Нить времени

Несколько часов прошли в напряженном ожидании. Вернувшись из кафетерия, Гермиона закрылась в своем кабинете и, отправив Риддлу сообщение, что ей нужна помощь, решила потратить время на расшифровку книги, найденной в заброшенном доме. Но вместо этого то и дело теряла концентрацию, непроизвольно бросая взгляд на часы. В очередной раз отметив направление стрелок, она нервно закусила нижнюю губу и снова попыталась сосредоточиться на рунических словарях, которые взяла в министерском архиве, но уже спустя несколько минут отбросила очередной том. Все выбранные книги оказались совершенно бесполезны. Руны смешивались с совершенно непонятными символами, но даже если брать в расчет только известные знаки, она не могла извлечь из написанного никакого смысла. Слова даже из одного абзаца настолько не вязались по смыслу, что складывалось ощущение, будто это вовсе не руны, а просто другой язык со знаками схожего начертания. А любое соответствие было лишь совпадением. Грейнджер оставалось лишь задаваться вопросом, насколько древним он был, что стал основой для рунической письменности, и сохранилась ли хотя бы одна рукопись, написанная на этом языке. Не говоря об источниках толкования… Устало откинувшись в кресле, Гермиона прикрыла глаза и несколько раз мягко стукнулась затылком о спинку, будто это могло помочь заставить ее мозг работать лучше. Но спустя несколько толчков озарения так и не наступило. Если только… Тяжело вздохнув, Гермиона провела ладонью по лицу и уставилась в потолок. Она уже размышляла об этом. Даже попыталась обдумать план, который и по ее не скромным меркам казался безумным. Но идея проникнуть в секретные архивы Министерства не оставляла ее с момента прибытия в прошлое. Грейнджер прекрасно понимала, что если где-то и были ответы на ее вопросы о всем происходящем, то лишь там. Вот только чары, защищающие это место, было невозможно взломать или обойти, а доступ такого уровня выдавался невероятно ограниченному кругу лиц. Лишь главам и заместителям определенных отделов, а также членам кабинета министра. Эти люди были самыми высокопоставленными и могущественными волшебникам Магической Британии. И чтобы совершить задуманное, ей нужно было выкрасть палочку одного из них прямо в стенах Министерстве. Вырубить ее владельца хотя бы на час и так, чтобы никто не заметил его пропажи. А затем скорректировать его память, внедрив ложные воспоминания о посещении архива, поскольку любые подобные передвижения фиксировались аврорами. Что бы она не пыталась придумать, это было единственным вариантом. И Риддл, сам того не зная, отправил ее следить за человеком, который, как оказалось, был одним из тех немногих, кто имел доступ к архивам. Именно узнав об этом, она уже не могла перестать думать о том, как ей сблизиться с Альфардом Блэком. А видение, в котором Том, будучи ее мужем, бурно среагировал на ее взаимодействие с этим мужчиной на балу через несколько лет от этого момента, только усиливало ее уверенность, что она каким-то образом воплотит свои планы. Но как именно? И чем все это обернется? Ритмично постукивая ногтями по столу, Грейнджер в очередной раз посмотрела на часы, а затем перевела взгляд на золотистый волос, лежащий на краю стола, который ей удалось незаметно стащить с рукава Дороти. До предполагаемого ухода девушки оставались считанные минуты, а от Риддла так и не пришло никакого сообщения. Но только она успела об этом подумать, как дверь в кабинет распахнулась, и перед ней предстал Абраксас. Гермиона удивленно моргнула. — Надеюсь, это что-то действительно важное, раз Том сорвал меня с чаепития с невестой, — проворчал блондин в типичной малфоевской тональности, от которой она до сих пор иногда слегка напрягалась, подсознательно ожидая услышать нечто неприятное в свой адрес. — Ее мать будет припоминать мне мой уход по меньшей мере до дня свадьбы. Поняв, что Абраксас оказался здесь с подачи Риддла, Гермиона немного расслабилась. Видно разговор о доверии не