Игра Избранных

Пол года спустя Гермиона крутилась возле зеркала, критически осматривая свой наряд, прическу, лицо. Уже почти шесть месяцев она живет в Италии и учится в одном из самых лучших юридических университетов мира. В тот день, когда она покидала свою старую жизнь, покидала друзей и все что её хоть как-то связывало с ней прежней, Гермиона чувствовала себя пустой. У неё не осталось ничего, что могло удержать её в Лондоне, и она наконец поняла, что эту пустоту получится заполнить только начав все сначала. И она начала. Приехала в другую страну, поступила в универ, завела новые знакомства, купила квартиру на деньги, которые получила, как Героиня Магической Войны и стала другим человеком. Гермиона сделала шаг назад и ещё раз оглядела себя с ног до головы. Теперь, после полугода жизни в Италии, она была совсем другой. Её кожа приобрела лёгкий золотистый оттенок от тёплого средиземноморского солнца, а привычные тёмные круги под глазами исчезли, уступив место ровному сияющему тону. Макияж был выполнен безупречно: скулы подчеркнуты лёгкой тенью, губы покрыты тёплым нюдовым оттенком, а в карих глазах больше не отражалась усталость — только холодный, уверенный блеск. Её волосы, некогда спутанные и непослушные, теперь спадали мягкими, тяжёлыми локонами, гладко уложенными так, что ни одна прядь не выбивалась из общей композиции. Каждую неделю она посещала лучший салон Флоренции, где мастера заботились о её густой копне, делая её блестящей и ухоженной. На Гермионе было элегантное тёмно-бордовое платье, идеально сидящее по фигуре. Мягкая ткань подчёркивала её тонкую талию, плавно обтекала изгибы бёдер, доходя до середины икры. Никаких рюшей, бантиков или дешёвого шика — только чистый крой, благородный цвет и безупречное качество. Она больше не пряталась за бесформенными свитерами и школьными мантиями. Теперь её одежда говорила за неё: сдержанная элегантность, утончённость, стиль, в котором чувствовалась дороговизна, но без показной вычурности. На тонком запястье поблёскивали изящные часы с узким ремешком, а в ушах — крошечные серьги с бриллиантами. Она научилась выбирать аксессуары так же тщательно, как и слова — каждое украшение должно было дополнять, а не перегружать. Но перемены были не только во внешности. Она больше не спешила, не сутулилась, не ёрзала на стуле от неловкости. В её движениях появилась уверенность, в походке — плавность, в голосе — твёрдость. Она больше не пыталась нравиться всем. Больше не позволяла себя загонять в рамки. Она была свободна — впервые в жизни. Гермиона познакомилась с огромным количеством людей, которые разделяли ее интересы и могли поддержать беседу без напряга. После стольких лет, девушка наконец нашла свое место в обществе и теперь чувствовал себя в своей тарелке. Взглянув на роскошные часы на тонком запястье, Гермиона схватила свою черную дизайнерскую сумку и убедившись, что свет везде выключен, а тарелка кошки была битком набита едой, девушка выскочила из квартиры. Внизу ее уже ждала умопомрачительная блондинка на красной Тесле. Фьорелла Карузо была воплощением итальянской страсти и безрассудного обаяния. Высокая, стройная, с безупречно уложенными платиновыми волосами, она выглядела так, будто только что сошла с обложки модного журнала. Её красота была кричащей, вызывающей — густые ресницы отбрасывали тени на скулы, алые губы всегда были поджаты в лёгкой усмешке, а в глазах цвета шампанского плескался вечный азарт. Она носила исключительно дизайнерские вещи, выбирая между роскошью и удобством всегда первое. Всегда на шпильках, всегда в идеальном макияже, она умудрялась выглядеть эффектно даже в обычной футболке и джинсах. А когда говорила, то делала это громко, жестикулируя с такой экспрессией, что даже незнакомцы на улице невольно оборачивались. Фьорелла и Гермиона были полными противоположностями, но именно это сделало их неразлучными. Где Гермиона была сдержанна и расчетлива, Фьорелла — бурей эмоций. Она не задавала вопросов, а просто принимала решения, не терпела отказов и никогда не боялась сказать то, что думает. Когда Гермиона только переехала в Италию и впервые пришла