Dianthus Barbatus

      3 Сентября 2005 года — А вот и Бреннан Шторм, чтобы сообщить нам прогноз погоды. Бреннан? — Спасибо, Ирен. Ураган «Катрина», относящийся к 5-й категории, превратился в тропический и движется на восток, но сначала он нанёс невероятный ущерб. Луизиана пострадала особенно сильно, что привело к значительным и опасным наводнениям. Мы получили сообщения о том, что 80% территории Большого Нового Орлеана затоплено. Многие уже начали называть это самым дорогостоящим стихийным бедствием в истории Соединённых Штатов, которое также разрушило побережье Миссисипи и Алабамы…       Радио замолчало, когда ловкие пальцы выключили его. Губы Ганнибала ярко покраснели, когда он всё же разжал их. Взгляд его стал мрачным. Он не хочет слушать о жертвах в Луизиане. Мужчина встал со стула и аккуратно задвинул его под стол. Собрав свои вещи, он запер кабинет и вышел через парадную дверь.       Балтимор был охвачен ливнем, крупные капли дождя с силой ударялись о мостовую. Симфонию бури прервал звук открывающейся двери, за которым последовало более медленное шарканье ног. С каждым тяжёлым шагом Ганнибала, выходящего из здания на залитый водой внутренний дворик, где его окутала ночная тьма, раздавались всплески воды, капающей на мостовую, и этот звук проникал в его уши.       В небе над ним прогремел гром, и вскоре за ним последовала молния, расколовшая небо на части серебряной нитью, что потрепалась по краям. Мужчина поправил зонт у плеча, ветер раскачивал его, приветствуя, и громко свистел в ушах. Он крепче сжал зонт и шагнул, его туфли громко застучали по шиферу, который ещё не залило водой.       Он посмотрел на воду, лившуюся с неба, на облако, похожее на раковину, из которой льётся святая вода. Смотрел остекленевшими глазами, и аромат очищенной земли сливался с его кровью, когда он вдыхал его. Он не закрывал глаза. Не погружался в свои мысли, боясь, что так и не вернётся. Вместо этого он наблюдал за дождём и в конце концов решил закрыть зонт и оставить его, прислонив к двери. Мужчина повернулся к боковой части здания, сунул руку в карман и достал что-то, спрятанное в ладони. Оно сверкнуло, когда молния снова прорезала небо над головой.       Ганнибал потянулся к почтовому ящику в своём офисном здании. Открыв ящик ключом, он откинул крышку и сунул руку внутрь. Вытащил конверты от страховых компаний, пациентов и тому подобное, держа их между тонкими пальцами. Он положил их в другую руку и продолжил копаться внутри. Его костяшки пальцев наткнулись на какую-то толстую брошюру, завернутую в пластик. Он осторожно вытащил её.       Его глаза засияли ярким блеском, когда оранжевый цвет достиг его зрачков. Крупный белый шрифт тянулся по всей обложке. «Американский журнал судебной медицины и патологии». Мужчина разорвал плёнку, затаив дыхание, и его сердце забилось чуть быстрее. Он сразу же вытащил журнал из упаковки, а остальные письма засунул за локоть.       Как только он открыл обложку, то сразу же взглянул на оглавление.       Вся остальная почта выскользнула, и все конверты упали ему под ноги. Они начали намокать от небольших лужиц дождевой воды. Дыхание Ганнибала остановилось, застряв в лёгких, и спертый воздух обжёг его. Пальцы осторожно обвели каждую каплю чернил, которыми было написано имя Автора тонким мелким шрифтом под жирным заголовком.       Мужчина пролистал нужные страницы, его пальцы дрожали, он продолжал задерживать дыхание, словно Бог, которому и не нужно дышать, но который всё же делает это по своему желанию. Жжение в груди усилилось. Он перестал листать, и дыхание наконец вырвалось из его рта, обжигая тыльную сторону ладоней. Его грудь расширилась от облегчения.       Взгляд впился в титульный лист, ярко-красный, почти светящийся в тёмно-синем ночном небе. По облакам пронеслась яркая белая вспышка.       