Сосуд очищения

Ночное небо было непроглядно тёмным. Холодный лёгкий ветерок подгонял хромающую на одну ногу деву в коричневой накидке с ветвями сливы. Тёмно-коричневые волосы были лохматыми после падения, глаза цвета ореха метались из стороны в сторону, но, благо, уже успели привыкнуть к темноте. Изо рта невольно вылетели русские маты, которые за 4 месяца можно было порядком подзабыть. И в том не было бы её вины - ведь здесь, в Китае новеллы, ни одного русского слова не было и не будет произнесено, вероятно, и последующие 800 лет. Диана пыталась спуститься с выступа. Но в итоге, из-за ударенной о корягу в кровь ноги оступилась и кубарем полетела вниз, крича. В рот успела залететь земленная пыль, юбка, накидка и обувь были все в земле и Лучина, едва смогла сесть хотя бы на колени, начала отряхиваться. Перед глазами после такого весёлого полёта всё плыло, как в экране старого, «толстого» телика годов 2000-х. Картинка плыла, была тёмной, и никак не хотела проявляться. - Твою же ж матушку, сука, - хрипло, кашляя от клубней пыли, проговорила Синьфу, прикрывая глаза. Моргнула. Ещё раз. В третий. Понемногу, картинка перед глазами наконец начала вырисовываться. Храм Мин Гуана во мраке выглядел не просто покинутым. Он казался забытым, даже небесными чиновниками. Поросшие мхом ворота были приоткрыты, как будто кто-то прошёл здесь совсем недавно... или никогда не уходил. Каменные плиты под ногами покрыты сухими листьями, что шуршали при каждом шаге. Их не уносил ветер. Здесь он не гулял. Воздух будто застыл, как и само время. Тихий, глухой, вязкий воздух. Во дворе стояла огромная статуя. Генерал Мин Гуан — тот, кого смертные нарекали покровителем севера, воплощением решимости и силы — был запечатлён в полный рост, с мечом в одной руке. Его лицо было каменным, в прямом и переносном смысле: суровое, сдержанное, не выражающее ни ярости, ни милости. Сейчас, когда Синьфу была в ужасе и конечности её тряслись, казалось, будто глаза статуи Пэя следят за ней. А над ними - крыша пагоды, чьи углы давно прогнулись. Одна из колонн была треснута, будто от удара молнии. На стенах - выцветшие фрески: сражения, подношения, сцены старой доблести. Но краски были стёрты временем, лица были расплывчаты. Только очертания мечей и знамен ещё угадывались, но для Лучиной были незнакомы. Вокруг — всё было пропитано ощущением боли и обиды. Не храм победителя в любовных воинах, а мавзолей воспоминаний разбитой. Сюда приходят не молиться, нет. Сюда притаскивают страдать. Синьфу шагала, почти не дыша. Левая нога ныла, каждый шаг отдавался тупой болью. Дева всё ещё хромала после того, как ударилась о корягу, но страх двигал ею вперёд, словно невидимая рука пихала в спину. Диана шла бесшумно, как вор, держась ближе к стенам двора, стараясь не наступать на сухие ветки и листья, бог знает откуда взятые здесь. Иноземка знала, что ждёт внутри. Этот храм - не просто развалина в глубине горного леса. Это ловушка. Смертельно красивая, мёртвая ловушка. В голову сами собой забирались воспоминания из новеллы: «В самом сердце храма великого генерала Мин Гуана таилась не скорбь - то была ярость, спрятанная в личине любви». - Тц... Сюань Цзи, - имя само полезло на язык и Диана выдохнула дрожа. Генеральша Сюань Цзи. Когда-то она была такая живая, яркая, ослепительная, как пылающее знамя на ветру. «Горячая штучка», - как отзывался о ней Лазурный Фонарь. Дочь генерала, выросшая среди клинков и муштры, она стала воином не по праву, а по упрямству. Никто не смел сказать ей, что женщина не может быть солдатом, в противном случае потом приходилось объяснять, как они остались без зубов. Сюань Цзи