Яблоко от яблони

      Решив не оставлять их ссору в стороне, Лань Юань пришла в покои друга, не удивив его поздним визитом. Казалось, Шу Лонгвей ждал девушку, понимая, что разговор неизбежен. — Прости. — Первое, что сказала девушка, войдя в комнату, от чего мужчина тут же поднял голову, ведь Императрица Лань редко перед кем извинялась, лишь если правда понимала, что она не права. — Я действительно считаю себя сильнее вас всех. И так же я считаю, что только я могу вас защитить... — призналась Юань, опустив голову. — Уходя в медитацию, я боялась, что вы без меня пропадёте, даже не думая о том, что вы с Юи сильные заклинатели, ничем не хуже меня. — Ты слишком сосредоточена на себе, — отвернул голову в сторону мужчина, злясь на подругу, но не только, — и это оправданно, ведь ты действительно сильнее нас, — Император Шу сжал кулаки, развернувшись к подруге. — Но именно из-за этого рядом с тобой я чувствую себя жалким и ненужным, как и Юи. Мы хотим быть с тобой наравне, как и прежде, помогая друг другу, а не идя в одиночку в опасность, как это делаешь ты, — упрекнул девушку друг, и та только открыла рот, но затем закрыла его, не зная, что ответить.       После битвы с Чан Хао, заклинательница и впрямь начала уходить в себя, чувствуя, что она в ответе за весь мир, раз взяла под опеку того, кого все ненавидят, несмотря на его невинность. С врагами девушка справлялась сама, неприятности так же молча исправляла и молчала о своём недуге до тех пор, пока это не стало чересчур заметным. Лань Юань боялась за друзей, боялась за Линь Яо, за учеников, за своё царство, считая, что только она может всех их защитить, не принимая помощи, ведь если что пойдёт не так, отвечать придётся головой, и заклинательница смирилась с тем, что падёт именно её. — Юань, я не хочу тебя обидеть или оскорбить, но я боюсь, что своим могуществом ты закончишь как он... — разжал кулаки Шу Лонгвей, увидев опечаленный взгляд девушки. — Такого не будет. Обещаю тебе. Я не из тех, кто стремится к власти, — проговорила Лань Юань, и впрямь никогда не думая, что будет столь сильной и великой, но судьба решила по-иному. — Знаю, но всё равно волнуюсь... — вздохнул мужчина, в чём разговор друзей был закончен, но проблема от этого не решилась, и как Лань Юань, Император так же ощущал надвигающуюся на них скорую бурю.