на занятия, Фьорелла сразу выделила её среди остальных. Британка с идеальным итальянским, безупречными манерами и холодным взглядом — Карузо почувствовала в ней что-то особенное. — Ну что, англичанка, готова к самой безумной ночи в твоей жизни? — Фьорелла приподняла тёмные солнцезащитные очки и подмигнула подруге. — У тебя хоть раз бывают обычные ночи? — усмехнулась Гермиона, садясь в машину. — Обычные ночи для скучных людей, — с драматическим вздохом протянула итальянка, включая музыку. — А мы с тобой, дорогая моя, явно не такие. Блондинка нажала на газ и рванула на всей скорости вперед, заставляя Гермиону вжаться в сидение и молить Бога о том чтобы они в что-то, или кого-то не влетели. Элла не умела водить «спокойно» и «аккуратно». Она была сущим кошмаром всех водителей Флоренции и не только. Грейнджер до сих пор удивлялась, как её подруга еще не попала за решетку, за нарушение всех возможных прав дорожного движения, хотя и училась на юридическом. Каждые выходные они отрывались в одном из самых известных клубов Флоренции. Space club был отличным местом, чтобы развлечься и найти партнера для горячего секса. Машина с громким рыком заехала на стоянку, и длинная женская ножка опустила каблук на асфальт. Блондинка хлопнула дверью и растянула красные губы в идеальной улыбке, взъерошивая короткие волосы. Голубые глаза были подведены черной подводкой, а из носа торчало элегантное колечко, придавая её образу дерзости. Белое, короткое платье с открытым декольте, выгодно подчеркивало все округлости девушки, заставляя мужчин оборачиваться ей в след. Грейнджер закатила глаза, и растянула губы в усмешке, выходя из машины в след за подругой. Гермиона вышла из машины с таким видом, будто всю жизнь крутилась в этом водовороте сексуальности и раскрепощенности, в роскошном глянце лака на дверце, и мягкому свету уличных фонарей, выхватывающему тонкие изгибы её фигуры. Черное платье, казалось, сливалось с ночной тьмой, но при этом подчёркивало каждое её движение — плавное, уверенное, естественное. Прохладный воздух коснулся её кожи, но она не дрогнула, лишь чуть глубже вдохнула. Её волосы мягко спустились по плечам, отражая свет так, что на мгновение они показались тёмным золотом. Глубокий вырез платья открывал шею и ключицы, но в этом не было ни тени вульгарности — только сдержанная, почти невесомая грация. Мужчины, стоявшие у входа в клуб, замолчали. Один из них, кажется, собирался закурить, но так и замер, не закончив движение. Другой быстро провёл рукой по волосам, будто надеясь, что она его заметит. Но девушка даже не повернула голову в его сторону, продолжая обаятельно улыбаться, хватаясь за локоть подруги. Длинные ноги уверенной походкой направились ко входу в клуб. Внутри громко играла музыка, заставляя кричать, чтобы быть услышанным, отчетливо стоял запах смешавшихся духов женщин и едких одеколонов мужчин. Потные тела двигались в такт мелодии создавая эдакую волну. Девушки сразу же направились к бару, где к ним тут же подбежал молодой бармен, услужливо улыбаясь. Остановившись на Кровавой Мэри, Гермиона отложила меню и вгляделась в резвящуюся толпу, пока Элла флиртовала с стеснительным молодым человеком. Он явно был не в её вкусе, но похоже подруге было скучно и она решила не перебирать. Возле правой руки приземлился стакан с напитком и Гермиона тут же сделала глоток, перебивая жажду. Послезавтра она выходит на такую желанную работу, и в честь этого Карузо решила устроить незабываемые выходные, оторвавшись и напившись в клубе. Гермиона сидела за стойкой, потягивая коктейль, как вдруг почувствовала прожигавший спину взгляд. Она обернулась, пытаясь найти свой источник дискомфорта, но в помещении было слишком много людей, что делало поиски просто невозможными. Заметив взволнованность Грейнджер, Фьорелла отвернулась от парня, прекращая увлеченную беседу с поникшим барменом, и обняла её одной рукой. Гермиона взглянула на повеселевшую подругу, и немного расслабилась, забывая о недавнем дискомфорте. — Пошли танцевать! — прокричала блондинка, хватая ошалевшую Грейнджер за руку, и таща её в самую гущу событий. Элла тут же поймала