момент дробления костей

Джисон стоит на пороге ночного клуба с тусклой неоновой вывеской, недоверчиво рассматривая это место. Точно ли он пришёл на правильный адрес или, может, Минхо ошибся? Это место не похоже на студии, в которых он раньше работал. Парень вздыхает и всё-таки заходит внутрь. Густой, тягучий дым сигарет и сладковатый запах парфюма ударили в нос. Музыка билась в груди, низкий пульсирующий ритм, проникающий в самое нутро. Джисон привычно прищурился, осматриваясь. Знакомый запах свободы и легкой опасности, присущий подобным местам, обволакивал его полностью. Чья-то фигура внезапно появилась перед ним прежде, чем он собирался подняться по лестнице. — Подождите, дальше вам нельзя. — А... — Хан вспомнил, что ему писал Минхо и неуверенно произнёс. — Я к господину... — Проходите, — охранник тут же отошёл в сторону, указывая дорогу в студию. Джисон поклонился, затем прошёл к лестнице и пропустил несколько этажей, на каждом из которых кипела своя жизнь: шумные компании у барных стоек, танцующие пары, одинокие фигуры, задумчиво потягивающие коктейли. На последнем этаже он наконец-то нашёл небольшую и изящно оформленную модельную площадку. Поднявшись по узкой, слегка скрипучей лестнице, Джисон вышел в пространство, резко контрастирующее с безумием нижних этажей. Здесь царила полумгла, освещаемая лишь несколькими точечными светильниками, подчеркивающими изгибы тел моделей, скользящих по подиуму. Музыка здесь была тише, более атмосферной, чем техно-бум нижних этажей. Звуки саксофона переплетались с глухим биением баса, создавая ощущение интимности и скрытой энергии. Знакомая рука легла на плечо Хану из-за чего он слегка вздрогнул, что заставило Ли слегка улыбнуться. — Обычно, такие места прячут где-то под зданием, а не наоборот. — Люблю смотреть на город свысока. — отмахивается Минхо. — Пойдём. Джисона ведут в центр комнаты, где располагается белый фон и несколько базовых, для фотосессии предметов. К ним подходит светловолосый парень и широко улыбается, протягивая Минхо ладонь для рукопожатия. — Это Рин, мой, а теперь и твой стилист, иди за ним и делай всё, что он скажет. Хан проходит за парнем, оказываясь в небольшой гримёрке, где на стуле лежат аккуратно сложенные вещи. Вероятно, купленные совсем недавно. — Минхо позаботился о тебе, — улыбаясь произносит Рин. — Пф. Хан скидывает свою одежду, оставаясь в одних боксёрах. Стилист ахает, рассматривая тело Джисона. — Я наслышан о твоей красоте, но даже. подумать не мог, что ты настолько прекрасен, — он восхищённо хлопочет вокруг Джисона. — Ну что ж, начнём. Спустя около сорока минут ожидая Минхо наблюдает как из комнаты выходит Джисон, и он готов поклясться, что его челюсть упала на пол. Волосы Хана, тепуже осветлённые, зачесаны назад, лёгкий макияж подчёркивает выразительные глаза и припухлые губы. На теле красуется куртка из-под которой выглядывает татуировка. Хан Джисон прямо сейчас подписал себе смертный приговор, ведь он до одури нравится Минхо. — Я бы тебя трахнул, — легко произносит Ли, заставляя лицо парня слегка покраснеть. — Ты это вслух сказал. — Знаю. Минхо ещё несколько секунд заворожённо наблюдает за видом Джисона, но затем всё-таки проходит с ним на площадку. Студийный свет бил в лицо Мияги, подчеркивая его безупречные черты. Он профессионально позировал, меняя выражение лица по указанию фотографа, но краем глаза постоянно ловил Джисона. — Джисон, еще раз, пожалуйста, — попросил фотограф, чуть нервно теребя ремень фотоаппарата. Хан раздражённо фыркает, снова вставая в позу: он стоит в профиль, слегка отклонившись назад и вздёрнув нос. Затем ухмыльнулся и медленно повернулся к Минхо, приподняв бровь. В его взгляде читалось откровенное: «Ну что, тебе нравится?» Уголки губ Ли слегка приподнялись, открывая вид на идеальные зубы, язык парня упёрся в щёку, показывая неприличный жест, на что Хан показывает ему средний палец. — Минхо, ты отвлекаешь его, — проворчал Рин. Минхо игриво поднял руки в знак невинности, при этом его взгляд стал ещё более многозначительным. — Теперь парные, — произносит фотограф, настраивая фотоаппарат. Минхо сидит на коленях, чуть раздвинув их и подняв связанные галстуком руки вверх, пока Хан стоит позади, чуть повернув лицо к его шее и оттягивая назад связанные руки Ли. Джисон издевается, тяжело дышит на ухо парню, шепча его имя. Но в работе Минхо непреклонен, он продолжает позировать, уже размышляя, как приструнит этого сучёныша. — Хорошо держишься, — невинно улыбается Хан, пока они меняют позу. — Посмотрим, как ты будешь держаться. Следующий кадр был сверху: головы обоих парней наклонены чуть в бок, рука Минхо на подбородке Джисона. Хан прикусив губу смотрит на старшего, а Минхо наверх - в объектив камеры. Фотосессия длится ещё около двух часов, по истечению которых Джисону уже начинает надоедать. Он через раз слушает фотографа, отказывается от исполнения поз и ведёт себя как ребёнок в кризисе. — Хан Джисон, — резко произносит Ли. — Я больше не буду! Эта бездарщина не понимает как правильно раскрыть мою красоту! — Сюда иди. Джисон