Френдзона

«Любовь и похоть — две разные дороги, и ведут они порой к разным сердцам.» L.L

Винчестер нервно постукивал пальцами по рулю, сидя в машине и ожидая Милтона. Он не мог точно понять, зачем назначил эту встречу накануне своего отъезда. Что он хотел получить от этого разговора? Ответа не было, кроме одного: ему нужно было кое-что сказать Энди. В первую очередь — извиниться и поблагодарить. Сегодняшний разговор с Кастиэлем лишь подтвердил одну истину: Дин не отпустил прошлое. Оно тянуло его, как водоворот, в ту синеву глаз, но он сдерживался, помня свои ошибки. Доверять словам Новака больше не стоило. Он уже однажды поверил и заплатил за это сполна. Рисковать снова он не хотел. Решение было принято, и Винчестер не собирался от него отступать. Что касалось Энди, то здесь всё было иначе. Чувства, которые он испытывал, были куда более сложными и противоречивыми. Сильное притяжение, похоть, дикое желание обладать — всё это бушевало внутри, и Дин изо всех сил сдерживал себя, чтобы не поддаться импульсам своего тела. Звук открывающейся двери вывел его из раздумий. Дин поднял взгляд и увидел Милтона. Тот, улыбаясь, сел на пассажирское сиденье, явно нервничая. — Привет… С днём рождения, Энди… — начал он, слегка запинаясь. — Я без подарка… Но думаю, это можно исправить… — Спасибо, Дин, — сухо ответил Энди. — Не стоит. Странно, что ты вообще узнал о моём дне рождении. В голове у Дина промелькнуло множество вариантов ответа, но врать не было смысла. Он тихо произнёс, заводя двигатель: — Кас… сказал… — Ясно, — отрезал Милтон. Его тон стал ещё более сдержанным. — Предлагаю заехать в одно место, — продолжил Дин, стараясь сохранить спокойствие. — А потом выпьем кофе. Это недалеко. — Я не против, — согласился Энди, глядя в окно. Через несколько минут они остановились напротив ювелирного магазина. Дин молча вышел из машины и направился внутрь. Ему хотелось сделать что-то действительно стоящее, чтобы показать, как он ценит Энди. Его внимание привлёк кожаный браслет чёрного цвета с золотыми вставками. Вещь была стильной, с налётом элегантности, и почему-то казалось, что она идеально подойдёт Энди, подчеркнув его лёгкий, но изысканный стиль. Не раздумывая, Дин попросил упаковать браслет и, не сомневаясь, совершил покупку. Вернувшись к машине, он сел за руль и, не говоря ни слова, тронулся с места. Машина плавно выехала на дорогу, двигаясь в потоке автомобилей. Через несколько минут они свернули к небольшому уютному кафе, припарковались и зашли внутрь. Официант провёл их к столику у окна, и они сели, едва обменявшись взглядами. Заказ был сделан быстро, почти на автомате, и официант удалился, оставив их наедине. Тишина между ними была плотной, но в ней чувствовалось напряжение, словно каждый из них ждал, кто первый нарушит это молчание. — Энди, у меня маленький подарок для тебя, — начал Дин, стараясь говорить спокойно, но в его голосе всё равно проскальзывало напряжение. — Не воспринимай это как что-то с глубоким смыслом… Просто я хочу сделать хоть что-то приятное, учитывая, сколько боли и разочарования я тебе принёс. — Дин, не стоит… — попытался прервать его Энди, но Дин резко поднял руку. — Не перебивай, пожалуйста, — выпалил он, доставая из внутреннего кармана куртки небольшую коробку. — Энди… мне было хорошо с тобой. Я тебе во многом благодарен. И, чёрт побери, что бы ты там ни думал обо мне… для меня это было всё серьёзно. У меня даже в мыслях не было играть с тобой. Просто… так получилось. Он придвинул коробку по столу ближе к Энди, впервые за этот вечер посмотрев ему прямо в глаза. — Откроешь? — Дин, не нужно было… — тихо произнёс Милтон, не отрывая взгляда от Дина. В его глазах читалась смесь надежды и боли, словно он боялся, что ещё пара минут — и он не выдержит. — Открой, пожалуйста, — настаивал Дин. Его голос звучал мягко, но настойчиво. Энди дрожащими руками взял коробку, открыл её и достал браслет. Он грустно улыбнулся. Всё это походило на прощальный жест, и это так сильно отличалось от его фантазий о встрече. — Это очень красиво, Дин. Спасибо. Дин