мелодию и начла соблазнительно крутить бедрами в такт песне, пока Гермиона пыталась расслабится и наконец отпустить себя. — Хватит уже мяться, как девственница перед первым трахом. Расслабься, Герми! — наклоняясь к лицу подруги, прокричала блондинка и увидев, что та наконец отпустила себя, положила руки ей на бедра, начиная двигаться. Гермиона двигалась в такт музыке, позволив себе забыть обо всем. Ее тело следовало за ритмом, следовало за Фьореллой, которая с лукавой улыбкой притянула подругу еще ближе, их бедра соприкоснулись, а руки скользили по изгибам друг друга. Смех, алкоголь, жара – все смешалось в едином вихре безудержного веселья. Мужчины вокруг уже давно не скрывали своих взглядов. Кто-то одобрительно ухмылялся, кто-то оценивающе поднимал бокал, а некоторые откровенно пожирали их глазами, видя в этом танце нечто большее, чем просто развлечение. Один даже двинулся ближе, но Фьорелла лишь бросила в его сторону взгляд, полный надменного пренебрежения, и тот понял намек. Гермиона улыбалась, смеялась, растворяясь в этом моменте. На какое-то мгновение она позволила себе забыть, кем была раньше, забыть о правилах, о прошлом, о старых страхах. Сегодня она просто жила. Но за всем этим безмятежным хаосом, спрятавшись в тени, наблюдал он. Незнакомец, который весь вечер следил за ней, не отводя взгляда. Высокий, одетый с безупречной элегантностью, он спокойно потягивал виски, игнорируя суету вокруг. Ему не нужно было двигаться, не нужно было демонстрировать свое присутствие – он просто ждал. Ждал момента, когда её взгляд случайно встретится с его, когда она осознает, что уже давно находится в центре чужого внимания. Но пока что Гермиона этого не замечала. И он терпеливо ждал. Вдоволь натанцевавшись, девушки весело смеясь плюхнулись за барную стойку и заказали сразу четыре разных коктейля. Раскрасневшееся от жары лицо, желало охладится, а в горле была просто Сахара, от чего становилось трудно дышать. Как только бармен предоставил им их заказ, Гермиона тут же накинулась на него и опустошила одним глотком, не сразу замечая очаровательного молодого человека, который с чеширской улыбкой приземлился рядом и теперь пытался привлечь её внимание. Его товарищ, темнокожий, мускулистый красавец уже увлечено исследовал глубины рта её подруги. Гермиона поморщилась, наблюдая за тем как эти двое просто пожирали друг друга, смачно причмокивая. — Давно ты здесь? — Грейнджер повернулась на голос парня, который улыбаясь смотрел на неё, а точнее, на её глубокое декольте. Он был неплохо сложен: крепкое тело, зеленые глаза, и светлые волосы, которые небрежно торчали в разные стороны, заставляя остальных думать, что у него только что был горячий секс. Гермиона хмыкнула, оставаясь вполне довольной. Она редко позволяла себе расслабится и отдаться страсти, но иногда ей все таки хотелось чего-то нового. Именно поэтому она решает поддержать разговор. — Не совсем. А ты? — девушка продолжала потягивать свой напиток, не особо заостряя внимание на новом знакомом, но продолжала отвечать парню. — Мы с приятелем только пришли, и сразу обратили на вас внимание. — он многозначительно поднял бровь, и прошелся языком по нижней губе, обращая внимание Гермионы на это действие. Дело сделано. Он её заинтересовал, и теперь ей хотелось, чтобы он забрал её отсюда и они ночь напролет трахались, как глупые подростки. Девушка повернулась к нему всем телом, закидывая ногу на ногу, отчего и так короткое платье задралось еще выше. Она сделала это намерено, и результат её удовлетворил — глаза парня застилало желание, которое он и не пытался скрыть. — Как тебя зовут? — его хриплый голос отдался электрическим зарядом и устремился прямо в её киску, заставляя сжать ноги еще сильнее. — Это имеет значение? — Грейнджер закусила губу, отвлекая его, — По-моему, нам это не нужно. — женская ручка, еле касаясь, поднялась по мужской ноге, заставляя напрячься и испустить сдавленный стон. Они оба были пьяны, и оба хотели разрядки. Собравшись, парень открыл глаза, еле различая силуэт девушки напротив. — Ты права. Обойдемся без этого. — взяв инициативу в свои руки, парень схватил