"Прибытие в Долину Лотоса"
11 января 2025 г., 19:10
///ЧИТАЙТЕ ГЛАВЫ ТАКЖЕ WATTPAD "// _Kolgotka_///
///ЧИТАЙТЕ ГЛАВЫ ТАКЖЕ В ТЕЛЕГРАММ "Облако стихов/Ши Юн/"///....ГЛАВА 3....
"Прибытие в Долину Лотоса"
Время неумолимо приближало день соревнований, к которому ученики готовились в течение долгих недель. Теперь, когда этот день почти настал, они были полны решимости продемонстрировать свои боевые навыки и магические способности перед зрителями в Долине Лотоса. Долина Лотоса раскинулась у подножия величественной горы Ляньшань, словно драгоценный камень в короне природы. Высокие деревья с прекрасными цветами создавали живописные пейзажи, излучая магический аромат, который наполнял воздух. Густая трава, покрывавшая землю, придавала долине особую мягкость и уют. Реки и озера, полные чистой прозрачной воды, были украшены лотосами, которые распускали свои нежные лепестки на поверхности воды, окружённые камышом. Пышные луга, усыпанные разнообразными цветами и травами, простирались вдоль склонов горы, где на вершине возвышалась школа Ляньхуа. К предстоящим соревнованиям госпожа Сиу готовилась с особой тщательностью. По её приказу Долина Лотоса украшалась яркими флагами, которые трепетали на ветру, фонарями, излучавшими мягкий свет, и живыми цветами, наполняющими воздух сладким ароматом. Вдоль берегов рек и по всей территории долины, включая некоторые участки горных склонов, были установлены павильоны для зрителей, готовых насладиться предстоящим зрелищем. Эти павильоны, украшенные цветами и шёлковыми тканями, создавали атмосферу праздника и ожидания. По мере приближения дня соревнований зрители из всех уголков живописных долин начали собираться к месту проведения. Они приезжали за несколько дней до начала, чтобы успеть занять свои заранее забронированные места. Не было секретом, что зрители обожали делать ставки на будущих победителей, но это строго запрещалось организаторами. Несмотря на все усилия, контролировать каждого участника было практически невозможно, поэтому тайные пари продолжали заключаться. Наступил долгожданный день соревнований, и воздух наполнился предвкушением и волнением. Ученики и наставники из разных долин медленно, но уверенно направлялись к величественному царству лотосов. Широкие дороги заполнялись элегантными повозками знатных дам и великолепными лошадьми, чьи гривы развевались на ветру, привлекая восхищенные взгляды зрителей. Река, украшенная прекрасными лотосами, тихо и грациозно текла, создавая умиротворяющий шум, который сливался с гулом толпы и добавлял магической атмосферы этому особенному дню. На берегах реки были установлены изящные павильоны с изысканными угощениями и напитками, где гости могли отдохнуть и насладиться красотой природы. По мере того как приближалась торжественная церемония открытия соревнований, в долину величественно въехала изысканная повозка, украшенная богатыми узорами и драгоценными камнями. Внутри, на мягком бархатном сидении, восседала Госпожа Киу, словно олицетворяя собой саму роскошь и величие. Её одеяние, сотканное из тончайшего золотого шелка, играло на солнце, словно жидкое золото. Каждый сантиметр ткани был искусно украшен изящными золотыми нитями, сплетающимися в сложные узоры, и мерцающими драгоценными камнями, которые, казалось, сверкали даже в пасмурные дни. Тяжёлая золотая парча, украшенная тонкой филигранью, окутывала её плечи, подчёркивая царственную осанку. Голова Госпожи Киу была увенчана великолепной золотой короной, украшенной изумрудами и мелкими жемчужинами. Её волосы, уложенные в сложную причёску, были украшены золотыми заколками в виде цветов и бабочек, которые добавляли образу лёгкости и воздушности. Уши Госпожи Киу украшали массивные золотые серьги в форме листьев, инкрустированные драгоценными камнями. При каждом движении они нежно касались её плеч, издавая тихий мелодичный звон, который подчёркивал её статус и благородство. Рядом с ней величественно и грациозно двигался Господин Ся на белоснежном коне, его одеяния развевались на ветру, подчёркивая его статус и благородство. Рядом с ней величественно и грациозно двигался Господин Ся на белоснежном коне, его одеяния развевались на ветру, подчёркивая его статус и благородство. За ними следовали ученики, среди которых выделялся Мэн-Цзы на молодом и изящном жеребце, его осанка и уверенность в себе привлекали восхищенные взгляды. Когда процессия приблизилась, ликование охватило округу. Люди выходили из домов, чтобы поприветствовать школу Луо Е, которая была не только центром образования, но и символом мудрости и силы. Все с уважением и трепетом ожидали появления этой легендарной школы, зная, что она несёт с собой знания и вдохновение. Мэн-Цзы, верхом на своей верной лошади, с трепетом и восхищением наблюдал за происходящим вокруг. Его взгляд скользил по толпе, полной радости и восторга. Люди, собравшиеся на площади, оживлённо обсуждали событие, их лица светились счастьем и энтузиазмом. Сероглазый юноша, погружённый в атмосферу всеобщего ликования, ощутил, как его сердце начинает биться быстрее. Он чувствовал себя частью этого огромного, пульсирующего энергией сообщества, где каждый человек, казалось, разделял его чувства. Незнакомое волнение, словно волна, поднималось изнутри, заполняя его до краёв. — Бо, смотри, — сказал он своему спутнику. — Они так радуются, будто сам Ин Сяо спустился с небес. — Я бы тоже восхищался таким изяществом, — ответил Бо. — Даже если бы видел эту процессию в тысячный раз? — уточнил