Двойная аутентификация

Вирус «Три осени» написал сам Чжоу Цзышу, а потому лучше всех знал, как он работает. Выжить ему не удалось бы ни при каких обстоятельствах. Чёрный лед, запакованный в строчки кода, неизбежно приводил к полному флэтлайну. Однако его действие на остальные системы можно было замедлить. В течение всего последнего года, сразу после планового апдейта и диагностики, Чжоу Цзышу заменял импланты Кан Тао на аналоги. Он покупал запчасти на черном рынке, лично переписывал управляющие коды, объединял компоненты в такие немыслимые изделия, что любого рипера хватил бы удар. Ему и не нужен был безопасный и долговечный хром, его основной задачей было быть эффективным и как можно дольше сдерживать лёд. Самым сложным было проводить операции на самом себе. К сожалению, от замены имплантов, напрямую подключенных к нервной системе, пришлось отказаться, так как без помощи талантливого рипердока тут было не обойтись. Был и побочный эффект — конфликт систем. Созданные буквально на коленке технологичные уродцы во время ежедневной синхронизации, которая обычно проходит незамеченной во время сна, выдавали такой объем ошибок, что Чжоу Цзышу буквально терял сознание от боли. С этим можно было жить. Он установил себе таймер на два часа ночи и правило: оказаться в безопасном месте и максимально быстро стирать ошибки по мере появления прямо с консоли. В этом случае перегрузка оказывалась не такой болезненной. До очередного «сеанса перегрузки» оставалось почти двенадцать блаженных часов, за которые надо найти временное пристанище, полюбоваться закатом и допить бутылку превосходной текилы от очаровательной незнакомки. А тем временем Чжоу Цзышу глазел по сторонам и прислушивался к красочным эпитетам, которые извергал водитель на всех вокруг. Старик чертыхался на всех подряд: на пешеходов, которые решили перейти дорогу на зеленый свет, на встречные автомобили, которые оказывались на его пути (что было неудивительно, так как разметку рикша попросту игнорировал), на городское планирование и уродов, что сидят в своих башнях и летают в своих ави, а потому ничего не смыслят в устройстве дорог. Неожиданно, словно подавившись воздухом, старик прервал тираду. Вытянув шею, он пристально уставился на что-то на улице. Заинтригованный, Чжоу Цзышу проследил за его взглядом. По тротуару шли двое: мужчина в сером и девушка в пурпурном комбинезоне — те самые, которых Чжоу Цзышу недавно видел в закусочной. Старый водитель не отводил пылающего взгляда от пары, наблюдая за ними с неожиданной внимательностью. Чжоу Цзышу в свою очередь присмотрелся к старику и вдруг осознал, что за простым обликом скрывается нечто большее. Крепкие руки, жилистые, с явными следами старых шрамов и следов от имплантов, натренированные мышцы говорили о том, что старик, возможно, каким-то чудом доживший до старости соло или бывший солдат. Те двое, что привлекли его внимание, явно тоже не были простыми прохожими. Молодой человек выглядел как типичный корп в сером, с иголочки, костюме, но лёгкое незаметное сканирование выдало лишь многозначительное «филантроп» и никакой связи ни с одной из существующих корпораций. Девушка в комбинезоне держалась на шаг позади мужчины, словно соблюдая невидимую дистанцию. О ней вообще не было никакой информации в общедоступных данных. Судя по поведению, она могла быть его ассистенткой или телохранителем. Скорее, последнее, так как пружинящая походка говорила о боевых имплантах как минимум в ногах. Чжоу Цзышу бросил ещё один взгляд на девушку: красивая, живая, но явно уже с головой угодившая в смертельную гонку за славой. Он отвернулся и снова сосредоточился на сухом батончике, понимая, что в Найт-Сити, как и везде, царят свои порядки. Здесь конфликты были неизбежной частью жизни. В городе кипели интриги, схватки за власть и ресурсы. Однако Чжоу Цзышу не интересовали чужие дела. Он был просто странником, ищущим временное укрытие и спокойствие. Немного заскучав, он решил развеселить ворчливого старика. — Эй, Лао-чжан, — обратился он к водителю, — этот батончик сухой, что песок. Не найдётся ли у тебя какой-нибудь газировки? Старик мгновенно взорвался: — Едрит меня раком! Ты жрёшь и треплешься одновременно?! Да у тебя совести нет! — он захлебнулся от гнева и вдавил газ так, что электромотор жалобно взвыл, — Три дня без еды походи, тогда посмотрим, как забренчит хуй в бидоне! Чжоу Цзышу только ухмыльнулся. Ругательства старика лились, как умиротворяющий поток воды на молельные колеса, а он чувствовал себя довольным этим кратким моментом, когда можно было на миг забыть о прошлой жизни. Миновав развязку, электрорикша выкатилась на Сан-Амаро к трассе, уходящей на восток между двумя склонами горной