недовольно стонет и садится на стул рядом с Минхо. Чужие руки ложатся на плечи Джисона и начинают мягко массировать. Напряжение неспеша покидает мышцы парня, пока Минхо плавно переходит от лопаток к плечам, а затем к низу шеи. — Всё хорошо, детка, — мурлычет где-то над ухом. — Может хочешь перекусить? — Не хочу, — вредничает Хан, закинув ногу на ногу. — А что хочешь, м? Нет ничего, что бы я не смог дать тебе. — Просто продолжай массажировать. Минхо нравится так ухаживать за ним, но он всё никак не мог вспомнить, откуда у него фетиш на исполнение желаний капризных принцесс. Хотя сейчас это неважно, он просто массирует забитые от спортзала мышцы Джисона, параллельно чмокая его в макушку. — Ещё немного, а потом поедем на гонки. — Нет, на гонки завтра, — Хан устало поднимается и возвращается на площадку. Ли улыбается, потирая переносицу и отправляется вслед за младшим. Через полчаса фотосессия была закончена. Джисон отправился переодеваться, но Минхо остановил его, сказав, что тот может остаться в купленной им одежде. Ли снова катает младшего по городу, пока тот, закинув ноги на бардачок неспеша потягивает дёшевое пиво. Минхо и сам не знает почему, но ему просто в кайф выполнять все прихоти Джисона. Есть какой-то шарм в этом сучьем характере. А может, дело в азарте, который проявляется бывшей привычкой Минхо спускать деньги в казино. — Может всё-таки купить тебе нормальный алкоголь? — Ты просто не чувствуешь. Дешманское пиво это как снова вернуться в подростковый период. Вот что ты делал, когда был подростком? — Работал, — сухо отвечает Ли. — Господи... оно и видно. А я, как разе лет в 15 впервые получил приглашение на пробы в модели, — Хан слегка улыбается, делая ещё глоток. — Мне сорвало крышу после первого успешного показа. Звёздная болезнь — это точно про меня. Но знаешь, я вообще не жалею, потому что наглым всегда везёт. — Бред. — Вот и нет. Даже сейчас, я еду по Сендаю в Феррари в новых шмотках с богатеньким сексуальным парнем. Думаешь, это от того, что я агнец божий? — усмехается Джисон, допивая вторую бутылку пива. Минхо останавливается на светофоре, на несколько минут переводя взгляд на Джисона. "Какой же он красивый" пролетает в мыслях, пока Хан смотрит в окно. Загорается зелёный свет и машина трогается с места. — Хочешь, погоняем прямо здесь? — спрашивает Минхо. — Ты ещё спрашиваешь? Ли улыбается, вдавливая педаль в пол. Стрелка спидометра подскакивает до отметки 180. Джисон открывает окно и прибавляет музыку, показывая средний палец какому-то мужчине, который возмущённо сигналил в их сторону. Минхо улыбается, виртуозно объезжая машины на трассе, прибавляя скорость. Конечно, такая поездка обойдётся ему штрафами на несколько сотен тысяч йен, но разве это важно. Важно сейчас то, как Джисон пьяно улыбается и кричит какую-то песню, высунувшись из окна машины. Минхо тоже улыбается, разгоняясь до 220 километров в час и выезжает на трассу, ведущую в Токио. — Минхо! — кричит Джисон. — Это пиздец как круто! Он садится обратно в салон, переводя дыхание и открывает новую бутылку пива, выпивая её почти залпом. Ли постепенно сбавляет скорость до ста километров, закуривая сигарету. Рука младшего резко вырывает её из руки Минхо, выкидывая в окно. — Хан Джисон? — выгибает бровь Минхо. — Это вредно. Снова в машине повисает молчание, пока их взгляды сталкиваются друг с другом. Джисон растрёпанный, с красными от пива щеками и расстёгнутой до груди кофтой. Выглядит по блядски. Время начинает течь медленнее, чем обычно, и Минхо сдаётся первым, притягивает Джисона за воротник, впиваясь в мягкие губы. Хан развязанно стонет в поцелуй, хватаясь руками за толстовку Минхо. Позволяет ему запустить язык, который тут же проходится по переднему ряду зубов, пошло хлюпая. Джисон за несколько секунд перемещается на колени к парню, чувствует, как в лёгких заканчивается воздух и начинает ёрзать, за что получает шлепок. — Джисон... — практически молит Минхо, переключаясь с губ на шею и ключицы. — Идеальный. Ли заворожённо проводит рукой по приоткрытой груди, обводя татуировки на теле Хана. Выцеловывает нежную кожу, сжимая руками тонкую талию Джисону, пока тот уткнувшись носом в изгиб шеи хнычет и молит о большем. — Ты пьяный, — обжигающе шепчет на ухо. — Я хочу тебя. Минхо скулит, держась из последних сил, чтобы не разложить младшего прямо в салоне или на капоте, да где угодно, только побыстрее. В штанах уже давно тесно, но он всё же держит себя в руках, не заходя дальше ласк. Джисон мокро целует шею Ли, стонет, умоляет, кусает и ведёт рукой к напряжённому паху. Минхо же терпеливо позволяет делать с собой всё, что хочет этот парень. Такой красивый и доступный, в его машине, на его коленках, в его руках. Он глубоко вдыхает аромат светлых волос. Вкусно. Что-то нежное и сладкое, кажется, ваниль. — Поехали к тебе, — хрипит Джисон, чмокая кожу за ухом. — Не могу. Ты сидишь на мне. Хан разочарованно стонет и садится обратно. Из колонок начинает тихо играть Cigarettes After Sex, Джисон начинает моргать медленнее и расплывается в пьяненькой улыбке.

