Тёмный ангел

Дождавшись, когда Луи отойдёт от превращения в вампира, Лестат взял его под руку и повёл в своё поместье. Оно располагалось в другом конце города, подальше от людской суеты. Поместье закрывали густые дубы и высокий забор с остроконечными пиками наверху. Массивная крыша изгибалась, подобно хребту дракона. Античные колонны стояли возле входа, обвитые дикой розой. По ступеням полз вьюнок, заплетая их тёмно-зелёным ковром. Лестат распахнул дверь, приглашая Луи. Тот переступил порог и очутился в холле. Стены из чёрного дуба создавали мрачную атмосферу. Готические подсвечники отбрасывали тень на орган, занимающий почти всё пространство. Луи посмотрел по сторонам, с любопытством изучая жилище Лестата. Лестат обнял новоявленного вампира за плечи и указал на старинную лестницу. Луи поднялся на первую ступеньку, устремляясь в подвал, расположенный в дальней части особняка. В подвале горели подсвечники, унизанные белыми свечами. В центре находился гроб из морёного дуба. Стоил он целое состояние, зато выглядел как произведение искусства. – Нам пора спать, – сказал Лестат. – Ложись. В гробу мы переждём день. – Точно нужно в гробу спать? – дрогнул Луи. – Он надёжно защищает от солнца, – пояснил Лестат. – Ты вампир. Не воспринимай гроб, как воспринимают люди. Отныне он – твоя кровать. – Жутковато, – обронил Луи. – Не бойся, – погладил его по волосам Лестат. – Я буду спать рядом. – Что? – глаза Луи округлились. – Ещё ты рядом будешь?! – Разумеется, – кивнул Лестат. – Гроб один! Не смущайся. Я не намерен приставать. Наверное… Луи кашлянул, выражая негодование. Однако в глазах его промелькнуло плохо скрываемое желание. Лестат потянул за край ленты, стягивающей волосы, и они золотыми прядями рассыпались по плечам. После Лестат выпрямился и взмахнул длинными ногами. Туфли слетели, стукнувшись о пол. Лестат потянулся, разминая мышцы, и принялся расстёгивать золотые пуговицы камзола. – Ч-что ты делаешь? – смутился Луи. – Раздеваюсь, – с ледяным спокойствием объяснил Лестат. – И тебе советую. Спать в камзоле не удобно. Луи открыл рот, не в силах произнести ни слова. Лестат одарил его нахальной улыбкой и сбросил камзол. Затем Лестат начал неторопливо стягивать рубашку, обнажая крепкую грудь. Луи затаил дыхание. Лестат подмигнул ему, и рубашка полетела на пол вслед за камзолом. Полуобнажённый Лестат напоминал греческого бога, сошедшего с каменного барельефа. Широкие плечи плавно переходили в узкую, почти девичью талию. Грудь вздымалась, и мускулы перекатывались под кожей. Светлая дорожка волос проходила между рельефными мышцами пресса и скрывалась в поясе бридж. Луи тяжело сглотнул, ощутив в горле сухость. Ему смертельно захотелось пить, словно он был одиноким путником в пустыне Сахара. Лестат увидел состояние Луи и сделал шаг к нему. Губы Лестата коснулись губ Луи, наполняя его живительной силой любви. Луи застонал в поцелуй и переплёл свой язык с языком Лестата. Лестат притянул возлюбленного за талию, нежно погладил по спине и вдруг отстранился, хитро поблёскивая глазами. Руки Лестата нырнули под пояс бридж, и он снял их, оставшись в тонком нижнем белье. Расправив плечи, Лестат посмотрел Луи прямо в глаза и стянул с себя трусы. Луи увидел длинный член с аккуратной головкой, на которой поблёскивала капелька спермы. Толстый ствол обвивала сеть вен. Золотистые волоски завивались, чуть прикрывая пах. Лестат оскалился в шаловливой улыбке, позволяя рассмотреть себя. Луи что-то пробормотал и попятился, став пунцовым от ушей до пят. – Не смущайся, радость моя, – проворковал Лестат. – Мы уже занимались любовью. Неужели забыл? – Нет, – пробормотал Луи. – Как такое забыть? Но… Но тогда ты был повёрнут ко мне спиной. Я не видел твой… – Член, – продолжил за Луи Лестат. – Ну и как он тебе? Надеюсь, не разочаровал? Луи шумно вдохнул, не зная как передать восхищение. Лестат самодовольно улыбнулся: – Знал, что тебе понравится. Твоя очередь меня удивлять. Раздевайся, солнышко. В ту ночь я не всё успел рассмотреть. Луи дрожащими пальцами дотронулся до камзола и потянул верёвку вниз, обнажая чёрную рубашку. Лестат подпёр голову рукой, наслаждаясь зрелищем. Луи неловко переминался с ноги на ногу, избавляясь от одежды. По телу его бежали мурашки. Чёрные волосы прилипали к спине, становясь мокрыми от градинок пота. Наконец Луи снял нижнее бельё и предстал перед Лестатом абсолютно голым. Тело молодого вампира было красивым и сильным. Холод щипал соски, заставляя их затвердеть. Крепкая грудь вздымалась