Тёмный ангел

Суета царила в доме де Пон дю Лак. Слуги бегали туда-сюда, подготавливая всё к свадьбе. Катрин составляла список блюд и отдавала приказы. Бернар курил, подсчитывая сколько денег придётся потратить. Завтра должна была состояться грандиозная свадьба. Члены светского общества уже получили приглашения. Жених и невеста даже не были знакомы. Но кого это волновало? Точно не родителей. Луи проснулся, протёр красные от слёз глаза и натянул серый камзол. В спальне витал терпкий запах крови, пролившейся из разбитых костяшек пальцев. Луи умылся холодной водой, придя в ванную, после чего отправился ко входу для прислуги. Через него Луи попал на улицу, незамеченный родителями. Ему не хотелось разговаривать с ними. Он планировал посетить трактир и выпить пару кружек пива, чтобы хоть как-то пережить этот день. На обочине дороги светилась вывеска «Трактир бродяги Джо». Луи распахнул дверь, и запах пшеничного пива ударил ему в ноздри. Луи огляделся, ища куда бы сесть. Трактир был почти полон. Редкие свечи горели в лампадах, еле освещая пространство. Люди в грубой одежде ели и пили, наслаждаясь отдыхом. На сцене танцевала девушка, громким голосом напевая непристойные песни. Местные пьяницы хлопали ей, разбрызгивая из кружек пиво. Луи занял центральный столик и сделал заказ. Пока хозяйка трактира несла его, Луи со скукой посмотрел на сцену. Девушка закончила петь и ушла. Бордовый занавес опустился, бесшумно коснувшись сцены. Затем он поднялся вновь. На сцену вышла красавица, каких Луи прежде не видел. Лицо её скрывала полупрозрачная вуаль. Голубые глаза были накрашены сурьмой. Стрелки изгибались, как у египетской царицы. Светлые волосы были убраны в причёску. Несколько локонов обрамляло лицо. Губы, накрашенные алой помадой, вызывающе улыбались. Красотка была облачена в пышное красное платье. Кружево обвивало её грудь, придавая объёма. Два разреза обнажали ноги, обтянутые чёрными чулками в сетку. Красные туфли на высоком каблуке завершали образ, переливаясь драгоценными камнями. Незнакомка выглядела как куртизанка. Однако колье, сверкающее на её шее, давало понять: она не из бедного сословия. Луи зачарованно посмотрел на красавицу, позабыв обо всём на свете. Она расправила кружево, кокетливо обнажив плечи, и протяжная песнь о любви полилась из алых губ. От голоса красавицы в душе Луи всколыхнулась печаль. Но вскоре её заменила радость, как бывает всегда при встрече с прекрасным. Незнакомка показалась Луи ангелом во плоти, хотя дьявольское пламя таилось в лисьем прищуре её глаз. Луи потянулся вперёд, наслаждаясь пением. Хозяйка трактира поставила перед ним кружку пива и попросила заплатить. Луи рассчитался не глядя. Деньги не волновали его. За созерцание незнакомки и её пение он готов был заплатить даже жизнью. – Эта детка явно пользуется популярностью, – прозвучал пьяный голос за соседним столиком. – Драгоценности на ней стоят целое состояние! – Значит, певичка умеет работать ртом! – вторил пьяный юноша, ставя на стол тарелку. Пальцы Луи сжались в кулак. Он повернулся к мужчинам и намеревался устроить драку. Но внезапно незнакомка прекратила петь и удалилась за кулисы. Разочарованный вздох сорвался с губ Луи. Он ощутил потерю, будто лишился чего-то важного. Лёгкий ветерок скользнул меж его пальцев, и Луи узрел перед собой красавицу, что пела на сцене. – Ты не похож на обычных посетителей