Гермиону за руку, отчего та еле удержалась на высоких шпильках, и потащил за собой. Девушка чертыхнулась, но промолчала, продолжая следовать за возбужденным юношей. Они остановились в укромном уголке, где музыка звучала приглушенно, а людей не было видно. Грейнджер хотела осмотреться, но жаждущие губы парня не дали ей и секунды, поглощая её собственные. Девушка издала стон, когда мужская рука сжала округлую грудь, больно задевая сосок. Ей нравился грубый секс, и она таяла, когда играли с её возбужденными горошинками. Гермиона закинула руки за шею парня, впиваясь ноготками ему в шею, от чего парень зашипел, до боли кусая нежную губу девушки. Его руки блуждали по её стройному телу, пытаясь зацепится за что-то одно, но все выглядело слишком привлекательно, чтобы обделять себя. Его рука продолжала играть с грудью, отодвигая ненужную ткань, подставляя оголенную кожу под холодный воздух. Оторвавшись от красных губ спутницы, парень осточертело посмотрел на манящую грудь, и тут же приник к ней ртом, посасывая, кусая, оттягивая. Девушка стонала, выгибаясь под его руками, чувствуя нарастающее возбуждение внизу живота, запутавшись пальчиками в его волосах. Парень особенно сильно прикусил её розовый сосок, отчего девушка издала вскрик, намокая еще больше. Он продолжал играть с одной грудью, а другую жестко смял в своей руке, заставляя Гермиону стонать во весь голос. Шаловливая рука начала спускаться к её эпицентру, отодвигая ткань её трусиков, проникая сразу внутрь, погружаясь в горячую сердцевину. Пальцы начали двигаться внутри неё и Гермиона бесстыдно начала раскачиваться на его руке, желая принести себе больше наслаждения. К двум пальцам присоединился третий, от чего девушка еще больше выгнулась подставляя свою грудь прямо в рот спутнику. Приоткрыв тяжелые веки, Грейнджер заметила блестящие дрожки на своей груди и красные от укусов соски. Ему явно нравилось играть с её сиськами, да так, что он не мог оторваться, только больнее кусая горошинки девушки. Гермиона подняла дрожащие руки и умело расстегнула ремень на его брюках, и расстегнув ширинку, обхватила пальцами его не маленький член. Почувствовав руки девушки на своем органе, парень застонал и толкнулся в её маленький кулачок, продолжая посасывать грудь и двигать в ней пальцами. По его кисти уже стекала обильная смазка её возбуждения, и решив что уже пора он поднял голову, впиваясь в губы напротив горячим поцелуем. Девушка издала недовольный стон, когда его рука покинула её киску, но тут же вскрикнула, когда он сразу вошел на всю длину. — Блять! Ахуеть, как узко! — чертыхнутся парень, сдерживая накативший оргазм. Стенки её влагалища слишком плотно обхватывали член, и он был готов кончить даже не начав двигаться. — Если ты не начнешь двигаться, я откушу тебе член. — томно прошептала Гермиона, от чего парень издал рык и начал жестко вколачиваться в податливое тело. Грейнджер протяжно застонала, откидывая голову к стене, наслаждаясь ощущениями. Член проникал в неё так глубоко, что доставал до точки G, заставляя пальцы на ногах поджаться. Их совместные стоны разлетались на весь коридор, отбиваясь от голых стен. Парень продолжал двигаться в ней, поднимая руку к горлу Гермионы, начиная с силой его сжимать. Грейнджер распахнула глаза, когда воздуха стало не хватать, пытаясь отцепить руку парня, слетевшего с катушек, но тот только впился жестким поцелуем ей в грудь, оставляя засос. — Пусти, придурок! — девушка всеми силами пыталась оттолкнуть его от себя, но тот, как будто, находился в другом измерении, продолжая терзать её соски. Она била его руками, пыталась задеть ногами, но все напрасно. В следующую секунду, когда Гермиона уже готова была потерять сознание, в легкие проник воздух, а со стороны послышалась какая-то возня и звуки ударов. Откашлявшись, она подняла глаза, замечая высокого мужчину в костюме, который навис над корчащимся на полу извращенцем. Тот ему что-то тихо говорил, пиная его носком дорогого ботинка, после чего повернулась к пришедшей в себя Гермионе, которая поправив платье и опираясь боком на стену, смотрела ошалевшим взглядом. — Вы в порядке? — глубокий