была гордой и наглой, смеялась в лицо воинам, не терпела слабости, но была страстной. Страстной до безумия. К бою, к славе, к тем, кого любила. Особенно к одному мужчине... Генерал Пэй Мин, пока тот ещё не вознёсся. Она влюбилась в него, как в звезду. В такую далёкую и недостижимую. И, как комета, Сюань Цзи сгорела в этой любви. Она просто не умела отпускать. Если Сюань Цзи желала чего-либо - будь то человек, победа или даже последняя капля внимания, то она цеплялась в своё мёртвой хваткой. Пэй Мин был распутником, не желая ограничивать себя одной дамой. Страсть и любовь, не получившие отклика, скисли, подобно вину в разбитом кувшине. И обернулись ядом. Несостоявшаяся новобрачная генерала покончила жизнь самоубийством. Теперь её призрак блуждал по этим залам, охраняя храм не как преданная последовательница или жрица, а как зверь, что стережёт разорванное в клочья сердце. Синьфу затаила дыхание. Где-то впереди что-то скрипнуло. Она вжалась в колонну, огляделась. Никого. Но, кто знает... «Никого» - для смертного взора? Что если Сюань Цзи уже спалила её и сейчас следит? - Ин-эрчик, пожалуйста, не входи сюда. Не входи, дурочка! - мысленно молилась Диана, хотя знала: её милая мэймэй уже либо где-то здесь, либо всё ещё догоняет Пэна. И с каждой секундой от осознания этого становилось всё холоднее, а тело покрывали мурашки. Синьфу стояла перед входом в главный зал храма. Двери были приоткрыты - лишь узкая щель между чёрным деревом и косяком, словно кто-то там, внутри, ненавязчиво приглашал войти. Изнутри тянуло холодом и сыростью, будто за порогом было не помещение, а пещера. Тени внутри затаились, как дикие звери. И Лучина примерно прикинула, что это может быть. Или точнее... КТО. Но ведь именно там могла быть Сяо Ин! Плевать уже на Пэна - сдохнет, сам виноват! Диана за эти 4 месяца порядком заебалась выносить всё то говно, что этот юноша и его черти вытворяли. Хотя... Если вдаваться в подробности, на самом деле Сяо Пэн немного симпатизировал иноземке. Не боялась его, холодная, грубая - такие бабы ему явно нравились. А вот Диане до этого не было никакого дела, и она ни разу не замечала в свою сторону тех горящих глаз и слюней. Сжав зубы и перекрестившись, Синьфу перешагнула порог. Каждый шаг в храме отдавался в висках стуком. Пол под ногами был гладким, будто натёрт сотнями ног, но покрыт тонким слоем пыли. Воздух внутри был затхлым, застывшим, и казалось, что он сопротивляется каждому её вдоху. Дышать здесь было нереально, как в космосе. Но Диана не отступила. Она просто не могла. Теперь уже не могла. Где-то на грани слуха - протяжный скрип, будто царапали когтями по камню. Синьфу обернулась, ореховые глаза наполнились большим ужасом, но снаружи была только темнота. Дева не знала, что в этот самый миг, с другой стороны двора, через полуоткрытые ворота храма, тихо прошёл кое-кто ещё. «Фатой шурша», словно лёгким дыханием ветра, во двор храма генерала Мин Гуана вошёл Его Высочество Наследный Принц. Наряд новобрачной, чувственный макияж - всё ещё было при нём. Лицо же было сосредоточено, губы с алой помадой сжаты. Принц чувствовал, что в храме есть кто-то... Кто не должен был быть здесь. И в тусклом свете луны он заметил девушку. Ту самую, с которой Се Лянь, Нань Фэн и Фу Яо столкнулись в деревне у подножия Юйцзюньшань. Та, что говорила странно, запиналась, была не отсюда, и это было видно по всему. Принц запомнил её. - 年轻女士! — тихо окликнул он, - 不，别去那里! Но Синьфу не услышала. Дыхание её дрогнуло, заглушив его голос. Она уже была внутри. Се Лянь нахмурился и шагнул за ней, красный шлейф свадебного одеяния скользнул по каменным плитам. Храм затих.