Мэн-Цзы, слегка приподняв брови. — Думаю, да, — согласился Бо. Мэн-Цзы усмехнулся, его глаза блестели от удивления и любопытства. Вдруг из толпы раздался мелодичный женский голос, выкрикнувший его имя. Мэн-Цзы начал оглядываться по сторонам, пытаясь понять, кто его окликнул. Внезапно он почувствовал, как что-то мягкое и лёгкое ударило его по голове. Благодаря своей ловкости и рефлексам, он успел поймать небольшой свёрток, который прилетел к нему. Свёрток был аккуратно завёрнут в тонкую шёлковую ткань, украшенную изящной вышивкой. Мэн-Цзы почувствовал, как его руки слегка дрожат от волнения и неожиданности. После своего появления на главной дороге, представители школы Луо Е начали своё медленное шествие, постепенно удаляясь от шумного города. Наконец, они достигли центральной площади Долины Лотоса. Центральная площадь представлялась огромным открытым пространством, окружённым величественными холмами, покрытыми густыми лесами и цветущими лугами. Вдоль дороги, ведущей к площади, возвышались несколько изящных павильонов, выполненных в форме куполов, где могли останавливаться как гости, так и ученики школ. Павильоны, предназначенные для учеников школы Луо Е, были украшены с особой роскошью: драгоценные камни, тонкая филигрань и изысканные резные узоры создавали впечатление, что они были созданы руками мастеров из древних легенд. Внутри павильонов располагались мягкие, пушистые подушки и изящная мебель, создающая атмосферу уюта и комфорта, идеальную для отдыха и общения юных дарований. Павильоны для обычных людей, хоть и были не менее красивыми, отличались скромностью и простотой, отражая более приземлённую природу своих посетителей. Краса площади дополняли величественные статуи, изображавшие легендарных героев и мудрецов, а перед ними простиралось живописное озеро, гладь которого отражала небесную синеву и облака, словно перенесённые из мира фантазий. В центре озера плавали лотосы, распустившиеся в полную силу, наполняя воздух тонким, сладким ароматом. Когда процессия наконец остановилась, господин Ся с торжественным выражением лица собрал учеников школы. Он объявил, что официальное мероприятие состоится позже, а пока у них есть свободное время. Уставшие с длинной дороги юноши и девушки направились к предназначенным им куполам. Они входили в свои комнаты, с удовольствием оседая на мягких кроватях, чтобы немного отдохнуть и восстановить силы. — Мэн-Цзы, это просто великолепно! — восклицал Бо, его глаза светились искренним восхищением. Однако Мэн-Цзы, шагавший рядом, не разделял этого энтузиазма. — Ну, конечно, ты бывал здесь и не раз. А я просто в восторге. Мне не часто удаётся бывать в Сиреневой Столице. — А? Сиреневая Столица? Откуда ты взял это название? — Мы с ребятами так называем Долину Лотоса, из-за госпожи Ляньхуа. Она обладает такой властью, что если бы Золотую Долину не объявили столицей, то столицей наверняка стала бы Долина Лотоса. — Боюсь, семья Луо Е никогда не выпустит власть из своих рук и уж тем более не позволят забрать звание столицы у Золотой Долины. Бо огляделся вокруг, наслаждаясь красотой окружающей природы. Высокие деревья, покрытые густыми зелёными кронами, создавали приятную прохладу. Яркие цветы, словно драгоценные камни, украшали землю, а нежный аромат лотосов наполнял воздух. Ещё немного, и оба юноши подошли к куполу, отведённому для школы Луо Е. Снаружи купол казался маленьким, но внутри был в разы больше. Купол был разделён на два помещения: для девочек и мальчиков. Каждая секция, в свою очередь, была разделена на уютные комнаты. Каждая комната внутри была оборудована с комфортом и уютом. Две массивные кровати с тонкими тканевыми подушками были аккуратно заправлены, а стены украшали изящные рисунки лотосов. Яркий золотистый свет, равномерно распределённый по комнате, создавал успокаивающую атмосферу. По углам стояли небольшие, но искусно выполненные статуи. Цветовая гамма комнат отличалась, так как каждая школа имела свою уникальную палитру. Эти куполообразные сооружения были чрезвычайно удобны для перемещения с места на место во время соревнований. Два друга, войдя в свою комнату, с интересом осмотрелись. Бо, выдержав паузу, подошёл к Мэн-Цзы. Он с ног до головы окинул друга взглядом, и на его губах заиграла улыбка. Затем он завёл руку за спину Мэн-Цзы, нежно провёл ею по спине и ловко проскользнул под верхнюю накидку. Его действия были полны веселья и безмятежности. Однако Мэн-Цзы не разделял его настроя, и в его душе зародилось недовольство. — Бо? — произнёс он. Парень, смутившись от прикосновения друга, ощутил неловкость в этой ситуации. — Что с твоим лицом? — удивился Бо, наблюдая за реакцией друга. Мэн-Цзы, также пребывая в замешательстве, оттолкнул Бо. — Что ты делаешь? — спросил он. Бо, всё ещё не понимая, что происходит, поднял руку, в которой лежал свёрток ткани. — Я хотел взглянуть на подарок от красавицы. А ты что подумал? — ответил он. Мэн-Цзы глубоко вздохнул. Он хотел что-то сказать, но не мог подобрать слов. Его охватило невероятное смущение. Когда Бо прикоснулся к нему, юноша ощутил прилив стыда. Он подумал, что друг пытается приставать к нему, но на самом деле Бо всего лишь достал свёрток с одеждой, который ему передали. — Я? Ничего, не делай так больше, — произнёс Мэн-Цзы. Бо на мгновение замолчал, моргнул своими жёлтыми, красивыми глазами, а затем разразился громким смехом. Казалось, его невозможно было остановить. Он схватился за живот, и его глаза увлажнились. Бо, конечно, понял, о чём подумал