Сквозь тени

Глава 17. Призраки прошлого Прошло несколько дней, и будто бы всё вернулось в свою прежнюю колею. Эмма и Леви продолжали заниматься своими делами, но их взаимодействие изменилось. Они оба делали вид, что ничего не произошло, будто того, что случилось между ними, не было. В этом молчании было что-то тяжёлое, но в то же время привычное. Эмма заметила, что Леви снова стал тем, кем был раньше, стал холодным, отстранённым и, как всегда, сосредоточенным на своей миссии. Он снова не искал её взглядов, не проявлял лишнего интереса. Он был как каменная стена, с которой не стоит пытаться взаимодействовать, даже если он мог бы. Каждый его шаг был точным и уверенным, будто он снова занялся только своими делами, не позволяя себе отвлекаться на что-то личное. Эмма чувствовала, как её собственное поведение изменилось. В её голове возникала мысль о том, что, может быть, это и к лучшему. Пару раз, на тренировках, когда их пути пересекались, она пыталась подстроиться под его привычную дистанцию. Она больше не искала в его глазах ничего, не надеялась на слова утешения или на какие-либо проявления эмоций. Всё происходило как раньше, когда они оба были просто частью команды, двигающейся к общей цели. Всё было холодно и отстранёно. Однако, несмотря на этот внешний холод, Эмма заметила, что иногда, когда она оставалась одна в комнате, мысли о нём снова и снова всплывали в её голове. Его действия, его взгляд, всё это продолжало быть с ней, но теперь она не могла понять, как к этому относиться. Леви не изменял своему поведению, он снова стал тем человеком, с которым легче было просто работать. Он оставался непреклонным и решительным, как и всегда. Эмма чувствовала, как его присутствие стало частью её мира, который она строила вокруг себя. В один из обычных дней, когда Эмма уже привыкла к тишине и рутине, раздался стук в её дверь. Она подняла взгляд и увидела Петру, которая стояла в дверях с выражением лица, которое казалось немного обеспокоенным. — Эмма, — тихо начала она, — Эрвин вызывает тебя и Леви в главный штаб. Не знаю точно, что произошло, но кажется, дело важное. Эмма кивнула, ощущая, как её сердце учащенно забилось. Слово "важное" сразу привлекло её внимание. Не зная, чего ожидать, она встала и направилась к двери, одевшись в стандартную форму. Петру она не задерживала, но заметила, что та немного нервничала. Она ощущала странное беспокойство. Всё было слишком спокойно, и вдруг такой неожиданный приказ. Когда Эмма пришла в главный штаб, её уже ждал Леви. Он стоял у дверей, не проявляя никаких эмоций, но было видно, что он тоже был насторожен. Его привычный холодный взгляд не предвещал ничего хорошего. Они молча встретились глазами, но оба понимали, что сейчас не время для слов. — Пойдём, — сказал Леви коротко и повернулся к двери. Эмма последовала за ним, их шаги звучали одновременно, и, казалось, весь мир замер на мгновение. Они прошли через несколько коридоров, где их встречали пару стражей, обменявшихся знаками уважения. Когда они подошли к кабинету Эрвина, Эмма почувствовала, как внутри нарастает напряжение. Что бы это ни было, она знала, что это не будет просто разговором. Эрвин сидел за своим столом, и его лицо было напряжённым, серьёзным. Он встретил их взглядом, когда они вошли, но не встал. Он посмотрел на них обоих, и тишина в комнате была гнетущей. — Садитесь, — сказал Эрвин, указывая на два стула перед его столом. Эрвин молча подождал, пока Эмма и Леви сели, а затем глубоко вздохнул, словно взвешивая каждый из своих слов. Его взгляд был серьёзным, и казалось, что он пытался найти правильный способ начать этот разговор. — Эмма, — начал он, обращаясь к ней с пронзительным взглядом. — Это ведь ты нашла Леви без сознания в последней вылазке, верно? Эмма чуть приподняла брови, не ожидая