Fallen for you

      Закрыв за собой дверь, Тэхён вышел в коридор и прислонился к стене. На губах всё ещё ощущался вкус их поцелуя. Он облизал кончиком языка нижнюю и гулко выдохнул. Сам виноват. Начиная с того момента, как Чонгук сел в машину, и заканчивая этим вечером всё шло не так. Тэхён пытался дать своему поведению рациональную оценку, но не мог сосредоточиться. Будь то проявление заботы с кофе или неосязаемая поддержка в момент срыва на улице. Тэхён просто действовал, ведомый желаниями и чувствами, забыв о том, что он его профессор.              И вот результат.              Он вышел на улицу и побрёл по дороге к ближайшему магазину. Резко захотелось курить. Тэхён купил пачку Мальборо, совершенно не задумываясь о том, что они слишком крепкие для него. Запах табачного дыма окутал с ног до головы. Он затянулся покрепче и закашлялся, с трудом выталкивая воздух из лёгких. Перед глазами всё ещё был Чонгук. Его потерянный и виноватый взгляд за то, что сделал. Нужно было взять себя в руки и всё объяснить. Сказать, что это не было ошибкой, что он понимает его запутавшиеся чувства. Но правда была в том, что Тэхён не хотел внушать ему эти мысли.              Он хотел поцеловать Чонгука в ответ. Прижать к себе, зарыться носом в густые волосы на макушке и вдыхать его запах. Хотел больше, чем мог позволить. Пальцы, удерживавшие тлеющую сигарету, заметно дрожали. Но не от холода. Тэхён боролся сам с собой, принимая проигрыш. Он абсолютно пал перед своим студентом, и признать это было слишком сложно.              Тэхён полез в карман и достал телефон. Разобраться в себе было необходимостью, а ещё — услышать поддержку от лучшего друга. Он, не задумываясь, набрал его номер. Чимин ответил через несколько гудков.              — Если ты звонишь мне сейчас, то либо всё очень хорошо, либо плохо. Так какой вариант?              Тэхён усмехнулся.              — Второй. Я накосячил. Сильно.              Чимин на том конце издал шумный выдох.              — Ну, раз ещё не ночь, то вы явно не переспали, хотя… — задумчиво протянул он.              — Чонгук меня поцеловал, — перебил его Тэхён. — А я просто ушёл, оставив его в номере вариться со своими неправильными мыслями.              — Ого. Такого поворота я ожидал меньше всего. Почему ты ушёл?              Тэхён на миг задумался. В груди будто закончился кислород, он болезненно вдохнул холодный воздух, набирая побольше в лёгкие.              — Сложно держать себя в руках рядом с ним, — Тэхён опустил голову вниз, рассматривая асфальт под ногами. — Если бы я позволил этому продолжиться, мы бы оба оказались в одной постели.              — Наконец-то я вижу, как ты наступаешь на свои принципы, Ким Тэхён. Я давно говорил тебе: «Он мой студент» — это не аргумент, а отговорка, — сказал горделиво Чимин.              Тэхён слегка улыбнулся, позволяя другу почувствовать себя победителем в споре, а затем на несколько секунд замолчал. Улыбка медленно сошла с лица, уступая место серьёзности.              — Я знаю, что он другой. Вижу это. Они даже не похожи.              — Я бы не позволил вам сблизиться, если бы Чонгук хоть чем-то напоминал его. Да, он совершенно другой. Поэтому отбрось все свои сомнения и действуй. Пацан влюблён в тебя, и чем раньше он узнает правду, тем лучше для вас, — негромко произнёс Чимин.              Фыркнув, Тэхён выбросил дотлевший до фильтра бычок в мусорный бак.              — Где ты понабрался этих дерьмовых реплик? Мы не в романтическом фильме.              — Да, мы во второсортной комедии с низким бюджетом, ха-ха. Просто хоть раз не вставляй свои пять копеек, пока я толкаю пафосную речь.              Тэхён даже почувствовал, как Чимин закатил глаза. Стало немного легче.              — Я позвоню, как вернусь. Спасибо.              — Эй, — окликнул его друг. — Я всегда на твоей стороне, Тэ.              Тэхён завершил звонок, выдыхая остатки сомнений. Через несколько минут он вернулся в номер. Когда вошёл, то увидел своего студента, закутанного в одеяло по самую макушку. Присев на край кровати, он прислушался к ровному дыханию и осторожно положил ладонь на спину, мягко поглаживая. Тихо вздохнув, Тэхён позволил себе запустить пальцы в волосы. В горле застрял ком — пора было взять ответственность за свои действия и сделать окончательный выбор.              