Звезда экранов

До четырёх часов дня – времени, в которое Маша решила выйти из дома (всё же, учитывая, как не в её пользу сложилась ситуация, она боялась опоздать даже на пару минут, поэтому решила выйти сильно раньше) – время как назло прошло моментально. Как бы Маше ни хотелось подсознательно оттянуть этот момент, занимаясь самыми нудными для себя делами, всё оборачивалось против неё. Даже чтение скучнейшего параграфа из учебника по физике за одиннадцатый класс с тучей непонятных ей терминов не помог оттянуть то, чьего приближения она так сильно не хотела. Она могла бы скрасить свои переживания душевной беседой с младшей сестрой, с которой этой ночью обменялась наболевшим, но та куда-то ушла и ещё не вернулась. Одно её радовало в том, что съёмки перенесли не только с семи вечера на шесть, но и с понедельника на субботу: чем раньше начнутся съёмки одного фильма, тем быстрее начнутся съёмки следующего. А тем быстрее снимут все девять, и она наконец может больше не жить в ожидании окончания постыдных съёмок. Осознание того, что её будут порицать и плевать в лицо все, кому не лень, втаптывало её в землю, по которой она ступает трясущимися ногами к злосчастному отелю. Это место ей будет долгое время сниться в кошмарах. Даже в том случае, если фильмы с её участием окажутся на редкость непопулярными. Хотя, этого варианта Маша не придерживалась. Не только из-за страха, но и потому, что давала себе отчёт о том, что пусть грудь с кормой у неё и не самые большие (но всё равно так или иначе цепляют мужские взгляды), то вот фигурой и ножками она кичилась, называя их – вне периодических комплексов - произведением искусства. - Здравствуйте, - холодно поздоровалась Маша с уже знакомой девушкой на ресепшене. - О, фанатка Лазарева, добрый день! – Шутки ради с экспрессией ответила ей она, - Вы в двести шестнадцатый, да? - Да, - абсолютно без эмоционально ответила Маша. Девушка на ресепшене с улыбкой протянула ей ключ-карту. То несколько снисходительное отношение к Маше, которое у неё было вчера, заменилось на едва прикрытую насмешку. Маша взяла ключ-карту, без которой обошлась в прошлый раз, и поняла, что раз ей её вручили, то девушка на ресепшене уже точно знает, что она застрянет в этом номере разврата надолго. - Меня уже узнают, - думала Маша, неторопливо поднимаясь на второй этаж по лестнице, - и это ещё ничего не вышло. А что будет завтра? Как на меня будут смотреть на улице? Что будут говорить одноклассники? А учителя? А Жихарева? А… папа? - По её лицу снова стали течь слёзы, и из-за размытого взгляда она не увидела, как по лестнице вниз бежит постоялец отеля, который налетел на неё и упал на пол, утащив её за собой. - И-извините, девушка, - поднявшись сказал он и протянул ей руку. Маша подняла на него взгляд и увидела на нём лёгкую смущённую улыбку. Если бы раньше она восприняла этот жест как вызов симпатии, то сейчас она ощутила это насмешкой за съёмку в подобном контенте. Слезотечение усилилось, что вызывало у стоявшего перед ней симпатичного парня переживания от своих действий. - Отстаньте от меня! – Крикнула Маша, выпуская на щёки новую порцию слёз, и убежала вверх по лестнице. Парень проводил её наполненным переживания взглядом и, тут же забыв эту историю, ушёл. Маша остановилась перед дверью опального для неё номера. Вытерев слёзы, она прислонила ключ-карту и вошла внутрь. - Добрый вечер, Мария, - сразу увидел её Андрей Брячиславович. - З-здравствуйте, - с нотками отвращения в высокой тесситуре ответила Маша. - Сегодня у Вашей роли есть текст. Быстро учите его и начинаем. - Но ведь ещё полчаса до шести, - посмотрев на время в телефоне, подметила Маша. - А все уже здесь. Чего нам ждать? - Как «все здесь»? Я же на два часа раньше вышла и доехала без пробок. - А мы просто знали, что Вы не посмеете опаздывать, - с ужасной ухмылкой ответил режиссёр.

