Двойная аутентификация

Возвращаться наверх оказалось сложнее, чем спускаться вниз. Чжоу Цзышу хромал, и без помощи Вэнь Кэсина ему бы пришлось надолго задержаться в заброшенном лабиринте. Чэнлин, понимая, что взрослым сейчас непросто, старался не шуметь и вообще не напоминать о своём существовании, опасаясь неосторожным словом разрушить хрупкий мир, возникший после недавних открытий. Вэнь Кэсин вёл их уверенно, будто давно изучил эти пути. Несколько раз он останавливался, проверял переборки и подсветку в оптике, уточняя маршрут, после чего кивал и шёл дальше. Наконец они вышли в сектор, где металлический холод сменился отголосками былой обжитости. Когда-то здесь обитали дежурные сотрудники нефтяной платформы. Несколько комнат со старыми кушетками, грубо сколоченными тумбочками и сваренными из металла столами. На стенах местами сохранились следы облупившейся краски, а пыль плясала в луче жёлтого аварийного света. Но главное — в дальнем конце коридора обнаружилась дверь в санузел. Оттуда доносилось тихое шипение, и, открутив вентиль, Вэнь Кэсин с удовлетворением отметил, что из крана бежит струя прохладной, опреснённой воды. Сделав глоток, он оглянулся на спутников. Чэнлин выдохнул с облегчением. Чжоу Цзышу, прислонившись к стене, с кривой усмешкой прокомментировал: — Е Байи не соврал про системы жизнеобеспечения. И даже не попытался отравить нас хлоркой. — Значит, в конце концов у нас будет вода. Это уже комфорт, который недоступен некоторой части жителей Найт-Сити, — ответил Вэнь Кэсин. — А ещё у нас с собой протеиновые батончики со вкусом бумаги и синтомясо, которое похоже на резину, — добавил Чжоу Цзышу, опускаясь на одну из кушеток. Из неё взметнулось облако пыли, заставив его закашляться. — Чэнлин, — позвал Вэнь Кэсин, — возьми эти покрывала и подушки, выйди в коридор подальше и вытряси из них пыль. Мальчик не спорил, но на миг посмотрел на Чжоу Цзышу в ожидании подтверждения, и тот устало кивнул. Чэнлин взял стопку старых одеял и вышел. Послышался глухой стук и ругань. Подушки, видимо, решили сражаться до последнего клочка синтоволокна. В это время Вэнь Кэсин скинул пиджак, закатал рукава и принялся выгребать мусор из комнатушек. Обломки пластика, осколки стекла и металлические стружки посыпались на пол, а он, цокая языком, выметал их в коридор найденной в санузле метелкой. Чжоу Цзышу наблюдал за наведением порядка, полулёжа на кушетке: — Никогда бы не подумал, что увижу тебя в роли домохозяйки, создающей уют в постапокалиптическом техно-скиту. — Заткнись, — огрызнулся Вэнь Кэсин, не отрываясь от работы. В его голосе звучало нечто тёплое, почти улыбка, спрятанная за уколом сарказма. — Не место делает человека, а человек место. Не хочу ночевать в куче хлама и пыли. На самом дне, в безумном техногороде… Мне что, ещё и грязь терпеть? Чжоу Цзышу хмыкнул, внутренне согреваясь этим моментом мирного домашнего труда после всех ужасов последних часов. Он закрыл глаза на миг, позволяя усталости взять верх. Завтра будет новый день. А пока пусть Вэнь Кэсин буйствует с метёлкой, Чэнлин сражается с подушками, а сам он попробует на миг отдохнуть и забыть о том, как горько умирает едва вспыхнувшая надежда. Вернулся Чжан Чэнлин, таща подушки и одеяла, которые теперь выглядели чуть менее пыльными, хотя и по-прежнему несвежими. Он зевнул так широко, что на миг стал похож на маленького зверька, готового к зимней спячке. Вэнь Кэсин оценивающе посмотрел на него и коротко кивнул, мол, неплохо поработал. — Иди спать, — велел Чжоу Цзышу и, поморщившись, поднялся с кушетки. — Завтра будет новый день. Мальчик прошёл в противоположную комнату, разложил более-менее чистое одеяло и упал на него, засыпая почти мгновенно, словно выключая усталость одним движением в кибердеке. Чжоу Цзышу проводил его взглядом и затем повернулся к Вэнь Кэсину. Тот как раз отложил метёлку и придирчиво осматривал покрывала. — Ты тоже должен выспаться, — проговорил