протянул руку, чтобы взять браслет. — Позволишь? — спросил он. Энди молча подвинул свою руку, слегка закатав рукав. Дин старательно нашёл застёжку и нежно коснулся его кисти. Его пальцы слегка дрожали, но он старался не показывать этого. Нежные касания вызвали у Энди мурашки. Он заворожённо смотрел на Дина, наблюдая за каждым его движением. Воспоминания нахлынули: те же руки, которые когда-то касались его с такой страстью, теперь были отстранёнными, почти чужими. В глазах Энди блеснули слёзы, но он сглотнул, пытаясь взять себя в руки. — Ты прощаешься со мной? — тихо спросил он, и в его голосе было столько горечи, что Дин невольно вздрогнул. Он поднял взгляд на Энди, который смотрел на него с болью и разочарованием. Браслет уже украшал его руку, но Милтон не убирал её, словно ждал ответа, который боялся услышать. — Энди, я… — начал Дин, но парень перебил его. — Можешь не отвечать. Я понял. Спасибо за подарок, Дин. — Прости меня, пожалуйста, — тихо сказал Дин. Энди лишь горько улыбнулся, стараясь как можно быстрее взять себя в руки. Он сделал несколько глотков кофе, чтобы отвлечься, но слёзы всё равно подступали. Он не мог позволить себе слабость — не здесь, не сейчас. Звонок телефона стал для него спасением. Энди достал телефон и ответил, стараясь говорить как можно спокойнее. — Слушаю… Да… Нет, я занят. После сразу домой. Нет, не хочу. Я уже сказал. Пока до завтра! Дин внимательно наблюдал за ним, и в его сердце кольнула ревность. Он догадывался, кто звонил. Джек. Это имя не давало ему покоя. — Может, ты спешишь, Энди? — с сарказмом спросил Дин. — Нет, Дин. — Это был Джек? — Да. — Вы хорошо поладили, правда? — Он неплохой… друг, Дин. — Друг… — повторил Дин, глядя в окно. Это слово отозвалось в нём глухим эхом, будто напоминая о чём-то утраченном или так и не обретённом. — Да, друг. Ему нравится Кастиэль, — добавил Энди, внимательно наблюдая за реакцией Дина. — Кас нравится? — удивлённо поднял брови Дин. — Я немного подумал, что ты… — Нет, Дин, не я. — Ну, тогда, может, у него и будет шанс. — Думаешь? — провокационно спросил Милтон, теребя подаренный браслет. — Уверен в этом. — А как же ты тогда? — Энди уже не сдерживался, задевая болезненную тему. Какая разница, ведь, судя по всему, это их последняя встреча. — Я?.. Я каким боком к Касу? И тем более к Джеку? — Как же, любовь всей твоей жизни и всё такое, — с горечью выпалил он, отхлёбывая остывший кофе. — Нас с Касом уже нет, и уверяю тебя, никогда больше не будет. Можешь передать Джеку, если ему так уж надо, пусть дерзает! Только вот в чём печаль, Энди… он за тобой бегает, как собачка, а не за Касом. — Дин… минутами назад мне показалось, что ты прощаешься со мной. Сейчас кажется, что ты ревнуешь… Может, ты запутался? — в глазах Энди на мгновение вспыхнула надежда, а его тон стал провокационным. — Никого я не ревную. Я… — Дин запнулся, не находя слов. Милтон был прав, он запутался, и очень сильно. — Ну, тогда ладно. В таком случае, Дин, пусть и за мной побегает. Он симпатичный! Я свободен. Кас обойдётся! — Энди встал, встречаясь с задумчивым и гневным взглядом Дина. Он насильно улыбнулся и безэмоционально произнёс: — Спасибо, Дин, за поздравления и за подарок. Честно, рад был тебя видеть. — Не за что. Тебя отвести домой? — спросил Дин, стараясь скрыть своё смятение. — Моя машина в универе… Если тебе нетрудно, добрось меня туда. — С удовольствием. Всю дорогу они ехали молча. Энди смотрел в окно, не смея проронить ни слова. Он был натянут, как струна, лишь сжимая и разжимая кулаки. Дин всё замечал и сам чувствовал себя неудовлетворённым. Он думал, что, поговорив с Энди, станет легче. Но стало только хуже. Ему до жути не хотелось расставаться, хотелось продлить эту странную связь хотя бы на день. Но он понимал: единожды дав слабину, он окончательно потеряет себя. Припарковавшись на стоянке, Энди вышел из машины. Он окинул Дина коротким взглядом и тихо сказал: — Береги себя, Дин. Дин лишь смотрел на удаляющуюся фигуру парня. Сердце сжалось. Он снова всё испортил своей холодностью.