***

Запах смерти накрыл Синьфу, как гнилая пелена, едва она вошла в главный зал храма. Статуи Пэй Мина, подношения, благовония?... Нет, ими и не пахло. Пахло не просто пылью и сыростью. Это был сладковатый, глухой смрад, от которого поднималось что-то в горле. Лучина рефлекторно прикрыла нос рукавом накидки, морщась, к горлу подступала тошнота. Но шаг девушка не остановила. Перед ней, в центре зала, стояли невесты. 18... Молчаливые, неподвижные, выстроенные друг напротив друга - 9 справа, 9 слева, словно для зловещего обряда. Все в роскошных, выцветших, но всё ещё алых свадебных платьях. Золотая вышивка на каждом поблёскивала в свете луны, которая еле просачивалась через щели в стенах. Диана замерла. Живые? Нет, конечно же, нет. Что за глупости?! Иноземка чувствовала: в этом зале не было жизни. Ни капли. Сзади послышался мягкий шаг - мягкая шелковая ткань тянулась за пришедшим по полу. У Лучиной так и ушло сердце в пятки. «Нихуя себе! Она ходить заново научилась что ли?!», - от осознания подобного дева разворачивается резко, отчего нога противно ноет, вызывая головную боль. Обернувшись, Синьфу увидела ЕГО. Се Лянь остановился в проёме, лицо более не скрывалось под вуалью. Он тоже чувствовал это. Что-то было не так в этом месте. Закрытое от всеобщего взора магическим барьером, единственный храм Мин Гуана здесь, на севере, которому он и покравительствует. И храм в упадке, выглядел старо. Не подозрительно ли? - Господин, - прошептала Синьфу, - Приходить быть Вы? Его Высочество кивнул. Не было времени для слов. Только взгляды, полные тревоги. И в этих взглядах — взаимное узнавание, как будто их уже связывала тонкая нить. По большому счету, если вспоминать о значимости этого «персика», то это можно было ожидать. Но Диана, ведомая тем самым ужасным человеческим качеством, любопытством, подошла к одной из невест. Се Лянь не говорил ничего против. Сейчас, здесь, слова были определённо излишни. Она остановилась рядом с фигурой в красном, сшитом вручную платье. На её голове была вуаль, как у настоящей невесты. - Прости, - шепчет Синьфу, - но мне нужно знать. Здесь всё также, как в истории? Могла ли я хоть что-то изменить? Диана поднимает вуаль. И мгновенно жалеет. Под ней - лицо, если это ещё можно было назвать лицом. Серые, скукоженные щёки, ввалившиеся глазницы, губы, обнажившие жёлтые зубы. А кожа... Она была как пергамент, потрескавшаяся, с обнажёнными венами. И, что самое жуткое, всё это...улыбалось. Сквозь разложение и смерть на лице одной из невест была мертвая, застывшая улыбка. Синьфу отшатнулась, ударившись спиной о другую невесту. Руки, прижавшись к сердцу, задрожали. - Бляха, - вырвалось у неё, слишком тихо, чтобы Се Лянь разобрал. Он подошёл ближе, вглядываясь в то, на что дева смотрела. Принц понял сразу - это были все похищенные невесты. За столетие, по одной, по две в год, возможно. Они были здесь всё это время? Се Лянь нахмурился, глаза потемнели. Его рука медленно легла на запястье, где уже напряженно тряслась лента Жое. Гробовая тишина пугала, а стоящие, как свечи, трупы 17-... И тут, Его Высочество напрягся, словно обсчитался. Невест пропало 17, дворец Линвэнь это подтвердил. Но только что их было 18! Куда пропала «лишняя»? - Мы не одни, - тихо сказал юноша, готовясь к любому проявлению Призрачного Новобрачного. И в этот момент, где-то вглубине храма, раздался женский смех. Громкий, ироничный. Голос, полный гордости, обиды и безумия. Воздух в храме сгустился, будто наполняясь тяжестью не только запаха, но и чужого присутствия. Се Лянь резко обернулся. Она, призрачная новобрачная, была здесь. Но её невозможно было увидеть глазами. Лишь тёмное, клубящееся облако скользнуло по верхушкам колонн, по карнизам, пронеслось у самого пола. В нём не было лица, только злоба, боль и одержимость. Его Высочество Наследный принц действовал молниеносно. Он резко метнулся к центру зала и встал среди мёртвых невест, опуская голову, чуть склонив плечи. Его алая вуаль, налетевшая от сквозняка, скрыла лицо. Он стал одной из них. Одной невестой среди восемнадцати. Ни один мускул на его лице не дрогнул. - ...Жое, вверх. Почти одновременно лента с его запястья, Жое, сорвалась в воздух. Словно живая змея, она метнулась к Синьфу, закрутилась вокруг её талии и резко подтянула её вверх, к балке под потолком. Диана тихо вскрикнула, но лента удерживала её крепко, чтобы, не дай Небеса, юная дева не улетела. Из глубин храма раздался резкий визг, а затем, как удар магии, тёмное облако кинулось к притворной невесте - к Се Ляню. Но, в последний миг, он взмахнул рукавом, освобождая поток духовной силы. Поток воздуха хлынул, как лезвие, рассёк облако, и оно зашипело, отпрянуло, взмыло вверх и, издав пронзительный крик, вырвалось из храма наружу. На какое-то мгновение наступила тишина. Затишье перед бурей, не иначе. Лишь одному человеку тут дико хотелось материться. Жое медленно опустила Диану на землю и обвилась вокруг запястья принца. Лучина же едва встала на травмированную ногу, всё ещё ошеломлённая и еле как проговоривая: «Нихуя се, ахуеть, ебануться!». Глядя в сторону, куда исчез призрачный сгусток, она произнесла почти шёпотом: - ...