Голубь, что далек от гнезда.

      Человек при смерти способен на многое. Адреналин и норадреналин способны творить чудеса. Обычный человек под действием такого аффекта может даже перевернуть машину (почти), и всё это при том, что он обычный человек.       Что же тогда происходит с гулем?       При смерти происходит выброс адреналина, что раздражает RC-клетки в коконах гуля, после чего они стремительно начинают расширяться и принужденно вырываться из тела (в случае, если Кагуне не выпущено). Какуган раскрывается, а тело укрепляется клетками.       Это — принужденная эволюция.       Так происходило не единожды с одним необычным гулем — Канеки Кеном. Отличный тому пример — эволюция во время боя с Аримой. Кишо застал его эволюцию, и единственная мысль, что прошла через его нейроны мозга, была: «Как красиво».       Канеки Кен и Кишо Арима думали о друг друге одинаково.       Канеки задавал себе вопрос, почему он считает Кишо красивым, и почему красота у него скорее ассоциируется со смертью, чем с жизнью.       А Кишо мыслил почти также, но наоборот.       То, как гулю стремится к жизни, то, как он пытается выжить, несмотря ни на что. Несмотря на все те отрезанные части тела, кровь, порезы на теле, что оставил следователь.       То — что он даже приобрел новую личность, только чтобы выжить.       Ариму Кишо вдохновляла жизнь.       А Канеки Кену симпатизировала красота смерти.       Казалось бы, полные противоположности, но… как говорят, «противоположности притягиваются».       Легкая улыбка снизошла на Ариму. Подобрав свою одежду из комнаты рядом, а точнее из небольшого склада, он наткнулся на Наруками и IXA. Оба были сломаны, разбиты вдребезги, но это не то, что важно сейчас.       Шагая сквозь длинные коридоры, он улыбался.       Эта ситуация его вдохновила. Напомнила, кто он.       Он не только Арима Кишо, сильнейший следователь, или кто-то там. Нет, это не важно.       Все эти титулы, страх, любовь, восхищение от простых людей и просто гулей — это всё не важно.       Теперь не важно.       Неделя под землей дала Кишо обновиться, почувствовать, что он на самом деле не только «сильнейший следователь», а просто Кишо. Как его называла его добрая почившая мать, что была выводком Клана Вашу только для размножения.       То, как она гладила его волосы. Его глаза, что заставали закаты и рассветы. То, как его тело росло с каждым днем. Его новые знакомства, знания, сила.       Все это делает из Аримы — Ариму, как бы то глупо ни звучало.       Прежде всего, он человек, а затем следователь.       Вот он достиг лестницы. Поднявшись вверх, куча рыцарей в недоумении наблюдали за пленником. Его Кагуне, белый как снег, извивался, иногда волочась по полу, а иногда поднимаясь в воздух, показывая своё величие.       Белое как снег Бикаку. Оно было огромным — 6 метров в длину и 1,5 в ширину. Обычно Бикаку — это сдвоенный в конце хвост, но Ариму не назовёшь обычным.       Буквально, Куинке сова стала его Бикаку. Острая как бритва и элегантная как добротная рапира.       Проходя через охрану, никто даже и не подошел, не остановил пленника. Никто даже не вздумал. Все понимали, вот он — смерть. Белая смерть.       Выйдя из подсобного помещения, его тело окатило холодным воздухом.       И это тоже напомнило ему кое-что — его школьные деньки. Кишо всегда мечтал учиться в школе, и это ему удалось, только совсем немного.       Опавшие оранжевые листья взвивали в воздух с каждым порывом ветра.       