его друг, но не сказал ничего. Или, скорее, не мог из-за смеха. Мэн-Цзы цокнул в ответ на смех друга и, выхватив лоскуток ткани, развернул его. — Вот чёрт! — воскликнул Мэн-Цзы. — Что? — задыхаясь от смеха, спросил Бо. Мэн-Цзы повернулся к другу с вытаращенными глазами, держа в руках кружевной Дудоу. Такого из них никто не ожидал. Бо снова залился громким смехом, а Мэн-Цзы продолжал стоять в шоке. Конечно, Мэн-Цзы был умён и красив, и никогда не был обделён вниманием девушек. Ему дарили много вещей, но кинуть нижнее бельё до этого момента никто не решался. — Я не могу в это поверить, — произнёс Мэн-Цзы со смущением. — Выходит, девушка действительно бросила мне своё бельё? Мэн-Цзы внимательно рассматривал нагрудник, который держал в руках. Он чувствовал смущение и неловкость из-за этой неприятной ситуации. В этот момент Бо не смог сдержать смешок и спросил: — Как ты собираешься его возвращать? Мэн-Цзы ответил: — Бо, как я могу знать? Я даже не видел лица девушки, которая его оставила. Я же не выйду на площадь и не скажу: «Сегодня мне подкинули женское бельё. Владелицу просьба подойти к павильону Луо Е». — Ну почему сразу на площадь? Можно просто поспрашивать. — Скажи, ты сегодня хорошо себя чувствуешь? Не заболел? — Нет, а что? — Твои идеи меня удивляют. Ты подумал о том, что говоришь? Я должен ходить и у каждой встречной спрашивать: «Ой, простите, это не ваш нагрудник? Мне просто сегодня его подкинули, может быть, это были вы». — Ну да, согласен, глупо. Во время разговора между мальчишками в комнату вошёл ещё один ученик. Он прервал их оживлённую беседу: — Ребята, выходим, скоро начнётся! Ого... — Взгляд юноши упал на нагрудник, который Мэн-Цзы держал в руках. Мэн-Цзы не сразу понял, на что смотрит его знакомый. Но потом до него дошло. Он бросил неловкий взгляд на нижнее бельё, застыл, а затем резко бросил нагрудник в сторону всё ещё красного от смеха Бо. Нагрудник приземлился прямо в руки. Бо смутился и спрятал нагрудник за спину, глупо уставившись на белокурого ученика. — Вижу, ты уже успел посетить местный публичный дом? — Хихикнул белокурый юноша. — Ли И, это не то, что ты подумал... — Тут и думать не надо. И как она? Хороша? Ли И подошёл к Мэн-Цзы, положил руку ему на плечо и посмотрел в глаза: — Расскажи мне в подробностях. — Дурак, что ли? Говорю же, ничего такого не было. — Ну да, а Дудоу тебе подкинули. — Но это правда! — Возмутился Бо. Ли И закатил глаза, и похлопал Мэн-Цзы по плечу, понимая, что тот ничего ему не расскажет. Прежде чем уйти, он ещё раз напомнил, что пора выдвигаться, и наконец вышел, усмехнувшись. — Надо избавиться от этого, пока ещё кто-то не прознал, — сказал Мэн-Цзы. Он забрал у Бо нагрудник, неаккуратно свернул его и спрятал под подушку. — И это ты называешь избавиться? — Сейчас нет времени, займёмся этим недоразумением чуть позже. Идём скорее. Ученики собирались на Центральной Площади, где царила атмосфера ожидания и волнения. Некоторые стояли в тишине, погруженные в свои мысли, другие разговаривали в небольших группах, обсуждая предстоящие соревнования и делясь своими переживаниями. Третьи, более уверенные в себе, занимались проверкой своих боевых навыков и оружия, оттачивая каждый удар и каждый блок. Каждый из них готовился к этому событию со всей серьёзностью. Они знали, что от их выступления зависит многое: честь их школы, уважение со стороны других участников и, возможно, их будущее. Все были сосредоточены, но при этом каждый из них чувствовал трепет и волнение от ожидания начала церемонии открытия. Церемония должна была начаться, но глава Фэй и его ученики все ещё не прибыли на Центральную Площадь. Главы школ, уже вышедшие на сцену, с беспокойством перешёптывались между собой, время от времени бросая взгляды на вход. Зрители, собравшиеся вокруг сцены, начали нетерпеливо переминаться с ноги на ногу, шёпотом обсуждая задержку. Все были явно недовольны и ожидали, что Фэй появится в ближайшее время. Однако время продолжало истекать, а от школы Фэй все ещё не было никаких проявлений. Напряжение нарастало, и атмосфера на площади становилась все более напряжённой. Главы школ начали переговариваться более настойчиво, обмениваясь недовольными взглядами. Зрители, не привыкшие к таким задержкам, начали проявлять признаки нетерпения: кто-то начал перешёптываться, кто-то даже позволил себе тихо ворчать. — Неужели они в последний момент передумали и не приедут? — спросил глава Ся. — Не думаю, глава Ся, — ответил мужчина в голубых одеждах. — Они бы сообщили о своих планах. — Я тоже считаю, что они не могли так поступить, — высказалась госпожа Джия. — Они ведь ждали этого события семнадцать лет. Ученики школы Луо Е, включая Мэн-Цзы и Бо, собрались в небольшую группу и отошли немного дальше. Они перешёптывались, выражая недовольство отсутствием наставника и ученика из школы Фэй. «Где же Фэй Хао и его ученики? Они опаздывают уже на час! Что случилось?» — спрашивали они друг у друга. Народ с нетерпением ожидал появления Фэй. И вот, среди толпы послышались удивлённые возгласы. Учителя и ученики посмотрели в сторону источника шума. Они заметили Главу Фэй вместе с молодым юношей и девушкой, те были окружены небольшой свитой стражников. — Кто это с главой Фэй? — пробормотал Ю Мэн. — Неужели его дети? – присмотревшись ответила Ляньхуа Сиу. — Они выросли... Чен и Жень очень выросли. Я даже не узнала. — высказалась с неким восхищением госпожа Джия. Ученики были очень взволнованы, когда наконец увидели Фэй Хао и его