Определение времени смерти На основе активности насекомых.       Автор: Уилл Грэм       Он перевернул страницу. В центре было посвящение — единственное тёмное пятно на белоснежной бумаге.       У Ганнибала перехватило дыхание, а колени подогнулись. Он сдулся, плюхнувшись на скамейку на крыльце. Металлические цепи, на которых она висела, зазвенели в ночи, сопровождаемые раскатом грома, прокатившимся по небу и скрывшимся за облаками.       Гибкие пальцы Ганнибала коснулись каждого сантиметра страницы, приблизив записи к лицу. Он поднёс глянцевые страницы к носу и глубоко вдохнул. Мужчина поморщился, когда резкий запах ударил ему в нос.       Он провёл своими ловкими пальцами по напечатанному тексту, словно хотел почувствовать прикосновение Уилла, когда обводил слова посвящения. Всё проводил пальцами по странице, впитывая каждое слово. Мужчина попробовал ещё раз. Он поднёс страницы к носу, снова и глубже вдыхая. Свежие чернила и восковое покрытие бумаги. По-прежнему не было ни запаха дыма, ни пота, ни собак. Он знал это, но всё равно продолжал попытки, снова разочаровываясь. Ганнибал пролистал страницы, касаясь пальцами каждой капли высохших чернил. Он дошёл до конца и нашёл фотографию автора.       Солёная капля скатилась по его щеке, скользнув по двум маленьким шрамам на загорелой коже. Он прижался губами к чёрно-белой фотографии, знакомым непослушным кудрям, зачёсанным назад. Его челюсть была крепко сжата под короткой бородой, украшавшей его щёки. Ганнибал поцеловал напечатанное изображение щеки Уилла в том месте, где было чужое напряжение.       Биография автора была оставлена без внимания. Ганнибал перелистнул страницу обратно к посвящению и улыбнулся.       Посвящается истинному пророку, который помог мне открыть для себя эпоху Возрождения. Он прочертил пальцами каждую букву, приблизив монографию к себе. Ганнибал сжал страницы, костяшки его пальцев побелели, когда он прижал книгу к груди. Он глубоко вдохнул, и новая влажность очистила его нос от отвратительного запаха воска и пластика. Она освежающе охладила его рот.       Мужчина закрыл книгу, его пальцы сделали закладку на странице с посвящением и фотографией автора. Он прижал её к своей груди, как будто она могла зарыться под кожу и заползти между ребер, если он надавит достаточно сильно. Ганнибал не стал брать зонтик и спустился по ступенькам, его ноги с мягким стуком падали на камень. Он вышел из-под навеса.       Дождь был холодным, капли тяжело омывали его лицо. Он поднял взгляд к небу, позволяя свежей воде стекать по лицу, смывая эти солёные слёзы. Ганнибал закрыл глаза, его одежда быстро промокла, пока его продолжало поливать дождём после урагана. Волосы прилипли ко лбу и шее, холод, словно призрак, дышал ему в затылок. Журнал быстро начал промокать, влажные страницы липли к его пальцам.       Он оторвал руку от журнала, и на его пальцах осталась свежая краска с только что напечатанных страниц, серых от выцветших чернил. Ганнибал посмотрел на страницу, на которой расплылось напечатанное изображение лица Уилла. Страницы начали слипаться, дождь, вызванный грозой, помог им слиться воедино, став более хрупкими, чем раньше.       Ганнибал поднёс испачканный чернилами и дождевой водой палец к своим приоткрытым губам. Засунул палец в рот, наслаждаясь кислым вкусом типографской краски. Она не пахла дымом, потом или собаками. Он знал это, но всё равно посасывал пальцы, погружая их во влажный жар своего рта.       Ганнибал снова открыл глаза и увидел, что небо затянуто тёмными грозовыми тучами. Тучи разразились перед ним. Он наблюдал, как небо разрывается на части серебряными нитями. Ганнибал поднял руку к небу, потянувшись к звёздам, которых не мог видеть. Оставаясь невидимыми, звёзды продолжают сиять во всей своей тусклой, незначительной красе. И он продолжал тянутся к ним.

