Френдзона

«Сломай меня так, как сломаны твои кости и жилы от любви, что не нашла ответа и канула в пустоту. Ведь только тот, кто знает, как горит душа от потери, сможет разбить другого, не оставив шанса на целостность.» L.L

🎵Enemy - Tommee Profitt

Забыв напрочь о существующей супруге, Дин весь день провёл у Энди, не заботясь ни о чём на свете. Единственное, о чём он тревожился, — это то, что случайно стал свидетелем разговора Энди со Скоттом. Этот человек явно был зол на Милтона и, попрощавшись с ним перед своим отъездом, с обидой выдал фразу, ставшую для Дина цепочкой размышлений о своих странных чувствах: — Значит, из-за него ты отказал мне вчера ночью? Услышав это, Дин неосознанно выдохнул с облегчением. Теперь не оставалось сомнений: между ними не было ничего. Но почему эта новость так приятно задела его? Ведь, по факту, ему должно быть всё равно, с кем Энди, где он и что делает. Да, они общаются, встречаются, но исключительно как любовники! И Дин был уверен, что никто не сможет заменить его чувства к Касу. Да, он бы не прочь вытравить их из своего сердца, но одного желания для этого было мало. С приближением вечера Дин настоял на том, чтобы заказ ужина остался за ним. Наугад выбрав итальянскую кухню и лёгкое игристое вино, он с нетерпением ждал доставку. Когда еда, наконец, прибыла, Дин, под пристальным взглядом Милтона, сам разложил всё на столе и даже нашёл на кухне два винных бокала. Устроившись в гостиной за маленьким журнальным столиком, Милтон оценивающе посмотрел на выбранный Дином ужин и с интересом спросил: — Итальянская кухня? Ты её любитель? — Есть такое. Особенно паста, которую я, в принципе, и заказал. Надеюсь, ты не против? Энди улыбнулся: — Как я могу быть против того, откуда я родом? Дин удивлённо поднял брови: — Серьёзно? Значит, стереотипы не врут? — О чём ты? — Ну, что итальянцы горячие в постели… — шёпотом добавил Дин, разливая вино и снова ловя на себе настойчивый взгляд Милтона. — Тебе нельзя алкоголь, Дин… — Боже, Энди… Ты хуже моего брата. — Так я хороший или всё-таки плохой? — озорно улыбнулся Милтон, забирая бутылку вина и отставляя её в сторону. — Мамочка, можно мне совсем чуть-чуть? — Только полбокала, — строго ответил Милтон, но в его глазах читалась улыбка. Покончив с ужином, они устроились на диване. Энди полулёжа откинулся на спинку: одна нога вытянута, другая слегка согнута, чтобы Дин мог удобно устроиться. Дин положил голову ему на колени, наслаждаясь тем, как Энди нежно поглаживал его волосы. На фоне тихо работал телевизор, показывая какую-то скучную передачу, но они почти не обращали на неё внимания. Их разговор плавно перетекал с одной темы на другую, создавая уютную атмосферу. Внезапно вибрация телефона нарушила тишину. Дин, неохотно порывшись в кармане джинсов, достал телефон и закатил глаза, увидев имя на экране: «Лиза». — Да, — сухо ответил он. — Ты где вообще? — У друга. — У какого друга, Дин? — в голосе Лизы прозвучала тревога. — Работаем вместе, — коротко бросил Дин, поймав руку Энди и притянув её к своей груди. — Когда будешь дома? — Скоро, — ответил он и, не дожидаясь ответа, резко положил трубку. Энди, стараясь не нарушить спокойствие, тихо спросил: — Как там Лиза, Дин? Вы ходили на консультацию вместе? — Лиза молчит. Я говорил ей… Наверное, ещё не ходила, — ответил Дин, глядя в потолок и слегка сжимая руку парня. — Дин… А если бы Лиза не была беременна, ты бы не женился, да? — Нет. С чего ты вообще спрашиваешь? — Просто… Если представить, что она не беременна… Что бы ты сделал сейчас? Винчестер приподнялся, с недоумением глядя на Энди. Он явно не понимал, к чему клонит этот разговор. — Ты