Нить времени

Лишь покинув заброшенный особняк и с жадностью вдохнув вечернюю прохладу, Гермиона осознала, насколько тяжелым и затхлым был воздух внутри дома. Казалось, за эти несколько часов ее легкие покрылись пылью изнутри. Голова гудела и ощутимо пульсировала в висках, поэтому перед возвращением домой она решила немного прогуляться, чтобы проветриться. Аппарировав к парку в конце улице, на которой жил Том, Грейнджер неспешным шагом двинулась по дорожке вдоль пруда, освещенной тусклым светом уличных фонарей. Мысли путались от усталости, но она не могла перестать мысленно перебирать домашнюю коллекцию Риддла. Гермиона пытаясь отыскать в памяти, есть ли там рукописи на незнакомых ей рунических языках, но, к своему разочарованию, не могла вспомнить ничего и приблизительно подобного. А ведь у нее даже не было уверенности, что во всем этом есть хоть какой-то скрытый смысл… Было вполне вероятно, что она просто надумала себе того, чего не было, приняв обычную бродячую кошку за магическое существо, которое хотело ей помочь. Но предчувствие... Выйдя к проезжей части, Гермиона удивленно вскинула голову, узнав голос, который не ожидала услышать. До крыльца квартиры оставались считанные метры, и даже в спустившихся на город сумерках она с легкостью узнала длинные рыжие волосы, которые будто горели, ловя отблески единственного фонаря. Юфимия стояла рядом с Томом, ее рука лежала на его плече. Судя по тональности голоса, она была расстроена, но ошеломленная неожиданной встречей Грейнджер не могла разобрать слов, а лишь отупело стояла на месте, пока разум не пронзила одна единственная мысль. Юфимия не должна была ее увидеть. Закусив губу, Гермиона обернулась, подумывая пойти назад, но, с другой стороны, ей хотелось услышать, о чем они говорили. Поэтому, убедившись, что никто не видит, она обратилась в кошку и, медленно отступив в тень, прижалась к каменной стене дома. Навострив уши, она замерла. — Почему ты не предупредил, что так надолго уедешь? — Юфимия, мы уже говорили об этом. Не устраивай сцен. — Это просто вопрос, Том. Неужели мне нельзя знать даже этого? Риддл на мгновение замолчал, будто обдумывая что-то, а затем, подняв руку, провел тыльной стороной ладони по щеке девушки. Гермиона сглотнула, удивляясь, насколько ей стало не по себе от интимности этого жеста. Сложно было признавать, но ей не хотелось, чтобы он прикасался к ней так. Вообще не хотелось видеть их рядом друг с другом. Разумом она понимала, что не должна этого чувствовать. Но внутри все будто скручивалось в тугой узел от одной мысли о них вместе. Перед глазами вновь вспыхнула недавняя сцена, когда она видела их наедине в последний раз. Поморщившись, Гермиона на мгновение прикрыла веки, возвращая себе самообладание. — Ты сама согласилась на такой тип отношений. Если они перестали тебе подходить, возможно, нам стоит это обсудить. Заметно вздрогнув, Юфимия опустила взгляд и принялась нерво теребить пальцами край мантии. — Я не… не знаю, Том. Я просто… устала постоянно… — остальная часть ее слов растворилась в тишине ночи, когда Гермиона, бросив быстрый взгляд на Риддла, увидела, что тот смотрит прямо на нее. Непроизвольно отшатнувшись, она судорожно вздохнула и вытаращилась на него. А Риддл… …улыбнулся. Улыбнулся! — Что-то не так, Том? — обеспокоенно спросила Юфимия, заметив его взгляд, и тоже повернулась. Гермионе стало еще более неловко. Она не могла оторвать взгляд от его лица, пытаясь понять, что творится в его голове. Но и так понимала… не было никаких шансов, что Риддл не понял, зачем она здесь сидела. — Моя кошка вернулась домой, — небрежно ответил Том и похлопал ладонью по своему бедру, будто… подзывая ее? Проследив за этим движением, Гермиона недоуменно нахмурилась. Ей понадобилось несколько долгих секунд, чтобы понять, что именно это он и сделал. А когда сознание прояснилось, задрожала. Ни то от возмущения, ни то от стыда. — Не может же он думать, что я