Сюань Цзи. Се Лянь, отбросив вуаль, обернулся к ней: - Что Вы сказали? - спросил он на китайском, удивлённо, но без агрессии. Наследный принц уже не знал, чего ожидать от этой девы. Она была полна сюрпризов, как не от мира сего. В целом, Его Высочество был уверен, что так и есть. Ци Синьфу была уникальной и после того, как они рассправятся с призрачной невестой, Се Лянь планировал разузнать об этом у Линвэнь. Диана же моргнула дважды, мысленно ударив себя по затылку. Ошибка. Снова проговорилась. Се Лянь не должен был услышать это. Не сейчас. Как и Сяо Ин... «Ебанушка с погремушкой, когда ты научишься держать рот на замке?!», - наругала саму себя Диана, придумывая глупость на ходу: - Просто... знание, - ответила Синьфу по-китайски с сильным акцентом и пожала плечами, не глядя принцу в глаза. Се Лянь молчал, изучая её. Его проницательные глаза не выдавали эмоций. Но он снова что-то понял. Или начал догадываться. Принц и иноземка выходили из храма, когда глухие голоса и топот ног донеслись с тропы. Се Лянь и Синьфу переглянулись. Из-за приоткрытых ворот показалась толпа деревенских парней во главе с Сяо Пэном, вооружённых кое-чем, а именно факелами. «Полулысый олень» мгновенно заприметил Его Высочество: - Невеста! - заорал Пэн, первым заметив стоящего во дворе Се Ляня, всё ещё в подвенечном наряде и с вуалью, что была припрятана в рукав. - Не беспокойтесь, барышня! Мы здесь, чтобы спасти Вас!! - А-ну стой! - вторил ему тощий деревенский мудичок, - Ты в безопасности теперь, красотка! Мы пришли! Синьфу невольно закашлялась, прикрывая рот рукой, и отвела взгляд, чтобы не расхохотаться: «Вы че, ахуели что ли?! Кого вы спасёте? На себя посмотрите, спасатели Малибу!». Се Лянь слегка поднял плечи в неловком смущении, смотрел на приближающихся с абсолютным спокойствием, но в глазах читалась лёгкая обречённость. Особливо когда Пэн, посветив на лицо принца факелом, узнал в нем того самого даоса! - Ч-чего? - Мужик в бабу переодетый?! - ...ничего себе, странности какие! - Господа, господа, уверяю вас, я не преследовал дурных намерений, - Се Лянь не знал, как повести себя в такой ситуации, но примирительно поднял руки, - Это всё только для дела. Клянусь, только для дела! И тут из-за кустов вышла Сяо Ин. Медленно, неслышно ступая, она шла за деревенскими, сжав кулачки. Увидев её, Диана сначала не поверила. Тут же ей стали до звезды все вокруг. - Ин-эр, - выдохнула она и резко побледнела, - Т-ты... Ты делать что быть здесь?! Юная Ин остановилась, застыв в испуге, будто её поймали на месте преступления. Девушка помнит, как убежала от своей дорогой цзецзе, явно заставив ту поволноваться. - Я хотела... Только предупредить их, - прошептала девочка, - Они же не знали, что здесь... Такое. - Сказать ты я что?! Ходить просить нет ты! - в голосе Лучиной задрожала злость, страх и отчаяние, - Понимать нет ты? Мочь ты... Слова застревали в горле. Диана судорожно выдохнула, прижала ладони к лицу, а потом обняла Сяо Ин, дрожа. Обнимала так, словно если отпустит, то навсегда потеряет эту девочку. Смуглые руки прижимали к себе хрупкие плечики, а мэймэй невольно чмокнула цзецзе в щеку. Сяо Ин знала, что от такой процедуры Синьфу хоть и злилась поначалу, будучи не слишком тактильной, но потом таяла. - Пожалуйста, - выдавила Диана хрипло, - Пугать так больше нет пережить нет я а то. Сяо Ин молчала, спрятав лицо у неё на груди после сказанного. Какой же дурочкой она была? Конечно же, её цзецзе не хотела напугать, говоря о смерти. Она просто таким образом пыталась защитить, ведь так? Да, именно так. Но всю эту идиллию нарушил Пэн, глядя на объятия девушек и начиная корчить рожи, как капуцин в зоопарке: - У-у-у, ну, вы гляньте только, - пробурчал он, - И уродина с сестричкой сюда притопали! Двоих спасать будем, а? Говорю сразу, я не заинтересован! Но, прежде, чем он успел шагнуть вперёд, из леса показались ещё две знакомые фигуры - чиновники средних небес. Нань Фэн с вечно хмурым взглядом и Фу Яо, аккуратный, как будто он даже шагал с раздражением. Оба были покрыты пылью и ветками, волосы их были растрёпаны, но на лицах читалось облегчение. Они успели. Воины были в безопасности, миссия выполнена. Нань Фэн махнул рукой: - Задание выполнено, Ваше Высочество, их проводили. Что здесь у-? - он замолчал, увидев картину: Се Лянь, в наряде новобрачной, среди деревенских с факелами, Синьфу с мокрыми глазами, маленькая Сяо Ин, испуганно прижавшаяся к ней. Что тут происходит? Фу Яо же прикрыл лицо ладонью, судя повсему, устав закатывать глаза. - Опять цирк, - тихо сказал он, тяжело вздыхая. Но цирк скоро обернётся трагедией. Потому что Сюань Цзи ещё не закончила.

