Случайный триггер

Сонхва улыбался навстречу мягким осенним лучам солнца. Красота! Ему нравилось бродить по паркам Парижа, кормить голубей и фотографироваться. Он чувствовал себя свободно и уверенно. Лёгкий ветерок играл с его волосами, ноздри щекотал аромат капучино. Сегодня на нём была кожаная куртка, под ней - тонкая кофта, прилегающая к телу. На ногах светлые джинсы и ботинки на небольшом каблуке. Сегодняшний лук - небрежный кэжуал. Весь день он провел в праздности. Прогулки, чай в кафе и фотографии, фотографии, фотографии. Менеджер помогал Сонхва отдыхать с комфортом. Виды европейского города настраивали на благостное спокойствие. Хва даже подостыл к ситуации, произошедшей перед вылетом. Сан вёл себя также спокойно и вполне дружелюбно. В конце концов они оба понимали, что сейчас ссоры никому не пойдут на пользу. Парень выпил ещё немного тёплого напитка и направился вглубь парка. Сонхва старался не обращать внимания на пустой желудок. Спустя годы он решил всё же не отказываться от напитков, но есть перед показом ему не хотелось. В этот раз помимо Изабель Маран он отправится в модный дом Шанель. Блягодаря упорству и старанию Матье Блази, Шанель бил рекорды по продажам, сдвинув Луи с пьедестала самого прибыльного бренда. Молодой дизайнер тонко чувствовал ДНК модного дома и радовал публику новыми коллекциями, элегантными и современными. Сонхва был абсолютно счастлив, когда узнал, что его пригласили. Он долго выбирал лук, пока не остановился на вариации классического твидового костюма светло бежевых оттенков. Изюминкой образа станут шорты, сексуально подчеркивающие стройность ног айдола. Сан на этой неделе тоже не останется в стороне. Через пару дней он окажется на показе Диор. Новый креативный директор модного дома, Джонатан Андерсон, обещал показать достопочтенной публике что-то невероятное. Его уникальный взгляд на моду и присущая ирландцам стойкость духа преобразили Диор. Вдумчивый стиль последних коллекций покорил сердца многих модников и звезд. Но кажется, Сана не очень волновал предстоящий выход. Сонхва это не показалось странным, он понимал, что партнёр ещё долго будет отходить от их перепалки, хоть он и старается быть дружелюбным со старшим. В этот раз погода выдалась тёплая и сухая. Прогноз обещал такую осень до самого ноября. Хва прогуливался по дорожкам из песка, разглядывая деревья и редкие кустарники. В такие моменты он будто ощущал себя немного французом - настолько окружаюшая действительность была ему приятна. Вибрация телефона отвлекла парня от размышлений. - Привет, Санни, - улыбнулся Хва, - ужин? Я был бы не против... Ах, точно, с родителями. Ну. Ладно. Я приду всё равно. Нет, нет, не извиняйся. Всё в порядке. До вечера. Сонхва закинул устройство обратно в карман. Как же так... Вот вроде поговорили, а он продолжает приплетать своих родителей где ни попадя! Сонхва покачал головой. К черту. Сегодняшний день ничего не испортит! Даже вечер с родственниками Сана. Парень медленно шёл по парку Фош - неприметному зелёному островку в центре восьмого округа Парижа. Редкие деревья с кронами, уходящими ввысь, делали зелёную зону почти прозрачной. Небольшие, ровно подстриженые кусты и выбритая газонная трава придавали парку выхолощенный вид. Мимо Сонхва проходили редкие собачники и любители спортивной ходьбы. В остальном, парк пустовал в этот прекрасный сентябрьский день. Передохнув на теряющейся в зелени изумрудной скамейке, Хва двинулся дальше. Его путь пролегал к Триумфальной арке. Конечно, он уже был там неоднократно, но оттуда гораздо удобнее было придумать новый маршрут для путешествий. Пересечения большого количества улиц этому способствовали. Сам парк был разделён на две половины одноименным проспектом. К концу он сужался, как нос корабля. Песочные дорожки срезались к центру, образуя острый угол. К площади Шарля де Голля тянулись тонкие деревца, вырастающие будто бы из самой брусчатки. Сонхва так бы и продолжил идти неторопясь, если бы не толкнувшая его локтем женщина, стремящаяся к арке с озлобленным видом. - Oh, sorry! - запутался в словах Сонхва, возмущенный таким поведением. - Ты в порядке? - менеджер осторожно погладил айдола по плечу, - не сильно задели? - Да всё хорошо... - выдохнул Сонхва. Он устремил взгляд вдаль. Кажется, у площади происходили какие-то волнения. Чем ближе пара подходила, тем