закрыл дверь.       — Че приперся? — устало спросил Витя.       Космос глянул злобно.       — Ты чего, сука, трубку не берешь? Уебал хуй знает куда, не сказал ничего.       — Я должен отчитываться перед тобой? Кос, заканчивай, настроение ни к черту. Не надо сыпать мне обвинениями в моем доме.       Космос помолчал секунду.       — Вот что случилось? Что ты как сука последняя? Нормально же все…       — Да что нормального, Кос? Часто лучшие друзья дрочат друг другу время от времени, а потом делают вид, что все нормально и не было ничего? Заканчивать это пидорство пора.       — Пчелка, ты что, охренел совсем? Просил же нормально.       — Да что нормального-то объясни мне? — взорвался Витя, хотя злился только на себя, не замечая, как Космос ближе подходил, — Ты мне присунуть хочешь, только и всего, я сам себе после этого в глаза смотреть не смогу. Че ты трогаешь меня, иди нахер.       Витя пытался выдернуть руку, вокруг которой медленно обвились космосовы длинные пальцы.       — Вить, ты чего? Мне вообще плевать, что и как у нас. Я же не заставляю тебя… Мне просто ты нужен. Вить…       Он почувствовал, как намокли глаза, отворачивая голову. Достало это все. Нервы уже не тянут.       Космос коснулся его щеки свободной рукой и к себе развернул. Шагнул еще ближе, нависая со своим огромным ростом. Он осторожно наклонился, будто Витя хрустальный, и поцеловал. От него было неожиданно. Мягко так. Не кусаче, как обычно.       Витя зарылся пальцами в его волосы и сильно сжал в кулак, так что Кос промычал в поцелуй, но отстраниться Витя не позволил. Он потащил его на себя, и они уперлись в стену. Теперь кусался Витя. И волосы тянул, второй рукой хватая за пальто, в котором он заявился (Вите он притащил новое на следующее же утро после того дня).       — Снимай. — прохрипел он.       — Пчелка…       — Снимай, сказал.       Кос отстранился, но недалеко: Витя все еще держал его волосы. Пальто стягивал неловко так, неудобно было, но не дергался и не возмущался, что было вообще нонсенсом. И оно упало на пол, кучей у ног.       — Ботинки.       На этот раз Космос даже пробовать не стал, поочередно наступил на пятки, оставляя ботинки валяться в прихожей. Витя снова притянул его к себе, кусая губы. Космос положил огромные ладони на талию, сжимая. Притерся к нему всем телом, и Вите пришлось задрать голову наверх, но он позволил вдавить себя в стену.       Витю раззадоривал тот факт, что он стоял перед полностью одетым Космосом в одном халате, который чуть ли не разъезжался в стороны из-за их трений. Достаточно было дернуть пояс, чтобы явить миру все, что под ним. А под ним становилось очень жарко.       — Кос?       — М?       — Давай.       — А?       — Не тупи, Кос. Давай.       — Ты не хочешь.       — Заткнись и просто сделай.       — Я не буду, нет. Пчела. — с нажимом произнес Космос, отстраняясь и заглядывая в глаза, — Не надо оно мне, если ты и меня, и себя ненавидеть после этого будешь. И так замечательно. Прекрати херней страдать.       — Я хочу.       Космос внимательно смотрел. Витя был абсолютно ни в чем не уверен, но очень хотел решить этот вопрос. Как угодно.       — Вить, ну зачем?       — Ты мне больше недели мозги компостировал…       Космос прервал его, вжимаясь носом в плечо и целуя там, где кожа оголилась, мягко так, любовно даже.       — Так хочется потому что. Но не когда ты не хочешь. Понимаешь, сейчас вообще ведет жестко. Но я ведь могу держать себя в руках.       Космос осторожно так пролез рукой под халат, сжимая грудь пальцами, ущипнул, так что Витя дернулся. Потом потянул руку вниз, вместе с тем растягивая завязанный пояс, мимолетно коснулся члена, спускаясь к бедру.       Витя все еще путался пальцами в его волосах, дергая их, стоял, закинув голову к потолку, и чувствовал, как дрожать начинал. Губами все еще касались чувствительного места на плече, слегка прикусывая. Космос второй рукой еще больше стянул халат, открывая себе побольше места, уже там, где следов будет не видно, предусмотрительный, падла.       Витя чувствовал себя прибитым к рамке насекомым. Только ему это очень нравилось. В голове крутились мысли только о том, как ахеренно ощущались пальцы Коса на его бедре, где он их просто сжимал. В остальном он просто мучил витино плечо. А тот уже завелся, как подросток. Но именно эту проблему Космос игнорировал, что нервировало.       — Космос, — протянул Витя, хватая рукой его рубашку, просить не хотелось, ждать — тоже.       — Нет, Витенька, сегодня мы из тебя дурь вытягивать будем. — зловеще произнес Космос.       Он извернулся, выпутывая волосы, и резко развернул Витю к себе спиной, впечатывая в стену.       — Твою мать. — выдохнул Витя, когда напряженный член прижался к прохладной стене, полы халата полностью его оголили, а Кос когда-то успел стащить пояс, которым сейчас замотал витины руки, — Какого хрена?       — Воспитательные меры, Пчелка.       Космос просунул руки спереди, под халат, чтобы схватить его за бедра и прижать ягодицы к своему горячему телу, так, что Витя почувствовал напряжение.       — Так что терпите, Виктор Палыч.       