прошел даром, и он задумался о том, чтобы начать вводить ее в круг своих приспешников. — Не прибедняйся, Малфой. Уверена, она слишком счастлива просто фактом объединения ваших родов, чтобы выказать хотя бы каплю недовольства, — ухмыльнулась Грейнджер, наблюдая, как мужчина, с легким отвращением оглядев потертое кресло для посетителей, трансфигурировал его в нечто больше похожее на трон. Она едва сдержала порыв закатить глаза. Брезгливость у Малфоев точно была в генах. — Если бы, — фыркнул Абраксас, величественно откинувшись на спинку, отделанную королевским синим бархатом, и, вынув из кармана изящный пузырек из темного стекла, поставила его перед ней. Выражение его лица резко посерьезнело. — Зачем тебе оборотное зелье? — Я думала, придет Том, — сказала она, чтобы проверить, насколько Малфой осведомлен о том, что ей было поручено сделать. — Он никак не связан с Министерством. Уже его приход вызовет вопросы, а учитывая подозрительность Блэка, есть вероятность все испортить. Так как ты планируешь пробраться в его кабинет, Гермиона? Задумчиво подняв флакон, она откупорила его и принюхалась к содержимому. Зелье пахло идеально. — Я стану Дороти Браун. Секретаршей Блэка, — ответила она. — У него сегодня деловой ужин, и он отпустил ее пораньше, чтобы переодеться. Я вернусь в приемную и скажу, что забыла отсортировать вечернюю почту. А тебе нужно выманить Блэка из кабинета хотя бы на двадцать минут, чтобы я успела сделать копии всех документов, которые будут в свободном доступе. Думаю, можно подделать служебную записку из отдела транспорта с требованием немедленно явиться по вопросу заказанного портключа. Насколько я знаю, у тебя там есть свой человек, — ухмыльнувшись уголком губ, мужчина утвердительно кивнул. — Учитывая вечернее столпотворение, у него это займет достаточно времени. Останется лишь проследить, чтобы Блэк не вернулся раньше. И в случае чего, вмешаться. Склонив голову к плечу, Малфой слегка прищурился. — Насколько я знаю, Блэк очень осторожен и всегда запирает кабинет, когда покидает его. Ты уверена, что разумно пытаться взломать чары посреди рабочего дня. — Он не накладывает полную защиту, если Браун остается в приемной. Лишь пару базовых заклинаний. — Ты сделала этот вывод, проследив за ним всего пару дней? Это могло быть единичным случаем из-за спешки. — Не совсем… я… — заговорила Гермиона и, на пару мгновений закусив губу, попыталась подобрать слова помягче, но быстро поняла, что преподнести эту информацию иначе не получится, — подкараулила Браун в дамской комнате и… изучила некоторые ее… воспоминания. Абраксас изогнул бровь, в его глазах мелькнуло удивление, быстро сменившееся весельем. — Не ожидал от тебя таких… радикальных методов. Значит, у тебя есть способности к магии разума, — произнес он, едва заметно кивнув своим мыслям. — Теперь я понимаю, почему Том так в тебе заинтересован. Грейнджер по-совиному моргнула. — Заинтересован? — недоуменно переспросила она, на что Малфой снисходительно дернул бровями, будто спрашивая, что именно ей непонятно. — Думаешь, у меня нет более важных дел, как носиться с одним из министерских стажеров и обеспечивать его нужными связями? Удивленно приоткрыв рот, Гермиона обвела взглядом кабинет. Теперь все стало очевидно. Риддл не просто согласился помочь ей с работой, а планировал воспользоваться ее собственным условием, чтобы незаметно сделать одной из своих министерских пешек. И не заметила этого, даже зная, какой он человек… Идеальная манипуляция. Но сейчас было не до этого. Тряхнув головой, Гермиона отмахнулась от этих мыслей. В конце концов, она сама этого добивалась и должна была радоваться, что будущий Темный Лорд счел ее настолько полезной, чтобы тратить на нее свои время и ресурсы. — Нам пора идти, — бросила она, поднимаясь со своего места, — Я проверю, ушла ли уже Браун, и начнем. — Главное, не заваривай Блэку слишком крепкий кофе. Он и так в последнее время больно активный, — ехидно бросил Абраксас напоследок.

