Мамочка Тэхён-и

Тэхён приходит домой в плохом настроении. Сегодня его начальник истрепал ему все нервы и докапывался до каждого слова. Ким быстро снимает обувь в коридоре, наступая носками на пятки и проходит на кухню, чтобы усесться на барный стул. Его приталенная офисная юбочка немного поднимается на упругих бёдрах, а беленькая блузка, что красиво очерчивала форму груди, натянулась на ней сильнее, стоило ему приподнять руку, чтобы зачесать светлые волосы. Тэхён, изнемождённый за весь день работой и требованиями начальства, даже не заметил, как его мальчик вышел из своей комнаты в одних спортивках, в которых любит разгуливать по дому. Чонгук же, соскучившись по мамочке за весь день, тут же подходит к ней, чтобы уместиться у интуитивно раздвинутых ножек, юбочка с которых поднималась все выше и выше. Чонгук-и начал ластится к мамочке, вовлекая ту в сладкий поцелуй, Тэхён умело перенял инициативу, обнимая своего мальчика со спины, надавливая на поясницу, чтобы его грудь впечаталась в стальной пресс. Розовые сосочки даже через ткань бюстгальтера и блузки хорошенько тёрлись о чужое тело. Мамочка громко стонет в сладкий поцелуй, оттягивая нижнюю губу и смотрит вверх, чтобы убедиться в чужом заволоченным возбуждением взгляде. — Прости, малыш, мамочка сегодня очень устала, — Ким немного отстраняется от младшего, оглаживая кончиками пальцев кубики пресса, слыша прерывистый выдох сверху. — Так давай я тебе помогу расслабиться, — Чон хрипит и аккуратно перекладывает обе ладони на упругую большую грудь мамочки, чтобы легонько сжать её и начать массировать по кругу, пока Ким выгибается в спине. — Со мной тебе явно станет легче. — Мхг, Гук-и, — старший стонет от излишней чувствительности сосочков, потому как сегодня никто не выдаивал из них молочко. — Сделай мамочке приятно, — Ким громко стонет и откидывает голову, когда Чон зажимает соски подушечками пальцев и хорошенько трёт их. — Вот так, да! Чонгук, удовлетворившись видом перед глазами, потихоньку расстёгивает пуговицы на блузке. Белая ткань расходится на сочной груди, Чон облизывается от желания наконец попробовать её на вкус. Аппетитные сисечки трясутся и влекут побыстрее выпустить их на свободу. Парень спускает белую блузку до локтей Тэхёна, тянется спустить лямки лифчика, чтобы наконец-то увидеть полностью упругую грудь с розовыми сосочками. Когда чашечки находятся под грудью, то Чон наслаждается видом перед глазами. Киска мамочки начинает сладко пульсировать, а клитором хочется потереться, чтобы почувствовать стимуляцию. — Мм, Чонгук-и, — Тэхён громко стонет, когда младший наклоняет голову, чтобы вобрать розовый сосочек в рот. Мамочка ёрзает на стуле, ещё шире раздвигая ножки. Чон рычит от вкусного молочка во рту и задирает юбочку мамы выше и выше, чтобы оголить хорошенькую киску, спрятанную под кружевным бельём. Парень кладёт сразу четыре пальца на писечку, чтобы помассировать покалывающий возбуждением клитор прямо через ткань. — Ох, три сильнее! — Ким откидывает голову назад и звонко стонет, когда его мальчик слушает его и давит пальчиками на киску, которая начинает мокреть. Чон окончательно расстёгивает бюстгальтер, что падает вниз, полностью оголяя большую грудь, истекающую молочком. Гук интенсивно работает языком, чтобы испробовать больше молока, играясь с сосочками, поочередно посасывая чувствительные бусины. Ким прижимает сыночка ближе к груди, хныкая от приятной стимуляции, пока чужой язык проходится кончиком по горошине и губами втягивает жидкость в себя. — Уф, какой старательный мальчик, умница моя, — Ким гладит его по волосам, массируя кожу головы. — Давай, маленький, сними трусики с мамочки, — Тэхён сладко прогибается, когда Чон в последний раз проводит пальцами по киске, чтобы оторваться от вкусных сосочков со звонким чпоком. Чонгук присаживается на колени перед мамочкой и целует ткань трусиков в то место, где расположен клитор, затем присасывается. — Ммм, Гук-и! — Ким старается не сжимать ножки, но кладёт руку на макушку младшего, чтобы потереться возбуждённой киской о его лицо и хнычет от недостатка