Your lips,

My lips,

Apocalypse.

— Минхо-я! Хочу обнимашек. И на руки хочу! — по-детски хнычет Хан, на что Минхо только тяжело вздыхает. — Эй! — Скоро приедем, потерпи, детка. Джисон кивает и сворачивается калачиком на кресле, смотря на профиль Ли. Рассматривает каждую деталь, пытаясь отыскать что-то скрытое от его глаз. — Расскажи и ты что-нибудь, — тихо буркнул Джисон. — Как-нибудь в другой раз расскажу тебе поподробнее о своей работе, но пока я просто гонщик, — отнекивается Минхо. — Хотя, у меня есть образование юриста. Даже работал по профессии полтора года. Не понравилось. — А потом? — А что потом? Потом попробовал избавляться от стресса гонками, а там уже алкоголь и секс появился, — Минхо быстро поджигает сигарету, поднося ко рту. — Не знаю, почему люди фанатеют от меня. Вот ты почему? — Ты харизматичный, — спустя около минуты раздумий выдаёт Хан. — Просто притягиваешь людей своим существованием. Твой язык тела, стиль, поведение. А может, всем просто хочется с тобой переспать. — Понятно, — Минхо делает ещё несколько затяжек. — Ну так вот. Начал зарабатывать на гонках, организовал небольшое модельное, хотя я ребёнок, рождённый с золотой ложкой в заднице и в целом, мог ничего не делать. Но не могу. Скучно. Машина подъезжает к элитному квартирному комплексу, здания которого были похожи на гигантские, изящные кристаллы, отражающие ночные огни города. Минхо по-джентльменски подаёт руку Джисону, еле стоящему на ногах. Подъезд был оформлен с безупречным вкусом – мраморный пол, мягкое освещение, стильная, минималистичная мебель. Лифт бесшумно поднял их на пятнадцатый этаж. — Так высоко... — Люблю быть близко к небу. У самой квартиры Минхо снова достал ключи – изящный, металлический брелок, на котором красовался стилизованный символ здания. Он открыл дверь, и Джисон вошел, с интересом разглядывая интерьер. Квартира была просторной и залитой мягким светом. Панорамные окна открывали захватывающий вид на ночной Токио. Стены были украшены произведениями современного искусства, а мебель была одновременно роскошной и функциональной. Внимание Джисона завоевали большие окна в спальне Минхо. Отсюда было видно оживлённый город, бесконечный поток машин и людей, яркие вывески магазинов. — Красиво, — вздыхает Джисон, облокачиваясь руками на стекло одного из окон. Ли, облокотившись на стену, смотрит в затылок парню, скидывая с себя серую толстовку вместе с кроссовками. Джисон ещё несколько минут стоит, любуясь ночным видом, а затем подходит к Минхо. — Ты тоже красивый, — он окидывает взгляд подкаченные руки парня, которые были скрыты под толстовкой и невесомо проводит ладонями по его груди. — Мне нравится. Джисон не щадит, руками изучает тело Минхо, не пропуская ни сантиметра. Ли не замечает, как джисоновы губы накрывают его собственные, утягивая в нежный поцелуй. Хан целует по-другому — аккуратно, с большим количеством слюны, вдумчиво пробует на вкус. Постепенно тянет Минхо к кровати, ложась на спину и смотря, как старший накрывает его своим телом. — Минхо... — шепчет Джисон, пока горячие губы выцеловывают его шею. — Я не пьян, слышишь? Я не пьян. Ли мычит в знак согласия, не желая отрываться от сладковатой кожи. Хан стягивает белую майку, оголяя рельефный торс и слегка выгибаясь в спине от удовольствия. — Я бы тебе отсо... Не успевает закончить, чувствуя, как поцелуи спускаются к низу живота. Джисон спешно стягивает с себя кофту, хватаясь за фиолетовые пряди волос. Минхо горячо дышит, оставляя нежные поцелуи на прессе младшего, чуть спускаясь к бёдрам. — В другой раз, детка. Макушка Ли снова поднимается, оказываясь у широкой груди. Он ухмыляется, проводя кончиком языка по набухшии соскам. Мияги ловит нежные стоны, погружая нежную кожу в рот и опаляя горячим дыханием. С каждым всхлипом младшего в штанах Минхо становится всё теснее, особенно, когда тонкие пальцы поглаживают его член через ткань штанов. — Сука... Джисон, — рычит на ухо, прикусывая левый сосок Хана. — Чаги, — Минхо на секунду словно парализует. — Чаги, хочу тебя, — тихо стонет Джисон. Ли сносит крышу. Его единственная слабость — "чаги". Он практически рывком избавляет младшего от оставшейся одежды и касается возбуждённого члена. Джисон извивается, потому что желание кончить увеличивается с каждой секундой. Господин Мияги — синоним слова секс. Сейчас Джисон понимает, что это правда, потому что его пальцы слишком хорошо растягивают его изнутри, задевая чувствительный бугорок нервов. Возбуждение становится невыносимым и Джисон буквально лезет на старшего, царапая широкую спину и насаживаясь на умелые пальцы. Ли ещё несколько движений делает и вытаскивает пальцы, готовясь заменить их членом. Упаковка от контрацепции летит куда-то на пол, пока Минхо раскатывает презерватив по длине члена. Подставляет головку, слегка дразня изнемогающего парня, и входит наполовину, а затем толкается полностью, выбив из Джисона крик удовольствия. — Как же узко, блять, — мычит на ухо Минхо. Он оставляет ещё несколько поцелуев на губах младшего и начинает двигаться. Сначала размеренно, а потом ускоряясь, не дав Хану шанса привыкнуть. Пошлые шлепки разносятся по комнате вперемешку с томными вздохами, стонами и шёпотом. — Минхо, я... — Что, детка? — низко рычит на ухо. — Что такое, м? — Минхо специально толкается грубее, пока Джисон пытается ответить. — Помоги мне кончить. — Скажи пожалуйста, Хани, — Джи упрямится, впиваясь зубами в плечо парня. — Будь хорошим мальчиком. М? У Джисона в глазах звёзды от этого безумного шёпота и толчков, которые уже несколько раз задевают комочек нервов. — Чаги, — тихо скулит. — Помоги кончить, пожалуйста. — Как скажешь. Рука Минхо перемещается на член Джисона, плавно двигаясь. Ли слегка сжимает затвердевшую плоть, не забывая уверенно толкаться внутрь. Хану потребовалось несколько минут, чтобы обильно кончить в ладонь старшему, пока тот переворачивал его на живот. Крепкая хватка опустилась на светлую макушку, оттягивая голову Джисона назад. Минхо входит и двигается с новой силой, оставляя несколько шлепков на ягодицах и бёдрах. Минхо покрывает поцелуями спину, затем лопатки и шею младшего, шепча на ухо "детка". Несколько плавных движений и они кончают почти одновременно, только Джисон во второй раз. Ли падает рядом с Ханом, притягивая его к себе. Джисон почти полностью забирается на старшего, обнимая его руками и ногами. — Завтра гонки, ты помнишь? — спрашивает Джисон. — Что угодно, детка.