***

Маша выучила текст с мизансценой довольно быстро. То ли потому, что учить там особо было нечего, то ли потому, что жаждала уйти побыстрее. Её «напарником по сцене» по-прежнему был Сергей. - Мотор! – Дал команду Андрей Брячиславович. Маша и Сергей, отыгрывая молодую семейную пару, сидели на кухне, и, продвигаясь по сценарию, мило болтали за вечерней кружечкой чая. Конечно же, никакого чая в кружках не было, а глотки имитировались. - Давай кружку, я вымою, - отыгрывала роль молодой жены Маша. Она взяла кружку своего экранного мужа и вместе со своей отнесла её в раковину. Включив воду, она стала имитировать мытьё посуды. Вообще, это часть ей давалась тяжело. Слыша и видя напор воды из-под крана, она вспомнила сегодняшнее утро и то, как она из-за переживания о съёмках в таком кино окрасила белую раковину в ванной своей кровью из носа. Но, несмотря на это, Маша, желая всё сделать быстро, чтобы не пришлось всё переснимать и не задерживаться в ненавидимом ей месте, хорошо справлялась с поставленной задачей и натурально имитировала тряску ключевого для сюжета места. Сергей желанно – не только для роли, но и по факту – смотрел на чуть трясущуюся от намывающих движений рук задницу Маши. Закусив губу, он спустил с себя домашние шорты и стал медленно ублажать рвущегося вонзиться в Машу дружка. Сама Маша знала, чем занимается Сергей, отчего ей становилось не по себе и хотелось выплеснуть из себя всю душевную боль и безысходность в виде слёз. Но испорченный плачем дубль равен пересъёмке, что заковало бы Машу в этих стенах надолго. Сергей встал из-за стола и спустил шорты на пол, подходя к Маше в одной лишь футболке. Он подошёл в плотную и одной рукой обхватил её спереди, а второй вцепился в правую ягодицу, вдыхая аромат Машиных волос. - Что ты делаешь? – Продолжала идти по сценарию Маша. - Ничего. Просто хочу тебя. Сергей развернул Машу и страстно поцеловал. Та взяла член в свои руки и стала мастурбировать ему сама. Опустившись на колени она, мысленно проявив отвращение, взяла в рот, начав брать во всю длину и помогать руками. Причмокивающие звуки, которые Маша издавала, следуя сценарию, возбуждали Сергея схватить её за затылок и войти в её жгущий ротик как можно глубже, практически доставая до гланд. Маша с отдышкой вынула член изо рта и, сняв с себя футболку и спустив на пол юбку, повернулась и облокотилась на стол. Сергей вошёл в неё и, задавая темп, целовал бархатную шею, плечи и спину экранной супруги. Обжигающими ударами его ладонь создавала звуки шлепков по ляжкам и ягодицам Маши. По сценарию Маша, обладающая хорошей растяжкой, закинула одну ногу на стол, чтобы экранному мужу было легче её трахать. Достигнув нужного темпа и слыша нарочитые стоны Маши, он кончил в неё и тогда девушка поняла – защиты на нём не было. - Снято! – Объявил режиссёр. Маша быстро схватила одежду и прикрыла свои прелести. - Чего я там не видел? – С усмешкой спросил Сергей, глядя в глаза, из которых желают вырваться слёзы. - Мария, сегодня у Вас получилось даже лучше. Я надеюсь, что завтра Вы нас также порадуете. - К-как? У-же з-завтра? - Да. Мы быстро работаем. Кстати, первый фильм выйдет сегодня поздно вечером. Не пропустите, - с улыбкой сказал Андрей Брячиславович. - Скажите, а... почему не было защиты? – Надтреснутым голосом спросила Маша. - Какой защиты? – Недоумённо спросил режиссёр. - Пре… Презер…, - у Маши не было дефектов с этим словом. Просто сейчас, опустив голову вниз, она не может произнести его. - Презервативов, бать, - ответил за неё Сергей. - А зачем они? – Пояснил режиссёр, - по сюжету муж действовал быстро. Маша, забив на всё, расплакалась у всех на виду и стала выходить из номера. - Завтра в шесть здесь же, - крикнул ей вслед режиссёр и, глядя на затылок Маши, увидел, как она кивнула.