он и мягко взял его за запястье. — А-Сюй... — начал было Вэнь Кэсин и расплылся в уже хорошо знакомой улыбке, за которой обязательно последовало бы что-то неприличное. Но Чжоу Цзышу уже оттеснил его в коридор. — Мне лучше одному, — произнёс Чжоу Цзышу твёрдо. — Доброй ночи. И захлопнул дверь, мерзавец. Вэнь Кэсин некоторое время сверлил ненавидящим взглядом ни в чём не повинную дверь, держа в охапке подушку с покрывалом, усмехнулся чему-то своему и гордо удалился в соседнюю комнату. Стоило ему уйти, Чжоу Цзышу нашёл на полу тонкую металлическую пластину и поместил её в щель между дверью и притолокой, так, что при открывании двери она обязательно упадёт, и только после это повалился на кушетку. Он закрыл глаза, позволив тяжести усталости и боли слиться в один фон. В комнате стояла влажная тишина, время стало жидким и бесформенным. Возможно, прошло несколько часов, может, чуть больше, прежде чем раздался едва различимый лязг: пластина со звоном упала на пол. Чжоу Цзышу не стал открывать глаза: — Вэнь Кэсин, — сказал он негромко, почти без укоризны. Тот уселся в изножье кушетки, от чего каркас жалобно скрипнул. Несколько секунд тянулись в тишине. — Если ты согласишься на предложение Е Байи, то я готов быть твоим носителем, — хрипло проговорил Вэнь Кэсин, его голос был натянутым, словно струна, готовая лопнуть. Чжоу Цзышу приподнялся на локте, разглядывая в темноте сгорбленную фигуру. У него не возникло и тени сомнения, что Вэнь Кэсин абсолютно серьёзен сейчас. Болезненно усмехнувшись, он устало произнёс: — На кой хрен мне продлевать своё существование, если тебя не будет? — В каком-то смысле мы будем… — Замолчи, — перебил Чжоу Цзышу. Его передёрнуло от этих слов. Насколько же поломанным человеком нужно быть, чтобы подобные мысли вообще могли прийти в голову? Настолько же, как и тот, кто тщательно планирует отложенное самоубийство во имя долбанутых принципов. — Тебе не приходило в голову, что ты — самая первая причина, по которой я передумал… умирать? — говорить это вслух было для Чжоу Цзышу, как вскрывать ножом вызревший нарыв. — Но, увы, так сложилось. Значит, остаётся смириться с судьбой. Вэнь Кэсин открыл было рот, чтобы возразить, но Чжоу Цзышу ещё не закончил: — Как ты не понимаешь, дурья твоя башка, в любом случае это буду уже не я. Ты же сам говорил, что в легендах стоит искать смысл. Не зря Альт Каннингем назвала скрипт «Душегуб». Да и стоит ли вообще жить в мире, где за продление жизни одного человека надо заплатить жизнью другого? Это… Мне не надо такого. Слова повисли в воздухе. Вэнь Кэсин задумался, отводя взгляд. Он медленно выдохнул. — Дай мне пару месяцев, — попросил он тихо. — Понимаю, я не имею права настаивать. Но позволь мне провести это время с тобой. Чжоу Цзышу качнул головой, и слабо улыбнулся: — Если ты смог отказаться от грандиозных планов и удовольствия созерцать, как Найт-Сити погружается в хаос, то как я могу тебе отказать в паре месяцев? Напряжение слегка спало, и, хотя ситуация оставалась безрадостной и печаль насквозь пропитала тесную каморку, Чжоу Цзышу полушутливо предложил: — Мы можем задержаться здесь, пока страсти вокруг Кристального Диска не утихнут. — Понимаю, — серьёзно кивнул Вэнь Кэсин и ехидно добавил. — Ты, наконец, понял, что мальчишка притягивает неприятности и решил его спрятать. Но место мог и поприятнее найти. — Уверен, твой талант домохозяйки быстро превратит это самое место в уютное гнёздышко, — в тон ему откликнулся Чжоу Цзышу. — Я тебе не домохозяйка! — возмутился Вэнь Кэсин. — Разве? Ты хорошо смотришься с шваброй. Выражение лица Вэнь Кэсина мгновенно сменилось с обиженного на игривое. — Я польщён, — мурлыкнул он и придвинулся ближе. — Моему А-Сюю нравится, как я управляюсь с продолговатыми предметами… Его прервала подушка. Слежавшийся комок синтоволокна, обтянутый пыльной тканью прилетел точно в лицо. Вэнь Кэсин громко чихнул. Но нападавшему тоже пришлось несладко: резкое движение и рвущийся наружу смех потревожили сломанные ребра, и Чжоу Цзышу издал прерывистый стон. — Ты коварен и бесчестен, — с пафосом припечатал Вэнь Кэсин, отбирая подушку и возвращая под голову Чжоу Цзышу. — И в своём злонамерении причинить мне вред готов даже пожертвовать собой. Какой героизм! Чжоу Цзышу лишь улыбнулся. Он мог вечность наблюдать, как Вэнь Кэсин дурачится, меняя маски, но приближалось время перегрузки. Вэнь Кэсин без слов понял его и подключился через личный порт к его биомону. Это стало удивительно привычным актом доверия, и Чжоу Цзышу не стал протестовать, когда Вэнь Кэсин осторожно пересел ближе к изголовью и обнял его, помогая справиться с приступом. Когда волны болезненных синхронизаций прокатились и отступили, оставив слабость и дрожь, когда Чжоу Цзышу задышал спокойнее, Вэнь Кэсин легко поцеловал его в висок. — Отдыхай, — тихо прошептал Вэнь Кэсин. Его голос звучал обещанием, которому хотелось верить. Чжоу Цзышу лежал с закрытыми глазами, слушая ровное дыхание Вэнь Кэсина и чувствуя его тепло рядом. И в этом странном месте, глубоко под водой, среди застывших механизмов и призраков прошлого, он почему-то почувствовал себя счастливым. Чжан Чэнлин открыл глаза, и ему понадобилось несколько секунд, чтобы события прошедшего дня промелькнули перед ним, напоминая, где он находится и как тут оказался. Воздух был тёплым, пахло пылью и чем-то ещё — смесью машинного масла и влажной ржавчины, но странным образом сейчас этот запах показался привычным, почти домашним. Он сел, потянулся, пытаясь стряхнуть с себя остатки сна, и прислушался. Из коридора доносился мелодичный свист. Что-то лёгкое и жизнерадостное, как будто это не мрачная подводная крепость, населённая роботами, а уютный домик где-нибудь в зелёной сельской идиллии. Чэнлин вышел в коридор и увидел Вэнь Кэсина. Тот стоял на коленях, засучив рукава рубашки, и сосредоточенно мыл пол. Он с небрежной грацией обмакивал щётку в ведро с водой и старательно оттирал какое-то неприятное пятно. Удивительно, но даже на фоне всего этого абсурда он умудрялся выглядеть элегантно. Услышав шаги, Вэнь Кэсин поднял голову и улыбнулся. — Доброе утро, спящая красавица! — бодро приветствовал он, явно довольный собой. — Доброе утро, дядя Вэнь, — пробормотал Чэнлин, соображая, стоит ли прямо сейчас предложить свою помощь. — Надеюсь, ты готов к новым свершениям. Иди-ка в столовую, — Вэнь Кэсин махнул рукой вдоль коридора. — Там тебя ждёт завтрак, а после — работа. Домашний уют сам себя не создаст. Что-то в этом всём — в этой странной смеси уюта и мрачной реальности — было нелепым и одновременно утешительным. Да и какая тут вообще «столовая» может быть? Чэнлин прошёл по коридору дальше и открыл дверь, на которую ему было указано щёткой. Помещение было больше остальных. В центре комнаты находился массивный металлический стол, его поверхность была изношена, но чиста. Чэнлин заметил свой рюкзак и сумку Чжоу Цзышу, их содержимое было разложено по столу так, словно кто-то хотел сделать опись. Вдоль стен выстроились узкие столики, на которых были свалены детали, инструменты и прочий хлам. Полы блестели от свежей уборки — кто-то не пожалел сил и тряпок. За центральным столом сидел Чжоу Цзышу. Он был сосредоточен и имел вид человека, занятого важной, но кропотливой задачей. Перед ним лежала разобранная электрическая плитка, из которой были выдраны несколько деталей. Некоторые компоненты были заменены импровизированными запчастями, которые Чжоу Цзышу ловко встраивал на место. Он выглядел больным и изнурённым, но движения были уверенными и четкими. Заметив Чэнлина, Чжоу Цзышу поднял голову и кивнул на горку упаковок с протеиновыми батончиками и синтомясными колбасками. Рядом стояло несколько бутылок с водой, почти создавая иллюзию нормального завтрака. — Позавтракай, — произнёс Чжоу Цзышу, его голос был тихим, но приветливым. — Потом иди помогать Вэнь Кэсину. Мы задержимся