***

Спустя пару месяцев лицо Джисона снова украшало обложки журналов, а имя не сходило с уст модных критиков. Казалось, перерыв пошел ему на пользу – он стал еще увереннее, харизматичнее, его взгляд приобрел какую-то новую, завораживающую глубину. — Мне идёт? — Хан вертится перед Минхо в кожаном костюме от Балмейн, разглядывая своё отражение. — Очень, — мягкий поцелуй приземляется на шею Джисона. — Покупаем? Или хочешь что-нибудь ещё? — М... может, потом. Джисон улыбается, втягивая Ли в недолгий поцелуй, поправляя его волосы. — Корни отрастают, — констатирует Хан, поправляя фиолетовые пряди. — Думаю, перекраситься. — В какой? — Пока не знаю, — Минхо чмокает парня в лоб, направляя на кассу. Ли готов купить ему весь мир, лишь бы Хан Джисон сиял ярче звёзд. После их совместной фотосессии, некоторые агентства снова захотели заключить контракт с Ханом, закрыв глаза на его выходки. Джисон поломался пару дней, а потом согласился. Естественно, его поведение не изменилось. Даже наоборот, он не стеснялся задирать гонорар и приходить на съёмки с опозданием в несколько часов. Как ему это сходит с рук? Очень просто — Ли Минхо, который был достаточно влиятелен в этой сфере и предупредил, что каждый, кто посмеет выгнать Джисона, будет иметь дело лично с ним. Они старались не взаимодействовать на людях, понимая, какой ажиотаж это может вызвать в прессе. Но шила в мешке не утаишь. Первые слухи появились после того, как кто-то из поклонников случайно сфотографировал их вместе в небольшом кафе. Фотография, размытая и нечеткая, быстро разлетелась по Твиттеру, вызвав волну обсуждений. Поклонники Джи гадали, кто этот парень рядом с их кумиром. Некоторые предполагали, что это новый стилист, другие – что это влиятельный спонсор. Минхо и Джисон не спешили комментировать эти слухи. Они наслаждались своим маленьким секретом, своим тихим счастьем, которое пока принадлежало только им двоим. Они встречались украдкой, выбирая тихие, укромные места, подальше от любопытных глаз. Но папарацци не дремали. Слухи превратились в уверенность – Мияги встречается с кем-то, и этот кто-то – явно из мира моды. Например, Хан Джисон. Джисон, привыкший к вниманию публики, старался не обращать внимания на весь этот шум. Он знал, что его личная жизнь – это его личное дело, и он не обязан ни перед кем отчитываться. Минхо же, привыкший к недоступности для внешнего мира, был немного обеспокоен таким вниманием к своей персоне. Но больше всего ему не нравилось, что его взаимотношения с Джисоном стали достоянием общественности.