***

Энди почти не смотрел по сторонам, шагая по университетскому коридору. Голова, накрытая капюшоном, была низко опущена, глаза еле сдерживали слёзы. Он ворвался в уборную, резко захлопнув за собой дверь. Облокотившись о раковину, он на мгновение закрыл глаза, давая волю потоку слёз. Сердце разрывалось на части. Он знал Дина хорошо. Сначала, получив сообщение, Энди тешил себя надеждой, что всё ещё можно исправить. Но сейчас он был уверен в обратном. Дин попрощался с ним. Красиво. По-своему. И этим окончательно разорвал ему сердце. Впервые за свои девятнадцать лет Энди отчаянно захотел исчезнуть с этой планеты. Умереть. Перестать чувствовать. Просто прекратить своё существование, чтобы заглушить эту дикую, невыносимую боль. Слёзы лились без остановки. Он посмотрел в зеркало и почувствовал отвращение к тому, кто смотрел на него в ответ. Он ненавидел этого человека. Ненавидел за то, что тот никогда не был примером для себя. Ненавидел за то, что его ценности равнялись нулю. Он терял всё, что было дорого. Даже Дина. А это было непростительно. — Ты захотел почувствовать себя любимым… — прошептал он, глядя на своё отражение. — Не довольствовался тем, что ОН был рядом. ОН просто был рядом, сука! Больше ничего не было важно… Ты должен был молиться за это… — Гнев нарастал, переходя в нечто иррациональное. Энди заворожённо смотрел на себя, повторяя слова, как в бреду. — Ненавижу тебя за твоё существование… Сжав кулак до боли, он со всей силы ударил по зеркалу. Зеркало треснуло, исказив его отражение, разделив его на несколько частей. Алая кровь осталась на осколках. Энди посмотрел на свой кулак, словно очнувшись. Боль от порезов была почти успокаивающей. Кровь капала на белую раковину, смешиваясь с водой. Мысли путались, унося его куда-то в неизвестность. Было больно. Телесно. Душевно. Он спустил воду, начал отмывать кровь с руки. Гнев, как пузырь, лопнул, оставив после себя лишь холодную реальность. Энди стоял, медленно смывая кровь, потом потянулся за салфетками. Сначала вытер лицо от слёз, затем приложил несколько салфеток к ране. Его взгляд случайно зацепился за подаренный браслет. И снова — острая боль, разрывающая душу. Слёзы текли без остановки, солёные капли попадали на губы. — Я тебе звоню, ищу… Что за хрень?! — раздался голос Джека, который, как всегда, появился не вовремя. Увидев Энди заплаканным, с окровавленным кулаком, он ахнул. Взгляд Джека скользнул по разбитому зеркалу, осколки которого разлетелись по полу, отражая тусклый свет лампы. Он присвистнул, ошеломлённый. — Ни хера себе… Что случилось, Энди? — Ничего… — Милтон резко отвернулся к окну, дрожащими руками вытирая слёзы с лица. — Ты с Дином был?.. — тон Джека резко изменился, став жёстким, почти злым. — Не важно… — еле слышно ответил Энди, ощущая, как слёзы снова текут по щекам. Его голос дрожал, словно он едва сдерживал рыдания. — Ебать, он урод! — Не неси ерунды… — Посмотри на себя, чувак! Ты вообще последние мозги растерял? Что ты творишь?! — Джек шагнул ближе, его глаза горели смесью гнева и беспокойства. — Да пошёл ты, Джек!.. — резко развернувшись, Энди выбежал из уборной. Последнее, что ему сейчас нужно было, — это выслушивать нравоучения. Да и наезжать на Дина он никому не позволит. Неважно, где правда, а где ложь. — Стой! — Джек бросился за ним, но Энди уже шёл по коридору, сжимая кулаки. — Отвали от меня! Мне на хуй не нужны твои нотации! Понял?! — гневно прокричал Милтон, радуясь, что коридор уже пуст и студентов не видно. Его голос эхом разнёсся по стенам, но Джек не отступал. — Тихо, тихо… — Джек подошёл ближе, его голос стал мягче, почти шёпотом. — Давай поедем отсюда. Я не оставлю тебя так. Энди резко развернулся к одногруппнику. Его дыхание было прерывистым, глаза красные от слёз. — Будешь твердить, какой Дин урод, а я дебил? Так знай… Я ЗНАЮ ЭТО! И если бы я мог что-то с этим сделать, я бы сделал! — его голос сорвался, и он снова почувствовал, как комок подступает к горлу. — Остынь, Энди… — Джек сжал его плечо, пытаясь успокоить. — Просто пошли покурим, хорошо, дружище? Чувствуя, как всё тело трясётся в мелкой дрожи, Энди сделал глубокий вдох, снова вытирая слёзы с лица. Джек стоял рядом, молчал, лишь незаметно поглаживая его за плечо. Он вёл себя как настоящий друг, которого у Энди никогда не было. Милтон не привык, чтобы за него переживали, лезли в душу… Весь свой хлам жизни он всегда переживал в одиночестве. И сейчас, как никогда, ему нужен был хоть кто-то рядом. — Поехали, Джек… ко мне… — сорвавшимся голосом произнёс Милтон, ожидая лёгкого кивка Джека. Они направились к выходу. Почувствовав вибрацию в кармане, Энди достал телефон. На ходу открыл сообщение и на секунду замер, вычитывая текст: «С днём рождения, Энди… Желаю найти свою любовь. P.S. Про Дина забудь. Он только мой и всегда будет моим. Кастиэль». Сердце Энди сжалось. Он замер, глядя на экран. Слова не исчезали. Горло перехватило, дыхание спёрло, а в глазах снова помутнело. Он сжал телефон, чувствуя, как по спине бежит холод, а внутри всё опустошено.