здесь на несколько недель. Чэнлин нерешительно сел и начал распаковывать батончик. Он жевал медленно, обдумывая слова Чжоу Цзышу, прежде чем осмелился задать вопрос: — Это… связано с вашей болезнью? Вопрос повис в воздухе, наполняя комнату неловким молчанием. Чжоу Цзышу грустно усмехнулся. — Нет, — ответил он с лёгкой иронией и указал на него отвёрткой. — Это связано с тобой. В профессиональных кругах это называется «залечь на дно». Чэнлин фыркнул, понимая шутку, и его плечи немного расслабились. — А что это за профессия такая? — невинно спросил он. — Подводники. Жуй быстрее, юморист, дяде Вэню нужна помощь. Чэнлин, усмехнувшись, проглотил последний кусок и вскочил на ноги. Мир, кажется, вновь обрёл какую-то стабильность. Небольшой закуток жилых помещений наполнился деятельной суетой, словно сама платформа ожила и решила подстроиться под временных обитателей. Пространство, казавшееся вчера холодным и мёртвым, теперь гудело, скрипело и шуршало, обретая странный уют под их руками. Вэнь Кэсин оказался прирождённым командиром операций по наведению порядка. Он раздавал указания Чэнлину, одновременно ухитряясь отчитывать его за медлительность и хвалить за находчивость. — Ты что, никогда не видел пыль? Тут много лет не было никакой органики, она не кусается! — язвительно замечал он, подметая очередную горсть ржавчины. — Давай, принеси-ка сюда ещё одну тряпку. А лучше две. Чэнлин фыркал, не пытаясь скрыть улыбку, и бросался выполнять очередное задание. Он бегал туда-сюда, прижимая к груди то ящики с мусором, которому не нашлось применения, то старые приборы, найденные в завалах. Каждый раз, когда он приносил что-то новое, Чжоу Цзышу прищуривался, оценивая находку, как драгоценный артефакт. — О, электрический чайник? — Чжоу Цзышу с интересом повертел его в руках. — Он старше меня. Но тогда делали простые и надёжные вещи. — Надеюсь, починить его проще, чем твои рёбра, — отозвался Вэнь Кэсин, заглядывая в дверной проем и с неудовольствием отмечая, что Чжоу Цзышу опять встал и хромает по комнате в поисках нужных инструментов. — Рёбра — дело десятое, — усмехнулся Чжоу Цзышу, вертя в руках отвёртку. — У нас же есть ты, надёжный и работящий, как этот чайник. Чэнлин хихикнул, наблюдая, как Вэнь Кэсин делает вид, что не заметил подкола. Мальчик был счастлив. Эти двое — ворчливые, язвительные и по-своему заботливые — напоминали ему людей из его семьи, которых он потерял. Здесь, в этих стенах, среди старых приборов и непрекращающейся работы, он вдруг чувствовал себя почти как дома. Чжоу Цзышу продолжал чинить технику: плитка, электрический чайник, даже микроволновка, у которой, казалось, было больше общего с ржавым ведром, чем с кухонным прибором. Он возился с проводами, менял детали, и каждый раз, когда устройство оживало, это было маленьким чудом. — Радиоприёмник? — удивился он, когда Чэнлин притащил очередную находку. — Ну, если только кто-то захочет поймать песни китов. — Эй, — вставил Вэнь Кэсин, — может, это как раз тот романтический момент, когда мы услышим сообщение от древней цивилизации? — Или от дронов, решивших, что мы здесь лишние, — буркнул Чжоу Цзышу, но всё равно взялся за приёмник. Через некоторое время суету прервало знакомое жужжание. Маленький дрон, тот самый, что уже однажды стал их проводником, вплыл в комнату. Его оптический глаз мерцал, словно путеводный огонёк. — Опять ты, — проворчал Вэнь Кэсин, вытирая руки. — Надеюсь, у тебя на этот раз есть что-то полезное. Дрон развернулся и медленно поплыл к выходу, будто бы совершенно уверенный, что за ним последуют. — Похоже, Е Байи решил, что мы достаточно отдохнули, — сказал Чжоу Цзышу, поднимаясь. Вэнь Кэсин тут же оказался рядом, подхватывая его под локоть. — Уже начинаю скучать по уборке, — проворчал Вэнь Кэсин. Дрон, поблёскивая единственным глазом-оптикой, неспешно вёл их по извилистым коридорам платформы. Свет аварийных ламп тянулся вдоль стен блеклыми