"Что это за красавчик рядом с моим Хани?"

"Поговаривают, что Мияги. Странно, он же ветреный всегда был."

— Мда, знатоки моей жизни понабежали, — скептично пробубнил Минхо, листая комментарии в Инстаграме. — Мм, Хо-я. Ты секси, когда злишься, — Хан приземляется на крепкие бёдра, обвивая шею Ли руками. Минхо улыбается, продолжая читать.

"Наш Джисони заслуживает большего, чем какой-то уличный гонщик!"

"Хан Джисон, напиши мне, я зарабатываю больше Ли Минхо"

— О, кто это написал? — Джисон получает шлепок по бедру и усмехается, продолжая разминать плечи Минхо.

"Джисон, я люблю тебя!"

— Ой, фу, давай закругляться с этой околесицей. — Как скажешь, детка. Ли откладывает телефон в сторону, укладывая руки на бёдра Хана и притягивая его ближе к себе. Они не встречаются, но Минхо не возражает. Разговор на эту тему был одним из самых долгих и тяжёлых для них, потому что Джисон просто не может. Он любит свободу и ненавидит ответственность и обязанности. Дело не в том, что он гулёна или использует Минхо ради денег. Нет, ему это не нужно. Отношения — это клетка, потеря себя, просто тяжелейшее бремя. Джисон и Минхо сошлись на том, что начнут встречаться, когда Джисон будет морально готов. А Минхо и большего не надо, пока Хан проводит с ним вечера и иногда ночует. Как Джи, порой бездумно, накидывает в корзину вещей во время шоппинга. Привередливо выбирает дорогие украшения: только из серебра, если золото, то белое. Минхо выучил это наизусть. Обычное золото дешевит, по словам Джисона. Хан любит боулы, после показов ест только сашими и мясо вагю, пить любит свежевыжатый апельсиновый сок и красное полусладкое. А ещё любит, когда ему "невзначай" покупают какой-нибудь десерт. Пока у Минхо есть всё это, есть Хан Джисон, он готов ждать сколько угодно. Ему больше никто не нужен. — Серьёзно? Ты танцуешь? — не верит своим глазам Джисон, смотря в экран телефона. — Сколько ещё я о тебе не знаю, Ли Минхо? Минхо в приталенном костюме выступает на небольшой сцене с ещё несколькими парнями. Один из них высокий, с зачёсанными назад длинными волосами, светло бирюзового оттенка и припухлыми губами, а второй шатен, почти одного роста с Минхо, хрупким телосложением и веснушчатым лицом. Джисон не может оторвать глаз от идеально отточенных движений Ли, который помимо этого ещё и, кажется, поёт. Песня на фоне была безумно красивая, Хан точно где-то её слышал, но не мог вспомнить где. — Да, было такое, — усмехается Минхо, потрепав Джисона по голове. — А кто это? — Хан указывает на двух других танцоров. — Фудзивара и Исикава. Довольно известные ребятки, в узких кругах. — А почему сейчас не танцуешь? — Наше трио распалось. Я ушёл в гонки, а эти остались танцевать. — И вы больше не общаетесь? — Ммм, — Ли задумался, приподнимая одну бровь вверх. — Последний раз виделись года два назад. — Минхо, а как тебя вообще в Японию занесло? — В смысле "занесло"? Я коренной японец, — улыбается Минхо. — Но ты же Ли... корейская фамилия? — А ты не знаешь мою настоящую фамилию? — Минхо закатывается смехом, смотря на растерянного Джисона. — Мацуи Минхо. Фамилия Ли — мамина, у неё корейские корни, отсюда у меня и имя корейское. — Мацуи, — повторяет Джисон. — Красиво. Блин! Тоже хочу японскую фамилию. — Тебе бы подошла "Айкава", что означает "река любви" или "река"+"любовь", — задумчиво произносит Минхо. — Айкава Джисон. — Мне нравится! — улыбается Хан. — Подлецу всё к лицу. — Ли Минхо! Джисон хватает старшего за щёки, сминая их между пальцев, пока Ли недовольно корчится. Хан смеётся, параллельно целуя кислое лицо парня и перестаёт издеваться над его щеками. Минхо бессилен против этого приёма, он тяжело вздыхает и берёт Джисона за руку. — А сейчас можем съездить погонять, хочешь? — Хочу! — вскакивает Джисон. Их машины снова встречаются на длинной гоночной трассе спустя несколько месяцев перерыва. Феррари Минхо уже успела покрыться пылью за время отсутствия хозяина. — Голубки приехали, — к Минхо выходит парень с короткой стрижкой, в майке, которая открывала вид на крепкие мышцы плеч. На лице, а если быть точнее, на брови и губе виднелись шарики пирсинга. Весьма неплохо. — И тебе привет, Крис, — они крепко пожимают друг другу руки. — Что-то забросил ты гонки, Мияги. Остепенился? — Крис