Да.       Сделав глубокий вздох, он поднял голову вверх.       Кишо любил солнце. В детстве он видел его редко. Может быть, поэтому он так скучал по золотому свету.       Ностальгия.       Оглянувшись, он сделал кувырок в воздухе, уклоняясь от пуль, а затем подставляя свой Бикаку перед собой.       Люди, что стояли на крышах, выцеливали Ариму. Их белые одеяния были до боли схожи с одной командиршей; возможно, они и есть её отряд.       Растянувшись, хвост Аримы преобразовался. Клинок совы раздвоился на два косо-образных клинка, завернувших в противоположные от друг друга стороны.       Зацепившись своим хвостом за стену, он рывком достиг крыши, после чего, встав перед врагами, оценил их.       Семь человек. У каждого из них в руках пушка. Да и выглядят они грозно, не то что обычная охрана города или сторожевые вокруг.       Пригнувшись, он увернулся от летящей в него… гранаты?       Завернув вокруг себя по оси хвост, он спрятался от взрыва и осколков, и как только хвост освободил ему место для взора, в зазор между ними был вставлен клинок. В сантиметре от его лица сияла серая сталь, намереваясь разрезать и убить его, но для одноглазого короля это пустяки.       Вывернув Бикаку, он зажал между хвостом белого наемника и, сделав в воздухе кувырок, скрутил ему руку, заставляя ту хрустеть, а плоть рваться. Мгновенно оперевшись об пол, Арима вновь пригнулся, и хвост распополамил врага. Кровь хлынула во все стороны, в том числе и на лица его соратников.       Встав, Арима намеревался сделать рывок, что он и сделал, после чего знакомый щелчок возле его ушей эхом отозвучал в его голове.       Взрыв. Отпрянув по инерции в сторону, Арима потрогал своё лицо. Хоть кожа гуля и прочнее всяких обычных металлов, с прочностью стали и выше, но взрыв даёт о себе знать.       Куча осколков впивались ему в щеки, уши и в висок.       Поднялась пыль, и Кишо пробил крышу своей рукой, после чего, сделав её побольше, залез внутрь. Обычная комната какого-нибудь молодого парнишки.       Отойдя в сторону, Кишо дождался шага от наемника, и, услышав шаг, прыгнул вверх, после чего, сквозь деревянные доски и черепицу, схватил белого воина за ногу и утащил вниз.       Кулаками размозжив его череп, он поднялся на поверхность и был сразу встречен градом пуль. Но… они не очень-то и пробивали кожу гуля.       Рывок, и ударив в поддых воина, его кулак прошел насквозь. Кишо почувствовал холодную сталь на своём затылке, и, пригнувшись, взмахнул хвостом, отправляя наемника Эсдес в воздух, после чего, пока он падал, поднял свой Бикаку и нанизал того на хвост. Ещё раз взмахнув хвостом, тело расслоилось и спало с хвоста.       Этот белый отряд… силен. Их организованность, скорость, сила и технологии. Если бы нынешний Кишо был собой месячной давности, у него были бы проблемы — спору нет. Они готовы жертвовать собой, лишь бы добиться цели.       Четверо мертвы. Щелчок, ещё две гранаты рикошетом от пола прилетели прямо к лицу Кишо, но, схватив одну, он мгновенно кинул её обратно, а сам завернул себя в хвост.       Два взрыва.       Поднявшись, он был готов к очередной атаке, но… на месте гранаты, что откинул Кишо, был лишь разодранный осколками труп. А двое других… убежали.       Пригнувшись, он вздохнул и осмотрел ближайшее тело, что лежало к нему. Взяв в руки его отрубленную часть, он повертел её перед глазами, а затем медленно надкусил. Плоть прошла через его язык, а затем упала в горло.       — Так вот… каковы люди на вкус…