Слова вырвались сами собой:              — Mi scuso, Jungkook… non volevo farti del male… ma, Dio, quanto non volevo che ti fermassi.              Он тут же встал и направился в душ. Закончив водные процедуры, Тэхён накинул на себя чистую футболку и упал на постель. Бросил взгляд на нетронутый ужин и фыркнул себе под нос. Упрямый щенок. Придётся утром покупать кофе и кормить голодного студента, который явно будет не в духе, да ещё и обижен.              Он долго размышлял, как поступить дальше, пока не провалился в крепкий сон.              Раннее утро встретило его звоном будильника. Первым делом Тэхён повернул голову в сторону кровати, на которой спал Чонгук, и заметил, что тот даже не поменял положения. Тэхён быстро встал и накинул на себя толстовку — в номере заметно похолодало. Часы показывали четыре утра. Закинув все вещи в сумку, он ещё раз осмотрел номер и только потом подошёл к Чонгуку. На этот раз он воздержался от прикосновений и просто негромко позвал:              — Чонгук, вставай. Нам пора ехать.              Чонгук еле разлепил глаза, а когда сфокусировал взгляд, тут же отвернулся и перевернулся на другую сторону, накрывшись с головой. Тяжело вздохнув, Тэхён позвал его снова, но услышал в ответ лишь недовольное бурчание. Ему ничего не оставалось, кроме как стянуть с него одеяло — так он и поступил. Чонгук моментально подорвался с места, стреляя убийственным взглядом, ещё не до конца проснувшись.              — Больше никогда так не делайте, — злостно сказал он, напоминая Тэхёну скалящегося щенка.              — Иначе что? — ухмыльнулся в ответ Тэхён.              Чонгук прикусил губу и резко развернулся, направляясь в ванную, не забыв при этом громко хлопнуть дверью. Почему-то такое поведение забавляло. Тэхён улыбнулся и сел на свою постель. Через десять минут его студент вышел как ни в чём не бывало, с одной лишь разницей — он больше не смотрел ему в глаза. Тэхён решил не начинать никаких разговоров с самого утра и просто пошёл следом.              Когда они сели в машину, Чонгук сделал всё так же, как и в прошлый раз: отвернулся к окну и накинул на себя куртку. Дорога тянулась несколько часов. За окном только начинало светать. Тэхён время от времени бросал взгляд в сторону пассажирского сиденья, где-то под кожей пульсировало чувство вины. Он снова и снова прокручивал в голове каждый его взгляд, каждый вздох, взмах длинных ресниц, дрожащие пальцы. Стоило им остаться наедине и все чувства вырвались наружу. Тело никогда не лжёт, оно выдаёт всё с потрохами.              Тэхён знал, как влияет на Чонгука, и всё равно не остановил его.              Сам поддался на провокацию, принял чужие правила игры. Позволил Чонгуку взять верх и расслабился. В какой-то момент он даже не понял, как потерял контроль над ситуацией, ощущая на себе его губы — те самые, которые так сильно хотел поцеловать в ответ. Тэхён бы многое хотел сделать с ним. Ни один мальчик из клуба не заменит ему этих сладких фантазий, не удовлетворит так, как ему того хочется.              Ещё через час они свернули на заправку. Тэхён направился внутрь придорожного кафе и купил два кофе: один — привычный для себя, второй — просто чёрный. Когда он вернулся в машину, Чонгук уже не спал, лишь молча смотрел на протянутый стаканчик и старался держать лицо.              — Возьми, поможет проснуться, — спокойно произнёс Тэхён.              Моргнув, Чонгук не сразу сообразил. Ещё несколько секунд он приходил в себя, а затем взял кофе и зевнул. Сделал глоток, поморщившись.              — Горький, — хрипло.              — Знаю, — Тэхён развернулся к нему всем корпусом, внимательно наблюдая за тем, как Чонгук морщит нос и кривится, но продолжает пить. — Я хочу извиниться, — начал он. — Не за сам факт поцелуя, а за то, что моё поведение, возможно, подтолкнуло тебя к этому.              Чонгук вздохнул и отвёл взгляд в сторону. Тэхён уловил его нервозность, но не собирался останавливаться.              — Я не должен был просто разворачиваться и уходить. Оставить тебя одного в таком состоянии было ошибкой.              Чонгук повернулся к нему.              — Да перестаньте, не вам нужно извиняться. Я поступил глупо. Импульсивно.              — Нет, — перебил его Тэхён. — Это не так.              Послышался тихий выдох.              — Мне и так чертовски неловко. Давайте просто закроем эту тему. Вы — мой профессор, и нам ещё предстоит видеться на занятиях. Я не хочу, чтобы каждый разговор между нами теперь был пропитан этой неловкостью.              Тэхён кивнул, немного задержав взгляд на его лице. Даже с растрёпанными волосами и полосками от куртки на щеках — Чонгук выглядел красиво. Он весь был красив. Притягивал взгляд, заставляя смотреть.              — Всё уже случилось, и просто закрыть глаза не получится. Ты должен быть честен с собой и со мной. Что ты чувствуешь на самом деле? Может, это просто интерес? — спросил Тэхён осторожно.              Чонгук опустил голову и раздражённо выдохнул, будто уже сдался — было видно, как тяжело ему давались эти слова.              — Я не знаю, — начал он тихо. — Может, я просто запутался и… принял вас за другого человека. А может… вы мне действительно нравитесь, — пробормотал он почти неслышно. — Вы тоже должны быть честны со мной.              Уголки губ Тэхёна тронула лёгкая улыбка. Не насмешливая, скорее мягкая, успокаивающая. Он понимал, что Чонгук не жаждет признания — он хочет услышать правду. Ту, которая, возможно, разрушит их хрупкую связь.              — Я не собираюсь делать вид, будто ничего не произошло, — сказал Тэхён уверенно. — Да, я чувствую к тебе влечение. Ты в моём вкусе.              Чонгук коротко усмехнулся, почти облегчённо, словно именно это и хотел услышать.              — И что теперь? Что мы будем с этим делать, профессор?              Допив кофе одним глотком, Тэхён поставил пустой стакан в подстаканник и выпрямился, откидываясь на спинку сиденья. Несколько секунд он просто смотрел в потолок машины, будто ища ответ.              — Ты пока не знаешь, чего хочешь. А я знаю, — он перевёл на Чонгука расслабленный взгляд. — В этом, наверное, и есть наша главная разница.              Чонгук приоткрыл рот, чтобы что-то сказать, но передумал, сжав губы и отвернувшись.              — Мы поговорим, — пообещал Тэхён твёрдо. — Когда вернёмся в Окленд.              Чонгук кивнул почти незаметно. Ему не оставалось ничего другого, кроме как поверить брошенным словам.              Оставшийся путь они провели в тишине, разбавленной негромкой музыкой. Тэхён высадил Чонгука у общежития и ещё несколько минут наблюдал, как тот медленно шёл по дорожке и затем скрылся за поворотом. Удивительно, как много можно узнать, просто внимательнее посмотрев на человека. Он не старался его анализировать — пытался понять, действительно ли чувства Чонгука были не спутаны с образом Тэо.              Он осознал, что тяга Чонгука всегда была направлена именно на него: будь он профессором или доминантом в клубе. Чонгук чувствовал его, вот почему всё так запуталось. Тэхён сильнее сжал руль, словно пытаясь тем самым успокоиться. Эту игру нужно было закончить, пока не стало слишком поздно.              Вернувшись домой, Тэхён первым делом проверил почту. Несколько рабочих писем висели тяжёлым грузом, но последнее, что он хотел делать сейчас — это работать. Приняв душ, он заказал доставку продуктов: пустой холодильник намекал на скорое голодание. Пока ждал курьера, он набрал Чимина и сообщил, что добрался без происшествий. Они не обсуждали ни случившееся в отеле после, ни разговор в машине. Чимин пообещал заехать в течение нескольких дней, чтобы выведать все подробности. Тэхён уже пожалел, что вообще рассказал ему об этом.              На следующий день он приехал в колледж пораньше, отметился на кафедре и кратко рассказал о поездке. Несколько преподавателей, проходивших мимо, останавливались, чтобы послушать, и уже через пять минут вокруг него собрался почти весь штат.              Бросив взгляд на часы, Тэхён вежливо извинился и вышел в коридор. Отчего-то ему захотелось узнать, как там Чонгук. Он подошёл к доске расписания и нашёл его группу. Аудитория 113. Если он пойдёт туда сейчас, то, скорее всего, опоздает на собственную лекцию.              