поджёг сигарету, протягивая одну для Минхо. — Заработался, — отмахивается Ли. — В субботу будут Иса и Фудзи, — он поиграл бровями. — Приезжай тоже. — Неужели, гонять будут? — Неа, после гонок будет закрытая вечеринка. У них классическая работа. — Аа, — протянул Минхо, задумываясь о чем-то на пару секунд. — Постараюсь приехать. — К девяти часам. Будем ждать, — парень улыбнулся и Хан заметил миловидные ямочки на его щеках. Необычно. Спортивный силуэт потихоньку отдалялся от них с Минхо, пока тот докуривал сигарету. Джисон смиренно ждал, когда парень начнёт гонку, щёлкая по брелку на зеркале заднего вида. — Готов, детка? — бархатистый голос слышится из динамика сенсорной панели. — Более чем. Джисон ухмыляется и срывается с места. Через долю секунды за ним подрывается Минхо, он знает, что в любом случае обгонит его, но сначала ему хочется поиграть. Ли на поворотах обгоняет чёрное авто, а на прямых участках опять поддаётся, подмигивая Джисону. — Хватит филонить, Ли Минхо, — недовольный голос послышался в салоне Минхо. — Я не филоню, — тот поднимает руки в знак непричастности к словам Хана. Джисон цокает и продолжает набирать скорость, пока мотор громко рычит. Уже через несколько кругов машина Минхо перестаёт отставать, видимо, готовясь обогнать окончательно. Двигатель Феррари издаёт оглушительный рёв, оставляя Джисона позади. И пусть, всё и идёт согласно плану старшего, Хан мириться с ним не намерен. — Ли Минхо, — раздаётся из динамика в автомобиле. — Во внимании, детка. — Я хочу выиграть. Минхо усмехается, сжимая руль. Хан играет нечестно, ведь Минхо исполняет все его хотелки. Абсолютно. Все. И как же, он не выполнит ещё одно? Но практически животное желание победы развито в нём слишком сильно. Он обожает Хана, но, кажется, побеждать он обожает немного больше. — Выиграть? — почти мурлычет Ли. — Так выигрый, Хани. Обгони меня, если сможешь. — Блядство, — тихо ругается Джисон. — Ли Минхо! Он бешено вжимает педаль газа, впиваясь в кожаную обивку руля ногтями. Внутри клокочет не то желание победить, не то вмазать Минхо. Он не поддался? Что за бред! Хан избалованный ребёнок, поэтому каждый, даже. малейший отказ приводит его в бешенство. Он догоняет Ли, почти сравниваясь с ним, их взгляды даже успевают пересечься через стекло автомобиля. Джисон слегка задевает красную краску на боку машины Ли, слыша отборный мат в свой адрес. Ухмыляется и заходит в поворот, снова задевая Феррари, теперь уже сзади. Но Минхо уже через несколько секунд оставляет его далеко позади. Минхо снова выигрывает. Хан в бешенстве хлопает дверью машины, пнув её ногой, тут же. хватаясь за ушибленное место. Он ковыляет к красному автомобилю, скрестив руки на груди. — Эй! — он вскрикивает, всплёскивая руками. — Почему ты не дал мне выиграть?! — Тебе никогда не выиграть Лино-хёна, — чужой голос раздаётся сбоку машины. Что за нахер. "Лино"? Перед Джисоном проявляется парень, среднего роста, с длинными блондинистыми волосами и небольшой татуировкой в форме бабочки на шее. Одет он был с иголочки, приталенный кроп подчёркивает тонкую талию, а облегающие кожаные штаны обращают внимание на стройные ноги. Но было в нём кое-что, что Джисон точно уже где-то видел. Веснушки. В таком количестве он видел их только недавно и только у одного человека. — Ты...? — Для тебя я Исикава, — как-то пренебрежительно произносит парень. Какой высокомерный, даже имени не назвал. Джисон молча смотрит на него с подозрением, пока Минхо обходит машину и приобнимает худые плечи. Вот это уже точно Джисону не нравится. — Давно не виделись, Иса. Хан морщится. Что ещё за Иса? Слишком ласково для того, кто как минимум не является Хан Джисоном. — Привет, хён. Как ты... — Я не мешаю вам тут? — скрестив руки на груди возмущается Хан. — Думаю, что очень даже мешаешь, — сзади раздаётся ещё один незнакомый голос. Его обладатель сильно отличается от Исикавы. Парень был высоким, волосы красные, на лице несколько пирсингов, левый рукав полностью забит тату. Кроме того, он был безумно красивым. Припухлые губы и подведённые глаза подчёркивали хищнический взгляд, скулы его были практически идеальной формы. — Хван Хенджин, — бросает он в сторону Хана, направляясь к Минхо. — Ну что может, оторвёмся? Как