больше недовольных она встречала. Люди скандировали что-то на французском и махали плакатами. Сонхва не знал языка, но будто бы что-то знакомое смогло уловить его ухо. - Я думаю, нам лучше пойти другим путем, - менеджер встревоженно подхватил парня под локоть, - нам здесь делать нечего. - Ты прав. Но пройти было негде. Небольшая группа воинственно настроенных людей устроила забастовку как раз по направлению к парку. Люди скапливались у арки, преграждая движение транспорта на внешнем кольце площади. Машины сигналили, люди кричали. К небу поднялись транспоранты, написанные от руки. Всё, что Сонхва смог прочесть, это "Бальман". - Какого черта, - нахмурился айдол, - они байкотируют бренд или что... - Я тоже не понимаю, - менеджер повёл парня по окружности через пешеходные переходы в сторону Елисейских полей. Несмотря на нервозность и спешку, Сонхва одолевало любопытство. И кажется, не только его. Бастующих людей оказалось не так уж и много, но они привлекли большое количество зевак и туристов. Очевидцы снимали недовольных и обсуждали происходящее. Хва мог лишь по интонациям понять в общем гуле настрой обычных граждан. Кто-то возмущался, кто-то после нескольких выкриков присоединялся к бастующим, кто-то наоборот, потешался над недовольными. Сонхва огляделся. Для него забастовки не были чем-то из ряда вон, но в Корее такие митинги проходили несколько иначе. Под шумок в толпу протестующих начали вливаться мужчины с чёрными бородами и несколько женщин в хиджабах. С каждой минутой обстановка становилась всё более нервной. - Пойдём отсюда, - менеджер потянул парня за руку, - здесь небезопасно. Хва кивнул. Как только парни перешли очередную "зебру", из-за угла вырулили две полицейские машины. Звук мигалок заставил большую часть толпы замереть. Кажется, на этом выступление недовольных можно считать законченым. Хва вздохнул, пытаясь унять свою тревожность. Корейцы быстрым шагом добрались до Елисейских полей и свернули туда, где улицы уже были мирными. - Что это такое было... - Думаю, мы узнаем об этом в новостях. А если ничего не напишут, то это даже не стоит нашего внимания. Хва кивнул словам менеджера. Они пошли дальше. Остаётся надеяться, что ничего страшного не случилось. Вечер сгладил все шероховатости дня. Хва был великолепен в своём костюме от Шанель. Многие отметили его стиль и красоту сегодня. Но не только он был шикарен - весь показ удался на славу. Великолепие Гран Пале никого не оставило равнодушным. Стеклянный потолок, испещренный зелёной кованой сеткой с витиеватыми элементами, отсылающими к модерну, завораживал. Этот интерьер напоминал то ли волшебный вокзал, то ли пустую оранжерею. Утонченные арки с круглыми окошками, украшающие весь периметр стен, были приятны глазу. Особым очарованием обладал вход с двумя лестницами, мягко закручивающимеся к центру, в лучших традициях стиля начала прошлого века. Всё в этом здании: каждая пилястра, каждое кованное растение, каждый лучик света, пробивающийся сквозь стекло, дышало искусством и воспевало его. Арочные своды музея казались Хва абсолютно сказочными. И конечно же, размеры помещения поражали. Не даром Гран Пале был назван именно так: в этих стенах можно проводить, наверное, несколько футбольных матчей одновременно. Устраивать показы именно здесь стало для Шанель доброй традицей, которой они не изменяли уже много лет. Именно в этом месте проходили все самые знаменитые выходы великого кайзера моды - Карла Лагерфельда. Сонхва, только оказавшись непосредственно во дворце, осознал, каким образом здесь мог поместиться целый супермаркет с аутентичными полками и стеллажами. Да, та коллекция 2014-2015 года заняла свое подчетное место в анналах истории фешн индустрии. Хотел бы айдол оказаться на том показе... Но и сегодняшним выходом он был очень доволен. Звезды голливуда, музыканты, стилисты пришли навестить легендарный модный дом. Хва удалось пообщаться с Аней Тейлор Джой, сфотографироваться с несравненной Селин Дион и с красавицей Дженни, главной амбассадоркой Шанель в Корее. Сонхва был очарован непередаваемой атмосферой. По длинному черному подиуму вышагивали стройные модели, несущие на себе удивительные наряды. Кружево, прозрачные ткани и утонченность стали главными героями этого вечера. Казалось, все были довольны: от счастливого Матье Блази, до несгибаемой Анны