таких мест, – сказала она. – Что ты забыл здесь? Тебе лучше уйти. – Не уйду, пока ты не споёшь мне, – сказал Луи. – Твой голос прекрасен. Я слышал где-то его… Умоляю, спой! Я дам тебе любые деньги. Всё, что захочешь! – Нет, паренёк, – улыбнулась красавица, и вуаль всколыхнулась на её лице. – Возвращайся домой. Тебя наверняка ждут. – Я уйду, если пообещаешь спеть на моей свадьбе, – произнёс Луи. В голосе его звучало плохо скрываемое отчаяние. – Сжалься! Я лишь раз увидел твою красоту, и теперь не могу забыть. Ты для меня словно тень из прошлого… Чудесная тень. – Мы не встречались прежде, – поспешно произнесла незнакомка. – Наши миры слишком разные. Прочь! Тебе нечего делать в столь злачном месте. – Как и тебе! – воскликнул Луи. – Уверен? – изогнула брови красавица. – Тёмные места мне по душе. – Но здесь не безопасно, – опешил Луи. – Особенно для такой красавицы как ты. Пойдём со мной. Я уведу тебя из этого притона! Луи потянулся к незнакомке. Она рассмеялась и выскользнула из его рук. – В притонах бывает весело, – сказала красавица. – Выпивка, азартные игры, лёгкие деньги, еда… Я могу за себя постоять. Не тревожься. – Не гони меня, – прошептал Луи. – Но я гоню, – настаивала незнакомка. – Назови мне хотя бы имя, – взмолился Луи. – Скажи, как зовут тебя и, клянусь, я уйду. – Элеонора, – улыбнулась незнакомка и, взмахнув подолом платья, исчезла во мраке коридора. Луи вернулся за стол, обхватив голову руками. Ничто не могло отвлечь его от сжигающего душу одиночества. Он залпом выпил две кружки пива, ища в них спасение. Но они лишь усилили эмоции. Голоса людей превратились в бессвязный шум. Перед глазами сцена и пол поменялись местами. Мысли вихрем закружились в голове, ввергая в водоворот нестерпимой тоски. «Элеонора… – молчаливо воззвал Луи. – Почему ты прогоняешь меня от себя? Я лучше мужчин, которых ты наверняка познала в этом месте. Я другой! Разве не видишь? Кажется, я влюблён. Не удивительно! Прекраснее тебя нет во всём свете. Мой ангел музыки, ты напоминаешь мне кого-то далёкого, хранимого в глубине сердца. Боже, как я сразу не понял? Ты – копия Лестата! Возможно ли такое? Ответь, ты – божество, спустившееся с небес, или мой личный демон вновь искушает меня?» Луи испустил тихий вздох, сверкая глазами, полными запретной страсти и мучения. Мужчины за соседним столиком поднялись и вышли в коридор. До слуха Луи донёсся раздражённый голос Элеоноры: – Как вы смеете? Ещё шаг, и я вас уничтожу! – Не рыпайся, красотка, – послышался мужской голос. – Я хорошо заплачу. Ножки у тебя больно стройные. Вот бы увидеть их на своих плечах! – Мужлан, я тебе ими шею сверну, – угрожающе прошипела Элеонора. – Уйди с дороги! Луи вскочил, как ошпаренный и кинулся в коридор, боясь что Элеонору могут обидеть. Пламя свечей трепетало, бросая тень на серые стены. У одной из них стояла Элеонора. Мужчины нависали над ней, норовя залезть под юбку. Элеонора пресекала попытки со снисходительной ухмылкой. Её острые ногти постукивали по стене, угрожая выцарапать глаза любому. Луи молча приблизился и точным ударом кулака лишил чувств одного из местных пьяниц. Другой набросился на Луи, нецензурно ругаясь. Луи ударил его в живот, со свистом выбив из лёгких воздух. Мужчина согнулся пополам от боли. Луи оттолкнул его и стал напротив третьего противника. Тот попятился, не желая драться. Луи позволил мужчине уйти и повернулся