в старые добрые. Надеюсь, ты не разучился танцевать. — Талант не пропьёшь. — А с эти че делать? — он кивает в сторону Джисона. — Ты когда вообще начал с такими слабаками гонять? Кажется, последняя нервная клетка Хана только что подохла. — Потише, Хендж, — Ли мягко улыбается и притягивает насупившегося парня к себе, обнимая за талию. — Он мой. — Вообще-то не... — Оу, прости, Хо, — Хван протягивает руку Джисону для примирительного пожатия. — И ты. Я не знал, что ты с Минхо. Рука Ли аккуратно поглаживает кожу на теле парня, римуя успокаивающие движения. Минхо слегка прижимает его к стене, оставляя мягкие поцелуи на лице. — Ну детка, хватит дуться. — Деткой будешь патлатого своего называть. — Ты ревнуешь? — он ухмыляется, заглядывая в глаза Джисона. — Да пошёл ты. Минхо вздыхает, прижимая младшего к себе и мягко целуя его шею. Тихо шепчет на ухо, обвивая руками талию. — Малыш, я люблю только тебя. Ты и сам знаешь. Мягкий голос успокаивает и Джисон медленно расслабляется в тёплых объятиях. — Ц... ну вот, а мне что делать? Ты будешь танцевать, а я? — Можешь погонять. С кем захочешь. — С тобой хочу. — Детка, — Минхо вздыхает, перебирая светлые пряди. — Ты можешь посмотреть, а потом мы вместе поедем отдыхать. Хочешь? В спа или ресторан, куда захочешь. — Ну... ладно, — буркает Джисон. Красный свет стробоскопов пульсировал, отбрасывая длинные, пляшущие тени на танцующих. Джисон сидел в углу VIP-зоны, тесно прижавшись к мягкой коже дивана, бокал с чем-то игристым и сладким безвольно висел в его руке. Его взгляд был прикован к сцене – небольшой, но ярко освещенной площадке, где Минхо, весь свет и энергия, двигался в ритм музыки с другим парнем. Движения Минхо были плавными, уверенными, полными грации, каждый жест выверен, каждый поворот – завораживающее зрелище. Парень рядом с ним, в лёгкой, почти прозрачной рубашке, отвечал ему той же страстью и легкостью. Они были единым целым, сплетением света и движения, их тела переплетались, словно листья в вихре ветра. Джисон чувствовал, как ледяная волна ревности пробегает по спине. Эта странная смесь восхищения и боли. Он знал, что Минхо – только его, что сцена – просто его стихия. Но видеть это так близко, чувствовать этот жар, исходящий от них двоих, было… слишком. Джисон отхлебнул из бокала, кисло-сладкий вкус ничего не изменил. Его пальцы сжались вокруг стекла, оставляя белые следы на коже. Музыка билась в такт с пульсом, а в ушах Джисона нарастал гул. Он старался не смотреть, но взгляд всё равно возвращался к сцене, будто притянутый неведомой силой. Движения Минхо стали ещё более чувственными, более интимными, заставляя Джисона затаить дыхание. Внезапно, кто-то сел рядом. Джисон резко обернулся. Перед ним стоял высокий парень с красными волосами. Кажется, его звали Хенджин? — Тебе не нравится шоу? – игриво спросил Хван, его голос был неожиданно приятен. — Как сказать, – прошипел он. – Минхо великолепен, но не это шоу. Хенджин улыбнулся. — Минхо – невероятный танцор, – согласился он, его взгляд скользнул к сцене. – Но я думаю, что ещё более невероятным он становится, когда… — он не закончил фразу, но Джисон понял, что он имеет в виду. Мгновение повисло в воздухе, наполненное музыкой и невысказанными словами. Джисон отвёл взгляд, внутренний конфликт бушевал внутри него. Он знал, что должен что-то сказать, но слова застревали в горле, словно комок. — Когда-то мы были звёздами сцены, — Хван сел рядом, потягивая кальян. — "Исикава, Фудзивара и Мацуи" - эти фамилии звучали тут чаще, чем имя императора по телеку. — А Исикаву как зовут вообще? — Феликс, — блаженно произнёс он. Джисон молча слушал, поглядывая на сцену. — Однако, Мацуи Минхо абсолютно непредсказуемый человек, — он выпускает дым изо рта, чуть раздвинув ноги. — Как он тебе? — Нормально, — коротко отвечает Джисон, не желая делиться чувствами. — "Нормально"? — усмехается парень. — Благодари вселенную за то, что ты ему нравишься. Сомневаюсь, что у тебя когда-нибудь будет человек, который способен ухаживать также, как Минхо ухаживает за тобой. — А откуда... — Поверь мне. Я знаю, на что он способен, — Хенджин прикрывает глаза после глубокой затяжки, откидываясь на спинку дивана. Остальную часть вечера они провели молча. Джисон