стану выполнять его команды как дрессированная мартышка?! Но, видно, так Риддл и думал. Понаблюдав за ее бездействием, он выжидающе склонил голову вбок и уже более резким движением повторил жест, продолжая неотрывно сверлить ее взглядом. Юфимия, казалось, не заметив ничего подозрительного, перевела глаза с Тома на нее и обратно. — Ты действительно завел кошку, — произнесла она с легким удивлением в голосе. Риддл едва заметно кивнул, не отвечая на ее вопрос. Он продолжал следить за реакцией Гермионы. — До сих пор не могу поверить. Думала, если у тебя и появится питомец, то это будет змея. Грейнджер невольно фыркнула. Махнув пушистым хвостом, она упрямо сжала челюсти, раздумывая, как лучше выйти из ситуации. Она понимала, что если останется на месте или уйдет, то будет чувствовать себя еще более глупо. С другой стороны, если просто пройти мимо и войти в квартиру, то ей, возможно, удастся сохранить остатки достоинства. Взяв себя в руки, Гермиона медленно, с нарочитой ленью, как это обычно делал Живоглот, зашагала в сторону крыльца, всем своим видом будто говоря, что это было ее решением. Подойдя к Риддлу, она из вредности провела по его брюкам хвостом, оставляя на ткани след из белой шерсти. И стараясь казаться как можно более непринужденной, устремилась ко входной двери, чтобы поскорее закончить этот спектакль и оставить этих двоих разбираться со своей драмой. Но у Тома были другие планы… Когда ее лапы оторвались от земли, Гермиона успела лишь истерично визгнуть, а уже в следующий миг оказалась прижата в чужой груди. Подхватив ее и удобно устроив на своих руках, Риддл нежным движением провел ладонью по ее спине, зарываясь пальцами в шерсть, как это часто бывало раньше, когда он еще не знал, что она человек. — Встретимся в эти выходные? — неожиданно мягко произнес Том, почесывая ее за ушком. Грейнджер стиснула зубы. — Ну конечно, продолжение пьесы, — мысленно пробурчала она и, переведя хмурый взгляд на Юфимию, заметила, как та на мгновение растерялась, видно, удивившись от резкой смены тона разговора. Но затем лучезарно улыбнулась. — Конечно, Том, — воскликнула она и бросилась ему на шею, едва не раздавив кошку. Отрывисто хрипнув, Гермиона ошалело замахала лапами, стараясь податься вперед и вдохнуть хоть немного воздуха, но ее крепко зажало в этих удушающих объятиях. — Я пришлю тебе сову позже, — прошептал Том в ответ, никак не отреагировав на действия Грейнджер, пока та, высунув язык, цеплялась когтями за рукав его мантии. — Буду ждать, — едва слышно выдохнула Юфимия. Поймав опору задними лапами, Грейнджер оттолкнулась от предплечья Риддла и наконец смогла вздохнуть полной грудью, когда до ее ушей донеслись влажные звуки поцелуя. — За что мне это! — прошипела про себя Гермиона, прижав уши, и сильнее впилась в плечо Риддла, но с сожалением отметила, что тот даже не дернулся. Мгновения шли, а ей оставалось лишь сердито сопеть и рисовать в воображении, как она исполосует одну бесстыдную физиономию. — Уже поздно, мне пора, — послышался голос Юфимии, когда они оторвались друг от друга. К огромному облегчению Гермионы. Наконец оказавшись в квартире, она не смогла выдержать и секунды на чужих руках. Пробуксовывав задними лапами по предплечью Риддла, она спрыгнула на пол и сразу же вернулась в человеческий облик, чувствуя себя неимоверно раздражённой и совершенно измотанной. Вечер оказался куда более напряженным, чем она ожидала. До ушей донеслось тихое болезненное шипение, и Гермиона обернулась. — Малышка, будь аккуратней со своими коготками, — произнес Том с усмешкой. В его глазах буквально плясали чертята. От его взгляда Грейнджер вспыхнула еще сильнее. — Что это сейчас было? — выпалила она, скрестив руки на груди и уставившись на него глазами, полными гнева. Но Тома совсем не впечатлила ее интонация. Подняв свою руку, он принялся рассматривать разодранную кожу с совершенно невозмутимым выражением лица. — Юфимия. Вы ведь уже