гряды. Слева на небольшом взгорье виднелась разноцветная россыпь трейлеров — бедняцкое жильё для тех, кто еще не совсем скатился в нищету, но уже находился в опасной близости от нее. Чуть в стороне и ниже по склону располагалось еще одно поселение. Чжоу Цзышу прищурился, настраивая оптику. Ба, никак лагерь кочевников! Слишком близко к городу, кто же это такой смелый… Его размышления прервала резкая остановка. — Все, гонк, приехали. За город не поеду, — сварливо проворчал старик. Чжоу Цзышу выбрался из повозки, достал из внутреннего кармана заранее скрученные в трубочку наличные евродоллары и в порыве щедрости перебросил сверток водителю. Там было раза в три больше, чем полагалось за такую поездку, но он чувствовал себя обязанным за развлечение. Старик брезгливо ковырнул мизинцем бумажку, хмыкнул и без вопросов спрятал плату в один из многочисленных карманов комбинезона. Затем, не теряя ни минуты, он развернул повозку и вскоре скрылся в клубах пыли. Чжоу Цзышу задумчиво посмотрел ему вслед и восхитился: — Какой сказочный мудак. Ему никто не ответил, вокруг не было даже случайных прохожих. Это не остановило его от удовольствия как следует выругаться. — Вот же сукин сын, высадил посреди ебаного ничего и упиздовал! Затем он рассмеялся и легким шагом Чжоу Цзышу направился к тому, что он опознал как лагерь кочевников. Погода по-прежнему стояла безоблачная, солнце давно перевалило через зенит и тихо спускалось к небоскребам Найт-Сити. К лагерю вела узкая асфальтированная однополоска без тротуара, густо присыпанная песком. В трёхстах метрах шумела трасса. В целом, это была довольно легкая прогулка, если не считать изрядного подъема вверх на склон. С проблемой Чжоу Цзышу столкнулся, вскарабкавшись по обочине к очередному повороту серпантина. Проблемой был пацан лет четырнадцати, печально рассматривающий внутренности под капотом автомобиля. Это была «Торнтон Галена» модели g240, шустрая, но устаревшая на пару десятков лет. Впрочем, даже снаружи было понятно, что ее долго и с любовью тюнинговали, возможно, несколько поколений водителей. Пацан был одет в добротные армейские брюки, пыльные военные ботинки и плотную куртку. Вглядевшись в нашивку на спине, Чжоу Цзышу с удивлением увидел иероглифы — клан «Зеркальное озеро». Теперь было понятно, кем были кочевники, разбившие лагерь вблизи от Найт-Сити. Услышав шаги, мальчишка встрепенулся и шарахнулся в сторону, спрятавшись за машину. Чжоу Цзышу заметил, как его рука дернулась к поясу. Очевидно он был вооружен. Вооружен и перепуган, чудовищное сочетание. Вздохнув, Чжоу Цзышу продемонстрировал пустые руки. — Спокойно, я безоружен, — это было ложью, но у пацана было настолько простодушное лицо, что могло бы сработать. — Нужна помощь? — Чжоу Цзышу кивнул на автомобиль. — Да, — после секундной паузы кивнул юный кочевник и покинул свое укрытие. Сработало. Удивительно, как в клане мог вырасти подобный зайчонок. — Я возвращался в лагерь, а моя «Галена» сначала перестала разгоняться, а потом встала… Я запустил диагностику, но ошибок нет… — мальчик смотрел исподлобья, как будто бы недоверчиво, но весь эффект портил неуверенный голос и то, с какой легкостью он повернулся спиной, открывая водительскую дверь. — Твоя «Галена»? Чжоу Цзышу едва удержался от смеха и, перегнувшись через руль, полез смотреть логи диагностики. Ошибок действительно не было, но вот данные дозировки топлива были сильно занижены. — Отец подарил мне ее на день рождения месяц назад, — пояснил пацан, вытягивая шею, чтобы рассмотреть, что делает незнакомец. — Садись за руль и введи код доступа к управляющему компьютеру, — велел Чжоу Цзышу, выбираясь с водительского места. Он обошел автомобиль, попутно захлопнув капот, и сел рядом на пассажирское. Внутри автомобиль был напичкан техникой, которая точно была старше его владельца. Пахло старым пластиком, пыльным кожзамом и перегретым металлом. Совсем как в детстве. Мальчишка безропотно ввел код доступа и с надеждой уставился на нежданного спасителя. — Электроника сбоит и подает недостаточно топлива в двигатель, — объяснил Чжоу Цзышу, продираясь через дерево настроек в устаревшем интерфейсе компьютера. — На ровной дороге заметно только при ускорении, а вот на подъеме мощности тупо не хватает. Надо либо регулировать вручную время от времени, вот тут, либо перезалить оболочку и… Ты чего? Мальчишка смотрел на него во все глаза и даже слегка приоткрыл рот. С таким неподдельным восхищением от подростка Чжоу Цзышу сталкивался впервые. Дети кочевников взрослели рано, и большую часть детства проводили в автомобиле, под автомобилем, на автомобиле. Такой уж образ жизни. Сам он научился менять машинное масло раньше, чем читать. Он был максимум на