семью. Все были поражены их красотой, которая не соответствовала ожиданиям. Фэй Чен и Фэй Жень, его дети, шли по Долине Лотоса с грацией и достоинством, словно императорские особы. Фэй Чен был похож на своего отца Главу Фэй: он унаследовал его сильное телосложение и волевой характер. У него были длинные тёмные волосы, собранные в очень тугой хвост, и узкие миндалевидные глаза, можно было сказать, что они были острыми, которые внимательно смотрели на окружающих. На его лице были заметны те же жёсткие черты, что и у отца. Тонкие губы были сжаты в твёрдую линию, а взгляд выражал уверенность и силу. Фэй Чен производил впечатление человека, способного постоять за себя в любой ситуации. Рядом с Ченом шла его старшая сестра Фэй Жень. Она была симпатичной девушкой с тонкими чертами лица, тонкой талией и нежными плечами. Её тёмные глаза отражали спокойствие и уверенность, а на губах была лёгкая улыбка. Она шла рядом с отцом и братом, представляя собой неотъемлемую часть семейства Фэй. Самым первым шёл сам Фэй Хао. Мужчина был высоким и сильным, его широкие плечи и крепкая грудная клетка делали его похожим на непоколебимую скалу. У него были длинные тёмные волосы, которые были собраны в низкий хвост, удерживаемый серебряной заколкой. Однако небольшая прядь волос спадала на его лоб, образуя лёгкую чёлку, что придавало Главе Фэй ещё более воинственный вид. Его глаза внимательно всматривались в собрание людей перед ним. Глава Хао остановился перед сценой, выпрямился во весь рост, привлекая внимание всех вокруг. Мощный голос Главы эхом разнёсся по площади, наполняя воздух ожиданием. Все взгляды были прикованы к главе. — Просим прощения за задержку, но пути были небезопасны. Не будем медлить, начнём церемонию! Мужчина поднялся на сцену и встал в ряд с другими главами школ. Глава Ся откашлялся и вышел вперёд под аплодисменты учащихся. — Добрый день, дорогие ученики! Я приветствую всех вас на церемонии открытия соревнований! — глава Ся говорил уверенно и звонко, привлекая внимание всех окружающих. — Все вы много тренировались и усердно трудились на пути к этому дню, и сейчас у вас есть возможность показать свои силы. Я надеюсь, что вы проявите свои умения во всей красе и добьётесь высоких результатов! —Дорогие зрители, приветствую! — воскликнула госпожа Ляньхуа, приветствуя собравшихся. — Благодарю всех за то, что вы приехали в Долину Лотоса насладиться общешкольными соревнованиями. Надеюсь, вы будете наблюдать за ними с интересом и увлечением, побуждая участников делать все от них зависящее. Давайте начнём церемонию открытия! Зрители радостно отреагировали на приветственное слово госпожи Ляньхуа. Многие подпрыгнули на месте или начали аплодировать, выражая свою поддержку. Слышались восклицания одобрения и возгласы радости, все были возбуждены и полны ожидания. Эпичная музыка наполнила площадь. Люди мгновенно умолкли. Факелы вокруг сцены в одно мгновение вспыхнули ярким пламенем. Неожиданно над центральной площадью раздался протяжный и грозный рёв, привлекая внимание всех присутствующих. Вскоре в воздухе появился огромный фиолетовый дракон, сверкающий всеми оттенками пурпурного и фиолетового. Его тело было огромным, а глаза светились ярко-красным светом. Дракон парил над всеми, создавая атмосферу мистического величия. Когда дракон снизился, на нём заметили изящную девушку в седле. Её длинная лавандовая накидка, расшитая драгоценными камнями, изящно развевалась на ветру, открывая прекрасный вид на её тело, облачённое в форму школы Ляньхуа. Чёрные волосы девушки были уложены в сложную причёску, подчёркивающую нежность и элегантность её внешности. Её красиво очерченные губы выражали спокойствие и уверенность, а глаза внимательно наблюдали за происходящим. Зрители и ученики школ были восхищены внезапным появлением огромного Фиолетового Дракона и его очаровательной наездницей. Они громко приветствовали их появление, многие подпрыгнули на месте от удивления и радости. Представление началось с грациозного полёта дракона над центральной площадью, его тело изгибалось в танце над головами зрителей, принося с собой волшебный свет и очарование. Но и это ещё не всё. Фиолетовый Дракон продолжил своё представление, исполнив множество завораживающих пируэтов в воздухе. Его огромное тело мелькало в воздухе так быстро, что казалось буквально размытым пятном, но все же чётко можно было замечать грациозные и точные движения дракона. Его глаза сверкали красным светом, а рык все чаще вырывался из его огромной пасти, создавая волшебную магическую ауру вокруг себя. Когда дракон совершил один из своих грациозных кувырков, девушка резко оттолкнулась от его спины и свободно пролетела в воздухе. Она, казалось, парила над всеми окружающими, словно хрупкий ангел. Приземлилась девушка на сцену с лёгкостью танцора. Немедля она побежала к концу сцены, в сторону зрителей и будучи уже у самого края подпрыгнув раскрыв свой веер.