голос мужчины, заставил Грейнджер вздрогнуть и вновь посмотреть на своего спасителя. — Д…да, спасибо. — отозвалась девушка, пытаясь выдавить из себя благодарную улыбку. — Не за что, — ответил мужчина, — Не против выпить со мной? — А как же…? — Грейнджер перевела растерянные глаза на валяющегося в ногах неудавшегося любовника, на что мужчина лишь фыркнул. — Не беспокойтесь. Не подохнет. — он развернулся и зашагал в сторону главного зала, даже не оборачиваясь чтобы посмотреть, идет ли за ним Гермиона. Кинув последний взгляд на парня, она поспешила за своим спасителем, спотыкаясь на каждом шагу. «Мда, видимо не весь адреналин вышел из крови» — усмехнувшись самой себе, Грейнджер остановилась возле стола, за который присел мужчина, и не желая и дальше стоять не трясущихся ногах, присела на диван. Гермиона чувствовала, как её сердце всё ещё бьётся слишком быстро. Воздух в помещении казался тяжёлым, словно пропитанным напряжением, которое оставил после себя этот незнакомец. Он спокойно сидел напротив, поигрывая бокалом с вином, а его пристальный взгляд словно проникал ей под кожу. — Вы в порядке? — снова спросил он, на этот раз чуть мягче, но в голосе сквозило непоколебимое спокойствие. Гермиона кивнула, всё ещё пытаясь прийти в себя. — Да… Спасибо. Она всё ещё пыталась осознать, что произошло. В голове шумело от выпитого, но адреналин сделал своё дело — теперь она чувствовала себя почти трезвой. — Вы всегда так благородны? — добавила она, пытаясь вернуть контроль над ситуацией. — Только когда считаю нужным. Его губы тронула лёгкая улыбка, но глаза оставались холодными. Он внимательно изучал её, словно оценивая. — Вам не кажется, что это несколько… странно? — Гермиона подняла бровь. — Неизвестный мужчина вытаскивает меня из неприятностей, а потом ведёт себя так, будто знал меня всю жизнь. — А разве мы не знакомы? Её пальцы сжались на ножке бокала. — Нет. — А я вот знаю, кто вы. Гермиона не дрогнула, но внутри всё сжалось. — Допустим. И кто же я? — Героиня войны. Девушка, которая ушла из прошлого и решила начать новую жизнь. Одна из самых талантливых выпускниц юридического факультета. Он сделал паузу, позволяя словам осесть в воздухе. — Гермиона Грейнджер. Она не подала вида, что удивлена, но внутри что-то неприятно сжалось. — А вы кто? Мужчина посмотрел на неё с лёгкой усмешкой. — Вопрос с подвохом. — Неужели? Он наклонился вперёд, опираясь локтями на стол. — А если я скажу, что я ваш новый работодатель? Она усмехнулась, пытаясь сохранить спокойствие. — Забавно. Не припомню, чтобы проходила собеседование. — Оно проходит прямо сейчас. Гермиона покачала головой, но внутри уже начинала напрягаться. — И что же за работа? Он внимательно посмотрел на неё. — Я хочу, чтобы вы стали моим консильери. Она замерла. Мужчина продолжил: — Вам не нужно делать поспешных выводов. Я предлагаю вам влиятельную позицию. Доступ к информации, о которой вы даже не подозревали. Возможность решать судьбы людей, но на совершенно ином уровне. — Ваша откровенность впечатляет, — сухо заметила она. — Я ценю время — и своё, и чужое. Она наклонила голову, внимательно разглядывая его. — А если я откажусь? Он чуть склонил голову набок, его тёмные глаза на секунду блеснули в полумраке. — Тогда мне придётся решить проблему иначе. Внутри у неё похолодело. — Вы угрожаете мне? — Я просто не оставляю свидетелей. Он сказал это беззаботно, словно речь шла о чем-то обыденном. Гермиона сжала бокал сильнее. — Кто вы? Он выдержал паузу, а потом спокойно произнёс: — Лука Монтеверди. Имя прозвучало как приговор. Гермиона не дрогнула, но внутри всё оборвалось. Она знала, кто он. Дон. Глава одной из самых могущественных семей Италии. Человек, который одним словом мог изменить судьбы. — Завтра в полночь, «Palazzo Rosso», — продолжил он, вставая. — У вас есть сутки, чтобы сделать выбор. Он задержался на секунду, его пальцы слегка коснулись её руки. — Надеюсь, вы примете правильное решение. Затем он развернулся и ушёл. Гермиона смотрела ему вслед, чувствуя, как сердце стучит в висках. Она никогда не боялась трудных решений. Но сейчас впервые в жизни у неё не было выхода.