Желание пересилило здравый смысл. Поддаваться инстинктам не входило в его планы, но через несколько минут Тэхён уже стоял возле нужной двери. К счастью, она была приоткрыта. Он осторожно заглянул внутрь и сразу нашёл Чонгука — тот сидел за самой дальней партой, широко улыбаясь собеседнику и что-то увлечённо рассказывая. С души упал камень — Тэхён действительно волновался за моральное состояние своего студента.              Он уже собирался уйти, как вдруг, поворачиваясь, столкнулся в дверях с профессором Ноланом — тем самым, который вёл этот предмет.              — Профессор Ким, — выдохнул мужчина с лёгким удивлением. — Простите.              Несколько студентов повернулись на шум. Краем глаза Тэхён заметил, что и Чонгук обернулся в их сторону. Вот чёрт. Он хотел остаться незамеченным, но удача, похоже, сегодня не на его стороне.              — Всё в порядке, я сам не заметил вас, — Тэхён изобразил спокойную улыбку.              — Вы что-то хотели? Нужен кто-то из студентов? — с лёгкой обеспокоенностью уточнил Нолан.              Тэхён замялся. Что он должен был ответить? Признаться, что следил за одним конкретным? В голову ничего путного не приходило. Тогда он перевёл взгляд на стол преподавателя и заметил корешок научного журнала колледжа. Идея пришла в голову сама собой.              — Слышал, вы опубликовали несколько статей. Хотел узнать, где можно их прочесть, — проговорил он, натянув убедительную улыбку.              — Оу, конечно-конечно! — оживился Нолан. — Не думал, что вас интересует политология. Могу дать вам экземпляр журнала или переслать статьи на почту.              Тэхён мысленно выругался. Ему что, семнадцать? Зачем он вообще затеял это?              — Давайте на почту. Адрес у вас, думаю, есть. — Он взглянул на часы. — О, время… Мне пора на лекцию.              — Простите, что задержал вас. Идите скорее, — с доброй улыбкой произнёс профессор.              Тэхён бросил последний взгляд в аудиторию. Их с Чонгуком глаза встретились — всего на пару секунд, но этого было достаточно. Не задерживаясь, он быстро зашагал по коридору, чувствуя, как уши начинают краснеть. В голове не укладывалось, почему он повёл себя настолько по-идиотски.              Остаток дня прошёл до смешного быстро.              Лекции сменяли друг друга, и Тэхён не успел опомниться, как стрелки на часах уже показывали четыре вечера. Телефон завибрировал в кармане. Он достал его: на экране дисплея висело сообщение от Чимина: «Заеду в 8». Тэхён выдохнул, натянуто ответив: «ок», и покинул здание, направляясь в сторону парковки. Холодный ветер гонял по дорожкам мокрые листья. Тэхён поймал себя на мысли, что скоро город начнут украшать к Рождеству. А он ведь обещал матери прилететь в Италию на новогодние каникулы. Столько всего нужно было успеть… включая самое главное — разобраться в своих чувствах к Чонгуку.              Чимин, как и обещал, приехал ровно в восемь. Тэхён успел к его приходу заказать доставку китайской еды и накрыть на стол — просто расставить посуду и поставить пару бокалов для вина.              — В следующий раз я привезу что-то корейское. Давно я не пробовал настоящий чапчхэ, — сказал Чимин, усаживаясь рядом. — Уже и забыл, как вкусно его готовила мама, — он положил себе немного лапши. — Ты скучаешь по дому?              Тэхён отпил немного вина и положил в рот кусочек жареной курицы. Апельсиновый соус приятно смягчил терпкость напитка.              — Немного, — пожал он плечами, как будто не до конца верил в собственные слова. — Но у меня есть дела поважнее, чем предаваться ностальгии.              Чимин повернулся к нему чуть боком.              — Чонгук, да?              Тэхён отложил палочки в сторону, задумавшись. Прошло несколько долгих секунд, прежде чем он, наконец, заговорил:              — Да. Я думал, что контролирую ситуацию, но в какой-то момент она вышла из-под контроля. Он — мой студент. Личные импульсы не должны разрушать профессиональные границы, но всё уже произошло.              