такого вопроса сразу. Она не успела даже полностью подготовиться, но быстро собралась и кивнула. Вопрос был прямым и не требовал дополнительных пояснений. — Да, это была я, — сказала она спокойно, стараясь не выдать внутреннего волнения. Эрвин кивнул, продолжая следить за её реакцией. Эмма ощутила, как её тело напряглось от его вопроса, несмотря на его нейтральный тон. Она знала, что он не спрашивал просто так. Леви молчал, его лицо оставалось непроницаемым. Он не повернулся к ней, но Эмма чувствовала, как его глаза находят её на каждом её движении, словно он тоже ждал, как она отреагирует на эти слова. Эрвин взглянул на Леви, его взгляд был острым и насторожённым. Он обдумывал каждое слово, но быстро пришёл к выводу, что ситуация гораздо сложнее, чем кажется на первый взгляд. Эмма ощутила, как напряжение в комнате растёт. — Леви, — обратился Эрвин к нему с серьёзным тоном. — Ты всегда был осторожен. Как так получилось, что ты лежал без сознания? Леви немного скривил губы, его взгляд был невозмутимым, но в его глазах была едва заметная искорка раздражения. — Мой привод был в порядке перед вылазкой, — ответил он, не спеша. — Но когда мне понадобился он в полной мере, оказалось, что он сломан. Всё выглядит так, как будто кто-то специально его повредил. Эрвин наклонил голову, его лицо становилось всё более напряжённым. Он знал, что такая ситуация не могла быть случайностью. — Ты думаешь, что это было сделано намеренно? — спросил Эрвин, с подозрением в голосе. Леви не сразу ответил, а затем лишь коротко кивнул. — Возможно. Кто-то мог сделать это с целью устранить меня. Эмма ощущала, как её тело напряглось. Внезапно она начала осознавать, что произошедшее может быть частью чего-то более большого и опасного. В её голове мелькали догадки о том, кто мог стоять за этим. Эрвин вздохнул и перевёл взгляд на обоих. — Это серьёзная угроза, — произнёс он с холодным расчётом. — Если кто-то намеренно хочет устранить Леви, значит мы должны выяснить, кто это. Тишина, повисшая в воздухе, была тяжёлой, и все присутствующие понимали, что это начало чего-то более значительного. Эрвин сделал паузу и, взглянув на Леви, добавил: — Мы должны быть осторожными. Если кто-то ведёт против нас игру, то следующий шаг может быть ещё более опасным. Эрвин посмотрел на Леви, его взгляд был прямым и острым, как обычно, но в этот раз в его глазах читалась скрытая тревога. Он ждал ответа, как всегда, готовясь к любой реакции. — Леви, — произнёс он серьёзным тоном. — Есть ли у тебя догадки, кто может стоять за этим? Кто мог бы намеренно повредить твой привод? Леви молча смотрел на него, его глаза немного сузились, и на лице не было никакого выражения. Он явно обдумывал каждый вариант, прежде чем говорить. — Я подозреваю, что это может быть кто-то из наших. — сказал Леви, голос его был ровным, без следов волнения. Эрвин нахмурился, его выражение стало ещё более сосредоточенным. Он знал, что Леви не может быть неосторожным в своих подозрениях. — Ты думаешь, что это кто-то из наших? — спросил он, поднимая брови. Леви кивнул. — Слишком много совпадений, — продолжил он. — Привод был повреждён таким образом, что могло выглядеть как случайность, но это было слишком идеально. Кто-то знал, когда и где ударить. — Это опасно, — сказал Эрвин, его голос становился холодным. — Если это так, нам нужно будет действовать быстро. Не можем позволить, чтобы ещё кто-то оказался в нашей тени. Когда Эрвин обратился к Эмме, она сразу же напряглась. Ее плечи чуть сжались, и она замерла на месте, будто инстинктивно готовясь к возможному вопросу. В воздухе сразу же повисла тишина. Леви, казалось, заметил её реакцию, но не сказал ни слова. — Эмма, — начал он, его голос был спокойным, но в нем чувствовалась напряженность. — Ты ведь была с Леви в той вылазке. Можешь