к Элеоноре: – Ты в порядке? – А ты сомневался? – поправила платье Элеонора. – Я не слабая девица из слезливых романов. К тому же, вдруг я сама хотела поразвлечься? – Ты переспала бы с этим… с этим отребьем? – изумился Луи. – С этим – нет, – ответила Элеонора. – Предпочту мужчин поблагороднее. И от которых не разит пивом. Луи принял последнее на свой счёт: – Я выпил всего пару кружек! Что такого? – Парень, ты еле стоишь на ногах, – принюхалась Элеонора. – До дома дойти то сможешь? – Почему вы так беспокоитесь обо мне? – вопрошал Луи. – Кто, если не я? – с видом мученика спросила Элеонора. Луи не нашёл, что ответить. Она провела рукой по его волосам, точно мать, утешающая сына, и сказала: – Обопрись о меня. Я помогу тебе дойти. – В помощи не нуждаюсь! – произнёс Луи с хмельной улыбкой. – Я не намерен уходить. Давай лучше ещё поговорим? Может потанцуем? Элеонора закатила глаза. Тень сомнения упала на её лицо. Элеонора задумалась на мгновение. А затем спросила: – Чего ты хочешь от меня? Только честно. – Я… – дыхание Луи перехватило. Ладони стали влажными. – Хочу… тебя… – Так я и думала, – произнесла Элеонора. – Пьяный паренёк хочет залезть к первой попавшейся девке под юбку. Как банально! – Да, хочу, – сказал Луи, сжав пальцы в кулак, и топнул ножкой, словно капризный ребёнок, которому отказали в покупке красивой игрушки. – Что плохого в моём желании? Ты для меня не первая встречная. Я тебя где-то видел. И, да, мне интересно, что у тебя под юбкой! – Алкоголь знатно развязывает язык, – присвистнула Элеонора. – Хочешь переспать со мной? Ладно. Когда я могла тебе отказать? Последнее предложение Луи не успел осознать. Элеонора приблизилась к нему и поцеловала, приподняв вуаль. Её юркий язык проник в рот Луи, вылизывая зубы, дёсны – всё, до чего мог дотянуться. Луи задохнулся от нахлынувших чувств, взял Элеонору за попу и прижал к себе, лапая упругие округлости. Элеонора простонала что-то невнятное, осыпая его лицо поцелуями. Её страсть удивляла Луи. Элеонора напоминала изголодавшуюся львицу, которой наконец позволили отведать желанного ягнёнка. Луи стиснул её в объятьях, отвечая на поцелуи с не меньшей страстью. Его рука скользнула под юбку Элеоноры, огладила бедро и устремилась вверх. Внезапно на пути её возникла преграда в виде кружева чёрных чулок. Луи прикусил губу и оттянул их вниз, соприкасаясь с нежной кожей. Затем рука продолжила свой путь, надеясь потрогать Элеонору между ног, раздвинуть жаркие стены её влагалища. – Стой! – спохватилась Элеонора. – Туда нельзя… Не сейчас. Пойдём лучше в гостевую комнату. – Там я смогу тебя… – в горле Луи пересохло. – Да, – кивнула Элеонора. – Сможешь. Луи подхватил её на руки и взбежал вверх по лестнице, не ощущая ни малейшей тяжести. Элеонора казалась ему пушинкой. Любимой пушинкой, которую он отчаянно желал. Толкнув дверь первой комнаты, Луи вошёл и осмотрелся. В центре располагалась большая кровать с полупрозрачным балдахином и тумбочка с цветами. Людей не было. Но они могли прийти в любую минуту. Луи бережно опустил Элеонору на кровать и захлопнул дверь. Элеонора потянулась к лампаде, чтобы задуть свечу. Комната погрузилась в полумрак. Луи непонимающе посмотрел на Элеонору и обиженно спросил: – Зачем ты устроила темноту? Тебе не приятно меня видеть? – Ты самый красивый мужчина из всех, что я видел, – призналась Элеонора. – Вернее, видела. Однако