***

— Дороти? — донесся до нее озадаченный мужской голос, который она до сих пор ни разу не слышала, но точно знала, кому он принадлежит. — Почему вы до сих пор здесь? Подняв взгляд от разложенных в стопки конвертов, Гермиона встретилась с выжидательным взглядом темных глаз. Альфард был высок и худощав. На нем был темный шерстяной костюм, сшитый явно на заказ, который невероятно выгодно подчеркивал его фигуру. Волосы угольного цвета были аккуратно уложены, а тонкие черты лица выдавали в нем представителя английской аристократии. Теперь стало очевидно, почему Браун была так увлечена своим начальником. Стараясь повторить подмеченные у блондинки жесты, Грейнджер растянула чужие губы в широкой улыбке и, как она надеялась, обворожительно завела за ухо прядь светлых и непривычно прямых волос. — Я совсем забыла про вечернюю почту, мистер Блэк, — пролепетала она, стараясь сымитировать волнение в голосе, и на мгновение смущенно отвела глаза. — Сейчас все закончу и пойду. Осталось немного. Альфард нахмурился и внимательно прошелся взглядом по ее лицу, будто был чем-то озадачен. Гермиона так и замерла на месте все с той же глуповатой улыбкой на лице, судорожно пытаясь понять его реакцию. Она где-то промахнулась? Сказала что-то не то? Недостаточно точно трансфигурировала свою одежду, подражая сегодняшнему наряду Браун? И когда молчание затянулось на еще одну лишнюю секунду, начала чувствовать приближающуюся панику. — Рад вашему сегодняшнему энтузиазму к работе, — наконец произнес Блэк. — Не ожидал, что однажды стану его свидетелем. Грейнджер понадобилось несколько мгновений, чтобы воспринять смысл его слов. Тихо выдохнула, осознав, что просто слегка переборщила с усердием. Нужно было сказать, что потеряла косметичку… — Ну что вы, мистер Блэк, — промурлыкала Гермиона, кокетливо взмахнув ресницами. Она очень надеялась, что выглядела как идиотка в меру. — Работа для меня всегда на первом месте. Блэк лишь слегка дернул бровями, но продолжать тему не стал. — Мне нужно ненадолго отлучиться. Какие-то проблемы с портключом. Вы будете здесь? Ответив, что останется в приемной до его возвращения, Грейнджер проследила, как Альфард наложил на свой кабинет то же простенькое заклинание, что и в воспоминаниях Дороти, а затем скрылся за дверью. На случай, если ему взбредет в голову вернуться, она решила подождать пару минут, за которые он должен был дойти до лифта и попасть в поле зрения Малфоя. И когда ее опасения не оправдались, выскочила из-за стола прямиком к двери. Та быстро поддалась и, глубоко вздохнув, Гермиона вошла. Гул министерских коридоров остался позади, едва слышимый, словно далёкое эхо.

***

Снова оказаться в поместье Малфоев было странно. Элегантные черно-белые мраморные полы. Высокие потолки с массивной вычурной лепниной. Спускающиеся каскадом хрустальные люстры, отражающие теплый свет свечей. Обнаженной кожи рук коснулась легкая прохлада. Все вокруг ощущалось смутно знакомым, но в то же время совершенно другим. Стены этого дома еще не были пропитаны страхом и смертью, что поселятся здесь, в тенях, спустя несколько десятилетий. Он был живым. На ее вкус, чрезмерно холодным и помпезным… но живым. У неё не было никаких вариантов, почему Том сказал ей прийти сюда. Обшарив кабинет Блэка и собрав все документы, до которых она смогла добраться, Гермиона отдала все копии Малфою, а сама вернулась домой, планируя провести вечер за книгой. Но неожиданно обнаружила на кухонном столе черную коробку, перевязанную широкой атласной лентой того же цвета. На их фоне особенно ярко выделялась белая карточка из плотной бумаги. Подойдя ближе, Грейнджер с полу взгляда узнала острый почерк Тома. Записка гласила, что она приглашена на ужин в поместье Малфоев и что камин откроется для нее ровно в семь вечера, а все необходимое она найдет в коробке. Каково же было ее удивление, когда, развязав элегантный бант и убрав крышку в сторону, она увидела перед собой лиф черного платья бюстье. Пару раз ошарашенно моргнув, Гермиона подняла