глубоко задумался, теперь у него появилось достаточно вопросов к Минхо. Не то, чтобы он его в чем-то подозревает. Они ещё многое не знают друг о друге, это нормально. — Лицо у тебя смазливое, чего в певцы или айдолы не пошёл? — Хван отпивает немного коктейля. — Хотел, но быстро опомнился, — Джисон болтает в стакан кубики льда. — Быть айдолом - это же подписать себе договор на вечное одиночество. Сам подумай. Всю юность и бо́льшую часть молодости проводишь под тотальным контролем. А фанаты? Брр, мне как модели тяжело с ними справиться, а что уж там айдолы переживают я и думать не хочу. — Мыслишь здраво. — А ты кем работаешь? — А не понятно? Я танцор, — глубокая затяжка. — Иногда, если выражаться более культурно, мы с Исой танцуем нечто напоминающее стрип, только вдвоём. А так, — он кивает в сторону сцены, на которой были Минхо и Феликс. — Чаще всего так и работаем. — И много получаете? — Хватает. К тому же, для меня это лишь хобби и повод быть ближе к Феликсу, — интересно, он совсем не стеснялся быть откровенным с человеком, которым он знаком полчаса от силы. — А чем же тогда ты занимаешься на самом деле? — Меньше знаешь — крепче спишь. — Пф, — Хан закатывает глаза. Джисон заказывает ещё один коктейль, неспеша потягивая красноватую жидкость из бокала. Прохлада медленно струится по всему телу, пока Хан смотрит на приближающегося Минхо. —У меня слетели трусы, — хмыкает Хенджин. — Хендж, я тебе врежу. — А? Я про Ису, — он хлопает по коленям, приглашая светловолосого к себе. Минхо садится рядом, притягивая Джисона к себе. Хенджин, склонившись к Феликсу, что-то шептал ему на ухо, иногда хихикая, а парень, заливаясь румянцем, тихо отвечал. — Хочу новый пиджак, — непринуждённо говорит Джисон, приподнимая подбородок вверх. — Завтра будет, крошка, — Минхо ластится к его шее, оставляя влажный поцелуй. А затем ещё один, ещё и ещё. Джисон тихо мычал, оттягивая фиолетовые пряди. — Хотя нет, лучше сразу костюм. И колье хочу, — рвано выдыхает и царапает ладони Минхо. — Угу, — довольно мычит Ли, продолжая целовать мягкую кожу. — Всё, что захочешь. — А новую машину? — Я же сказал - всё. — Ли Минхо, — Джисон с трудом отрывается от парня, крепко держа его лицо в своих ладонях. — А если я скажу, что хочу от тебя только денег? — А ты хочешь только денег? — в ответ Хан молчит, ведь Ли знает, что он соврёт, если скажет да. — Даже если бы ты ответил да, я бы просто отдал тебе все свои деньги. — Минхо... — едва слышно произносит. Что-то внутри Джисона ломается с этими словами. Невероятный. Ли Минхо просто невероятный. Его слова... в них точно есть подвох, но какой? Он погружается в свои мысли, игнорируя уходящих Хенджина и Феликса. Где-то под тонной высокомерия, эгоцентризма и напыщенности, дала трещину податливая и мягкая душа Джисона. Он отогнал эту мысль куда подальше, осушая ещё одну стопку. Любовь? Что за чушь. Кому нужна любовь, когда есть деньги и страсть. К тому же, у них и так отличные отношения, без обязательств и прочей мишуры. Всех всё устраивает. — Хани, — мягкий голос выводит из собственных мыслей. — Поехали домой? — Да, пора. Такси медленно пробиралось сквозь ночной город, оставляя за собой полосы света на мокрой от дождя дороге. Внутри царила тишина, прерываемая лишь монотонным гулом мотора и редким шуршанием ветра по стеклу. Джисон не сразу заметил, как голова Минхо медленно сползла на его колени. Его дыхание было ровным и спокойным, ресницы длинные и темные, слегка трепетали при каждом вздохе. Свет фонарей, пробиваясь сквозь тонированные стекла, освещал его лицо, подчеркивая резкость скул и мягкость губ. Джисон чувствовал тепло Минхо, исходящее от его тела, через ткань его рубашки. Он осторожно приподнял его голову, подложив под неё свою руку. Парень чуть застонал во сне, но не проснулся. Хан всматривался в уже давно изученные черты лица и пытался, кажется, увидеть что-то скаозь кожу Минхо. Его пальцы аккуратно поглаживали фиолетовые пряди, поправляя чуть влажные волосы. Джисон снова сидит в комнате Ли, дожидаясь его из душа. Минхо включил тихую музыку – что-то спокойное, едва слышное, лишь создающее ненавязчивый фон. Он уснул почти сразу же, как коснулся кровати. Джисон же наоборот, долго слушал музыку, смотря в панорамное окно.