вообще о чём? — Просто ответь… Ты бы попытался вернуть Каса, если бы не Лиза?.. Впервые за всё время их общения была затронута эта тема — запретная, болезненная, та, о которой они оба предпочитали молчать. Упоминание Каса и всего, что с ним связано, не сулило ничего хорошего. Дин явно растерялся, не понимая, к чему ведут эти вопросы. — Вопросы твои, Энди, странные… Я не могу понять, чего ты хочешь услышать. Энди тоже приподнялся, потянулся за своим недопитым бокалом вина, сделал пару глотков и повторил более чётко: — Вот, например, если бы ты узнал, что Лиза не беременна, ты бы попытался вернуть Каса или уже нет? — Такого не может быть! Лиза беременна! — Дин… Просто представь. И ответь, пожалуйста. Дин закурил сигарету, опустился на пол, удобно устроившись на ковре. Его голос прозвучал зло и обречённо: — Касу не нужна моя любовь… — Вот я и спрашиваю: ты бы попытался или уже нет? Винчестер задумался. А что, если бы можно было вернуть время назад? Убрать все преграды между ним и Касом? Представить, что нет ни Лизы, ни Руби, ни свадьбы… И, главное, нет того последнего разговора, который разбил его на части… — Наверное, попытался бы… — еле слышно вырвалось у него, словно он сам не осознавал, что сказал это вслух. — Ясно… — прошептал Милтон, допивая вино и закуривая сигарету. — Энди, зачем ты это спросил? — Не обращай внимания. — В его голосе сквозила неприкрытая горечь. — А ты? — Что я, Дин? — У тебя ведь тоже остались чувства к Касу? Милтон глубоко вздохнул, закатил глаза, придвинулся к спинке дивана и, глядя на тлеющую сигарету, задумчиво произнёс: — Мне не нужен Кас. Ни занятой, ни свободный. Никакой… — Но зачем ты тогда спросил?.. — Останься со мной сегодня… — с лёгкой грустью сказал Милтон, продолжая курить. — А как же Лиза?.. — задумчиво пробормотал Дин, не в силах выкинуть из головы слова Энди о ней. — Поедешь завтра…

***

Винчестер в очередной раз пренебрёг своими обязанностями главы семейства и мужа. Оставшись на ночь с Милтоном, он не испытывал ни капли сожаления. Их вторая совместная ночь дала Дину новые поводы для размышлений. Их так называемые отношения стремительно катились в ту сторону, куда Дин явно не хотел их допускать. Странные разговоры с Энди не отпускали его, возвращаясь в мыслях и требуя выяснения. Сидя за утренним кофе, Дин не выдержал. — Энди, я всё равно хочу вернуться к вчерашнему разговору. Ты либо что-то недоговариваешь мне, либо я честно не понимаю сути твоего интереса касательно Лизы… — его голос звучал спокойно, но в глазах читалось напряжение. Милтон заметно замялся, его пальцы нервно постукивали по краю чашки с кофе. Он избегал прямого взгляда, словно боялся, что Дин увидит в его глазах больше, чем он готов показать. — Это был просто вопрос… — наконец произнёс он, но его голос звучал неуверенно. — Энди… — Дин наклонился вперёд, его взгляд стал жёстче. — Не надо. Ты что-то скрываешь. Говори. Милтон вздохнул, словно смирившись с неизбежным. Он поднял глаза на Дина, и в его взгляде смешалось столько эмоций, что Винчестер невольно сглотнул. Он чувствовал, что сейчас услышит что-то, что изменит всё. — Ладно… Есть кое-что, что я хотел бы тебе рассказать… — начал Милтон, его голос дрожал. — Ещё раньше Лиза подходила ко мне с просьбой, чтобы мой брат помог ей со справкой… — С какой справкой?! — с явным недоумением выпалил Дин, чувствуя, как в груди закипает тревога. — Как будто она беременна… — еле слышно произнёс Энди, опустив глаза. — Ты?! Ты сделал липовую справку?! — Дин был в явном шоке. Он привстал со стула, с нетерпением ожидая ответа. — Нет, конечно! Я ей отказал… И у меня есть предположения, что она