***

Пэн, не вняв ни мольбам Сяо Ин, ни спокойным, но твёрдым словам Се Ляня, уверенно направился к дверям храма. Синьфу же даже не пыталась его переубедить. Этот хрен - твердолобый. Странно, что призрак генеральши так легко ему череп проломила - как орех. - Братцы, а чего мы ждём? Там же целое богатство! - зычно объявил Пэн, с ухмылкой толкаясь плечом в щель между створками, - Украшения, шелка… да хоть бы сами эти невесты! Что им, мёртвым, золото? А родственникам скажем, что такими их и нашли! - Пэн, не надо! - крикнула Сяо Ин, но он лишь махнул рукой на «уродину». Деревенские, смеясь и переговариваясь, протиснулись внутрь храма, весело постукивая по полу рукоятками факелов. Их тусклый свет освещал ряды застывших фигур - 18 невест в красных подвенечных одеждах, стоящих в центре храма. Они не двигались. Их лица были скрыты под вуалями. Видя, какой куш они сорвали, банда Сяо Пэна не могли поверить своему счастью: - Ха, да тут целая коллекция! - загоготал один из парней, - Эй, Пэн, глянь, у этой вон серьги, как у дочери старосты! - А у этой видал какой узор на головном уборе?! - поддержал его другой, - Главное умудриться аккуратно срезать и всё - можно хоть всю жизнь жить, да отъедаться! - Фу, высохла уже эта! Руки вымой потом! Одежда вообще плесенью покрылась! Что же до Пэна, то он не стал мелочиться. Подошёл к ближайшей, самой «свежей» невесте, чуть склонился и провёл пальцами по щеке сквозь вуаль, с каким-то мерзким, непотребным любопытством. - Ну ничего себе... Братцы, а эта самый свежак. Вроде бы даже кожа сохранилась, - хмыкнул он, похабно улыбаясь. Пэн и не заметил, как в тот же миг дрогнули пальцы у невесты. Вуаль чуть шевельнулась. Уголки рта под ней улыбнулись. В ту же секунду, двери храма с грохотом захлопнулись. Факелы одновременно погасли, оставив храм во власти мрака. Тишина прорезалась еле слышным, но отчётливым скрежетом. Банду Сяо Пэна охватила паника. - Эй? Это ещё что? - пробормотал кто-то из парней, но договорить не успел. Рука, хладная, как лёд, вцепилась в шею Пэна. Он резко отшатнулся, и алая вуаль соскользнула с лика невесты, открывая гниющее, полуразвалившееся лицо с пустыми глазницами... И улыбкой. Всё той же мёртвой, искривлённой, ужасной улыбкой. Остальные невесты, одновременно, как по сигналу, повернули головы. Их шейные позвонки захрустели, все, как один. Они задвигались, медленно, неестественно, как будто оживая. Во дворе храма, Се Лянь, услышав грохот, рванул к дверям. Тонкие ладони принца стукнули по дереву, но без толку. - Закрыто, - тихо выдохнул он и дёрнул за ручку. Бесполезно. Нань Фэн в свою очередь обернулся на странный звук со стороны леса. Его глаза сузились. Воздух заметно потяжелел, стал хладнее. - Что-то приближается. Из темноты донёсся гул, будто ветер ревел сквозь тысячелетние ущелья. Чёрное облако вырвалось из чащи леса, низко стелясь над землёй, сбило всех с ног, пронеслось к храму и врезалось в двери, распахнув их со звоном. И оттуда тут же вылетели, подобно музыке, визг и вопли. Выбежали Пэн и его банда, в панике, с перекошенными лицами ужаса, бледные, как покойники. Они падали, спотыкались, толкали друг друга, лишь бы сбежать. А за ними, медленно и неотвратимо, как кошмар из сна или как в фильме про зомби - 17 мёртвых невест. В изношенных, ветхих от времени красных одеждах, с мёртвыми улыбками и глазами, в которых не осталось ни души, ни света. Диана, понимая, что начинается жопа, от ужаса прижала к себе Сяо Ин крепче, почти до боли. Как будто это было единственным шансом спасти её от неминуемой гибели. Девочка задрожала, вцепившись в рукав накидки Синьфу. - Цзецзе, - сглотнула юная Ин, взглянув на мёртвых и то, как резко, с хрустом шеи, они дружно подняли головы и устремились в сторону живых, - Они смотрят сюда! Диана не знала, что делать. Куда бежать. Что теперь будет. Только одно было ясно - Сюань Цзи не отпустит, не отступит. Хаос разразился в одно мгновение. Крики, топот, треск разлетающихся факелов. Люди в панике бросались во все стороны, спотыкаясь о ступени, друг о друга, кто-то упал и был затоптан. Мёртвые невесты, с шипением и треском костей, двинулись следом, вопреки логике и гравитации, словно скользя по воздуху. Лучина во всей этой суете и другого языка едва ли соображала, что делать. В таком кошмаре переводить слова персонажей было затруднительно. И вдруг... - В круг! Быстро! - крикнул Се Лянь, выхватив ленту Жое из рукава. Она блеснула в воздухе, описала дугу, и в воздухе вспыхнуло магическое поле — сияющий золотисто-белый обруч, начерченный по земле, сквозь который, судя по всему, не могла пройти нечисть. - В круг и не выходите! - повторил принц. Фу Яо и Нань Фэн отбивались у входа, пинками, мечами, ладонями, наложенными на них знаками. Даже для небожителей средних небес враги были слишком многочисленны - мёртвые невесты нападали без страха, без боли, без колебаний, как единый механизм. Их тела ломались, хрустели, но потом возвращались в норму и продолжали нападение. Синьфу, не теряя ни секунды, схватила Сяо Ин и толкнула ту в круг, не думая ни о Пэне, ни о других: - Быстро, Ин-эр! Внутрь, оглядываний я нет! Сама же Лучина попыталась шагнуть следом, но тело резко отдало болью. Рана на ноге разошлась, короста под сапогом разошлась, кровь потекла по пятке. Синьфу оступилась, с матом рухнула на землю. Одна из невест, вывернув шею под странным углом, улыбнулась, склонилась к деве, вытянув костлявые пальцы. В ту же секунду прозвучал мальчишеский голос. Хриплый, без слов. Больше походило на крик какого-то зверя. Из-за спины невесты выбежал безымянный юноша, будущий Лан Ин. Тот самый мальчик с перебинтованным лицом, который ещё утром сторонился Синьфу и боялся её прикосновений. Он ловко увернулся от когтистых рук, резко дёрнул Диану за руку, с неожиданной силой, и, вместе с ней, рванул в защитный круг. Они вкатились внутрь в последний момент, и золотистый барьер вспыхнул прямо перед лицом ожившей невесты, ударив и откинув её на пару чжанов. Сяо Ин сдавленно вскрикнула и, не сдержавшись, прижала Синьфу к себе, как куклу, дрожа всем телом и теревшись своей щекой об её щеку. Лан Ин, запыхавшись, опустился рядом, держа её за запястье, не отпуская. Так они втроём как будто создали свой небольшой щит. Вокруг них бушевала битва. Трое небожителей сражались. Нань Фэн и Фу Яо без колебаний, разя и откидывая противников, но вот Его Высочество Наследный Принц двигался иначе. Он избегал ударов. Его движения были грациозны, точны, но не для убийства или атаки. Принц парировал, уворачивался, отталкивал, избегая наносить вред. Его путь самосовершенствования не позволял ему бить женщин, пусть даже мёртвых. - Проклятье! Ваше Высочество! Это ведь не невесты, это чудовища! - рявкнул Нань Фэн, отбрасывая одну из них ногой. Но Се Лянь лишь сжал зубы. Он знал, он всё прекрасно знал и понимал. Но не мог иначе. Всё его сердце, вся его вера были против этого. Жое, закрутившись вихрем, отбросила трёх мёртвых невест сразу, что рискнули подобраться к смертным, а Синьфу, сидя в круге, видела всё, как в замедленном сне: Как свет от барьера мерцал на лице принца; как по двору стелились шлейфы невест, как алые змеи; и как среди них, где-то за толпой, вновь начал сгущаться тёмный сгусток. Сюань Цзи была рядом, видела всё. Люди жались друг к другу в сияющем круге, дрожали, старались не смотреть на невест с высохшими или сгнившими лицами, что ходили снаружи, скреблись о барьер. И в этой тишине Сяо Пэн, нахмурившись, поднялся и внезапно ткнул пальцем в Лан Ина: - Всё из-за него! Этот урод всё накликал! Он проклятый! Раньше то я думал, что призрачная зазноба - это он! А он всего лишь обыкновенный паразит, злосчастье! - Молчание! - прошипела Синьфу на его