ладонь и аккуратно провела кончиками пальцев по ткани. Она была плотной и слегка прохладной, а темный цвет завораживал своей глубиной. Казалось, ткань была создана из самого мрака. Под лифом обнаружилась длинная пышная юбка, которая доходила ей практически до щиколоток. Она была сложена с невероятной тщательностью и нисколько не помялась. Когда Гермиона извлекла платье целиком, перед ней предстало творение, достойное высокой моды середины века. До сих пор она видела подобные наряды лишь в старых фильмах. Простое, но элегантное, оно обещало идеально облегать ее стан, подчеркивая утонченность талии и ширину бедер. К платью прилагались туфли на высокой тонкой шпильке и маленький клатч. Гермиона почувствовала себя одновременно заинтригованной и настороженной. Но отказать себе надеть это великолепие просто не могла. Уже и не помнила, когда ей в последний раз выпадала возможность почувствовать себя красивой. Но теперь, слыша стук собственных каблуков по мрамору, она ощущала себя марионеткой в чужой игре. Вновь вспомнив слова Малфоя о ее должности в Министерстве, она мысленно упрекнула себя за глупость. Как она, прекрасно осведомленная о методах этого человека, могла не заметить, как искусно он ее провел. Как же тогда Том Риддл играл с людьми, которые даже не подозревали о его сущности? Сколько подобных пешек уже сидело на постах и сколько их будет спустя годы, готовых выполнять его прихоти? Все были так удивлены, когда после блестящего окончания Хогвартса, Риддл устроился обычным продавцом, но никто не знал, что уже тогда он плел свою сеть, незаметно внедряя в правительство ничем не примечательных людей, которые с виду никак не были с ним связаны. Гермиона насмешливо фыркнула, вспомнив очередное видение, что посетило ее в одну из недавно прошедших ночей. Морской берег. Закат. И двое влюбленных в объятиях друг друга. Это больше походило на кадры из романтической драмы, нежели ее возможную реальность с этим человеком. А значит, и все остальные сны могли быть не более, чем бредом. Побочным эффектом от преодоления десятков лет, которые уже должны были стать лишь историей. Гермиона совершенно не могла представить ситуации, в которой она бы вызвала романтичный интерес в Томе Риддле. Несмотря на недвусмысленные взгляды, когда он заставал ее в полуголом виде, он не выказывал никаких признаков, что вообще рассматривал ее как женщину. Хороший актив? Да Вложение на будущее? Теперь она ясно видела, что план был именно таким. Но хотелось ли ей другого? Грейнджер не собиралась лгать самой себе, что с ней что-то происходило. Она ревновала. Это было очевидно. Ревновала Риддла. До его возвращения Гермиона даже не осознавала, насколько видения об их совместной жизни повлияли на ее восприятие. Но когда увидела его с Юфимией, ей стало очевидно, что те чувства привязанности, которые она испытывала во сне, стали ощущаться также и наяву. Следуя за домовиком, который встретил ее у камина, Гермиона остановилась перед огромными дверьми, по-видимому, ведущими в столовую. В ушах продолжали гулким эхом отдаваться собственные шаги. Тряхнула головой в попытке избавиться от лишних мыслей и глубоко вздохнула, чтобы унять дрожь, пробежавшую по телу. Она не знала, что ее ждет за этими дверями, но была уверена, что это очередная часть тщательно спланированной игры, и ей нужно было быть начеку. Двери распахнулись, и перед ней предстала картина, словно сошедшая со страниц истории об эпохе Просвещения. В центре роскошной комнаты, освещенной люстрами с десятками свечей, стоял обеденный стол по меньшей мере на дюжину персон с массивными резными стульями вокруг. Абраксас, с которым она только недавно рассталась, сидел во главе, потягивая из бокала вино. По правую руку от него сидел Том. Под стать ей, оба были одеты в безупречно сшитые черные мантии, которые бы больше подошли для приема, чем обычного домашнего ужина. Стоило ей показаться в дверях, как они затихли и обратили к ней безэмоциональные взоры. Отчего-то ей стало безумно любопытно