Family Business

Мотор Импалы урчит, Дин почти мурлычет ей в ответ. Его ладони любовно оглаживают руль, Сэм отводит взгляд, но в итоге снова пялится на пальцы брата, так плотно обхватывающие руль. Рычаг коробки передач Дин тоже поглаживает, так, словно надрачивает ему. И здесь уже Сэм не выдерживает. — Господи, Дин, может, мне выйти, оставить вас наедине? — фыркает Сэм. Он не ревнует: было бы странно ревновать к Импале. Но подъебнуть Дина — это святое. На подъёбах и строится всё их общение. Взаимные подъёбы, секс и братская забота, заключающаяся в том, чтобы вовремя подать банку пива. — Выйдешь — пешком пойдёшь до самой Миннесоты, — Дин фыркает в ответ, и тут же мурлычет в сторону приборной панели. — Не слушай его, детка, он тебя тоже любит. Сэм закатывает глаза. — Дин, это Импала. Это, конечно, неплохая машина, но... Следующий поворот выходит слишком резким. Лицо Дина приобретает почти зверское выражение. — Она всё равно тебе нравится. — А тебе нравится заниматься в ней сексом, — парирует Сэм. — Не в мотеле и не на природе, но именно в ней, хотя на заднем сиденье в полный рост у тебя даже ноги не помещаются. Дин сопит и медлит несколько секунд с ответом. Сэм с удовольствием любуется в эти несколько секунд братом — Дин редко испытывает смущение и всегда пытается это скрыть, но сейчас кончики ушей Дина краснеют. Они выруливают на трассу; теперь им предстоят долгие мили почти по прямой до самого вечера, до номера в мотеле, но трахаться они будут на обочине в тачке. В кровати в номере — тоже, конечно, но сначала — в тачке. Дину правда нравится секс в Импале. Сэм, вообще-то, не против: в машине он чувствует себя в безопасности, и, даже если на заднем сиденье тачки менее комфортно, чем на двуспальной кровати в номере мотеля — секс с Дином хорош где угодно. Если ему нравится трахаться именно в Импале — пускай, Сэму нравится доставлять Дину кайф. Дин об этом знает. Но кончики ушей всё равно краснеют — ему сложно признаться в собственных слабостях; они делают его уязвимым. Дин позволяет себе быть таким — уязвимым — недолго, на минуты, только рядом с Сэмом, и Сэм это ценит, каждое мгновение того, как Дин поддаётся и позволяет Сэму доставлять ему удовольствие. — Трахаться в Импале — лучше всего, — наконец, фыркает Дин. — А будешь мандеть — в следующий раз я тебя свяжу, прежде чем трахать. На сей раз черёд ушей Сэма краснеть. И Сэм тут же принимается тереть ухо, будто надеясь скрыть собственное смущение. — Силёнок маловато со мной справиться, Дин, — фыркает Сэм. — Но, если ты, конечно, очень хочешь, и если хорошо попросишь... — У тебя встал, когда тебя связали в вампирском гнезде, — выпаливает Дин. — Блядь, Дин. — И когда нас обоих связали, те языческие божки, помнишь? — Дин, — Сэм быстро, судорожно сглатывает. Ухмылка Дина возвращается на его лицо — смущать Сэма для него гораздо привычнее, и нравится ему это явно больше, чем смущаться самому, во всяком случае, на первый взгляд. — Я всё ждал, когда же ты предложишь, — Дин ухмыляется, щёлкая пальцами. — Но ты так стесняешься своих желаний, значит, придётся мне предложить первым. У Сэма горят уши. Жар заливает лицо и шею. Конечно, Дин заметил, насколько Сэм был возбужден в те разы — во все те разы, когда что-то шло не так и они оказывались связанными. Обездвижены. Абсолютно беспомощны. Сэм просто думал, что Дину это не понравится — вот и молчал. — Да кто бы, блядь, говорил про стеснение, — Сэм в курсе, что то, чем он занимается — просто перевод стрелок, но раз уж зашла речь про сексуальные предпочтения и кинки, то удержаться становится слишком сложно. — Тебя заводят шлепки по заднице. — Ну да, — кивает Дин. — У тебя... — И не только когда ты шлёпаешь меня, — припечатывает Сэм. Вообще-то Сэм не слишком часто распускает руки — даже зная, что это заводит Дина. Надо точно подобрать момент, чтобы Дина разъебало в хлам, и от стеснения, волнения и смущения не осталось бы и следа. Возможно, после этого разговора у Сэма появится шанс разложить Дина на своих коленках и отходить ладонью по заднице до того, чтобы Дин кончил только от этих звонких, сочных шлепков и... — Иди ты нахрен, — выдыхает Дин. Слишком хрипло, слишком горячо, слишком напряжённо — Сэм расплывается в улыбке. — А ещё ты слишком часто предлагаешь мне всякие игрушки, — Сэм посмеивается — тихо, беззлобно, улыбаясь уголками губ. — Колись, Дин, хочется, чтобы... — Я выебу тебя на столе в ближайшем мотеле, — взрывается Дин. — Свяжу нахрен, руки и ноги, и трахну, уложив грудью на стол. Отдрочу, а потом трахну. Кажется, до Миннесоты ехать придётся очень и очень долго. С остановками. С долгими остановками. После одной из которых у Дина будут трудности с тем, чтобы спокойно сидеть на водительском месте в Импале. Сэм облизывает губы, представляя, как Дин после будет ёрзать на сиденье. — Только с какой-нибудь пробкой в твоей заднице, — цокает языком Сэм. — Что, ты позволишь мне сделать это? Связать тебя? — Дин кидает на Сэма хитрый взгляд. — Если ты позволишь... всё остальное, — Сэм пожимает плечами, кивает. Улыбается. Сейчас Сэму хочется протянуть руку и погладить Импалу по приборной панели тоже — чтобы она не ревновала, или просто поблагодарить её за то, что дала возможность, наконец, поговорить обо всём этом. — Ладно, — коротко и быстро кивает Дин, так поспешно, словно боится передумать. Сэм гуглит ближайший секс-шоп в ближайшем же городе. Призраки в Миннесоте могут и подождать — они всё равно уже умерли.