стимуляции. Чонгук наконец стягивает кружевные трусики с мамочки и с удовольствием рассматривает красивую розовенькую киску. Ким облокачивается на спинку стула, придерживая себя под коленями, чтобы его мальчику было удобно доставлять ему удовольствие. Слюна скапливается во рту парня, жадно разглядывающего слегка набухшую горошину и текущую дырочку под ней. Чон, не сглатывая вязкую слюну, проводит влажным языком от хорошенькой дырочки до сладко пульсирующего клитора. Тэхён дрожит лишь от невесомого прикосновения к киске и протяжно стонет, когда Чонгук начинает работать языком. Младший наслаждается вкусной смазкой мамочки, распределяя её по чувствительному комочку нервов. Упругим кончиком языка поддевает влажный от слюны и смазки клитор, массирует его в разные стороны, наблюдая за тем, как ловко от него убегает набухшая бусинка. С каждым таким движением смазки выделяется всё больше, мамочка пытается уйти от стимуляции и громко стонет, но ей не дают это сделать сильные руки на ее бёдрах, что фиксируют её на одном месте. Чон продолжает играться, нализывая чувствительную горошинку и надавливая на неё кончиком языка. Парень старается подарить удовольствие старшему, что так устал от претензий начальства. Звонкие мелодичные стоны ласкают его слух, пока Чон зарывается в чужих бёдрах, громко хлюпая смазкой, в попытках проглотить её всю до единой капельки. Парень любовно зацеловывает горошинку, попутно слизывая соки, вытекающие из мамочки. Головка клитора приятно чувствуется на его губах, он старается лишь незатейливыми ласками довести старшего до края, который плаксиво стонет и просит большего. Его писечка сладко горит и пульсирует, выделяя больше вкусной смазки, которую ответственно слизывают, не давая стечь на пол. Чон рычит от прекрасного вида перед глазами и наконец присасывается к бусине, втягивая её в себя, под ласкающие слух визги Тэхёна. — О, да! Мой маленький, скушай её, ммм! Мамочке так хорошо! — Ким старается крепко держать себя под коленочками, чтобы дать своему мальчику больше пространства для такой приятной стимуляции набухшего клитора. — Да! Вылижи её, не смей останавливаться! Я так хорошо теку для тебя! Чужие слова влияют на старания младшего, который начинает ещё быстрее играться с чужой бусиной. Чонгук начинает беззастенчиво громко чавкать смазкой, втягивая в себя такую хорошенькую и розовенькую горошину, чтобы кончиком языка теребить ее по кругу. Младший сосет головку клитора так, будто пьет молочко из маминых сосочков. Румяная киска не прекращает истекать вязкими соками от умелой стимуляции языком. Чон вновь хлюпает ими, принося невероятное удовольствие Киму, что не перестаёт хныкать и держать себя под коленочками. Грудь мамочки сладко трясётся из-за её содроганий. Из стоящих сосочков льётся молочко, что стекает прямо к киске и смешивается со смазкой и чужой слюной. Чон увлечённо лакает как котёнок смешавшийся коктейль вкусов и мычит от удовольствия. Не даёт старшему отдохнуть от приятных ощущений, колющих низ живота. Парень со звонким чпоком от влажности отдаляется от сладкой киски, чтобы затем вновь припасть к тяжёленькому клитору. Он с оттяжкой повторяет несколько раз одни и те же действия, пока старший находится на грани. — Мх, сделай так ещё разок! Ммм, да! — мамочка крупно дрожит и ёрзает на стуле, пока его писечку продолжают сочно поедать. — Ох, маленький, доведи мамочку до сквирта, я знаю, что ты хочешь испить больше моих соков! Чонгука заставлять не надо, он всё понимает и с первого раза: продолжая лизать киску, он просовывает сразу три пальчика в горячую дырочку мамочки, начиная быстро двигать ими, входя до упора. Из-за обилия смазки они смачно чавкают. Чон усердно массирует стоящий клитор кончиком языка, а пальцами долбится в киску, из-за чего смазка хлюпает и пузырится. Кончики пальцев хорошенько оглаживают мягкие стеночки внутри, которые тесно сжимают их. — Гук-и! Гук-и! Я больше не могу! — кричит Тэ, когда младший давит на низ животика. — Готовь язычок, милый! Чон не прекращает трахать мамочку пальчиками, пока тот громко и бурно кончает и сквиртит ему на