увидеть реакцию Риддл на ее внешний вид, но, посмотрев на него, она увидела совершенное равнодушие. Том глянул на нее лишь мельком, и вновь отвернулся. Даже Абраксас выглядел куда более заинтересованным. Ей стало тоскливо. Невольно поджав губы, Грейнджер, впрочем, быстро вернула себе контроль над собственным лицом и, вздернув подбородок, прошла в столовую, стараясь двигаться грациозно. Она не могла позволить никому увидеть своего внезапного смятения. Что вообще на нее нашло? — Добрый вечер, Гермиона, — поднялся ей навстречу Малфой и, поцеловав тыльную сторону ее ладони, помог занять ей свободное место за столом. — Ты выглядишь восхитительно. Это платье тебе к лицу. Гермиона улыбнулась в ответ. Ей было приятно услышать комплимент, пусть даже и от человека, который с легкостью втоптал бы ее в грязь, узнай правду о ней. Место оказалось прямо напротив Тома, что не добавило ей уверенности. — Рад, что ты смогла прийти, Гермиона, — произнес он, и в его голосе не было и намека на теплоту или дружелюбие. Это было скорее констатация факта, чем искреннее приветствие. На мгновение ей показалось, в его глазах мелькнул отблеск интереса, но он был мимолетным. Возможно, она вообще его себе надумала. Гермиона слегка кивнула, стараясь сохранить невозмутимое выражение лица. — Благодарю за приглашение, Том. Платье великолепно, — она намеренно не стала добавлять слова благодарности в ответ на его поведение, хотя и понимала, что вела себя по-детски, но ничего не могла поделать со своей неожиданно вспыхнувшей обидой. За столом воцарилось едва заметное напряжение. Гермиона старалась вести себя непринужденно, поддерживая светскую беседу и отвечая на вопросы, но чувствовала себя не в своей тарелке. Несколько светских фраз о политике, немного о последних новостях из мира магии. Том в основном молчал, лишь изредка кивая в знак согласия или вставляя короткий комментарий. После смены блюд и вина, Абраксас откашлялся, привлекая внимание. — Итак, Гермиона, — начал он, — Том ввел меня в курс дел, и могу сказать, что сегодня я был впечатлен твоим подходом. Мы уже мельком просмотрели копии документов, которые ты достала. И хотя там нет протоколов переговоров, ты проделала отличную работу. Уверен, проблем с завершением этого дела не будет. — Я рада это слышать, — ответила она, стараясь не выдать волнения, которое усиливалось на протяжении всего ужина из-за тяжелого взгляда темных глаз напротив. Том продолжал молча наблюдать за ней, попивая вино. — Гермиона действительно весьма решительна. И уже продемонстрировала изрядный набор других своих качеств, — внезапно произнес Том, обращаюсь к Абраксасу, но не отрывая глаз от нее. Отставив бокал в сторону, он слегка склонил голову, будто размышляя. — Поэтому я и принял решение ввести ее в наш круг. Малфой резко дернул головой в его сторону. — Женщину? — вырвалось у него недоуменно. — Но я думал… Том утвердительно кивнул, прерывая его сбивчивую речь, и слегка приподнял уголок губ в подобии улыбки. — Не будет таким ограниченным, Абраксас, — ответил Риддл, наконец посмотрев на своего последователя. Его взгляд был насмешливым, но Гермиона буквально кожей чувствовала сдерживаемое раздражение. Он явно не привык, чтобы его перебивали. — Мужчины недооценивают женщин. Но в этом и их главное оружие. Незаметность. Она станет ценным активом в наших рядах. Малфой нахмурился, но промолчал, явно не желая спорить с Томом. Гермиона же ощутила, как по спине пробежал холодок. С одной стороны, она добилась, чего хотела, но с другой, очень надеялась, что в этом возрасте Риддл еще не клеймил своих последователей… — Я, безусловно, польщена такой высокой оценкой своих способностей, — проговорила Грейнджер, стараясь сохранить ровный тон. — Но я до сих пор не знаю, чем именно вы занимаетесь. Помимо пыток и убийств, — добавила она про себя. — Думаю, у тебя уже появились кое-какие предположения обо мне, верно? — произнес Том, слегка прищурившись, на что она кивнула. — Поделишься? — Полагаю, вы члены какой-то тайной