О на направила веер в сторону зрителей, и над их головами сразу же засверкала россыпь искр и блеска. Фейерверк расстелился в воздухе, создав красивое и метафорическое зрелище. Большое фиолетовое существо резко уменьшилось и село прямо в руки красавице. Все присутствующие были очарованы блеском огней, которые мерцали и освещали собой всё вокруг. После того, как зрители закончили аплодировать, девушка грациозно поклонилась, выражая признательность за поддержку. Затем, она повысила голос и громко произнесла: «Объявляю соревнования открытыми!» Её слова были встречены одобрительными возгласами зрителей и участников. Теперь наконец-то начиналось долгожданное событие, ради которого собралась толпа. — Цзы, это было потрясающе. — восхищалась госпожа Джия. — Браво! Великолепно! — К похвале подключилась Луо Е Киу. — Госпожа Сиу, вы вырастили прекрасную дочь. Она мастерски справилась с данной ей задачей. Молодец! — Приметил Луо Е Ся. — Благодарю, глава Ся. — Госпожа Ляньхуа кивнула в знак благодарности. — Спасибо, уважаемые главы. — Поблагодарила Цзы. — Господин Юйсан, а вы, что же, не похвалите дочь? —Обратился господин Чжэн к стоящему немного дальше Чжу Юйсан. Мужчина в фиолетовых одеждах продолжил стоять, не повернув головы скрестив руки за спиной. — Неплохо, Цзы. Цзы пыталась выглядеть невозмутимой и спокойной после выступления, но внутри неё все тревожно дрожало. Она ожидала похвалы и одобрения от отца, но вместо этого он бросил жалкое «неплохо», даже не взглянув на неё. Такое пренебрежение било по сердцу, но Цзы пыталась не показать своих чувств на публике, улыбаясь гостям своей школы и делая вид, что все в порядке. — Отлично справилась. — Подойдя ближе отметил Фэй Хао. Девушка засмущалась и переминаясь с ноги на ногу ответила робко: «спасибо» Зрители начали расходиться после церемонии открытия, Главы школ обратились к ученикам. Они объявили, что вечером начнётся обряд посвящения, поэтому ученикам необходимо готовиться к нему. Ребята начали перешёптываться между собой, обсуждая происходящее. Некоторые из них выглядели нервными и напряжёнными, другие же просто ожидали начала священного обряда с нетерпением. Детей полных восторга наконец отпустили. — Мэн-Цзы, это было превосходно! Ты видел, как полетела?! — Бо, ну конечно видел. И я согласен, что это потрясающе. Но меня сейчас не это волнует. — А что же? — Ты вообще видел их? — Кого? — Фэй, кого ещё? — Да. Они совсем не такие как описано в книге. Девушка, с калимбой просто прекрасна. Мэн-Цзы покосился на друга. — Не вздумай только прислушиваться к этой калимбе, а то замертво ляжешь. — С чего ты взял? — Книги про свойство демонических музыкальных инструментах читай хоть иногда. Но меня мучает вопрос, как у них смелости хватило заявиться сюда, ещё и после опоздания. — Мэн-Цзы, оставь свои раздумья на потом. Может у нас начинается новое время. Может быть, мы наладим с ними связь и будем дружить. С виду они хорошие. — Чушь не неси. Юноши подошли к своему павильону и услышали звонкий смех доносящийся изнутри. Пройдя к своей комнате молодые люди увидели, что Ли И с ещё парочкой мальчиков стоят у кровати Мэн-Цзы и рассматривают то самое утреннее недоразумение. — Ли И! — О, вернулся. Ну, давай, рассказывай. Нам с мальчиками очень интересно узнать о твоих сегодняшних похождениях. —О каких чёрт возьми похождениях ты говоришь?! — Не будь дураком. — Размахивая нагрудником хихикнул Ли И.\ Мэн-Цзы почувствовал, как внутри него поднимается волна гнева. Он стремительно приблизился к своему противнику и резким толчком отправил того на землю. Ли И, тяжело вздохнув, мгновенно поднялся на ноги. Мэн-Цзы, не теряя ни секунды, схватил его за воротник и рванул на себя, тем самым начав ожесточённую схватку. Первый удар обрушился на тело Ли И; тот, однако, не остался в долгу и ответил серией мощных и точных ударов, направленных прямо в грудь Мэн-Цзы. Остальные ребята сначала замерли в нерешительности, но вскоре бросились разнимать дерущихся, оттягивая их в разные стороны. — Не смей больше лезть ко мне! —Почти прорычал Мэн-Цзы. — Сумасшедший ублюдок, выросший без отцовского воспитания! — Выругался Ли И. — Что ты сказал?! Отпустите, я ему врежу по сильнее! Не смей родителей трогать! Я тебя убью! — Попробуй! Кишка тонка! Дверь комнаты внезапно распахнулась, и в ней появился Мун-Чу. Он резко вошёл в комнату, а его глаза расширились от шока при виде взъерошенных юношей. Мужчина мгновенно возмутился и возвысил голос. Парни тот час умолкли, остановив свою потасовку. Мун-Чу стал горячо выказывать им своё недовольство и раздражение, называя их дерущимся стадом. Зеленоглазый молодой человек говорил с суровостью и решимостью, пытаясь донести до своих подопечных учеников серьёзность последствий их безрассудных поступков. — Шисюн, я прошу прощения. Мне ужасно стыдно за свой поступок. Но Ли И вывел меня из себя своей не хорошей выходкой. Тем более он задел моих родителей... Мун-Чу мягко ответил: «Хорошо, Мэн-Цзы, я принимаю твоё извинение. Но в следующий раз постарайся удержаться от гнева. Драки недопустимы». Затем он резко повернулся к Ли И и обратился к нему с суровой интонацией «Ли И, мне не особо нравится твоё поведение в последнее время. Ты должен себя контролировать. Понял? В любом случае после окончания соревнований вы оба получите своё наказание.» — Да, Шисюн, я вас понял. — Сквозь зубы прошипел Ли И Мун-Чу, наконец-то, немного успокоился, видя, что мальчики начали понимать свою ошибку. Он добавил: — Хорошо, теперь все успокоились. Больше таких дерущихся сцен не будет, ясно? У нас сегодня вечером важное ритуальное мероприятие, поэтому постарайтесь успокоиться и подготовиться, и выкидывайте этот срам. Молодые люди кивнули. Мун-Чу махнул головой и дал понять всем посторонним, что пора выйти из комнаты Бо И Мэн-Цзы, а затем и сам вышел. — Давай-ка поднимайся. — Прошептал Бо, помогая другу встать. Мэн-Цзы медленно поднялся с пола, с помощью своего товарища. Его тело всё ещё болело от полученных кулаков Ли И, но он старался держаться храбро. — Спасибо, Бо, я в порядке. — ответил он чуть