смогла бы купить это в другом месте… — Милтон говорил быстро, словно боялся, что Дин перебьёт его. — Какого чёрта ты молчал всё это время?! — Дин уже кричал, злость окутала его тело. Милтон тоже встал со стула, надеясь успокоить Дина, хотя в глубине души понимал, что после такого признания их отношениям, возможно, пришёл конец. — Я вообще узнал, что ты женился, в день свадьбы Каса, Дин! Я не знал! — Ты не знал?! Ты знал главное всё это время и молчал! Каждый раз цепляя меня бессмысленными разговорами! Ты мог подойти и сказать мне это! — Гнев Винчестера вырывался наружу. В его глазах виднелись слёзы отчаяния. Милтон уже миллион раз пожалел, что признался, хотя мог бы утаить эту правду до последнего. Он просто знал, и теперь, стоя напротив Дина, ему казалось, что рушится всё, что они успели построить за их короткое общение. — Дин, я… — Молчи! Что вы за люди такие?! Ради себя готовы идти по головам! Ты, сука, просто хотел, чтобы так произошло! Чтобы Кас был свободен для тебя! А я бы само собой отошёл в сторону… — Дин! — Заткнись и признай, что это правда! Но твой чёртов план рухнул, когда Кас тоже женился! — Винчестер смахнул скатившуюся слезу, рукой провёл по лицу, желая разгромить всё, что видел перед собой. Ему хотелось врезать Милтону, который стоял перед ним, опустив глаза, не в силах объясниться, лишь сжимая подол футболки в руках. — Какие же вы все твари… — Послушай, Дин! Это могут быть просто мои догадки! Я ни в чём не помогал Лизе! Я отказал ей! — Ты как раз помог ей! — ткнув пальцем ему в грудь, выпалил Дин. — Расскажи мне это тогда, и я бы не повёлся на эту свадьбу! Я бы, сука, сделал всё по-другому! И ты это прекрасно понимаешь! Надеюсь, ты теперь доволен сложившейся ситуацией, хотя нет! Новак не свободен! И ты тоже в пролёте! — Мне нахуй твой Новак не нужен! Я тебя люблю! — с горечью выкрикнул Энди. На секунду Дин замешкался от его признаний. Но, быстро взяв себя в руки, не веря ни одному его слову, выкрикнул: — Заткнись! Ты, мальчик, даже не можешь разобраться в себе, кого ты любишь или хочешь! С Новаком встречался, а меня ебал глазами! Вырасти сначала, может, дурь выветрится с твоей головы! А я всегда знал, кого люблю, и тебя там точно не наблюдалось! Я не сомневался ни на секунду, что по уши погряз в Касе! И если бы ты всё сказал раньше, мы бы с ним были вместе сейчас! — Выкрикнув это, Винчестер схватил свою куртку и вылетел из дома. Милтон остался стоять, не смея произнести ни слова. Признания Дина напрочь расшибли его сердце. Гнусное чувство окутывало его с каждой секундой всё сильнее. Упав на стул, он дрожащими руками взял сигарету, прикурил и незамедлительно втянул в себя дым. Милтон не обращал внимания на слёзы, которые стекали по щекам; он погряз в это с головой — в неправильный треугольник отношений Каса и Дина, куда ему была напрочь закрыта дорога. Будь у него капля разума, он бы сразу же развернулся и не влазил в отношения с Новаком. Также был Дин, который с самой первой встречи заполнил его мысли, незаметно оккупируя сердце и вытесняя всё прошлое. Да, всё это действительно выглядело не серьёзно, но Милтон знал и был уверен в своих чувствах сейчас. Ранее, находясь в больнице с Касом, Энди откровенно любовался исходящими флюидами ревности Дина, мечтая стать не соперником, а прямой причиной таких эмоций Винчестера. В этом тумане Милтон считал свою жизнь некой борьбой за право на чувства, но растерял самосохранение, самостоятельно направляясь к точке боли и разбитому сердцу, не задумываясь о том, насколько дорого это может ему стоить. Теперь он был уверен, что Дин не простит его и больше никогда не вернётся. Он постарается