организации. Судя по тону разговора, ты являешься одним или единственным ее руководителем. И твоя работа продавцом просто прикрытие, чтобы тебя не втягивали в политические противостояния. Ты действуешь чужими руками, внедряя своих людей в Министерство и, видимо, таким образом влияя на его деятельность, — выдала она, стараясь, чтобы ее голос звучал уверенно и спокойно. Том одобрительно кивнул, и в его глазах мелькнуло что-то, похожее на восхищение. Грейнджер почувствовала, как кровь прилила к ее щекам. Она знала, что вступала на скользкий путь, но понимала, что ей придется играть по чужим правилам. Придется рискнуть, чтобы иметь возможность повлиять на ход событий. Пусть Том и думал, что это она полностью зависима от него, но на самом деле все будет совершенно иначе. — Весьма точное описание, Гермиона, — медленно произнес Том, растягивая слова. — Мы не просто организация. Мы – будущее. Мы те, кто изменит этот мир. Кто установит новый порядок. И ты можешь стать частью этого. Он снова поднял бокал вина и сделал небольшой глоток, не сводя с нее взгляда. — У тебя есть знания, интеллект и, что самое главное, желание действовать. Ты не боишься идти против системы, против правил. Эти качества сделают тебя невероятно ценной. Грейнджер молчала, делая вид, что обдумывает его слова. Он был весьма убедителен. Льстил ее тщеславию и самолюбию. Создавал видимость, что она не будет просто пешкой, а разделит с ним власть над волшебным миром. Кто от такого откажется? — И что вы предлагаете мне? — задала она закономерный вопрос, который бы от нее ожидали, переведя взгляд с одного мужчины на другого. Малфой, казалось, полностью отключился от разговора и всецело ушел в нарезку своего стейка. — Какую роль я должна буду играть в вашем «новом порядке»? Том довольно усмехнулся. — Твоя роль будет зависеть от тебя, Гермиона, — ответил он. — Ты сама будешь определять свой путь. Мы предоставим тебе возможности, а ты воспользуешься ими. Ты сможешь влиять на решения, на политику. Но помни, что с большой силой приходит большая ответственность. И тебе придется делать выбор между тем, что правильно и что необходимо. Грейнджер сглотнула, чувствуя, как в горле пересохло. Она понимала, что это переломный момент. От ее ответа зависело многое. Она могла отказаться и сбежать. Возможно, ей бы смог помочь Дамблдор. Либо принять предложение и по ходу своего расследования попытаться изнутри влиять на планы Риддла. Выбор был сложным, но она знала, что не сможет просто стоять в стороне. — Полагаю, моими основными обязанностями будет слежка и воровство? — спросила она, не сдержав ехидства. — В том числе, — ответил Том, слегка пожав плечами, будто не заметив ее тона. — Как ты уже поняла, дело Блэка — это своего рода вступительное испытание. Мы должны были убедиться, что ты действительно готова к тому, чтобы стать частью нашей организации. Что ты можешь доверять нам, а мы — тебе. Гермиона нахмурилась. — И почему ты говоришь мне об этом сейчас, раз я его еще не прошла? — Ты была довольно настойчива, — с усмешкой ответил Том. — К тому же уже доказала свою состоятельность. Я не видел смысла откладывать этот разговор. Но не думай, что все так легко. Тебе придется постоянно доказывать свою ценность. И если ты разочаруешь меня… что ж, ты знаешь, что будет. Кивнув, Гермиона задумчиво прищурилась, стараясь сохранить невозмутимое выражение лица. Она знала, что Том не шутит. Но она тоже умела играть в опасные игры. И не собиралась проигрывать. — Хорошо, — ответила она, — я принимаю твое предложение. Но у меня есть одно условие. Том приподнял бровь, заинтересованно глядя на нее. — Какое же? — Я хочу знать правду. По крайней мере о том, что делаю. Больше не хочу быть марионеткой, которую дергают за ниточки. Я хочу понимать, что происходит, и почему. Риддл несколько секунд молчал, словно обдумывая ее слова. Затем он слегка улыбнулся. — Что ж, Гермиона, — сказал он, — я готов пойти тебе навстречу. Полагаю, первый твой вопрос будет о протоколах переговоров?