***

      После случая с задирами школы, когда-то тихая жертва стала настоящей проблемой школы. Не было тех, кто бы не знал неугодную девчонку, которая была за справедливость и равенства среди учеников, не давая в обиду слабых, и не прочь дать по башке сильному зазнайке. Это была одна из причин, почему Юань часто оказывалась в комнате наказания, выходя оттуда с синей спиной, но это её совсем не останавливало.       Второй причиной являлся длинный язык девчонки, говорящий то, о чём думает, даже если это никто иной, как учитель. Юань так долго держала рот на замке, что больше была не намерена этого делать, ощущая себя настоящую, а не куклой, какой она была пару месяцев назад.       Идя возле озера, где чуть не произошло убийство, девочка вспоминала и грубого мальчишку, которого она редко, но видела на общих собраниях, когда дети из разных групп объединялись в одну для соревнований или иных дел.       Уже темнело, и Юань думала отправиться в комнату, как вдруг услышала на другом берегу крики и, не думая, помчалась туда. — Какая ты страшная... — Жуть какая. Похоже на призрака... — На жуткого призрака!       Тройка девчонок окружили свою маленькую жертву, смеясь над ней. Увидев сидящую на коленях девочку, Юань сразу вспомнила её. Девочка и впрямь имела необычную внешность, в отличие от всех, её волосы были небесно-белого цвета. — Какое уродство... — послышался позади задир голос, на который они тут же обернулись, а бедная жертва ещё сильнее сжалась. — О, и ты того же мнения Ли Юань? — спросила одна девица, до этого особо не обращая внимания на одноклассницу, ведь зацепить за внешность Юань было просто-напросто невозможно. — Не знаю, о чём шла речь, но твои волосы не мешало бы помыть, Цай Био... — скривила лицо девочка, и не успела задира открыть рта, как Юань подошла к следующей. — Божечки, Су Вэн, твои руки как мужские... Ты совсем за ними не следишь, да? — со лживой заботой проговорила девочка, в то время как задиры уже покрылись алым от злости, а вот их жертва подняла голову, но Юань не закончила. — Знаешь, Хун Жу, я понимаю, гормоны и всё такое, но за фигурой то следить нужно... — покачала головой Юань, указав каждой из зачинщиц на их недостатки, зная, что они есть у всех, но ненавидя, когда кто-то прикрывает их унижением других. — Ах ты дрянь! — хотела дать пощёчину Юань одна из задир, но девочка ловко увернулась, проделывая этот трюк не один раз, дабы научиться не попадать под удар. — Что, правда глаза колит? — усмехнулась девочка, встав впереди жертвы, дабы прикрыть её от чужих глаз. — Да ты сама страшила! Да ещё и чокнутая! — возмутилась Цай Био, надеясь задеть, но лишь рассмешила обидчицу. — Для меня это комплимент. Лучше быть чокнутой, чем такой завистливой дрянью, как вы, — проговорила Юань, и неизвестно, сколько бы длилась перепалка, если бы не появившийся юноша, выглядящий очень мило, от чего даже на лице Юань появился небольшой румянец. — Что вы тут делаете? — спросил мальчишка, проходя к жертве, тихо сидящей на земле. — Мы просто разговаривали, — бросила Хун Жу, а посмотрев на неё и других задир, Юань увидела, что те тоже смутились, и поняла, в чём дело. — Так вы издевались над ней, потому что вам нравится этот мальчик? — от данного вопроса все находящиеся на берегу потеряли дар речи. — Ты и вправду чокнутая, Ли Юань! — закричали задиры, бросившись убегать, явно не думая, что девочка раскроет их секрет.       «Ну и дела...» — усмехнулась Юань, не понимая, почему говоря правду в лицо, она получает негатив в ответ, ведь это просто правда... — Спасибо тебе... — услышав позади себя робкий голос, девочка обернулась, увидев жертву небывалой красоты и, не сдержавшись, Юань снова ляпнула: — Теперь я понимаю, почему они о тебе такое говорили... — услышав эти слова, девочка грустно опустила глаза, но Юань продолжила. — Ты ведь невероятно красивая! Как настоящий ангел! — проговорила девочка, взяв жертву за плечи, говоря искренне, без задней мысли.       Девочка и впрямь была такой милой и красивой. Белые волосы аккуратно лежали на плечах красавицы, а большие голубые глаза горели как звёзды, а какое белоснежное лицо... — Так вот о ком говорят, что язык без костей, — усмехнулся рядом стоящий юноша, говоря не со злобой, а даже какой-то добротой. — А что, я не права? Посмотри, какая она красивая! Или ты не согласен? — решила подловить юношу Юань, сразу увидев, как тот слегка занервничал, а когда голубые зрачки пали на него, уши парня и вовсе слегка порозовели, но всё же он не стал молчать: — Да, ты правда очень красивая, — отведя взгляд, проговорил парнишка, на что недавно печальная девушка улыбнулась, а затем вдруг по её красивому лицу потекла струя слёз. — Эй, ты чего? Где-то болит? — спросила Юань, на что девочка отрицательно покачала головой и, вновь подняв глаза, с улыбкой проговорила: — Спасибо вам большое за слова и помощь. Я только перевелась сюда, и мне было так страшно... Многих пугает мой вид, и я уже сама решила, что со мной что-то не так, но вы... — Ты сама решаешь, кто ты, а другие не имеют на это право. Так что не думай о сплетниках, а просто помни, что ты ангел, — улыбнулась Юань, заставив красавицу вновь улыбнуться. — Уже почти стемнело. Отведёшь её до комнаты? А то вдруг те трое снова появятся на горизонте? — спросила девочка у юноши, и тот сразу же согласился, но, сделав два шага, обернулся, спросив: — А тебя? Не боишься, что они подкараулят где-то у школы? — Им же хуже, — усмехнулась Юань, помахав рукой и пойдя в другую сторону, не желая, чтобы её провожали, ведь тому парнишке явно понравилась белокурая красавица, а он ей, и девочка не хотела быть третьей лишней, хоть и её заинтересовал милый парнишка. — Я думал, ты поумнела, но нет. Решила стать героем? Как глупо... — вдруг послышался грубый голос позади Юань. Обернувшись, девочка увидела мальчишку, стоявшего у дерева в важной позе с руками в карманах. — А ты следишь за мной? — усмехнулась Юань, подойдя к незнакомцу. — Будто бы делать больше нечего. Просто о тебе уже шуму поднялось, хоть отливай, — бросил парнишка, закатив глаза, но после кинул взгляд на девочку, довольно холодно произнеся. — Помогая другим, ты лишь нагоняешь на себя неприятности. — Говорит тот, кто сам помог мне пару месяцев назад, — подметила Юань, явно этим разозлив хмурого паренька. — Я не помогал, а просто решил искупаться и, увидев что-то, подумал достать. Не думал, что это окажется какая-то дура, — проворчал юноша совсем уж глупую версию происходящего, словно для него помочь кому-то — это страшное деяние. — Ну да, конечно... — вздохнула Юань, порыскав в кармане и достав оттуда подвеску, протянула её юноше. — Что это? — приподнял бровь парнишка, с недоверием смотря на предмет в руке девочки. — Я давно хотела тебе это подарить. В знак благодарности за спасение, — проговорила Юань, но парень не спешил брать подарок, вновь возмутившись. — Я не спасал те... — Ты спас мою душу, открыв мне её, — оборвала грубияна девочка. — Знаешь, сначала я жутко злилась на тебя и даже хотела бросить в тебя камень, но потом поняла, что ты прав и переосмыслив свою жизнь я, наконец... — проговорила Юань, говоря искренне, — словно освободилась от оков. Мне стало так легко и свободно, и всё благодаря тебе. Спасибо, — девочка улыбнулась, смотря на юношу так искренне и тепло, от чего даже на его грубом лице появилось смущение. — Не надо меня благодарить и тем более что-то дарить, — отвернулся паренёк, не собираясь ничего принимать. — Я сама это сделала. Думая о тебе, мне захотелось изобразить из изумруда фигуру, и у меня получилась капля. Можешь потом выбросить подарок, но прошу прими, — положив юноше подвеску в руку, Юань развернулась и пошла прочь, в то время как паренёк смотрел на данную ему вещь, отчего-то совсем не желая её выкидывать...