язык. Тёплая струя умело и быстро зализывается, доводя старшего до громких выкриков чужого имени. Красненький клитор всё ещё растирается языком, выдаивая всё до последней капельки. Тэ не прекращает хорошенько сквиртить на чужое лицо, не понимая, сколько в нём жидкости и оргазмов. Он сгибается пополам из-за повышенной чувствительности и отстраняет от себя младшего, так как тот не любил отлипать от вкусной киски. Чон облизывается, собирая вкусную смазку кончиком языка, быстро встаёт на ноги и целует мамочку, передавая её соки, пока она жадно вылизывает чужой рот, принёсший столько удовольствия. Налитый кровью от возбуждения член в серых спортивках врезается в его киску и заставляет приглушённо простонать. Тэхён, не разрывая страстного поцелуя, тянется к чужому возбуждению, чтобы взять его в руку через ткань одежды. Чонгук увлечённо наминает текущую молочком грудь старшего. Ким закатывает глазки и даёт подоить сыночку себя, чувствуя, как из красненьких от стимуляции сосочков вытекает вкусное молочко. Тяжёлый увесистый член сына замечательно находится в его руке, которой он сдавливает широкий ствол и слышит хриплый стон парня. Чон нетерпеливо толкается в его руку, головкой, спрятанной под тканью штанов, задевая измученный клитор мамочки. Их страстную близость, к сожалению, нарушает звонок телефона старшего, который лежит на столе. Ким с явным недовольством отрывается от сыночка, сзади себя нащупывая телефон, чтобы затем увидеть номер начальника, на который он не может не ответить. — Что-то произошло? — старший пытается скрыть недовольство в голосе, отталкивая младшего от себя, чтобы тот не мешал его разговору. Чон многозначительно хмыкает и действительно отходит в сторону, чтобы с явно выпирающим возбуждением пройти в спальню и задержаться там ненадолго, пока мамочка разговаривает со своим начальником, что раздражённо высказывает как тот не прав в своей работе. А сам Ким разглядывает свою красненькую писечку, над которой постарался Чон и закусывает нижнюю губу. Гук оставляет мамочку в одиночестве ненадолго, через пару минут заходя на кухню с небольшим беленьким вибратором и смазкой в руках. Он вновь подходит слишком близко к старшему, что оставался в такой же позе сидеть на барном стуле. Чон не видит смысла ждать пока старший договорит, замечая явное раздражение от разговора, и желает снять его небольшой шалостью. Спортивки вместе с бельём летят на пол, а парень наконец освобождает измученный возбуждением член с багровой головкой. Чон облегчённо выдыхает и хлопает налитой головкой по натруженному клитору, растирая по бусине собственную смазку, выделяющуюся из текущей головки. Ким закусывает нижнюю губу, чтобы не простонать, но громко вздыхает, закатывая глаза. — Я понимаю… — отвечает Тэ, наблюдая, как его мальчик играется с ним, доставляя приятные ощущения, хлюпая смазкой. — …Да, я ведь проверял… — мамочка закатывает глаза, поджимая пальчики на ногах, пока Чон, горячо выдыхая, выдавливает некоторое количество принесённой смазки на член, чтобы плавно войти в текущую дырочку. — …Но отчёты сделаны верно… — Ким старается дышать ровно, чтобы не навести на себя подозрений, хотя это кажется чем-то нереальным. Парень легко толкается в подставленную дырочку, чавкая обильным количеством соков. Толстый ствол полностью входит в мамочку, наслаждаясь горячими и мягкими стенками, сдавливающими член. Чон придерживает старшего под коленом, пока вторую ногу закидывает на своё плечо, а Ким хватается одной свободной рукой за чужое плечо. Оба наблюдают за тем, как быстро исчезает член в киске мамочки со звонким хлюпом. Налитая головка чётко бьёт по чувствительным точкам, а Ким загнанно дышит, всё ещё отвечает на какие-то вопросы, пока начальник ничего не подозревает. Однако скрывать стоны становится невыносимо, когда младший берёт беленький вибратор и подставляет его к набухшему клитору. Приятная вибрация проходится по комочку нервов, заставляя дрожать. — Я вам перезвоню, — кое-как проговаривает старший, прежде чем завершить звонок и откинуть телефон куда-то на стол, чтобы громко