без света мне спокойнее. И вуаль я не буду снимать. Хорошо? Луи согласился, ощущая как член налился кровью и требует разрядки. Элеонора повернулась к любовнику спиной, вставая на четвереньки, и приглашающе вильнула задницей: – Возьми меня! – Но я хочу видеть твоё лицо, – опешил Луи. – Сделай как я прошу, – томно прошептала Элеонора. – Ты не пожалеешь. От её голоса Луи потерял последнюю каплю сдержанности. Он прыгнул на кровать и задрал юбку Элеоноры. Взору его открылись соблазнительные ягодицы и узкая расщелина между ними. Луи наклонился и коснулся языком сжатого колечка мышц, увлажняя его. Элеонора застонала, невольно начав ёрзать по постели. Луи поцеловал её ягодицы и скользнул языком вглубь, выводя на коже узоры. Затем Луи медленно погрузил в Элеонору палец и принялся растягивать её, задевая чувствительную точку внутри. Элеонора металась и стонала, в кровь искусав губы. Ногти её царапали покрывало, оставляя глубокие следы. Луи улыбался, сгорая от похоти. Он хотел проникнуть в любовницу, сгрести в охапку и никогда не отпускать. А после излиться в неё, заклеймить поцелуем и навеки сделать своей. Однако желание доставить Элеоноре удовольствие пересиливало ноющую боль в паху и звериный инстинкт. Медленно и основательно Луи растягивал Элеонору, пока не убедился, что она готов принять его. — Умоляю, быстрее! — простонала Элеонора. – Меня не обязательно так долго подготавливать. Трахни уже! Луи улыбнулся, вновь поцеловал её ложбинку между ягодиц и, убедившись что она достаточно растянута, осторожно толкнулся внутрь. Анус Элеоноры сжался, не желая принимать член. Она ощутила неудобство, хотя Луи растягивал её со всей заботой и любовью. Он почувствовал, что Элеоноре больно, оставил жаркий поцелуй на её губах и начал медленно двигаться, давая привыкнуть. – Продолжай, – разрешила она. – Только жёстче. Прошу. Я так давно мечтала ощутить тебя в себе! – Как скажешь, – улыбнулся Луи, ускоряя темп. Мускулы перекатывались на его руках, когда он вдалбливался в жаркое нутро Элеоноры. Волосы прилипали к напряжённой спине. Капельки пота струились по груди, очерчивая контуры сосков. Кончики пальцев покалывали от возбуждения. — Ещё! — потребовала Элеонора. — Для тебя всё, что угодно, — шепнул ей на ухо Луи и облизал мочку. — Надеюсь, ты понимаешь, что теперь ты только моя? Никто не смеет трогать тебя там, где трогал я. — Я твоя, — простонала Элеонора, когда член задел особенно чувствительное место внутри. — Лишь я имею право втрахивать тебя в кровать, — зашептал Луи со страстью одержимого. — Лишь мой язык должен быть в твоей тесной попке. Лишь мои пальцы должны растягивать тебя. Понимаешь, мой ангел? — Да-а-а! — воскликнула Элеонора, теряясь в ощущениях. Задница её горела огнём. Горло саднило от криков. Бёдра дрожали, и по ним струились липкие соки взаимной страсти. Луи сделал несколько глубоких толчков, едва не пронзая Элеонору насквозь. Она кончила, простонав: «Луи!» и повалилась на постель полностью обессиленная. Луи пришёл к разрядке следом, хрипло зарычав и излившись в пульсирующую дырочку. Луна осветила обнажённые тела, крепко прижатые друг к другу. Элеонора устроилась на плече Луи, блаженно закрыв глаза. Он погладил её по голове и скоро заснул. Проснувшись утром, Луи не обнаружил любовницу. Лишь вуаль сиротливо лежала на краю кровати, а в дверь стучали озлобленные хозяева комнаты, требуя убираться