***

      3 Сентября 2005 года       Летняя жара на побережье Северной Каролины не была такой влажной, как многолетние летние дни, проведённые в Луизианском заливе. Ветер разгонял влажность, отбрасывая волосы Уилла назад, и их длинные концы щекотали его шею, когда они развевались на ветру. Ткань, свободно свисавшая с его вытянутой руки, колыхалась, когда её отбрасывало назад, касалась кожи. Он вытянул пальцы к небу, безмолвно считая звёзды, усеявшие небо, где тёмно-синие оттенки неба смешивались с фиолетовыми. Цвета неба слились воедино, когда появился Млечный Путь, заявляя о себе микрокосму Земли.       Пальцы коснулись звезд, но луны не было.       Его рука упала на бок, словно у мертвеца. Он продолжал мучительно вытягивать шею, безнадёжно глядя в небо. Вскоре его взгляд упал на горизонт, где ночное небо сливалось с океаном. — Ты был прав, — волны разбивались о берег. — Это не небо чёрное. А океан. Тот, кто говорит иначе, либо дурак, либо слепой.       В те моменты, когда ветер всё же стихал, воздух прилипал к его коже. Но песок был холодным и влажным под его ногами, и он чувствовал уколы холода между пальцами, когда шёл по нему. Собаки лаяли, бегая вокруг, и плескались в волнах, которые разбивались о берег, а затем откатывались обратно в океан. Уилл продолжал идти вперёд, влажный песок проминался под его ногами.       Волны снова разбились о песок, и босые ноги Уилла исчезали в воде. Он остановился на мгновение, чувствуя, как грубые песчинки царапают его кожу, когда вода отступает обратно в океан. Течение против своей воли затягивает песок обратно в воду, поглощая его, солёная вода удерживает песок под своим давлением. Уилл сделал ещё один шаг вперёд, следуя за течением воды. Его ноги начало покалывать. Он позволил течению увлечь и себя.       Вода пропитала его джинсы, остужая тело. Он пошёл глубже, а его ноги уже онемели, когда ледяная вода достигла талии. — Я найду тебя, — донёс ветер его шёпот до воды, когда волны накатывали и отступали, маня Уилла полностью погрузиться в прибой, отдаться течению. — Потому что я не думал, что смогу полюбить. Теперь я уже не так в этом уверен.       Уилл забрел дальше, его ноги оторвались от дна океана, когда нахлынула волна, без усилий поднявшая его на гребне. Он продолжал смотреть на океан, на тьму, которая так сильно напоминала бездну чужого разума.       Резкий лай вернул его внимание к берегу. Он оглянулся и увидел, что бледный песок выделяется в темноте. Он повернулся спиной к океану. А это первая ошибка.       Волна на мгновение оглушила, прежде чем обрушиться на него, и океан поглотил его целиком. Уилл не слышал ничего, кроме приглушённого шума воды. Его нос и горло горели от солёной воды, которая хлынула в его тело. Он позволил бурлящим водам поглотить себя. Это была его вторая ошибка. Его должен был поглотить не океан, а Ганнибал.       Уилл крутился и вертелся в воде, его бросало из стороны в сторону, пока он не попал в бесконечную схватку подводных течений. Он размахивал руками и ногами, чувствуя, как океан цепляется за его одежду, утяжеляя его. И всё же он боролся, цепляясь руками за то, что, как он думал, находилось внизу, на илистом песке океанского дна. Вода струилась по его волосам, врывалась в ноздри и разрывала лёгкие. Соль жгла его изнутри, как раскалённые угли, которые он был вынужден глотать. Всё это время его швыряло из стороны в сторону, он яростно крутился и вертелся, пока вода разрушала его.       Его голова наконец показалась над поверхностью воды, и воздух обжёг его мокрую кожу. Пропитанный солью, но очищенный.       Воздух с привкусом соли хлынул ему в горло, раздувая грудь и толкая его против воды, которая грозила раздавить. Его руки с плеском вырвались на поверхность, отбрасывая воду в сторону. Лай возобновился, теперь это был хор тявканья. Уилл выбросил руки вперёд, проталкиваясь сквозь воду, пока его не затянуло обратно между волнами. Его ноги снова нашли дно. Он боролся с водой, не плывя, но и не идя. Лай и мерцающие над головой звёзды вели его к берегу.       Мокрая шерсть коснулась его ладони. Уилл посмотрел вниз и увидел Уинстона, который лаял ему в лицо, стоя в воде рядом с ним. Запах мокрой псины был приятным. Уилл схватился за его мокрую шерсть, тяжело дыша, пока пробирался по воде. Ещё одна волна толкнула его, ударив в спину, и мокрая одежда защитила его от удара. Тем не менее, он сумел усмехнуться, и на его губах появилась горькая улыбка. — Проглотил меня и выплюнул, — прохрипел Уилл и сплюнул солёную слюну. — А ты хорошо его изображаешь.       