Винтур. Хва смог сфотографироваться и с хозяином этого праздника. Сколько бы Сонхва не оказывался на подобных мероприятиях, он всё равно поражался происходящему вокруг волшебству. Он нервничал, но не переставал восхищаться всему, что видит: подиуму, звездам в вычурных нарядах, сияющим тканям, общему масштабу. Когда темнота вечера полностью окутала Париж, Сонхва вернулся в отель, чтобы переодеться для грядущего ужина. Он достал полупрозрачную черную рубашку, так понравившуюся Сану. Несмотря ни на что, старшему всё же хотелось порадовать своего парня. Он даже не был против встретиться с его родителями. Приятное времяпрепровождение на показе и бокальчик шампанского сделали свое дело. Сонхва облачился в чёрное и освежил макияж, сделав его более ярким. Пара брызг любимого парфюма - и он готов выйти в свет. Сан встретил его на ресепшене. Он выглядел спокойно, но нервозность всё же просачивалась сквозь натянутую улыбку. Чхве мягко приобнял любимого за плечи и повёл к выходу. На улице их ждало такси. - Родители уже выехали, - кивнул собственным словам Сан, - я... В общем... Я надеюсь, что всё пройдёт нормально. - Ты чего так переживаешь? - Сонхва нежно погладил парня по колену, - всё в порядке. Да, мне хотелось бы больше проводить с тобой время, но родители это всё же родители... Я всё понимаю. Извини, что так вышло. - Ох, нет, тебе не нужно извиняться, - прервал старшего Сан, - не нужно... Чхве легко коснулся губами мягкой щеки. Сонхва улыбнулся ему в ответ. Местом встречи стал ресторан Dubillot. Это замечательное место славилось пестрым интерьером и сытной едой. Стены темно-изумрудных оттенков, узорчатый пол светлой мозаики, красные бархатные стулья и кресла, каменные столешницы... Весь антураж, витиеватый, но при этом изысканный, напоминал скорее домик волшебника, чем кафе. При всей разности материалов и насыщенности цветов, каждая деталь гармонировала друг с другом в интерьере. Казалось, что этот ресторан был нарисован Хаяо Миядзаки, в таком месте точно мог бы обедать Хаул. Когда Сан и Сонхва приехали, чета Чхве уже ждала их у входа. Молодые люди любезно попривествовали их и вошли в здание. - Ох, Сонхва, как же ты красиво выглядишь сегодня, - мама Сана обняла парня за широкие плечи. - Большое спасибо, - мягко улыбнулся парень в ответ. - Не слишком ли женственный наряд? Вы же не на сцене, - усмехнулся старший Чхве, - да и духи уж больно сладкие, парень. Хва оставалось только неловко пожать плечами. Привычка людей старшего поколения подавать недовольство в обертке из попытки пошутить раздражала, но с этим ничего нельзя было сделать. - Ты просто отстал от жизни, милый, - парировала женщина, - я бы может чаще обнимала тебя, если бы от тебя пахло ванилью, а не потом... Мама Сана подмигнула Сонхва, придав айдолу уверенности. Сан с довольной улыбкой бросил взгляд на отца. Тот пожал плечами. - Ты за меня замуж вышла не потому, что я как девочка пахну! - И не потому, что люблю слушать, как ты вечно бухтишь! - Да не бухчу я! - Да конечно! Бубубу бубубу! Мужчина мягко приобнял жену и поцеловал её в висок. - Она у меня боевая, - констатировал господин Чхве. Сан забронировал столик у стены, в небольшом отдолении от других гостей. Несмотря на будний день, желающих отужинать в этом месте оказалось достаточно. Сонхва принялся изучать меню. Кухня оказалась довольно разнообразной, но он понимал, что ему не следует набрасываться на стейки с картофелем после голодного дня. Выбор пал на вариацию салата цезарь с цыпленком су-вид и лёгкий алкогольный коктейль. Сан не стал мелочиться и взял говядину в соусе с гарниром из картошки фри. Старшие Чхве выбрали трюфель, пюре с сосиской и пасту. - Большое спасибо, что пригласил нас, - улыбнулся сыну мужчина, - и вообще устроил поездку в Париж. Давно мы никуда не выбрались... А тут так красиво. Сан смущённо улыбнулся. - Да уж, думаю, как родится внучок, так никуда уже и не съездим... А так хоть отдохнули, - женщина приобняла мужа. - Сестрица будет хорошей мамой, - кивнул Сан. Он пристально посмотрел на Сонхва. Тот опустил взгляд. - Интерьер потрясающий, - попытался сменить тему Хва. - И правда, там что, лестница на второй этаж? - Да, дорогая, думаю, можем потом туда пройти, посмотреть... Еду принесли на удивление быстро. Когда тарелка с салатом оказалась перед Сонхва, он осознал, как сильно всё