***

      — ЭТО УБИЙЦА АКАМЕ! — послышался крик. Аристократ-блондин в страхе грыз свои ногти, а с ним на пару стоял не очень приятной внешности жиртрест.       — КАК ОНА ПОПАЛА ВО ДВОРЕЦ?! НАША ЗАЩИТА ДОЛЖНА БЫЛА БЫТЬ НЕПРОБИВАЕМОЙ! — продолжил малец.       Вдруг из черного коридора отозвучали шаги, и оттуда вышел мужчина в маске чумного доктора. Тех, что из Лондона, что лечили людей во время чумы.       — Министр финансов. Министр обороны. Идите по этому коридору. Я сделал этот путь для вас безопасным, — гулкий голос протрезвил людей, что находились в некотором параличе. Быстро встав, они вбежали в коридор.       — Акамэ, предательница империи. Я отрежу тебе руки и ноги и живьем скормлю бродячим псам, — заявил доктор в маске.       — У-у-у… Как страшно, — в ехидной ухмылке парировала Леонэ.       — Вероятно, пользователь тэйгу, что защищает их. Один из тех элитных телохранителей, — нахмурилась Акамэ. Мурасама в её руках заскользил, принимая боевую стойку.       Девушки стартовали в рывке, направляясь прямо к доктору.       — Леонэ, займись этими двумя ублюдками! А я разберусь с тэйгу-юзером! — скомандовала Акамэ. Её волосы обвили её спину из-за стремительного бега.       — Есть! — клацнула клыками Леонэ. Сделав прыжок, она перелетела доктора и вошла в темный коридор. Доктор в маске хотел уж было развернуться, но Акамэ не давала ему продыху и уже замахивалась мечом.       Развернувшись, он подставил свой бок, и… клинок отскочил. Нанося десятки ударов в рывке, Акамэ стиснула зубы.       — У этих повстанцев такие сильные бойцы? Невероятно! Она намного сильнее, чем говорили слухи, — подумал доктор.       Его тэйгу — пульт управления «Радион» (инфы по нему мало).       Нажав на кнопку на висящем пульте управления на его рукаве, вдруг из-под земли, прямо под Акамэ вырвались стальные копья.       Зрачки черноволосой сузились, и, успев отреагировать, она вспрыгнула.       Приземлившись на землю, Акамэ стремительно двигалась зигзагом по пересеченной местности, уклоняясь от копий, что выскакивали из земли, после чего нахмурилась.       — Моё уважение. Даже без своего смертельного тэйгу ты намного сильнее, чем я предполагал, — гулкий голос доктора раздался в огромном помещении.       — Меня тренировали и готовили обходить ловушки в любой местности.       Нажав кнопку на пульте, из стен выстрелили гарпуны.       Акамэ, взмахнув мечом, ударила по острым клинкам, отбивая их в землю со смертельной грациозностью.       — Значит, это и есть Мурасама. Зловещий, проклятый меч, способный убить одним прикосновением, — в тоне голоса чумного доктора чувствовалось волнение и уважение.       — Как грозно! Но, как бы ты сильна ни была, у министра есть секретный тэйгу. Ваша революция обречена на провал. И поскольку ты зашла так далеко, я расскажу тебе этот грязный секрет империи.       Быстрый рывок, лезвие Мурасамы ударилось об локоть доктора.       Обменявшись парой ударов, доктор нажал ещё одну кнопку, и прямо из-под Акамэ выскочило ещё одно копьё, что почти достигло её горла. Но она успела его перерезать. Схватив летящий в неё стальной клинок, она кинула его прямо между глаз телохранителя.       — Что?       Десятки ударов отскакивали от тела доктора, после чего Акамэ пригнулась и прошла вниз. Пнув его в воздух, она замахнулась своей смертельной катаной.       — Ликвидирую, — холодный голос Акамэ заставил доктора стиснуть зубы.       Разрубив всю его броню, она нанесла удар в живот, рассекая его внутренности и окропляя белый мраморный пол кровью.       — Ты пытался выиграть время в разговоре. Но со мной этот трюк не сработает, — закинув клинок в ножны, она развернулась спиной к уже лежащему на полу доктору, после чего взглянула на него из-под предплечья.       — Подумай сам, даже если у министра есть секретный тэйгу, он бы не поделился этим секретом с дворцовой стражей.       Выпученные глаза доктора покрывались капиллярами и черными татуировками.

«Она абсолютно права… Она… Всё поняла…»

«Совершенный убийца».