Чимин молча налил ещё вина. Он не перебивал — просто ждал, пока Тэхён выговорится.              — Я не хочу, чтобы Чонгук думал, будто это была ошибка, — продолжил Тэхён. — Мы поговорим. Когда он будет готов. Когда разберётся в своих чувствах.              — Разберётся в своих чувствах… к кому? — уточнил Чимин спокойно, без упрёка.              Тэхён откинулся на спинку дивана. Он бы хотел знать. В глубине души он понимал: Чонгук запутался не сам по себе. Его сомнения не проявление слабости, а последствие собственной нерешительности. И если кто виноват в этом, то только он сам.              Тэхён не стал отвечать. Разговор постепенно сменился на нейтральные темы. Вино допивали неторопливо. Китайская еда почти закончилась — осталась лишь миска с лапшой, к которой никто больше не притрагивался. Зевнув в кулак, Чимин взглянул на часы.              — Почти полночь, — протянул он. — Пожалуй, поеду, пока не начал жаловаться на свою жизнь.              — Ты же знаешь, я всегда тебя выслушаю, — Тэхён протянул руку и мягко положил ладонь ему на плечо.              Чимин покачал головой, скрывая улыбку.              — Боже, давай без драмы.              Тэхён проводил его до двери.              — Спасибо, что заехал.              Застёгивая куртку, Чимин обернулся. В его взгляде не было ни намёка на насмешку, только спокойная уверенность.              — Я всегда приеду. Ты знаешь.              Когда Тэхён закрыл дверь, в квартире стало по-настоящему тихо. Он прошёлся по комнате, убрал остатки ужина и потушил свет. В спальне горел прикроватный ночник. Тэхён разделся и залез под одеяло в холодную постель. В голове крутились мысли, не дававшие ему закрыть глаза и погрузиться в сон. Он знал, что именно чувствует к Чонгуку — и это впервые не тяготило.              Субботний вечер наступил слишком быстро.              Впервые за долгое время Тэхён не пытался избежать встречи — он позволил себе плыть по течению, узнав от Чимина всё, что нужно.              Войдя в полумрак зала, заполненного дымом и запахами кожи, он внимательно огляделся. Маска, скрывающая его личность, казалась особенно тяжёлой. Он двигался осторожно, проходя мимо гостей. Заметив у бара Чонгука, Тэхён остановился. Даже на расстоянии он увидел напряжение в его плечах. Юнги, стоявший рядом, болтал без остановки, а Чимин, сидевший на барном стуле, по-хозяйски положил руку на талию своего саба, притянув его ближе.              Невольно они столкнулись взглядами. Следом за Чимином обернулся и Чонгук, будто почувствовал, кто стоит позади него. Тэхён сделал пару шагов ближе, не нарушая личного пространства. Он выразительно посмотрел на Чонгука, и тот сразу опустил глаза вниз.              — Мы можем поговорить? — обратился к нему спокойно Тэхён.              Чонгук слегка замялся, но потом собрался с силами.              — Наши разговоры не заканчиваются ничем хорошим, — буркнул он.              Чимин тихо закашлялся, словно оповещая о неловкости ситуации.              — Я бы так не сказал, — ухмыльнулся Тэхён. Он прекрасно помнил, как дрожало его тело от прикосновений и как в глазах росло желание, которое Чонгук так старательно пытался удержать.              — О чём поговорить? — спросил Чонгук так, будто его это особо не интересовало, вот только глаза выдавали волнение и едва заметное предвкушение.              Тэхён наклонился ближе, сокращая расстояние между их лицами до минимума. Он всё ещё оставлял ему мнимый шанс на отступление — проверял, хватит ли духа остаться и дослушать, когда услышит главное.              — О нас.              Зрачки Чонгука заметно расширились, дыхание сбилось. Тэхён едва уловимо улыбнулся уголками губ, скрытых под маской, и медленно провёл языком по нижней. Такая реакция ему однозначно нравилась.              — Х-хорошо, — выдохнул Чонгук. Его голос стал мягким, почти покорным.              Тэхён бросил быстрый взгляд на Чимина. Тот молча достал из кармана ключ-карту и незаметно вложил её в руку. Всё было решено. Никакого давления или принуждения.              — Пойдём, — произнёс Тэхён спокойно.              