это время хотел есть. Нежное куриное филе, заботливо смазанное соусом, разлеглось по свежим салатным листам, настолько ярким, что казалось, можно было услышать их хруст даже не попробовав. Крошка выдержаного пармезана сливочной шапочкой украшала блюдо, ароматизируя ещё тёплые чесночные гренки. Хва взял вилку и принялся перемешивать. Чем меньше еды оставалось на тарелке, тем больше Сан нервничал. Он ерзал на бархатном кресле, следя то за родственниками, то за Хва. Старший старался не придавать этому значения, но тревожность всё же передалась ему. Когда официант подошёл спросить, всё ли устраивает гостей, младший Чхве попросил повторить алкоголь всем за столом и принести меню для выбора десертов. Когда пустые тарелки были собраны, Сан коротко выдохнул и оглядел собравшихся. - Я... Я прошу минуту вашего внимания, - запинаясь произнёс он, - мама, тебе всё понравилось? - Да, сынок. - Папа, правда ведь, замечательный вечер? - Конечно. - Что ж, хорошо. Перед Саном очутился бокал вина. Он осушил его залпом, к удивлению присутствующих. - Так вот, - наконец собрался с силами младший Чхве, - мама, папа... Я... Я хочу сказать, что... Вы всегда меня поддерживали. Когда я захотел стать айдолом, вы, пусть и не сразу, но приняли мой выбор, и я бесконечно вам за это благодарен. Какими... Какими бы не были мои решения, вы всё равно в конце концов были на моей стороне и я надеюсь, что сейчас вы будете также на моей стороне. Даже если это будет тяжело принять. Сан замолчал, пристально посмотрев сначала на встревоженных родителей, потом на Сонхва. Пак напрягся. Он совершенно не понимал, о чем говорит младший. - Я... Я хочу сделать заявление, - продолжил Сан, - мама, папа... Больше всего на свете я боялся вас разочаровать, но... Я понял, что не оправдывать чьи-то ожидания... Это нормально. Поэтому, я хочу представить вам Сонхва. Вы давно его знаете, но... Вы знаете его как моего друга. Но дело в том, что на самом деле он мой парень. И мы любим друг друга. Уже очень давно любим друг друга. Последние слова Сан произносил с огромным трудом. В подтверждение этому по его щекам потекли маленькие слезинки. - Санни... - пораженный Сонхва схватил любимого за руку. Свободной рукой Чхве поспешно вытер слезы. Усилием воли Сан поднял глаза на родителей. На лице матери отразилась гримаса ужаса. В это же время лицо отца оставалось непроницаемым. - Я устал держать это в тайне от вас... Простите... Простите меня... Сан закрыл лицо рукой. Сонхва приобнял любимого за плечи, чтобы успокоить его. Женщина первая отошла от шока, она повернула голову к Сонхва. - Скажи, а... Твои родители знают? Пак кивнул. - Что они сказали? - Они сказали что... Не удивлены, - с горьким смешком проговорил Хва. - Наверное это моя вина... - вздохнула мама Сана, - наверное, я чего-то не додала... Что-то упустила в воспитании... - Да пороть надо было сильнее, - процедил старший Чхве. Он резко встал с дивана. Крепко сжав бокал, он также быстро, как и Сан до этого, осушил его. - Я... Я... - мужчина всё больше набирал воздуха в грудь, его руки тряслись, -... У меня нет слов! Сан! - Дорогой, успокойся, присядь, - женщина потянула руки к мужу, но тот одернул их. В конце концов он махнул рукой и пошёл прочь из зала. Сан хотел было остановить отца, но крепкие объятья Сонхва затормозили его. - Сынок, не надо... - выдавила из себя госпожа Чхве, - дай ему....побыть одному. - Мама, - всхлиплул Сан, - мама, я... Женщина усадила сына к себе на диван, ближе к центру. У другого края сел Сонхва. Они старались успокоить плачущего. Сонхва не мог поверить в произошедшее. Ему больше не хотелось никаких доказательств любви от Сана, не хотелось от него правил и запретов. Всё, о чем он сейчас мечтал, это о том, чтобы его любимый чувствовал себя лучше. - Прости, Санни...- шептал он на горячее ухо партнёра, - прости... Не нужно было... Зачем... Я так люблю тебя, милый, я так тебя люблю... - Рано или поздно... - сквозь рыдания проговорил младший Чхве, -... Рано или поздно пришлось бы сказать. Я не жалею о том, что сделал. Он обернулся к своей матери, теперь тоже плачущей. - Мам... Я просто люблю этого человека, мама... Я ничего не могу с этим сделать! - Ох, мальчик мой... Женщина обняла его ещё крепче и залилась слезами. Смущенный официант молча принёс четыре десерта, но к ним так никто не притронулся.