от волнения. Полоска чёрных волос уходила к члену, который налился кровью и жаждал Лестата. Лестат со свистом втянул воздух, жарким взглядом пройдясь по белому стройному телу. Луи смущённо опустил ресницы. Лестат прижал возлюбленного к груди и начал целовать. Жар окутал Луи, согревая изнутри. Он позабыл про стыд и принялся отвечать Лестату с той же страстью. Лестат открыл крышку гроба, не отвлекаясь от поцелуя, и увлёк возлюбленного на подушки цвета крови. Луи, не церемонясь, скользнул рукой вверх по бёдрам Лестата, касаясь его в самых запретных местах. Лестат застонал, не собираясь сдерживаться. Луи поцеловал его в шею. Затем провёл языком вдоль ключиц и обхватил губами чувствительный сосок. Лестат выгнулся, сжав в руке волосы Луи. Тот улыбнулся, наслаждаясь красотой возлюбленного, и устроился у него между ног. Желая доставить Лестату удовольствие, Луи коснулся его члена языком. Провёл вверх по длине и пустил глубоко в горло, помогая себе рукой. От необычных ощущений Луи едва не подавился. Но вскоре привык и принялся ласкать член языком, обводя каждую венку, позволяя члену скользить глубоко в горле. Лестат закатил глаза от наслаждения: — Мальчик вырос и стал мужчиной. Блаженство… Луи подул на головку члена, вызывая у Лестата волну мурашек. – О, дьявол! – простонал Лестат. – Мне повезло оказаться рядом с тобой, ангелочек. Ещё…  Не останавливайся! — Как прикажите, Принц Ночи, — произнёс Луи, сжав тонкими пальцами основание члена. Лестат охнул и провёл ногтями по спине Луи, оставляя глубокие царапины, помечая его, клеймя. Луи прикусил губу, не сводя взгляд с Лестата. Лестат развёл ноги, точно уличная шлюха, и заёрзал, давая понять, чего хочет. Луи поудобнее устроился в гробу и проник пальцем между ягодиц Лестата. Узкое колечко мышц сжалось, не привыкшее к вторжению. Луи принялся разрабатывать его, аккуратно раздвигая стеночки. Вскоре к первому пальцу присоединился второй. Лестат дёрнулся, ощутив как Луи дотронулся до чувствительного комочка мышц. Увидев реакцию любовника, Луи повторил своё действие, выбивая из Лестата всё новые стоны. Когда анус был достаточно растянут, Луи взял член в руку и толкнулся вперёд. Лестат изогнулся дугой, чувствуя как большой горячий ствол медленно заполняет его. Луи подождал, когда возлюбленный привыкнет, и принялся вбиваться в него с остервенением голодного хищника. Гроб заходил ходуном, ударяясь о стену. Глухой стук отразился в сводах подвала, переплетаясь со стонами и криками страсти. Крышка гроба упала, едва не расколовшись на части. Набивка сползла от резких толчков, пропитанная потом и спермой. До глубокой ночи Луи удовлетворял Лестата, вонзаясь в него и попадая аккурат по простате. Ощутив скорый финал, Лестат впился в губы возлюбленного поцелуем, и сперма вытекла из его члена, испачкав живот. От увиденной картины Луи кончил, глубоко толкнувшись в последний раз. Анус Лестата сжался, красный от трения и мокрый от спермы. Луи не сдержался и хлопнул рукой по упругой заднице Лестата. Тот охнул, устало пошевелив бёдрами. Луи сгрёб возлюбленного в охапку, и они повалились в гроб, взмыленные и довольные. Лестат лёг на грудь Луи, принявшись неторопливо выводить на узоры на его животе. Луи зевнул и укрыл попу любовника своим камзолом, согревая от царящего в подвале сквозняка. – Мне не может быть холодно, – лениво обронил Лестат. – Знаю, – кивнул Луи. – Но мой инстинкт требует защищать тебя даже от призрачной угрозы. – Мой герой, – промурлыкал Лестат. – У тебя шикарная задница, – не удержался от комплимента Луи, перебирая пальцами взмокшие золотые волосы. – У тебя тоже ничего, – хмыкнул Лестат. – А член такой… м-м… Лестат блаженно прикрыл глаза, вспоминая как член Луи скользил в его анусе, едва не пронзая насквозь. Луи вновь шлёпнул его по попе, наслаждаясь нежной кожей. Лестат поёрзал и сообщил, что не выдержит продолжения. Задница побаливает. Да и спать охота. Луи погладил возлюбленного по голове, благодаря за любовь, и закрыл глаза. Лестат задвинул крышку гроба, чтобы ничто не потревожило их. Засыпая, Луи опустил руку на попу Лестата и слегка сжал, как бы говоря: «Моя прелесть!» В объятьях друг друга вампиры прибыли в царство сна. Им было тепло и уютно. Тесный гроб казался королевской ложей. Лучи солнца обжигали землю, не смея проникнуть в подвал. Кошмары тоже не могли подступиться к бессмертным. Лестат позабыл образ создателя, бросившегося в огонь. А Луи не являлись жена и сын, покрытые кровью. Любовь исцеляла бессмертных, забирая боль и скорбь.