виделись, насколько мне помнится. — Я знаю, кто она! — огрызнулась Гермиона, но на мгновение замешкалась, заметив тусклое золотистое свечение, вспыхнувшее вдоль царапин. Наблюдая за тем, как сияние становилось все ярче, она закончила фразу уже слегка ошеломленный тоном. — Я спрашиваю, что ты устроил? Прямо на ее глазах кровавые полосы бесследно исчезли с его бледной кожи. Он залечил их, даже не достав палочку. — Я договорился о встрече с девушкой. Мне нужно объяснять тебе, как они проходят? — ответил Том, выверенным движением одергивая рукав обратно к запястью, и перевел взгляд на нее. — Или тоже хочешь поучаствовать? С трудом оторвавшись от скрывшейся под тканью кожи, Гермиона проморгалась, вникая в последнюю прозвучавшую фразу, и когда до нее дошел смысл, в недоумении приоткрыла рот, чувствуя, как краснеют щеки. — Что ты… — пискнула она, от растерянности не находя слов для ответа. — Ты… ты прекрасно знаешь, что я имела в виду. Зачем понадобилось разыгрывать этот спектакль? Том иронично приподнял бровь, всем своим видом демонстрируя показное непонимание. — Тебе ведь было интересно, о чем мы говорили. Я лишь обеспечил более удобную позицию для подслушивания, — небрежно бросил он, на что Грейнджер возмущенно сжала кулаки, но прикусила язык. Возразить было нечего. Он был прав, и, отрицая, она только сильнее закопала бы себя. Риддл тем временем обошел стол и, остановившись прямо перед ней, наклонился так, что их лица оказались совсем близко. Его глаза странно горели, и все раздражение от произошедшего в один миг испарилось под тяжестью этого взгляда. — И если с этим разобрались, то у меня для тебя новое задание, — произнес он, и в его голосе не осталось и следа прежних намеков на игривость, — Ты что-нибудь знаешь об Альфарде Блэке? Слегка опешив от такого поворота, Гермиона нахмурилась. В голове всплыли обрывки недавнего видения, связанного с этим человеком. — Я слышала о семье. Древний чистокровный род. Потомственные члены Визенгамота, — произнесла она, осторожно подбирая слова и демонстрируя лишь лёгкую степень осведомленности. — Верно, но куда важнее, что сейчас Альфард Блэк работает заместителем руководителя Отдела Международного сотрудничества, — медленно произнес Риддл. — Завтра он вернется из Франции, и мне в течение недели нужны копии протоколов, которые Блэк привезет с переговоров. Гермиона на мгновение замерла, пытаясь осмыслить услышанное. Она знала, что он не шутит и спорить было бесполезно, но все равно не могла поверить, что он действительно готов подвергнуть ее такой опасности. Одно дела украсть побрякушки из частного дома, а совсем другое — политические документы. Сглотнула. — Что в этих бумагах? — спросила она, не отводя взгляда, чтобы никак не выказать своих переживаний. Ей хотелось узнать хотя бы какие-то подробности. — Не задавай лишних вопросов, — выпрямившись, Том отступил на шаг и положил на стол папку с документами. — Здесь личное дело Блэка, чтобы тебе было легче вступить с ним в контакт. Документацию такого уровня он обычно хранит у себя дома, но проверить кабинет в Министерстве тоже не помешает. — Дома? — удивленно переспросила Гермиона. — И как я должна попасть к нему домой? — Уверен, тебе не составит это труда, — усмехнулся Риддл, скользнув взглядом по ее фигуре, и от намека в его тоне она непроизвольно скривилась. — Если он изменит чары под тебя, то позже ты сможешь проникнуть сквозь них незамеченной в своей анимагической форме. Договорив, Том отвернулся и прошел к шкафу. — Откуда ты это знаешь? — Проводил опыты, — как ни в чем не бывало отозвался он, стягивая с себя зимнюю мантию. — Как стандартные, так и расширенные защитные чары реагировали разной степенью импульсов на любую попытку проникновения в зависимости от размера существа. Но если чары были настроены пропускать анимага в человеческой форме, то они переставали сообщать о преодолении купола, когда тот проходил его в теле животного. Животная