Космос снова поцеловал плечо, все то же, оголенное. Одной рукой он пошарился в глубоких карманах брюк, где вечно был целый склад, и выудил оттуда вазелин. Витя почувствовал, как стыд снова обжег его лицо, когда он вздрогнул от своих мыслей. Он помялся, чуть расставляя ноги в стороны. Космос отпустил его немного, чтобы расстегнуть брюки и приспустить их с бельем. Витя стоял в ожидании, переступая с ноги на ногу, слушая как Космос открыл баночку, а потом откинул ее на полочку в прихожей, где они все еще стояли. А через мгновение он задрал витин халат, и тот почувствовал, как он ткнулся членом между ягодиц. Липкая паника на секунду охватила его, и он даже дернулся от прикосновения, но Космос притянул за бедра и толкнулся, проезжаясь между ними. Он уронил голову Вите на плечо, судорожно выдыхая.       — Сдвинь ноги, Пчел.       Витя подышал немного, выполняя просьбу. Космос обхватил его поперек живота, толкаясь снова. Ощущения были странными. Но волной жара накрывало по-новой. Лицо горело. Да и шея с плечами. Витя дернул стянутыми руками, хотел себя коснуться, но Космос на это даже не отреагировал.       Витю уже начало потряхивать, когда Космос решил остановиться. Он дотянулся до брошенного вазелина и взял на пальцы, растирая.       — Вить.       — М? — вымученно протянул Витя, оборачиваясь.       — Можно? Я аккуратно.       — Давай, Кось.       Пальцы осторожно мазнули между ягодиц, слегка надавливая. Витя дернулся, но Космос снова обхватил его поперек живота, успокаивающе коснулся губами плеча.       — Ох… — напряженно выдохнул Витя, ощущения были очень непривычными, слегка дискомфортными, он дотянулся связанными руками до запястья, останавливая, давая себе время.       — Все нормально?       — Кх… Да, дай время.       Немного постояли, пока Витя не двинул бедрами назад. Он чувствовал себя так странно, ему казалось все это унизительным, но он не хотел останавливаться.       — Вить…       — Двигай.       Так, осторожно, Космос добавлял еще палец, за ним еще один. Двигался медленно, давая привыкнуть. А Витя продолжал упираться щекой в стену и тяжело дышать. Его трясло, он очень хотел себя коснуться, а ощущения чужих пальцев были просто убийственными, когда Кос коснулся какой-то точки внутри.       — Кос, Кос… Давай, пожалуйста. — пробормотал Витя, — И руки развяжи…       Повел плечом, которое Космос продолжал мучать. Тот осторожно вытащил пальцы, развязал пояс от халата, стянул дурацкую рубашку. Витя в тот же момент опустил руку вниз, касаясь себя, прикрыв глаза, блаженно выдыхая. Второй рукой он дотянулся до Космоса, хватая его бок, чтобы прижать к себе.       — Витька…       Космос испытывал особую любовь к его плечу, видимо, потому что Витя уже чувствовал, как оно зудело. Кос осторожно направил себя внутрь, двигаясь очень медленно и терпеливо. Он обхватил витину грудь, щипая кожу.       — Ай, блять.       А потом усмехнулся, продолжая отвлекать от неприятных ощущений. Выждав, он начал набирать темп, и Витя начал подвывать, прижавшись лбом к стене. Он пережимал себя у основания, второй рукой стискивая не до конца спущенные брюки Космоса.       — Кос, блять, ха… Сука…       Оргазм подступал волнами, Витю сильно потряхивало, он вообще не обращал внимание на звуки, рвущиеся наружу. И плевать, что стояли они около двери, ведущий в подъезд, и плевать, что соседи могли их услышать. На все плевать, Витя думал только о космосе, что сверкал под веками.       — Черт… Ох…       Бедра свело, а белесые капли упали на пол. Космос сжал его бедра так сильно, что кожа покраснела. И начал толкаться еще сильнее, уже не заботясь о нежности, всем телом прижавшись к витиной спине. Сильно укусил плечо, заставляя Витю крикнуть в голос, уперевшись рукой в стену для равновесия. Так и замерли, Космос тяжело дышал на ухо, прильнув ко взмокшему виску.       — Стой, стой… — Витя чуть привстал на носочки, вздрагивая, когда Кос попытался отстраниться, ощущения были неприятными, — Стой…       — Аккуратно, давай. Потом хуже будет. — шептал Космос, придерживая его.       — Ох…       Витя совсем опустил голову, упертую в стену, зажмурив глаза. Он старался перевести дух и не обращать внимание на свое состояние. Получалось плохо. Мысли начали лезть в пустую голову.       — Пойдем.       Космос мягко коснулся плечей, стягивая с них многострадальный халат, обхватил их руками и повел в ванную.       Витя не мог улечься, казалось, вечность. Все тело будто болело. Он продолжал крутиться на диване, пока Кос недовольно сопел под боком, потому что не мог из-за него уснуть.       — Пчелка, ну что ты?       — А ты как думаешь, блять? — огрызнулся Витя.       Как и думал, чувствовал себя ужасно, хотя и было хорошо. Но сейчас. Сейчас в голове крутились только самоуничижительные мысли, да и тело подводило. Как бы завтра вообще не слег.       Космос перевернулся на бок, к Вите лицом, осторожно перевернул его с бока на живот и положил на поясницу свою горячую тяжелую ладонь. И стало чуть легче. Витя выдохнул, обхватив подушку руками.       — Ты прости.       — Проехали.       Так и уснули.       Утром легче не стало. Физически так точно. Огрызался Витя уже меньше, и себя корить почти перестал. Космос его с утра обхаживал, как барышню какую, получил подзатыльник и больше не лез. В офис вместе поехали, и как-то все равно стало. На всех.