пару лет старше этого пацанёнка, когда стал главой семьи. И не потому что его кто-то назначил, а потому что его выбрали. — Дядя, вы… такой умный. Чжоу Цзышу закрыл окно настроек и откинулся на спинку пассажирского сиденья. Ему пришло в голову, что либо «Зеркальному озеру» очень хорошо живётся, раз он может позволить себе воспитание таких сопляков, либо они там все непроходимые тупицы. — Подбрось меня до вашего лагеря — и мы квиты, — произнес он. — Скоро стемнеет, а я пешком. Мальчишка просиял и завёл мотор. В целом, машину он вёл уверенно и явно провёл за рулём больше месяца. Это успокаивало. Через четверть часа они уже вырулили на лагерную стоянку. Семья расположилась на естественной террасе, наполовину окруженной крутым склоном, и лагерь ничем особо не отличался от любого другого. Десяток трейлеров, разноцветные палатки, несколько времянок и целая стоянка автомобилей и мотоциклов. Среди них не было одинаковых, кочевники с молоком матери впитывали любовь к импровизации и мастерству. Они модифицировали все, что попадало к ним в руки, и практически никогда не повторялись. Машина была центром мироздания кочевника и могла многое сказать о своем владельце. В центре лагеря располагалось место для костра, окруженное жестяными бочками, сколоченными из мусора табуретами и скамьями. Здесь семья собиралась по вечерам и во время собраний. Со стороны одного из навесов ветер приносил запах чего-то съестного. Мальчик, который за время их краткой поездки представился Чжан Чэнлином, выбрался из машины, помахал рукой группе ребят постарше и зашагал к одному из трейлеров. Чжоу Цзышу последовал за ним. Парни окинули его подозрительными взглядами, но ничего не сказали. Из трейлера вышел мужчина. Он был абсолютно седым, но его нельзя было назвать стариком. Крепкое телосложение и осанка выдавали того, кто привык распоряжаться. Его лицо осветилось нежной улыбкой, когда мальчик бросился к нему с объятиями. — Папа, я вернулся! — радость Чэнлина была искренней и отозвалась в сердце Чжоу Цзышу ностальгической грустью. В корпорации не было места открытым проявлениям чувств, и он почти позабыл теплоту и заботу, которые царили в семье. — Это Чжоу Сюй, я встретил его на окраине. Он помог мне с машиной, а я подвез его до лагеря, — затараторил пацан, — кажется, ему нужна помощь. — Хорошо, А-Лин, я понял. Иди к братьям, дежурство по кухне никто не отменял, — мужчина мягко отстранил сына, и тот, кивнув на прощанье, умчался в сторону вкусно пахнущего навеса. Чжоу Цзышу сложил руки в традиционном приветствии и слегка поклонился: — Мое почтение главе. Этот странник нуждается в безопасном ночлеге. Мужчина хмыкнул, явно позабавленный учтивостью и вернул жест: — Чжан Юйсэнь. Прямиком из КНР, да? — Да, мой клан давно распался, и я путешествую один, — Чжоу Цзышу не видел смысла отпираться. Вряд ли от цепкого взгляда главы укрылись отсутствие нашивок на куртке. Наномаска не сильно меняла черты лица, и ему повезло, что он встретил здесь клан под руководством выходца из Азии. — В этой части света это небезопасно, — заметил Чан Юйсэнь, продолжая внимательно осматривать пришельца. В глубине правого глаза блеснул огонек сканера оптики. Чжоу Цзышу предусмотрительно отключил стандартный лёд еще на подъезде к лагерю, решив продемонстрировать добрые намерения, поэтому глава мог свободно просмотреть его хром и увидеть, что он мало чем отличается от того модифицированного хлама, которым пользуются кочевники. — Как и везде, — пожал плечами Цзышу, поддерживая разговор. — Но в Найт-Сити возможностей больше. Чжан Юйсэнь кивнул и знаком велел следовать за собой. — Спасибо, что помог моему сыну, — проговорил он, направляясь в сторону склона, — он у нас младшенький и звезд с неба не хватает. Жизнь кочевника не для него. Я отправил его учиться в школу в Найт-Сити, пока мы здесь, может, городское образование позволит ему осесть, когда он подрастет. Чжоу Цзышу удержался от скептического высказывания и вслух поддержал эту замечательную идею. Его не касалось, как в «Зеркальном озере» воспитывают отпрысков. Ужинал он за большим столом со всеми. Никто не лез с ненужными разговорами, да и сам он предпочитал отмалчиваться, отвечая коротко и вежливо, если к нему всё же обращались. Еда не отличалась изысканностью: какая-то тушеная смесь из синтетических и протеиновых кусочков. Питательно — и бесплатно. Лишних палаток для приема гостей ожидаемо не оказалось, поэтому Чжоу Цзышу разместился в небольшой пещере в стороне от лагеря, где была припаркована пара грузовичков. Устроив себе гнездо из брезента у дальней стены, он сверился с таймером: у него было около пяти часов на сон до перегрузки. Это был хороший день. С этой мыслью Чжоу Цзышу уснул.