полосами, создавая ощущение, что они идут по венам исполинского существа. Влажный воздух пах старым железом и солью. Вэнь Кэсин шагал уверенно, время от времени бросая внимательные взгляды на Чжоу Цзышу, готовый поддержать его в любой момент. Чэнлин шёл позади, с любопытством оглядываясь, словно боялся пропустить что-то важное. Наконец дрон привёл их к точке доступа — той самой, что Вэнь Кэсин обнаружил после неудачного падения лифта. Панель была полускрыта в стене, окружённая витками проводов, а рядом, словно страж, мигал терминал с древним интерфейсом. — Добрались, — пробормотал Вэнь Кэсин. — Посмотрим, что на этот раз приготовил нам наш электронный друг. Е Байи активировался мгновенно, его голос раздался из динамиков, заполняя пространство отрывистыми нотами нетерпения: — Надеюсь, вы как следует отдохнули. Чжоу Цзышу, я задаю вопрос в последний раз: ты согласен на исцеление? Чжоу Цзышу выдохнул, его лицо было спокойным и сосредоточенным. Он взглянул на терминал, словно собрался посмотреть в глаза самому Е Байи. — Я благодарен вам за возможность, но нет, — ответил он твёрдо. — Это не для меня. Раздался короткий электрический треск, будто Е Байи совсем по-старчески недовольно крякнул в цифровой оболочке. — Ты дурак, — отрезал Е Байи. — Твой учитель был бы крайне недоволен таким выбором. Он всегда считал, что человек должен стремиться к совершенствованию. Чжоу Цзышу нахмурился. — Вы так и не рассказали, откуда знаете главу моего клана. — Задолго до твоего рождения, — сухо ответил Е Байи, — я имел удовольствие работать с ним, когда был ходячей органикой. Как только я увидел твою модификацию клинков богомола, сразу узнал почерк старого мастера. Это уникальный дизайн. Жаль, что ты так упрям. — Жаль, что вы недостаточно хорошо узнали моего учителя, — резко перебил Чжоу Цзышу. — Он бы поддержал моё решение. Вэнь Кэсин с весёлым удивлением посмотрел на Чжоу Цзышу. До этого момента хамить искину приходилось ему одному. — Я расскажу об этом твоим старым знакомым, — после паузы холодно ответил Е Байи. — Может быть, живые люди найдут способ справиться с твоим упрямством и помогут мне выполнить условия сделки. Чжоу Цзышу нахмурился, но ничего не ответил. Слова Е Байи повисли в воздухе намёком на тёмное будущее, которое ещё не наступило. — Ты можешь радоваться, — продолжил Е Байи, обращаясь к Вэнь Кэсину. — Ты избавил мир от одной из самых серьёзных угроз — Кристального Диска и дешифратора. Не каждый день можно похвастаться спасением человечества от хаоса. — Да, я прямо герой, — фыркнул Вэнь Кэсин, пожимая плечами. Теперь настала очередь Чжоу Цзышу смерить его веселящимся взглядом. Е Байи либо был не в курсе, что тот использовал злополучный Кристальный Диск для разведения беспорядка в Найт-Сити, либо ему просто не было до этого никакого дела. На экране терминала загорелась карта платформы, на которой мигала красная точка. — Здесь находятся основная точка доступа к системам. Мне нужно вернуться в большой мир, но после того, как я перемещусь на чип, этот терминал придет в негодность. Слишком старая аппаратура. Вэнь Кэсин кивнул. — Я выброшу тебя в Найт-Сити где-нибудь по дороге, — осклабился Вэнь Кэсин. — Нам всё равно нужно пополнить запасы еды и прочих мелочей. Перед тем как терминал заискрил, голос Е Байи вновь зазвучал, но на этот раз с оттенком ироничного предупреждения: — Если это место найдут корпорации или местные банды, оно станет опасным для всех. Не забудьте перед уходом выключить свет. Вспышка, экран лопнул и тишина накрыла их, как плотный саван. Вэнь Кэсин достал щепку и убрал в карман. — Да довезу я его, нечего на меня так смотреть, — ответил он на невысказанный вопрос Чжоу Цзышу. — Если что-то и знаю об искинах, так это то, что они всегда выполняют поставленные задачи. Может, он еще что-то придумает. Чжоу Цзышу лишь покачал головой. Сам он не был готов опять обманываться зыбкой надеждой, но лишать этой надежды Вэнь Кэсина