Двойная аутентификация

На следующее утро Чэнлин сразу почувствовал, что что-то изменилось. Атмосфера казалась странно разряженной, будто всю ночь бушевала гроза, а наутро мир расцвёл обновлёнными красками. Даже традиционный утренний спарринг, обычно такой размеренный и похожий на нечто среднее между уроком и дружеской потасовкой, был совершенно другим. Сегодня это была скорее арена, где столкнулись два хищника. Чжоу Цзышу и Вэнь Кэсин двигались с грацией и силой, которые всегда впечатляли, но на этот раз их удары были жёстче, движения быстрее. Чэнлин заметил, что оба забыли о зрителе. Они перестали сдерживаться, их бой был наполнен дикой энергией, почти неуместной для тренировки. Закончив с упражнениями, Чэнлин сел в углу с бутылкой воды, наблюдая, как Вэнь Кэсин сделал молниеносный выпад, переходя с кунг-фу на нечто, больше напоминающее кикбоксинг. Его ноги были как оружие, и в какой-то момент он буквально отбил у Чжоу Цзышу попытку перехватить инициативу. Но тот не растерялся, ушёл вниз, поймал Вэнь Кэсина за запястье и закрутил в обратную сторону, заставляя потерять равновесие. И всё же это был не просто бой. На каком-то этапе Вэнь Кэсин нагло поддел Чжоу Цзышу под колено, заставляя его рухнуть, и тут же с хищной усмешкой подхватил поперёк живота, то ли пытаясь повалить окончательно, то ли наоборот не давая упасть. Чжоу Цзышу не остался в долгу и, ловко перевернув соперника, прижал его к полу. Их лица оказались опасно близко. На мгновение напряжение между ними стало почти осязаемым. Но вместо того, чтобы разрядить его следующим ударом, Вэнь Кэсин шлёпнул Чжоу Цзышу по заднице и рассмеялся. — Это действительно твоя тактика или просто попытка привлечь внимание? — с усмешкой бросил Чжоу Цзышу, поднимаясь на ноги. — Почему бы не оба варианта? — предложил Вэнь Кэсин, оглаживая плечо, где уже проступал синяк. Чэнлин, сжавшийся в углу, покраснел. Внимательно приглядевшись, он увидел странные отметины на их шеях и плечах — в форме зубов или пальцев. Внезапная мысль заставила его смущённо отвести взгляд. Он не был семи пядей во лбу, но тут только полный идиот не сообразит, что к чему. Дальше стало только хуже. Когда бой продолжился, приёмы стали всё более двусмысленными. Эти двое, казалось, напрочь забыли, что за ними наблюдает подросток. Очередной клинч закончился тем, что они оказались на полу, сцепившись в клубок из рук и ног. Чжоу Цзышу вернул шлепок по заднице, а Вэнь Кэсин сдался только для того, чтобы тут же притянуть соперника ближе, игнорируя любые правила или здравый смысл. Когда наконец схватка закончилась, Чэнлин был готов провалиться под землю от неловкости. Это был не образцово-показательный спарринг с целью научить его новым связкам. Это был беззастенчивый флирт, посткоитальный и дерзкий. Но, как оказалось, он только выиграл от этой странной ситуации. Весь день Чжоу Цзышу был спокойным и терпеливым, гораздо больше объяснял и меньше раздражался. Он часто зевал и иногда зависал в своих мыслях, но по выражению его лица Чэнлин догадался, что мысли эти были приятными. Вэнь Кэсин, в свою очередь, шутил больше обычного. Его слова были то сальными, то мягкими, но всегда с подтекстом, который Чэнлин предпочёл бы не разбирать. Вечером, когда они сидели за ужином, Чэнлин украдкой наблюдал за взрослыми. Чжоу Цзышу был расслаблен, что само по себе уже казалось невероятным. Вэнь Кэсин выглядел так, словно весь мир наконец стал таким, каким он хотел его видеть. Мальчик решил, что больше не будет об этом думать. В любом случае, это не его дело. Дни потекли в привычной рутине. Было непонятно, что именно стало причиной этого — развязавшийся, наконец, тугой узел напряжения между Вэнь Кэсином и Чжоу Цзышу, из-за чего последний превратился из сурового и жестокого учителя просто в сурового, или то, что Чэнлин наконец освоил основы, но всё стало идти легче. Чэнлин начал ловить себя на том, что получает удовольствие от обучения. Его коды работали, как надо, дроны выполняли