Они с Уинстоном продолжали выбираться из воды к остальным, которые продолжали лаять, как маяки. Холодная вода вокруг талии Уилла вскоре стала мельче, и выбираться из ледяной тюрьмы стало легче. Уилл споткнулся, волна ударила его в спину, когда он выбирался из воды, и ухватился за неё одной рукой, погрузившейся под воду. Его пальцы зарылись в песок, удерживая его, когда он чуть не упал.       В небе прогремел ещё один раскат грома, и моросящий дождь усилился, поливая землю, как и кровь из зияющей раны в его животе. Уилл неуклюже подошёл к другим собакам, взъерошив их шерсть, и двинулся дальше по берегу к дюнам.       Уинстон не лаял, стряхивая шерсть на других собак, которые игриво лаяли на него.       Уилл схватил свои ботинки, которые лежали на песке перед заброшенной спасательной вышкой. Он мельком увидел табличку, прибитую к деревянному сооружению.       ДЕЙСТВУЕТ ОБЯЗАТЕЛЬНАЯ ЭВАКУАЦИЯ.       Лучший способ защитить себя и свою семью от наводнений и сильных ветров, вызванных ураганами, — это эвакуироваться по приказу до того, как эти условия наступят в вашем регионе. Ознакомьтесь с указаниями местных властей по эвакуации населения и следуйте по указанным маршрутам.       Уилл тяжело вздохнул и наклонился, чтобы достать телефон из брошенного ботинка. Он открыл его, и экран ожил. Там было одно непрочитанное сообщение.       (800) 555-3030       Опубликовано! Поздравляем! Нам всё ещё нужен ваш адрес, чтобы отправить вам предварительную копию.       Уилл выключил телефон и раскрыл заднюю крышку. Он вынул сим-карту и поднёс её ко рту. И прикусил её, разломив пополам. После выплюнув её на песок и притоптал, закопав под будкой спасателя. Уилл вернулся на берег, позволяя набегающей воде снова заморозить его ноги, которые только начали согреваться.       Он отвел руку назад, а затем резко дёрнул её вперёд, изогнув всё тело, как греческий дискобол, под проливным дождём и завывающим ветром. Уилл швырнул телефон в океан, и маленькая чёрная штучка далеко плюхнулась в воду.       Песок захрустел у него под ногами, когда он развернулся. Уилл заметил, как вдалеке в небе вспыхнула молния, озарив облака тёплыми жёлтыми и оранжевыми всполохами. Словно языки пламени лизали стальные серые облака. Уилл резко свистнул, и собаки побежали за ним, Саша — самая последняя. Она не бежала, а волочила лапы по песку.       Он повернулся к ступенькам, ведущим обратно на променад. Мужчина начал подниматься по старым деревянным ступенькам, которые прогибались и скрипели под его весом. Он перелез через песчаные дюны, а собаки бежали за ним по ступенькам. Позже постучав ботинками друг о друга, стряхивая с них песок.       В маленькой беседке наверху лестницы был душ. Он начал стягивать с себя насквозь промокшую одежду, сдирая её, словно кожу с живого человека. Уилл бросил одежду на пол, всё его тело было покрыто тонким слоем песка.       Он включил душ, смыв с тела песчинки за считанные минуты. Собаки последовали за ним, когда он босиком возвращался к своей машине. Его мокрые следы исчезли, когда дождь начал усиливаться, смачивая чёрный асфальт, который был тёплым под его замерзшими ногами.       Мужчина открыл дверь, и собаки без раздумий запрыгнули внутрь. Уинстон немного подождал, ещё раз стряхивая с шерсти солёную воду. Пока собаки приводили себя в порядок, Уилл открыл заднюю дверь грузовика. Он схватил небольшую спортивную сумку, которая была прижата к остальным вещам в грузовике и доверху забита рыболовными снастями, двумя чемоданами, ящиком с инструментами и холодильником.       Он дрожащими руками расстегнул молнию на спортивной сумке. Тело онемело от холода, пальцы побелели. Он схватил свежую пару одежды и закрыл дверь грузовика. Обогнул машину, на ходу натягивая спортивные штаны и футболку. Забрался в машину и сразу же включил обогрев. Радио ожило вместе с двигателем.       «Это я в углу. Это я в центре внимания. Теряю веру, пытаюсь не отставать от тебя. И я не знаю, смогу ли. О нет, я сказал слишком много, я сказал недостаточно,»       Щелкнув пальцами, Уилл переключил канал на радио. Мужчина переключал каналы, слушая разную музыку, и каждая ему не нравилась. Он включил дворники, потому что на лобовое стекло всё падал дождь, и с каждой секундой эта морось усиливалась. — Мы получили сообщения о том, что 80% территории Большого Нового Орлеана затоплено. Многие уже начали называть это самым дорогостоящим стихийным бедствием в истории Соединённых Штатов, которое также разрушило побережье Миссисипи и Алабамы. «Катрина» движется вверх по Восточному побережью, так что в ближайшие несколько дней ожидайте сильных дождей и возможных наводнений. С вами были Ирен! — И Бреннан, спасибо! Далее…       Поворачивая руль одной рукой, Уилл потянулся к радио. Одним нажатием кнопки он выключил его. Он решил ехать в тишине.