хриплым голосом. — Этот придурок получит своё. Думаю, глава Ся это так не оставит. — Уверенно сказал Бо. Мэн-Цзы угрюмо кивнул, все ещё чувствуя боль от недавних ударов. Он пробормотал, глядя в пол: — Этот Ли И уже слишком много себе позволяет в последнее время. — Да, это так, — согласился Бо, — но давай не будем думать. Тем более что скоро такое важное событие — ты впервые понесёшь факел от имени Луо Е на обряде посещения и станешь старшим. С этими словами Бо отошёл от Мэн-Цзы, завёл правую руку за спину и слегка наклонив голову, почтительно склонившись перед другом. Так младшие ученики отдают дань уважения старшему на ритуале посвящения. Мэн-Цзы не смог удержаться от ироничного комментария: — Ну, похоже, ты справился с уроком этикета. — Вижу, теперь ты находишься в своём обычном настроении, — с лёгкой насмешкой добавил Бо. Мэн-Цзы отошёл к своему ложу, улёгся на спину, глядя в потолок. Так он пролежал до самаго вечера. Комната, благодаря ярким свечам, была наполнена тёплым оранжевым светом, создающим иллюзию вечернего заката. Юноша задумчиво рассматривал тени, бегущие по потолку, пока в его сознании рождались образы и фантазии. Небо медленно темнело, а последние лучи заходящего солнца исчезали за горизонтом. Мягкие сумерки окутали Долину Лотоса, наполняя воздух прохладой и спокойствием. Вскоре ночь вступила в свои права, и все вокруг погрузилось во тьму. Расставленные факелы и свечи нежно мерцали по всей территории, создавая волшебную атмосферу тепла и света. Ученики школы расставили маленькие фонари различных форм и размеров в цветах своих павильонов, добавляя ещё больше красок в общее ощущение красоты. Всё кругом было наполнено уютом и волнением. Ночь медленно продолжала своё восхитительное путешествие, нужный час пробил. Ученики школ и зрители приготовились к ритуалу посвящения. Шелест трав и шум лёгкого дождя наполнил территорию школы, добавляя мистики ночной церемонии. На большой украшенной сцене уже стояли старосты школ. Они тоже в прошлом были старшими, а сейчас им доверили важную деталь посещения: вручение факелов. Свет факелов нежно мерцал на их лицах. Они стояли бок обок и тихонько переговаривались о чём-то. — Госпожа Ляньхуа устроила потрясающую церемонию открытия. Дева Цзы великолепно справилась, — обратилась Юнхуа, староста школы Ю, к Вэньмину, старосте школы Ляньхуа. Это был высокий молодой человек с хорошей фигурой и серьёзным лицом. — Да, это было незабываемо, — согласился Минцзе. — Могу с уверенностью сказать, что это будут самые запоминающиеся соревнования, — подхватил Мун-Чу. Внезапно раздался холодный женский голос: — Вы правы, однако мне показалось, что господин Юйсан был недоволен дочерью. Все взгляды переместились на Фэй Жень, и внезапно повисла тишина. Никто не знал, что сказать или как реагировать — девушка за весь день не проронила ни слова, и её неожиданное вмешательство заставило всех замереть. — Вы верно заметили, — решилась ответить Юнхуа. — Однако у нас не принято обсуждать такие темы, хотя бы ради приличия. — Цин фу.— одёрнул Минцзе девушку в светло-коричневой форме. — А что? Разве правильно лезть в дела семьи? — Никто никуда не лезет, все, итак, знают, что госпожа Цзы не ладит с господином Чжу. Он её недолюбливает, — перебил спор Вэньмин. — С господином Чжу? — поинтересовалась Фэй Жень. — Верно, вас смутила его фамилия? — обратился к Фэй Жень Вэньмин. — Именно. Разве госпожа Сиу не помолвлена с ним? — озадачилась Фэй Жень. — Они в браке, однако после смерти предыдущих глав она лишила господина Юйсана фамилии. Она не любит его, но, чтобы не разрушить статус школы, и семьи осталась жить с ним. — Теперь из-за их разногласий страдает дочь. Это неправильно, — возмутилась Фэй Жень. — Ну а что делать, — пожал плечами Вэньмин. — Уважаемые старосты, вы хуже торговцев на рынке. Разве можно обсуждать великих глав? Их личная жизнь вас не касается, — отчитал болтавших Ву Минцзе. По сигналу, музыка полилась над площадью, языки пламени факелов взметнулись вверх, освещая территорию школы. На сцене под сверканием факелов сияла пять блестящих фигур: Луо Е Мэн-Цзы, Ву Лан, Ю Вэнь, Фэй Чен и Ляньхуа Цзы. Все старшие ученики были одеты в прекрасную одежду, а головы украшены изящными элементами. Свет факелов пробегался по их молодым лицам, освещая нежные черты и делая их похожими на небожителей. Лица старост были полны сосредоточенности и достоинства, а одежды нежно переливались при каждом движении. Дикие сердцебиения старших учеников ощущались всеми вокруг, делая воздух очень напряжённым. Пять старших учеников молча встали на колени. Головы были чуть опущены в знак уважения, руки лежали на груди в спокойном ожидании. Староста каждый подошёл к своему подопечному держа в одной руке свешенный факел, а во второй подношение для алтаря. Все зрители и младшие стоявшие в толпе, затаили дыхание, наблюдая за происходящим. Вручение факелов издавна стало символом принятия ответственности перед своими младшими. Каждый факел был принят нежно руками молодых учеников, символизируя принятие своего жизненного пути и посвящения школе. После вручения золотой чашки с подношением ученики медленно поднялись с колен, а младшие в свою очередь завели правую руку за спину, левую поместили на грудь и склонились в знак уважения. Сердца забились в два раза быстрее, улыбки пробивались на серьёзных лицах учеников. — Сегодня ночью мы собрались здесь, чтобы провести посвящение. Примите эти маленькие искры огня как знак своих сил и надежд. — Начал Ву