Они пересекли зал. Тэхён всё время оборачивался, чтобы не терять Чонгука из виду и уловить малейшее колебание в его поведении. Тот шёл за ним без вопросов, но держался настороженно. На втором этаже клуба, в зоне приватных комнат, они свернули в один из боковых коридоров. Тэхён открыл дверь. Он быстро оглядел комнату на предметы того, что могло оттолкнуть, но, к счастью, она была самой обычной, за исключением темных пастельных тонов и приглушенного света.              Чонгук прошёл внутрь, осматриваясь, а Тэхён закрыл за ним дверь и повернул замок. Щелчок был негромким, но Чонгук вздрогнул. Тэхён уловил даже эту незначительную деталь.              — Не бойся, — сказал он ровно, — ты всегда можешь уйти, если захочешь. Комнаты нужно закрывать на время сессии — это правило, чтобы никто посторонний не зашёл. Всё для безопасности.              Чонгук выпрямился, демонстрируя уверенность, но взгляд всё ещё метался по комнате.              — Я не боюсь, — твёрдо сказал он, будто пытаясь убедить и себя, и Тэхёна. — О чём именно ты хотел поговорить? Что значит: «О нас»? Передумал и решил взять к себе в сабы новичка? — голос предательски дрогнул на последних словах.              Тэхён тяжело выдохнул. Он прекрасно понимал эти чувства и, что самое горькое, во многом был в них виноват. Он позволил себе влезть в чужую голову, спутал границы, затянул игру, а теперь она обернулась против него. Тэхён облажался, не зная, к чему приведёт правда, которую он так старательно оберегал ранее.              — Пересмотрел своё мнение, — наконец произнёс он тихо. — Я хочу кое-что попробовать.              — Что именно? — мгновенно оживился Чонгук.              Тэхён кивнул на пушистый ковёр у кровати.              — Для начала я хочу увидеть твоё послушание. Ничего сложного, — сказал он спокойно, с твёрдой уверенностью в голосе. — На колени.              Чонгук несколько раз моргнул, продолжая пристально смотреть на него, словно оцепенев от приказного тона. Грудная клетка ритмично поднималась и опускалась под напором дыхания. Он не возражал, но и не спешил подчиниться. Проверял? Сомневался? Или просто боялся?              Тэхён не торопил. Просто стоял, позволяя тишине наполнить комнату. Его молчание было красноречивым: невидимая сила, которая будто бы мягко тянула вниз, подталкивая к покорности. Он говорил без слов: «Не бойся. Я здесь. Если ты упадёшь — я поймаю.»              И Чонгук опустился. Медленно. Осторожно. Колени коснулись ковра, голова склонилась, а взгляд упал вниз.              — Руки вперёд, ладонями вверх. Голову не опускай, смотри на меня. — Тэхён подошёл ближе, он буквально возвышался над Чонгуком. — Умница, — добавил почти благоговейно.              Тэхён наблюдал молча. Он не спешил прикасаться — только вбирал взглядом, запоминал, как прекрасно и уязвимо выглядит его саб в этой позе, ощущал, как в груди гулко отзывается собственное сердце. Кровь гудела в ушах, дрожь пробегала по кончикам пальцев.              — Что ты сейчас чувствуешь? — наконец спросил он.              Чонгук чуть опустил веки, но потом снова поднял взгляд. Глубоко выдохнул, будто собирался с силами.              — Не знаю, как это объяснить… — сглотнул. — Я как будто падаю. Но мне не страшно.              Тэхён замер. Ему было жизненно необходимо прикоснуться к нему, но он стойко сдерживал свои порывы, внимательно слушая.              — Я боюсь другого, — продолжил Чонгук. — Боюсь потерять голову. Раствориться в тебе. Довериться. Иногда мне кажется, что я сам себе всё это придумал… Но когда ты смотришь на меня — мне хочется подчиниться. Отдаться тебе полностью. Это… нормально?              Тэхён опустился на корточки, чтобы их лица оказались на одном уровне. Он смотрел ему прямо в глаза.              — Желание быть ведомым — не слабость, Чонгук. Доверить контроль куда сложнее, чем удерживать его, — он сделал паузу и медленно потянулся к маске. — И ты должен знать, кому доверяешь.              Глаза Чонгука округлились от неожиданности. Застёжка на маске тихо щёлкнула под пальцами. Осторожным, почти трепетным движением Тэхён стянул её.              — Посмотри на меня, щеночек. Посмотри по-настоящему. Я хочу, чтобы ты видел лицо того, кому подчинился. Добровольно.