форма становилась для них будто невидимой. Думаю, они как-то фиксируются в размере объекта. Наблюдая, как Риддл перемещался по кухне, раскладывая продукты для ужина, Гермиона молча слушала его, чувствуя, как в груди нарастает раздражение. Он говорил так, будто речь шла не о живом человеке, а лишь об инструменте, который можно использовать по своему усмотрению. — Это был Амброуз? — сорвалось с языка быстрее, чем она успела себя остановить. Слишком много времени она думала о том, что их связывало. — Как давно вы знакомы? Обернувшись к ней, Риддл вопросительно вздернул бровь. — Прежде ты не была столь любопытна, — прокомментировал он и, подхватив нож, принялся за нарезку мяса. Гермиона поджала губы, начиная злиться. Он обещал ей правду, а теперь уклонялся от прямых ответов. — Ты говорил, что будешь более откровенен со мной, если я хорошо справлюсь с первым заданием, — тихо сказала она, стараясь сохранять спокойствие в голосе. — А я до сих пор даже не знаю, во что ввязалась. Помедлив несколько мгновений, Риддл отложил нож и повернулся к ней всем корпусом. Прищурился. Грейнджер не дрогнула. Он должен был начать доверять ей. Она сделала для этого достаточно. Именно об этом она думала, смело встречая его взгляд, и спустя несколько секунд уголки его губ дрогнули, а в глазах промелькнуло нечто похожее на признание. — Хорошо, — произнес он медленно и отчетливо. — Ты получишь ответы на свои вопросы в ближайшие дни. А пока займись досье Блэка. У тебя мало времени.

***

Гермиона вдохнула полной грудью, вбирая в себя пропитанный солью воздух. Морской бриз ласкал ее лицо, скользя по разгоряченной солнцем коже подобно прохладному шелку, и мягко перебирал пряди волос. Запрокинув голову, она посмотрела вдаль, на горизонт, где пылающее солнце неторопливо погружалось в объятия морской бездны. И залюбовалась коралловым небом, словно кистью художника расписанным золотыми мазками облаков. Сквозь гул прибоя доносились резкие крики чаек, взгромоздившихся на перила старого деревянного пирса. Переливаясь оттенками сапфира, теплые волны лениво накатывали на берег, ласково гладя ее босые ступни и стирая следы, оставленные на мягком песке. Том шел рядом с ней, нежно сжимая ее ладонь в своей. Их плечи едва соприкасались при движении. Она повернула голову, скользнула взглядом по его профилю, очерченным мягким светом заходящего солнца. В мягком предзакатном сумрака черты его бледного лица казались еще более резкими, завораживая своей скульптурной красотой. Глаза были прикованы к горизонту, и в глубине черных зрачков играли золотистые блики, отражающие последние лучи солнца. Почувствовав ее внимание, Том остановился и повернулся к ней. Гермиона поежилась от внезапно сильного порыва ветра. — Замерзла? — тихо произнес он, проведя горячими ладонями по ее плечам и вызывая мурашки на коже. Его губы тронула едва заметная улыбка. Она отрицательно качнула головой и, подавшись вперед, уткнулась носом в его ключицу. Вдохнула такой знакомый и любимый терпкий аромат, смешавшийся с запахом моря. Обхватив ее талию, Том притянул ее еще ближе к себе, окутывая теплом своего тела. Она почувствовала, как он прижался щекой к волосам. Гермиона снова посмотрела на море, любуясь великолепием заката. Солнце почти скрылось за горизонтом, и на стремительно темнеющем небе засверкали первые звезды. — Как хорошо, что ты уговорил меня провести здесь выходные, — прошептала она, прикрывая глаза. Шум волн убаюкивал, прогоняя напряжение последних дней. Нервная усталость отступала, словно растворяясь в тишине и умиротворении, царящего вокруг. Она буквально физически ощущала, как ее душа наполнялась покоем и безмятежностью. — Рад, что тебе нравится, — прошептал он в ответ, нежно поглаживая ее спину. Между ними вновь повисла тишина, нарушаемая лишь плеском волн и размеренным стуком его сердца под ее ладонью. В такие редкие моменты их близости ей казалось, что времени не существует.