***

      Вернувшись в школу Бамбуковой рощи в облике Ван Юи, девушка была удивлена заметить, как же белокурой красавице рады её ученики. Все дети подбежали к ней обниматься, а на их лицах светилось счастье.       «Всё же Ван Юи замечательный учитель и добрейший человек. Прямо как её покойный муж», — думала про себя Лань Юань, смотря на детей, как вдруг её взор пал на юношу позади, стоящего как-то мрачно. — Линь Яо, твой учитель давно тебя не видела, не желаешь поприветствовать её? — спросила девушка, разбудив юношу в раздумьях, и тот утвердительно покачал головой. Не успел Яо сделать и трёх шагов, как его окликнула толпа учеников. — Шисьюн Яо!       Отчего-то сердце Юань сжалось, и она тут же прикрыла юношу собой, подумав, что девушки и парни пришли сказать или сделать что-то плохое вернувшемуся, но ошиблась. — Госпожа Юи, что-то не так? — удивились ученики, не поняв, почему девушка прикрыла собой их друга. — Нет, я... — обернувшись к юноше, так же не понявшему, но догадавшему, почему учитель прикрыла его от чужих глаз, девушка мягко улыбнулась, заставив глаза Яо засверкать. — Забыла, что ученик Яо вырос.

«Ты считаешь, что только ты можешь всех защитить, не беря во внимание то, что другие тоже имеют силу».

      «Какая же это горькая правда...» — подумала девушка, опустив глаза, считая, что сейчас юноша вправе, как и её друг, возмутиться на неё, но паренёк, наоборот, выглядел воодушевлённым и счастливым от действий учителя. По пути в школу учитель с учеником не говорили. Лань Юань думала, что Яо просто слишком взволнован возвращением домой и потому молчалив, не догадываясь об истинной причине. — У... госпожа Юи, мы идём? — чуть было не оговорился Линь Яо, видя перед собой госпожу Юи, но зная, кто внутри. — Нет, иди к своим шиди. Я первая поприветствую госпожу Лань, а ты присоединишься к нам через пару часов. Всё равно имеется то, что я бы хотела обсудить с твоим учителем без лишних глаз, — проговорила девушка, видя, как ученики рады приходу Яо и думая, что тому нужно присоединиться к ним.       Вот только, казалось, от данных слов Линь Яо впал во мрак, но Лань Юань не поняла, почему её ученик не хочет идти к друзьям, которые явно рады ему. Не став спрашивать об этом, девушка пошла в гору одна, а оставшийся юноша пошёл со своими шиди, попутно оборачиваясь на уходящую фигуру, не понимая, от чего та снова пытается отдалиться от него.