заданные команды, а перепрошивка больше не вызывала головной боли. Сложная схема, которая раньше была непостижимой, теперь казалась понятной и логичной. Он даже стал тихо гордиться собой. Чжоу Цзышу был скуп на похвалы, но его редкие одобрительные кивки и молчание, в которых было куда больше смысла, чем в любых словах, наполняли Чэнлина радостью. Каждый успешный результат был словно шаг в большом, пока ещё не совсем ясном пути. Однажды за завтраком Чжоу Цзышу неожиданно заявил: — Послезавтра возвращаемся в Найт-Сити. Мы не можем вечно прятаться здесь. Запасы заканчиваются, а в мире наверняка многое изменилось. Прошло уже почти три месяца, пора двигаться дальше. Чэнлин на мгновение замер, не донеся до рта какой-то пряный органический кусочек, и кивнул. Он не чувствовал ни радости, ни грусти по этому поводу. Где-то глубоко внутри он понимал: рано или поздно, возвращаться всё равно придётся, и он готов к следующему шагу. На Вэнь Кэсина это заявление произвело иное впечатление. Лёгкая тень затравленности пробежала по его лицу, исчезла, затем вернулась и расположилась на постой. Улыбка стала чуть более натянутой, и Чжоу Цзышу сразу это заметил. — Что с тобой? — спросил он, отодвигая чашку с водой. Вэнь Кэсин махнул рукой, но Чжоу Цзышу продолжал пристально смотреть на него. В конце концов, тот вздохнул. — Я в федеральном розыске, — признался он. — И за мою голову назначена награда. Узнал об этом, когда возвращался в город, правда, без подробностей. Чэнлин замер, удивлённо глядя на Вэнь Кэсина, но Чжоу Цзышу только фыркнул. — Ну и что? Ты думаешь, таких, как ты, мало? В этом мире почти не осталось интересных людей, которые были бы в ладах с законом. Он лениво откинулся на стуле, демонстративно не придавая этому серьёзного значения, и добавил: — Если ты очень хорошо попросишь, я сделаю тебе маску. Хотя бы от уличных наёмников это поможет. Вэнь Кэсин ответил с многозначительной улыбкой: — И как же я должен попросить? — Я же сказал: очень хорошо, — отозвался Чжоу Цзышу: — Но не волнуйся, я не попрошу лишнего. Всё-таки это моя обязанность — защищать свою «жёнушку». На это Вэнь Кэсин не нашёлся, что ответить, только рассмеялся. Смех его был лёгким и искренним. Чэнлин покачал головой. Дядя Вэнь, на его взгляд, был слишком беспечным, и он невольно задался вопросом: что такого мог сделать этот человек, чтобы попасть в розыск. Со следующего дня началась подготовка. Все трое работали без устали, разрушая основные узлы и отключая ненужные системы. Вэнь Кэсин предложил устроить грандиозный взрыв, но потом согласился, что проще затопить основание перед отъездом, морская вода сделает большую часть работы. Огромное металлическое сооружение, некогда кипящее активностью, теперь медленно погружалось в забвение, словно гигантский зверь, укладывающийся на последний отдых. За обедом Чжоу Цзышу вопреки правилам притащил лэптоп и с головой погрузился в написание кода реалскина. Для наномаски на платформе не нашлось нужных материалов. К вечеру управляющая программа была готова: не то чтобы идеальная, но достаточно правдоподобная. — Держи, — сказал он, протягивая Вэнь Кэсину щепку. — Это установщик. Подключайся и загружай. Вэнь Кэсин взял щепку с недоверием, держа её так, будто она могла укусить. — Это не будет больно? Чжоу Цзышу ухмыльнулся. — Ничуть. Может, немного пощиплет. Вэнь Кэсин осторожно вставил щепку в порт и замер, пока процесс загрузки не начался. Лёгкое жжение распространилось по его лицу, заставив его поморщиться. — Пощиплет, говорил ты. А-Сюй, что ты со мной сделал? — недовольно заныл он. — Расслабься, Лао Вэнь, это временно, — заверил его Чжоу Цзышу. — После деактивации всё вернётся в норму. И вообще, ты преувеличиваешь. — Я боюсь, что никогда не верну себе своё прекрасное лицо, — пожаловался Вэнь Кэсин, осторожно прикасаясь к щеке. — Тебе надо бояться не потерять лицо, а того, что тебя поймают власти или наёмники. — Это хотя бы привычно, — мрачно ответил Вэнь Кэсин, но