ли ты подтвердить, что всё было нормально с его оборудованием до того, как вы отправились на задание? Эмма почувствовала, как её сердце немного ускорилось. Она не могла понять, что именно он хочет услышать, но всё равно кивнула. — Да, — сказала она, пытаясь звучать уверенно. — Всё было в порядке. Мы проверили снаряжение, не было никаких проблем. Он сам не раз проверял. Эрвин тихо кивнул, как будто подтверждая её слова, но его взгляд всё равно был изучающим. — Хорошо, — сказал он, но в его тоне звучала скрытая тревога. — Но кто-то всё же мог подстроить эту ситуацию. В любом случае, нам нужно держать ухо востро и разобраться, что происходит. Когда они вышли из кабинета, Эмма не смогла удержаться. Сдержанная в большинстве ситуаций, она не могла больше молчать, и её слова сорвались с губ. — Почему ты не сказал мне об этом? — спросила она с упреком, взглянув на Леви. Ее голос был низким и напряжённым, как будто весь накопившийся в ней гнев обрушился на него в этот момент. Она остановилась, обернувшись к нему, и встретила его взгляд, который не предвещал ничего хорошего. Леви чуть приподнял бровь, но его лицо оставалось таким же непроницаемым, как и всегда. — Это не твое дело, — ответил он спокойно, не давая видимых эмоций. Он чуть шагнул вперёд, продолжая двигаться в сторону выхода, явно не желая углубляться в этот разговор. Эмма почувствовала, как её раздражение ещё больше усиливается от его спокойствия, которое казалось ей равнодушием. — Это как раз моё дело! — почти выпалила она. — Мы оба были на той вылазке! Ты мог бы рассказать мне, что там случилось, а не оставлять меня в неведении! Леви остановился, не поворачиваясь к ней, и коротко сказал: — Знаешь, я не обязан тебе рассказывать всё, что касается меня. Мы оба выполняем свою работу, и этого достаточно. Эмма почувствовала, как её сердце сжалось от его слов. Он всегда был таким холодным, но в этот раз его отчуждение казалось ей особенно тяжёлым. Её внутренняя борьба продолжалась. Она не могла понять, что происходит, но чувствовала, как каждый его ответ отдаляет её. Она почувствовала, как растёт разочарование внутри. Она понимала, что её слова не изменят ничего, что Леви не собирался открываться и обсуждать то, что он не хотел. Вся её попытка сблизиться казалась бесполезным, словно она пыталась пробиться через каменную стену. Когда они вернулись, Эмма повернулась и продолжила идти в сторону своей комнаты . Больше не пыталась бороться с его молчанием. Она решила, что не будет тратить силы на то, чтобы изменить его мнение или заставить его раскрыться. Всё это казалось тщетным, как попытка остановить дождь руками. Когда она закрыла дверь своей комнаты за собой, ей стало легче. Она снова оказалась одна, и именно этого ей так не хватало. В одиночестве, без лишних слов, без усилий, она чувствовала себя хотя бы немного свободной. Эмма стояла у окна, смотря на унылый пейзаж за стеной. Всё, что она чувствовала в тот момент, было предчувствием того, что всё не закончится так просто. Сломанный привод Леви это был лишь первый шаг. Всё, что происходило, указывало на то, что её заказчик всё глубже втягивает её в свою игру. Это не просто вылазка или случайность, это было тщательно спланировано. Он может прийти за ней в любой момент, и она ничего не сможет сделать. Всё, что было ей известно, она скрывала. И каждый шаг, каждый взгляд, каждый вопрос, который она задавала себе или другим, не делал её менее уязвимой. Она не могла не думать о том, что её скрытое прошлое скоро будет раскрыто, и всё, чего она пыталась избежать, станет реальностью. Ей нужно было время, чтобы всё осмыслить, но она знала одно, скоро она будет вынуждена действовать. Эмма вошла в столовую, её шаги были уверенными, но внутри чувствовалась пустота. Она молча подошла к столу, где