слова, чувствуя, как паренёк сжимает её запястье обеими своими руками. Пэн всё не унимался: - Да он не человек! Говорил я, странный он, больной, глаза жгут! Надо выкинуть его! Сейчас! Пока не поздно! Отдадим его им, и они отстанут от нас! Пэн уже тянул руки к парню, а Лан Ин лишь сжался и посмотрел на него исподлобья. Сяо Ин встала перед ним щитом, также возмущаясь. Началась суета в кругу. Синьфу не выдержала. - Закрытий рот! - воскликнула она на эмоциях и... ударила. Выставив ладонь, дева вложила всю боль, страх, бессилие в один точный хлёст по хлебалу негодяя Пэна. Парень вскинул глаза, что-то в челюсти его издало характерный хруст, затем он осел и рухнул лицом в на каменный пол. Наступила тишина. Его друзья разинули рты, но никто не посмел и пикнуть. Сяо Ин также ахнула, Лан Ин не рискнул шелохнуться. Диана стояла, тяжело дыша, на трясущихся ногах. Не хотелось извиняться пред мэймэй за это тупоголовое недоразумение. - Блять! Блять! Я не знаю, как спасти Ин-эр, - пробубнила она себе под нос, - Но я не позволю, чтобы ей навредили. Ни ты, поганец чёртов, ни этот ёбаный мир! В это время Се Лянь, как легчайшее перышко на ветру, прыгал по крышам пагод, ловко балансируя, скользя по балкам и вытаскивая из рукавов алые платки. Эти платки принц кидал прямо на лица оживших невест. Когда глаза их были закрыты они замирали. И шли медленнее. Вот это ловкость рук! Банда Пэна, глядя на это, не выдержала - зааплодировала и свистела: - Вот это да! - Браво! Браво! Се Лянь, по привычке, обернулся и поклонился: - Ну что вы, ну что вы, полно вам, уважаемые! Отблагодарите кто, чем может: бедный - аплодисментами, богатый - звоном монет! Мгновенная пауза после этих слов. Принц сам же осёкся, лицо залилось краской. То была всего лишь навсего привычка со времен его первого низвержения - тогда Наследный Принц путешествовал со странствующей трупой, будучи уличным артистом. Он отвернулся от «публики», проговорив тихо себе под нос: - Ох, это я зря. Это же не выступление... Привычка, дурная привычка. Именно в этот момент, как нож сквозь ткань, в воздух прорвалось облако. Чёрное, зловещее, оно обрушилось сверху на принца. - Господин!! - закричала Диана, срывая голос, - Сюань Цзи! Она это! Сюань Цзи! Се Лянь, в последний миг перекрутив тело в воздухе, вовремя ушёл от прямого удара. Призрачный коготь рассёк воздух в волоске от лица. - ...Сюань Цзи? - эхом повторил Его Высочество слова знакомой девы, приземляясь на пагоду. И тогда он понял, что всё это время эта Сяо Синьфу пыталась донести до него и чиновников средних небес. Не жених, нет. Не призрачный муж. Невеста. Это не новобрачный. Это НОВОБРАЧНАЯ. Они имеют дело не с озлобленным женихом, а с обиженной невестой! Принц не теряя времени поднял руку и приложил пальцы к виску, подключаясь к магической сети духовного общения. Духовных сил у Се Ляня осталось мало, и он должен был поскорее узнать точно, параллельно уворачиваясь от названной Синьфу Сюань Цзи. - Линвэнь? Линвэнь, Вы слышите? Всевидящая Линвэнь! Нужна информация! Срочно! Жое всё отбрасывала невест, Нань Фэн с Фу Яо отражали атаку, а люди сидели в кругу. Связь с Дворцом Линвэнь была установлена, оставалось лишь дождаться ответа. А Сюань Цзи уже парила в воздухе грозная, неузнанная, ждущая мести. Тёмное облако не сдавалось, бросалось, как голодный пёс, а Наследный Принц скакал с пагоды на пагоду, а оттуда на черепичную крышу храма генерала Мин Гуана. - Линвэнь? Линвэнь, ответь! - прошептал Се Лянь, перепрыгивая на следующую балку. На том конце духовной связи, божество литературы со спокойным голосом ответила: - Ваше Высочество, отличная новость. Удачно, что Вы успели подключиться к духовной сети. Мы только что смогли определить ранг Призрачного Новобрачного. Ранг «Свирепый»- - Это замечательно, - пусть и не специально, но Се Лянь был вынужден прервать её. Духовные силы были на