позволил процессу завершиться. Когда программа закончила работу по изменению гиподермы, новые черты лица были едва заметны, но достаточно существенны, чтобы сбить с толку видеокамеры и любого, кто мог бы за ним охотиться. Чжоу Цзышу подошел вплотную и внимательно осмотрел результат. — Великолепно, — заключил он. — Ты всё ещё слишком красив, но уже не настолько, чтобы за тобой гонялись толпы. Вэнь Кэсин вздохнул и обнял его за талию. — Ты уверен, что это ненадолго? — Обещаю, как только мы доберёмся до города, я найду нужные материалы, и ты снова станешь самим собой, — заверил его Чжоу Цзышу, высвободился из объятий и дружески хлопнул по плечу. — Ладно, — сдался Вэнь Кэсин. — Но ты должен помнить: моё лицо — это мой капитал. — Твоя самоуверенность — твой настоящий капитал, — усмехнулся Чжоу Цзышу, возвращаясь к работе. Так, с лёгкими перепалками и общей целью, они завершили последние приготовления. Обитель секретов теперь была готова к забвению. В последний вечер Чжоу Цзышу и Вэнь Кэсин снова выбрались на надводную часть платформы. Чёрные волны перекатывались под ногами, а огни Найт-Сити мерцали вдали, едва пробиваясь сквозь густую дымку. Закутавшись в тёплые куртки, они сидели на краю, как будто пытаясь оттянуть момент расставания с этим местом. В руках у Чжоу Цзышу была бутылка виски, они передавали её друг другу, наслаждаясь теплом, которое медленно разливалось по венам, вытесняя остатки дня. — Что ты будешь делать, когда мы вернемся в город? — нарушил тишину Чжоу Цзышу, глядя куда-то вдаль, за горизонт. Вэнь Кэсин бросил на него недоумевающий взгляд и пожал плечами. — Я же говорил. Последую за тобой. — А потом? — Потом посмотрим, — уклончиво ответил Вэнь Кэсин, сделав ещё один глоток. Чжоу Цзышу слегка усмехнулся, но в его глазах промелькнула грусть. Он опустил взгляд, подбирая слова, которые не хотелось произносить. — Я хотел тебя кое о чем попросить, — начал он, но не успел договорить. Вэнь Кэсин резко повернулся к нему. — Прекрати, — оборвал он, глядя прямо в лицо Чжоу Цзышу. — С тобой ничего не случится. Мы в Найт-Сити, черт возьми! Здесь можно найти всё, что угодно. Если потребуется, я переверну весь город вверх дном, но мы найдём способ. Чжоу Цзышу тихо вздохнул. Его лицо оставалось спокойным, но в глазах читалось упрямство. — Если что-то пойдёт не так, — продолжил он, игнорируя протесты, — позаботься о Чэнлине. Он умный, но ему ещё многому нужно научиться. Пока он окончательно не встанет на ноги… Вэнь Кэсин стиснул зубы, его глаза яростно блеснули. — Не говори так, — процедил он. — Ты ещё сам позаботишься о нём. Но затем его плечи расслабились, и злость сменилась усталостью. Он отвернулся, вглядываясь в бескрайний океан. — Если тебе важно это услышать, — продолжил он после паузы, — я присмотрю за ним. Чжоу Цзышу повернулся к нему, и их взгляды встретились. В этой тишине не нужно было слов. Он протянул руку и слегка коснулся плеча Вэнь Кэсина, жест, в котором было больше благодарности, чем он мог выразить. — Ты дал мне лучшие месяцы в моей жизни, — тихо сказал Вэнь Кэсин, его голос дрогнул. — Спасибо за это. Чжоу Цзышу не ответил сразу. Он сжал руку Вэнь Кэсина и притянул его ближе, обнимая так, будто хотел защитить его от всех невзгод мира. — Ты тоже дал мне многое, — наконец проговорил он, а затем тихо добавил: — Даже слишком многое. Их губы встретились в поцелуе, мягком и тёплом, полном чувств, которые они не могли выразить словами. На какое-то мгновение мир перестал существовать. Оставались только они, два человека на краю платформы, окружённые безмолвием океана и далёкими огнями города. Но в глубине души Чжоу Цзышу чувствовал, как тяжёлым грузом на сердце ложится мысль о расплате. Чем ближе человек, тем больнее его терять. Он знал, что обрёк Вэнь Кэсина на страдания, позволив своим чувствам взять верх, но сейчас это почему-то казалось правильным. Он не хотел портить момент. Сейчас, в этот миг, он мог позволить себе быть немного эгоистичным.