Минцзе. — Факел, что сейчас вы держите в руках, олицетворяет ваше стремление к правде и мудрости. Храните их всегда близко к сердцу, и пусть они ведут вас к победе. — Продолжил Мун-Чу. — Пусть в вашей судьбе всегда горит этот огонь, освещающий путь к величию. Никогда не давайте ему погаснуть, иначе путь может быть потерян навсегда. — Гордо произнесла Юнхуа. — Ученик, прими этот огонь как символ твоей смелости и непоколебимости. Подожги свою судьбу своей силой и знаниями. Каждый огонь уникален, как и каждый из нас. — Промолвил Вэньмин. — Отныне вы носите огонь в своих руках, а значит, взяли на себя ответственность за тех, кто младше вас. Пусть ваш огонь будет гореть и для тех, кто нуждается в вашей помощи. Неси же его ученик! — Громко закончила Фэй Жень, и толпа разошлась, давая дорогу ученикам. После речи старост, ученики и зрители, ожидавшие на земле, отошли, уступая путь. Внезапно везде потух огонь, а дорожка зажглась мягким нежным светом. Вокруг летало множества светло-жёлтых бабочек, они нежно кружили в воздухе над ней. Их переливы мерцали на фоне ночного неба, сверкая и даря волшебное ощущение таинственности и ожидания. Каждый шаг по живой дороге ощущался как нечто особенное. Ученики спокойно шли по дороге, которая как будто была покрыта огоньками. Они сосредоточенно смотрели вперёд, предвкушая, что их ждёт в конце пути. Путь предстоял неблизкий: от Центральной Площади до Красной Поляны, которая находилась на территории школы Ляньхуа, нужно было идти около часа. Ученики не имели права разговаривать между собой, а зрители, которые их сопровождали, могли говорить лишь шёпотом и не имели право вмешиваться в непредвиденные обстоятельства. К счастью для всех ребята добрались без происшествий. В школе Ляньхуа их приветствовали аплодисментами и восторженными возгласами. Теперь никто не скрывал своих улыбок. В центре поляны был установлен большой алтарь для подношений и огромная подставка для факелов. Каждый из старших преподавателей принёс своё блюдо и установил факел на место. Главы школ поблагодарили каждого ученика, а затем был объявлен вечер знакомств. Подставка с факелами вспыхнула, превратившись в большой костёр с жёлто-фиолетовым пламенем. Зрителей пригласили в павильоны, расположенные за пределами школы, чтобы ученики могли побыть наедине с собой и своими друзьями. В это же время павильоны учеников были перемещены к школьным корпусам. — Мэн-Цзы, поздравляю! Это было превосходно. — Бо подбежал к другу и обнял его. — Ну-ну, какой Мэн-Цзы? Теперь я твой гаоту. Имей уважение. —Эй! Ты же это не серьёзно? Старшим стал пять минут назад, а уже вон как загордился. —Обиженно произнёс Бо. Мэн-Цзы рассмеялся в ответ на слова своего лучшего друга, после чего ответил: "Прелесть старшего ученика в том, что у тебя появляется авторитет перед младшими." Он нежно похлопал Бо по плечу, после чего добавил: "Но не беспокойся, я все ещё твой верный друг." Бо улыбнулся в ответ, и толкнув в бок Мэн-Цзы произнёс: "Это хорошо! Не забывай меня теперь."Ребята снова столкнулись в дружеских объятиях, радуясь результатам посвящения. Фэй Чен и Фэй Жень стояли дальше всех от костра. Сестра держала брата за руку, а второй она нежно взялась за его щёку. На лице её впервые за сегодня была действительно искренняя улыбка. — А-Чен, что с лицом? Сегодня прекрасное событие. Представь, как были бы рады наши младшие, будь они сейчас с нами. — Девушка улыбнулась, ещё шире обнажая свои маленькие, но выделяющиеся клыки. —Ты наконец стал старшим! — Сегодня может и прекрасный день, но они все ненавидят нас. Их внимание – всего лишь притворство, и я бы предпочёл сейчас быть дома, а не тут. — Фыркнул Фэй Чен. Фэй Жень нежно махнула рукой в ответ, успокаивая брата спокойным тоном. — Я понимаю, А-Чен, но сегодня день посвящения. Мы должны быть спокойны и равнодушны к их поведению, это все —лишь слова и взгляды. Просто игнорируй все это. Фэй Чен хмуро посмотрел вдаль, понимая правоту сестры. — Хорошо, сестра. Я постараюсь все игнорировать, как ты говоришь. Фэй Жень нежно улыбнулась. Она знала, что Чен очень чувствительный и воспринимает все близко к сердцу, несмотря на свой суровый внешний вид. — Посмотри на меня, А-Чен. Фэй Чен спокойно повернулся в сторону сестры, смотря ей в лицо. — Послушай меня. Ты наконец стал старшим, это важный для тебя день. Так почему бы не насладиться им? Мама хотела бы этого. Фэй Чен выдохнул и усмехнулся, взглядом благодаря сестру за то, что успокоила его. Та тоже улыбнулась и нежно обняла брата, поглаживая по спине. Однако их идиллию очень скоро нарушили. Юношеский голос раздался позади. — Эй! Брат и сестра обернулись на крик. К ним приближался юноша в светло-коричневых одеждах. Он был серьёзен и даже зол. Чен и Жень сразу поняли, что ничего хорошего ждать не стоит и приготовились к худшему. Когда юноша в коричневых одеждах остановился около них, Фэй Чен спокойно отстранил сестру назад, защищая её своей спиной от угрозы. — Вы! Как у вас смелости хватило явиться сюда, а?! — Выкрикнул Ю Вэнь. Фэй Чен спокойно скрестил руки на груди, не сдаваясь под взглядом злого парня. Он внимательно смотрел на него, стараясь не поддаться на эмоции после слов. — Не вижу ничего предосудительного в том, что мы явились сюда, — спокойно ответил Фэй Чен. — Вообще не понимаю, как вас могли выпустить в свет после убийства моей матери! Ваш отпрыск её убил! — Ещё более громко крикнул Ю Вэнь. — Это дело уже прошло, мальчик, — спокойно ответил Фэй Чен, пытаясь не выходить из