вес золота, нужно было потратить их грамотно, - Линвэнь, скажите, Вам знакомо имя Сюань Цзи? У генерала Мин Гуана была когда-нибудь подруга с таким именем? На той стороне повисла короткая пауза. После Линвэнь чуть тише спросила: - Ваше Высочество... Позвольте спросить, откуда вам известно это имя? Се Лянь прикусил губу, уклонился от ещё одного взмаха когтей и быстро ответил: - Сейчас это не важно. Линвэнь, пожалуйста, у меня не так много времени. Мне срочно нужен ответ! - Хм... Дайте-ка подумать... Да, была, - наконец, неохотно подтвердила Линвэнь, - До своего вознесения, Пэй Мин действительно был близок с девушкой по имени Сюань Цзи. Она была генералом вражеских войск, между их государствами в те времена развязалась война. Оказавшись в плену, Сюань Цзи пыталась свести счёты с жизнью, не желая сдаваться. По итогу, была очарована Пэйем. Между ними была страсть, которую Сюань Цзи, возможно, приняла за любовь. До этого они сразу условились друг перед другом: это война. Сегодня - вместе, завтра - врозь. Но Сюань Цзи была женщина страстная, властная. Влюблённая. Любила его так, что хотела стать его женой. Се Лянь, слушая небожительницу, проскользнул вниз, оттолкнулся от стены, и мягко приземлился на каменные ступени. - И? Связать жизнь с тем, кого любишь. Что же в этом плохого? - Плохого? Ничего. Совершенно ничего, - в голосе Линвэнь не звучало ничего, кроме безразличия, - Но Пэй был распутником. Он не собирался ни на ком жениться. А её страсть... Страсть и любовь сожгла Сюань Цзи изнутри. И, Ваше Высочество, у неё есть слабое место. Это- Связь оборвалась. Се Лянь рухнул на колени от разочарования печальным фактом - духовные силы покинули его. Принц израсходовал их все, без остатка. Он остался без ответа. Без плана. А в это время Нань Фэн и Фу Яо открыли ворота, сорвав замок с последнего засовa. Всё шло не так, как было в каноне... - Сюда! — крикнул Нань Фэн. - Эй, уродины! За нами! - поддержал Фу Яо. И сражённые, но ещё подвижные мертвецы повернули головы, как одна, и бросились следом. Казалось, это работает. 17 мертвецов погнались за двумя юношами. Эти двое решили выиграть для принца время? Диана видела, как тени исчезают в лесу, прочь от храма. Она крепче сжала в объятиях Сяо Ин. «Может, всё получится? Может, это не конец?», - если всё шло не так, как по сюжету, Лучина начинала надеяться, что она сможет всё исправить. И в ту же секунду... Диана и все услышали... Тук. Тук. Тук. Из храма, по вытертому деревянному полу, начало что-то выползать. Медленно. Зловеще. С каждым ударом чего-то твёрдого о дерево тишина делалась гуще. Синьфу прижала к себе Ин-эр, заслоняя её. И увидела. Там, во тьме прохода в храм. Стояла она. Невеста в прекрасном алом одеянии. Она была невысока. Но дело тут было не в росте. Стук по деревянному полу был не шагами. То были удары колен. Новобрачная перелвигалась на изувеченных суставах, шатаясь, оставляя за собой тёмный след на полу. Так мог передвигаться только тот, у кого были... Переломаны ноги. И ноги её были сломаны в районе голеней, тянувшись за ней как тряпки. И вот, при свете белоснежной луны в небе, смертные и небожитель увидели её. Ту, что некогда была известна как гордая и страстная генеральша Сюань Цзи. Прекрасна внешне, как ранняя, цветущая весна. Гладкие, подобно чёрному шелку, волосы были собраны в простую, но лаконичную причёску. Её одеяние было точно по крепкому и в тоже время нежному телу, блёклое от времени, а юбка наряда была изодрана из-за того, что дух генеральши ползала, а не шла. Так красива даже в смерти, её мертвецки бледная кожа, ледяные руки и стеклянные глаза не портили, но всё равно вызывали в сердце простого человека страх. - Сюань Цзи, - прошептала Синьфу, мотая головой, пропуская по телу мурашки и чувствуя, как глаза намокают от страха. Но не за себя. А за любимую мэймэй, - Она всё таки пришла.