сидела Петра, и села рядом. Она не обратила внимания на остальных членов отряда, на их разговоры, шум, всё как обычно. Но внутри неё было ощущение, что всё это уже не имеет значения. Эмма сразу же начала есть, но её мысли не отпускали её. Каждое движение было автоматическим, каждое слово, которое могла услышать, лишь отзвуком её тревоги. Взгляд Леви, который она почувствовала на себе, был как холодный лед. Он знал, что она что-то скрывает, и это ощущение преследовало её, но она не могла выдать себя, не могла показать, что внутри неё всё рушится. Петра по-прежнему молчала, но её присутствие было как маленькое утешение, даже если Эмма сама не осознавала этого. В этих стенах, среди всех этих людей, она была одна со своими мыслями, с теми страхами, которые постепенно становились реальностью. Когда ужин подходил к концу, Эмма заметила, как Леви встал из-за стола и направился к выходу, его взгляд был невозмутимым, как всегда, но не могла не заметить, что его глаза задержались на ней. Он тихо и холодно сказал: — Эмма, зайди ко мне после ужина. Его голос не оставлял пространства для отказа, и в нём не было ни теплоты, ни сочувствия, только привычная настороженность и командующий тон. Это не было просьбой, это было приказом, как всегда. Его лицо не выдавало ничего, но в его взгляде было что-то, что Эмма не могла понять до конца. Она ощущала, как её грудь сжала тревога. Он уже отвернулся и вышел из столовой, не добавив ни слова, не дав времени на размышления. Эмма оставалась сидеть за столом, её рука застыла на чашке, и она взяла себя в руки. Этот момент был слишком важным, и она знала, что будет тяжело не выдать эмоции. Но в её голове было одно, что Леви хотел её видеть, и это предвестие чего-то неизбежного. Через время Эмма стояла перед дверью, её дыхание стало немного быстрее, чем обычно. Она не знала, что её ожидает за этой дверью. Он её подозревает? Зачем он позвал её? Может это просто паранойя? Взяв себя в руки, она тихо открыла дверь и шагнула внутрь. Леви уже сидел за столом, его спина была прямой, глаза внимательно следили за ней. — Ты весь день как на иголках, — его голос был холодным, но с каким-то тонким оттенком беспокойства, которого она не привыкла слышать. Он не прибавил никаких лишних слов, но его взгляд был насторожённым. Эмма сделала шаг в комнату, стараясь сохранять спокойствие, но её рука чуть дрожала, когда она закрыла дверь. Она стояла, пытаясь понять, как ответить. Ответить так, чтобы не выдать себя, чтобы не рассказать ему то, о чём она уже давно молчала. — Всё нормально, — она постаралась сделать голос ровным, но сама чувствовала, как слова слегка неубедительны. — Просто немного устала. Леви смотрел на неё, его взгляд проницательный, как всегда, будто пытаясь увидеть сквозь её слова, сквозь маску, которую она пыталась надеть. Но она не могла позволить себе быть откровенной, тем более перед ним. — Не обманывай, — его глаза чуть сузились. — Что-то не так. Эмма молчала, чувствуя, как этот вопрос давит на неё. Она не могла сказать ему правду, что чувствует себя в ловушке, что её заказчик уже близко, что она не уверена ни в своём ни в его будущем. Её ответ был сдержанным: — Просто много думала о том, что предстоит, — она попыталась улыбнуться, но это было скорее жестом, чем искренней улыбкой. Леви ещё несколько секунд изучал её взгляд, но, похоже, не стал настаивать. Он слегка откинулся назад и тихо сказал: — Ладно. Эмма кивнула, стараясь не дать эмоциям взять верх, но в её голове продолжали звучать слова Леви. Она почувствовала, что он всё-таки что-то заметил, что его вопросы не были просто пустыми. Эмма тихо вышла из его кабинета, и, как только дверь закрылась за ней, почувствовала, как на душе стало немного легче. Но напряжение, которое не покидало её в течение всего дня, не