было бы слишком жестоко. Вскоре они нашли второй лифт — массивный и грузовой, расположившийся на противоположной стороне основания. Но перед тем, как отправиться наверх, они вернулись к месту, где всё ещё покоилась голова старика, известного как Мистер Лёд. Мёртвые глаза были закрыты, а губы застыли в последней, спокойной улыбке. Вэнь Кэсин молча открыл старый пластиковый ящик, подложив внутрь кусок брезента. Никто из них не знал, как именно это нужно сделать, но со стороны могло показаться, что они совершают какой-то древний обряд: каждый шаг был продуман и тих. Они поместили голову в ящик с осторожностью, которая была ближе к благоговению, чем к необходимости. Затем захлопнули крышку, и резкий стук разнёсся эхом по помещению, словно закрывались не только замки, но и воспоминания о старом мире, о тех, кто когда-то мечтал изменить реальность. Надводная часть платформы встретила металлическим скрипом и резким пронизывающим ветром, солёным и беспощадным. Серые волны, словно равнодушные наблюдатели, перекатывались внизу. Небо было тусклым, цвета выцветшей стали, под стать общему настроению. Вэнь Кэсин опустил ящик на металлический настил. Чэнлин, которому было поручено тащить канистру с бензином, поставил её рядом. Они смотрели на ящик, и каждый думал о своём. О том, кто был Мистером Льдом, о том, кем он мог бы стать, если бы мир не был так жесток к мечтателям. — Он был учёным, — тихо сказал Чжоу Цзышу. — И заложником собственных амбиций. Он хотел создать идеальное сознание, но вместо этого обрёл клетку из стали и проводов. Вэнь Кэсин кивнул, его взгляд был пустым и сосредоточенным одновременно. — Он хотел свободы, а получил вечное заключение. Пусть теперь обретёт покой, — произнёс он и открыл канистру с бензином. Чэнлин подошёл ближе, его лицо было серьёзным и напряжённым. Он тоже хотел что-то сказать, но слова застряли в горле. Вместо этого он лишь прошептал: — Пусть ему будет легче там, где он теперь. Бензин потёк по ящику, обволакивая его резким, тяжёлым запахом. Вэнь Кэсин чиркнул зажигалкой и бросил её на крышку. Пламя вспыхнуло мгновенно, огонь заплясал, словно давно ждал этой возможности. Ящик загорелся ярко, жарко, как будто сам воздух решил разом сжечь все ошибки и сожаления. Они стояли молча, пока огонь не погас, а ветер не унёс последние искры и едкий запах горящего пластика. Затем спустились к яхте, терпеливо ожидающей их там, где её пришвартовали. Вэнь Кэсин оглянулся и усмехнулся — улыбкой, в которой пряталось больше заботы, чем он готов был признать. — Я скоро вернусь, — бросил он небрежно и шагнул на борт. Яхта медленно миновала огромные столбы, поддерживающие платформу, и помчалась по волнам на восток к городу. Чэнлин неуверенно посмотрел ей вслед. — Он правда же вернётся? — спросил мальчик, голос дрогнул. Чжоу Цзышу посмотрел на горизонт, где яхта уже превращалась в белую точку на фоне серых волн, и приобнял парнишку за плечи. — Волнуешься? Он большой мальчик, ничего с ним не случится. Но его слова пробудили в глубине души знакомый холодок. У Вэнь Кэсина были дела в городе — планы, жизнь, его собственные демоны. Что, если он предпочтёт месть, преследующую его по пятам всю жизнь, этому временного укрытию на платформе? Или, осознав, что желаемое по-прежнему недостижимо, решит разом оборвать этот неслучившийся роман? Это было бы разумно. Чжоу Цзышу тряхнул головой, с поразительной легкостью выбрасывая из головы все сомнения. Он уже не раз доверял Вэнь Кэсину, и тот ни разу не подвёл. Доверие было пугающим, как свободное падение, от него захватывало дух. И сейчас он позволил себе просто верить. Он похлопал Чэнлина по плечу, прогоняя мрачные мысли. — Ладно, парень, — сказал он, доставая из кармана моток проволоки. — Сейчас я научу тебя ловить радиоволны с морского дна. — Правда? — глаза Чэнлина загорелись любопытством. — Конечно. В этом мире всегда есть что-то, что можно поймать, — улыбнулся Чжоу Цзышу.