вернуть Новака, как и говорил, и Милтон не сомневался в их взаимной любви. Даже после того, что рассказала Чарли, он знал Каса и понимал, что, будучи обиженным, тот мог наговорить лишнего. Мысль о полной потере Дина вывела его из равновесия. Не выдержав эмоций, он с силой провёл рукой по столу, сбрасывая чашки и тарелки. Они с треском разбились о пол, разлетевшись вдребезги. Вскочив со стула, он не обратил внимания на разлившийся кофе, капающий на его руку и футболку. Схватив ключи от машины, он выбежал из дома, стремясь избавиться от мучительных и режущих мыслей. Он знал, куда ему ехать, когда хочется просто сдохнуть, перестать существовать. Он выведет свой гоночный автомобиль и на недопустимой скорости рванёт вперёд, в попытке выветрить свои мысли и никому не нужную любовь. Дин ехал по пустынной трассе, не сдерживая эмоций, которые разрывали его изнутри. Он не мог поверить, что всё это правда. Лиза не беременна. Как она могла быть настолько эгоистичной? Как можно было разрушить его счастье в тот самый момент, когда он, годами шедший к Новаку, наконец почувствовал, что жизнь налаживается? В одно мгновение всё рухнуло, словно дерево, вырванное с корнями и брошенное на произвол судьбы. Припарковав машину на обочине, Дин ворвался в дом, надеясь застать «супругу» дома. Увидев её в постели, он не стал церемониться. Резко разбудив Лизу, он смотрел в её глаза, которые теперь казались ему полными лжи. Дрожь в его теле не утихала. — Почему ты так поступила? — тихо, но сдавленно произнёс он. Лиза приподнялась с кровати, сонливость мгновенно исчезла с её лица. — Дин? Что случилось?.. — Вставай. Одевайся. — Куда? — растерянно спросила она. Дин не стал объяснять. Ему было легче действовать, чем слушать очередную ложь. Он схватил первое, что попалось под руку из её гардероба — джинсы и кофту — и швырнул на кровать. — Что с тобой, Дин? Ты не ночуешь дома, приходишь ни свет ни заря… — начала она, но он перебил её. — Лиза, одевайся! — его голос звучал резко, сквозь злость и боль. — Куда скажи хоть… — В больницу. Я хочу своими глазами увидеть нашего будущего ребёнка. Ты ведь не против, дорогая? Лиза побледнела. Она быстро накинула одежду, но её руки дрожали. — У меня приём на следующей неделе… — пробормотала она. — Мы сходим и на следующей неделе. Или нет? — его голос звучал ледяно. Одевшись, Лиза опустила голову, не вставая с кровати. — Дин… зачем такая спешка? Просто скажи… — Это я должен тебя спросить. Зачем такая спешка со свадьбой? И где, кстати, твой живот? Я, конечно, не эксперт, но сроки у нас как-то не сходятся. — Срок ещё маленький, Дин… — А есть ли он вообще, Лиза? Есть ли беременность? — Дин присел на край кровати, всматриваясь в её лицо. Он чувствовал, как опустошается с каждой секундой. Лиза выглядела виноватой, даже не смея поднять на него глаза. — Дин… не злись, пожалуйста… — Говори правду, Лиза. — Я просто… чёрт! — она резко вскочила с кровати, достала чемодан из-под неё и начала швырять в него вещи из гардероба. — Ты не беременна, да? Это правда? — его голос дрожал от отчаяния. — Нет, не беременна! Радуйся! — выкрикнула она. — Зачем ты это сделала? — Чёрт возьми, Дин! Я была дурой, которая любила тебя все эти годы! А ты… ты просто повёлся на этого мужика! Дин тяжело выдохнул, провёл рукой по затылку. Эмоции накатывали волной. Глупая, пустая свадьба. Эгоистичный поступок Лизы, которая отняла у него единственную любовь и право на счастье. Терапия, Милтон, его клиника — всё это теперь не имело значения. Единственное, чего хотел Дин в этот момент, — это забыться. Забыться так, чтобы боль, гнев и разочарование растворились в алкогольном тумане.