исчезло. Она знала, что ей нужно выйти, подышать свежим воздухом, очистить голову. Беспокойные мысли, будто тени, продолжали преследовать её. Она шла по коридору, ступая уверенно, но в какой-то момент её шаг замедлился, когда она вышла из штаба и здесь, в тени, её окружал только холодный воздух, который, казалось, мог хоть немного развеять эти тяжелые мысли. Эмма оперлась рукой о холодную стену и закрыла глаза, вдыхая глубоко, пытаясь почувствовать это чувство свободы, что даёт ей эта тишина. Ветер обвевал её волосы, иногда пряча их за ухо, она снова вздохнула, почувствовав, как её тело расслабляется, но внутри всё оставалось таким же беспокойным. Эмма стояла в тени, поглощённая своими мыслями, когда вдруг почувствовала, как что-то изменилось в воздухе. Она не успела заметить, как за её спиной возник человек в длинном тёмном плаще. Лицо его скрывал капюшон, и всё, что она могла увидеть, это лишь силуэт, неясно очерченный в полумраке. Прежде чем она успела среагировать, её больно пырнули. Сначала слабый укол в живот, затем ещё один, а потом третий и каждый раз боль пронзала её тело, как будто кто-то целенаправленно наносил удары, зная, где уязвимо. Человек, оставшийся в тени, заговорил. Его голос был хладнокровным и зловещим, наполненным уверенностью и чем-то почти злорадным: - Мы ведь тебя предупреждали, — произнёс он, его слова эхом отдавались в её ушах. - Мы даже немного помогли тебе, но слава о том, что некая Эмма спасла Леви, не прошла мимо нас. Эмма почувствовала, как её дыхание сбивается, а руки дрожат. Она пыталась встать, но нога подкосилась, и её тело буквально отказывалось подчиняться. Удары были болезненными, но она могла сдерживаться. Страх и адреналин поднимались, но она пыталась не поддаваться панике. - Ты выбрала не ту сторону, Крис, — сказал тот человек, и в этих словах прозвучало что-то личное, зловещее. В ту же секунду Эмма осознала, что её враг знал её настоящее имя. Её сердце сжалось, когда она поняла, что это были не просто угрозы. Человек в плаще быстро исчез в темноте, его шаги стихли, оставив её наедине с тишиной и болью. Эмма, не в силах больше стоять, опустилась на колени, сжав живот руками, пытаясь остановить кровь. В голове всё смешалось, мысли беспорядочно мелькали, а чувство от того, что её нашли, и от того, что кто-то знал о её настоящем прошлом, росло с каждым мгновением. Эмма с трудом поднялась на ноги, но её тело сопротивлялось. Каждое движение давалось тяжело, а боль в животе становилась невыносимой. Она еле держалась на ногах, голова кружилась, и всё вокруг начинало расплываться. Каждый шаг ощущался как тяжёлое испытание, но она знала, что должна добраться двери до штаба, чтобы получить помощь. Шатаясь, она двигалась вперёд, её взгляд становился всё более рассеянным. Она чувствовала, как кровь всё ещё сочится из ран, она сдерживалась, не давая себе упасть, но, несмотря на усилия, её тело больше не слушалось. Сердце билось в груди с бешеной скоростью, дыхание учащалось, а перед глазами начали появляться темные пятна. Когда она наконец достигла коридора штаба, слабость стала невыносимой. Эмма еле шла по коридору, когда перед ней внезапно появился Леви. Она посмотрела на него, пытаясь улыбнуться, но в голове не было ясных мыслей. Всё, что она могла, это смотреть на него, и её тело отказывалось двигаться. Леви замер, заметив её состояние. Его взгляд стал тревожным, но в следующий момент, прежде чем он успел сказать что-либо, Эмма не удержала равновесие и её ноги подкосились. Она почувствовала, как теряет сознание, и, несмотря на все усилия, её тело отключилось. Всё вокруг стало тёмным и бесформенным, и она упала прямо в объятия Леви. Примечание: это глава вышла довольно короткой, чем предыдущие, но напряжения и экстрима навалила знатно. Дальше будет еще хлеще...)