себя. —Тем более доказано ничего не было, с чего бы это был наш ученик? Вы все безосновательно обвинили нашу школу в убийстве! Ю Вэнь чуть сильнее сжал кулаки от слов Фэй Чена. Его глаза горели от ярости, и видно было, что слова парня действуют на него крайне сильно. — Что значит не доказано?! Неужели вы смеете отрицать факт? — воскликнул Ю Вэнь, делая шаг ближе к Фэй Чену. Фэй Чен молча смотрел на Ю Вэня, чувствуя его ярость. Он стоял напряжённо, уже готовый дать отпор в случае нападения. — Я не отрицаю факт случившегося, но никто не знает всей правды до конца, — ответил Фэй Чен чуть более спокойным и строгим тоном. — Так может всё-таки просветите нас всей правдой? — яростно поинтересовался он у Фэй Чена. Видя, что Фэй Чен сейчас взорвётся от гнева Жень вышла из-за спины брата и вмешалась: — Я могу сказать вам, что вы спешите с выводами, — спокойным тоном ответила Фэй Жень. — Где ваше воспитание и уважение к старшим? — Меня учили не уважать убийц! — резко крикнул он в ответ Фэй Жень после её вмешательства. — Может вам вместо того, чтобы кидаться обвинениями, попробовать успокоиться? — спокойно спросила она парня. — Во-первых, нет весомых причин считать, что в смерти твоей венценосной мамы виноват наш ученик. Это лишь догадки и не обоснованная ложь, а во-вторых, даже если это был ученик нашей школы, мы никак не причастны к этому. С чего бы вам ненавидеть нас? На это нет причин. — Чего с ним сюсюкаться?! — Фэй Чен вышел из себя. Он пошёл вперёд и толкнул Ю Вэня в грудь. — А-Чен! Прекрати немедленно! Вспомни что отец говорил! — Жень бросилась за братом хватая за рукав. Брат выдернул свой рукав из рук сестры и быстрым шагом отправился проч. Фэй Жень тоже медлить не стала и поспешила за братом. — Чен, выдохни и успокойся. — Попыталась вновь успокоить брата Жень. Брат и сестра уже вышли, практически в центр поляны. Ученики, увидев взъерошенного Фэй Чена сразу же перевели взгляд в его сторону. Взволнованная Фэй Жень, озирающаяся по сторонам, тоже приковывала к себе не мало внимания. — Почему ты чёрт возьми не можешь взять на себя вину!? —Раздался знакомый крик, а затем Фэй Чена схватили за плечо и резко развернули. — Тебе и твоему папаше стоило сто раз подумать, прежде чем явиться сюда! Демонические выблядки, ты, и твоя сестра. Ваша мать кажется сейчас больна? Что ж, я надеюсь ей недолго осталось. Я надеюсь, она сдохнет, и вы почувствуйте всё ту боль, которую довелось почувствовать мне и моему отцу! Пусть ваши слёзы будут литься вечно, а скорби не будет предела. Во имя святых основателей и благословенного Ин Сяо! Да будет так. — После сказанных слов округа замолкла. Люди были поражены жестокость Ю Вэня. Глаза Фэй Чена расширились от ярости. Чен резко схватил Вэня за воротник наряда. — Как ты смеешь такое говорить мальчишка?! Да отвалиться твой поганый язык! Ты своими словами оскорбляешь моих родителей и сестру, я за такое церемониться не собираюсь! — Аура Фэй Чена зардела красным оттенком. — А вы понимаете, что не имеете права здесь находиться после той дряни, что натворила ваша проклятая школа?! — Выкрикнул Ю Вэнь и выкарабкавшись из рук противника добавил: и не смей называть меня мальчишкой! — Мы имеем право находиться здесь так же, как и все остальные школы! И даже больше того, имеем право на уважительное отношение к нашей школе! — В разговор вторглась Фэй Жень, завидев что брат не в силах совладать с собой она оттолкнула его и подошла к Ю Вэню. Девушка сама была на пределе, её челюсти крепко сжались, а глаза стали наливаться кровью. Такого неуважения к ней с братом ещё никто и никогда не проявлял. — Ю Вэнь! Ю Вэнь!— Быстрым шагом к этой тройке подошёл Мэн-Цзы. — Какого чёрта ты творишь?! Ты не в порядке? Знай с кем разговариваешь! —Гэгэ, ты тоже ха них? — Вэнь, это не уместный вопрос! Ты выпивал сегодня? — Не получив ответа, Мэн-Цзы обратился к брату с сестрой: — Госпожа Фэй, — Мэн-Цзы склонил голову.— Я прошу прощения за своего друга. Знаю он повёл себя неуместно. — Неуместно?!—Возмутилась Фэй Жень — Он буквально пожелал нашей матери смерти! О каком прощении идёт речь? — Что простите?!Смерть кому? Я находился не всё время здесь и не могу знать всего конфликта. — И правильно, пусть сдохнет! Мэн-Цзы поднял голову, подошёл к Вэню и влепил звонкую пощёчину. Юноша был ошарашен поведением своего друга. Неужели обычно спокойный и уравновешенный Ю Вэнь мог такое наговорить. Мэн-Цзы охватило чувство стыда за друга, он сам не очень любил Фэй, но говорить об этом в открытую запретил себе раз и навсегда. Больше всего Мэн-Цзы расстроило то, что Вэнь посмел задеть родителей Жень и Чена. Всё что связанно с родителями было для Мэн-Цзы больной темой, молодой человек прекрасно понимал какую боль причинил своими словами Ю Вэнь брату с сестрой. Мэн-Цзы тихо вздохнул, чувствуя, как стыд внутри него все сильнее давил на его плечи. Он тихо откашлялся, прежде чем начать: — Я искренне хотел бы извиниться за своего друга. П-простите мой приятель повёл себя крайне неприлично, оскорбив и вас и вашу матушку своими грубыми и жёсткими словами. Он понимает... — Мэн-Цзы чуть запнулся, ощущая, как слова застревают в горле. Мэн-Цзы тихо вдохнул после своих извинений, чувствуя, как слова даются с трудом и заставляя его смущаться. — Он понимает, что совершил ошибку. — наконец добавил он после паузы. — Я надеюсь вы сможете простить его, госпожа и господин Фэй. —НИ-КО-ГДА! Жень уходим! — Фэй Чен схватил девушку за руку и потащил в сторону купола, предназначенного школе Фэй.