***

Очередное утро в Министерстве началось с очереди за двойным эспрессо в местном кафетерии и последних сплетен. На этот раз под лупой оказалась личная жизнь заместителя министра, который по совместительству являлся самым завидным холостяком Волшебной Британии. По крайней мере, если верить словам мисс Дороти Браун, которая, по счастливой для Гермионы случайности, являлась секретарем того самого заместителя руководителя Отдела Международного сотрудничества. Должность эта, вероятно, была очень завидной. И Гермиона сделала этот вывод отнюдь не из-за длины названия. Все благодаря невероятно звонкому голосу упомянутой мисс, которая, очевидно, ужасно гордилась этим местом, если учитывать, с каким воодушевлением она рассказывала о своих невероятно важных обязанностях на каждом углу. Даже Грейнджер, которая провела в стенах Министерства считанные дни, была прекрасно осведомлена о всех последних новостях другого департамента, хотя слушала их даже не по своей воле. За исключением последних двух дней… Заполучив свою чашку кофе, Гермиона на ходу сделала глоток и, слегка поморщившись от горечи, присела за столик. Собирать информацию об Альфарде Блэке оказалось на удивление просто. Подумать только, сколько интересного можно узнать из обычных сплетен. Нужно было лишь почаще спускаться в кафетерий и бродить по коридорам. Благо, свободного времени у Грейнджер было предостаточно. Иногда ей казалось, что после собеседования ее непосредственный руководитель забыл о ее существовании, или просто старался лишний раз не вспоминать, что его вынудили принять на должность невыразимца женщину. Ей доставались лишь незначительные поручения, которые она с легкостью выполняла за пару часов, а остальную часть дня была предоставлена самой себе. И как бы ее не возмущали эти сексистские взгляды, Гермионе пока было некогда с этим разбираться. В ожидании, когда Дороти закончит перемывать кости замминистру, она бесцельно блуждала взглядом по людям вокруг. Но внутренне Грейнджер была полностью сосредоточена на блондинке у витрины с пирожными. И спустя еще пару томительных минут мисс Браун наконец соизволила перейти к полезной информации. — Мистер Блэк привез мне из Парижа столько подарков, — услышав заветное имя, Гермиона поднялась со своего места и, притворившись, что тоже увлечена выбором десерта, старалась не упускать ни слова. — Он второй день в прекрасном настроении. Я слышала, что переговоры прошли на редкость успешно. Возможно, ему снова придется отправиться во Францию, и на этот раз он пообещал, что возьмет меня с собой, — практически пропела Дороти. — Сказал, что так ко мне привык, что всю командировку чувствовала себя как без рук. И вообще, он такой галантный! Представляешь, утром помог мне донести коробки с документами до его кабинета. Едва не подавившись кофе, Гермиона раздраженно закатила глаза. У нее уже начинало складываться ощущение, что в этом времени женщины устраивались в Министерство, только чтобы подыскать себе мужа. — Кстати, сегодня планируется какой-то важный ужин, — продолжала щебетать Дороти. — Мы проведем весь вечер в лучшем ресторане Лондона. Он уже разрешил мне отправиться домой на пару часов пораньше, чтобы я успела подготовиться должным образом. Как приятно, когда мужчина понимает, сколько времени нужно женщине, чтобы выглядеть неотразимо. Это уже интересно. — Мне осталось подготовить какие-то документы, хотя я уверена, эти бумажки даже не понадобятся. Когда они увидят меня в том пурпурном платье, им уже будет не до этой скучной работы. Гермиона невольно усмехнулась. Кажется, план начинал вырисовываться сам собой. Пока Дороти будет наносить на лицо еще один слой штукатурки, она сможет притворяться ею, выпив оборотное зелье, и получить полный доступ в кабинет ее начальника без риска быть пойманной за взламыванием защитных чар. Оставалось придумать, как вынудить Блэка покинуть кабинет.