простонать. — Ещё! — сладко хнычет старший, стараясь не смыкать затёкшие ножки. Чон без остановки и с оттяжкой трахает мамочку, увлечённо водя головкой вибратора по красненькому клитору от стимуляции. Вибрация бьёт по чувствительному комочку, заставляя течь ещё больше. Тэхён дрожит от удовольствия. — Я сейчас кончу! Ммм, мой маленький мальчик так старается! Умница! — Ким вскрикивает, когда его накрывает ошеломляющий оргазм. — Ах! Чонгук-и! Стой, ммх, даа, вот так! — мамочка забывается в удовольствии, пока крупный член долбит чувствительные стенки киски. Чон рычит, не отстраняет от клитора вибратор, пока входит в узкую писечку. Ножки Кима дрожат и немеют от неудобной позы, но тот испытываемый оргазм стоит того. Общая смазка хлюпает и давно стекает на пол от переизбытка, парень доводит мамочку до второго сквирта, который льётся из старшего, стоит ему выйти из него и кончить на чужой живот. Чон наконец убирает вибратор с горошины, подхватывает Кима под коленями, чтобы взять на руки и в несколько шагов донести его до дивана в гостиной. Тэхён седлает сына, расслаблено располагаюсь на разгорячённом теле. Чонгук размеренно поглаживает нежную кожу бёдер, легонько хлопая по ним. — Было прекрасно, маленький мой, — Ким отстраняется от младшего, чтобы посмотреть тому в глаза, а затем и вовлечь в глубокий поцелуй. — Это ещё не всё, молочка-то я сегодня не пил, — парень перемещает ладони с бёдер на талию, чтобы в итоге накрыть ими пышную грудь мамочки. — Какое упущение… — наигранно расстраивается Тэ, но горячо выдыхает, когда его розовые сосочки перекатывают между пальцев. — Исправь это недоразумение. Мамочка выгибает спинку, чтобы предоставить больше доступа к своей груди, чем несомненно пользуется Чон, с рыком присасываясь к одному из текущих молоком сосочков. Сосёт увлечённо и ответственно, не забывая про второй, всё так же разминая его пальцами, а губами играется со первым, слизывая языком редкие капельки, что всё-таки смогли уйти от умелого языка и таких же губ. Тэ содрогается и стонет, одной рукой сжимая волосы на загривке младшего, чтобы тот не смел отрываться. Чонгуку только в радость чувствовать немного болезненное натяжение волос, так как пробовать мамино молочко он никогда не устанет. — Ох, Гук-и! Вылижи все молочко из маминых сосочков! Его так много, мгх! — Ким ёрзает на младшем, потираясь вновь набухшим клитором о толстый ствол парня. Стимуляция чувствительного комочка заставляет вздрогнуть мамочку, буквально подпрыгнув на Чоне, пока тот играет с сосочком, вдоволь напиваясь молочком. — Ммм, да! Мой хороший мальчик, так стараешься для меня! — Тэ сладко хнычет от нового рыка на своей груди и более быстрого темпа всасывания молока. Чонгук перемещает одну из рук на изнывающий возбуждением клитор и быстро дрочит мамочке, перекатывая бусину между пальцев. Ким впивается немного отросшими ногтями в широкие плечи сына и громко стонет от удовольствия и бесконечных хлюпов и чпоков. Чон легонько хлопает по горошине, чтобы быстро растереть потом. — Я кончаю! Ммх, кончаю тебе на пальчики, Гук-и, — всхлипывает старший, дрожа всем телом. Чон высасывает последние капельки из сочной груди и полностью уделяет время клитору, растирая его по кругу. Тяжёленькая бусинка прекрасно перекатывается между четырех пальцев, чавкая новой порцией соков. Третий оргазм накрывает с головой, а страстный поцелуй передает чувства обоих. Ким берёт в руку давно вставший член Чона сжимая его, чтобы так же хорошенько отдрочить младшему. Большое количество смазки облегчает задачу и приносит невероятное количество удовольствия парню. Мамочка не забывает о пульсирующей головке, быстренько растирая ее большим пальцем, периодически надавливая на уретру. Чон откидывает голову назад, толкаясь в чужую мягкую руку. — Давай, маленький, кончи ещё раз для меня, — Ким целует парня в шею, пока тот содрогается и бурно кончает. — Мх, моя умница, — Тэ не перестает водить по толстому члену, наслаждаясь чужой дрожью в теле. Дальнейшие поцелуи и ласки так же приносят невероятное удовольствие. Чонгук действительно хорошенько отвлёк свою мамочку…